Шпаргалка: Культура и цивилизация. История понятий культура и цивилизация; многообразие подходов (Данилевский, Белл, Ясперс, Шпенглер); цивилизация как психологический аспект культуры - текст шпаргалки. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Шпаргалка

Культура и цивилизация. История понятий культура и цивилизация; многообразие подходов (Данилевский, Белл, Ясперс, Шпенглер); цивилизация как психологический аспект культуры

Банк рефератов / Культурология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Шпаргалка
Язык шпаргалки: Русский
Прислал: Ничка
Дата создания: 10.09.2011
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Rar, 224 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной работы
Текст
Факты использования шпаргалки

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Русская общественная мысль XIX—XX вв. — одно из крупных явлений отечественной и мировой культуры. В ее развитии мы выделяем три периода:

1) 30—50-е гг. XIX в.,
2) вторая половина XIX—начало XX в.;
3) 20—50-е гг. XX в. (этот период непосредственно переходит в современность).

Крупными вехами, которые отделяют каждый из этих периодов друг от друга, являются: отмена крепостного права в России в 1861 г. и 1917 г. — год двух революций, после которого наступает советская эпоха отечественной истории и появляется феномен «русского зарубежья». А у истоков бурного становления и последующего интенсивного развития русской отечественной мысли (и в том числе — культурологии) XIX—XX вв. стоят такие переломные события мировой и отечественной истории, как Великая французская революция 1789г., Отечественная война 1812 г. и восстание декабристов 1825 г. Именно в контексте и под прямым воздействием этих событий в России начинается процесс социального, национального и культурно-исторического самосознания, одним из важнейших результатов которого и стала русская культурология XIX-XX вв.
Тема культуры в русской общественной мысли, ее философское и историческое освещение впервые представлены в знаменитых «Философических письмах» Петра Яковлевича Чаадаева (1794—1856). Публикация в 1836 г. в журнале «Телескоп» первого из этих писем дала толчок развитию русской мысли вообще, который ощущается до сих пор. С этого времени начинается незатухающий спор о России, о ее месте в мировой культуре и о смысле ее существования во всемирной истории.

Полагая, что народы — существа нравственные (как и отдельные личности), Чаадаев определял культуру, прежде всего, как духовное образование общественно-исторической жизни. Материальный характер цивилизации (как реально существующей культуры) являлся для него признаком либо еще не родившейся культуры (как в России), либо же культуры, начавшей вырождаться (как в Североамериканских Соединенных Штатах). Истинная культура носит чисто духовный характер, что нашло свое выражение в мире христианском.

В итоге философско-историческая концепция Чаадаева представляет развитие культуры по двум основным руслам, потокам (Восток—Запад) и на двух основных этапах древний мир — христианская эпоха). Высшими точками развития культуры в христианскую эпоху являются католическое средневековье Западной Европы и будущий совершенный социальный строй христианского мира, связываемый, прежде всего, с выступлением на историческую сцену России.

В рамках философско-исторической интерпретации проблемы культуры, ее исторического развития и места России во всемирной истории развивались идеи первых критиков чаадаевской концепции в русской мысли — славянофилов. Причем, на первых порах их интересовала преимущественно проблема «Россия—Запад». В работе «О старом и новом» Алексей Степанович Хомяков (1804—1860), подобно Чаадаеву, не отрицал многих негативных черт в русской культуре, как в новой, так и в древней. Его глубоко печалила далекая от идеалов христианства реальность культурно-исторической жизни — ив Западной Европе, и в России. Вместе с тем Хомяков был поклонником православия и по этой причине христианская, но ориентированная на Запад культурологическая концепция Чаадаева его не удовлетворяла. По этой же причине в совершенно ином контексте оказывается у него и представление-надежда о будущем великом предназначении России.

Специфика культуры в Западной Европе определялась тем, что христианская церковь была здесь предельно-деятельной и сухо-практической. Обратившись к рационализму, она «создала мир прекрасный, соблазнительный, но обреченный на гибель, мир католицизма и реформаторства». Восточная церковь сумела одержать победу и над разумом, взволнованным «гордостью философии эллинской», и над мистицизмом Египта и Сирии, успокоившись «в правоте веры». Однако эллинские истоки византийской культуры, созданные предшествующей историей законодательство, искусство, формы социальной жизни вступили в противоречие «с простотой духа христианского, с истинами его любви», что и привело византийское общество и государство к гибели. Но восточное христианство успело к этому времени перейти на север, к русским славянам. Их культура уже в исходном, отправном пункте выгодно отличалась от западноевропейской, ибо на русской истории не лежало «пятно завоеваний», «кровь и вражда», а с другой стороны — их общественное устройство и общественный быт (до татарского нашествия) отличались патриархальностью и простотой. Эта социально-историческая почва, по Хомякову, и была наиболее благоприятна для утверждения истинного христианства.

Русская культура в этой исторической концепции Герцена оценивается, во-первых, в плане ее существенного отличия от западноевропейской культуры (здесь много общего с его теоретическими предшественниками), а во-вторых, с точки зрения ее развития. Культура русского народа — это исторически молодая культура, ибо «до сих пор» (т. е. до середины XIX в.) «Россия -только устраивалась», представляя лишь своеобразное эмбриональное развитие славянского государства. В отправной точке развития этого государства не было «того различия, которое наблюдается повсюду между племенами завоевателей и покоренными племенами». Следовательно, и русская духовная жизнь, русская культура у ее истоков не была пронизана антагонизмом. В этом пункте культурологическая концепция Герцена совпадает и со славянофильской, и с либерально-западнической и вроде бы ведет к тотальной антитезе «Россия — Запад». Однако, будучи диалектиком и пытаясь обнаружить борьбу противоположностей как источник развития в самой русской истории, Герцен обращает пристальное внимание на самую «разрывную» в русской культуре — петровскую эпоху (ставшую камнем преткновения для либералов-западников и объектом резкого, критического неприятия для славянофилов). Именно здесь — по Герцену — состоялось своего рода «внутреннее завоевание» России, а именно: крепостническое порабощение крестьян-общинников феодальным дворянством. «Никакая история — ни древняя, ни новая — не содержит ничего подобного», — утверждал он. Это завоевание поселило в народе «глубокий антагонизм», который нашел свое внешнее выражение в расколе русской культуры. Ее возрождение Герцен связывал с социалистическим переустройством русского общества в результате народной (крестьянской) революции.

Путь русской культурологии от Чаадаева к Герцену — начальный этап ее становления, теснейшим образом связанного с вызреванием реформаторского и радикалистского сознания в российском обществе накануне отмены крепостного права, с формированием интеллигентской идейной программы в русской духовной культуре, секулярист-ской (во всех своих течениях) по отношению к древнему (христианско-православному) мировоззрению русского народа. Связь русской культурологии с наукой и философией Западной Европы в первой половине XIX в. предопределила в дальнейшем ее расцвет и глубокое автономное развитие между 1861 и 1917 годами.
Культурологические теории второй половины XIX—начала XX в.

Богатство русской мысли этого периода поражает воображение и является важной составной частью и одним из ярчайших выражений мирового уровня, достигнутого великой русской культурой. Из всего этого богатства мы возьмем только то, что свидетельствует о возникновении самостоятельных и значимых для мировой мысли культурологических теорий, а также является отражением главных идейных течений в русской общественной мысли. На наш взгляд, это:

1) теория культурно-исторических типов Н. Я. Данилевского, возникшая в рамках «почвенничества», продолжившего в ряде отношений славянофильскую линию в развитии отечественной мысли;
2) научно-историческая цивилизационная теория С. М. Соловьева, представляющего умеренное крыло либерального западничества пореформенной эпохи;
3) философско-историческая цивилизационная теория Б. Н. Чичерина — одного из крупнейших мыслителей России XIX в., видного идеолога и теоретика либерализма с консервативной окраской;
4) универсальная философская теория истории и культуры, созданная величайшим русским мыслителем В. С. Соловьевым, резко выразившего стремление к синтезу западнических и славянофильских идей и универсальному культурно-историческому синтезу вообще;
5) марксистская теория истории и культуры, представленная на рубеже XIX—XX вв. Г. В. Плехановым.

В 1871 г. вышла знаменитая работа Николая Яковлевича Данилевского (1822—1885) «Россия и Европа». Изложенная в ней культурологическая теория считается родоначальницей теорий «замкнутых культур» и «локальных цивилизаций», ставших наиболее заметным явлением в интеллектуальной жизни Западной Европы в XX в. Основной недостаток господствовавших исторических теорий Данилевский усматривал в общепринятом разделении всемирной истории на древнюю, среднюю и новую, в неправильном понимании отношения национального к общечеловеческому, в «предрассудочном понятии о характере того, что называется Западом и Востоком». Основную мысль собственной культурологической теории он выразил следующим образом: «Формы исторической жизни человечества... не только изменяются и совершенствуются повозрастно, но еще и разнообразятся по культурно-историческим типам». Каждый такой тип представляет собою, прежде всего, некоторый специфический для данного народа или группы родственных народов, самостоятельный и независимый от других «план» религиозного, социального, бытового, промышленного, политического, научного, художественного исторического развития. Они в принципе общеизвестны и, расположенные в хронологическом порядке, могут быть выписаны следующим образом: 1) египетский, 2) китайский, 3) асси-рийско-вавилоно-финикийский или, иначе, халдейский (древнесемитский), 4) индийский, 5) иранский, 6) еврейский, 7) греческий, 8) римский, 9) новосемитский, или аравийский, 10) германо-романский, или европейский7.
К перечисленным культурно-историческим типам, как считает Данилевский, можно отнести еще два, погибшие насильственным образом во время завоевания Южной Америки конквистадорами и не успевшие пройти весь предназначенный им цикл развития, — перуанский и мексиканский.
Все выделенные культурно-исторические типы, по мнению Данилевского, можно причислить к так называемым «положительным деятелям в истории человечества». Однако существуют и иные — отрицательные, играющие негативную роль, действующие, по Образование и функционирование культурно-исторических типов, согласно Данилевскому, протекает не спонтанно, а на основе определенных законов. Их пять.
Закон первый гласит, что каждое племя или народ, или их группа, характеризуемые одним или близкими по своей фонетической основе языками, составляет самобытный культурно-исторический тип, если, это особо подчеркивается Данилевским, оно вообще способно по своим духовным задаткам к историческому развитию и вышло из «младенческого» возраста.
Второй закон формулируется Данилевским в следующем виде:
Дабы цивилизация, свойственная самобытному культурно-историческому типу, могла зародиться и развиваться, необходимо, чтобы народы, к нему принадлежащие, пользовались политической независимостью.

Третий закон раскрывает взаимосвязь между цивилизациями, сформировавшимися в рамках того или иного культурно-исторического типа. С точки зрения Данилевского каждый культурно-исторический тип вырабатывает свои, только ему присущие черты, которые не передаются по наследству. Они не могут быть в полной мере восприняты другими культурами. Речь идет только о частичном заимствовании отдельных черт и признаков при сохранении неизменного ядра первоначальной культуры.
Суть четвертого закона Данилевского: цивилизация достигает вершины своего развития, разнообразия черт, полноты проявлений только когда разнообразны элементы, ее составляющие (Данилевский называет их этнографическими). Этот закон в системе автора книги «Россия и Европа» играет особое значение, ибо с ним Данилевский связывает время существования той или иной цивилизации, ее вклад в культурную сокровищницу человечества. Он подчеркивает прямую зависимость культурно-творческого потенциала цивилизации от степени подчиненности культуры существующей политической системе и политическим институтам.
И, наконец, пятый закон сформулирован так:
Ход развития культурно-исторических типов ближе всего уподобляется тем многолетним одноплодным растениям, у которых период роста бывает неопределенно продолжителен, но период цветения и плодоношения — относительно короток и истощает раз и навсегда их жизненную силу10 сути, как разрушители цивилизаций, обладающих положительным потенциалом.
Базирующаяся на этой идее «естественная система истории различает в рамках «круга ее явлений» троякого рода исторические образования (подобные космической материи, кометам и планетам): 1) племена, составляющие «этнографический материал» для собственно исторических организмов; 2) народы, совершающие лишь «разрушительный подвиг» в истории (типа гуннов, монголов, турок); 3) народы, достигшие «до исторической индивидуальности» и являющиеся «положительными деятелями в истории человечества». Народы этой группы составляют десять основных культурно-исторических типов (у Шпенглера их число сокращено до восьми, у Тойнби увеличено до двадцати одного). Каждый из них развивал самостоятельным путем то начало, которое было заложено в особенностях его духовной природы, а также коренилось в особенных внешних условиях его жизни. Некоторые из них существовали как «совершенно уединенные цивилизации» (Китай, Индия), другие — как «цивилизации преемственные» (египетский, древ-несемитический, греческий, римский, западноевропейский культурно-исторические типы). Выделяя три периода в исторической жизни народов (культур), а именно: этнографический, политический (государственный) и цивилизаци-онный, — Данилевский отмечал, что некоторые из них не достигли третьей, цивилизационной, стадии: например, Иран — вследствие разрушительных воздействий со стороны македонян, арабов и монголов или же славянский (российский в своей основе) тип — в силу исторической молодости.
Большой интерес представляет и решение Данилевским весьма важного вопроса о преемственности культур. Хотя Данилевский провозглашает тезис о том, что базисные черты культурно-исторических типов не передаются, тем не менее он стремится не отходить от исторической правды. С его точки зрения преемственность культур есть эмпирический факт, но пути, которыми она осуществляется, весьма различны.
Простейший способ передачи ценностей одной культуры другой, по мысли Данилевского, может быть назван пересадкой посредством колонизации. Типичным примером подобного рода преемственности является восприятие Южной Италией и Сицилией черт греческой цивилизации, Северной Америкой — способа существования, образа жизни, характерных признаков культуры Старой Англии.
Другой путь передачи ценностей и норм одного культурно-исторического типа другому Данилевский образно называет «прививкой». Этим биологическим термином он обозначает процесс, когда, как он пишет, «дичок» обращается в средство, в служебное орудие для лелеемого черенка», благодаря чему возникает новая культура, аккумулирующая в себе достоинства старой и новой. Таким «дичком», привитым на черенке египетской цивилизации, была культура Александрии, сохранившая в себе практически все характерные признаки греческой и римской культур.
Наконец, как считал Данилевский, существует третий способ воздействия цивилизации на цивилизацию. Это способ, которым Египет и Финикия действовали на Грецию, Греция — на Рим и обе они — на германо-романскую Европу. Данилевский для характеристики данного способа передачи культурных ценностей использует аналогии из сферы биологии.

Подвергая критике утвердившуюся в философии истории антитезу «Восток — Запад», Данилевский — в полемике с С. М. Соловьевым — утверждал: если Европа (западно-христианская цивилизация) «действительно составляет самостоятельное, культурно-историческое целое», то Азия (Восток) «ничему подобному не соответствует, никакого единства в этом смысле не имеет». Критика европоцентризма (продолженная впоследствии Шпенглером и Тойнби) была вызвана у Данилевского не только стремлением к научной истине (в отношении интерпретации исторических судеб народов Востока и античных народов), но и желанием выработать осознанное и в определенной мере критическое отношение России к Европе. В этом контексте должна восприниматься его схема (имеющая и серьезное научное значение) «одноосновных», «двуосновной» и «многоосновной» цивилизаций. Если первичные культуры (Египет, Китай, Вавилон, Индия, Иран) не выявили в резкой форме ни одной из четырех основных сторон культурной жизни, то «одноосновные» цивилизации проявили себя либо в религиозной сфере (европейский народ), либо в собственно культурной (искусство, наука и т. д.) сфере (греки), либо в политической сфере (римляне). Европейцы создали «двуосновную» цивилизацию, охватив в своей исторической жизни и культурную, и политическую сферы. Но до сих пор осталась неосвоенной сфера экономическая, а также никому пока не удавалось связать воедино все четыре сферы социокультурной жизни. Эту роль, по Данилевскому, сможет выполнить славянский культурно-исторический тип.
Данилевский обосновал идею цикличности развития культуры, которая с его точки зрения проходит в своем становлении те же стадии, что и биологические организмы. Культура зарождается, доходит до вершины своего развития и затем, регрессируя, умирает. Этот цикл повторяется снова. Смысл культурного прогресса, согласно Данилевскому, состоит не в том, чтобы переходить с одной стадии на другую, более высокую, а в том, «чтобы исходить все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, во всех направлениях.
Заслуживает серьезной критики и идея Данилевского об отсутствии основы, объединяющей человечество в единое целое, отрицание им существования общечеловеческих идеалов.
В критике предшествующей и современной ему западной исторической мысли Данилевский особо выделял фи-лософско-историчеекую концепцию Гегеля. Другим серьезным критиком этой концепции в 70-е гг. XIX в. был ученый-историк, автор знаменитой «Истории России с древнейших времен» (ее двадцать девять томов были опубликованы с 1851 по 1879 г.)
Типологический (собственно культурологический) аспект теории Соловьева выражен в его осмыслении схемы «Восток—Запад—Россия». С этими культурно-историческими образованиями и ассоциируются «три силы». Каждая из них представлена Соловьевым не только в качестве доминирующей на одном из трех обозначенных периодов мирового развития, но и во взаимном типологическом соотношении — в качестве некоторых постоянных моментов культуры. Символ культуры Востока, по Соловьеву, — «бесчеловечный Бог», Запада — «безбожный человек». Любопытно, что римско-византийское общество он считает сохранившим традиционный языческий характер и после принятия христианства и этим объясняет его падение (вместе с восточной церковью) перед мусульманством — последним крупным проявлением исторической жизни на Востоке. С другой стороны, и германские варвары — считает он — приняли католичество совершенно внешним образом, развив «сознание безусловной свободы, верховное значение лица». В результате и западная цивилизация не стала общечеловеческой и поэтому оказывается бессильной против целой культуры — мусульманского Востока. «Третья сила» (Россия) должна дать человеческой культуре и историческому развитию «безусловное содержание», т. е. может быть лишь «откровением ... высшего божественного мира». Почему Россия? Объяснение таково: от народа — носителя божественной потенции — требуется только свобода от всякой исключительности и односторонности, возвышение над узкими специальными интересами. Но именно эти свойства «принадлежат племенному характеру славянства, и в особенности национальному характеру русского народа».

Позднее Соловьев отказался от этой абсолютизации России и от ряда пунктов своей культурно-исторической схемы. Особенно интересны новации на этот счет в его «Оправдании добра» (1894—1897). Три главные формации культурно-исторического процесса теперь обозначены следующим образом: родовая (в ее осмыслении он опирается на работу Л. Моргана), национально-государственная и универсальная. Эпоха цивилизации начинается военно-теократическими деспотиями Древнего Востока. Другим вариантом национально-государственного существования и соответствующей культуры стали греческие и римские полисы. Но уже в древнем мире закладываются основания третьей культурной эпохи — эпохи универсализма, представленной сначала буддизмом, затем греческой философией и, наконец, христианством. В этом варианте культурологической концепции Соловьев, как видно, оказался предшественником К. Ясперса (с его концепцией «осевого времени»). Нельзя не отметить особо и мистически-символическую окраску соловьевских представлений об истории и культуре, чем они существенно отличаются от способа мышления в традиционных рационалистических философиях истории. Бердяев — религиозный мыслитель, наследующий традиции русской религиозно-мистической философии, и этим обстоятельством прежде всего определяется его подход к постановке и решению животрепещущих проблем, в том числе и к проблеме культуры.
Культура, согласно воззрениям Бердяева, несет на себе отпечаток сакрального, ибо
вокруг храма зачалась она и в органический свой период была связана с жизнью религиозной39.
Корни и исток культуры, считает Бердяев, надо искать в культе. Недаром у этих слов один и тот же корень. Подтверждение этой мысли Бердяев видит в том, что культура символична по своей природе, а символизм культура получает от культа, в котором символ играет основополагающую роль.
Культура, пишет Бердяев, относится к числу благородных феноменов не только потому, что изначально связана с религией, но и потому, что ее основу составляют культ предков, почитание могил и памятников, священные предания и легенды, которые передаются от поколения к поколению. Культура обеспечивает связь времен, и чем она древнее, тем она прекраснее, ибо аккумулирует в себе все самое лучшее, что было выработано тем или иным народом, нацией на протяжении многих столетий.

Культура, будучи аристократичной по своей природе, основана, как пишет Бердяев, «на принципе качественного отбора». Творцы культуры всегда стремятся к совершенству, к достижению высшего качества и в научном познании, и в искусстве. Она всегда связана с процессом формирования душевного благородства и высших человеческих качеств. Для культуры, считает Бердяев, высшими абсолютами являются истина, красота, правда, любовь, добро, и только тот, кто принимает их как ценности собственного бытия, является истинно культурным человеком. То, что создается культурой, подчеркивает Бердяев, создается не для одного, а для многих поколений. Творения культуры вечны, в отличие от тех подделок, которые создаются для того, чтобы сделать жизнь человека более удобной и комфортной.
Весьма показательна в этом отношении, считает Бердяев, культура Древнего Египта, где идея вечного круговорота, неизменного воскрешения после смерти является базисной не только для религии, но и мифологии, искусства, морали.
Исследуя природу культуры, Бердяев постулирует следующий тезис: в культуре изначально борются два начала — консервативное, обращенное к прошлому, и творческое, обращенное к будущему. Однако в культуре отсутствует революционное начало. Революция и культура, с точки зрения Бердяева, «две вещи несовместные». Когда общество вступает в пору революционных катаклизмов, тогда для культуры наступает черная пора. Базисные основания культуры расшатываются и она гибнет. Революционному духу, утверждает Бердяев, культура не нужна, ибо он стремится овладеть благами цивилизации, а не достичь вершин духа. В результате революционных преобразований возникновения нового типа культуры не происходит, ибо нарушается принцип преемственности, наследия культурных ценностей. Раскрытие сущности культуры Бердяев производит через сопоставление ее с цивилизацией. Однако логика его мысли не тождественна логике Шпенглера и других исследователей, близких к нему по теоретическим позициям. Если для немецкого культуролога цивилизация представляет собой итог культурного развития общества, завершающую стадию генезиса культуры, после чего следует ее распад и гибель, то для Бердяева культура и цивилизация существуют одновременно. В придании данным понятиям «чисто хронологического смысла» Бердяев видел главную ошибку Шпенглера и его последователей, не понявших простой истины, что цивилизация и культура не есть две исторические эпохи, а два качественно различных состояния общества, существующих в один и тот же момент времени.
Цивилизацию Бердяев воспринимает исключительно негативно. В цивилизации, по его словам, «есть яд, есть неправда». Она «зачата во грехе» и посему изначально не может нести в себе ничего положительного. Свое резко отрицательное отношение к цивилизации Бердяев объясняет тем, что последняя возникает в результате установления социального неравенства и угнетения, эксплуатации человека человеком, в результате подчинения индивида технике, которая заставляет его строить жизнь на основе принципа технической рациональности. «Цивилизация, — пишет Бердяев, — обещает освободить человека, и, бесспорно, она дает орудия освобождения. Но она также есть объективация человеческого существования и потому несет в себе порабощение»43. Поэтому видеть в цивилизации результат прогрессивного развития общества и вкладывать в это понятие позитивное содержание не представляется возможным. По мысли Бердяева, цивилизация суть промежуточное состояние общества. Она находится между «царством природы и царством свободы». Следовательно, человечество должно идти не вспять к природе, как считали Руссо и другие представители европейской просвещенческой мысли, а вперед — к свободе. Бердяев убедительно показывает, что индустриальная техническая цивилизация суть «цивилизованное варварство», что в носителе ценностей такой цивилизации периодически пробуждается зверь, первобытный человек, для которого самым значимым аргументом оказывается дубина, который живет по принципу — «кто силен, тот и прав». Масса, с точки зрения Бердяева, не народ. Народ всегда имеет свою культуру. Масса — нет. Она темна, ею движут инстинкты, и, в первую очередь, инстинкт агрессии. Излагая свою культурологическую концепцию, Бердяев обстоятельно исследует проблему генезиса культуры. Последняя для него не есть нечто ставшее, данное изначально и на веки веков. Культура, считает он, проходит в своем развитии ряд стадий, среди которых можно выделить стадии зарождения, цветения, или высшего подъема, и упадка. Самым плодотворным периодом развития культуры является стадия увядания.

1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Потрошенко посадил Мишико на диету! Ведь в качестве властителя Одессы ему придётся носить вышиванку, а к ней галстуков не надевают!
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, шпаргалка по культурологии "Культура и цивилизация. История понятий культура и цивилизация; многообразие подходов (Данилевский, Белл, Ясперс, Шпенглер); цивилизация как психологический аспект культуры", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru