Курсовая: Биографический метод в социологии - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Биографический метод в социологии

Банк рефератов / Социология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 33 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

3 БИОГРА ФИЧЕСКИЙ МЕТОД В СОЦИОЛОГИИ Курсовая работа СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ Глава I. СУЩНОСТЬ БИОГРАФИЧЕСКОГО МЕТОДА 1.1. Определение биографического метода в социологии 1.2. Истоки биографического метода в социологии Глава II. СБОР И ОБРАБОТКА БИОГРАФИЧЕСКИХ ДАННЫХ 2.1. Сбор биографического материала 2.2. Анализ и интерпретация биографического материала ЗАКЛЮЧЕНИЕ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ВВЕДЕНИЕ Биографи ческий метод имеет очень много общего с методом включенного наблюдения и по сути является еще одной разновид-ностью этнографического подхода к «анализу случая». Отличием биографического метода можно считать больш ую сфокусирован-ность на уникальных аспектах истории жизни человека (ин огда -- группы, организации) и на субъективном, личностном подходе к описан ию человеческой жизни, карьеры, истории любви и т. п, В центре внимания соц иолога здесь оказывается доку ментальное или устное описание событий с точки зрения самого «случая», то есть те сведения, которые в ме дицине называют субъективным анамнезом. Как и метод включенного наблюд ения, биографический метод имеет «этнографические» корни. Культурные а нтропологи и историки часто опирались (и опираются) на «устные истории» или дневниковые записи и мемуары, когда им приходится изучать соот-ветст венно «доисторические», не имеющие письменной традиции сообщества либ о «закулисные» политические механизмы. Еще оче-виднее тот вклад, который внесли в развитие биографического ме-тода документальная журналистик а и мемуаристика. (Достаточно вспомнить о столь раннем примере использов ания сравнительно-биографического метода, как «Жизнеописания» Плутарх а.) Цель настоящей курсовой работы - выработать полное и систематизированное представление об истоках, идейных предпосылках и конкретных применени ях биографического метода в социологии. Глава I. СУЩНОСТЬ БИОГРАФИЧЕСКОГО МЕТОДА 1.1. Определение биографического метода в социологии Биографические данные в социологии -- это основной источ-ник детальных и мотивированных описаний «истории» отдельной личности. И значимые соци альные связи, и мотивы действий по-лучают здесь убедительное освещение « с точки зрения деятеля». Чаше всего источником биографических данных ст ановятся лич-ные документы (мемуары, записки, дневники и т. п.) либо матери-а лы интервью и бесед. Лишь в очень редких случаях исследователь имеет дело с жиз-неописанием, включающим в себя все события «от первого крика до последнего вздоха». О бычно основное внимание уделяется кон-кретным аспектам или стадиям жиз ни -- карьере, межличностным отношениям и т. п. Некоторые авторы даже предл агают взамен широко употребляемых терминов «биографический метод» или «история жизни» использовать термин «история отдельного слу-чая» (« individual case history»), подчеркивающий избирательный, селективный характер жизнеопис ания 1 . В социологии «истории жизни» чаще всего использовались для изучения со циальных меньшинств -- тех групп, которые довольно трудно поддаются прос транственной и временной локализации (и, следовательно, менее доступны д ля масштабных выборочных об-следований). 1.2. Истоки биографического метода в социологии В 1920-40-х гг. биографический метод широко применялся представителями Чикаг ской школы. Так, например, в 1920-е гг. чи-кагский социолог К. Шоу изучал подрост ковую преступность, используя написанные по его просьбе автобиографич еские заметки юного правонарушителя, дополненные полицейскими и судеб ны-ми документами, результатами медицинских освидетельствований и т. п. Всю совокупность этих данных он рассматривал как «исто-рию случая». Первой собственно социологической работой, «узаконившей» использован ие личных документов, писем и автобиографий в ана-лизе социальных процес сов, стала опубликованная в 1918-1920 гг. книга У. Томаса и Ф. Знанецкого «Польски й крестьянин в Европе и в Америке». Один из томов этой книги составила авт обиография польского эмигранта Владека, описавшего свой путь из провин ци-ального Копина в Чикаго. Этот путь включил в себя и учебу в дере-венской школе, и работу помощником в лавке, и выезд в Германию в поисках заработка , предшествовавшие эмиграции в США. Томас и Знанецки первыми выступили с обоснованием использования биографического метода в рамках интерпрет ативного подхода в со-циологии. Они полагали, что социальные процессы ну жно рассматривать как результ ат постоянного взаимодействия сознания личности и объективной социаль ной реальности. В этом взаимоде йствии личность и «ее» определения реальности выступа-ют и как постоянн о действующий детерминант, и как продукт со-циального взаимодействия. Сл едовательно, изучение сознания и са-мосознания -- необходимое условие ан ализа социального мира. Кроме того, Томас и Знанецки предполагали, что ис следование, базирующееся на «историях жизни», позволит выйти к более ши- роким обобщениям, касающимся социальных групп, субкультур, классов и т. п. Н. Дензин дал одно из самых популярных определений биогра-фического метода (метода «историй жизни», «жизнеописаний»): «...биографи ческий метод представляет переживания и определе-ния одного лица, одной группы или одной организации в той фор-ме, в которой это лицо, группа или о рганизация интерпретируют эти переживания. К материалам жизненной ист ории относятся лю-бые записи или документы, включая "истории случая" соци альных организаций, которые проливают свет на субъективное поведение и ндивидов и групп. Такие материалы могут варьировать от писем до автобиог рафий, от газетных сообщений до протоколов судебных заседаний». Предположение о необходимости учета «перспективы деятеля», его смысло вого горизонта и определения ситуации играет ведущую )оль при использов ании биографического метода. Так как целью здесь в конечном счете оказыв ается понимание тех или иных ас-гектов «внутреннего мира» субъекта, необ ходимым становится и 1редположение о том, что исследуемые располагают до статочно сложной структурой субъективного опыта и способны отделить с обственный «образ Я» от образа окружающего мира, способны«воспринять с ебя в качестве активного субъекта своей собственной истории жизни, отли чного от социального мира». Следующая фундаментальная особенность биографического метода -- его на правленность на воссоздание исторической, раз-вернутой во времени перс пективы событий. Используя биографи-ческий метод, социолог становится в некотором роде социальным историком. История социальных институтов и с оциальных измене-ний здесь раскрывает себя через рассказы людей об их со бствен-ной жизни. Это открывает дополнительные возможности для пересмо тра «официальных» версий истории, написанных с позиций властвующих кла ссов и групп, и сопоставления этих версий с ос-нованным на повседневном о пыте знанием социальной жизни, ко-торым располагают непривилегированн ые и «безгласные» соци-альные группы. «Кто говорит и кого слушают -- это политические вопросы; факт, становящийся особенно очевидным, когда голос получают люди, обладающие низким статусом и власт ью». Вот, например, как описывает свои отношения с начальством женщина-работн ица, проинтервьюированная Дж. Уитнер в ходе исследования «биографии» иг рушечной фабрики в Чикаго (эта ра-бота, кстати, может служить примером исп ользования биографи-ческого метода в исследовании организаций): «Один мастер -- он прежде служил лейтенантом или еще кем-то там в армии -- все время доводил работавших на его участке контролеров качества до слез, п отому что он кричал на них, и они расстраивались. (Вопрос: почему он кричал на них?) Потому что они отказывались что-нибудь делать, а он не терпел, чтоб ы кто-то отказывался на его участке, и мы ту-шевались. Он накричал на меня. Я сказала ему, что мне напле-вать. Тогда он побежал к начальству, чтобы пожал оваться, что я вела себя непочтительно. Он хотел от меня объяснительной. Н о разве кто-то не покрикивал на меня? Я не собака». Особое внимание проблеме предоставления права голоса «без-гласным» уд еляет традиция символического интеракцгюнизма.. Здесь эта про блема рассматривается не столько в политическом, сколько в теоретическ ом аспекте. Предполагается, что во всяком обществе существует определен ная «иерархия правдоподобия» в производ-стве и распространении значен ий и социального знания. Те, кто находятся на «верхнем этаже» этой иерарх ии, имеют преимущество в формулировке правил, используемых для приписыв ания смысла действиям и определения ситуации. В результате кто-то диктуе т правила и нормы в соответствии со своими интересами, а кто-то, также следуя своим интересам, нарушает эти правила и нормы, оказываясь в положении аутсайдера, маргинала или преступника. Если социолог принима ет одну, господствующую точку зрения при описании фрагмента социальной реальности, он заведомо игнори-рует те интересы, знания и смыслы, которые определяют поступки другой стороны. Биографический подход с точки зрен ия символи-ческого интеракционизма увеличивает шансы исследователя в по-нимании нестандартных или «отклоняющихся» от общепринятого смыслов ых перспектив, хотя именно в этом случае его нередко об-виняют в одностор оннем или тенденциозном анализе: «Когда мы обвиняем себя или коллег-социологов в необъектив-ности? Я думаю, что рассмотрение типичных примеров показало бы, что эти о бвинения возникают -- если обратиться к одному важ-ному классу таких случ аев, -- когда исследователь оказывает сколь-ко-нибудь серьезное доверие п ерспективе подчиненной группы в некоем иерархическом отношении, В случ ае девиантов таким иерар-хическим отношением оказывается отношение мо рали. Здесь в по-ложении превосходства оказываются те участники отношен ия, ко-торые представляют силы официальной и одобряемой морали, а Подчин енными становятся те, кто якобы нарушил эту мораль... (другими словами) обв инения в предвзятости, относящиеся к нам или к другим, провоцируются отк азом проявлять доверие и почте-ние к сложившемуся статусному порядку, гд е право быть услышан-ным и доступ к истине распределены неравномерно». Е стественно предположить, что направленность биографичес-кого метода н а то, чтобы представить субъективный опыт деятеля через его собственные категории и определения, требует какого-то переосмысления критериев объективности исследования. Дейст-вительно, социолог здесь должен прежде всего определить, какова «собственная история», личная тр актовка субъекта. То, как субъект сам определяет ситуацию, в данном случа е важнее, чем то, какова ситуация «сама по себе». Эта «собственная история » может и должна быть дополнена сведения-ми о том, как определяют ситуаци ю другие участники. Сопостав-ление точек зрения и сведений, полученных с помощью разных ме-тодов и (или) из разных источников, позволяет полно и дос таточно объективно воссоздать не только внешнюю картину событий, но и их субъективный смысл для участников. Такой тип исследователь-ской страте гии в социологии принято обозначать как множествен-ную триангуляцию*. (Термин «триангуляция» призван подчеркнуть сходство со способ ом определения удаленности или месторасполо-жения некоторого объекта, используемым в геодезии или радиопе-ленгации.) Множественная триангуля ция помогает в анализе раз-личающихся определений ситуации, относящихс я к одним и тем же элементам опыта. Глава II. СБОР И ОБРАБОТКА БИОГРАФИЧЕСКИХ ДАННЫХ 2.1. Сбор биографического материала Любой устный или письменный рассказ субъекта о событиях его жизни может рассматриваться в качестве биографического ма-териала. При определенн ых условиях для воссоздания «истории жизни» могут использоваться и вто ричные источники -- мемуары других лиц, письма, официальные документы и т. п. Например, если обратиться к исследованиям «истории жизни» организаци й, К. Литлер изучал трудовые отношения в двух британских компаниях в 1930-е гг . Интервьюирование профсоюзных активистов, участво-вавших в событиях то го времени, было дополнено материалами архивов этих компаний и газетным и сообщениями, касавшимися тру-довых конфликтов, которые там происходил и. В недавнем совмес-тном исследовании британских и российских ученых изучалась, в частности, кадрова я политика на предприятиях разного типа («не-благополучных», «благополу чных», «новых»). Помимо анализа до-кументов кадровой и экономической ста тистики использовались полуструктурированные интервью работников пр едприятий, ос-новной темой которых стали трудовые биографии респондент ов (всего было проведено 260 интервью на 12 предприятиях). Важно, однако, различать биографические (автобиографичес-кие) истории и так называемые устные истории. Устная исто-рия -- это фактуальн о точное воссоздание определенных истори-ческих событий. В ее фокусе -- не субъективный опыт деятеля, а ис торическое знание о событиях, процессах, движущих силах и причинах. Устные истории, рассказанные учас тниками событий, ис-пользуются для накопления такого исторического и фа ктического знания. Историческое знание «с точки зрения очевидца» необх оди-мо, например, антропологу, стремящемуся воссоздать историю раз-делен ия труда между соседними племенами или историю вражды между кланами. Ист орик -- представитель школы «Новой социаль-ной истории» также сможет исп ользовать устные истории, напри-мер, описывая бурные политические измен ения «снизу» как изме-нения повседневной жизни простых людей. В социологии принято различать три основных типа «историй жизни»: полные, тематические и отредактированные. Полная «история жизни» в идеале очерчивает весь жизненный опыт субъект а -- от колыбели до могилы (что само по себе не тре-бует большого объема и сте пени детализации). Тематическая «история жизни» отличается от полной тем, что она относитс я преимущественно к одной стороне или фазе жиз-ненного цикла субъекта. Н апример, Э. Сазерленд написал книгу о профессиональной карьере «вора в з аконе», который выступил в качестве соавтора произведения. Сазерленд по дготовил опрос-ник, позволивший структурировать письменный рассказ св оего соавтора, провел ряд дополнительных интервью и прокомменти-ровал п олучившуюся «историю жизни». Однако он не использо-вал никакие дополнит ельные источники. Отредактированная «история жизни» может, вообще говоря, быть и полной, и тематической. Ее основная особенность -- веду-щая роль социолога-интерпретатора, явно организующего биогра-фический материал в соотве тствии с теоретической логикой, изби-рательно редактирующего и интерпр етирующего исходный рассказ (или рассказы) субъектов для того, чтобы отв етить на поставлен-ные в исследовании вопросы. Нередко множество отреда ктиро-ванных «историй жизни» становятся иллюстративным или дока-зател ьным материалом в теоретическом по сути исследовании. Примером может сл ужить знаменитая работа И. Гофмана «Стиг-ма». Под «стигмой» здесь понима ется свойство (атрибут), рассмат-риваемое как порочащее, неуместное для п редставителя опреде-ленной социальной категории и отличающее его от со циально определяемой «нормы» (например, значительный физический де-фек т, моральное «уродство» наподобие алкоголизма, принадлеж-ность к «не той » расе и т. п.). Так, в главе, посвященной типам «духовной карьеры» стигматиз ированных людей, Гофман исполь-зует десяток различных автобиографичес ких источников, мемуа-ров, «жизненных историй», чтобы показать, как влияю т на личност-ную идентичность время и обстоятельства осознания субъект ом своей стигмы, ее очевидность для окружающих и т. п. Субъектами «жизненн ых историй» здесь оказываются и человек, заболевший в юности полиомиели том, и профессиональная проститутка, и сле-пая девушка, и гомосексуалист. Основными источниками биограф ических данных, как уже го-ворил ось, служат, помимо опросов и интервью, публичные и част-ные архивные мате риалы. Интервью, опросники и дословные записи устных сообщений неизменно иг рают ведущую роль в получении значимых для социо-логии «историй жизни». Их применение гарантирует релевантность получаемых сведений той теоре тической проблеме, которая стоит перед социологом (хотя эта «социологич еская релевантность», по мнению некоторых, достигается ценой меньшей сп онтанности и непосредственности изложения). Процедуры интервьюировани я и опросники, используемые в этом случае, по сути, отличаются от традицио нных для социологии лишь тем, что они отчетливо струк-турированы временн ой перспективой человеческой жизни как цело-го. Опросник, или «биографич еский путеводитель», используемый при интервьюировании, позволяет суб ъекту упорядочить свой рас-сказ и уделить достаточное внимание всем фаз ам жизненного цикла (детство, юность и т. п.) и всем сферам жизненного опыта ( семья, карьера и т. п.), которые значимы для него и (или) интересуют соци-олог а. Помимо того, что биографический опросник или краткий те-матический пу теводитель позволяют не позабыть или не пропустить существенные сведе ния, они полезны и самому исследователю как средство отчетливой и явной операционализации тех понятий, кото-рые он собирается использовать в те оретическом анализе. Заметим здесь, что нередко биографический материал собира-ется в ходе вп олне традиционного выборочного обследования. В большинстве случаев вы борка такого исследования представляет какую-то возрастную когорту ил и профессиональную группу. Ра-зумеется, исходя из практических соображе ний стоимости широ-комасштабного интервьюирования и доступности «редк их» сово-купностей, исследователи чаще всего ограничиваются квотной выборкой. Например, в осуществленном в 1970-е гг. ис-следовании соци альных изменений в канадской провинции Квебек было собрано 150 биографич еских интервью тех, кто начинал свою профессиональную карьеру в 1940-е гг. Даже в тех случаях, когда социолог проводит серию глубинных («клинически х») интервью без использования жесткого плана бе-седы или «путеводителя », он ориентируется на какую-то совокуп-ность теоретически значимых тем, пунктов беседы и постоянно возвращается к их обсуждению. В качестве прим ера мы можем ис-пользовать известную работу «отца-основателя» этномето дологии Г. Гарфиикеля, посвященную анализу «индивидуального случая» из менения полового статуса. Основной эмпирический материал здесь -- это мн огочисленные интервью Агнессы, девятнадцатилет-ней девушки, рожденной и воспитывавшейся до 17 лет как мальчик и сознательно решившей сменить по л. Агнесса к моменту поступ-ления в университетскую клинику уже два года жила в облике де-вушки и успешно скрывала от окружающих свой секрет. По ее собственным словам и некоторым косвенным данным, она всегда хотела стат ь нормальной женщиной и ощущала себя девушкой, рас-сматривая свои нормал ьные мужские гениталии как «злую шутку природы», превратность судьбы. С точки зрения генетики, анато-мии и эндокринного статуса, Агнесса предста вляла собой редкий случай «чисто гормональной» (тестикулярной) феминиз ации в под-ростковом возрасте: физиологически и анатомически нормальны е мужские органы соседствовали с вполне отчетливыми женскими вторичны ми половыми признаками, и внешне, для неосведомлен-ных наблюдателей, Агн есса выглядела как привлекательная юная девушка. Конечно, Гарфинкеля ин тересовал не сам по себе «меди-цинский случай». Его интересовала та тонк ая социальная «работа», направленная на достижение и сохранение избран ного сексуально-го статуса, которую приходилось осуществлять Агнессе. Л юбая ошибка, нарушение нормативных ожиданий окружающих, откло-нение от « социально-понятных» ролевых моделей привели бы Аг-нессу к краху ее идент ичности и к полной маргинализации. Однако Агнесса не только «управилась » с необходимостью вести обычный, социально-принятый образ жизни молоде нькой девушки, иметь подруг и поклонников и т. п., но и добилась сложной хир ургической операции, которая позволила избавиться от мужских генита-ли й и обрести -- средствами пластической хирургии -- «мини-мальный анатомиче ский набор», необходимый, чтобы стать «обыч-ной женщиной» (конечно, лишен ной собственно репродуктивной функции). Именно сложная «жизненная исто рия» Агнессы дала возможность проанализировать те механизмы конструир ования и поддержания «правильного», рационального и «объяснимого-с-точ- ки-зрения-других-людей» статусно-ролевого поведения, которые в повседне вной жизни «нормальных» мужчин и «нормальных» жен-щин не осознаются и де йствуют автоматически. Гарфинкель в беседах с Агнессой постоянно обращался к тем темам («пункта м») ее биографии, которые позволяли пролить свет на определенные теорети ческие проблемы: «наивное» восприятие разделения полов как однозначно го, абсолютного и морально-на-груженного порядка вещей; идентификация се ксуального статуса посредством культурно-детерминированных знаков от личия, вос-принимаемых в обыденном сознании как естественные, и т. п. Од-но й из тем, интересовавших исследователя, была тема ретроспек-тивного конс труирования личностью согласованной с избранным статусом автобиограф ии: все события, поступки, атрибуты, отноше-ния прежней жизни Агнессы, восп итывавшейся в качестве мальчи-ка, последовательно интерпретировались ею как история «ошибоч-но воспринимавшейся окружающими в качестве маль чика» девочки. Разумеется, такая автобиография была не лишена каких-то п ропус-ков и труднообъяснимых фактов, но в главном отличалась незау-рядно й согласованностью: «Уже сама выраженность преувеличе-ний в ее женской б иографии, в описании маскулинности ее друга (за которого Агнесса собирал ась выйти замуж), "бесчувственнос-ти" ее мужских гениталий и т. п. представл яет постоянно подчер-киваемую черту: последовательно женскую идентифи кацию». Случай Агнессы, проанализированный Гарфинкелем, еще раз демонстрирует те трудности в оценке объективности данных, кото-рые возникают при испол ьзовании биографического метода: любые искажения фактов здесь могут ок азаться и результатом их намерен-ного сокрытия, и вполне «искренним» мех анизмом защиты личнойсамотождественности (то есть неотъемлемой частью реального «образа Я»), и результатом простой неосведомленности. Так, Гарфинкель отметил, что Агнесса поразительно мало знала о мужской г омосексуальности и при неоднократных попытках обсуж-дения этой темы, не смотря на явный интерес и эмоциональность вос-приятия разговора, просто не могла объяснить, как она воспринимала признаки гомосексуальных инте ресов у других мальчиков. Она также отказывалась провести какие-либо сра внения между собой и гомосек-суальными мужчинами либо трансвеститами, х отя легко и охотно со-поставляла свой статус со статусами нормального му жчины или нор-мальной жешцины. Исследователь был лишен возможности услы шать рассказы других участников событий, однако добросовестно зафикси- ровал особое мнение одного из урологов, не участвовавших непосред-ствен но в лечении Агнессы. Этот человек полагал, что решение об операции было м едицинской и этической ошибкой, результатом мис-тификации, ссылаясь на в есьма неоднозначные медицинские призна-ки и даже на то, что у случайно вс треченного им жениха Агнессы была отнюдь не мужественная внешность. Изрядно времени спустя, когда исследовательский проект был успешно зав ершен, книга Гарфинкеля находилась в печати, а быв-шая пациентка уже боле е пяти лет вела активную жизнь молодой, привлекательной и сексуально-бла гополучной женщины, Агнесса посетила ученых и сообщила, что никогда не и мела абсолютно ни-каких биологических дефектов, которые вели бы к фемини зации в подростковом возрасте. Просто с 12 лет она тайно принимала эст-роге ны (женские половые гормоны), прописанные ее матери после серьезной хиру ргической операции. К частным архивным материалам, используемым при изуче-нии «ис тории жизни», относят преимущественно личные записи и документы. Основн ой тип частного документа -- это автобиогра-фия. (К автобиографиям относят ся и те детальные жизнеописания, которые создаются по просьбе исследова теля.) Существуют замет-ные различия между автобиографией, написанной в расчете на дальнейшую публикацию, и автобиографией, обращенной лишь к уз кому кругу близких. Если в первом случае преимуществом явля-ется большая фактическая: достоверность и «читабельность» изло-жения, то во втором о бычно имеет место высокая степень раскрытия личного отношения к пережи тому, особое стремление мотиви-ровать совершенные выборы и поступки. Как и основанные на автобиографических сведениях «истории жизни», сами автобиографии могут быть разделены на полные, тематические и отредактированные. Тематические автобиогра-фии, в отличие от полных, ориентированы на определенную сферу личного опыта или период жизни (ср., например: «Моя жизнь в искусстве» и «Подлинная история моей жи зни»). Достоинство автобиографий -- большая достоверность в опи-сании личностн ой «подкладки» событий. Однако нужно всегда помнить о том, что автобиогр афия -- это реконструированная с убъектом в определенный момент жизни история. Здесь особен-но вероятны смещения и ошибки, вызванные и ст ремлением раци-онально мотивировать любой поступок с точки зрения «сег одняш-него» мировосприятия, и необходимостью придать повествованию не которую литературную форму. Методологическая триангуляция, о которой г оворилось выше, становится единственным средством достижения достовер ности и объективности при анализе «историй жизни», основанных на автоби ографических данных. Иными сло-вами, автобиографические данные должны интерпретироваться в конте ксте сведений, полученных из иных источников. К частной архивной документации относятся также дневники, частные записи, мемуары, личные письма, зап иси разговоров и т. п. Дневник и м емуарные записки иногда трудно различимы: можно считать, что мемуары в ц елом отличает более безличный стиль из-ложения и необязательность лине йного и упорядоченного описа-ния сменяющих друг друга во времени событи й. Повышение дос-товерности «историй жизни», основанных на такого рода л ичных (иногда говорят «экспрессивных») документах, как дневниковые и мем уарные записи, требует, как и в ранее описанных случаях, при-влечения допо лнительных источников, использования специальных приемов критическог о анализа (в том числе критической оценки экспрессивного документа как и сторического источника, как лите-ратурного текста и т. п.). Важным подспорь ем здесь могут оказать-ся и не столько экспрессивные, сколько функциональные личные документы -- расписания, черновики, планы работ ы, записи фи-нансовых поступлений и расходов. Личные письма также могут р ассматриваться как важный ис-точник биографических данных. Письмо може т рассказать доста-точно важные вещи не только об его авторе, но и о получа теле и взаимоотношениях между первым и вторым. И стиль, и способ из-ложени я, и частота переписки могут быть столь же информативны, как и собственно содержание письма. К сожалению, современная социология довольно мало вн имания уделяет этому типу личной документации, хотя литературоведение и история дают немало при-меров использования личной переписки в качест ве полезного ис-точника данных. Важным дополнительным источни ком биографических данных явл яются также официальные архивные документы: записи актов гражданского состояния (рождения, смерти, браки), правитель-ственные документы, данные социальной статистики, архивы по-литических, общественных организаций и административных ор-ганов. В ведомственных архивах могут быть обнаруж ены важные биографические документы, связанные, в первую очередь, с про-ф ессиональной карьерой: личные листки по учету кадров, сведе-ния о наград ах и взысканиях, характеристики. Большой интерес представляет документ ация медицинских учреждений, органов юриспруденции, однако в этом случа е необходимо принимать во внимание и существующие обычно жесткие огран ичения на дос-туп к таким источникам, и этические соображения. 2.2. Анализ и интерпретация биографического материал а В начале этой главы мы говорили о том, что «истории жизни», биографически й метод -- это, по сути, разновидность этнографи-ческого метода, имеющая де ло с анализом «индивидуального слу-чая». Поэтому нам нет нужды детально обсуждать возможности анализа и интерпретации этнографических данных , рассмотренные в главе, посвященной включенному наблюдению. Все, что был о сказано об интерпретативном подходе, аналитической индукции, типах по нятий и требованиях к валидности, в полной мере приме-ни мо и к биографическому методу. Здесь мы остановимся лишь на тех проблема х, которые возникают в связи с «индивидуальной» природой биографически х данных. Применение причинных моделей к анализу «историй жизни» треб ует использования процедур аналитической индукции. Роль негативных, оп ровергающих примеров в этом слу-чае особенно существенна: обобщения, пос троенные на несколь-ких «историях жизни», могут быть уточнены, дополнены или оп-ровергнуты лишь при сопоставлении с новыми, отобранными по теоре тически-релевантным признакам, случаями. Излишне гово-рить о необходимо сти обоснования «типичности», репрезентатив-ности отобранных для изуч ения индивидуальных случаев. Здесь применимы идеи теоретической выборки, рассмотре нные в главе о включенном наблюдении. Например, в исследовании изменения семейных взаимоотношений и циклов семейной жизни 16 сбору «ис-торий жизни» предшеств овал детальный анализ доступных де-мографических данных о межклассовы х и поколенческих разли-чиях по таким параметрам, как размер семьи, время рождения самого младшего ребенка и его отделения от родительской се-мьи и т. п. В результате исследователи сочли возможным ограни-читься 130 биогра фическими интервью с мужчинами и женщина-ми, рожденными в конце 1890 -- начале 1900-х гг. в канадском городке Гамильтон (Онтарио) и его окрестностях. Квотна я выбор-ка репрезентировала три типичные социальные группы -- городс-кой средний класс, городских рабочих и фермеров. Те соображения, которые ранее были высказаны применитель-но к внешней и внутренней валиднос ти этнографических данных, при менимы и к «историям жизни». В целом биографический метод особенно уязви м для критики, указывающей на наличие таких угроз внутренней валидности, как субъективные смещения и ис торическая эволюция субъектов. Все респонденты, рассказывающие свои «ж изненные истории», анализируют свое прошлое (и предугадывают будущее) с точки зрения конкретного, «вот этого», момента своего личностного разви тия, обычно стремясь дать социально-одобряемую и согласованную картину жизни как целого. К тому же социолог должен помнить о том, что сама форма б иографического повествования -- литературная по сути и кор-ням-- подталки вает субъекта к использованию популярных био-графических канонов, расх ожих «сценариев» (например, «история успеха», «рассказ о поиске личностн ой идентичности», «жизнь при-рожденного неудачника» и т. п.). С этой точки з рения «хорошая» биография не должна быть излишне согласованной во всех деталях. Использование интерп ретативных моделей в анализе б иогра-фических данных, как мы неоднократно отмечали выше, ориенти-ровано не столько на выведение общих объяснений и причинных закономерностей, с колько на понимание субъективного смысла со-бытий с точки зрения деятел я. Однако и в этом случае достоверность интерпретации зависит от сопоста вления сведений, полученных из разных источников, и критической оценки л ичных сообщений. Фак-тически биографический метод ведет исследователя к тем же про-блемам, что и метод историографический. Здесь часто необходимы и оценк а достоверности и подлинности личного документа, и соот-несение с другим и свидетельствами, а иногда -- и установление авторства. Биографический м етод по определению историчен -- используя документы прошлого, он стремится к созданию убеди-тельного исторического объяснения получ енных сведений. По-скольку историографией называют всякую попытку реко нструкции прошлого на основе документальных данных, «история жизни» -- т оже форма историографии. Источники данных в историографии принято дели ть на первичные и вторичные. К первичны м относят те источники, которые содержат непосредственные свидетельст ва очевидцев или прямых участников событий, а ко вторичным -- свидетельст ва или рассказы тех, кто не присутствовал при описы-ваемых событиях. В ист ориографии принято считать более надеж-ными те документы, автор которых ближе включен в описываемую ситуацию и дает описание «из первых рук». Кр оме того, выше це-нятся свидетельства более опытного и искушенного наблю дателя, иными словами, -- эксперта. Многие авторы полагают, что досто-верно сть и надежность документов тем выше, чем уже аудитория, к которой адресуется автор, то есть по мере роста предполагае-мой аудито рии автор все больше оказывается под влиянием тенден-ции описывать собы тия в апологетическом и драматическом ракур-се: интимная исповедь посте пенно превращается в пропаганду. Для социолога, использующего личные документы, определен-ный интерес пр едставляют и те приемы критики источников и ус-тановления их подлинност и, которые традиционно применяются в историографии. Во-первых, речь идет о проверке подлинности (несфальсифицированности) текста и установлении его авт ор-ства. Если для социолога, име ющего дело с «живым» рассказом, эти проблемы сравнительно малозначимы, т о использование лич-ных документов «в отсутствие» субъекта выдвигает и х на первый план. Исследователь должен убедиться в том, что документ явля ет-ся именно тем, за что его принимают (например, предсмертной за-пиской, а не наброском поэмы), а также определить принадлеж-ность документа данном у автору. Для такой проверки используются и внешние материальные призна ки -- почерк, бумага, место хране-ния, и формальные особенности текста -- стил ь изложения, лекси-ческие характеристики, отсутствие анахронизмов. Немаловажное значение имеет о боснованность интерпретации т екста с точки зрения его характера, целей написания, предполага-емой ауд итории и шире -- его социального контекста. Наконец, даже последовательно интерпретативная трактовка биографичес кого метода не избавляет от необходимости проверить фактическую правдивость содержащихся в биографических доку-мента х сведений. Как известно, даже один из основателей интерпретативного под хода в социологии (У. Томас) полагал, что самые радужные перспективы для со циологии откроются по мере разви-тия надежной государственной системы учета личных сведений о гражданах. Конечно, и расшифровка смысла документа, и установление его подлинности никогда не бывают окончательными. Наша способность к пониманию биограф ических и -- шире -- исторических событий всегда ограничена и доступным нам смысловым горизон-том социального действия, и принимаемыми теоретичес кими схе-мами. Один из подходов к объективному анализу исторических дан- ных и поступков деятеля -- это известная концепция «идеальных типов». М. Вебер понимал под идеальным типом некую социокультур-ную модель, служ ащую орудием теоретического понимания. Иде-альный тип -- это не гипотеза и не исторически конкретное описа-ние фактов, а сугубо теоретическая, абст рактная конструкция, которая может и не существовать в реальности, но по зволяет уче-ному понять и объяснить реальность. Идеальный тип -- это отнюд ь не что-то более совершенное и идеально соответствующее норме. Это скор ее намеренно преувеличенное и одностороннее описание собственной точк и зрения социолога, его видения смысла поступ-ков деятелей. «Этот мыслен ный образ сочетает определенные свя-зи и процессы исторической жизни в н екий лишенный внутренних противоречий космос мысленных связей. По свое му содержанию данная конструкция носит характер утопии, полученной пос ред-ством мысленного усиления определенных элементов действитель-ност и... Задача исторического исследования состоит в том, чтобы в каждом отдел ьном случае установить, насколько действительность близка такому мысл енному образу или далека от него...». Приме-рами идеальных типов могут служ ить «нуклеарная семья», «капи-тализм», «целерациональное действие» и т. п. Конструирование «идеально-типических» понятий (всегда «далеких от опы та») может стать шагом к по-строению собственно эмпирически проверяемых гипотез. Н. Дензин предложил общую схему анализа и описания «исто-рий жизни»: «Шаг 1. Отберите исследовательские проблемы и гипотезы, ко-торые могут бы ть исследованы и проверены с помощью истории жизни. Шаг 2. Отберите субъекта или субъектов и определите, в какой форме будут со браны биографические данные. Шаг 3. Опишите объективные события и переживания из жиз-ни субъекта, имеющ ие отношение к интересующей вас проблеме. Эти события подлежат оценке с точки зрения различных источни-ков и перспектив (триангуляция) таким обр азом, чтобы противоре-чия, непоследовательность и нерегулярность стали очевидны. Шаг 4. Получите от субъекта его интерпретации этих событий, следуя естест венному, или хронологическому, порядку. Шаг 5. Проанализируйте все утверждения и сообщения с точ-ки зрения их внут ренней и внешней валидности... (Проверьте дос-товерность источников.) Шаг 6. Примите окончательное решение о достоверности вы-шеупомянутых ист очников и установите приоритетные источники для последующей проверки гипотез. Шаг 7. Начните проверку предварительно сформулированных гипотез, поиск о провергающих примеров. Продолжайте модифици-ровать эти гипотезы, выдви гать новые и проверять их. Шаг 8. Составьте черновой набросок всей "истории жизни" и ознакомьте с ним исследуемых, чтобы узнать их реакцию. Шаг 9. Переработайте исследовательский отчет, изложив собы-тия в их естес твенной последовательности и учтя замечания иссле-дуемых субъектов. Пр едставьте в отчете те гипотезы и предположе-ния, которые получили подтве рждение. В заключении остановитесь на теоретической значимости ваших в ыводов и перспективах даль-нейшего исследования» 21 . Эта схема может служить ориентиром в работе с биографичес-кими данными. ЗАКЛЮЧЕН ИЕ Совершен но очевидно, что достоверность фактов и выводов, полученных исследовате лем, зависит от того, каким способом последний пришел к данным фактам и вы водам, то есть от использованного им метода. В повседневной жизни мы также описываем факты, оцениваем их правдоподоб ие, выводим гипотетические закономерности или опровергаем выводы друг их людей. Однако в науке все эти повседневные методы получения нового зн ания подвергаются куда более тщательной разработке. В науке чтобы сделать оценки более сравнимыми и объективными, использую тся статистические критерии и методы статистического оценивания, позв оляющие судить о вероятности реализации определенного события. Методология науки - это дисциплина, изучающая и технические, процедурные вопросы организации исследования, и более общие вопросы обоснованност и используемых методов, достоверности наблюдения, критериев подтвержд ения или опровержения научных теорий. В настоящей работе раскрыта сущность, содержание и алгоритм реализации лишь одного из методов социологического исследования - биографическог о метода. И в этом смысле цель курсовой работы достигнута. СПИСОК И СПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 1. Алъмодавар Ж.-П. Рассказ о жизни и индиви дуальная траектория // Вопросы социологии. 1992. Т.1. № 2. 2. Бургос М. История жизни. Рассказывание и поиск себя // Вопросы социологии . 1992. Т. 2. № 2. 3. Блок М. Апология истории, или Ремесло историка, 2-е изд., доп. М.: Наука. 1986. Гл. 3. 4. Журавлев В. Ф. Нарративное интервью в биографических исследова-ниях // Со циология: 4М. 1993-1994. № 3-4. 5. Знанецкий Ф. Мемуары как объект исследования // Социологические исследо вания. 1989. № 1. 6. Козина И. М. Поведение работников на рынке труда. Способы трудо-устройст ва и личные стратегии занятости // Реструктурирование занятости и формир ование локальных рынков труда в России. М, 1996. С. 84-107. 7. Козлова К Н, Крестьянский сын: Опыт биографического исследова-ния // Соци ологические исследования. 1994. N° 6. С. 112-123. 8. Оболенская С. В. «История повседневности» в историографии ФРГ // Одиссей. Человек в истории. М, 1990. С, 182-197. 9. Рождественский С. Подходы к формализации жизненных историй качественн ыми методами // Судьбы людей: Россия XX век. Био-графии людей как объект социо логического исследования / Отв. ред. В. Семенова, Е. Фотеева. М., 1996. С. 412-422. 10. Тернер Р. Сравнительный контент-анализ биографий // Вопросы со-циологии . 1992. Т. 1. № 1. 11. Томпсон П. Гуманистическая традиция и жизненные истории в Поль-ше // Биог рафический метод в социологии: история, методология, практика / Ред. колл.: В. В. Семенова, Е. Ю. Мещеркина. М., 1993. С. 51-62. 12. Томпсон П. История жизни и анализ социальных изменений // Вопро-сы социол огии. 1993. № 1-2. С. 129-138. 13. Фукс-Хайнритц В. Биографический метод // Биографический метод в социоло гии: история, методология, практика / Ред. колл.: В. В. Се-менова, Е. Ю. Мещеркина. М., 1993. С. 11-41. 14. Хоффман А. Достоверность и надежность в устной истории // Биогра-фически й метод в социологии: история, методология, практика / Ред. колл.: В. В. Семено ва, Е. Ю. Мещеркина. М., 1993. С. 42-50.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Оставалось очень мало времени, сердце бешено колотилось, руки вспотели, но я должен был это сделать, я собрался и сказал: НА ОСТАНОВКЕ ОСТАНОВИТЕ
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по социологии "Биографический метод в социологии", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru