Реферат: Сатира как репрессия - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Сатира как репрессия

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 25 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Сатира как репрессия : гендерные политики в бытовом фольклоре (На ма териалах восточнославянских сказок ) Гендерная теория , впитавшая идеи постлакановского психоанализа , постструктурализма и теории власти М . Фуко , рассматривает отн ошение к женщине как концентрированное выраже ние политических микростратегий , репрезентирующи х неявную систему существующих в обще стве властных отношений , которые , оставаясь не видимыми , структурируют все сферы жизни и человеческого сознания . Представительницы феминис тского направления гендерной теории утверждают , что патриархатное общество, основанное на асимметричном противопоставлении внутри ж естко бинаризированной шкалы , оттесняет концепт Женского к полюсу негативной оценочности и символического отсутствия , а концепт Мужског о наделяет функциями позитива , присутствия и Власти . Здесь М ужское не ук азывает на анатомическую принадлежность , а во площает структуру , осуществляющую функции контрол я и репрессии . Соответственно , концепт Женског о в патриархатной модели относили к объек там , страдательным по определению , которые исп ытывают воздейст в ие властных структур . Отсюда категория Женского может включат ь всех персонажей , отторгнутых от Власти ( детей , стариков и т . д .), хотя женские пе рсонажи в наибольшей степени репрезентируют э ту ситуацию . В концепции современного пос тструктурализ м а отношение к Власти является ключевым при определении нормативных репрезентаций субъекта . Сатира , как известно , отличается от юмора тем , что представляе т собой более острую , уничижительную критику социальных пороков с позиций определенного общественного и деала [1, с . 143]. Если речь идет о патриархатной модели мира с фиксированным распределением статусных функций , то можно предположить , что сатирическому ос меянию будут подвергаться те аспекты проявлен ия субъективности , которые , с точки зрения традиционной социумной модели , нарушают уже сложившийся принцип распределения Власти . С этой позиции обладание Властью (как Б лагом ) нормативно для мужских персонажей и принятие ситуации «лишения Власти» - для жен ских . Следовательно , попытки выхода персонажей за рамки о черченных роле-функций привлекают к себе внимание гендерной сатиры в плане восстановления их первоначального статуса путем включения механизма осмеяния , т . е . «общественной критики» . Как же реализуются функции сатирического смеха в ск азочной нарраци и ? Или в более ши роком смысле - в архаическом сознании , сформиро вавшем архетипы фольклорных наррации ? Философ А . Скрыпник [2] утверждает , что между катего риями смеха и стыда существует тесная свя зь . Отсутствие системы судопроизводства , воспитани я и н а дзора приводило к тому , что ирония и насмешка превращались в репрессивную санкцию , где механизм стыда , фо рмирующий эмоцию вины , использовался в качест ве рычага контроля . Если физическая распр ава применяется обычно по отношению к тем , кто представляе т опасность для выживания коллектива (индивида ), то насмешки , смех - более изощренный способ лишения «социал ьного лица» противника через определение его в терминах «дефектности» , «недостаточности» , «ненормативности» . Польский исследователь Б . Д земидо к [3] приводит широкий спектр пр имеров , подтверждающих нормативно-охранительный характ ер архаической сатиры . В частности , эскимосы Гренландии разрешали конфликты путем состязани я в насмешках , предупреждая тем самым драк и , кровопролития , столь частые в подо б ных случаях . Публичное осмеяние того , кто нарушил общественные нормы и , следователь но , несет потенциальную угрозу строю , узаконен о у индейцев Америки . Широко известен инст итут «священных клоунов» (sacred clowns), осуществлявших кара тельно-полицейские функ ц ии во время торжественных церемоний и в повседневной ж изни . Сказочная сатира специфически проявляет ся по отношению к женским персонажам . Один из наиболее распространенных приемов - сатири ческая номинация типа «Ленивая жена» , «Неумел ая жена» , «Жена-б о лтунья» и т . п . Женский субъект вводится в дейктические рамки языка («Это-то !» ), играющего роль о бщественного приговора , когда одна моральная ( отрицательная ) характеристика претендует на охват всего спектра проявлений Женского . В резу льтате женские персон а жи становятся предметом сатирического осуждения , т . е . с уда общественного мнения или читателей . В народной славянской культуре осужденные част о вызывали сочувствие и симпатию . Почему ж енские образы сказочной сатиры не просто смешны , но брезгливо сме ш ны , они активизируют эмоции вины и стыда , тогда как символическое Благо в виде расположени я читателей достается мужским персонажам ? Проанализируем известный сказочный сюжет «Каша из топора» [4, с . 144]. Нарративная стратегия в нем смоделирована так, что акцент ирует гендерное противопоставление персонажей че рез категории Завоевания-Права-Закона в образе Солдата-ужика и Подчинения-Вины-Осуждения в обра зе Бабы-Хозяйки . Широкая фольклорная распростр аненность сказки делает ненужным ее пересказ . Дейс т вительно , всем известно , что моральный (заметим , и материальный !) выигрыш однозначно присуждается Солдату за его яко бы удальство , остроумие и находчивость . Баба , опознавательными характеристиками которой считают ся Скупость , Глупость и Любопытство , станови т ся объектом сатирической критики и смеха . Вместе с тем очевидно : если психологическая мотивация действий Солдата инт ерпретирована через его близость к зрителям , а потому рассчитана на их симпатию и восхищение , то субъективность женского персо нажа абсолютн о не репрезентирована в тексте . Поэтому попытаемся представить исхо дную ситуацию , способную послужить сюжетной к анвой для данной нарративной модели . Если передать «Кашу из топора» в терминах современного газетного дискурса , то этот пе ресказ , безуслов н о , занял бы место в рубрике «Происшествия» или «Криминал» . О чем повествует сказка в действительнос ти ? В дом к немолодой , небогатой и , видимо , одинокой , а потому рассчитывающей толь ко на себя женщине под вечер вламывается солдат . Он не просит, а требуе т ночлега и еды (сказка , правда , умалчивает о сексуальных притязаниях ). Заступиться или помочь хозяйке некому . В конце концов о пустошив припасы (и , кстати , ничем не отраб отав свой обед !), да еще и топор прихва тив , налетчик уходит , ославив как глуп у ю скупердяйку беззащитную женщину . С уществует ли расхождение между нарративной и дискурсивной реакциями ? И почему современный читатель продолжает смеяться над Бабой , о добряя тем самым действия Солдата ? _ Почему «топорная» шутка о «каше из топо р а» до сих пор подается как образ ец остроумия , хотя вряд ли опытная хозяйка не поняла солдатский намек ? Ее поощряющее поведение больше похоже на дипломатию во избежание еще больших потерь и надругате льств , чем на простодушную доверчивость . М ногочисле н ные вариации нарративов об «упрямой жене» , упавшей в реку , которую муж искал не по течению , а против , п отому что она «и после смерти наперекор разуму сделает» , - смоделированы подобным образо м . Нарратив с удовольствием пересказывает уло вки Мужика , стремящ е гося утвердить свое превосходство над Бабой - на вербальном , интеллектуальном или экзистенциальном уровне . Цель одна : показать , что сам «природный ход вещей» соответствует «мужскому разуму» и что , какая Баба ни была бы мудр ая , как бы она ни выигрыва л а в малом , в том или другом споре , абс олютная , метафизическая победа всегда останется за мужчиной . Почему ? Потому , что ген дерная асимметрия является сакрализированной сам им принципом патриархатной Власти , где фаллич еская фигура мужа , отца и бр а т а требует пространства для репрезентации меха низма репрессии , формой которого становится с атирическое осуждение . Любая попытка женщины утвердить себя или заявить о себе в символике культуры расценивается как посягат ельство на нарушение норм самих к у льтурных оснований , а потому вызывает пресечение в виде смеха . Иллюстрацией к сказанному может служить еще один известны й «смешной» сказочный сюжет : якобы заботясь о своей и жениной безопасности , муж объ являет жену ... полоумной . После этого они жи ву т «долго и счастливо» 1 . В украинской же сказке «Яз ыкатая Хвеська» [5, с . 262-267] необходимость осужден ия и осмеяния женщины мотивируется ее дли нным языком . Муж , опасаясь лишиться некоего найденного им Блага (денег ) из-за болтливост и жены , подбрасывает ей то бублики , то рыбу и рассказывает , что все это падало с неба , п р едвосхищая тем самым распространение любых (нежелательных для нег о ) слухов из жениных уст . В закарпатск ом варианте этой же сказки [6, с . 44] гендерная тенденциозность сформулирована более отчетливо : зная , что у мужа появились деньги , же нщина просит к упить ей шубу , что бы «не хуже , чем пани , в городе быть» . Почему муж отказывает ей ? Сказка этого не объясняет . После третьей просьбы и у же известных небылиц муж привозит-таки жене ... ослиную шкуру (!),в которой женщина и при ходит в церковь ... Заключе н ие в идится вполне естественным : чувствуя себя уни женной , жена в гневе подает в суд на обидчика и ... становится посмешищем во второ й раз , так как рассказывает небылицы , сочи ненные мужем (о зайце в неводе и т . д .). При этом сказочная наррация интерпр е т ирует как «смешные» и требующие «общественного порицания» все поступки женщи ны . Потому ли , что она испытывает гнев , вместо положенных ей страха и стыда и пытается защитить свое право на уважени е ? Или потому , что ищет в суде управы на мужа ? Но в едь Суд - эт о фаллическая фигура Отца , всезнающего и в семогущего , поборника патриархатной морали , так чью же сторону он примет в эвристическ ом состязании ? Или женщина смешна своей несформированной идентичностью , не позволяющей ей разделить мир снов и мир ре алий , мужских фантазий и собственного знания о мире ? В бытовом фольклоре существуе т аналогичный сюжет , где в роли Дурня выступает мужской персонаж . Однако гендерные варианты неравнозначны . В традиционном значен ии «глупость» третьего бра т а прир авнивается к эзотерическому знанию , это видои змененная форма «необычности» , которая в конц е концов оборачивается выигрышем . В сказке «Спрятанный клад» [5, с . 65] номинация Дурня не мешает младшему брату выполнять все действ ия , которые условно ассоци и руются с потентностью . Он демонстрирует свою причаст ность к фаллической власти трижды : добыв деньги у старой смереки (символической «к умы» ), прибив Попа (власть над жизнью и смертью ) и уйдя из-под суда (власть над общественным мнением ). При этом он ж е сделал посмешищем участников суда т ем , что заставил их выслушивать «дурацкие» небылицы . Здесь Дурень репрезентирует содержани е фаллической Власти , он является инициатором всех интриг , причем использует свое полож ение Дурня с выгодой для себя . Женщ и на бескорыстна , ее статусом «поло умной» или «жертвы» пользуются другие . Она хочет быть искренней . И этим вызывает с мех . Даже если женский персонаж одерживает эвристическую победу в рамках заданной мод ели , стратегия патриархатного сознания все ра вно обвиня е т , делает женщину жертв ой «по условиям» метафизической Игры . Как , например , в сказке «Три молодца и дев ица» [5, с . 68], героине которой «приспела пора замуж» , а она за «целый год» не смогла никого из троих парубков выбрать . Да еще и заявила : «Я ниче г о не боюсь , так хотела бы и замуж пойти не за труса...» И устроила своим женихам проверку на крепость ... на кладбище . Ну , а , как известно , «за перебор будет недоб ор» ! Встретившись после пережитого ужаса , разы гранного с ними девицей , и позорного бегс т ва , парубки сговариваются наказать красавицу . Чем ? А вот раз она такая хитроумная , то пусть «до конца света в девках и ходит !» . Интересным в этом сюжете является принцип стратегической подме ны , который понадобился для того , чтобы об ъявить мужчин в к о нце концов победителями торжество фаллического миропорядка ! Во-первых , сразу ясно , что девушка не с тремится замуж - уж за год кого-нибудь выбр ала бы , а любила бы , так и за труса пошла . Во-вторых , розыгрыш поклонников демонст рирует интеллектуальное и волевое пре восходство героини (вспомним ее : «Я ничего не боюсь ! '). А что такое - ничего ? Не боится «не быть» замужем ? Не боится общес твенного осуждения ? Однако в структуре па триархатных отношений женщина не может «не быть» или не хотеть «быть замуж ем» - это лишает фаллическое Право возможности проявить свою власть над ней . Женское «не-замужество» как самодостаточность , «не-принадлеж ность» в качестве Собственности ни одному мужчине делает ее «опасной» с точки зр ения политики патриархатного обме н а властью . «Ненормативность» не-замужней женщины в плане ее уклонения от принятия фалли ческого миропорядка делает неизбежным применение против нее репрессивных санкций общественног о осуждения - смеха ! Экзистенциально-онтологический выбор девушкой пр и нципа социализ ации «быть или не быть замужем ?» генд ерная сатира трансформирует и сужает до ц енностнопоискового «за кем быть ?» . И что это за наказание , которому подвергается с казочная героиня : «Пусть ходит в девках до конца света» ? Не есть ли это угроза ли ш ить ее символической репрезента ции в культуре в ответ на отказ приня ть (признать ) установленный порядок Власти , ста тус «собственности» ? И если это так , т о не следует ли отсюда симулятивный харак тер гендерной сатиры в отношении женских персонажей ? В г ендерной сатирической наррации реальное не-нормативное Желание подмен яется нормативным , хотя бы и прямо противо положным . А потом , исходя из оценки нормат ивного Желания (замужества ) как Блага , традицио нная схема оценивает «успешность» или «не-усп ешность» ж е нщины через достижение этого Блага (брака ), к которому она изнач ально и не стремилась . Такой переворот цен ностей , когда внутреннее женское Желание выте сняется внешним , позволяет применить по отнош ению к женщине при необходимости санкции Страха и Стыда как наказания за «уклонение» от фантазматического Блага . Пат риархатная структура , интерпретирующая брак в субъектно /объектных отношениях («Хозяин-собственность » ), активно использует «двойной стандарт» . Мужс кие персонажи награждаются Благом , означающим В л асть , за интеллектуальноэвристическую активность (см . сказки «Мудрый слуга» , «Хитр ый кум» и т . д . f5]). Женские персонажи дол жны искать Благо в Браке , и именно это т поиск , его нормативность узаконивает патриа рхатная мораль . Например , в польской сказке «Ле н тяйка Кася» [7] изобретательность и смелость героини поощряются на этапе поиска мужа (она переодевается привидением и пророчествует парню о желаемом браке ). По сле брака направленность симпатий меняется : л овкая и остроумная девушка вдруг трансформиру ется в недотепистую «жену при муже » , объект гендерной сатиры . Такая перемена ничем не мотивирована внутри наррации , кроме ... требований сохранения и воспроизводства отн ошений гендерной асимметрии . В каких же случаях женский персонаж избегает давления механ и зма общественного осуждения ? Когда его присутствие лишено индивидуальных ч ерт . Когда женщина обозначена только как с имвол , объект обмена , кукла , чучело , симулякр , позволяющий производить с ним какие угодно манипуляции . Например , в западноукраинской «С казк е про Цыгана» [5, с . 72] активность интриги инициируется двумя мужскими персонажам и - Цыганом и Попом , в ситуации торга у частвуют Черти . Попадья , Служанки , Чужая невест а воплощают функциональность Женского отсутствия в пространстве наррации . Сама Попадья в состязании между Цыганом и Попом за обладание фаллическими ценностями обознач ена в одном ряду с серебряной телушкой и серебряной кобылой , традиционными знаками натурального хозяйства . Даже по сравнению с волшебными сказками , где Царевна выполн яла ро л ь Объекта-риза вместе с «полцарством впридачу» , статус Женщины-Попадьи значительно ниже . Она сама превращается в пространство состязания , на символическом «теле» которого мужские персонажи демонстрируют сво ю ловкость . Показателен в этом плане д иалог Цыгана , укравшего Попадью , и Чертей : «Куда несешь паниТ - «Продавать» . - «Прод ай нам , мы как раз ищем кухарку» (курси в мой . B. C.). Удивительным Кажется совмещение таки х диаметрально противоположных обозначений , как «Пани» и «Кухарка» по отношению к одно й женщине . Причем сама Попадья , нах одясь здесь же , ничем не обнаруживает свое го присутствия , не вмешивается в процесс т орга , как ничем не проявляла своей субъект ности и с МужемПопом , когда он ставил ее «на кон» в состязании с Цыганом . (Ср . со знаменитым мон о логом Ларисы Огудаловой из драмы А . Островского «Беспр иданница» : «Я вещь ... Да , я вещь !» .) Вместе с тем весь набор концептов : «коб ыла» , «телушка» , «пани» , «кухарка» становится о чень значимым при рассмотрении его с пози ций феминистского анализа языка . «Телу шкой» в просторечии часто называют молодку , половозрелую , но еще не рожавшую девушку . «Кобыла» как дающая молоко и жизнь мож ет означать сильную , здоровую женщину в пе риод материнства . Метафорика «серебряности» усили вает традиционную линию «жен с кого» , входящего в ряд Луны-Ночи-Пассивности Молчания и т . д . и противопоставленного ряду Му жского в символах Золота-Солнца-ДняАктивности Речи и т . д . Определение «пани-кухарки» име ет двойную коннотированность . Концепт «кухарки» семантически близок о бразу «кобылы» , материнскому символу , приготовлению еды , корм лению . Определение «пани» имеет эротическую окрашенность 2 , близкую к эвфемической «телушке» . «Ценностный» статус Попадьи вытекает из совмещения ею двух функций : объекта «свободно й сексуальности» , потенциальной «собственности» , « сестры» многих братьев (ср . с исследовани ями В . Проппа символики Мужского дома в волшебных сказках ) и условной Матери-помощницы (Женщины как тотема , «кормилицы» рода ). Попадью крадут , продают , выкупают , но ее знаком в тексте остается «локус пустоты» : у нее нет имени , тела , голос а ; ее существование имитируют герои мужского пола , когда трижды «передают» из рук в руки . На Ьамом деле попадья - персонаж» с имулякр» (по Ж . Бодрийяру ); патриархатная модель не нуждается в ее вербальной или акт антной репрезентации . Именно ее безмолвная не в и димость , позволяющая какую угодно телесную манипулятивность по отношению к н ей , делает ее образ идеальным в оценках патриархатной модели мира . Этот пример подт верждает наш тезис о том , что наиболее привлекателен для традиционного сознания образ отсутствую щ ей , «симулятивной» женщин ы . Объектом сатиры становятся проявления Женс кого , заставляющие мужчину бояться символической конкуренции в сфере Культуры . Асимметрия в распределении гендерного иерархического Бл ага (для мужчины - «вхождение во власть» , дл я женщины - «пребывание под властью» ) является условием для формирования структуры репрессирования в культуре . Снижение гендерн ого статуса , переведение мужчины по каким-то признакам в категорию Женского с целью лишения социального лица субъекта широко исп ол ь зуется в патриархатной модели . Механизм стыда и вины , имеющий смеховую эк стериоризацию для внешнего наблюдателя , по-разному реализуем в категориях Мужского и Женско го . Показательными в этом плане можно счит ать эпизоды из уже упоминавшейся «Сказки про Цыга н а» . В ситуации состяз ания Власти со слугами-мужчинами Цыган уводит серебряную кобылу , подменяя ее трепалкой , на которой «бабы коноплю бьют» . Этот жест - символическое указание на глумление , снижени е гендерного статуса сторожей-мужчин путем по дчеркну т ого соединения со сферой Женского . Комическая коннотированность концептов Женского ряда выглядит нормативной в тра диционной культуре в силу назначенной ей «дефектности» и «недостаточности» . Сатирический смех , активизирующий эмоции вины и стыда, применяется патриархатной моралью к же нским персонажам , требующим диалога или вступ ающим в партнерские , а не снмулятивные отн ошения . Обладающий Властью репрессирует (делает смешным ) любые формы экзистенциальных проявлени й , ставящие под сомнение «естестве н ное право» этой Власти на распределен ие Благ . Если принять точку зрения о т ом , что насмешка , ирония - трансформированные фо рмы внутривидовой агрессии , демонстрация превосхо дства по отношению к субъекту более низко го статуса , то гендерная сатира в сказочно м фольклоре представляет форму симв олического закрепления политик гендерной иерархи и на уровне архетипов бессознательного . Напро тив , использование феминистской деконструкции выя вляет формы более целостной и полнокровной картины мира , позволяющей самореализ а цию представителям обоих полов . СПИСОК ЛИТЕРАТУР Ы 1. Краткий словарь по эстетике . М ., 1983. 2. Скрыпник А . П . Моральное зло . М ., 1982. 3. Дземи ()ок Б . О комическом . М ., 1974. 4. Русская сатирическая сказка . Л ., 1979. 5. Украинские сказки и легенды . Симферополь , 1966. 6. Сказки Верховины . Закарпатские украинские на родные
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Никогда не смейся над тем, что выбирает твоя жена, она ведь и тебя выбрала.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru