Реферат: Постмодернизм и постиндустриальная эпоха - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Постмодернизм и постиндустриальная эпоха

Банк рефератов / Международные отношения

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 26 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

ПОСТМОДЕРНИЗМ и постиндустриальная э поха Постиндустриальная эпоха породила соответствующую идеологию - постмод ернизм. Это отдельная и большая тема, которую мы сможем затронуть здесь л ишь коротко. Вообще о постмодернизме как целостной идеологии можно гово рить с большой натяжкой, поскольку хор теоретиков постмодернизма и авто ров, пишущих на эту тему, весьма нестроен и разноречив. Но, тем не менее, как ие-то тенденции и доминирующие мотивы проступают довольно ясно. Термин "постмодернизм" был введен в начале 80-х годов французским философо м Франсуа Лиотаром. Он же дал дефиницию: постмодернизм - это "скептицизм по отношению к метанарративам (incredulity towards metanarrativas)". "Метанарративы" для Лиотара - это л юбые концепции в духе рационалистических традиций Просвещения (эконом ические, исторические, социологические и пр.), которые претендуют на объя снительную силу и истинность, то есть на соответствие изучаемой реально сти, и которые - можно добавить - вдохновлены верой в просветительское, эма нсипирующее предназначение научного знания. Сам по себе такой скептицизм, разумеется, не нов. Еще в конце прошлого - нач але нынешнего века Фридрих Ницше, Мартин Хайдеггер, Георг Зиммель и неко торые другие мыслители подвергали серьезному сомнению рационалистиче ски-просветительскую парадигму, утверждали в той или иной степени иные, внерациональные формы познания. В определенном смысле они были не так уж неправы: мир, окружающий их, явно испытывал дефицит "разума" - две мировые в ойны и другие катаклизмы были тому свидетельством. В середине XX в. ситуаци я ироде бы стабилизировалась, но ненадолго. Катаклизмы сменились подспу дными тектоническими сдвигами, которые придали антирационалистически м идеям второе дыхание. Только на имсиу немецким "философам жизни" пришли французские структуралисты - Мишель Фуко, ЖйК Дсррнда, Жан Бодрийяр, тот ж е Лиотар и другие. В построениях постмодернистских теоретиков можно выделить четыре осно вные темы. Первая из них - агностическая. То, что мы привыкли считать истин ой, есть по сути лингвистический феномен. Знание разлагается на словесны е конструкции различных групп людей, преследующих свои интересы. Эти кон струкции можно только интерпретировать, но не оценивать по неким всеобщ им стандартам. Сфера знаний, таким образом, превращается в "гибкие сети яз ыковых игр (flexible networks of language games)". Вторая тема - прагматическая. Наша интеллектуальная продукция не только выражается, но и реализуется на практике. Критерий - успех, достижение зад уманного. Если идея работает, то она операциональна, что отнюдь не тождес твенно истинности. Ибо, как выразился американский философ, Ричард Рорти , еще со времен Ницше стало ясно, что истина есть новее не субъект-объектно е отношение, соответствие наших представлений о предмете самому предме ту, а просто "стремление" к власти над множеством ощущений"", к их упорядоче нию для достижения какой-то цели. Третья тема - эклектическая, я бы сказал, сознательная установка на эклек тизм. Коль мы стремимся не к истине, а к решению конкретной задачи, то допу стимы различные средства: можно пробовать одно, другое, третье, смешиват ь их, комбинировать - лишь бы "получилось". Поэтому, скажем, постмодернизм в искусстве и архитектуре (в этих областях он, кстати, начался раньше) предс тавляет собой "новый культурный коллаж-смешение различных стилей как пр инцип. Аналогичен подход к истории. Последняя предстает не как "Большая и стория", то есть взаимосвязь традиций, эпох, формаций, периодов и т.д., являя собой ненужный "мета-нарратив", - а как "музей", сборище разных фактов, древно стей, реликвий, образов, деталей и пр., которые можно порой извлекать из за бвения, использовать по тому или иному поводу. Интересно отметить, между прочим, что музейное дело переживает сейчас в развитых странах настоящи й бум вить "пары" - оппозиции ценностей "модерна" и "постмодерна". То, что для п ервого является некой рациональной целью, для второго - игра. Порядок, иер архия замещаются анархией, централизация - рассеиванием, отбор нужного - комбинированием, этика - эстетикой, метафизика - иронией и т.д.". Было бы упрощением расценить постмодернистские идеи и построения толь ко как проявление какой-то экстравагантности или, того более, абсурдност и. Возникновение подобных конструкций отнюдь не случайно, они так или ин аче связаны с теми новыми реальностями, которые принесла постиндустриа льная эпоха. Прежде всего - информационные технологии. Английский ученый Марк Постер отметил своеобразный парадокс работы с компьютером: "Ученый закладывает интеллектуальную продукцию (intelligent subjectivity) в компьютер, а затем ко мпьютер становится критерием, по которому оценивается интеллектуально сть"". Компьютер как бы становится между человеком и реальностью. Хотя баз ы данных составляются специалистами, ими нельзя пользоваться без особы х программ, а последние создаются людьми, как правило, не имеющими отноше ния к данной конкретной области и следующими некоторым абстрактным при нципам логико-математических моделей. Поэтому обращаться с "компьютерн ой реальностью" как с реальной действительностью значило бы оказаться в о власти иллюзий. Указывают также на то, что персональный компьютер не то лько соединяет, но и разъединяет людей, атомизирует их; говорят и о феноме не "компьютерного отчуждения". Не только компьютер, но и другие средства электронной информации создаю т тот мир "виртуальной реальности" - имиджей, подобий, симулякров,- который зачастую вытесняет из сознания людей саму действительность. Это, по выра жению Ж. Бодрийяра, "гиперреальность", комбинация, коллаж фактов и образов , где "все возможно". Заостряя идею, Ж. Бодрийяр даже делает предположение, ч то война в Персидском заливе прошла главным образом на экранах телевизо ров. Новые технологии принесли с собой такое углубление специализации в нау ке, что сейчас как никогда трудно сохранить единство и целостность научн ого знания. Во всяком случае таких попыток становится все меньше. Знание все больше приобретает прагматический, прикладной, инструментальный х арактер, что отражается и на системе образования - от познавательных и эм ансипирующих функций оно явно дрейфует в направлении некоей системы тр енажа, обучения конкретным навыкам и исполнительским процедурам. Наконец, потребительский взрыв, "консьюмеризм", который был стимулирован новыми технологиями и одновременно сам способствовал их внедрению. Име нно культ потребительства привел к формированию того, что Олвин Тоффлер метко назвал "выбрасывающим обществом (throwaway society)", - когда покупаются вещи, что бы их быстро выбрасывать, а заодно менять ценности, привычки, отношения, с тили жизни и пр. Мир товарных бумов и спадов, сказочных обогащений и столь же стремительных разорений, капризов моды, финансовых игр, агрессивной р екламы, вездесущего телевидения, "мыльных опер", триллеров, бесконечных ш оу и другой продукции грандиозной "индустрии грез" - все это привносит в об ыденное сознание ощущение нарастающей хаотичности существования и пря мо питает постмодернистские настроения скепсиса и нигилизма. Впрочем, среди сторонников постмодернизма есть и энтузиасты, которые, ка к итальянский автор Джанни Ватимо, отважно заявляют, что "свобода должна быть обретена в дезориентации". Однако большинство постмодернистских э ссе все же окрашено в пессимистические цвета. В них любопытным образом п рисутствует мотив ностальгии, тоски по доброму старому миру определенн ости и рациональности. (У нас это, между прочим, заметно по телевидению, ко торое одновременно с зубодробительной критикой советских времен охотн о крутит фильмы 30-.50-Х годов.) Постмодернизм вызвал волну критики, которая бывает порой весьма острой и ведется во имя защиты ценностей рационализма, да и простого здравого с мысла''. Но при этом редко ставится вопрос, почему же постмодернизм получи л столь широкое распространение и, грубо говоря, на кого он работает. Межд у тем ответ не столь уж труден. Можно вспомнить пушкинского Сальери: Все говорят: нет правды на земле. Но правды нет - и выше. И поэтому можно убить Моцарта. Об этом говорил и Достоевский: "Если нет Бог а, то все дозволено". "Бог" может быть понят не только в прямом, но и в более об щем смысле - как комплекс неких критериев, без которых нет уверенности в ч ем бы то ни было. Так вот, если соотнести всю мозаику постмодернистских ид ей с тем реальным контекстом, в котором они функционируют, то можно сдела ть вывод: эти идеи, вольно или невольно, воспроизводят ценности удачливо го меньшинства с его деловым прагматизмом, нравственной неразборчивос тью, созданием нужных имиджей, прихотливостью потребительских вкусов, а вместе с тем санкционируют компенсаторскую "фабрику грез" для остальног о большинства. Наконец, постмодернизм может быть оценен в стадиально-историческом пла не, с точки зрения исторической ретроспективы и перспективы. По мнению о дних, в постмодернизме воспроизводится культурная логика позднего, уга сающего капитализма". По мнению других, это прорыв в принципиально новый тип общества". По-видимому, более обоснованно представлять постмодерниз м как циклический культурный кризис, сходный с/ш de Steele сто лет назад или эпох ой Барокко (XVII век)'", - то есть речь идет о периодически возникающих социальн о-Культурных тупиках, которые затем дают дорогу обновлению, приведению м ира идей в соответствие с технологическими и другими спонтанными измен ениями. Опять-таки, неясно, сколь далеко по времени это "затем". ЦЕНТР И ПЕРИФЕРИЯ Однако опустимся с высот постмодернистских мировоззренческих абстрак ций на грешную землю и продолжим разговор о последствиях становления по стиндустриального порядка на планете. Может быть, одно из наиболее важны х последствий в том, что они далеко не одинаковы для развитых и менее разв итых государств. В недавно вышедшей книге канадский ученый Пол Кеннеди оценивает шансы р азличных стран и регионов на успешное существование в XXI в. На первом мест е у него идет Япония, затем Европа, США, некоторые "тигры", успевшие вскочит ь на подножку поезда научно-технического прогресса. Что же касается оста льного мира, то анализ канадского глобалиста отдает пессимизмом. Вопрос не в том, могут ли незападные общества догнать Запад по уровню пот ребления - это не нужно, да и невозможно в силу ограниченности мировых рес урсов. Речь идет о достижении периферийными странами более или менее дос тойного существования - смягчения социального неравенства, улучшения к ачества жизни, относительного равноправия в отношениях с развитыми пар тнерами. Однако именно сейчас достижение этих целей становится значите льно более трудным, чем ранее. Во-первых, потому, что издержки постиндустр иальной эпохи отзываются на Периферии гораздо острее, чем в Центре. Во-вт орых, потому, что Центр сам, испытывая трудности, склонен переложить их на "братьев меньших". В самом деле очаги демографического роста сконцентрированы именно в бе дных странах. Экологические проблемы становятся препятствием роста пр ежде всего здесь, в климатически и природно уязвимых регионах Юга - особе нно по мере их втягивания в мировой товарный кругооборот. Это видно даже на примере весьма благополучного Тайваня, где интенсивное коммерческо е плантационное хозяйство и промышленное строительство привели к бедс твенному состоянию окружающей среды'*. Что же касается таких стран, как Ки тай, то ряд исследователей, например директор Европейского института ст ратегических исследований Эрвин Ласло, полагают, что именно экономичес кие успехи Китая, достигнутые в значительной мере за счет повышенной экс плуатации и без того скудных природных ресурсов, могут привести его к эк ологическому коллапсу". Осуществлять инвестиции по поддержанию окружа ющей среды периферийные страны не в состоянии - для этого, по скромным под счетам, им требуется порядка 125 млрд. долл. ежегодно, а вся так называемая по мощь, которую они получают, составляет 70 млрд.'*. Вряд ли в обозримом будущем могут быть использованы в незападных регион ах новейшие постиндустриальные технологии - нет ни средств, ни нужды их в недрять при обилии свободных рабочих рук. Это означает, что в контексте м ирового рынка продукция менее развитых государств будет все более прои грывать в конкурентоспособности. Так, по оценкам, уже в ближайшее время б иотехнология найдет заменители сельскохозяйственной продукции на 14 мл рд. долл., что существенно уменьшит доходы латиноамериканских, азиатских и африканских крестьян". В западной литературе давно уже употребляется термин "информационно-те хнологический неоколониализм". Это явление выражается в разных формах: в тенденции понижения мировых цен на сырье, в переводе среднетехнологиче ских, а также "грязных" производств в периферийные страны из развитых, кот орые оставляют за собой только высокие технологии - "хай-тек". Одной из хар актерных форм являются так называемые САП (structural adjustment programs) - займы, предоставляе мые "слабакам" Мировым банком и другими международными финансовыми орга низациями. Эксперт ЮНИСЕФ Ева Педерсен, рассмотрев 24 САП для африканских стран, приш ла к выводу, что в большинстве случаев в результате использования займов экономическая ситуация в этих странах ухудшилась либо по крайней мере н е улучшилась"". Но займы и не предназначались для обеспечения развития в с обственном смысле этого слова. Займы в рамках САП с их отработанным стан дартным набором условий (сокращение бюджетных расходов, девальвация ме стной валюты, приватизация госпредприятий, либерализация цен и внешней торговли и т.п.) преследуют две основные цели: во-первых, стимулировать экс порт "принимающей стороны" для платежей по обслуживанию долга; во-вторых, расширить импорт товаров из развитых стран, который предназначен, главн ым образом для туземного обеспеченного меньшинства. Внешний долг периферийных стран при этом, понятно, продолжает расти. Даж е у более или менее благополучного Чили он составляет сейчас 19 млрд. долл. ( половина ВНП). Большая часть этих долгов, по-видимому, никогда не будет вып лачена. Но для заемщиков из развитых стран это в конце концов не столь уж и важно. Известно, что более 20% от займов прямо, сразу же возвращаются к креди торам - в виде компенсации за услуги, заработной платы западным специали стам и пр." Еще важнее косвенные, долгосрочные выгоды для деньгодателей. И бо периферийные регионы тем самым все более втягиваются в орбиту зависи мости в качестве придатков к центрам мировой экономики, рынков для их то варов. В стратегическом плане это означает также контроль за мировыми ре сурсами. К тому же следует принимать в расчет и контроль за средствами массовой и нформации на Периферии, мощное облучение ее "виртуальной культурой" из р азвитых стран, разжигание демонстрационного эффекта. Например, из четыр ех тысяч фильмов, демонстрирующихся ежегодно на экранах телевизоров в Б разилии (где, как мы знаем, тоже производятся свои "Рабыни Изауры"), 99% - это пр одукция западных стран, преимущественно Голливуда”. Местные киностуди и и телекомпании в незападных странах не в состоянии соперничать с шоу и ндустрией мировых центров хотя бы по своим техническим возможностям и у ровню издержек. В итоге в периферийных странах обостряются экономические и социальные диспропорции. Прямые последствия их - гражданские войны, этнические конф ликты, рост преступности и т.п. В регионах бедных стран разрастаются "серы е зоны" общественного хаоса (типа Уганды). Все это мы знаем теперь слишком хорошо, не понаслышке. Конечно, не везде на Периферии ситуация выглядит столь мрачно: какие-то с траны, как в свое время показал опыт "драконов", могут вырваться из ловушки слаборазвитости. Многое будет зависеть от способности достигнуть наци онального консенсуса, появления авторитетного лидера, роли национальн ых культурных традиций в процессе адаптации к изменениям. "Конфуцианска я" (Дальневосточная) цивилизация уже опровергла мнение Макса Вебера о ее несовместимости с ценностями модернизации. Вполне может сказать свое с лово и цивилизация индийская. Так, по мнению ряда индийских ученых, нацио нальные традиции играют подспудную, но важную роль в современном развит ии. Буддийская идея "среднего пути" реализуется в смешанной экономике, в к оторой, наряду с высокотехнологичными, сохраняются трудоемкие произво дства, необходимые при громадном населении. В Индии раньше многих освобо дившихся стран началось развитие информационных технологий - причем до вольно успешное и базирующееся на местных кадрах, что так или иначе связ ано с уникальным интеллектуальным наследием индийской цивилизации". И все же в целом в постиндустриальную эпоху, во всяком случае в обозримом будущем, шансы отставших стран на полнокровное и независимое развитие у худшились. Чтобы переломить ситуацию, им придется искать нетривиальные решения. ПОЛОЖЕНИЕ РОССИИ Сказанное выше прямо соотносится с нашим отечеством, хотя среди отставш их регионов Россия, конечно, - особый случай. Она всегда была - по крайней ме ре, со времен Петра I - полупериферией, способной осуществлять самостояте льное национальное развитие. Она всегда была центром огромного евразий ского региона. На ее территории сосредоточено 58% мировых запасов угля, 58 - н ефти, 41 - железной руды, 25% - леса и других природных ресурсов. Россия за после дние сто лет в значительной мере прошла индустриальную стадию, обладает до сих пор весьма высоким научно-техническим и интеллектуальным потенц иалом. Но в последнее десятилетие история, что называется, прошлась по стране к атком. Сразу четыре кризиса переплелись между собой - экономический, пол итический, национально-этнический и идеологический (не будем сейчас ост анавливаться на их причинах). Советских Союз развалился, а вместе с ним и в ся система хозяйственных связей, наработанных в прежний период. Обществ о попало в полосу хаоса, из которого новые российские власти попытались выйти путем "крутых" монетаристских реформ в духе МВФ. Сейчас уже, по-моему, для многих стало ясно: эта попытка стремительного по строения капитализма и приобщения к мировому рынку ничего хорошего Рос сии не обещает. Нельзя сказать, что она совсем не дала обществу каких-либо позитивных импульсов - бывшие советские люди стали преодолевать "рынкоб оязнь", к предпринимательству поневоле начали обращаться как к средству выживания. Однако негативные последствия содеянного явно перевешивают положительные. Страна попала в экспортно-импортную ловушку периферийности - вывоз сырь я в обмен на ввоз товаров из развитых (а порой и не слишком развитых) госуд арств. Сырьевые отрасли получили противоестественный перевес над маши ностроением. "Хай-тек", сосредоточенный в основном в оборонном секторе, пр озябает. Производство падает, деиндустриализация национального воспро изводственного комплекса происходит на глазах. Страна села на инъекции международных финансовых организаций, от которых зависит очень многое - поддержание и без того искусственно заниженного курса национальной ва люты, закупки технологии, затыкание дыр по выплате зарплат и пенсий, обес печение "черного нала" для президентских выборов и т.п. Финансовая и торго вая сферы искусственно раздуты - по некоторым оценкам, 75-80% совокупной приб ыли, получаемой в российской экономике, приходится на посреднические и т орговые операции". Экономика все более криминализуется, а госаппарат кор румпируется. Вряд ли можно сказать, что стремительная приватизация, осуществляемая в ластью в лучших большевистских традициях "ударных методов" принесла пол ожительные результаты. В большинстве случаев это была раздача за бесцен ок госимущества фаворитам, представителям экс-номенклатуры и другим "но вым русским". Захватывались в первую очередь самые прибыльные производс тва и предприятия, а остальное приватизировалось мимоходом, без определ енной цели, "на всякий случай". Несколько лет назад мне довелось осуществл ять научный проект в моем родном Саратове, и я узнал, что контрольный паке т акций станкостроительного завода, на котором всю жизнь работал мой оте ц, приобретен местными нуворишами, сделавшими деньги на отдаленных нефт яных скважинах. Я спросил новых хозяев, что они собираются делать с завод ом. "Еще це знаем, - был ответ. - Но поскольку станки сейчас не нужны, будем дел ать что-нибудь другое, скажем, фильтры для автомобилей". На следующий день я спросил у главного инженера завода, возможно ли это. Тот усмехнулся; "Мы можем сделать все, что скажут, - не только фильтры, но и детские игрушки. Тол ько все они будут золотые. Разве можно технологии, предназначенные для о дного, использовать совсем для другого?" И это, к сожалению, достаточно тип ичная картина. Одних денег (тем более "бешеных", даровых) - недостаточно, что бы руководить производством. На фоне экономических неурядиц обостряются социальные и национально-э тнические противоречия в обществе. 10-15% населения (а по большому счету 2-3% "но вых русских") выиграли от перемен, зато остальные - проиграли в жизненном у ровне даже по сравнению с относительно скромным существованием в совет ские времена. Для полноты картины можно сказать и о средствах массовой информации, кот орые в большинстве своем (особенно телевидение) оказались на иждивении у постсоветских нуворишей и зарубежного капитала и с энтузиазмом "толкаю т в массы" худшие образцы западной потребительской культуры. Словом, Рос сия все больше вползает в периферию постиндустриального мира, причем ря ду стран Периферии уже начинает уступать (Бразилии, Индии, Китаю). Есть ли выход из этой ситуации? Правительство каждый год уверяло нас в то м, что оно нашло его, хотя политика "наверху" продолжала сводиться в основн ом к починкам (поддержание на плаву тонущих предприятий, урегулирование неплатежей, ликвидация задолженностей по выплате зарплат и пенсий). На н ынешний год был обещан рост ("ростик", как выразился Александр Лившиц). Но д ело кончилось серьезнейшим августовским кризисом, который подвел печа льный итог всей заемной "монетаристской" стратегии реформ, начатых семь лет назад. До сих пор разноголосица в рекомендациях, как нащупать оптимальную лини ю в проведении реформ, весьма велика. Рецепты экономистов старой школы (Л. И. Абалкин и другие) пока выглядят не слишком убедительно. Появляются пор ой оптимистические прогнозы, вроде такого, какой высказал известный эми грант Александр Янов: "Мир сейчас вступил в постиндустриальную эпоху, ко гда талант становится важнее усидчивости, пуританского трудолюбия, в ко тором мы не можем соперничать с немцами или японцами. Если бы удалось пос тавить на ноги Россию, то она будет иметь все шансы выйти вперед и стать не просто великой державой, а державой, которая опережает других"'". Но это уж е, как говорится, "литературные мечтания". Однако авторы, причем, как правило, радикальные критики нынешних российс ких реформ, которые отвечают: да, выход есть. Например, С.Ю. Глазьев, различа я шесть основных технических укладов в индустриальной истории человеч ества, считает, что для России сейчас необходимы одновременное замещени е третьего уклада (электротехника, сталелитейное производство, неорган ическая химия) четвертым (автостроение, цветная металлургия, производст во товаров длительного пользования, синтетических материалов, нефтепе реработки), а четвертого пятым (электроника, телекоммуникации, роботостр оение и пр.), а также создание задела для шестого уклада (биотехнология, то нкая химия, космическая техника)'". Аналогичным образом Р.И. Цвылев рекомен дует для России "быстрый перескок на более высокую фазу постиндустриаль ного общества'"'. A.M. Неклесса, автор многочисленных публикаций на глобальн ые темы, также полагает, что шансы России заключаются в преимущественном акценте на развитии высоких технологий, заделы для которых созданы в пр едшествующий период. Вес это звучит логично. Но весь вопрос в том, как подобный курс реализоват ь. По оценкам того же С.Ю. Глазьева, Россия по постиндустриальным технолог иям отстала примерно на 25 лет. Уровень компьютеризации в стране сейчас со ставляет менее 1% от американского. Да что там компьютеризация - приблизит ельно половина рабочей силы в народном хозяйстве еще практикует ручной труд. Верить в то, что рынок, все само собой исправит, глупость или того хуж е. Требуется целенаправленная государственная политика развития, осно ванная преимущественно на внутренних накоплениях и национальных приор итетах - так, как это имело место в послевоенной Японии или Южной Корее. Не давно "ушедшие" российские властители и нувориши на такое оказались не с пособны. В состоянии ли российское общество - я имею в виду прежде всего ег о достаточно массовую интеллектуальную прослойку ученых, инженеров, кв алифицированных рабочих, гуманитариев, худо-бедно взращенную за послед ние полвека, - стряхнуть с себя оцепенение после "шоковых" реформ И создать нормальное государство правопорядка и развития? Ответить на такой вопрос способно только само общество. И в зависимости от этого, по-видимому, в течение ближайших 10-15 лет будет решаться, в какой из " кругов" постиндустриального мира попадет Россия. Пока же она - как, впроче м, и все остальное человечество - испытывается на излом. Литература 1. Тоффлер Э. Третья волна. М.: 2002. 2. Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогно зирования. М.: 1999. 3. Э. Ласло. Век бифуркации /"Путь", №7,1995, стр. 43. 4. С.Ю. Глазьев. Теория долгосрочного технико-экономического развития. М., 2007 Россия". 24-30.VI. 1992. 5. Иноземцев В., Даниел Белл Эпоха разобщенности: размышления о мире XXI века М.: Центр исследований постиндустриального общества, 2007. - 304 с.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Тамаде на заметку: тост "за здоровье" печень расценивает как издевательство.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по международным отношениям "Постмодернизм и постиндустриальная эпоха", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru