Курсовая: Германский вопрос в 1940–60-е годы в системе международных отношений - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Германский вопрос в 1940–60-е годы в системе международных отношений

Банк рефератов / Международные отношения

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 51 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Название документа: Германский во прос в 1940 – 60-е годы в системе междунаро дны х отношений 38 Введение Ведущие государства коалиции - СССР, США, Анг лия - еще в годы войны искали подступы к решению всей совокупности пробле м, относящихся к Германии и получивших обобщенное наименование - «герман ский вопрос». Определяющей чертой их поисков было то, что в едущие участники коалиции (в конце войны в их числе была Франция) намерев ались совместными усилиями, в сотрудничестве найти решение этого вопро са, поскольку сама проблема являлась для них общей, международной. Союзникам удалось выработать совместную Ял тинско-Потсдамскую программу, цель которой в период оккупации ими Герма нии состояла в предотвращении возрождения милитаризма и агрессии из не др немецкой земли и в создании демократического миролюбивого немецког о государства. Разработанный союзниками механизм союзнического контро ля за ее осуществлением явился большим достижением антигитлеровской к оалиции, примером решения сложных международных проблем методом сотру дничества на основе равноправия и учета взаимных интересов государств двух общественных систем во имя мира и укрепления безопасности на плане те. С точки зрения общих политических итогов второй мировой войны значен ие решений Ялты и Потсдама заключается в том, что они заложили, как писал в своих воспоминаниях Вили Брандт «основы послевоенного сотрудничества нашего континента». Целью данной работы является рассмотрение германского в опроса в 40-60-е годы в системе международных отношений. Данная цель позволи ла сформулировать следующие задачи данного исследования: 1. Рассмотреть причины возникновения «герма нского вопроса» в 40-е годы. 2. Рассмотреть Берлинский кризис 1958-1963 гг. и его последствия. Актуальность данной работы. Вряд ли нужно доказывать, как важны исследования опыта союзнического решения германского вопрос а, одного из важнейших вопросов, возникшего в международных отношениях в результате второй мировой войны. Подходя к анализу и оценке союзнической пол итики в отношении Германии как к очень сложному с политической и социаль ной точек зрения историческому явлению, следует отметить, руководствуя сь объективными научными критериями, тот бесспорный факт, что в совместн ых поисках странами антигитлеровской коалиции путей решения германско го вопроса был накоплен большой положительный опыт, свидетельствующий о возможности и необходимости сотрудничества государств двух обществе нных систем в решении больших международных проблем, что отход их от сот рудничества чреват большими осложнениями в международных отношениях. Опыт и уроки этого сотрудничества периода Тегерана, Ялты, Потсдама имеет не только историческое, но и политическое значение: и в той части, в какой Ялтинско-Потсдамские решения союзников оказались выполненными, и в той, какой - не выполненными. Они связаны с современностью - с взаимоотношениями госу дарств, участников военно-политического союза - антигитлеровской коали ции, с проблемами сохранения и укрепления послевоенного сотрудничеств а в Европе, с взаимоотношениями двух немецких государств. В основу источниковой базы курсовой работы легли документы и воспомина ния различных политических деятелей. Большую роль в работе сыграли доку менты по внешней политике СССР и международным отношениям СССР с ФРГ и Г ДР в 50-е годы. Отдельный блок представляют документы о внешней политике СШ А в эти годы. Еще один блок документов связан с проблемой объединения Гер мании. Из воспоминаний наибольшую ценность предст авляют воспоминания В. Брандта, который был непосредственным участнико м тех процессов. 1. Причины возникновения «германского вопро са» в 40-е годы 1.1 Зарождение двух направлений в политике союзников в отношении Германи и После того, как 8-9 мая 1945 г. в Реймсе, а потом в Кар лсхорсте, был подписан Акт о безоговорочной капитуляции нацистской Гер мании, союзные державы установили оккупационный режим, разделивший стр ану на четыре зоны с особой структурой власти для Большого Берлина. Союз ный контрольный Совет, действовавший, как предлагалось, на принципах сот рудничества, должен был через глав военных администраций проводить общ ую политику относительно побежденных на основе Потсдамской конвенции. Но вскоре стала все больше выясняться иллюзорность надежд на продолжен ие дружбы, которую скрепляла война, в условиях мира. Ялтинско-Потсдамская программа в отношении Германии, ее осуществление касалось всех тех политических, государстве нных, правовых, идеологических основ, на которых зиждилось устройство на цистского рейха. Антифашистско-демократические преобразования затраг ивали положение, судьбы всех общественных классов и социальных групп Ге рмании. Но они касались не только внутренней жизни этой страны. Они имели отношение ко всему тому, что определяло роль и место этого государства в системе международных отношений. По сути дела, речь шла о крутом изменен ии пути исторического развития Германии, о крутом повороте в ее судьбах. Необходимо учитывать то обстоятельство, чт о Ялтинское и Потсдамское соглашения имели ярко выраженную антифашист ско-демократическую направленность. Характер отношений к ним оккупиру ющих держав определялся социальной направленностью их политики в Герм ании. Политика Советского Союза была последовате льной и в доведении войны до безоговорочной капитуляции Германии, и в ре шении послевоенной германской проблемы. СССР считал необходимым прове дение в оккупированной Германии таких мер, которые создавали бы гаранти и, что никогда больше с ее стороны не возникнет угроза истребительной во йны, а немецкий народ получит возможность осуществления глубоких демок ратических преобразований и создания миролюбивого государства. Политика США и Англии как в отношении достиж ения конечных целей войны, так и послевоенного устройства Германии была двойственной. Они добивались военного поражения Германии, но в то же вре мя боялись, что ее полный разгром и безоговорочная капитуляция могут при вести к ослаблению системы капитализма в Европе и к активизации прогрес сивных и революционных сил на этом континенте. США и Англия добивались у странения этой страны как соперника на мировых рынках, соперника в борьб е за сферы влияния. Вместе с тем побежденная Германия была нужна им как па ртнер в борьбе против СССР, стран народной демократии, прогрессивных и р еволюционных движений. Поэтому в документах США и Англии, определявших о сновы их оккупационной политики в Германии, звучали и мотивы реванша, ме сти в отношении страны, народа в целом, стремление обезопасить себя от аг рессии с ее стороны в дальнейшем и боязнь глубоких социальных изменений в этой стране, могущих создать революционную обстановку. Принимая необходимость ликвидации фашистс кого режима в Германии, правительства Англии и США стремились сохранить в ней основные институты капиталистической системы, что само по себе не предполагало каких-либо серьезных социальных перемен в стране. Что касается Франции, то истоки ее политики в отношении Германии были более сложными, чем у Англии и США. Оказывали сво е воздействие соображения национальной безопасности, обеспечения мер защиты против непосредственной угрозы со стороны Германии, являвшейся постоянным фактором во франко-немецких отношениях. Существенное влиян ие на французскую политику в отношении Германии вообще и на оккупационн ую политику Франции в Германии в том числе оказывали и традиционные анти немецкие настроения во Франции. Различие долгосрочных политических целей и методов относительно Германии, различное понимание сути демократии и т оталитаризма у лидеров России и Германии, западных держав обнаружилось уже в первые послевоенные годы, когда в советской зоне оккупации стали н асаждаться советские порядки, а в западных зонах - началось постепенное «перевоспитание» в духе демократии, чему предшествовал мучительный пр оцесс денацификации. Углубление расхождений и послужило истоком «холо дной войны», раскола Германии и Европы. Нового издания старой политики « борьбы двух систем». Перед началом деятельности Контрольного со вета США и Англия осложнили вопрос о зонах оккупации. Вопрос этот был реш ен своевременно, еще до капитуляции Германии, но позже США и Англия занял и без предупреждения СССР значительную часть территории, предназначен ной для советской зоны оккупации, и не спешили уходить оттуда даже после окончания военных действий на территории Германии. Этот факт не мог не в ызвать осложнений в отношениях между СССР и двумя западными государств ами. Инициатором этой провокационной акции был Черчилль. После урегулирования вопроса с выводом аме риканских и английских войск в пределы назначенных им зон четыре зоны ок купации в Германии определялись в соответствии с союзническими решени ями следующим образом (Таблица 1). Таблица 1. Размеры зон оккупации (данные 1946 г.) Зоны территория (тыс. кв. м) население (тыс. чел.) Английская 97,7 22 305 Американская 107,5 17 255 Французская 40,2 5 078 Советская 107,2 17 314 Берлин 0,9 3 200 7 июля 1945 г. были созданы Союзническая комендатура г. Берлина и Союзный Контрольный Сове т. Решением Контрольного Совета от 10 июля 1945 г. была утверждена структура С оюзнической комендатуры, а 21 декабря того же года Координационный комит ет принял решение, определявшее ее функции. Следует отметить, что позиции СССР и западны х стран в германском вопросе были резко идеологизированы. Отсюда - упорн ая неуступчивость, затяжные споры в поисках нужных решений (например об уровне производства в Германии). Жесткость характеризовала и советскую позицию в СКС. В итоге - разногласия брали верх. 1.2 Предпосылки раздела Германии П роцесс раскола Германии развивался в 1946-1949 гг . и состоял из серии последовательных шагов западных держав. Открытую по литику отрыва от Германии отдельных её частей вела Франция. Уже на перво й сессии СМИД французская делегация в своем меморандуме настаивала на о тделении от Германии Рура, Рейнской области и передаче Франции Саара под полный ее контроль. Представитель Франции занял отрицательную позицию в отношении решения Потсдамской конференции о создании центральных ге рманских административных департаментов, о восстановлении общегерман ских политических партий и профсоюзов. Представители Франции системат ически срывали возможность принятия в органах Контрольного совета сог ласованных решений о создании общегерманских партий, профсоюзов, общес твенных организаций. США и Англия очень скоро стали использовать обстру кционистскую политику Франции для ослабления работы союзнической конт рольной администрации. Односторонним решением французских власте й Саар был экономически присоединен к Франции и тем самым изъят из компе тенции четырехсторонней союзнической администрации. Французы активно поддерживали все проявления сепаратизма в своей зоне, особенно в Сааре, а также в Рейнской области. С целью усиления сепаратистских тенденций бы ла произведена административная перекройка территории французской зо ны оккупации. Руководители сепаратистов имели постоянные контакты с ок купационными властями зоны. В период оккупации разновидностью планов о слабления германского государства явился план так называемой федерали зации Германии. Он преподносился его защитниками как наиболее последов ательная форма борьбы против крайней централизации германского госуда рства. С наибольшей полнотой планы федерализации были изложены западными делегациями на Московской сессии СМИД 1947 г. Из до кументов, внесенных западными делегациями на сессию СМИД по вопросу о бу дущем государственном устройстве Германии, следовало, что государства- земли самостоятельно управляют своим хозяйством, финансами, определяю т свой бюджет, устанавливают размеры налогового обложения, имеют свой це нтральный банк с правом эмиссии банковских билетов, имеют право вести пе реговоры с другими государствами, заключать международные соглашения, обмениваться дипломатическими представителями с иностранными держав ами. Центральная же власть мыслилась как некий координирующий орган. Советский Союз занял отрицательную позицию как в отношении планов расчленения Германии, так и федерализации ее, оха рактеризовал идею федерализации как утопическую и реакционную, предст авлявшую собой «извилистый путь», чтобы покончить с Германией как самос тоятельным государством. Франция на первых порах стремилась сохрани ть свою самостоятельность в отношении Бизонии. Так, на первоначальное ам ериканское предложение о присоединении французской зоны к американско й и английской зонам последовал ответ, что французская сторона опасаетс я, как бы экономическое единство не стало прелюдией к политическому. Одн ако самостоятельность французской зоны сохранялась недолго. Вопрос о п рисоединении французской зоны в Бизонии в основном был решен еще до Лонд онской сессии СМИД (ноябрь - декабрь 1947 г.). Составной частью разработанной тогда программы было слияние трех западных зон. Трехстороннее соглашен ие о присоединении французской зоны к Бизонии было подписано в апреле 1948 г. С coздaниeм Тризонии появилась основа - географическая, экономическая, по литическая - для формирования западногерманского государства. 1.3 Раскол Германии и Берлинский кризис 1948-1949 гг. В 1947-1948 гг. на последнем отрезке существования системы союзнического контроля вопрос о единстве Германии приобрел в о ккупационной политике особую остроту. На сессиях СМИД Советское правительство на стойчиво предлагало решить вопрос об экономическом и политическом еди нстве Германии. Предложение о создании общегерманского правительства Советский Союз внес на вторую сессию СМИД (май, июль, 1946 г.). Подробно разработанные предложения о госуд арственном устройстве Германии СССР представил на четвертой, Московск ой сессии СМИД (март - апрель 1947 г.). В них предусматривалось восстановление Германии как единого государства - демократической республики с общеге рманским двухпалатным парламентом и общегерманским правительством пр и обеспечении конституционных прав земель. Предложения, направленные на восстановлени е и сохранение единства Германии, СССР вносил на пятую, Лондонскую сесси ю СМИД (ноябрь - декабрь 1947 г.) и на шестую, Парижскую сессию СМИД (май - июнь 1949 г .). В них предусматривалось создание общегерманских органов, проведение общегерманских выборов, подготовка к заключению мирного договора на ос нове союзнических соглашений. Поскольку политические различия обостряли сь, окутываясь идеологическим флером, а экономическая политика на запад е и востоке Германии все более отделялись друг от друга, конфликт набира л темпы. После того, как провалом завершилось холодной зимой 1947 г. Московск ое совещание министров иностранных дел недавних союзников - четырех дер жав - началась подготовка к созданию западного военного союза. А в начале следующего года Лондон встретил лидеров западных держав, которым не сос тавило чрезмерного труда достигнуть согласия о создании западногерман ского государства. Оно становилось плодом нового поворота в мировой пол итике, с ее ярко выраженном противостоянием либеральных и тоталитарных начал. После создания Бизонии началось свертывани е деятельности Союзного Контрольного совета. Представители западных с тран блокировали все сколько-нибудь значительные вопросы, требующие че тырехстороннего согласованного решения. К началу 1948 г. представители-США и Англии прекратили всякую деятельность в органах СKC, связанную с осущес твлением основных положений Ялтинской и Потсдамской программ. Об этом с вертывании свидетельствовало прогрессирующее увеличение количества вопросов, по которым не было достигнуто четырехстороннего решения по от ношению к согласованным и решенным вопросам. Так, в Экономическом директ орате в 1947 г. из 123 рассмотренных вопросов было достигнуто согласие лишь по 60. В первой половине 1948 г. США, Англия, Франция про вели в Лондоне ряд сепаратных совещаний по вопросам, касающимся Германи и. На одном из них, в июне, присутствовали также представители Бельгии, Гол ландии, Люксембурга, в то время как другие пограничные с Германией госуд арства - Польша и Чехословакия - не были приглашены. Принятые совещаниями рекомендации по таким вопросам, как будущее устройство Германии, контро ль над Руром, репарации и др., представляли собой программу сепаратной по литики трех держав в Германии и конкретные мероприятия по завершению ее раскола. Созыв этих совещании явился, как на это было указано в нотах Сове тского правительства правительствам США, Англии и Франции, нарушением с оглашения о контрольном механизме в Германии, нарушением Потсдамских р ешений об обращении с Германией как единым целым. Денежная реформа, еще одна из крупнейших про блем экономической жизни и оккупационной политики союзников, могла бы с пособствовать объединению Германии, если бы этого хотели западные держ авы. В действительности она оказалась мерой рас кола страны, разорвала экономические связи внутри Германии, в короткий с рок провела внутри страны барьер, неизмеримо более мощный, чем условные зональные границы. Контрольный совет, Координационный комитет , финансовый директорат и, другие органы Контрольного совета неоднократ но обсуждали вопрос о необходимости и методах проведения денежной рефо рмы в Германии. Постепенно, но все более отчетливо выявлялись два различ ных подхода к решению этой проблемы. Советская сторона рассматривала де нежную реформу как составную часть общегерманской экономической полит ики, неразрывно связанную с другими коренными вопросами послевоенной э кономики Германии - уровнем производства, расширением выпуска мирной пр одукции, общегерманскими ценами, зарплатой и пр. Западные представители, особенно представи тели США, которые втайне уже готовили одностороннюю денежную реформу в з ападных зонах, при обсуждении вопроса в органах союзнической контрольн ой администрации акцентировали внимание не на социальной стороне проб лемы, а прежде всего на организационно-технической стороне реформы, особ енно на процедуре печатания новых денег. В политическом же арсенале сепа ратной политики западных держав денежная реформа была радикальной мер ой экономического и политического отделения Западной Германии. Обсуждение вопроса о денежной реформе в орг анах Контрольного совета было длительным и острым. Однако постепенно в р ешении организационных и технических вопросов реформы стороны подходи ли к соглашению. Большую роль в этом сыграла конструктивная позиция сове тских представителей, стремившихся осуществить денежную реформу во им я укрепления единства Германии. Несмотря на видимость договоренности прист упить к практическому осуществлению реформы, в действительности амери канская сторона не хотела никаких соглашений с советской стороной по эт ому вопросу. Американцы и англичане имели свой план осуществления рефор мы, более того, уже в конце 1947 г. в США были отпечатаны и в глубокой тайне пер евезены в Германию новые денежные знаки. Не ожидая окончательного текст а четырехстороннего соглашения, оккупационные власти западных зон 18 июн я 1948 г. ввели новые деньги в Западной Германии. Три главнокомандующих запа дными зонами заверили Главнокомандующего советской зоны, что новые ден ьги ни будут распространены на западные секторы Берлина. Однако в наруше ние этого обещания через несколько дней сепаратная денежная реформа бы ла распространена и на Западный Берлин. В результате этих действий Германия была ра зрезана, как хирургическим скальпелем, на две части. Был разделен и Берли н, вместо единой валюты в Германии появилось две. Образовались двойные ц ены. Сепаратная денежная реформа, проведенная в западных зонах, была рас считанным ударом не только по единству Германии, но и по экономике совет ской зоны. Задолго до реформы спекулянты, дельцы черного рынка, пронюхав шие о подготовке сепаратной реформы, спешили сбыть в восточной части Гер мании уже фактически обесцененные денежные знаки, скупая все, что можно скупить. Когда была объявлена реформа в западных зонах, создалась опасно сть, что потерявшие свое номинальное значение денежные знаки массой хлы нут через зональную границу. Коварство замыслов организаторов сепарат ной реформы состояло в том, что они рассчитывали создать хаос в экономик е Восточной Германии под влиянием нерегулируемого наплыва обесцененны х бумаг. Советские власти предприняли решительные ш аги к предотвращению этой опасности. Приказами Главноначальствующего СВАГ были введены еще с 1 апреля 1948 г. меры, упорядочивающие контроль на дем аркационной линии советской зоны за передвижением людей и перевозкой г рузов. Была введена проверка документов как военнослужащих США, Англии, Франции, так и гражданских лиц, въезжающих в советскую зону и выбывающих из нее, а также проверка грузов. Меры контроля были усилены с объявлением сепаратной денежной реформы в западных зонах Германии и в западных сект орах Берлина. Был запрещен ввоз как старых, так и новых денежных знаков. Дв ижение всех поездов между советской и западными зонами пришлось времен но приостановить. Эти дополнительные меры контроля на железных и автодо рогах, на водных и воздушных путях явились, как указывалось в нотах прави тельства СССР правительствам США, Англии и Франции, вынужденными мерами защиты законных интересов Советского Союза и населения Восточной Герм ании. Москва ответила на раскол и экономическое н аступление Запада традиционно - военными методами: блокадой Берлина, отр езавшей его связующие с Западной Германией пути. Но милитаристская акци я была обречена на неудачу. Судьбу города решило экономическое и техноло гическое превосходство США в форме знаменитого «воздушного моста». 342 дн я непрерывный гул транспортных самолетов, несущих берлинцам средства в ыживания, сделал не только бесцельной блокаду, но и вновь доказывал Евро пе и миру архаичность традиционной военной политики в наступившие новы е времена превосходства экономики и технологии. Сталин блокаду снял. С 24 июня 1948 г. приказом Главноначальствующего СВАГ по предложению Немецкой экономической комиссии в советской зоне б ыла проведена денежная реформа и введены новые денежные знаки. В июле 1948 г. три главноначальствующих западны х зон и премьер-министры земель Западной Германии на совещании во Франкф урте-на-Майне занимались практическими вопросами подготовки официальн ого оформления нового государства. Eго конституцию разрабатывал так наз ываемый парламентский совет, начавший свою деятельность 1 сентября в Бон не. Пока он заседал, в Вашингтоне в апреле 1949 г. имело место совещание минис тров иностранных дел США, Англии, Франции, на котором был одобрен новый до кумент, касающийся и оккупационной политики трех держав в Германии, и по дготавливаемой конституции. Это был так называемый «оккупационный ста тут» Западной Германии, который должен был заменить собой все четырехст оронние соглашения по управлению ею в период оккупации. На основании его в 1949 г. был создан трехсторонний контрольный орган - Верховная союзническ ая комиссия. Заключительный этап подготовки оформления западно-немецкого государства проходил в большой спешке. Влиятельные к руги США явно торопились использовать сохраняющееся напряжение в отно шениях с СССР для решения важных вопросов своей европейской политики. Ещ е до формального провозглашения самостоятельности западногерманског о государства оно было включено в систему «плана Маршалла», а военно-пол итические круги в Вашингтоне уже готовили проект военно-политического блока с участием Западной Германии. 4 апреля 1949 г. провозглашается создание НАТО, а 8 мая, ровно через четыре года после капитуляции рейха, западногермански й Парламентский совет принимает конституцию нового государства. 12 мая К лей утвердил конституцию нового государства, то же проделали и два други х командующих западными зонами. Когда 23 мая 1949 г. открылась сессия СМИД в Па риже, новое сепаратное государство фактически было оформлено. В сентябр е 1949 г. вновь созданный парламент избирает Конрада Аденауэра канцлером. Т ак началась «эра Аденауэра», продолжавшаяся вплоть до 1961 г. Термин этот до статочно условен, ибо новый курс, определивший облик западногерманског о государства, проводился под бдительным оком западных держав, а страх Е вропы перед германским милитаризмом постепенно рассеивался с принятие м нового государства в НАТО, резко усилившей свои позиции в Центральной Европе. Что в Москве, конечно, воспринималось как новая угроза. Тем временем, другим путем развивались вост очные германские земли под жестким руководством сталинского Политбюро через Советскую военную администрацию (СВАГ) при полной лояльности КПГ во главе с Вальтером Ульбрихтом. Здесь все приспосабливалось к политиче ской, государственной и социальной системе СССР, к его экономическому ук ладу. И если наиболее глубокие основы создания «первого социалистическ ого государства на немецкой земле» лежали в геостратегических соображ ениях подготовки к решающему столкновению между социализмом и капитал измом, что Сталин считал почти неизбежным, то, пожалуй, не меньшую роль игр али соображения идеологические. Две Германии стали рассматриваться в М оскве и Восточном Берлине как главный европейский полигон «соревнован ия двух систем», в котором победа социализма рассматривалась предопред еленной. Для нее в Восточной Германии стали проводиться радикальнейшие реформы - управления, земельная, промышленная, воспитания и т.д., глубоко и зменившие облик восточных земель по сравнению с западными. Третий Немецкий народный конгресс, состояв шийся в Берлине 29 - 30 мая 1949 г., утвердил проект конституции единой Германско й Демократической Республики. Избранный им Немецкий Народный совет был преобразован 5 октября во Временную Народную палату - парламент ГДР, 7 октя бря на сессии Немецкого Народного совета была провозглашена Германска я Демократическая Республика, введена в действие ее конституция. О. Грот еволю было поручено формирование правительства, состав его был утвержд ен 12 октября. Когда в мае 1949 г. было объявлено о создании «не делимой демократической республики», стал очевиден политический дуали зм политики Москвы в «германском вопросе»: одна политика по отношению к «братской ГДР», другая - к «бастиону империализма и реваншизма» - ФРГ. 2. Германия в системе международных отношени й в 50-60-е годы 2.1 Начало глобального противостояния С возведением Берлинской стены открылась э поха глобального противостояния «холодной войны», наиболее острый пер иод которого охватывает 50-е - 60-е годы. Европейским конфронтационным центр ом становится советско-германская тема. Политический курс московского Политбюро и зависимого от него режима ГДР принципиально отвергал страт егию западногерманского капитализма, олицетворяемого коалицией ХДС/ХС С во главе с К. Аденауэром, который был столь же бескомпромиссным врагом к оммунизма. В беседе с госсекретарем А. Даллесом канцлер ФРГ говорил: «Цел ь СССР была и остается господство коммунизма над миром под руководством Советского Союза. Единственным серьезным противником СССР считает США. Все их мероприятия преследуют только одну цель: расширение могущества к оммунизма… Раскол Германии - не причина, но следствие напряженности межд у СССР и США. В конечном счете коммунизм может завоевать Европу, Азию и Афр ику. Ему могут противостоять США, Канада и Южная Америка». Столь глобальная долгосрочная оценка укреп ляла позиции США в Европе, как и позиции властных структур в ФРГ. Обе Герма нии оказывались в центре нового губительного противостояния Востока и Запада, которое все более ожесточалось и укреплялось доходившей до абсу рда риторикой и пропагандой там и тут, с разных позиций, демонстрируя фен омен нового могущества средств психологического воздействия на умы. При этом амбициозность сторон перемешивала сь с догматами мировой революции, массированные политико-пропагандист ские спекуляции - с взаимным страхом, с самовлюбленностью победителей в мировой войне, с преувеличением собственного могущества, с поисками нов ых основ политики в этом мире, над которым теперь нависала «Бомба». Речь теперь шла о выборе совершенно новых пу тей развития Европы и мира, а их решение неимоверно затянулось, охватив в сю вторую половину столетия. Нельзя в этой связи не сказать, что политиче ским несчастьем Европы этого века было то обстоятельство, что на первый план противостояния во второй его половине, как и в первой, без паузы выдв игались военно-силовые аспекты, многократно усиливаемые милитаристско -технологической революцией. Они довольно скоро довели отношения Восто ка и Запада до абсурда тотальных сверхвооружений. Советско-западногерм анские отношения заходили в глубокий тупик. Следует учитывать, что «германская политик а» советского Политбюро в тот период находилась под сильным влиянием св ежих воспоминаний о громадных потерях страны в войне, как и о «внезапном и вероломном» нападении Гитлера в 1941 г. Этот синдром «германской угрозы» и возможного реваншизма затем преобразовался в пропагандистскую страт егию, ориентированную против ФРГ и Запада в целом. Несбывшиеся расчеты на победу левых сил в Ев ропе после войны сочетались у Сталина с надеждами на то, что путем нового развития политической активности и военной мощи, преобразования ГДР по советской модели, снова и снова поддерживать сторонников в странах Евро пы и ослабить американское влияние на Германию и Европу. С другой стороны, правительство Аденауэра п родолжало видеть в образе Москвы лишь абсолютное зло, поводом к чему, пом имо общего неприятия коммунизма, служили «чистки», проводимые в ГДР. Так, обе Германии ощущали себя форпостами в центре новой архитектуры глобал ьного противостояния с союзниками в Москве, Вашингтоне и Брюсселе. Обе г ерманские элиты активно утверждали внутригосударственные порядки не т олько для того, чтобы обеспечить стабильность своих систем, но и побужда ть могущественных партнеров к энергичному противостоянию другой систе ме, что было также одним из условий укрепления и системы, и своего собстве нного положения. Обе германские элиты были, пожалуй, в ряде вопросов боле е принципиальны и активны, чем другие союзники, постоянно бросая дрова в огонь борьбы, зорко следя, чтобы он не затухал. Если верно, что не было в ист ории ФРГ более однозначной прозападной политики, чем в «эру Аденауэра», то очевидно и другое: непоколебимая установка на западную интеграцию ос тавляла очень мало места связям с СССР и «Востоком» в целом. Почти единст венное, что долгое время особо заботило канцлера - это вопрос о военнопле нных, оставшихся в России, а также о судьбах миллионов изгнанных и пересе ленных немцев из Польши, Чехословакии, Венгрии. Однако не только это. Если суммировать общую стратегию Бонна этого периода, то следует обратить особое внимание на сл едующие ее элементы: - Как говорилось, отношения с США, союз с ними, стали высшей целью политики Аденауэра: «У нас нет никакого сомнения, что мы по своему происхождению, по нашим убеждениям принадлежим к западноев ропейскому миру. Мы хотим возможно скорее быть принятыми в западноевроп ейский союз». - Проблема воссоединения Германии красной н итью проходила через всю послевоенную германскую историю. В «эру Аденау эра» она оказалась камнем преткновения для любого прогресса в отношени ях с «Востоком». Планы Бонна на этот счет были в ту эпоху нереальны, потому что полностью исключали признание ГДР, границу по Одеру-Нейсе, как и комм унистический режим в целом. Известные предложения Сталина на этот счет (1952 г.) рассматривались в Бонне лишь как путь к усилению коммунистического влияния на всю Германию. Что касается отношений с Россией, то, по слов ам канцлера, «мы готовы жить в мире с Россией и Польшей и с течением времен и найти пути мирного разрешения напряженности между советской Россией и западными союзниками». Однако при условии фактического пересмотра ял тинских и потсдамских решений «мы не можем ни при каких обстоятельствах согласиться с односторонне предпринятым СССР и Польшей отделением обл астей». Это означало пересмотр не только потсдамских соглашений, но и Ат лантической хартии 1941 г. и вновь обостряло возникшую еще в ходе войны проб лему польских западных границ. Для своего времени это была тупиковая «во сточная политика». Определяя таким образом место ФРГ в послево енном мире, Аденауэр способствовал сохранению противостояния и военно го соперничества двух блоков и европейского раскола. В то же время политика Москвы в германском во просе на том этапе базировалась на следующих принципах: - ФРГ стала центром укрепления европейского капитализма, стратегическим ядром НАТО, плацдармом американского воен ного присутствия в Европе, направленного против СССР и социалистически х системы. Относиться к ней поэтому надо как к противнику, либо по меньшей мере как к недругу. - Преобразование Восточной Германии по собс твенному образцу позволяет выковать ось социалистического лагеря, кот орый, по мнению Сталина, был одним из главных итогов мировой войны. ГДР пре вращалась в бастион социализма на Западе и, как надеялись, со временем мо гла бы служить образцом для германских земель, базой коммунистического влияния на Центральную Европу. - Необходимо решительно противодействоват ь любым попыткам подорвать социалистический строй в ГДР и одновременно по возможности способствовать воссоединению Германии на принципах, ис пробованных в восточногерманском строительстве. «Вся Германия должна быть нашей, т.е. советской, коммунистической» (Сталин - Джиласу в 1946 г.). «Мы вы ражаем твердую уверенность, что будет создано единое германское госуда рство на социалистической основе под красным знаменем. Другой единой Ге рмании быть не может», - говорил Хрущев уже в 1960 г. И вот 5 марта 1953 г. умирает Сталин. Фантасмагори ческие похороны, хотели того или нет преемники вождя, символизировали на чало чего-то нового, о котором пока никто не знал. Но очень быстро узнала Е вропа. 17 июня 1953 г. произошло восстание в Восточном Берлине. По этому поводу Аденауэр делает заявление в бундестаге: «События в Берлине получили шир окий отклик у немецкой общественности и в мире. Изменение жизни немцев в советской зоне и в Берлине может быть достигнуто только восстановление м немецкого единства в условиях свободы. Путь к нему лежит через обеспеч ение свободных выборов во всей Германии, заключение с этим правительств ом мирного договора, свободное обсуждение урегулирования в этом догово ре все еще открытых территориальных вопросов, обеспечение свободы дейс твий для всегерманского парламента и единого германского правительств а в рамках принципов и целей ООН». Сменивший Сталина Хрущев сразу заявил о себ е ультиматумом: превратить Западный Берлин в вольный город, причем права СССР будут переданы ГДР. Это требование, столь же нереальное, как и предыд ущее - Аденауэра, - было заведомо обречено, и Хрущев вскоре, во время визита в США, от него отказался. Обе стороны держали друг друга и Европу в постоян ном напряжении, периодически «взбадривая» все новыми экспромтами. Тем н е менее, так не могло продолжиться вечно. В 1955 г. «оттепель», наступившая в С ССР, способствовала визиту Аденауэра в Москву и установлению дипломати ческих отношений между Москвой и Бонном. «Мы неправильно вели себя с рус скими», - сказал на закате лет Аденауэр Вилли Брандту. 2.2 Берлинский кризис 1958-1963 гг. Хрущевская «оттепель» и XX съезд КПСС, успех з ападногерманских реформ и «экономическое чудо» в ФРГ не устраивали сто ронников «холодной войны» в Восточном Берлине и Москве. Удар был нанесен снова в Берлине. 10 ноября 1958 г. в речи на митинге советско-польс кой дружбы Хрущев высказался относительно целесообразности отказа от «остатков оккупационного режима в Берлине». В нотах правительствам США, Англии и Франции, а также ГДР и ФРГ от 27 ноября было выдвинуто предложение о превращении Западного Берлина в «демилитаризованный вольный город». В течение полугода Советский Союз обязывался «не вносить изменений в су ществующий ныне порядок военных перевозок США, Великобритании и Франци и из Западного Берлина в ФРГ». По истечении этого срока предусматривалос ь передать контроль над коммуникациями между ФРГ и Западным Берлином по лностью в руки правительства ГДР, которое «будет осуществлять свой суве ренитет на земле, воде и в воздухе». 10 января 1959 г. последовала еще серия советских нот. На этот раз в число адресатов были включены все государства, воевавш ие с гитлеровской Германией. Главная их суть заключалась в идее незамедл ительного заключения мирного договора с Германией, проект такого догов ора прилагался к нотам. Это был тщательно разработанный документ из 48 ста тей. Его содержание примерно соответствовало советскому проекту 1952 года. Помимо большей детализации его отличало прежде всего то обстоятельств о, что с немецкой стороны партнером в его выработке и подписании должно б ыло фигурировать не одно центральное правительство единой Германии, а д ва (ГДР и ФРГ) или даже три (те же плюс правительство Германской конфедерац ии, если таковая была бы создана). Специальная статья (25-я) определяла «особ ый статут» Западного Берлина на основании предложений от 27 ноября. Этот с татус предполагалось сохранить «впредь до восстановления единства Гер мании». Наконец, проект содержал недвусмысленное запрещение производс тва ракетно-ядерного оружия и оснащения им вооруженных сил в обеих частя х Германии. Для обсуждения этого проекта и подписания согласованного те кста договора предлагалось созвать в двухмесячный срок мирную конфере нцию в Праге или Варшаве. Реакция западных держав заключалась, в обще м, в том, что они выражали протест против советского намерения нарушить с уществующий статус Берлина и одновременно готовность обсуждать герман скую проблему «в целом» (включая проблему воссоединения). Советская стор она поначалу настаивала на своей повестке дня (исключавшей проблему вос соединения) и заявляла, что, так или иначе, СССР подпишет мирный договор, в крайнем случае с тем германским государством, которое этого пожелает (т. е. с ГДР). На этой основе ему будут переданы все права контроля над коммуни кациями между ФРГ и Западным Берлином, а если западные державы попытаютс я силой прорваться, их встретят расположенные в ГДР советские войска. Затем, однако, последовало смягчение советс кой позиции. И двухмесячный, и шестимесячный «лимиты» были молчаливо пре даны забвению. В ответ на предложение западных держав о проведении совещ ания четырех министров иностранных дел «для обсуждения германской про блемы во всех ее аспектах и последствиях» с советской стороны вначале бы ло выдвинуто контрпредложение - о совещании глав правительств, затем - о п ривлечении к участию в совещании министров - представителей Польши и Чех ословакии (видимо, дабы соблюсти «паритет»: трое - от НАТО, трое - от ОВД), зат ем снято было и это условие. С 11 мая по 20 июня и с 13 июля по 5 августа состоялос ь Женевское совещание министров иностранных дел четырех держав, в котор ом принимали участие и представители обоих германских государств (в кач естве «советников» на «кошачьем положении», как шутили в ФРГ, имея в виду, что немецкие участники сидели не за общим столом: для них были специальн о поставлены в отдалении друг от друга два стола). Оно кончилось безрезул ьтатно, но кризисная обстановка разрядилась. После кэмп-дэвидской встре чи с президентом США Эйзенхауэром Хрущев уже публично признал (30 сентябр я 1959 г.), что для переговоров «не устанавливается какой-либо ограниченный п о времени срок». Переговоров, однако, не последовало, а 2 апрел я 1960 г. во время визита во Францию Хрущев вновь поднял тему о возможности з аключения мирного договора между СССР и тем из германских государств, ко торое будет на это согласно (впервые такая идея была высказана 17 февраля 1959 г.). На Западе это было расценено, как «возобновление угрозы подписать се паратный мир с ГДР». После инцидента с американским У-2 и срыва Парижского совещания в верхах напряженность вновь увеличилась (хотя ужесточение с оветской линии началось еще до полета Пауэрса), однако она разрядилась д о выборов нового американского президента. После венской встречи Хрущева и Кеннеди в ию не 1961 года кривая напряженности снова пошла вверх. 13 августа началось возв едение Берлинской стены. Последовали протесты западных держав, конфрон тация доходила до прямого противостояния танков советской и американс кой армий в непосредственной близости друг от друга. Но после всего этог о кризис пошел на убыль. По существу, все закончилось заявлением Хрущева на VI съезде СЕПГ (январь 1963 г.) о том, что заключение мирного договора не явля ется более особо срочной задачей. Сталинская и хрущевская авантюры (соответс твенно 1948-1949 и 1958-1963 гг.) обнаруживали разительное сходство. Это касалось и мот ивов, и представлений о реакции «противника», и последствий, полностью п ротивоположных ожидавшимся. Вначале о мотивах. Как в 1948 году, так и десять ле т спустя с советской стороны вовсе не имелось в виду «выгнать союзников» из Берлина, «захватить» его западную часть. В обоих вариантах имела мест о оборонительная реакция на то, что воспринималось как вызывающая полит ика Запада: в первом случае - на форсирование создания ФРГ, во втором - на фо рсирование ее атомного вооружения. Это была и реакция на утерю центристс кой альтернативы - в данном случае на то, что Аденауэр не захотел (или не см ог) вновь, как в 1955 году в Москве, продемонстрировать самостоятельность. (На помним: советская сторона в то время, очевидно, не знала, что Аденауэр неза долго до того вступил в серьезный конфликт с США и НАТО, когда речь зашла о планах размещения на территории ФРГ ракет средней дальности, направлен ных против СССР, и одержал победу - ракеты не были размещены). Впрочем, проб лема предотвращения расползания ядерного оружия, что могло произойти, в частности, в результате подключения к «ядерному клубу» ФРГ, действитель но в то время становилась одной из самых первоочередных, и какая-либо сов етская инициатива, способствующая решению этой проблемы, была бы вполне уместна. Хрущеву приписывается такое объяснение его неожиданного демарша 10 ноября 1958 г.: «Я им врежу в пах, и они сразу завопят». Р учаться за аутентичность этого высказывания нельзя, однако несомненно, что, как и в 1948 году, проблема Западного Берлина и путей доступа к нему была избрана как объект советского, мягко говоря, внимания не из-за того, что с ней было связано что-то существенное в плане собственной безопасности и ли в плане решения германского вопроса, а действительно потому, что это б ыло самое чувствительное место для Запада. Разумеется, использование сл абостей и уязвимых позиций у другой стороны - это азбука дипломатии. Но ес ть и другая азбучная истина: надо учитывать и сильные моменты в позиции д ругой стороны, нельзя загонять партнера в угол; нужно следить за логикой аргументов и инициатив, делая и те и другие максимально убедительными и приемлемыми для мирового общественного мнения. Однако Хрущев игнорировал такого рода треб ования. В центре его аргументации был тезис о том, что западные державы «п отеряли» права на пребывание в Берлине, что вообще все четырехсторонние соглашения по Германии стали не более чем «мертвой буквой», что вообще н ет никакой связи между западноберлинской проблемой и другими аспектам и германской проблемы. Он, например, категорически отверг возможность ка ких-либо уступок со стороны СССР даже в случае, если бы НАТО отменила свои планы атомного вооружения бундесвера или пошла на признание ГДР де-факт о. В таком виде советская позиция оказывалась совершенно иррационально й. Крупнейший немецкий международник Э. Шульц отмечает (его точка зрения разделяется и другими западными исследователями), что тезис об устарело сти всех союзнических соглашений по Германии подрывал собственную пра вовую базу Советского Союза в германском вопросе и ставил под сомнение п ринципы потсдамского урегулирования, в том числе и вопроса о границах. (Х рущев, правда, не дошел до прямого денонсирования Потсдамского соглашен ия, но очень близко подошел к этому). Очень слабо действовала хрущевская аргумен тация насчет Западного Берлина как «очага западного шпионажа». Каждому было понятно, что преимущества открытой границы в Берлине могли использ овать не только западные, но и восточные разведчики. Кроме того, поскольк у 1958 год не принес никаких сенсаций в сфере «тайной войны», то и довод Хруще ва насчет «нетерпимости» сложившегося положения не представлялся убед ительным. При всем при том для Запада вовсе не была сто ль уж неприемлемой мысль о признании в какой-либо форме факта существова ния ГДР и о необходимости вступить с ее властями в определенные деловые контакты. «Не стоит вести ядерную войну из-за спора, кто будет ставить шта мп на документах» (имелись в виду путевые документы у водителей на маршр утах Западный Берлин - Западная Германия) - сформулированное таким образ ом отношение Великобритании в целом отражало, пожалуй, общий подход стра н НАТО. Позднейшие аналитики отмечали, очевидно, справедливо, что если бы Хрущев поставил с самого начала вопрос о германском мирном урегулирова нии (в духе проекта 10 января 1959 г.), вместо того чтобы неожиданно заявлять о н амерении в кратчайший срок и на собственных условиях решить проблему За падного Берлина, то эффективность его демарша была бы намного больше. Кстати, согласно архивным данным именно так ой характер советской инициативы по германскому вопросу имел в виду сов етский посол в ГДР Первухин, когда обсуждал эту проблему с Ульбрихтом. В с воем отчете об этой беседе он прямо-таки подсказывал центру, что первым ш агом с советской стороны должна быть нота западным державам с изложение м содержания мирного договора. Хрущев проигнорировал эту рекомендацию. Может быть, потому, что Первухин входил в «антипартийную группу» и был от правлен в Берлин как в своего рода ссылку, а, следовательно, любые исходив шие от него предложения рассматривались как подозрительные. А может быт ь, потому, что, прежде чем выступить с позитивной программой, Хрущев намер евался «попугать» Запад, дабы сделать его уступчивее. В таком случае эта тактика оказалась столь же контрпродуктивной, как и примененная в 1948 и 1952 г одах. 2.3 Последствия Берлинского кризиса Новый острейший кризис в центре Европы, в Бер лине, подогреваемый нажимом В. Ульбрихта на Хрущева, завершился возведе нием 1 августа 1961 г. Берлинской стены. Она должна была отделить наглухо соц лагерь от ФРГ и остановить нараставший поток беженцев из ГДР на запад. Ст ена стала символом кульминации раскола Германии и Европы. Признаком сил ы, но и слабости тоже. Исподволь признавался проигрыш в экономическом, и п олитическом соревновании с капитализмом. Берлинский кризис и его итоги, когда у Бранде нбургских ворот ствол в ствол стояли друг против друга советские и амери канские танки, а враждебная риторика достигла немыслимых масштабов, озн ачал кульминацию «холодной войны» в Европе, но вместе с тем впервые имен но в это время как бы прозвучали звуки новой увертюры. Зашедшая в глухие т упики бессмысленная борьба явно выдыхалась. Бонну требовалось улучшать отношения с ССС Р во имя главной цели - воссоединения. Москве нужно было налаживать отнош ения с ФРГ в интересах экономического, технологического сотрудничеств а и безопасности. И тут, и там имелись ответственные люди, понимавшие это. Но проблема была отнюдь не только «германской», но и глобальной. Возведе ние Стены было также результатом неудачи переговоров Хрущева с Кеннеди в Вене и военно-политического нажима советского лидера на США путем сери й мощных ядерных испытаний, увенчавшихся взрывом 57-мегатонного устройст ва на Новой земле. Это было и формой демонстрации силы, дабы таким путем ог радить союзника на другом конце света - Кубу - от новых попыток вторжения. Как, пишет В. Фалин - одно из главных действующ их лиц драмы - в последние 10 дней октября 1961 г. он ощущал «теснейшее соприкос новение с реальностью войны в центре Европы, впервые после 1945 г. 200 метров и железные нервы отделяли нас от непоправимого». Но до войны, конечно, не дошло. Берлинский бле ф и силовая демонстрация разрешились обменом письмами между Кеннеди и Х рущевым по германским проблемам, включая западноберлинскую. Теперь осн овой новых отношений признавался баланс интересов. В советском ответе К еннеди впервые для своего времени признавалось необходимым «преследов ать общечеловеческие цели, военное соперничество заменить экономическ им соревнованием двух систем, заявить обоюдную готовность отказаться о т применения силы». Мировая общественность заговорила о советс ком «ультиматуме», о «непредсказуемости» советского лидера, причем чем дальше, тем больше его имидж приобретал, скорее, комический характер, а ди скуссия по поднятым им проблемам становилась несерьезной. В одной из английских газет был, к примеру, из ложен такой план «решения» проблемы Западного Берлина: построить на тер ритории ФРГ его точную копию и переселить в него всех западноберлинцев, «отдав» ГДР пустой город. Серьезно воспринявший этот «проект» западног ерманский комментатор обратился к редактору с возмущенным риторически м вопросом, как бы он отреагировал на предложение перенести столицу из Л ондона в Глазго. Веселье стало всеобщим, когда выяснилось, что редактор - ш отландец и потому, видимо, был бы не против такого варианта. Другая шутка с ыграла, видимо, не последнюю роль в карьере тогдашнего бургомистра Запад ного Берлина, а в будущем канцлера ФРГ В. Брандта. Его популярность резко возросла, когда он сравнил хрущевскую идею о мирном договоре между СССР и ГДР с предложением холостяку жениться… на самом себе. Ф. Нинкович следующим образом охарактеризо вал общее впечатление на Западе от хрущевских эскапад: «Три года войны н ервов, в ходе которой Советы то отворачивали, то заворачивали вентиль, ре гулирующий уровень напряженности. Под звук фанфар они драматически объ являли все новые «предельные сроки» лишь для того, чтобы затем между про чим заявить, что могут и подождать». Все это подрывало авторитет советск ой политики, доверие к ней, а заодно и возможности урегулирования герман ской проблемы. Правда, кроме столь однозначно отрицательн ой оценки политики Хрущева в связи с «берлинским ультиматумом» встреча ются и другие - прохрущевские. По сути, речь идет о тех же самых доводах, что приводились в качестве «рационального объяснения» мер по блокаде Берл ина в 1948 году: мол, советский нажим (по крайней мере поначалу) вызвал растер янность в западном лагере, способствовал дифференциации в нем различны х течений, в том числе и оформлению групп «голубей». Более того, если при о ценке долгосрочных последствий сталинской авантюры единодушно конста тируется их негативный характер, то результаты действий Хрущева порой п одаются в более благоприятном свете: западные державы все-таки не решили сь вооружить ФРГ атомным оружием, сильно испортились отношения между за падными немцами и их западными союзниками, Аденауэр проиграл следующие выборы, и вообще политика ФРГ и западных держав в германском вопросе при няла более рациональный, реалистический характер. Доводы эти трудно при нять. Действительно, есть немало свидетельств то го, что реакция Запада на «инициативу» Хрущева была далеко не одинаковой , что имелись разные точки зрения на наиболее целесообразный курс в герм анском вопросе, что эти точки зрения менялись. Известно, например, что даж е такой «ястреб», как Даллес, отошел от прежней позиции тотального игнор ирования ГДР (выразил готовность иметь дело с ее властями как «агентами» СССР) и приверженности свободным выборам как единственному пути воссое динения (признал, что мыслимы и «другие пути», правда, не указав какие). Поз днее стало известно, что и Аденауэр, долгое время считавшийся образцом т вердости на протяжении всего кризисного периода 1958-1962 годов, в частном пор ядке признавался, что у него «шевелятся волосы на голове» при мысли, что д ве сверхдержавы идут к столкновению, «как два поезда, движущиеся навстре чу друг другу по одной колее». И уж особенно много спекуляций было насчет «нетвердости» англичан и французов. (На последних главнокомандующий НА ТО в Европе генерал Л. Норстэд изливал свою обиду в связи с тем, в частност и, что они, мол, отказались предоставить свои аэродромы для ядерных бомба рдировщиков США, которые было решено дополнительно перебросить в Европ у для демонстрации «западной решимости»). Все это, видимо, так, но следует учитывать и др угое. Свои «примирительные» идеи Даллес высказывал до того, как хрущевск ая риторика достигла своих непревзойденных высот; после того он снова ве рнулся к прежней воинственности, представляя не только свою личную точк у зрения, но и позицию всей американской администрации. Что касается Аденауэра, то вполне вероятно, ч то он не был таким уж «ястребом», как это представлялось в нашей пропаган де, но все же факт, что даже в самых доверительных беседах с союзниками он использовал отнюдь не «голубиную» аргументацию. Так, на переговорах с ам ериканскими лидерами во время визита в США весной 1959 года канцлер ФРГ тре бовал от Запада большей «твердости» в отношении СССР, причем в такой фор ме, что Эйзенхауэр определил его поведение как «почти психопатическое». Отнюдь не «голубиной» была и позиция францу зских лидеров. Да, в том, что касалось чисто военных мероприятий, они, види мо, проявляли сдержанность, но в сфере политики подчеркнуто демонстриро вали франко-западногерманскую солидарность, которая проложила путь к п оследующему Елисейскому договору между двумя странами, подписанному 22 я нваря 1963 г. Аденауэром и де Голлем. (Правда, в США заподозрили в этой связи во зможность «парижско-боннской сделки с Москвой», которая привела бы к «ко нцу НАТО и нейтрализации Германии»). Кроме того, вряд ли обоснованны упреки (или к омплименты - в зависимости от точки зрения) в адрес британской политики з а «мягкость». Очевидно, в данном случае речь шла об определенной игре и им елось, скорее, намерение подтолкнуть Хрущева еще дальше по иррациональн ому пути, чтобы он окончательно увяз на нем. Наконец, каковы были долгосрочные последст вия берлинского кризиса? Кризисная обстановка отнюдь не помешала дальн ейшему превращению ФРГ в «атомный плацдарм НАТО», как тогда писали (и это было не столь уж далеко от действительности). Более того, произошел качес твенный скачок: если до начала 60-х годов на территории ФРГ размещались лиш ь тактические ядерные средства, то в 1962 году туда были ввезены 96 ракет сред ней дальности (до 2500 км), которые были выведены с территории страны только в 1969 году. Аденауэр, ранее возражавший против размещения в ФРГ ракет этого класса (о чем говорилось выше), в данном случае принял это как должное. Следует отметить еще одно: под сурдинку проп аганды о «советской угрозе» (а эта пропаганда стала находить большее пон имание благодаря хрущевской «дипломатии») ФРГ получила возможность по ставить вопрос о своем приобщении не только к тактическому, но и к страте гическому ядерному оружию и даже почти решить его. Речь идет о проекте «м ногосторонних ядерных сил» (МЯС), предусматривавшем создание атомного ф лота НАТО со смешанными экипажами и общим контролем стран-участниц над я дерной кнопкой. Арсенал фактов об этом предприятии не особе нно обогатился с того времени, когда оно было объектом внимания политико в, ученых и публицистов. Ныне стало больше известно о прохладном, если не п рямо отрицательном, отношении к плану МЯС со стороны высшего американск ого руководства - президентов Кеннеди и Джонсона - и вместе с тем о довольн о мощной поддержке, которую он получал со стороны влиятельных сил во вне шнеполитическом истэблишменте США, в частности в госдепартаменте (и, вер оятно, не только там). Далеко не все здесь ясно, но по крайней мере можно счи тать общепризнанным тот факт, что данный проект не был чисто теоретическ ой разработкой, а имел вполне реальный характер, причем смысл его был в то м, чтобы допустить ФРГ именно к «спусковому крючку», а вовсе не к «предохр анителю» ракетно-ядерного арсенала НАТО, как это в свое время подавалось сторонниками этого проекта. В этом смысле контрпропаганда ОВД была в пр инципе обоснованной, и, если отвлечься от обычной тогда «разоблачительн ой» фразеологии, ей был свойствен только тот недостаток, что не вскрывал ся корень проблемы: идея МЯС могла появиться и стать опасно актуальной т олько в той обстановке антисоветского психоза и обострения «холодной в ойны», которая стала возможной в результате предшествовавшего берлинс кого кризиса и той политики (в том числе и нашей), которая к ним привела. В этой обстановке вовсе не ослабли, а, напрот ив, усилились, достигнув, пожалуй, пика, выступления ведущих боннских пол итиков в пользу «границ 1937 года» и против границы по Одеру - Нейсе. Вовсе не ослабла, а скорее укрепилась и «доктрина Хальштейна». На первый взгляд последний тезис далеко не б есспорен. Уже Женевское совещание 1959 года, где имели равный статус предст авители двух германских государств (но неравным был их статус по отношен ию к представителям четырех держав), означало, по выражению автора одног о из первых курсов истории внешней политики ФРГ - В. Бессона, «конец запад ногерманской политики в германском вопросе» (разумеется, имелась в виду традиционная политика непризнания и игнорирования ГДР). То же событие оз начало (что также общепризнанно) явное повышение престижа ГДР на междуна родной арене. Фактическое отсутствие реакции западных де ржав на акцию 13 августа вызвало определенный кризис в их отношениях с ФРГ . Как пишет историк ФРГ Г. Кистлер, «велико было разочарование с немецкой стороны в связи с пассивностью американцев. Немцы восприняли жестокую а кцию полного замуровывания как чудовищную провокацию, требовавшую нем едленных контрмер, а государственный секретарь США интерпретировал ее тогда же, 13 августа, как «событие внутри советской сферы влияния, не затра гивавшее неприкосновенных для западных держав позиций… Не было и речи н и о «прорыве» стены, ни о «танковом контрударе», ни о каких-либо подобных м ассированных акциях с целью восстановления статуса, существовавшего д о 13 августа, а их ожидала часть немецкого населения». «Танковое противост ояние» у контрольного пункта «Чарли», воспоминания о котором остались в массовом сознании, имело место спустя несколько месяцев, и причиной его было вовсе не существование стены, а изменение процедуры проверки докум ентов у американских военнослужащих, пересекавших границу. Власти ГДР р ешили ужесточить соответствующий контроль, и Запад отреагировал на поп ытку ущемить именно «права победителей», а не права немцев. Как отмечал в дневниковой записи за 31 декабря 1961 г. председатель фракции ХДС/ХСС в бунде стаге Г. Кроне, «Запад смирился с разделом Германии. Слова «воссоединени е», «самоопределение» больше не имеют никакой силы. Все ищут сосуществов ания на основе статус-кво». Так, может быть, хотя бы здесь - в стимулирован ии недовольства немцев их союзниками, в разжигании противоречии в «лаге ре противника» - можно усмотреть успех советской дипломатии в ходе берли нского кризиса? Опять-таки нет. Напротив, доводы о «предательстве» Запад а, об антинемецком «сговоре-заговоре» великих держав стали питательной средой для оживления неонацистской пропаганды, ранее привлекавшей лиш ь ничтожный круг «вечно вчерашних». Вначале это выразилось в появлении и скандальном успехе трудов, прославлявших либо Бисмарка (в более умеренн ом варианте), либо Гитлера и Мао, а затем и в соответствующем организацион ном акте: 28 ноября 1964 г. была создана Национал-демократическая партия Герм ании, успехи которой на выборах в 1966-1968 годах напугали весь мир. С другой стороны, возведение стены завершил о ту серию роковых ударов по движению «Борьба против атомной смерти» и в ообще по антиаденауэровской левоцентристской оппозиции, которые начал ись с «хрущевского ультиматума» 1958 года. Собственно, кризис этого движени я начался еще раньше, однако с 1959 года оно окончательно раскололось. Левое крыло, представлявшее главным образом студенческую молодежь, ушло в уль тралевизну и, сосредоточившись на борьбе с «империализмом» и «общество м потребления», фактически отстранилось от антивоенной деятельности. У силение дифференциации политических сил в ФРГ, которое порой считают чу ть ли не успехом советской политики в германском вопросе, привело, таким образом, к появлению наряду с правым и левого экстремизма. Ситуация стал а обнаруживать тревожные параллели с поздневеймарской Германией. Тем временем германская социал-либеральная мысль все более утверждалась в понимании того, что на путях непримиримо й конфронтации с СССР невозможно достигнуть воссоединения, что гибкая п олитика компромиссов и гуманитарного проникновения на Восток принесет гораздо больший эффект. Эгон Бар, советник В. Брандта, говорил теперь о но вой германской политике. Его стратегия «поворота путем сближения» поко илась на мнении, что «воссоединение - это не одноразовый акт, который буде т осуществлен одним историческим решением в один исторический день на о дной исторической конференции, но процесс со многими шагами и многими ос тановками». И представляется «…более реалистичным усиливать ГДР эконо мически, чем исключать из дискуссии». Это и стало новым политическим ста ртом, ведущим к эрозии тоталитарной системы. Обе стороны пускались, снач ала осторожно, потом все активнее в опасное плавание, финиш которого сос тоялся через четверть века. На выборах осенью 1969 г. побеждает социал-либер альная коалиция во главе с В. Брандтом и В. Шеелем. Теперь создавалась основа для оформления н овых принципов взаимоотношений. Начало положила встреча А. Громыко с В. Б рандтом осенью 1968 г. в Нью-Йорке и беседа о возможности отказа от применени я силы. Летом следующего года Москва предложила Бонну переговоры на эту тему. А в декабре 1968 г. заседание в Москве лидеров государств Организации В аршавского Договора дало зеленый свет переговорам СССР-ФРГ. Так началас ь тщательная подготовка Московского договора, который был парафирован 7 августа в особняке МИД и подписан 12 августа 1970 г. в Екатерининском зале Кре мля. Новая эра в германских отношениях началась. Заключение Исторический этап от Потсдама до падения Бе рлинской стены изменил облик Европы, картину мира и, конечно, судьбы Росс ии и Германии. Он вместил в себя события особой, несравнимой с прошлым, мас штабности: переход от сокрушительных войн, революций, глубочайших кризи сов первой половины столетия к относительной стабилизации его второй п оловины. Охватывая эру «холодной войны» и выхода из н ее, он снова доказал сколь велика значимость российско-германских отнош ений для общемировой динамики. Мы далеки от идеализации тех перемен, которы е произошли в мире под воздействием тех сдвигов, которые вызвали этот гл убокий и благотворный переворот в отношениях между Россией и Германией в 60-е - 80-е годы. Несмотря на убыстрение темпов истории, прош лое не искореняется из сознания чудесным образом, и правы древние, говор ившие, что «мертвый хватает живого». Требуется время и очень большое жел ание, чтобы переступить через беспощадную жестокость и преступления во енной поры. Последствия тоталитаризма и массовых преступлений лишь пос тепенно стираются исторической памятью новых поколений. Но один из главных итогов исследуемой эпохи состоит в следующем: поскольку жизнь продолжается, поскольку мы живем со седями на этой земле и за нами почти тысячелетняя история взаимодействи я и дружелюбия, новые поколения не должны вечно расплачиваться за ошибки и грехи отцов. Это было вполне осознано трезвомыслящими лидерами. «Холодная война» в тех условиях и при той рас становке сил была, очевидно, неизбежной. Но и бесплодным «временем, котор ое съела саранча», как писал Черчилль пусть по другому поводу. Эта бессмы сленная потеря времени была в конце концов остановлена разумными росси янами и немцами, доказавшими тем самым, что человеческое начало в людях в се же сильнее инфернального. Этот раскол, центр которого пролег через Гер манию, был, пожалуй, некоей силой судьбы, но и вместе с тем явлением против оестественным, с точки зрения всемирных процессов интеграции, которые р азвернулись после войны. Попытки огородиться от меняющегося мира Берли нской стеной и массами танков означали наивную попытку спрятать голову в песок. Они обрекались с самого начала. Дело было лишь во времени, которое должно было смыть преграды. И в приходе «стеноразрушителей». «Стена», ка к символ, была домом на песке, судьба которого предсказана еще Библией. Создать единую Германию и установить с ней д обрые отношения значило подвести черту под трагедией европейской исто рии XX века. И открыть путь к созданию единой Европы. И получить выгоды от со трудничества с наиболее развитыми странами современного мира, сделать важный шаг к укреплению всеобщего мира, столь нам необходимого. Да, с разрушением Берлинской стены рухнули м ифы столетия. А переход российско-германских отношений в русло дружелюб ия стал неотвратимым в новом мире, где демократия все более побеждает то талитаризм. Итак, конец XX века вероятно стал началом ново го качества жизни для России и Германии. Интеграция Европы, по-видимому, т акая же закономерность, как и сближение России и Германии, Германии и Фра нции, как расширение ЕС, а в будущем - создание всемирного сообщества безо пасности. Европа становится неделимой, и Россия - неотъемлемая часть ее. Список использованных источников 1. Брандт В. Восп оминания. - М., 1991. - 312 с. 2. Горбачев М.С. Как это было. - М., 1999. - 210 с. 3. Международные отношения и внешняя политик а СССР. (Сборник документов). (1870-1957 гг.) / Сост. Л.А. Харламова. - М., 1958. - 318 с. 4. Объединение Германии и его последствия: ма териалы и документы / К.К. Баранова, В.Б. Белов, И.В. Борисова. - М., 2001. - 218 с. 5. Сдерживание: Документы об американской пол итике и стратегии 1945-1950 гг. // http://www.patriotica.ru/. 6. Советский фактор в Восточной Европе. 1944-1953 гг. Документы. - В 2-х т. - Т. 2. 1949-1953 гг ./ Отв . ред . Т . В . Волокитина . - М ., 1993. - 581 с . 7. Berliner Jahrbuch fuer osteuropaeische Geschichte: Deutsch-russische Beziehungen, 1995/1. - Berlin, 1995. - 291 S. 8. Brand W . Die Spiegel-Gespraeche 1959-1992 / Hrsg. von E. Boehme, K. Wirtgen; Vorwort von R. Augstein. - Stuttgart, 1993. - 528 S. 9. Висков С.И., Кульбакин В.Д. Союзники и «герма нский вопрос» (1945-1949 гг.) / Отв. ред. Р.Ф. Иванов. - М., 1990. - 304 с. 10. Вторая мировая война и преодоление тотали таризма. - М., 1997. - 281 с. 11. Джилас М. Лицо тоталитаризма. - М., 1992. - 215 с. 12. Зонтхаймер К. Федеративная республика Гер мания сегодня: Основные черты политической системы. - М., 1997. - 216 с. 13. К победе разума над силами войны. - М.: Политиз дат, 1964. - 247 с. 14. Кантор К. Кентавр перед Сфинксом (германо-ро ссийские диалоги). - М., 1995. - 275 с. 15. Квицинский Ю.А. Время и случай. - М., 1993. - 174 с. 16. Коваль К.И. Последний свидетель. «Германск ая карта» в холодной войне. - М., 1997. - 386 с. 17. Кузьмин И.Н. Крушение ГДР. - М., 2002. - 174 с.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
"Это надо не мёртвым, это надо живым!" - вспомнил строчки Роберта Рождественского майор-оперативник, засовывая себе в карман бумажник убитого...
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по международным отношениям "Германский вопрос в 1940–60-е годы в системе международных отношений", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru