Реферат: Геософия в трудах евразийцев - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Геософия в трудах евразийцев

Банк рефератов / Философия

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 86 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Министерство Образо вания Российской Федерации Российский Университет Дружбы Народ ов Физико-математический факультет 02.00.01. неорганическая химия Реферат По философии для сдачи кандид атского экзамена по философии «Геософия в трудах евразийце в» Выполнила: аспирантка кафедра общей химии Жук Марина Николаевна Научный руководитель: Москва 2005год. Содержание. Введение Глава 1. Исторические предпосыл ки развития геософии в концепциях географического детерминизма 1.1. Западноевропейской школы гео софии 1.2. Русской школы геософии10 Глава 2. Геософия в теориях Л.И. Ме чникова 2.1. Мировоззрение Л.И. Мечникова 2.2. Теория исторического процесс а 2.3. Теория социального прогресса Глава 3. Геософия в теориях евраз ийцах 3.1. Геософия кн. Н.С. Трубецкого 3.2. Геософия П.Н. Савицкого 3.3. Геософия Г.В. Вернадского 3.4. Теория этногенеза и пассиона рности Л.Н. Гумилева Заключение Библиография Введение. «Люди только по той причине считают себя свободными, что свои действия они осознаю т, а причины, которыми они определяются, не знают»… Бенедикт Спиноза . Мысль о написании подобной раб оты возникла довольно давно, еще в 90-х, в связи с возросшим интересом нашег о общества к осмыслению своего исторического прошлого. Актуальность же в данной работ е возникла только сейчас, когда подобное осмысление необходимо, а геософ ия незаслуженно забыта. Рассматривая географический детерминизм русск их мыслителей, хотелось бы обратить внимание на то, что историко-философ ский аспект данной проблемы перестал быть чем-то необычным. Перед историей философии встае т задача действительно глубокого анализа, понимания этой философской т радиции не как чего-то экстраординарного, для современной российской ку льтуры, но феномена, вписанного в мировую духовную культуру, связанного с общемировым философским процессом, хотя и выдвигающего специфически е способы решения основных философско-теоретических проблем. Цель данной работы - реализоват ь идеи союза философии и конкретных научных исследований. В этом плане г еософия представляет несомненный интерес в силу охвата последней широ кого спектра различных объектов - природы, этносов, хозяйства, как способ а производства. «Я считаю, что наука география, к оторой я решил теперь заняться, также как всякая другая наука, входит в кр уг занятий философии» - писал на заре нашей эры Страбон. Можно сказать и та к: географические знания являются одними из первых форм отражения челов еком окружающей среды и при этом географические объекты - горы, ландшафт, реки и т.п. - легко воспринимаемы человеческим сознанием, а географическа я информация необходима всем - охотникам, скотоводам, военным, купцам, гос ударственным служащим, политикам. Именно поэтому география в абстрактн о-целостных построениях древних натурфилософов играла роль содержател ьного компонента. В средние века география развивалась в лоне космограф ии, как познавательной единой системы, охватывающей знания о Земле, косм осе и физических явлениях. Вплоть до XIX века географическая область филос офско-исторических, политических и социальных размышлений русских уче ных не имела специального, самоценного воплощения, хотя идеи «Географич еской школы», особенно у Ш. Монтескье и Г. Бокля находили в русской научной мысли своих последователей и критиков. Географический детерминизм за нимал умы таких ученых как К.М. Бэр, С.М. Соловьев, В.О. Ключевский, Л.И. Мечнико в, А.П. Щапов, Г.В. Плеханов и многих других, что позволяет говорить о значимо сти проблемы, о постоянном, неослабевающем интересе социологов, философ ов, политиков и представителей ряда других наук. События, которым мы являемся св идетелями, имеют глубокий историко-философский смысл. Русская обществе нная мысль находится в новой фазе своего развития, т.к. совсем недавно нач алась новая эпоха. Нет больше Российской Империи, нет СССР, но есть Россия- Евразия и существуют на ее территории народы. Как они жили, как сосуществ овали в ходе своего развития, своей истории, как решали проблемы, стоящие сегодня перед нами, какую играл роль в этом ландшафт России-Евразии? Вот в опросы, ответ на которые нам может дать наше наследие, и с которыми мы пост араемся разобраться несколько ниже. Евразийство возникло в 20-е г.г. ХХ века в Софии, откуда распространилось по территории всей Европы и, остав ив множество ярких работ, затихло к 40-му году. Началом послужило издание к ниги профессора кн. Н.С. Трубецкого (1890-1938) «Европа и человечество». В движении принимали участие г ениальные и образованные люди: В.Н. Ильин, Г.В. Вернадский, Г.В. Флоровский и другие. Они, как и многие евразийцы - философы, географы, экономисты, истор ики, богословы, экономисты, - занимали лучшие кафедры в Берлине, Лондоне, П раге и других городах Европы. Общий перечень их сочинений исчислялся сот нями наименований. Известно, что евразийство, как м ассовое течение, возникло на заседании религиозно-философского кружка в Софии 3 июня 1921 г., где с докладами выступили кн. Трубецкой и Флоровский - мо лодой философ, в будущем выдающийся историк церкви и богослов. Месяцем п озже вышел сборник «Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утвержден ия евразийцев» Сувчинского, Савицкого, Трубецкого. Вдохновителем этого труда был кн. А.А. Ливин - русский аристократ, обладавший даром нетривиального виден ия традиционных тем. Центром объединения стала Прага. Общие настроения, пронизывающи е всю литературу евразийцев можно назвать антизападничеством и почвен ничеством. Они подчеркивали факт глубокого культурного переворота ХХ в ека, связанного с кризисом западноевропейской культуры и цивилизации. I мировая война и Русская революция рассматривались евразийцами как зна ки провиденья, возвещающие наступление новой исторической эпохи, где це нтральное и руководящее место будет принадлежать России, а не Европе. На смену западной придет новый тип культуры, поэтому русской эмиграции сле дует искать духовную опору в первую очередь в русских корнях, русской тр адиции.[2, с.57] Основной категорией мышления б ыло определение России как особого географического и исторического ми ра. Россия не принадлежит ни Востоку, ни Западу. В силу исключительного ге ографического положения, европейско-азиатской протяженности, а также п риродно-климатических условий «Востоко-Запад» (как называл Россию Сави цкий) образует особый, новый субконтинент - Евразию. Он состоит из «отлома нной» от Европы европейской части России и «исключенной» из Азии России азиатской. На всем пространстве Евразии, примерно совпадающем с граница ми России 1914 г., разворачивается вся русская история. Она служит «местораз витием» евразийского культурно-исторического типа. Надо сказать, что ге ографически евразийцы воспринимали Россию - Евразию (совокупность трех российско-евразийских низменностей - равнин и горных стран, к ним примык ающих) как определенный географический ландшафт, влияющий на историчес кое развитие. Мозаичному и дробному ландшафт у Европы противопоставляется периодическая система географических зо н в Евразии. Параллельным и горизонтальным географическим зонам Еврази и - пустыне, степи, лесу и тундре - соответствует особый, волновой ритм исто рического развития - череда подъемов и депрессий. Евразийский мир сравни вается с пульсирующим сердцем. Такая поэтическая метафора получила сво е развитие в особом виде движения при построении кривой этногенеза в тео рии пассионарности Гумилева. Собственно философско-историч еская концепция разрабатывалась Вернадским. История Евразии интерпрет ировалась как история борьбы между «лесом» (оседлыми славянами лесной з оны) и «степью» (урало-азиатскими степными кочевниками). В монгольский пе риод евразийско-русской истории степь победила лес. В середине XV века лес (Московия) взял реванш. Наука русской истории увлеклась изучением роли п равославия и византийского наследства и прошла мимо очевидного факта о брусения и опрославления татарщины. Она не обнаружила татарский источн ик русской государственности. Государство московское образовалось на развалинах Золотой Орды и является наследником не Киевской Руси, но импе рии Чингисхана. Духовным источником Москвы является Византия, историче ским - монголо-татары. Радикальная и пафосная концепц ия евразийцев бросала вызов катастрофическому мироощущению, господств овавшему в среде эмигрантов, и привлекало на свою сторону ученых, которы е жаждали дать свой ответ на извечные вопросы о судьбе России. Итак, основным направлением ев разийцев было рассмотрение взаимодействий окружающей среды, ландшафто в и народов, проживающих на них. Рассмотрим концепции теорий самых ярких представителей евразийства. Глава 1. Исторические предпосы лки развития геософии в концепциях географического детерминизма. 1.1. Западноевропейской школы г еософии. Вопрос о роли географии в разви тии общества восходит еще к Античности. Аристотель, описывая Ойкумену, у казывает на зависимость различий у народов от различий географии стран, где они проживают, что и отражено в трактате «Политика»: «Народности, обитающие в стран ах с холодным климатом на севере Европы, преисполнены мужественного хар актера, но интеллектуальная жизнь и художественные интересы у них менее развиты. Поэтому они сохраняют свою свободу, но неспособны к государстве нной жизни и не могут господствовать над соседями. Наоборот, народности населяющие Азию, очень интеллигентны и обладают художественным вкусом, но зато им не хватает мужества, поэтому они живут в подчиненном и рабском состоянии. Эллинская народность, занимающая в географическом отношени и как бы серединное положение между жителями севера Европы и Азии, объед иняет в себе природные свойства и тех и других, она обладает и мужественн ым характером и развитым интеллектом» [1,с.314]. Страбон, Гиппократ также указы вают на различие физического склада и характера людей в зависимости от с тран их проживания, а также дают много интересных указаний о роли геогра фического положения и географических условий отдельных стран в конкре тном историческом развитии этих народов. Так, в «Географии» Страбон стре мился описать Ойкумену, основываясь на сопоставлении к обобщению всех и звестных для его времени данных, где говорилось о необходимости учета ге ографических условий при управлении страной, в политике и военном деле. «География» должна была служить практическим руководством для римских государственных деятелей. Основоположник научной медици ны Гиппократ в своем труде «О воздухе, воде и суше» говорит о влиянии геог рафической среды (климата и отчасти почвы) на организм человека и его пси хику. Жаркий климат, утверждает Гиппократ, делает человека ленивым, напр отив, изменчивый климат способствует возбуждению энергии. Указывая, что климат Малой Азии отличается мягкостью по сравнению с климатом Европы, Г иппократ объясняет этим большую мягкость характера жителей Малой Азии по сравнению с населением Европы [2,с.9]. Т.о., мыслители Античности стоят у истоков географических идей. В их трудах нет рассуждений о взаимодейст вии и взаимовлиянии географической среды и народов. Их основная цель - оп исание окружающих народов и констатация их различий, в зависимости от ме ста их географического местожительства. Из сочинений Страбона, Аристот еля и многих других мыслителей явствует, что в период Античности шло зар ождение географических взглядов, которые в последующем положили начал о географическому детерминизму и геософии. В средние века общий упадок кул ьтуры в Европе исключал дальнейшую разработку проблемы влияния геогра фической среды на развитие общества. Лишь в восточной литературе крупны й арабский ученый XIV века Ибн-Хальдун в обширном предисловии к своему труд у «Книга примеров по истории арабов, персов, берберов и народов, живших с н ими на земле» попытался создать цельную теорию географической обуслов ленности развития народов. Здесь он развивает представления античных м ыслителей, но в отличие от Аристотеля, Страбона и Гиппократа анализирует влияние ландшафтов на развитие арабской цивилизации. В XVI веке в европейской странове дческой литературе можно найти немало конкретных указаний на роль геог рафической среды в жизни отдельных стран и народов. Наиболее полную хара ктеристику обусловленности социальной жизни народов, их нравов и психо логии географической средой дал общественный деятель XVI века Жан Боден. Р азвивая мысли античных и арабских мыслителей о влиянии географии на раз витие общества, он кроме характеристики географического расселения на родов ввел понятие климата и почвы стран. Свою теорию географического де терминизма он изложил в книге «Метод легкого изучения истории». Излагая свою теорию, Боден отме чает, что делает это иначе, чем предшественники, которые поверхностно пи сали о различных законах, религии и учреждениях народов. Он стремится ис следовать устойчивые качества народов, зависящие не от человеческих ус тановлений, а от географии занимаемой местности. Такого рода исследован ия, по мнению французского ученого нельзя искать в сочинениях древних, т. к. они не знали теперешнего состояния стран и местностей. Подобной пробл ематикой занимались его последователи Дюбо, Шарден и Монтескье. Более по дробно стоит остановиться на последнем. Свои взгляды Монтескье изложил в труде - «О духе законов». Они получили название теории климата, хотя дан ное название не является точным. Монтескье, действительно, начинает изло жение своих взглядов о роли географических условий для развития общест ва с рассуждений о роли климата и уделяет климату главное внимание, но он также уделяет внимание и влиянию ландшафта и почв, которым уделяет целую главу своего сочинения. В этой теории он отмечает о разл ичии характера людей, живущих в разных климатических поясах. Он утвержда ет, что благоприятный теплый климат расслабляет тело и душу человека, а х олодный климат, напротив, делает человека крепким и энергичным. Вследств ие этого народы жарких стран робки, как старики, а народы холодных стран о тважны, как молодые люди. В холодном климате восприимчивость человека к удовольствиям очень мала, она более значительна в умеренном климате и оч ень сильна в жарком. Аналогичным образом южане сильнее ощущают боль, а се веряне отличаются малой чувствительностью. В Европе умеренный климат госп одствует на значительном пространстве, в ней каждая страна по климату по хожа на соседнюю страну. В Азии, где народы воинственные соприкасаются н епосредственно с народами изнеженными, ленивыми и робкими. Естественно, что одни сделались завоевателями, а другие завоеванными. В Европе народы , живущие по соседству, отличаются почти одинаковым мужеством. Вот где ве ликая причина слабости Азии и силы Европы. История, по его мнению, подтвер ждает данный вывод: «Азия покорена тринадцать раз: одиннадцать раз народ ами севера и два раза народами юга.… В Европе, напротив, было только четыре великих перемены: завоевания римлян, нашествие варваров, уничтоживших с амих римлян; победы Карла Великого и набеги норманов» [24,с.200,228]. При этом римл янам было трудно покорить Европу и легко производить завоевания в Азии. Вторым географическим факторо м, оказывающим влияние на человечество, Монтескье считает почву. Плодоро дная почва способствует изобилию продуктов. Население страны с богатой почвой живет в довольстве и боится рисковать своим благосостоянием, оно не склонно к упорной защите своих интересов. Поэтому в плодородных стран ах, естественно, устанавливается дух зависимости и в них часто встречает ся монархическое правление. «Бесплодие почвы делает людей искусными в мастерстве, трезвыми, закаленными в труде, мужественными, сп особными к войне, им надо добывать себе то, в чем им отказывает земля. Плод ородие страны вместе с зажиточностью дает жителям изнеженность и некот орую любовь к сохранению жизни» [24,с.232,234]. Ш. Монтескье как философ и социо лог, пытается связать географические факторы с возникновением, становл ением, развитием государственной, политической, нравственной системы о бщества. Он расширяет понятие географической среды - вводит понятие рель ефа, ландшафта, делает попытки исторически анализировать обусловленно сть развития народов географическими факторами. Взгляды его на роль географиче ской среды несколько схематичнее, чем у Ж. Бодена. По существу, в основе вс его построения Монтескье лежит антитеза между ленивой, неспособной к тв орчеству и борьбе за свободу Азией, являющейся продуктом жаркого климат а, и энергичной, творческой, свободолюбивой Европой, расположенной в уме ренном климате. На одной стороне все преимущества, на другой - почти одни н едостатки. Продолжателем идей Ж. Бодена и Ш . Монтескье, связавший их с историей, стал И. Г. Гердер - философ, литературов ед и поэт, его основной труд - «Идеи о философии истории человечества» ока зал значительное влияние на развитие европейской к русской социологич еской мысли. За исходное в оценке народов Ге рдер берет ту же идею о влиянии климата на характер людей, но максимально расширяет понятие климата, включая в него как географические факторы, та к и культуру, и философию природы. Основным исходным положением его явля ется мысль о наличии законов, управляющих историей человечества, и о при нципиальном единстве этих законов с законами, управляющими развитием п рироды. В лице Гердера, фактически, обоз начилось направление, получившее название «геософии». Его идеи уходят с воими корнями в Античность, к теориям Ж. Бодена и Ш. Монтескье, но разворач иваются уже в иной - историософской плоскости, что, безусловно, было важны м шагом в осознании проблем географического детерминизма. В середине XIX века с защитой данн ого направления выступил крупный английский исследователь Генри Томас Бокль. В своем труде «История цивилизации в Англии», он доказывает завис имость развития общества от географической среды, в которой выделил 4 эл емента: климат, почву, пищу, общий вид природы. По его мнению, производство и распределение полностью зависят от этих условий. «Энергия и правильность в само м труде совершенно зависят от влияния климата», - пишет Бокль, - считая, что «распределение богатств и его производство подчиняется географически м законам природы, сила которых непреодолима». [6, с. 20-21]. Бокль полагает, что в силу геогр афических особенностей жарких стран их жители нуждаются в меньшем коли честве пищи, чем жители холодных стран, поэтому при равенстве других усл овий рост народонаселения в жарких странах идет быстрее, чем в холодных. Исходя из вышесказанного, он делает вывод о том, что законы климата через пищу связываются с законами народонаселения, а значит, и с законами расп ределения богатств. Также как и предшественники, Бо ден полагает, что у жителей севера характер более смелый и предприимчивы й, чем у южан. С климатом также он связывает возникновение неравенства и у гнетения народов. Так как, по его мнению, неравномерное распределение бо гатства Индии произошло от особенностей климата и пищи,… и нет ничего уд ивительного в том, что в стране этой огромное количество населения угнет ено жесточайшей бедностью и остается в состоянии бессмысленного униже ния, изнемогая под бременем беспрерывных несчастий. [6, с. 23]. Ибо климат Индии обрекает свои народы на состояние, не допускающее неповиновение, любому кто хочет и мо жет приказывать: «Сила этих законов так непреодолима, что везде, где толь ко появилось их действие, они держали народы в постоянном подчинении. Не т примера в истории, чтобы в какой-нибудь тропической стране при значите льном накоплении богатства, народ избегнул такой судьбы, нет примера, чт обы вследствие жаркого климата не оказалось избытка пищи, а вследствие и збытка пищи неравномерного распределения сначала богатства, а за ним - и политического, и общественного влияния» [6,с.31]. В отличие от Бодена, Монтескье и других мыслителей, Бокль переводит исследование географического детер минизма в новую плоскость, приведшую в итоге к геополитике, что вполне от вечало насущным требованиям Британской империи в ее политике по удержа нию власти в колониях. К середине XIX века в Европе сформ ировалась школа геософии, в основе которой лежали идеи античных авторов расширенные введением новых понятий - климата, ландшафта, почв и вытекаю щего из них географически детерминированного развития общества. Возникновение школы было связа но с великими географическими открытиями, с открытиями новых стран мира и колонизацией их европейцами. Стоит ли говорить о том, что новоявленная школа однозначно поставила знак неравенства между Европой и всем остал ьным миром, указывая либо на избыток жары, либо на суровость климата. И в к онечном итоге она распалась на два направления: историософию (О. Шпенгле р) и геополитику экспансии европейцев в отношении своих метрополий и ост ального мира. В период с конца XIX по середину XX в ека сущность западноевропейской школы геософии мало изменилась, найдя своих продолжателей в лице североамериканских геополитиков и немецких теоретиков «жизненного пространства», обосновавших имперские притяза ния фашистов. Данное направление особенно ши роко было представлено в Германии. Основными представителями немецког о течения были Ратцель и Хаусхоффер. Ф. Ратцель в своем труде «Челове чество как жизненное явление на земле» развил мысль о том, что судьба нар одов обусловливается почвой, а также растительном и животном царствами. «Почва, ландшафт не только дает поле деятельности народам и снабжает их пищей, но и принуждает их кооперироваться, климат определяет долю влаги и тепла, достающихся этим народам, а растительный и животный мир снабжае т их средствами пропитания, одеждой и украшениями … принадлежность стра ны к известному полушарию, к известной части света, к полуострову, к архип елагу, близость морей, рек, пустынь - все это определяет ход истории» [30,с.103]. Все суждения Ратцеля ни в коем с лучае не подлежат сомнению, но выводы, которые он делает, являются чистой политикой, и к осознанию роли теософии в рамках детерминизма никакого от ношения не имеют. Коротко можно свести к следующему: «Если какой-либо нар од в течение своего исторического развития был не богато одарен землей, то его высшее призвание … в улучшении своего географического положения - путем захвата лучших земель» [30,с.104]. Продолжатель идей Ратцеля стал Хаусхоффер, крупный военный, в отличие от своего предшественника, говор ил не столько об экспансии, сколько о союзе географически обусловленных стран, подчеркивая, что «географическое положение страны предопределе но, как естественный закон» [26,с.17]. Он писал о государстве, как о живом «сверх существе», о живом организме, где все теснейшим образом взаимосвязано - л андшафт, климат, характер народа на нем проживающего.. Стоит отметить его взгляды на г еополитику: «Политическая география рассматривает государство с точки зрения географического пространства, а геополитика - пространство с точ ки зрения государства» [30,с.9]. Во второй половине XX века идеи г еополитики не исчезли, а приняли обличие как глобального противостояни я Восток - Запад, так и мелких региональных конфликтов. 1.2. русской школы геософии. В России дело обстояло иначе. Не многочисленные памятники древнерусской письменности, такие как «Повес ть временных лет» Нестора, «Поучения Владимира Мономаха» и некоторые др угие дают право утверждать, что славяне высказывали идеи о влиянии геогр афии на развитие и существование различных племен, и в первую очередь са мих славян: «И жили между собою в мире поляне, древляне, северяне, радимичи , вятичи и хорваты». Сами названия уже несут информацию о различном геогр афическом положении племен и специфике их уклада. В «Повести» автор делает акцен т на привязку славян к речному торговому пути, который пролегал на Волге и Дону, что отражает привязанность и влияние на славянские племена ландш афтов: «Экономико-географическое единство региона, в котором сочеталис ь зональные и азональные ландшафты, (речные долины) определяло необходим ость создания целостной хозяйственной системы, где части не противосто ят друг другу, а дополняют одна другую», - писал Л.Н. Гумилев. Геософские идеи русских летопи сцев проявляются в осознании ими различия лесного и степного ландшафто в и различия между оседлыми, земледельческими племенами, привязанным к т ем или иным речным системам, и кочевыми, степными племенами, жизнь которы х также обусловлена ландшафтами их расселения. Здесь важно отметить, что бытующее мнение о постоянном противостоянии «леса» и «степи» является не совсем точным. Так, по Л.Н. Гумилеву, вмещающие ландшафты древних русиче й были не столько леса, сколько лесостепи, ополья и речные долины. При этом русские не хотели жить в степи, вдали от леса, а половцам было не удобно па сти в лесах скот. Но первые нуждались в дешевом мясе и твороге, когда как в торым необходимы были телеги, топорища, посуда. Обменная торговля, не дав авшая наживы, связывала степняков и славян лесостепей в единую экономик о-географическую систему. Общим мотивом древнерусской мы сли является идея объединения народов. Идея, которая отражает осознание особенностей географической среды, вмещающей славянские племена. Имен но эту идею в дальнейшем отразил Савицкий в понятии «Россия как отдельны й географический мир», мир, характеризующийся отсутствием выхода к тепл ым, незамерзающем морям и резким континентальным климатом. Природа мате рика изначально подсказывало племенам, на нем проживающим, что единстве нным путем их процветания и выживания является обращение внутрь матери ка и кооперация усилий по освоению данной географической среды. Вторая основная идея древних - и дея государственности, получившая сильнейшую поддержку в православии и еще более укрепившаяся в период монголо-татарского нашествия. Ее очень хорошо отразил Бердяев в своем труде «Русская идея»: «Русская мысль сви детельствует о существовании русской идеи, которая соответствует хара ктеру и призванию русского народа. Русский народ - религиозный по своему типу и по своей душевной структуре, русские люди любовь ставят выше спра ведливости. Русская религиозность носит соборный характер. Христиане З апада не знают такой коммюнатарности, которая свойственна русским. Все э то - черты, находящие свое выражение не только в религиозных течениях, но и в течениях социальных. Если брать православие не в его официальной форм е, то в нем больше свободы, больше чувства братства людей,… меньше властол юбия, чем в христианстве западном. У русского народа нет той любви к велич ию историческому, которым так пленены народы Запада. Народ, обладающий в еличайшим в мире государством, не любит государства и власти. Верно, что г ерманская и русская идеи противоположны друг другу. Германская идея ест ь идея господства, преобладания, могущества, русская же идея есть идея ко ммюнатарности и братства людей и народов. Русские менее семейственны, че м западные народы, но безмерно более коммюнатарны. У русских иное чувств о земли, и сама земля иная, чем у Запада. Русским чужда мистика расы и крови, но очень близка мистика души» [3,с.23]. Качества, которые Бердяев назы вает коммюнатарностью, Мечников - кооперацией, а Гумилев - комплиментарн остю, - суть отражение потребности в освоении огромных, необъятных прост оров Евразии - России, дабы они стали родным ландшафтом для всех племен на ней проживающих. После оформления русской госуд арственности, идеи географической предопределенности переросли в поли тику объединения и кооперации всех племен и народов, живущих в данном ге ографическом мире. Но в отличие от европейской геополитики русская докт рина строилась на изначальном равенстве народов. В начале XIX века в России вместе с проникновением западных учений и в первую очередь позитивизма, происхо дит формирование собственно идей геософии, параллельно со становление м географии как науки. И в этом важную роль сыграла немецкая географичес кая школа. Основоположником русской школ ы был Карл Максимович Бэр. В своей работе «О влиянии внешней природы на со циальные отношения отдельных народов и историю человечества» он утвер ждал, что судьба народов определяется наперед и как бы неизбежно природо ю занимаемой местности[5,с.43]. Он считал, что в физических свойствах местнос ти заранее определена судьба народов и целого человечества, и что «ход в семирной истории, конечно, более определяется внешними физическими усл овиями» [4,с56]. Впервые в отечественной литера туре именно К. Бэр провел мысль об определяющей роли рек в распространен ии цивилизации, которую впоследствии развивали С. М. Соловьев и Л. И. Мечни ков. В научном творчестве крупнейше го естествоиспытателя XIX века, академика Бэра, немаловажное место занима ет проблема детерминизма. Это отражается в его многочисленных трудах по истории и географии. В своем произведении «Карманная книжка для любител ей землеведения» Бэр развил мысль об отношении истории и географии. Здес ь он говорит о том, что состояние земли, деление ее на твердую почву и водн ые пространства, горные массивы и пустыни, и обусловленные этим делением климатические условия, оказывают влияния на историю народов. Он считал, что история человечества становится понятной лишь благодаря изучению физических отношений, а значит, география является основой для изучения мировой истории. Вслед за Бэром, необходимо отме тить немецкого графа К. Риттера, сыгравшего немаловажную роль в формиров ании идей отечественного географического детерминизма. «Не следует ли попытаться, - писа л он, - взглянуть на историю человека и народов, с менее известной до сих по р стороны, со стороны сцены их всеобщей деятельности - земли в ее существе нном отношении к человеку, а именно - внешней поверхности земли» определ ить картину и жизнь природы во всей ее взаимной зависимости, установить частные и общие законы природы этой поверхности, как в неподвижных форма х, так и в оживленных, органических образованиях. Только после системати ческого изучения всей системы природных явлений земной поверхности ка к единого целого появятся условия для научного определения сути отноше ний между человеком и географией[30,с.54]. Проблему отношений между человеко м и географической средой многие современники считали основной в труда х Риттера. Он считал, что земля создана Бог ом для человека как его жилище, арена деятельности и воспитательный дом, поскольку природа оказывает через географию большое нравственное влия ние. Человек самым тесным образом с вязан с географическими условиями местности, в которой он живет. Еще тес нее, чем отдельный человек, с местностью - своей родиной - связан отдельный народ. Мир человека в своем физическом и духовном развитии многообразно обусловлен земною корою [30,с.18]. Риттер рассматривал влияние на жизнь народов формы материков, особенности рельефа земной коры, климат, обращая внимание на Россию: «Удобная форма берегов (гавани) полезна для м ореходства, а значит, для развития сношений с другими странами и материк ами и торговли, горные страны служат препятствием для сношений, но и охра няют народы; равнины удобны для создания сухопутных способов сообщения, как в России. Климатические условия влияют на жизнь людей в той степени, в какой содействуют или мешают существованию человека» Есть у Риттера и историософски е взгляды: «Только соответствие между народом и его родиной и положением государства в ландшафте и человеческой жизни, содействует и обуславлив ает процветание народов в мировой истории». Он полагает, что «существует решительная зависимость человека от географии страны»[30,с.55]. С 1829 г. труды и многие статьи Ритт ера начали издаваться России. К началу 1940-х г.г. в русской литературе имя Ри ттера встречалось повсеместно, причем сопровождалось эпитетами «знаме нитый», «гениальный» и т. д. его лекции в Берлине слушали такие великие уче ные как С.М. Соловьев, И.В. Кириевский и другие. Все без исключения русские г еософы того времени, бывавшие в Европе, называют его своим учителем. В России последователями геогр афического направления были такие видные ученые как С.М. Соловьев, В.О. Клю чевский, Л.И. Мечников. В своих трудах они стремились найти реальную основ у общественного развития, и в качестве методологического принципа испо льзовали географический детерминизм. Выдающийся русский ученый С.М. С оловьев в своей «Истории России с древнейших времен» так приступает к об основанию особенностей отечественной истории::«Перед нами обширная ра внина: на огромном расстоянии от Черного до Белого и от Балтийского до Ка спийского моря путешественник не встретит никаких сколько-нибудь знач ительных возвышенностей, не заметит ни в чем резких переходов. Однообраз ие природных форм исключает областные привязанности, ведет народонасе ление к однообразным занятиям, однообразие занятий ведет к однообразию в обычаях, нравах, верованиях, одинаковость нравов, обычаев и верований и сключает враждебные столкновения, одинаковые потребности указывают од инаковые средства их удовлетворения, и равнина, как бы ни была обширна, ка к бы ни было в начале разноплеменно ее население, рано или поздно станет о бластью одного государства: отсюда понятна обширность Русской государ ственной области, однообразие частей и крепкая связь между ними»[27,с.78]. Это рассуждение Соловьева проникнуто духом европейской, и в частности неме цкой идеи о влиянии ландшафта на формирование государства. Продолжением идей Бодена и Мон тескье является мысль о том, что однообразие природных форм ведет к одно образию занятий и т.д. в этой тенденции прослеживается связь между естес твенными условиями географической среды и характером быта и уклада вос точных славян. Внося новое звучание Соловьев, пытается объяснить этим пр изнаком и духовную жизнь народа. В общей социологической структ уре связей русской и мировой истории с природой он выдвигает на первый п лан географический фактор. Он довольно в резкой форме выделяет преимуще ства географических условий существования государств Западной Европы перед условиями Восточной. При этом он делает упор именно на предмет раз ного влияния географии на общественное развитие. «При первом взгляде на Европу н ас поражает различие между двумя ее неравными половинами - западною и во сточною… первая мысль при этом, что две, столько разнящиеся между собою, п оловины Европы должны были иметь очень различную историю. Мы знаем, как в ыгодны для быстрого развития общественной жизни соседство моря, длинна я береговая линия… удобства естественных внутренних сообщений, разноо бразие форм, отсутствие громадных, подавляющих размеров во всем, благосо стояние воздуха, без африканского зноя и азиатского мороза; эти выгоды о тличают Европу перед другими частями света; на эти выгоды указывают как на причину блестящего развития европейских народов, их господства над д ругими народами других частей света. Но, указывая на эти выгоды, должно ра зуметь только Западную Европу, ибо Восточная их не имеет; природа для Зап адной Европы, для ее народов была мать; для Восточной, для народов, которым суждено было здесь действовать,- мачеха» [27,с.8]. В «Истории России» Соловьева р ассыпаны многочисленные взлеты теоретической мысли, доказывающие неуд овлетворительность общего метода европейской школы, которым он пользу ется, и преимущества добытого им рационального ядра. Так, из идей о непоср едственном влиянии естественных условий на деятельность человека укаж ем на следующие соображения историка о взаимной связи природы и человек а: «Природа роскошная, с лихвой вознаграждающая и слабый труд человека, у сыпляет деятельность последнего, как телесную, так и умственную… природ а более скупая на свои дары, требующая постоянного и нелегкого труда со с тороны человека, держит всегда последнего в постоянном возбужденном со стоянии: его деятельность не порывиста, но постоянна, постоянно работает он умом, неустанно стремиться к своей цели» [27,с.7]. Из главнейших факторов историч еского развития Соловьев выделяет три: географический (природа страны), этнографический (характер «племени», к которому принадлежит народ) и вне шний (соприкосновение с другими народами). Соловьев последовательно обна руживает объективную связь ровного ландшафта с отечественной историей славянских народов. Рассматривая отношения России и Европы, уже в IV томе «Истории России» Соловьев обращает внимание на разл ичные оценки в западноевропейской историософии Европы: как устойчивог о образования и России как колонизирующейся страны. На Западе камень, го ры разделили территорию и с самого начала обеспечили устойчивость госу дарственных образований с прочными замками и городскими укреплениями. У нас - дерево, лес, непрочные деревянные строения и городские частоколы, г де ничего не привязывает к месту, не создает прочной оседлости [27,с.12,14]. Соло вьев выступает здесь как ученый, использующий наработанный европейско й школой инструментарий, в виде всеобщих законов географического детер минизма, для объяснения русской истории. При этом он избежал шовинистски х и расистских настроений, присущих европейской школе теософии и попыта лся научно объяснить объективную взаимосвязь России с мировой историе й. Положительные результаты в поисках своей теории о взаимосвязи геогра фии и общества есть и у других представителей географического направле ния в русской теософии. По сходной линии преемственности и традиции с Со ловьевым следует указать на «Курс русской истории» В.О. Ключевского. В об щеисторическом значении представляет интерес, прежде всего сравнитель ная характеристика в нем географических условий Европы и Азии. В некотор ом отношении Ключевский повторяет Соловьева, но дает эту характеристик у в еще более яркой форме, объемно, рисуя географический объект с точки зр ения потенциальных возможностей человеческой деятельности. Он пишет о том, что две географические особенности отличают Европу от других часте й света и от Азии преимущественно: это, во-первых, разнообразие форм повер хности и, во-вторых, чрезвычайно извилистое очертание морских берегов. И звестно, какое сильное и разностороннее действие на жизнь страны и ее об итателей оказывают обе эти особенности. Европе принадлежит первенство в силе, с какой действуют в ней эти условия. Нигде горные хребты, плоскогор ья и равнины не сменяют друг друга так часто и на таких сравнительно малы х пространствах, как в Европе. С другой стороны, глубокие заливы, далеко вы дающееся полуострова, мысы образуют как бы береговое кружево западной и южной Европы. Здесь на 30 миль 2 материкового пространства при ходится одна миля морского берега, тогда как в Азии одна миля морского бе рега приходится на 100 миль 2 материкового пространства. Типичн ой страной Европы обоих этих отношениях является южная часть Балканско го полуострова, - древняя Эллада[22,т.1,с.71]. Правота Ключевского особенно убед ительна, если смотреть на предмет конкретно исторически: удобное геогра фическое положение Европы, несомненно, играло положительную роль в разв итии общественных отношений в странах этой части света, особенно в прошл ом, когда зависимость человека от природы была довольно велика. Что касается русской географич еской среды, то высказывания Ключевского о влиянии ее на развитие народа , отличается оригинальностью, реализмом исторической перспективы, не ут ратившим своего научного и практического значения и в условиях совреме нности. В отличие от Соловьева, линию которого он развивает в целом, автор «Курса русской истории» поэтизирует русскую географию, художественно, монументально раскрывает ее красоту, с большим лирическим чувством и не дает особых перед ней преимуществ географии Западной Европы с точки зре ния потребностей практических действий человека. Методологически проб лему отношения человека к природе на основе историософских материалов России Ключевский решает комплексно. Наиболее важные его положения сво дятся к следующим выводам: 1.) Несомненно, что человек в свое й деятельности то приспосабливается к географической среде, к ее особен ностям, то приспосабливает их к себе самому, к своим потребностям, от кото рых не хочет или не может отказаться. На этой двухсторонней борьбе с сами м собой, с географической средой вырабатывает свою сообразительность и свой характер, энергию, понятия, чувства и стремления, а частью и отношени я к другим людям. И чем больше дает географическая среда возбуждения и пи щи этим способностям человека, тем шире раскрывает она его внутренние си лы, тем ее влияние на развитие окружаемого средой населения должно быть признано более сильным, хотя бы это влияние географической среды сказыв алось на деятельности человека, средой возбужденной и обращенной на нее же самое. 2.) Законами жизни географическо й среде отведена своя сфера влияния в исторической судьбе человечества и все стороны ее деятельности в одинаковой мере подчинены среде. Рассужд ая теоретически, «не на точном основании исторического опыта», географи ческая среда с особой силой действует на те стороны человеческой жизни, которыми сам человек непосредственно входит в ее область как физическо е существо… Здесь выражаются две группы от ношений: человек и географическая среда во взаимодействии; взаимодейст вие и обусловленность материальных и духовных процессов. Влияние географической среды н а общество Ключевский пытается рассмотреть через действие человека на природу, отмечая положительные и вероятные отрицательные стороны этог о действия. В этой связи важны его мнения не только о благотворных, но и об угрожающих явлениях человеческого влияния на географическую среду. За слуга Ключевского состоит в том, что он одним из первых в русской науке XIX в ека поставил серьезную задачу о необходимости обществу обеспечить гар моническое взаимодействие законов природы с производственными усилия ми современного человека. Нарушение этой гармонии противопоставляет о бъективно окружающую среду человеку, естественные внешние условия мат ериальным потребностям. Ключевский пишет: «Культурная обработка окруж ающей среды человеком для удовлетворения его потребностей имеет свои п ределы и требует известной осмотрительности: увеличивая и регулируя эн ергию физических сил, нельзя истощать их и выводить из равновесия, наруш ая их естественное соотношение. Иначе окружающая среда станет в противо речие сама с собой, и будет противодействовать видам человека, одной рук ой разрушая то что, создала другой, и географические условия, сами по себе благоприятные для культуры, при неосмотрительном с ними обращении могу т превратиться в помехи народному благосостоянию»[22,т.1,с.66-67]. Под таким тезисом можно подпис аться и сегодня, особенно под его предупреждением потомкам о том, что гео графию нашей страны сравнительно легко можно вывести из равновесия и ум елыми действиями, разрушающими взаимодействие ее естественных сил. Он о бращает внимание на необходимость оберегать верховья рек, бороться с ов рагами и летучими песками, беречь почвенные богатства России. Географич еский детерминизм в теории Ключевского в большей мере проявляет себя, ко гда он пытается непосредственно из географии вывести историю русского народа, его хозяйственный и политический строй, его психологию и нравств енные принципы. Ключевский делает шаг навстречу историзму в поисках «та йны» общественного развития. Можно сказать, что в общих чертах Ключевски й продолжает линию, как европейской, так и отечественной школы, но модерн изируя ее, пытаясь сильнее адаптировать европейский рационализм на рус ской почве. Он уже менее схематичен, в отличие от Соловьева, при этом четко держится основного тезиса - географического детерминизма. В конце прошлого столетия стор онником направления географического детерминизма в геософии и одним и з оригинальных мыслителей русской школы был видный русский ученый и пуб лицист Л.И. Мечников. Оригинальность его взглядов состоит в том, что он при дал им характер историзма и теоретически более четко развил их. «Я стрем люсь изучить скрытую внутреннюю связь между различными историческими фазами и течениями общими всем цивилизованным народам, и той географиче ской средой, в которой жили и развивались эти народы»[23,с.26]. Рациональным м оментом его теории является и то, что он создал ее в противовес западным р асистским теориям. Его высоко ценил видный русски й философ, марксист Г.В. Плеханов, отметивший в системе своей концепции ис тории мировой, общественной мысли значение географического детерминиз ма. Будучи убежденным марксистом, пропагандистом материалистического понимания истории он подверг тщательному анализу теории русских геосо фов. Плеханов сближал точку зрения геософии с взглядами Маркса с одной с тороны, а с другой - сам рассматривал географический фактор как равноцен ный элемент в условиях общественного развития человечества. Он отмечал роль географического детерминизма в развитии общества, стоял на позици ях географического направления в философии. Отдавая предпочтение геог рафическому детерминизму, он противопоставляет его всем консервативны м системам религиозно-идеалистического толка, субъективизму в широком смысле слова. С этих позиций Плеханов анализировал географический дете рминизм Соловьева, Ключевского, Мечникова и др. В «Истории русской общественно й мысли», рассматривая суждения Соловьева, он пишет: «за точку исхода все го рассуждения берутся известные материальные условия существования - в данном случае (у Соловьева) свойства поверхности восточной половины Ев ропы»[25,т.8,с.34]. Плеханов, как марксист, обнаруживает у автора «Истории Росси и» также элементы исторического материализма в объяснении того, как вли яла географическая среда на общественное развитие России. «Это очень це нные мысли, до сих пор слишком мало принимаемые в соображение теми писат елями, которые задумывались о причинах относительной самобытности рус ского исторического процесса»[25,т.8,с.35]. При этом у Соловьева Плеханов п одчеркивает мысль о том, что особенности окружающей географической сре ды определяют характер произвольной деятельности человека. «Из теории историка вытекает, что однообразие естественных условий, характеризую щие Восточно-Европейскую равнину (удаленность от моря и гор), было неблаг оприятно, прежде всего, для успехов ее населения в области экономическог о развития» [25,т.8,с.36]. Плеханов подтверждает реалистический момент во взгл ядах Соловьева, справедливость его умозаключений относительно характе ра влияния однообразных естественных средств на экономическую и духов ную жизнь славян. И так как экономическое развитие (в данных или других ге ографических условиях) в конечном счете, определяет собою развитие обще ственно-политическое и духовное, то философия истории, претендующая на н аучность, не может исключить из экономического фактора и активную совок упную роль внешней природы: «Поэтому с указанием Соловьева на «географи ческие условия», вызывающие однообразные занятия, непременно должен сч итаться всякий, кто желает выяснить себе ход русского общественного раз вития»[25,т.8,с.36]. С точки зрения географического материализма Плеханов, также разбирает теорию Ключевского, выделяя мом ент, когда Ключевский приходит к выводу, что «экономический момент» пред шествует политическому»[25,т.8,с.16]. При этом он критикует его за то, что профес сор Ключевский не может преодолеть географическую аргументацию «Наказ а» Екатерины II, составленного на основе «Духа законов» Монтескье. Поскол ьку вторая посылка «Наказа», призванная обосновать принцип самодержав ной власти звучит так: «Россия по-своему, естественному, т.е. географическ ому протяжению должна иметь самодержавный образ правления» - не устраня ется критической переработкой Ключевским принципа географического де терминизма»[25,т.8,с.19-20]. С большим вниманием отнесся Пл еханов к теории Мечникова. Последующие марксисты даже обвиняли Плехано ва в попытке сближения взглядов Мечникова с взглядами Маркса и Энгельса . В рецензии на книгу Мечникова «Цивилизации и великие исторические реки » Плеханов действительно дает очень высокую оценку этого труда, несмотр я на критику отдельных положений. Он пишет, что Мечников пытался «выясни ть влияние географических особенностей различных, преимущественно дре вних, культурных стран на ход развития их общественных учреждений. Научн ое значение такой темы оценят все те, которые знают, как мало до сих пор вы яснен этот чрезвычайный важный вопрос в философско-исторической литер атуре». Именно поэтому Плеханов « сбли жает» взгляды мечника с взглядами Маркса и Энгельса, и обнаруживает тенд енцию их совпадения: «В конце концов, и говоря вообще, его « Мечникова» раб ота приводит к тем же заключениями, каким пришли марксисты», и далее - «Соо бражения Мечникова во много превосходны по идее». Плеханов, делая вывод, пишет; «Со ловьев, Ключевский, Мечников во многом в лучшую сторону развивают геософ ию Монтескье», то есть европейскую школу. И далее: «ими сделан шаг вперед в принципах разработки идей исторической закономерности, найдены новые аргументы в пользу материализованных материалов истории»[25,т.8,с.24, 28]. «В первом типе указанной геосо фии, - пишет Плеханов, в качестве нового начала, первоисточника развития, о пределен реальный тип природы, материальная среда (без тенденции геопол итики), в известном отношении и экономика с отличительными чертами объек тивного решающего фактора во внутренней причинности самодвижения обще ственных отношений. Затем ведутся поиски объективных исторических зак ономерностей, обнажаются не редко верно действительные связи природы с производительными силами в обществе, в результате отвергается сверхъе стественное надматериальное начало в делах истории»[25,т.8,с.25]. Данное умоза ключение Плеханова позволяет причислить его к сторонникам географичес кого детерминизма в России. К этому движению относились и с торонники «Евразийства» - Трубецкой, Савицкий, Флоровский,- продолжатели идей геософии. Таким образом, исторические пр едпосылки возникновения и развития географических идей возникли почти одновременно с появлением общественных организаций. В Европе эти идеи а нтичных классиков Аристотеля, Гиппократа, Страбона. В России это наличие своеобразного умонастроения, направленного на доказательство историч еского, этнического, культурного единства славянских народов, как особо го геоприродного и социо-культурного мира. Географический детерминизм, по нимаемый первоначально лишь как различие племен, живущих в разных стран ах, в дальнейшем был развит и дополнен новыми понятиями - климата, ландшаф та, почвы. Приведенные выше примеры, позв оляют говорить об историчности и преемственности географических идей в социологии и развитии их в наше время. Глава 2. Геософия в теориях Л.И. Мечникова. 2.1. Мировоззрение Л.И. Мечников а. В основе философских взглядов Мечникова лежит материалистическое понимание мира. Он подчеркивал, что в природе управляют не боги, а только естественные силы, законы и существ а. Он признает существование материи вне и независимо от нашего сознания . Самой сильной стороной его мировоззрения являются социологические вз гляды, изложенные в работах «Цивилизация и великие исторические реки», « Географическая теория исторических народов» и др. анализируя современ ную ему общественную науку, привел его к мысли о том, что социология, а вме сте с ней и геософия находится в стадии детства, то есть наука не накопила достаточно эмпирического материала, чтобы формулировать важнейшие зак оны общественного развития. Однако, Мечников, уже тогда придавал геософи и большое значение, считая ее важнейшим научным знанием в обществе, роль которого все больше возрастает. Он называл геософию той руководящей, стр ого научной теорией общественности, потребность в которой, все настойчи вее сказывается всюду с каждым годом. Но вместе с тем он считал ее и специф ической наукой, так как она интересуется только явлениями общественног о и солидарного порядка. Методом ее должен быть строгий, свободный от пер ежитков метафизики метод естественных наук. Надо сказать, что на Мечнико ва сильное влияние оказал позитивизм. Он определил основную задачу геос офии как науки, которая должна привести к крайне желательному и поучител ьному для нас уяснению тех законов, которыми управляется развитие общес твенности меж людей. По отношению к биологии геософ ия должна занимать такое же место, какое занимает биология по отношению к наукам о неживой природе. Биология черпает материал из физики, химии, а г еософия берет данные биологии. Но нельзя сводить биологию к физике и хим ии, а геософию биологизировать. Мечников сильно критиковал тео рии Спенсера и Конта, как устаревшие. На его взгляды большое влияние оказ ала теория Дарвина. Он считал, что в природе действует закон солидарност и и сосуществования. Под солидарностью он понимал главный фактор эволюц ии не только органического мира, но и двигатель прогрессивного обществе нного развития. Концепция солидарности Мечникова подчеркивает коллект ивное начало в человеке. Он понимал, что способы солидарности у человека и животных различны, но отмечал некоторое сходство. Понятие солидарност и отражает объективные тенденции общественного развития. Но в своей тео рии мечников не был последователен, он пытался понять ход истории по ана логии с эволюцией и пришел к выводу о том, что «природа внушает населению одно из двух: смерть или солидарность». Анализируя и обобщая взгляды М ечникова можно сделать вывод о том, что такие обобщения есть результат н екоторой непоследовательности и противоречивости. Также мечников разделял взгляд ы французского социалиста-утописта Сен-Симона о том, что золотой век чел овечества впереди, но признавал иной способ его достижения: мы не можем д овольствоваться спокойным сознанием, что это будущее наступит своим ро ковым чередом. Размышляя о дальнейшем развитии России, он приходит к зак лючению, что страна не минует капиталистического пути развития. В своей работе «Итоги нашей промышленности» он представил серьезный анализ эк ономического состояния Российского государства, где отметил, что в Росс ии уже развивается капитализм, так как уже имеются конкуренция, монополи зация производств и т.п. Таким образом, давая общую оцен ку мировоззрения Мечникова необходимо сделать вывод о том, что его утвер ждения на позициях географического детерминизма происходило не изолир ованно от убеждений, сопровождалось настойчивым стремлением к активно й общественной деятельности, к защите и пропаганде идей. Также стоит отм етить, что философская позиция Мечникова сформировалась в борьбе проти в позитивистской философии. Но его нельзя считать материалистом, так как в его взглядах присутствуют моменты идеализма. Также стоит отметить, чт о, выступая против агностицизма, защищая естествознание от влияния рели гиозно-идеалистической философии, отстаивая позиции философского мате риализма, Мечников внес огромный вклад в развитие отечественной филосо фской мысли. 2.2. Теория исторического проце сса. В теории сторонников геософско й школы наиболее важной является формула: географическая среда определ яет психический склад людей, который выступает как двигатель истории. Заслуга Мечникова заключена в том, что он, сохранив основные идеи геософии, сумел иначе рассмотреть про блему взаимосвязи природы и общества, раскрыть механизм их взаимодейст вия друг с другом. Считая человеческое общество частью материального ми ра, постоянно взаимодействующего с природой, мечников полагал, что общес твенная наука должна исследовать это взаимодействие. Также он изучал вл ияние общества на природу, изучал взаимодействие среды и общества, измен чивый характер последнего во времени. Данная проблема была актуальной и ценной в конкретной исторической обстановке, что отразил Плеханов в сво их трудах. Мечников материалистически ис толковал роль среды для появления и развития человечества. Физико-геогр афическая обстановка, флора и фауна, климат и атмосфера сопутствует тече нию жизни. Он отмечает, что существуют многочисленные примеры образован ия общественных агрегатов исключительно благодаря существованию каки х-либо полезных растений или животных. Будучи сторонником теории Дарвин а, Мечников считал, что человек не сотворен Богом и не существует как нечт о готовое, данное природою, а представляет собою продукт трудного и испо лненного драматических эпизодов процесса преемственного совершенств ования. Вступая в отношения со средой, человек по причине низкого уровня развития сознания, малого количества опыта состоит по отношению к приро де в жалком положении раба. Но отношение человека к миру тогда изменяетс я, когда он понемногу научается управлять, по крайней мере, некоторыми из наиболее знакомых ему явлений природы. Решающее значение в появлении цивилизаций Мечников уделял гидросфере. Он считал, что водные пути - реки, моря, океаны в большей степени, чем другие элементы географической среды содействуют развитию общества и распространению цивилизации. Исключи тельная роль рек заключается в том, что именно река в любой стране являет ся выражением живого синтеза совокупности физико-географических услов ий, климата, почвы, рельефа земной коры и геологического строения данной области.[31, с.68] Цивилизации изначально образу ются на берегах великих «исторических» рек, а затем, постепенно распрост раняются, концентрируются вокруг средиземноморья и захватывают океани ческое побережье. Четыре древних великих культуры расцвели и развились в среде великих речных стран: на берегах Хуанхэ - китайская, в бассейне Инд а и Ганга - индийская, в междуречье Тигра и Евфрата - ассиро-вавилонская и, н аконец, дар Нила - египетская культуры. Исторические реки сыграли в жизни цивилизаций особую роль, поскольку они обладают отличительными особен ностями. Главным секретом их является природное принуждение людей приб егать к солидарному труду, чтобы избежать гибели. Необходимы совместные усилия прибрежного населения, такого разного по расовой принадлежност и, обычаям, языку. Для успешного земледелия необходимы сложные ирригацио нные сооружения, необходима совместная деятельность многих тысяч люде й. Именно так, по мнению Мечникова, возникают первые государства, наука и к ультура, так как для жизни необходимо подчинить реку, научиться предугад ывать ее разливы и управлять ими, для этого, в свою очередь, необходимы раз носторонние знания и строгая (деспотическая) организация труда.[31, с. 69] Рассматривая влияние природны х условий на общественную жизнь, он отмечает, что элементы, влияющие на ра звитие общества, являются изменчивыми, а значит, исторические судьбы нар одов должны постоянно меняться. Но он отказался от фатализма, указав, что причину первобытных учреждений и их изменений следует искать в соотнош ениях, возникающих между средой и природными способностями ее обитател ей к участию в кооперации и солидарном общественном труде. Он пытается н айти связь между средой и социальной эволюцией. И находит эту связь. Географическая среда оказывае т влияние на темпы исторического развития человечества. Известно, что бл агоприятные условия природной среды способствуют развитию производст ва, а неблагоприятные - тормозят его. Мечников заметил переменное значен ие природных условий в развитии человечества и разделил географически е условия Земли на три зоны: околополярную, жаркую и умеренную. Эти зоны им еют естественную различную ценность для трудовой деятельности, а также для возникновения и развития цивилизаций. Единственно пригодной для разв ития цивилизации является умеренная зона, так как основным условием для зарождения исторической жизни и прогресса является потребность к пост оянному и напряженному труду, чего нет в жарком климате, где природа вела человека, как ребенка на помочах; суровый северный климат требовал от че ловека слишком больших усилий для сохранения собственной жизни, чем ока зал отрицательное влияние на ранних стадиях развития общества. Законом ерно, что именно в зоне с умеренным климатом возникли древнейшие цивилиз ации. Федоров в своих исследованиях отметил, что мечников применил метод историзма в двух случаях: при разграничении географических областей в о пределении их переменного внешнего влияния ни историю деятельности че ловека и рассмотрении цивилизаций как результат экономических отношен ий, развившихся в соответствующих географических условиях. Такое мнени е является осмыслением нового аспекта теории Мечникова. В развитии проблемы взаимосвяз и общества и природы Мечников пошел дальше Бокля и Монтескье, так как ука зал в концепциях, что географическая среда не является абсолютной домин антой в жизни общества. Этим он близок к взглядам Соловьева, считавшем, чт о однообразие природных форм ведет к однообразным занятиям населения и, следовательно, к однообразным обычаям, верованиям, нравам, а значит, така я территория рано или поздно станет одним государством. То есть и Мечников, и Соловьев пр ишли к одному выводу о том, что производственная деятельность зависит от географиче6ской среды. Значит, природа воздействует на историю опосредо ванно через производственную деятельность людей.[38, т.7, с.38] Мечников объясняет историю как поступательный процесс к свободе и равенству, отметая теории историчес кого круговорота. Но ему не чужда и диалектика, кот орая хорошо заметна в работе: «в истории, точно также как и в природе, разв итие никогда не идет по прямой линии». Исторические события, как и проявл ения природы, не составляют хаотического нагромождения событий, как это может показаться на первый взгляд. Наоборот, все эпизоды истории подчине ны необходимым законам и взаимосвязаны между собой. Социологические за коны мечников считал особыми, несводимыми к законам природы. Историю чел овечества он разделил на три периода в соответствии с идеей преобладани я гидросферы в возникновении и развитии цивилизации. 1. Речной период (древность). Сюда относится история древнейших цивилизаций: Египта, Индии, Месопотамии и К итая. 2. Среднеземноморский или морск ой период (средние века). Начинается основанием Карфагена и заканчиваетс я началом правления Карла Великого. 3. Океанский период (новое время). Характеризуется выходом цивилизации на побережья океанов, особенно Ат лантического. Позитивным моментом является в ера в прогрессивное развитие. В данной периодизации Мечников отражает н аправленность исторического развития. Такая схема показывает, что исто рический процесс представляет собой последовательную смену этапов. Да льнейшее осмысление истории как постоянно изменяющегося процесса прив ело Мечникова к мысли о единстве исторического процесса, причем не тольк о как связь между отдельными этапами, но и участие разных народов в общем, историческом творчестве. Все народы, несмотря на разный уровень, их разв ития есть звенья единого исторического движения, смысл которого заключ ается в свободе, прогрессе. Необходимо отметить, что здесь Мечников выст упает в качестве противника изолирования наций и отводит в истории всем народам одинаковую роль. Он истолковывает прогресс в истории как измене ния в общественном самосознании, которые…. Заменяют угнетение - свободой и солидарность по принуждению - добровольной и сознательной солидарнос тью.[31, с.107] Исследователи советского пери ода приписывают Мечникову попытку создания анархического идеала. Одна ко, более поздние социологи, доказывают, что это далеко не так. Они рассмат ривают в данной концепции не заметный вначале нюанс - способ труда, котор ый лежит в основе выделения форм социальной жизни. Например, древние реч ные цивилизации характеризуются преобладанием деспотического строя, г де способом труда выступает рабство; морские цивилизации - олигархическ ое правление с крепостным способом труда; океанические цивилизации - воп лощаются великие принципы Свободы, Равенства и Братства, провозглашенн ые великой французской революцией, используется система наемного труд а. Способы труда зависят от географической среды, а значит, необходимост ь истории идет не из духа, но из природы, - считает Мечников. 2.3. Теория социального прогрес са. Является ключевым пунктом в ге ософии Мечникова. Она активно разрабатывалась народниками 70-х годов, тео ретиками марксизма и позитивизма. В философско-исторических конц епциях народников идея изменения общественных форм является одной из ц ентральных и рассматривает формы как результат деятельности людей. Сам а же деятельность развивается благодаря изменениям человеческих предс тавлений. В основе философии народников и теории прогресса лежит одна фо рмула: «Идеи двигают мир». Но такая субъективно-идеалистическая трактов ка не устраивала Мечникова, также как толкование Контом и Спенсером толк ование прогресса. Общественный прогресс, по идее Спенсера, должен происх одить в рамках буржуазного строя и развитие любого общества должно заве ршится формированием буржуазных отношений. По содержанию эта концепци я была идеалистически-метафизической. В теории народников Мечников о твергал субъективизм, а в концепции Спенсера - эволюционный характер про гресса, который не допускал ускорения социальных изменений. Если челове ческую историю лишить идеи прогресса, то она станет бессмысленной смено й событий, набором случайных явлений, которые нельзя будет объяснить исх одя из единого мировоззрения. История, излагающая факты и деяния народов в хронологическом порядке может доставлять необходимый материал для о боснования теории прогресса, но сама теория прогресса относится к компе тенции более абстрактной науки - философии истории или социологии. После дняя служит для того, чтобы указать нить Ариадны, посредством которой во зможно отыскать путь в лабиринте исторических фактов и событий. Мечнико в считает, что главной задачей является определить, в чем состоит прогре сс, и по какому признаку можно констатировать его участие в истории, не уп отребляя в дело ни предвзятого мнения, ни субъективного произвола. В отличие от народников, видевш их зависимость прогресса от личного взгляда исследователя, и историка-л иберала Соловьева, считавшего прогресс стремлением человека к идеалу, в ыставленному христианством, Мечников считал прогресс объективным и со всем не связанным с религией процессом. «Вообще прогресс влачил бы в ист ории слишком ненадежное и проблематическое существование, если бы его е динственным фактором… являлось бы добрая воля немногих избранников». Т акое понимание прогресса свободно от субъективных релятивистских идей .[31, с.30] Важнейшей проблемой данной тео рии является вопрос об определяющем источнике развития. Он решает эту пр облему, не выходя из рамок географического детерминизма - основной причи ной зарождения и развития цивилизаций являются реки. Но условия природн ые изменяются медленнее общественных. Быстрые темпы изменения обществ енных условий существуют потому, что в истории незаметный труд миллионо в людей изменяет облик общества и природы. В социальной жизни показателе м прогресса выступает солидарность, кооперация - специфическая форма св язи членов общества, под которой понимается добровольное или вынужденн ое объединение людей в сообщества для достижения общей цели. Люди не свободные существа, а св язанные с теми географическими условиями, в которых им приходится дейст вовать. Географическая среда может содействовать прогрессу общества, а может и тормозить его. Условия среды и те средства, что находятся в распор яжении общества для организации солидарно-кооперативного труда, опред еляет характер воздействия среды на общество. Мечников выделяет три типа сол идарности-кооперации: 1. «чисто механическая», принуди тельная при деспотизме; 2. объединение людей в группы с н аименьшей степенью принуждения - феодализм; 3. свободные объединения, безвла стье, анархия, которые осуществимы в будущем. Критерием прогресса является с тепень свободы. При рассмотрении общественного прогресса на протяжени и истории человечества Мечников выводит еще одно доказательство прогр есса - «технические усовершенствования». Он акцентирует внимание на огр омном значении в жизни общества успехов в технике. Сравнивая современну ю технику и промышленность с техникой промышленностью предыдущих исто рических периодов, необходимо признать гигантский рост власти человек а над слепыми силами природы, над пространством и временем. Мечников разделил единый истор ический процесс на периоды и рассмотрел их с точки зрения прогресса. Изн ачально человечество было свободно (как у Руссо), значит и прогрессивно, т ак как мерилом прогресса является степень свободы. Говоря о первобытных племенах, Мечников утверждает, что они пользуются полной свободой, что и м не известны двусмысленные благодеяния общественных дифференциаций. Также он отвергает концепцию войны, которой пытаются многие исследоват ели объяснить появление деспотии. Как и декабристы, Мечников считает дес потизм одной из форм рабства. Делая вывод, можно сказать, что М ечников вышел за рамки теории Спенсера, и пошел дальше, взяв за основу коо перацию и детерминизм. Плеханов, оценивая теорию прог ресса, отметил сущность позиции Мечникова. Она заключается в том, что он и щет источник прогресса, но решает проблему, оставаясь в плену детерминиз ма. Также Плеханов указывает, что метафизичность теории Мечникова состо ит в абсолютизации роли географической среды в развитии общества. Именн о эти недостатки позволили считать Мечникова предшественником геософи и в России. Глава 3. Геософия в теориях евр азийцев. 3.1. Геософия Н.С. Трубецкого. В своем труде «Наследие Чингис хана. Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока», говорит главным образом о том, что киевская Русь не та основа, на которой выросло государс тво Российское - Россия - Евразия. Киевская Русь рассматривается как сумм а княжеств, управляемая князьями варяжских династий. Она расположена в б ассейнах трех рек, соединяющих почти сплошной линией Балтику и Черное мо ря. (географическая сущность - «Путь из Варяг в Греки»). В то же время на территории ныне шней России (Российская Империя и СССР) существовали два государства: Ха зарское - в низовьях Волги и Дона, Болгарское - в среднем течении Волги и по Каме. Они существовали вместе с Киевской Русью, но политически и экономи чески были сильнее ее. При этом господства на евразийской территории ник то не мог достичь, так как на пути оседлых государств лежала полоса степи, где хозяйничали воинственные кочевники. Именно по этим причинам из киев ской Руси не могло развиться мощного государства. Поэтому точка зрения о Руси как преемнице киевской Руси становится проблематичной. «Россия ес ть лишь часть империи Чингисхана», - пишет Трубецкой. Она определяется ос обыми условиями, отделяющими ее от остальных частей империи. Касаясь нар одонаселения можно отметить, что население России - Евразии не однородно и принадлежит к разным расам, что почти не влияет на их единство. Между ру сскими и бурятами различия очень высоки. Но характерно, что между этими к райними точками существует множество промежуточных, переходных форм. В отношении антропологического типа лица и строения тела нет никакой раз ницы между великорусом и мордвином, но от мордвина нет резкого перехода к вятичу или черемису. По типу Волжско-Камские финны (вятичи, мордва) близк о сходны с Волжскими тюрками (татарами, чувашами). Татарский тип постепен но переходит к типу башкир и киргизов, от которых тем же путем можно перей ти к типу монголов, калмыков и бурят. Таким образом, Евразия - географ ическое, антропологическое и культурное целое. Причем, объединение Росс ии - Евразии было неизбежно, и сама природа создала все условия для этого. Передвижения были возможны или по рекам, или по степи. Народ, живущий вдоль той или иной реки, контролируе т лишь часть территории, тогда как народ, обитающий в степи, будет контрол ировать всю территорию, что и осуществил своими походами Чингисхан. Несо мненно, вторжение войск Чингисхана было для Руси тяжелейшим потрясение м, но позитивный момент тоже был: столкнувшись с мощной государственной системой кочевников, русичи в дальнейшим именно его положили в основу Мо сковского Царства, которое, в свою очередь, легло в основу Российской Имп ерии. Также монгольская система положительно сказалась на политическо м и культурном развитии России: прекратились междоусобицы, начался наци ональный и духовный подъем, появилось осознание русскими себя как едино й целостности. Также происходит передел прошлой истории, появляются ска зания о богатырях, мелкие удельные князья становятся героями, укрепляет ся и расширяется православие. Все это символы духовного подъема русског о самосознания. Достоверно известно, что Киевс кая Русь была втянута в общую финансовую систему монгольской империи. Да нь может рассматриваться не как плата побежденного победителю, но как уч астие в единой системе. Подтверждением этого может служить активное пол итическое взаимодействие Орды и Московии. В стане Чингисхана постоянно находились русские послы, причем совсем не пленниками или рабами. Вместе с тем государственная с истема монголов в целом была неприемлема для Руси в силу ее насильственн ого введения и тогда была заимствована Византийская государственная с истема для обрусения и опрославления монгольской идеи государственнос ти. Так свершилось чудо, переродившее монгольскую идею в православно-рус скую. А Россия стала «Московским улусом» - одной из провинций монгольско й империи. Но благодаря горению русского национально-религиозного чувс тва произошла переплавка улуса в Царство Московское, где монгольский ха н сменился русским царем. Азиатский уклон сближает Трубе цкого с натуралистической морфологией Данилевского, считавшего, что св оеобразие России следует искать в ее восточных чертах. Также одинакова у них теория самобытных культурно-исторических типов, чьи специфические черты придают особую социо-культурную динамику развития относящихся к ним стран. Так же как и Данилевский, Трубецкой считает русский кукльтурн о-исторический тип более богатым в этническом и духовном отношении, чем европейский или германо-романский. Они верили, что в будущем Россия спос обна явить миру новую синтетическую культуру, в которой благополучно ра зрешатся основные социальные конфликты. Таким образом, представления п ервого из евразийцев о кровном и духовном родстве России и Азии были свя заны с мыслью о том, что евразийская культура именно в Азии «у себя дома». Эта мысль нашла отражение в последующих концепциях, некоторые из которы х будут рассмотрены ниже. 3.2. Геософия П. Н. Савицкого . Несомненно, что истинным евраз ийцем из всех представителей этого движения был П.Н. Савицкий, геософску ю концепцию которого мы попытаемся рассмотреть ниже. В своей статье «Поворот к Восто ку» он сравнивает процессы, происходящие в революционной России и во Фра нции 1793 г. предвоенная Россия была современным цивилизованным государст вом западного типа, правда, самым недисциплинированным и беспорядочным из всех существующих государств. Но в ходе войны и революции маска пала и перед нами предстала Россия истинная, Россия двуликая. Одно лицо обращен о в Европу, и несет ей новое слово (пролетарскую революцию), другое же обра щено на Восток. Если Франция есть часть Европы, то Россия является контин ентом в себе, в определенном смысле равноправным Европе. Это значит, что н а арене мировой истории выступил новый мир, не игравшей доселе руководящ ей роли культурно-геогррафический мир. В этой статье Савицкий высказал с вои предчувствия, которые были развиты им в последующих работах. Дальнейшее свое исследование о н начинает статьей «Миграции культуры», где рассматривает перемещения культур. Он считает, что эволюцию культуры можно рассмотреть с точки зре ния географического перемещения ее центров. Например, европейская куль тура (в измененном за тысячелетия виде) получила свое начало в цивилизац иях Месопотамии и Египта. Далее он переводит этот факт на климатогеограф ический язык и получает, что в этот период культурные сосредоточия остав ались в пределах областей со средней годовой температурой от +20 ?С и выше. Д алее культурные важнейшие средоточия стали перемещаться на север, впло ть до областей со средней годовой температурой ниже +5 ?С. Здесь Савицкий у сматривает, некоторый параллелизм в процессе эволюции органического м ира. Он отмечает, что холод является определяющим фактором эволюции. И да лее делает вывод, что в будущем, культурные центры будут продвигаться в Р оссию - Евразию и северную Америку. В этом состоит уникальность и н овизна концепции Савицкого, ее уникальность. Ведь все предыдущие исслед ователи - Боден, Монтескье, Гердер и даже Мечников, немало уделяли внимани я климату, но с негативной стороны. Савицкий же первым рассмотрел этот фа ктор с позитивной стороны, определив его конструктивное начало - влияние на миграцию культур. В статье «Россия и мировой рыно к» он обращает внимание на значение в процессе обмена вопроса - «По океан у или по континенту»? В качестве господствующих прин ципов сферы международного и междуобластного обмена - «океаническому» принципу независящего от расстояний сочитания хозяйственно взаимодоп олняющих стран, противостоит принцип использования континентальных со седств. На основе этой закономерности выявляется огромная роль расстоя ния от океана и роль географического пейзажа и климатических условий и в озможностей. Наиболее характерными являются «карты равных расстояний» - расстояния от морского берега. В Европе нет расстояний больше 600 км, зато в Азии (Кульджа и Русское Семиречье) с расстояниями до 2400 км, да еще от грома дных побережий почти никогда не освобождающихся ото льда. Следует поним ать, что замерзаемость моря является в общем, строе мировых хозяйственно -географических отношений феноменом в каком-то роде исключительным, зна комым только России, северо-восточной части Швеции и Канаде. Савицкий не скрывает такую обе здоленность России и ее областей, но делает гигантские усилия, чтобы пок азать пути выхода из этих особенностей. Один из самых интересных Временн иков носит название «На путях», где действительно указываются пути выхо да (морально и умственно) из обездоленности и провинциализма. Итак, Савицкий приходит к вывод у, что из всех европейских стран Россия является страной с наиболее худш ими континентальными условиями. К числу признаков такой обездоленност и он относит крайне неблагоприятные климатические условия, в которых на ходится большая часть Евразии - страны с наиболее низкой годовой темпера турой. Но не открывается ли перед «континентальными» областями возможн ость - избегая изолированности примитивного натурального хозяйства ус транить, хот отчасти, невыгодные последствия континентальности? Путь та кого устранения - в расторжении полноты господства принципа «океаничес кого» мирового хозяйства (в пределах континентального мира, конечно), в с оздании хозяйственного взаимодополнения отдельных, пространственно с оприкасающихся друг с другом областей континентального мира, в их разви тии, обусловленном взаимной связью. Полное и сознательное понимание суг убой континентальности евразийского мира приводит к необходимости его хозяйственного использования, не прибегая к морской системе хозяйство вания. Таким образом, все вышеперечис ленное позволяет перейти к анализу понятия «месторазвитие» и определе ния «геософия», которые Савицкий сделал в своей работе «Географический обзор России - Евразии». Итак, Россия - Евразия есть обосо бленное и целостное «месторазвитие». Что же это такое? Савицкий подходит к этому понятию от ряда ему подобных: месторожденье полезных ископаемых , местоформирование почв, местопроизрастание растительных сообществ, м естообитание животных сообществ, месторазвитие человеческих сообщест в. Данный ряд указывает на сходные моменты в весьма разных явлениях неор ганического и органического мира; тем самым, установление данного ряда с лужит задаче связи наук. Как одна из концепций, обращенн ых к социально-историческому миру, допустимо и необходимо восприятие от дельных его частей, как общежитий широкого порядка, созданных на основе генетических связей между растительными, животными и минеральными цар ствами с одной стороны, человеком, его бытом, духовным миром - с другой. В об щежитиях эти элементы взаимно приспособлены друг к другу и находятся по д влиянием внешней среды, под властью земли и неба, и в свою очередь влияют на внешнюю среду. Взаимное приспособление живых существ друг к другу в тесной связи с внешними географическими условиям и создает свой порядок, свою гармонию, свою устойчивость. Такое широкое о бщежитие живых существ, взаимно приспособленных друг к другу и к окружаю щей среде, которую приспособили к себе, понимается под выдвигаемой катег орией «месторазвитие». То есть, социально-историческая среда и ее террит ория должны слиться в единое целое, в географический индивидуум или ланд шафт. В силу закономерностей, присущ их лику земли, Савицкий устанавливает типы географической обстановки, к которым приурочено это развитие и так как оно связано с географической о бстановкой - устанавливает типы месторазвитий. Наименьшими месторазвитиями я вляются двор, деревня, город. Они сливаются в большие месторазвитиями, из которых складывается целая цепь месторазвитий. Например, евразийская с тепь есть месторазвитие, большее месторазвитие в отношении к составляю щем ее месторазвитиям - естественным областям, меньшее месторазвитие в о тношении всей России - Евразии. В свою очередь, Россия - Евразия, как больше е месторазвитие, не ограничивается степью, но сочетает степь с зоной лес ной, пустынной, тундровой, подразумевает взаимодействие их всех с обрамл яющими Евразию странами, отмечена определенными общими признаками. Сле дующий этап: земной шар как месторазвитие человеческого рода. Но процесс, связывающий социал ьно-историческую среду со средой географической является двусторонним . Категория месторазвития нейтральна в отношении к возможным метафизич ески-научным разногласиям о том, что логически и причинно-следственно об ладает первенством: социально-историческая среда или среда географиче ская. Савицкий выводит точные формул ы, определяющие Россию - Евразию как обособленного и целостного местораз вития. Он использует принцип широтно-полосовых зон. Три евразийские низм енности-равнины (беломорско-кавказская, западно-сибирская и туркестанс кая) образуют, в совокупности, наибольшую на земном шаре область, не возму щаемого резкостями рельефа развертывания ботанических и почвенных зон под влиянием основных «юго-северных» и «центро-периферических» правил ьностей. Заканчивая раскрытие категори и «месторазвитие» Савицкий выводит новое понятие - геософия. Соединение географии с историей философии подразумевает наложение на сетку геогр афических признаков сеток признаков исторических, которыми характериз уется Россия - Евразия, как особый исторический мир. черты духовно-психического скл ада, отличия государственного строя, особенности хозяйственного быта - н е образуют ли «параллелизмов» сетке географических различений? Устано вление и анализ таких «параллелизмов» и является главным предметом гео софии, в ее применении к России - Евразии. Причем, эта задача также приложи ма и к другим странам. Постановке проблемы можно придать общий смысл, общ ую форму. Не может ли всякий процесс рассматриваться с точки зрения мест оразвития? Причем, месторазвитие следует понимать как категорию синтет ическую, как понятие, обнимающее одновременно и социально-историческую среду, и занятую ею территорию. Не присущи ли отдельным местор азвитиям определенные формы культуры независимо от генетической близо сти и расового смешения народов, населявших и населяющих каждое из них? Н ужно заметить, что заимствование и подражание, независимое от генетичес кой близости и расового смешения, также должно быть относимо к началам м есторазвития. Если культура есть принадлежность месторазвития, то кажд ая социальная среда, появляющаяся в пределах данного месторазвития мож ет испытать на себе влияние этого месторазвития и со своей стороны присп особить его к себе и слиться с ним двумя путями: путем непосредственного взаимодействия между названной социальной средой и внешней обстановко й; путем того же взаимодействия, осложненного присутствием культуры, ран ее создавшейся в данном месторазвитии. Следовательно, культурные трад иции оказываются как бы вросшими в географический ландшафт, отдельные м есторазвития становятся «культурно-устойчивыми», приобретают особый, специально им свойственный культурный тип. Также возможен еще один стык ге ографии и историософией. Понятие «месторазвитие» необходимо сомкнуть с понятием культурно-исторического типа Н.Я. Данилевского: «формы истори ческой жизни человечества, как формы растительного и животного мира, как формы человеческого искусства разнообразится по типам». Различают 10 ку льтурно-исторических типов или самобытных цивилизаций: египетский, кит айский, халдейский, индийский, иранский, еврейский, греческий, римский, ар авийский и европейский (германо-романский). Каждому из них соответствует месторазвитие. Данный ряд продолжим типом евразийским. В заключение концепции Савицки й отмечает, что понятие «месторазвитие» не равнозначно утверждению «ге ографического материализма». Так как в последнее имя подходило бы к сист еме «географического монизма», которая все явления истории человечест ва и его жизни свела бы к географическим началам. Концепция месторазвити я сочетаема с признанием множественности форм человеческой истории и ж изни, с выделением, наряду с географическим, самобытного духовного начал а жизни. Но такая концепция является лишь одной из возможных концепций с ущего. Живым ощущением материального не ослабляется, но усиливается жив ое чувствование духовных принципов жизни… Только в свете этих принципов р азрозненные факты, устанавливаемые наукой, слагаются в единство. Только в свете этих принципов установима подлинная «связь наук» и достижимо це льное понимание мира. Течение евразийства было рожде но острым чувством потери дома, здесь слились боль утраты родины, беспок ойство за будущее России и сознание причастности к ее историческому пре дназначению. Савицкий же ищет корни жизненности не только в социальной и стории Отечества, но и в том географическом мире, ландшафте, в котором дан ный народ нашел себе приют и который своей разнообразной деятельностью приспособил к собственным нуждам, обустроил по своему образу, складу сво ей души. Именно поэтому пространственное видение жизни любого народа и г осударства не устраняет значимости социального начала, духовного бога тства. Оно дополняет геософское видение новой координатой, сообщает ему измерение глубины и объемности. 3.3. Геософская концепция Г.В. Ве рнадского. Опираясь на учение своего отца, выдающегося философа и естествоиспытателя, Г.В. Вернадский впервые пред ложил целостную картину влияния биосферы на историю развития русского народа. Прослеживая историю расселени я славян по европейской территории, он отмечает особенность движения ру сской народности, связывая с восточным положением русских поселений на их первоначальной территории. Откуда делает вывод о том, что колонизация , имеющая направление на Восток, является одним из основных направлений русской колонизации. Важная особенность России закл ючается в том, что колонизации новых земель проходила том же континенте, в отличие от стран Запада, имеющих колонии за океаном. Данная специфика и меет принципиальное значение. Возможность освоения колоссального жизн енного пространства Сибири давала весьма долговременную перспективу д ля экстенсивного развития народного хозяйства России и сохранения уст ойчивости сложившихся к тому времени экономических, политических и соц иальных институтов. Кроме того, своеобразие геогра фического распространения русских натолкнуло Вернадского на исследов ание синхронического аспекта этого процесса. Этапы освоения русскими е вразийского материка он сравнивает с кругами на воде, расходящимися от б рошенного камня. Обобщая результаты сравнитнль но-исторического анализа европейской России и Сибири, Вернадский вывел закон соотношения исторического времени и пространства: «Социальные я вления для данной местности изменяются во времени и, удаляясь в простран ство, мы можем догнать эти убегающие круги… 1000 верст на север или восток от социального центра могут иметь для исследователя такое же значение, как 100 лет вглубь времен». Вернадский не придает своему з акону статуса всеобщего, наоборот, указывает на ограниченность его прим енения и, тем не менее, видит в его действии одну из главнейших причин свое образия истории России. Действие закона соотношения времени, и простран ства можно наблюдать только при больших размерах последнего. Русская ис тория есть история общества, занимающего огромное пространство. Филосо фия значения этого пространства в историческом процессе есть философи я всей русской истории. Применение философских идей к решению конкретно- исторических проблем особенно отчетливо видно на примере типологии пу тей русской колонизации. Вернадский выделяет три таких типа: Первый тип слагается на Севере, в лесной зоне, преимущественно в новгородских владениях. Движущей силой является промысел «мягкой рухляди» (мехом). Торговцы идут за мехом, откры вая дорогу земледельцам. Начинается и ширится торговля Новгорода с Урал ом, а затем и с Сибирью. Это северный, лесной, охотничье-промысловый тип ру сского движения на восток. Наиболее успешный путь колонизации. Второй тип - на юге - явился попыт кой подчинения степей русской земледельческой культуре. Основным кана лом проникновения русского влияния в степь был торговый путь «из варяг в греки». Главной трудностью этого пути была нестабильность сосуществов ания русских с кочевниками. Таким образом, этот южнорусский, земледельче ско-государственный тип колонизации был обречен на исчезновение. Оживление данного пути Вернадс кий связывает с результатами монголо-татарского нашествия. Не опроверг ая традиционного тезиса о негативных последствиях ига, он дает свое виде ние этой проблемы: он представил Русь не как восточную окраину Европы, но как западную окраину Азии. Русь по культурно-расовым отношениям принадл ежала, несомненно, Европе, а по политическим - Азии. Следовательно, отсюда вытекают два позитивных результата монгольской экспансии: 1. Расширились географические с ведения русских о юго-востоке и усилились личные связи с этим югом. 2. Создалась крепкая государств енная организация, способная воспользоваться новыми условиями. Она и по дняла идею планомерной колонизации степи. Торжеством этой идеи стало за воевание Казанского и Астраханского ханств, укрепившее господство рус ских на Волге и Каме. Образование и усиление Московс кого государства положило начало формированию третьего, среднего пути, который явился синтезом первых двух. Именно этот путь колонизации соста вил базу для русской колонизации Сибири: Москва - Н.Новгород - Котельнич - В ятка - Соликамск. Дальнейшая восточная колониза ция складывается из всех типов движения: северорусского, промышленного и степного, южного. Государство Московское соединяет в себе эти силы и на лагает на них свою печать. Надо отметить, что изучая значе ние колонизацию русскими пространств Сибири и Дальнего Востока в более поздний период творчества, Вернадский отмечает, что русский народ занял свое место в истории благодаря тому, что оказываемое им давление было сп особно освоить это место. Величайшая заслуга Вернадског о заключается в том, что он рассматривал общество не только с экономичес кой или политической точки зрения, но установил взаимное воздействие да нного общества и природной среды, в которой оно развивалось. Окончательное формирование ег о концепции произошло тогда, когда в основу исследования легло осознани е взаимного влияния биосферы и общества. Весь ход предыдущей истории, от мечает Вернадский, фатально обусловил необходимость занятия территори и материка Евразия русскими. При рассмотрении территориального влияни я Евразии на русских стоит отметить, что границ между востоком и западом России нет. Это значит, что есть только одна Россия евразийская. Она и есть та наделенная естественными границами географическая область, котору ю в стихийном историческом процессе суждено было освоить русскому наро ду. Говоря о почвенно-климатически х условиях и их влиянии и на историю, Вернадский также говорит о «местора звитии». Но, в отличие от Савицкого, под этой категорией понимает не тольк о определенные человеческие общества, но и определенную среду, которая н алегает печать своих особенностей на человеческие общежития, развиваю щиеся в данной среде. Географическая среда как важны й фактор влияния на исторический процесс подробно рассматривается Вер надским. Разделив территорию Евразии на четыре почвенно-климатические зоны: тундру, лес, степь и пустыню, Вернадс кий отмечает, что размещение этих зон по параллелям в большей мере обусл овило направление движения кочевых племени Евразии, особенно область п устынь. Взаимодействие коренных русских племен, ведущих оседлый образ ж изни на территории лесной зоны, с кочевыми племенами степной и пустынной зон позволяет оценить историю России как соотношение леса и степи. Далее Вернадский развивает и п родолжает мысль Ключевского о взаимообразном влиянии окружающей среды и людского общежития на развитие общества. Внешняя среда наблюдается в об щественной жизни, как география страны, где живет известное общество люд ей, и наблюдается как сила, так как она влияет на быт и духовный склад люде й. Личность человека, его общество и география страны - вот те три основные действующие силы, которые строят людское общежитие. Каждая народность - писал Верна дский - оказывает психическое и физическое давление на окружающую этнич ескую и географическую среду. Достижение русским народом пси хического и физического единства с окружающей этнической и географиче ской средой явилось логическим завершением многочисленных попыток соз дания единой государственности на территории Евразии. Он предложил ори гинальную концепцию истории России, основываясь на исходном тезисе о вз аимодействии ландшафтов и общества как главном содержании всемирно-ис торического процесса. Поэтому своеобразие национального развития русс кого народа было вызвано двумя группами причин: внешнего влияния на обще ство географических факторов и внутренним саморазвитием социального о рганизма, создающего своеобразие окружающей его ноосферы. 3.4. Географический детерминиз м в теории этногенеза Л.Н. Гумилева. Теория Гумилева родилась на ос нове анализа и синтеза прошлого этносов и окружающей их среды. Последние работы Льва Николаевича вскрывают линию евразийства, то есть исследует своеобразный исторический путь России, исходя из особенностей ее геогр афического положения, взаимодействия европейского и азиатского начал. Вот как воспринимает задачу свою как историка Гумилев: «История - это пос тоянные изменения, вечная перестройка кажущейся стабильности. Взгляну в в каждый отдельный момент на определенную территорию, мы видим относит ельно устойчивую систему из взаимосвязанных объектов: географических ( ландшафтов), социально-политических (государств) и этнических (народов)». И далее задается вопросом: «А мо жно ли объяснить человеческую историю как историю этносов?» И отвечает: «Да, можно». Он исходит из того, что в пределах Земли пространство отнюдь н е однородно. И именно пространство - первый параметр, который у Гумилева о пределяет исторические события. «Еще первобытный человек знал, где начи нается и где кончается район его обитания, так называемый «кормящий и вм ещающий ландшафт», в котором жил он сам, его семья и племя». Второй параметр - время. Каждое и сторическое событие происходит не только где-то, но и когда-то. Те же перво бытные люди вполне сознавали не только «свое место», но и то, что у них ест ь отцы и деды, будут дети и внуки, то есть временные координаты существуют наряду с пространственными в истории. Но, кроме этих двух, в истории ес ть еще один, не менее важный параметр. «С географической точки зрения, все человечество логично рассматривать как антропосферу - одну из оболочек, связанную с бытием вида homo sapiens». Антропосфера - человечество, мозаична, то ес ть состоит из представителей разных народов (этносов). Этнос - коллектив л юдей, который противопоставляет себя всем другим таким же, исходя не из с ознательного расчета, а из чувства подсознательного ощущения близости на основе простого противопоставления «мы - они». Каждый такой коллектив , чтобы жить на Земле, должен адаптироваться к условиям ландшафта, за пред елами которого ему трудно жить. Связи этноса с окружающей природой и рож дают пространственные взаимоотношения этноса. Но, естественно, что, «жив я в своем ландшафте, члены этноса могут приспособиться к нему, только изм еняя свое поведение, усваивая какие-то специфические правила поведения - «стереотипы». «Усвоенные стереотипы и есть этносы». Как видно, основание, на которое опирается Гумилев, позволяет назвать его взгляды родственными географ ическому детерминизму. Он объединяет географический фактор с историей народов или этносов, и на основе этого строит свою теорию этногенеза. Он с тоит на тех же позициях, что и евразиец Вернадский, в своем написании исто рии России-Евразии. «В истории этносов мы сталкива емся с тем,- пишет Гумилев, - что время от времени на определенных участках Земли возникают моменты абсолютной ломки, когда старые этносы исчезают и появляются новые. «Но откуда же и почему возникают эти новые общности?» , - задается вопросом Гумилев. «Понятно,- отвечает он, - что любой этнос имеет предка, даже не одного, а нескольких (например, для русских предками были и древние русичи, и выходцы из Литвы и Орды, и местные финно-угорские племе на). Однако установление предка проблемы не решает. Возможные предки ест ь всегда, а этносы возникают достаточно редко и во времени, и в пространст ве». Вот, например, как Гумилев в нача ле своей деятельности, в 1960-е г.г., в статье «Истоки ритма кочевой культуры с рединной Азии» объясняет ритмы развития евразийских народов. Кочевые народы Евразии жили и р азвивались на полосе степи, между двух ландшафтных зон: тайги и пустыни. О бе они враждебны скотоводству. Поэтому сибирские народы жили по берегам Оби, Енисея, Лены. Зеленая же степь, пересеченная лесистыми горными хребт ами кормит огромные стада животных. Именно в ней развились могучие кочев ые народы: хунны, тюрки, монголы. Сила кочевников была прямо про порциональна количеству их скота, которое определялось пастбищной пло щадью, а последняя зависела от дождей, выпадавших в степях. Уменьшение ос адков вело к наступлению пустыни на север, увеличение - влекло тайгу на юг. Успешные внешние войны кочевни ков, как правило, совпадали с улучшением климата в степи. Такой подход осн ован на синтезе нескольких наук: географии, климатологии, истории, архео логии, этнографии. Гумилев устанавливает эластичность ландшафтных зон в зависимости от климатических колебаний и рассматривает общественное развитие как показатель, чутко реагирующий на изменение внешней среды. Благодаря такому подходу Гумилеву удалось установить, что «пространст во степей, служивших основой для кочевых народов, то сокращалось, то снов а увеличивалось и причина этого лежит в атмосферных явлениях, зависящих от степени активности солнечной радиации». Взаимодействие народности с ландшафтом наблюдается всюду, но наиболее отчетливо оно проступает на стыке зон. Усыхание или увлажнение влияло на потенцию кочевых народов. И сторическая судьба народности связана с динамическим состоянием вмеща ющего ландшафта. Свой анализ среднеазиатской ко чевой культуры ученый заключает следующим: «Раскрытие исторических и физи ко-географических закономерностей, производимые не раздельно, а в их вза имосвязи и анализ их дает возможность изучения истории в новом ракурсе, позволяет установить влияние на эти события географической среды»[8,с.16]. В этой статье Гумилев выступае т как несомненный сторонник географического детерминизма, последовате ль Бокля, Бодена, Монтескье, Мечникова. Человечество, существовавшее н а Земле каких-нибудь 30-50 тысяч лет, тем не менее, произвело на ее поверхност и перевороты, которые Вернадский приравнивал к геологическим переворо там малого масштаба. А этот немало. Вид homo sapiens распространился по всей суше З емли и всю ее превратил в Ойкумену - место, где он живет, везде адаптируясь в ландшафте. И надо признать, что у человека есть особая природно-социаль ная способность, которая позволяет ему эту приспособленность. Эту спосо бность мы можем характеризовать как повышенную лабильность, пластично сть, даже способность к реадаптации, повторному приспособлению. А это, в с вою очередь, обеспечивается мозаичностью антропосферы. Антропосфера д елится на сообщества, которые называют народами или нациями, Гумилев же предпочитает называть этносами. Как же различаются этносы? Ученый предл агает различать их по стереотипам поведения: «Именно стереотипы поведе ния у различных этносов всегда более или менее различны…при этом, этниче ская характеристика лучше воспринимается и улавливается в больших мас сах, нежели в единичных случаях»[20,с.11]. Этнос не является ни биологиче ским, ни социальным явлением. Вот поэтому Гумилев предлагает считать его «явлением географическим, всегда связанным с вмещающим ландшафтом, кот орый кормит адаптированный этнос»[20,с.19]. А так как разнообразны ландшафты, то разнообразны и этносы. Этнос Гумилева - не абстрактное понятие, он выст упает выразителем исторического процесса с одной и двигателем, движуще й силой истории с другой стороны. Вскрывая, генетические корни этногенез а, автор рассматривает этнос как географическое, ландшафтно-биологичес кое явление. Второй особенностью этноса явл яется структура, она всегда в той или иной степени сложна, но именно сложн ость обеспечивает этносу устойчивость. Принцип этнической структуры Г умилев называет «иерархической соподчиненностью субэтнических групп », понимая под последним таксономические единицы, находящиеся внутри эт носа, как зримого целого, не нарушая его единства. Таксономические едини цы делятся на два разряда: «консорции и конвиксии». Консорции - группы людей, объеди ненных одной исторической судьбой. К ним относятся кружки, артели, банды, секты и др. нестойкие объединения. Чаще всего они распадаются, но иногда с охраняются на протяжении жизни нескольких поколений. Тогда они становятся конвиксия ми - группами людей с однохарактерным бытом и семейными связями. Конвикс ии мало резистентны. Их разъединяет экзогамия и перетасовывает сукцесс ия, т.е. резкое изменение исторического окружения. Уцелевшие конвиксии вырастают в субэтносы. Таковы землепроходцы - консорции отчаянных путешественник ов, породивших поколение стойких сибиряков; старообрядцы - консорции рев нителей религиозно-эстетического канона, в числе которых была боярыня М орозова, попы, казаки, купцы, крестьяне. Далее Гумилев обращает внимани е на три вида энергии, питающих биосферу земли и человека, как часть ее. Эт о энергия Солнца, энергия распада внутри Земли радиоактивных элементов и пучки энергии, приходящие из Солнечной системы и Космоса. Приходят они более или менее редко, время от времени, но не учитывать их, тоже невозможн о. «Мы живем не оторванными от всего мира, а внутри огромной галактики, кот орая тоже воздействует на нас, как и все другие факторы, определяющие раз витие биосферы»[20,с.24], - пишет Гумилев. Следующий элемент теории этног енеза Гумилева, его методика - системный подход. Автор его, Лео фон Бертала нфи - американец немецкого происхождения, биолог чикагского университе та дал определение вида как открытой системы. А системный анализ - это так ой метод анализа, когда внимание обращается не на персоны, особи, которые оставляют вид, а на отношения между особями. Это и использует Гумилев, выд еляя при этом четыре типа таких системных связей: делит системы на откры тые и закрытые, жесткие и дискретные. Открытые системы - планета Земл я, которая все время получает солнечные лучи, благодаря им происходит фо тосинтез, а излишек энергии выбрасывает в космос; это то или иное живое су щество, которое получает запас энергии в виде пищи. Иначе говоря, открыта я система получает энергию извне, обновляется. Примером закрытой системы може т служить печка. Это система с разовым получением энергии. Пример жесткой системы - хорошо сработанная, слаженная машина, где нет ни одной лишней детали, она работа ет только тогда, когда все винтики на месте. В чистом виде жесткой системы никогда быть не может. Корпускулярная или дискретная система - система взаимодействия между отдельными частицами, не связанн ыми между собою жестко, но, тем не менее, нуждающимися друг в друге. Биолог ический вид такой системы - семья. Из всего этого Гумилев делает в ывод, что «этнос - замкнутая система дискретного вида - корпускулярная си стема. Она получает единый заряд энергии и, растратив его, переходит либо к равновесному состоянию со средой, либо распадается на части»[20,с.25-26]. И далее пишет - «Именно как систе мы такого типа существуют в биосфере природные коллективы людей с общим стереотипом поведения и противопоставляющие себя всем другим. Это явле ния противопоставления связывает социальные формы со всеми природными факторами - ландшафтами, климатом, почвой. Это механизм, при помощи которо го человек влияет на окружающую среду обитания, воспринимает ее составл яющие и кристаллизует их в свою культуру»[2,с.27]. Следующий немаловажный элемен т теории Гумилева - явление комплиментарности. Комплиментарность - неосознанн ая симпатия к одним и антипатия к другим людям, говоря иначе, положительн ая или отрицательная комплиментарность. Когда создается первоначальны й этнос, то инициаторы этого возникающего движения подбирают себе актив ных людей именно по этому комплиментарному признаку - выбирают тех, кто и м просто симпатичен. Данный принцип не относится к ч ислу социальных явлений, он наблюдается у диких животных, и у домашних (на пример, привязанность собаки к хозяину), пишет Гумилев. На этом принципе о сновано приручение животных, на нем же основаны семейные связи. Но когда мы берем этот феномен в исторических, больших масштабах, то эти связи выр астают в очень могучий фактор. На явлении комплиментарности строятся от ношения в этнической системе. Из всего сказанного, очевидно, ч то этносы являются биофизическими реальностями, всегда облеченными в т у или иную географическую оболочку. Этногенез - процесс, проявляющийся в работе, а для совершения работы нужна энергия. В.И. Вернадский, в труде «Хи мическое строение биосферы Земли и ее окружение», назвал ее биогеохимич еской энергией живого вещества биосферы. Это та самая энергия, которая п олучена растением путем фотосинтеза и затем усвоена животным через пищ у. Она заставляет все живое расширяться путем размножения до возможного предела. Земля не переполнена животными только потому, что эта энергия разнонаправленная, и одна система живет з а счет другой, одна погашает другую. Очевидно, сама живая личность, свидет ельствует Гумилев, создает вокруг себя какое-то напряжение, обладает как им-то реальным энергетическим полем или их сочетанием, подобно электром агнитному полю, состоящему из каких-то силовых линий, которые находятся в разночастотном ритмическом колебании. Вспомним, что в основе этническ ого деления лежит разница поведения особей, составляющих этнос. А так ка к особи нового настроения взаимодействуют друг с другом, то немедленно в озникает целостность - однонастройная эмоционально, психологически и п оведенчески, что, очевидно, имеет физический смысл. Скорее всего, считает Гумилев, здесь мы видим одинаковую вибрацию биотоков этих особей, единый ритм (частоту колебаний). Именно он воспринимается наблюдателем как неч то новое, непривычное, не свое. Но как только пассионарное поле возникло, о но тут же оформляется в социальный институт, организующий коллектив пас сионариев: общину, философскую школу, дружину, полис и т. п. при этом охваты ваются особи не пассионарные, но получившие тот же настрой путем пассион арной индукции. Консорция преображается в этнос, который при расширении покоряет (политически или морально) другие этносы и навязывает свой ритм им. Неравномерность распределени я биохимической энергии живого вещества биосферы за длительное истори ческое время должна была отразиться на поведении этнических коллектив ов в разные эпохи и в разных регионах. Таким образом, эффект, производ имый вариациями этой энергии, как особое свойство характера людей, и наз ван «пассионарностью» (от лат. Passio - страсть). При всем различии эпох и стран, м одель пассионарности в этногенезе одна и та же. Пассионарность - «это характер ологическая доминанта, непреоборимое внутреннее стремление (осознанно е или, чаще, неосознанное) к деятельности, направленной на осуществление какой-либо цели, часто иллюзорной. Цель эта представляется пассионарной особи иногда ценнее даже собственной жизни»[20,с.33]. Древние люди приписывали возни кновение этносов полубогам или героям. Племенами эллинов были: доряне (п отомки Геракла), ионяне (наследники Тезея), эоляне (потомки Кадама, пришель ца из Финикии). Японцев породила богиня Аматерасу, монголов - серый волк и пятнистая лань.… Но за всеми этими образами мифологии просвечивают обра зы предков, искаженные манерой передачи, хотя в древности люди, видимо, по нимали мифы точнее, примерно так, как мы читаем исторические тексты. Нас н е удивляет и не шокирует, что в середине VIII века в Италии вокруг Ромула собр ались 500 бродяг, положивших начало римлянам, так же собрались «верные» вок руг царя Давида в XI веке до н.э., а люди «длинной воли» - вокруг Чингисхана, ба роны - вокруг Карла Великого. Из этих и подобных консорций по степенно вырастали сначала этносы, потом субэтносы, и, наконец, суперэтн осы - своего рода этнические галактики, объединяющие группы этносов в це лостности высшего порядка. Так, римские граждане объединили Средиземно морье в Римский мир, франки стали ядром «Христианского мира» (католическ ого), реформированного в «цивилизацию» с заокеанскими продолжениями, ев реи распространились по всей Ойкумене, выделив несколько этносов: сефар дов, Ашкинази, фаллашей; монголы создали оригинальный «Кочевой мир». Эти целостности столь же реальны, как и этносы, наблюдаемые непосредственно. Большая система может создават ься и существовать только за счет энергетического импульса, производящ его работу (в физическом смысле), благодаря которой система имеет внутре ннее развитие и способность сопротивляться окружению. Гумилев называе т этот эффект энергии - пассионарным толчком и рассматривает географиче ские условия, облегчающие его активизацию. Согласно наблюдениям, новые эт носы возникают не в монотонных ландшафтах, а на границах ландшафтных рег ионов и в зонах этнических контактов, где неизбежна интенсивная метисац ия. Пусковым моментам этногенеза одинаково благоприятствуют сочетания разных культурных уровней, типов хозяйства, несходных традиций; общим м оментом является принцип разнообразия. Предположительно, механизм эти х процессов выглядит так: взрыв или флуктуация пассионарности создает в значительном числе особей, обитающих на охваченной этим взрывом террит ории, особый нервно-психический настрой, что является поведенческим при знаком. Возникший признак связан с повышенной активностью, но характер э той активности определяется местными условиями: в первую очередь - ландш афтами, а также этнокультурным окружением и уровнем социального развит ия. Вот почему, пишет Гумилев, все этносы оригинальны и неповторимы, хотя п роцессы этногенеза сходны. История социальная отражает пр ошлое человечества односторонне, и рядом с прямой дорогой эволюции суще ствует множество зигзагов, дискретных процессов, создавших ту мозаику, к оторая просматривается на исторических картах мира. Поскольку у этих пр оцессов есть «начала» и «концы», считает Гумилев, то они не имеют отношен ия к прогрессу, а всецело связаны с биосферой, где процессы тоже дискретн ы. Таким образом, «социальная и эт ническая истории не подменяют друг друга, а дополняют наше представлени е о процессах, происходящих на поверхности Земли, где сочетаются «истори и природы и людей»[20,с.112]. Во всех исторических процессах - от микрокосма (жизни одной особи) до макрокосма (развития человечества в целом) общественная и природная формы движения соприсутствуют и взаимо действуют, подчас столь причудливо, что иногда трудно уловить характер с вязи. Это особенно относится к мезокосму, где лежит феномен развивающего ся этноса, то есть этногенез. Несмотря на то, что этногенезы п роисходят в совершенно разных условиях, в разное время и в разных точках земной поверхности, тем не менее, путем эмпирических обобщений, Гумилеву удалось построить кривую этногенеза. Наиболее правильно объяснить ее к ак инерционную, возникающую время от времени вследствие «толчков», кото рыми могут быть только мутации, вернее микромутации, отражающиеся на сте реотипе поведения, но не влияющие на фенотип. Как правило, мутация почти нико гда не затрагивает всей популяции своего ареала. Мутируют только отдель ные, относительно немногочисленные особи, пишет Гумилев, но этого может оказаться достаточно для того, чтобы возникла новая Консорция, которая п ри благоприятном стечении обстоятельств вырастает в этнос. Пассионарн ость членов консорции - обязательное условие этого перерастания. В этом механизме - биологический смысл этногенеза. На процесс создания этноса или суперэтноса влияет пространство, ландшафт и время. Пространство - окруже ние: ландшафтное и этническое. Первое влияет на формы хозяйства, уклад да нного этноса определяет его возможности, перспективы. Этническое окруж ение, связи с соседями, дружеские или враждебные, влияют на характер созд аваемой культуры. Время - это фаза этногенеза и этн ического окружения, определяющая варианты этнических контактов с ними. Кроме того, уровень научно-технического прогресса, свойственной данной эпохе, тоже оказывает свое влияние в рамках временного фактора, позволяя заимствовать уже имеющиеся технические достижения при создании новой культурной традиции. Также существует еще энергия. « В энергетическом аспекте этногенез является источником культуры»[20,с.121]. Этногенез идет за счет пассионарности. Именно эта энергия - Пассионарнос ть и растрачивается в процессе этногенеза. Она уходит на создание культу рных ценностей и политическую деятельность. В фазе подъема складывается, а в акматической фазе кристаллизуется оригинальный для каждого случая сте реотип не только поведения, но и мировосприятия и мироосмысления, или то, что мы называем культурным типом. «Итак, пишет Гумилев, этническа я история имеет следующие два параметра: соотношение каждого этноса с ег о вмещающем кормящим ландшафтом, причем утрата этого соотношения непоп равима и пассионарность - диссипация биохимической энергии живого веще ства биосферы»[20,с.121]. Этногенезы - процессы, возникаю щие вследствие природных явлений, а, как известно, природа не ведает ни до бра, ни зла. Ураганы, ледники, землетрясения приносят людям бедствия, но са ми являются частями географической оболочки планеты Земля, в состав кот орой наряду с литосферой, гидросферой, атмосферой входит биосфера, часть ю которой является антропосфера, состоящая из этносов, возникающих и исч езающих в историческом времени. Человек не только член обществ а, но и этноса. Вместе со своим этническим коллективом он сопричастен окр ужающей среде. Вечно меняясь, умирая и возрождаясь, как все живое на нашей планете, он оставляет свой след путем совершения событий, которые состав ляют «скелет» этнической истории - функции этногенеза. В этом аспекте ис тория - наука естественная, географическая и геософская. Пассионарность - это и энергия, и характер поведения человека, обладающего этой силой. Пассионарность ка к энергия - это избыток биохимической энергии живого вещества, обратный вектору инстинкта и определяющий способность к сверхнапряжениям. Пасс ионарность же как характеристика поведения - эффект этого избытка, порож дающий жертвенность ради эфемерных целей. Примером возрастания и ослабле ния пассионарности в этносе может служить этническая история России. Пе рвоначально, в работе «Этногенез и биосфера Земли» (Л., 1989), Гумилев возводи л древних русичей к германскому племени готов, считая их фазой социокуль турной целостности, затем деструкции и реликта этногенеза, древних гото в. Позднее, в сочинении «Древняя Русь и Великая Степь» (М., 1989), он пересмотрел свои позиции. Здесь Русь возводится к древним славянам и кельтам. Причем, древнерусский этнос просуществовал, по его мнению, до XIII века, когда в инер ционную фазу своего этногенеза столкнулся с монголами Батыя. После этог о этнос перешел в фазу обскурации. Надо отметить, что с монголами столкну лся слабопассионарный этнос, а монголы в то время переживали фазу подъем а. Вследствие изменения климата степи - увеличения осадков и как следств ие, увеличение пастбищ, скота, лошадей и т.п. все это способствовало росту военного и политического потенциала моноголо-татар. Образовавшийся, условно, в XIV век е великорусский этнос имел своим «месторазвитием» Волго-Окское междур ечье - ландшафт лесной плюс ландшафт луговой. Исходным компонентом он им ел потомков древних русичей, угро-финские племена и отчасти пришельцев м онголов. Конец XIV - начало XVI в.в., согласно Гумилеву, фаза подъема в этногенез е великорусского этноса. О подъеме пассионарного напряжения говорят та кие факты, как успешное противостояние Литве, объединение России вокруг Москвы и конец золотоордынского ига. «В те века, когда начиналась ист ория нашей страны и ее народов, человечество населяло землю неравномерн о. Одни народы жили в горах, другие в степях или глухих лесах, третьи на бер егах морей. И все создавали совершенно особые культуры, непохожие друг н а друга, но связанные с теми ландшафтами, которые их кормили»[14,с.24-25]. И далее - «в VI - VIII в.в. славяне, народ сильный и энергичный, заняли Волынь (волыняне) и ю жные степи вплоть до Черного моря (тиверцы и угличи). Заняли славяне также , и бассейн Припяти, где поселились древляне, и южную Белоруссию, где осели дреговичи (стар. русск. «дрегва» - болото). Северную часть Белоруссии заня ли западные славяне - венеды. И, кроме того, уже в VI - VIII веке два западнославян ских племени - радимичи и вятичи - проникли до реки Сожа, притока Днепра, и д о Оки, притока Волги, расселившись среди местных племен»[14,с.41]. Как видно из приведенного выше отрывка, Гумилев твердо стоит на позициях географического детерминизм а, как принципа в построении теории этногенеза. Он обращает внимание на т ерриторию (ландшафт), климат и почву, как объект обработки. Например, говоря об отношении К иева к Византии в X веке, он отмечает: «в X веке изменились ландшафтно-клима тические условия жизни народов Евразии, и в частности обитателей Северн ого Причерноморья. Наступила очередная вековая засуха, вследствие кото рой часть печенегов откочевала из Средней Азии в Низовья Днепра. Печенег и в поисках союзников вступили в контакт с Византией и стали ее союзника ми, а враги печенегов и Византии мадьяры выступили союзниками славян и к ак могли, поддерживали их»[14,с.43]. Вновь мы видим у Гумилева на первом месте к лимат и его влияние на историю народов. Таким образом, несмотря на теор ию этногенеза, как фактор биологического детерминизма, Гумилев остаетс я на твердых позициях детерминизма географического, как методологичес кого принципа. Гумилев, в вопросе образования Российского этноса, высоко оценивал евразийскую концепцию и, был ее прод олжателем. Будучи лично знаком, с Петром Савицким и переписываясь с Геор гием Вернадским. Евразийцы, разрабатывая теорию, положили в ее основание географический детерминизм как принцип, они нашли ей подтверждение в эт ническом, лингвистическом, философском аспектах. При этом, часто опериру я понятиями «национальный подъем, горение духа, порыв» и т. д. Гумилев дает свое объяснение этим понятиям, переводя их на научный язык своей теории этногенеза. Евразийцы не указывают причин появления этносов (помимо лан дшафтных), они говорят об их развитии. Гумилев вводит понятия этногенеза, пассионарности, комплиментарности и т. д. евразийцы достаточно туманно о бъясняют сближение тех или иных наций и народностей, хотя приводят тому массу примеров. Гумилев перерабатывает их материал и дает научное объяс нение, хотя нигде не ссылается на евразийцев, что объясняется довольно п росто: «Что касается упреков мне, что я нигде не ссылаюсь в своих книгах на П. Савицкого или на ранних предшественников евразийцев - Монтескье, Боде на и др. представителей географической школы геософии, то я просто не мог этого сделать по понятным причинам - ведь существовала цензура»[17,с.15]…. Таким образом, завершая данную главу, необходимо сказать, что теория этногенеза Гумилева, о глубочайшей связи характера, обычаев и культуры народа с ландшафтами, о психологии н арода с биосферой, делает его продолжателем идеи географического детер минизма как принципа в философии. Продолжателем идей как западноевропе йской школы геософии в прошлом, так и идей русских геософов и в наше время. Заключение. В современном миропонимании су ществуют две разные взаимодействующие тенденции. В первом случае филос офы, занимаясь проблемами человечества, неизбежно «спускаются» к пробл емам естествознания; во втором - естественники, обсуждая проблемы глобал ьного характера, «поднимаются» до уровня проблем гуманитарных. Где-то по середине этих потоков и находится область геософского знания. Геософия фиксирует существование глубочайшей взаимосвязи - природы и человека. В лияние географических факторов и их роль в формировании человека посто янно меняются также как и восприятие, человеком окружающей его среды. Зн ачит и взаимоотношения окружающей среды и человека, которые были вчера, совсем не будут походить на те, которые возникнут завтра. Примеры этого м ожно увидеть в мировидении геософии. Геософия поражает необычными пред ставлениями и идеями. Поворачивая знания иной гранью, она учит нас видет ь мир иначе. Во-первых, становиться ясно, что таким сложноорганизованным системам, к которым относятся этносы, нельз я навязывать пути их развития. Скорее необходимо понять, как способствов ать их собственным путям развития, как выводить системы на эти пути. В общем, плане необходимо понят ь законы совместной жизни кормящего ландшафта и человечества. Во-вторых, геософия показывает нам, как, каким образом и почему ландшафт выступает в качестве созидающе го начала, конструктивного механизма эволюции, как из хаоса племен и нар одов может развиться новая более сложная организация. Через хаос осущес твляется связь разных уровней организации. В определенные моменты неус тойчивости малые возмущения могут разрастись в макроструктуры. Отсюда следует, что усилия, действия одного человека не бесплодны относительно общего движения социума. В особых состояниях неустойчивости действия о дного человека могут влиять на общие процессы в социуме (роль пассионари ев у Гумилева). В-третьих, геософия открывает н овые принципы суперпозиции, сборки сложного эволюционного целого из ча стей, что проявляется в процессах эволюции, этногенеза. Целое не равно су мме частей, оно качественно иное. Общих принципов организации понимание эволюционного целого имеет огромное значение для выработки правильных подходов к построению сложных социальных геополитических целостносте й, к объединению стран, находящихся на разных стадиях развития, в мировое сообщество. В-четвертых, геософия дает позн ания о том, как оперировать со сложными системами и как наиболее эффекти вно ими управлять. Главное - не сила, а правильная топологическая конфигу рация, архитектура воздействия на сложную среду или систему. Резонансны е воздействия на сложные системы очень эффективны, примером тому являет ся геософия. Невероятно, что это свойство сложной организации было угада но еще тысячи лет назад родоначальником даосизма Лао-Цзы: слабое побежда ет сильное, мягкое побеждает твердое, тихое побеждает громкое и т.п. В-пятых, геософия раскрывает за кономерности и условия протекания быстрых, лавинообразных процессов и процессов нелинейного роста; т.е. геософия рассматривает среду как носит ель будущих форм организации. В довольно простых моделях возникает идея фундаментальной общности: сплошная среда потенциально содержит в себе разные виды локализации процессов. Среда является неким единым началом, которое выступает как носитель различных форм будущей организации. Вну тренний механизм формирования структур и эволюции сложных структур со ставляет игра двух противоположных начал. Одно из начал - рассеивающий ф актор самой различной природы, другое - активная среда, создающая неодно родности в сплошной среде. Поэтому сверхсложная, бесконечномерная, хаот ическая на уровне элементов, среда, может описываться, как и любая открыт ая нелинейная среда, небольшим числом фундаментальных идей и образов, оп ределяющих общие тенденции развертывания процессов в ней. Отсюда возни кает представление о структурах - аттракторах эволюции. Если система поп адает в поле притяжения определенного аттрактора, то она неизбежно эвол юционирует к этому относительно устойчивому состоянию. С определенног о класса начальных возмущений системы имеет место выход на эту структур у. Парадоксально, но будущее состояние системы как бы притягивает, измен яет наличное ее состояние. Будущее «временит» настоящее. В терминах геос офии это звучит как «географическое задание» того или иного этноса. В од ной и той же среде без изменения ее параметров могут возникать разные ст руктуры, выступающие в качестве аттракторов, разные пути эволюции. Более того, рассматривая разные стадии развития процессов в открытой нелиней ной среде, можно ожидать качественное изменение картины процессов, в том числе усложнение и деградацию организации среды. Нелинейность порожда ет своего рода квантовый эффект - дискретность путей эволюции нелинейны х систем. То есть на данной среде возможен лишь определенный спектр путе й эволюции. Если же среда становиться другой, то это приводит к качествен ному изменению картины процессов ее эволюции. Геософия, основываясь на принц ипах синергетики, устанавливает мостики между живой и неживой природой, между целеподобностью поведения природных систем и разумностью челове ка. В неживом ведется поиск живого, его аналогов, чего-то подобного интуиц ии и т.п. в живом же - поиск неживого, того, что общее ему с неживым, что уже реф ормированного в неживом, в законах Вселенной. Кроме того, исследование эволю ционных процессов в мире с точки зрения инвариантно-групповых свойств д ает основания предложить модель мира как иерархию различных темпомиро в, зависимых, проникающих друг в друга или же независимых, параллельных. Т огда сверхразум предстает как некая стадия развития процессов в мире. Эт о будущее для нашего темпомира, но, вполне вероятно, существующее сегодн я в другом, продвинутом к моменту обострения темпомире, с которым мы не мо жем наладить связь. Последний тезис, как считает Ба нных, является основополагающим для синергетики. Пригожин, автор и созда тель синергетики, ставит перед собой задачу не столько дать новое объясн ение старой картине мира, сколько построить новую. В этом плане первую картину мир а создал И. Ньютон, открывший законы гравитации. Его модель мира - «часы». Е сли проводить параллели, то на этом основаны теории европейской школы ге ософии: Ж. Бодена, Ш. Монтескье, и русской - Л.И. Мечникова. Далее был Эйнштейн, создавший н овую картину мира - теорию относительности, являющуюся основой науки XX ве ка. Эту картину мира, безусловно, отразили евразийцы. Они поставили под со мнение историю России - может быть Киевская Русь, а может быть империя Чин гисхана, факты одни, а способов интерпретации множество… эту позицию отр азил Ницше словами: «Бог умер». Все в мире науки относительно. Третьим, кто пытался построить новую картину мира (темпомира) является Пригожин и его синергетика. Этой позиции соответствует теория пассионарности и этногенеза Л.Н. Гумилева. Таким образом, прослеживается эволюция и связь людей, казалось бы, из разных областей знания. Но всех их объединяет одно - исследование и поиск путей человечества, поиск его мес та на Земле и во Вселенной. Рассматривая географический д етерминизм, как методологический принцип в контексте традиционных мет одологий философского познания мы обобщаем основные положения: 1. Принцип географического дете рминизма - есть основа научных теорий Мечникова, Савицкого, Вернадского, Гумилева как методология философско-исторического раскрытия обществе нного развития. 2. Принцип геософии, как синтеза географии и философии, определяет смысловой и системный характер раскр ытия общественных процессов в теориях сторонников географической школ ы геософии: в онтологии - принцип всеединства (Соловьев) человечества на З емле; в гносеологии - теория этногенеза и пассионарности Гумилева, и осоз нание своего единства с «месторазвитием» Савицкого и Вернадского; в ист ориософии и социальной философии - учение о социальном прогрессе Мечник ова, понятие России как особого географического мира евразийцев (их геос офия всеединства), теория этногенеза Гумилева. Особое значение геософия приобретает в социологии. 3. Географический детерминизм - к ак основополагающий принцип геософии, вписанный в религиозно-философс кий контекст российской мысли, является средством преодоления парадиг мальных устоев классического рационализма европейской культуры. Униве рсальность географического детерминизма на русской почве фактически с нимает противопоставление субъекта и объекта, полагая в качестве их выс шего единства слияние в единое целое, в «географический индивидуум», в к отором моменты антиномической множественности есть конструктивное на чало. 4. В геософии происходит переход от первичных, весьма абстрактных, недостаточно внутри себя расчлененны х и развитых представлений о целостном мире к их дифференциации и конкре тизации. Складываются различные образы этого мира. В историческом аспек те одни из них могут быть представлены в качестве отдельных его слагаемы х (целостность мира в географическом измерении, экономическом, духовно-к ультурном и пр.), другие же имеют скорее исторически преходящее значение и выступают в качестве ступеней его формирования, прорастая в наш мир, во многом еще традиционный, по многим параметрам расколотый, постепенно за мещая и вытесняя его. 5. Каждая конкретная концепция в системе географического детерминизма, как методологического принципа , есть завершенная целостность, дающая единство методологических, смысл овых и культурно-исторических оснований, общих для всего течения геософ ии. В настоящее время, в науке возни кла и развивается традиция соотносить становление целостного мира с на личием общемировых, глобальных проблем, оказывающих влияние на всю миро вую общественную жизнь. По-видимому, возникновение таких проблем модно р ассматривать как точку отсчета на шкале становления целостного мира и к ак предпосылку формирования других (вторичных и т.д.) его обликов, типов, ф орм. Иначе говоря, глобальные проблемы как бы стягивают наш противоречив ый и очень многообразный мир в целостность. Все это способствует формирова нию всепланетного сознания, в центре которого обостренное мироощущени е и понимание того, что разделенный всевозможными границами экономичес кими, политическими, идеологическими, национальными перегородками про тиворечий мир, тем не менее, в самом своем фундаменте имеет некую общност ь, связующее единство, которое и придает ему целостность. Изучение формирования сложных живых систем позволяет сделать вывод о том, что стабильность и жизнеспос обность подобных систем зависит во многом от внутренней дифференциров анности (разделение функций) составляющих их элементов, своеобразия и бо гатства заключенного в них потенциала жизнеобеспечения. Чем выше урове нь дифференцированности и чем богаче уникальное содержание элементов системы, чем мощнее их потенциал жизнеобеспечения, тем больше и потенциа л системы в целом, возможности ее эволюции и совершенствования. Из вышесказанного следует, что социально неоднородный, ассиметричный, противоречивый мир - нормальный жизнеспособный мир. Минувшие тысячелетия, на протяжении которых возник али и исчезали в небытие страны, государства, народы, цивилизации, не пред ыстория человечества, а самая подлинная история. Внутренняя разнородно сть нынешнего мира (формационная, цивилизационная, культурная, этническ ая), обретающего признаки целостной системы - это не проклятие на голову с овременного человека, а великое сокровище, которое просто надо уметь исп ользовать. При условии налаживания адекватных связей между элементами этой системы, между цивилизациями, культурами, этносами ее внутренняя ра знородность будет выступать как конструктивный фактор. Эмпирия нашего мира свидетельс твует о четко выраженной тенденции к его интеграции, необходимости един ения человечества перед лицом обрушившихся на него глобальных проблем. Но единый мир, о котором так мечтали пророки, мудрецы и святые, становлени е, которого идет у нас на глазах, - это совсем не монолит. Именно многообраз ие составляющих данный мир цивилизаций и культур обеспечивает соедине ние воедино составляющих мир элементов, придает ему устойчивость, делае т его внутренне единым, целым, человеческим миром. Библиография. 1. Аристотель «Политика» М., 1967г. 2. Банных С.Г. «Географический де терминизм: от Л. Мечникова до Л. Гумилева» (исторические очерки) г. Екатери нбург, 1997 г. 3. Бердяев Н.А. «Русская идея» М., 1994 г. 4. Бердяев Н.А. «О русской философ ии» С., 1991 г. 5. Бэкр К.М. «Автобиография» М., 1950 г. 6. Бэкр К.М. «Переписка» Л., 1970 г. 7. Вернадский Г.В.«О движении рус ского племени на Восток» (науч.-истор. журнал т.1.) 8. Вернадский Г.В. «Россия как осо бый географический мир» Прага, 1937 г. 9. Вернадский Г.В. «Начертание ру сской истории» Прага, 1927 г. 10. Вернадский Г.В. «Биосфера» в дв ух томах. М., 1960 г. 11. Вернадский В.И. «Философские м ысли натуралиста» М., 1988 г. 12. Вергазова Е.Г. «Философские вз гляды С.М. Соловьева» СПб., 1993 г. 13. Гердер И.Г. «Избранные произве дения» М., 1955 г, в двух томах. 14. Гумилев Л.Н. «Хунны» М., 1960 г. 15. Гумилев Л.Н. «Истоки ритма клим атических колебаний в истории народов степной зоны Евразии» (История СС СР, 1967 г., № 1) 16. Гумилев Л.Н. «Изменение климат а и миграция кочевников» (природа, 1962 г., № 4) 17. Гумилев Л.Н. «Древние тюрки» М ., 1960 г. 18. Гумилев Л.Н. «Этногенез и биосф ера Земли» М., 1993 г. 19. Гумилев Л.Н. «Заметки последне го евразийца» (Новый мир, 1991 г., № 1) 20. Гумилев Л.Н. «Открытие Хазарии » СПб-М., 2002 г. 21. Гумилев Л.Н. «От Руси к России» М., 2002 г. 22. Гумилев Л.Н. «Древняя Русь и Вел икая Степь» М., 2000 г. 23. Гумилев Л.Н. «Этногенез: истори я природы и история человека» М., 2002 г. 24. Гумилев Л.Н. «Интервью с Л.Гумил евым: Если Россия будет спасена, то только через евразийство» (Начало, М., 1992 г., № 4) 25. Гумилев Л.Н. «Тысячелетие вокр уг Каспия» М., 2000 г. 26. Гумилев Л.Н. «Поиски вымышленн ого царства» М., 1970 г. 27. Гумилев Л.Н. «География этноса в исторический период» Л., 1990 г. 28. Гумилев Л.Н. «Истоки ритма коче вой культуры Срединной Азии» (Народы Азии и Африки, 1966 г., № 4) 29. Ключевский В.О. «Сочинения» М ., 1956 г., в девяти томах. 30. Мамонова М.А. «Запад и Восток: т радиции и новации рациональности мышления» М., 1991 г. 31. Мечников Л.И. «Цивилизации и ве ликие исторические реки» г. Харьков, 1899 г. 32. Монтескье Ш. «О духе законов» С Пб, 1968 г. 33. Нусхаев А.Л. «Россия - Русь. Росс ия - Евразия духа: национальная идеология» Элиста, 1997 г. 34. Плеханов Г.В. «Собрание сочине ний» М.-Л., 1935 г. 35. повесть временных лет преподо бного Нестора. М., 1986 г. 36. Пригожин И., Стенгерс И. «Порядо к из хаоса» М. 1986 г. 37. Савицкий П.Н. «Миграции культу ры. Исход к востоку» г. София, 1921 г. 38. Соловьев С.М. «История России с древнейших времен» М., 1965 г. 39. Сухов Н.Г. «Карл Риттер и геогра фическая наука в России» Л., 1990 г. 40. Трубецкой Н.С. «Наследие Чинги схана. Взгляд на историю не с Запада, а с Востока» Прага, 1937 г. 41. Хоружий С.С. «Полюса Евразийст ва» (новый мир, 1991 г., № 1) 42. Эльзон Д.Н. «Н.С. Гумилев. Библио графия. Посвящается Л.Н. Гумилеву» М., 1998 г. 43. Яцунский В.К. «Историческая география» М ., 1995 г.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
- Ты был на дне инвесторов в Крыму?
- А когда был этот день?
- Не день, а дно...
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по философии "Геософия в трудах евразийцев", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru