Реферат: Роман «Жизнь Арсеньева» - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Роман «Жизнь Арсеньева»

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 26 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

11 Роман «Жизнь Арсеньева» (п ервоначально получивший название «Истоки дней») Иван Алексеевич Бунин писал 11 лет, с 1927 по 1938 год [1]. Бесспорно, сам автор относился к «Жизни Арсеньева », как к главному произведению своей жизни, о чем красноречиво говорит сл едующая выдержка из его дневников. «Во все времена и века,— писал он,— с детства до могилы томит каждого из нас неотступное желание говорить о себе — вот бы в слове и хотя бы в ма лой доле запечатлеть свою жизнь — и вот пер вое, что должен я засвидетель ствовать о своей жизни: это нерастор жимо связанную с нею и полную глубок ого значения потребность выразить и продлить себя на земле... Да, Книга мое й жизни — книга без всякого начала... Но она и без конца, потому что, не пони мая своего начала, не чувствуя его, я не понимаю, не чувствую и смер ти... Не р аз испытал я нечто поистине чудесное. Не раз случалось: я возвращаюсь из к акого-нибудь далекого путешествия, возвраща юсь в те степи, на те дороги, где я некогда был ребенком, мальчи ком,— и вдруг, взглянув кругом, чувству ю, что долгих и многих лет, прожитых мною, как не бывало. Я чувствую, что это совсем не воспоминание прошлого: нет, просто я опять прежний, опять в том ж е самом отношении к этим полям и дорогам, к этому полевому воздуху, к этому тамбовскому небу, в том же самом восприятии и их и всего мира, как это было вот здесь, вот на этом проселке в дни моего детства, отрочества... Нет слов п ередать всю боль и радость этих минут, все горькое счастье, всю печаль и не жность их!.. Не раз чувствовал я себя не только прежним собою — ребенком, о троком, юношей, но и своим отцом, дедом, прадедом, пращуром; в свой срок кто-т о должен будет чувствовать себя — мною...» [2]. Именно таким настроением был охвачен писатель, когда писал Ар сеньева — «Книгу своей жизни». Бунин, бывший, по заметкам современников и многочисленных критиков, крайне требовательным к себе в творческом от ношении, всегда работал трудно, но поставленная им перед собой в «Жизни А рсеньева» задача - написать жизнь человека от самых «истоков дней» до вз рос лого состояния – была, несомненно, куда сложнее всего, что он сделал до того. Жена Бунина, Вера Николаевна Муромцева, оставила воспоминания о мучениях писателя, не знавшего, как приступить к третьей части книги [2]. Од нако, по окончании работы над третьей частью, автор по-прежнему пребывал в сомнениях относительно верности самой идеи книги: «…в сотый раз говорю — дальше писать нельзя!— сокрушался Бунин, не решаясь начать четвертую .— Жизнь человеческую написать нель зя! Или в четвертую книгу, схематичн о, вместить всю остальную жизнь. Первые семнадцать лет — три книги, потом сорок лет — в одной — неравномерно... Знаю. Да что делать?» [ 3 ] . Всего написано было пять частей, а герой — Алексей Арсеньев — доведен до двадцатилетия. По отзывам современников, Бунина у беждали продолжить книгу, однако, несмотря на все уговоры, больше он к ней не вернулся... К какому жанру можно было бы отнести «Жизнь Арсеньева»? Большин ство литературоведов сходится во мнении, что это — художественная биог рафия. Если говорить подробно и по существу, то в ней слито несколько жанр ов: кроме художественной биографии, «Жизнь Арсеньева» вбирает в себя и м емуары, и лирико-философскую прозу. Пятая же ее часть, кроме всего прочего, — еще и повесть о любви, безусловно, самой характерной для творчества Бу нина теме; как по замыслу, так и по воплощению она близка к книге рассказо в «Темные аллеи», которую Бунин написал позже. Некоторые современники рассматривали «Жизнь Арсеньева» как б иографию самого автора. Однако, следует заметить, что самого Ивана Алекс еевича это приводило в него дование. Он утверждал, что его книга автобиог рафична лишь по стольку, поскольку автобиографично всякое вообще худож ественное произведение, в которое автор непременно вкладывает себя, час ть своей души [2]. Сам же он именовал «Жизнь Арсеньева» автобио графией вым ышленного лица. Справедливо утверждая, что целиком «жизнь человеческую написать нельзя», Бунин перед началом очередной части своей книги кажды й раз останавливался перед проблемой отбора самого важного. Он писал сво ю книгу, сжимая время, соединяя несколько лет в один год. Это уплот нение в ремени писатель осуществил не только в том отношении, что соединял событ ия, происшедшие в разное время. Главное было в том, что спрессовывались, сл ивались внутренние, душевные пережи вания героя, который очень быстро в зрослел. Проще же говоря: по интенсивности чувств и мыслей «арсеньевский » год — это несколько «бунинских» лет, а сам Алексей Арсеньев — как бы «с концентриро ванный» автор, в главных чертах его личности. Но это еще не вс е. Бунин наделил Арсеньева в первую очередь чертами художника, поэта. Пот ому что, как известно, сам Бунин считал себя всю жизнь главным образом лир ическим поэтом и уже потом — прозаиком. И понятно, что замысел книги об Ал ексее Арсеньеве был именно замысел написать «жизнь артиста» — поэта, в чьей душе уже с дет ства переплавляются «все впечатленья бытия», чтобы в последствии быть претворенными в слове. Таким образом, действительно «Ж изнь Арсеньева», с одной стороны,— автобиография вымышленного лица, нек оего собирательного «рожденного стихотворца», а не просто Ивана Алексе евича Бунина. С другой же стороны, эта книга — самая откро венная, лириче ская и исповедальная из бунинских творений. В этом ее диалектика, слияни е в ней реальности и вымысла или, если пере фразировать слова Гёте, слияни е правды и поэзии (Гёте так и назвал книгу об «истоках» своих дней: «Поэзия и правда»). Отсюда и двуплановость книги; постоянное присутствие автора, прошедшего уже длинный жизненный путь, его теперешняя точка зрения, его сего дняшнее мироощущение, как бы вливающееся в то, давнее; взаимо проник новение былого и настоящего. Возврат шестидесятилетнего человека в соб ственное детство и юность — и тут же «скачок» в се годняшний день, в собс твенную старость. Растворение в прошлом, а вслед — его воссоздание из да лека прошедших десятилетий. Все это создает некий льющийся «поток созна ния», выраженный в та кой же текучей, непрерывающейся, неспешной и плавно й, с длин ными периодами, лирической прозе; в нее легко погрузиться, но из нее трудно выйти: она влечет за собой, и убыстрить путь в н ей невозможно; читая, нельзя пропустить ни слова, иначе рас сыплется цело е, нарушится слиянность настоящего и прошлого, за печатленная в этом реч евом потоке. Герой «Жизни Арсеньева», как уже было сказано,— «ск онцент рированный» автор. Фактически, это тот Бунин, у которого детство, о трочество и юность сложились столь благоприятно и гар монично, что он, не потеряв ни часа драгоценного времени, только и занимался тем, что взросл ел, мужал, набирал духовные силы. В действительности было совсем иначе. Бу нин горько сетовал, вспо миная, как убого, плохо он прожил столько лет, что у него совер шенно пропали самые лучшие, самые нежные годы [3]. Безусловно, это спорный вопрос, но во многом Бунин н есправедлив по отношению к себе. С юности он, действительно, каждодневно учился у жизни,— так же, как учился у жизни его Арсеньев, впитывая в себя в се, что подает ему жизнь, вплоть до таких, казалось бы, малоблагоприятных о бстоятельств, как глушь, заброшенность и одинокость усадебного существ ования с бесконеч но однообразными зимними вечерами... Большой интерес представляют собой образ и характ ер отца Арсеньева. Известно, что его прототипом послужил отец писателя, А лексей Николаевич Бунин [4]. В книге это — человек, неотразимый в своем оба янии, хотя и «грешный», вспыль чивый и отходчивый, беспечный и жизнелюбив ый, распространяющий вокруг себя ощущение радости жизни, талантливая ар тистическая натура. Бунин очень сдержанно показывает так называемую об рат ную сторону медали: распущенность, безответственность отца по от но шению к семье, что привело ее к полнейшему разорению. На все это в «Жизни А рсеньева» лишь вскользь намекается; об осуждении, даже о суждении и речи нет; в книге царит яркий и праздничный человек,— тот, кому обязан сын мног ими светлыми чертами своего характера,— отец поэта. Можно ли подумать, что писатель приукрашивал в своей книге лица и соб ытия? Возможно, но лишь отчасти. Думать так категорично было бы ошибкой. Пр ежде всего необходимо осознать то, что «Жизнь Арсеньева» писалась в тот период жизни Бунина, когда свойственный ему повышенный «вкус суще ствов ания» не только не ослабевал с годами, а, напротив, все бо лее и более укреп лялся. Обостренное, радостное и волнующее чувство жизни, ее «тайн и бездн », каждого ее мгновения имело обратной стороной столь же повышенное и тр евожное ощущение конца, такой же неразгаданности его, как и начала всяко го суще ствования. Бунин постоянно был занят думами о том, что каждый чело век не знает своего начала, не помнит, не может помнить его, и точно так же н е знает, не постигает своего конца, того, что будет, когда оборвется его жи знь [2]. Эта мысль, рожденная еще в бунинских пу тевых днев никах 10-х годов, кочует по многим зрелым и поздним его произведениям. Неот ступно присутствует она и в «Жизни Арсеньева», не всегда высказанная пря мо, но подразумеваемая постоянно. Как всякого истинного художника и неза урядную лич ность, Бунина томило, говоря словами Л. Н. Толстого, «созерца н ие двух концов жизни каждого человека». Интересно, что так называемое си юминутное существование приобретало с годами для Ивана Алексеевича вс е большую ценность, хрупкость, хоте лось уберечь его от ударов судьбы, каж дый из которых мог ока заться роковым, продлить его, порою томительное, оч арование. «Нет, мучительно для меня жить на свете! Все меня мучает своею пр елестью!» [2] — записала современница слова Бунина. Иван Алексеевич мучил ся страхом потери близких людей, безуспешно внушал себе, что ни к кому не с ледует привязываться сильно, но, разумеется, оставался верен своей горяч ей и страстной натуре. На склоне лет он совершенно не в состоянии был выно сить разговоров о людских жестокостях, зверствах, пре ступлениях. Совре менница вспоминает, что при первом же малей шем намеке на «тяжелую» тему Иван Алексеевич расстраивался так, что разговор приходилось тут же прес екать [2]. Так и Арсеньев: он словно не желает видеть в жизни ничего злого, ур одливого, страш ного. Такой подход к изображаемому не был идеализацией, и бо Бу нин, будучи человеком горячим и пристрастным, просто не умел смягча ть изображение событий и фактов. Он лишь миновал то, о чем ему не хотелось говорить, либо ограничивался упоминанием (как, например, сильно укоротил в «Жизни Арсеньева» долгие зимние месяцы и продлил дни короткого русско го лета). Должно быть, потому и не стал он писать продолжение своей книги, ч то пришлось бы говорить о многом тяжелом и заново испытать пережитые нек огда глубочай шие потрясения... Зато когда Бунин желал предаться воспоминаниям об истоках своих дне й, то написанное обретало под его пером почти докумен тальную точность. Н апример, переживания мальчика Арсеньева, свя занные со смертью его сест ры Нади, близки тому, что испытывал маленький Ваня Бунин после кончины мл адшей сестры Саши. Или когда Бунин описывает влюбленность юного Арсенье ва «на поэтический старинный лад» в Лизу Бибикову и решает не спать по но чам, то это опять-таки тесно связано с воспоминаниями Ивана Алексеевича о своей юношеской поре: о влюбленности в родственни цу соседей, красивую девочку с голубыми «волоокими» глазами [3]. В пятой главе третьей части, гд е Арсеньеву идет шестнадцатый год, писатель говорит о его «повышенном ду шевном строе», приобретен ном «за чтением поэтов, непрестанно говоривши х о высоком назна чении поэта, о том, что «поэзия есть бог в святых мечтах земли» (последняя строка из перевода В. А. Жуковского неме цкой драмы «Камоэнс») . В дневнике 1885 г ода пятнадцатилетний Бу нин писал: «...поэзия есть бог в святых мечтах зем ли, как сказал Жуковский... Мне скажут, что я подражаю всем поэтам, которые в осхваляют святые чувства и, презирая грязь жизни, часто говорят, что у них душа больная... Да! и на самом деле так должно быть: поэт плачет о первобытно м чистом состоянии души...» [2]. Документаль ная точность? Да, но вернее было б ы сказать: благодарная память сердца. Здесь — редкий случай, когда возра ст автора и его героя совпал. Что же до точности воссоздания различных по дробностей, то она проходит через всю книгу, притом ничуть не противореч ит, а, напротив, даже помогает творческому переосмыслению. Такое переосмысление ни в чем не нарушает, однако, г лавной правды: правды исповеди поэта. В эту исповедь, творческую и чело ве ческую, втянут весь мир, окружающий Алешу Арсеньева. Этот мир начинается с самых первых запомнившихся, как ему кажется, лучей света, вырвавших мла денца из тьмы небытия, с момента по явления его на свет. Само рождение в ми р, осознание этого собы тия вошло в сокровищницу душевных впечатлений А лексея Арсеньева, чтобы на всю жизнь остаться там: «…я помню большую, осве щенную предосенним солнцем комнату, его сухой блеск над косогором, видны м в окно, на юг... Только и всего, только одно мгновенье! Почему именно в этот день и час, именно в эту минуту и по такому пустому поводу впервые в жизни вспыхнуло мое сознание столь ярко, что уже явилась возможность действия памяти? И почему тотчас же после этого снова надолго по гасло оно!» [1] . Так же на всю жизнь вошли в душу Арсеньева, как бы зап е чатлели себя в нем его отец и мать. Как и сам Бунин, Алексей Арсеньев — ис тинный сын своих родителей, очень ясно унаследовав ший черты и того и дру гого. От отца — талантливость, артистичность натуры, обаяние, жизнелюби е, вспыльчивость, горячность. От матери, бывшей полною противоположность ю отцу,— мечтательность, «неуме ренную чувствительность», лиризм, созе рцательность — и страстную любовь к поэзии. Огромную роль в числе тех, кто в ранние годы сильно повлиял на формиро вание характера Арсеньева, сыграл его домашний учитель Баскаков, вольно любивый чудак и романтик, превыше всего в жизни ставивший свою независим ость. В Баскакове Бунин вывел своего домашнего догимназического учител я Н. О. Ромашкова [4]. Алеша Арсеньев был, что называется, воском в руках Баска кова, который «для своих рассказов... чаще всего избирал... все, кажется, наиб олее горькое и едкое из пережитого им, свидетельствующее о людской низости и жестокости, а для чтения — что-нибудь героиче с кое, возвышенное, говорящее о прекрасных и благородных страстях человеч еской души» [1]. Баскаков «заразил» мальчика этим неравноду шием к бытию. С траницы «Жизни Арсеньева», в которых говорится о воз действии Баскакова на ум и сердце юного героя, предельно авто биографичны. Эти две взаимно п ротивоположные и притом дополняющие одна другую черты — острота взгля да на жизненные уродства и страстная тяга к прекрасному, гармоническому, — очень ярко осуществи лись и в личности, и в творчестве самого Бунина. Все окружение, начиная с родных и близких, вплоть до «бес путных» соседей, проматывающих свои последние доходы,— остав лял о след в душе Алеши Арсеньева, так или иначе влияло на его внутреннее разв итие. Но люди были лишь частью огромного мира, который входил в ум и сердце героя, и в первую очередь, конечно, природой. Бунин наделил Арсеньева свое й страстной влюблен ностью в природу, сверхчувствительностью к ней. Фил ософско-созерцательное отношение к природе и размышления над ее загадк ами побуж дали Арсеньева к раздумьям (следует заметить, не по возрасту зр елым) о загадках и смысле самого бытия. Всякое жизненное впечатление «пе реплав лялось» в сознании мальчика; его душа не «ленилась», а, напротив, н еустанно вела свою «тайную работу». Пять книг «Жизни Арсеньева» — это пять этапов, пять вех этой духовной работы, происходящей в герое. Дом, родители; окружаю ща я природа; первая увиденная смерть; общение с Баскаковым; ре лигия; чтение Пушкина и Гоголя; преклонение перед братом Геор гием; казенщина и серост ь гимназии; первые влюбленности; стрем ление познать мир и первые путеше ствия. И уже со школьных лет (а может быть, и еще раньше?) смутное желание выр азить, сказать себя, томление от невозможности это сделать,— первые меч ты о творчестве. Арсеньеву хочется «что-нибудь выдумать и рассказать в с тихах», «понять и выразить что-то происходящее» в нем самом. Это неопреде ленное «что-то» Бунин много позже, из дали про шедших десятилетий, вклады вает в уста совсем еще мальчика (Арсеньев тогда всего в третьем классе ги мназии): «...как ни грустно в этом непонятном мире, он все же прекра сен и нам все-таки страстно хочется быть счастливыми и любить друг друга» [1]. Пятая книга — самая важная, со всех точек зрения, часть «Жизни Арсень ева». В ней, по сравнению с предыдущими частями, автор особенно сильно «ск онцентрировал» себя в герое (именно в Арсеньеве — лирическом поэте). Раз витие в Арсеньеве художника показано через главное собы тие его юности: любовь к Лике («Лика» — так первоначально назы валась пятая часть). Иван Алексеевич Бунин здесь воскрешает свою любовь к Варва ре Владимировне Пащенко [2]. В пору этой любви Иван Бунин был на четыре года старше Алексея Арсеньева. За время любви к Лике Арсеньев пережил добрых пятнадцать «бунинских» лет. Поэтому и чувство его меняется очень сильно . Любовь Арсенье ва и Лики как бы предстает в двуединстве воссоздания и пр еобра жения. Воссоздано — и очень точно — юношеское горячее чувство Бу нина, которое он изливал в письмах к В. В. Пащенко 1890— 1894 годов. Самая последн яя фраза книги — о сне Арсеньева — очень близка к неотправленному пись му Бунина к Пащенко 1898 года, написанному через три с лишним года после их ра зрыва: вот слова из него: «…я видел тебя нынче во сне — ты будто лежала, спа ла, одетая, на правом боку — черты лица были так хороши и женственны, во сн е щечки разрумянились,— от тебя веяло теплотой сна — и я ла донь правой руки подложил тебе под голову, и ты с прикрытыми глазами улыбалась, а я цел овал тебя нежно-нежно, наслаждаясь тобою, твоей нежностью, теплотою» [2] . Письмо это осталось в России, и вряд ли его помнил Бу нин,— но такова была сила его творческой памяти... Любовь Арсеньева и Лики в первых главах: пылкое, гор ячее чувство Арсеньева — и неустойчивое, переменчивое отношение Лики, к оторая плохо понимала его, была невнимательна и от равнодушия переходил а к внезапным проявлениям нежности,— во многом авто биографичны. Здесь Лика близка к тому типу женщин, не умеющих и не научившихся любить, которы й впервые был назван Буниным в «Снах Чанга», выведен в «Митиной любви» и « Деле корнета Елагина», позже — в рассказе «Чистый понедельник». Прообра зом этого типа в книгах Бунина, несомненно, была В. В. Пащенко. Она первая об ъяснилась Ивану Алексеевичу в любви, однако в своем чувстве к нему никог да не была уверена и упрекала его в том, что он недостаточно ее любит; на ег о письма отвечала редко и неохотно и наконец, бессильная разобраться в п у танице чувств, оставила его и ушла к другому человеку. Арсеньев в первых главах весь поглощен любовью к Ли ке. Та лант будущего поэта пока еще не проявился в нем с достаточной силой , и Арсеньев жил только своей любовью. Так было и с Бу ниным. Известно, что о н был близок к самоубийству, когда Варвара Владими ровна покинула его; он продолжал мучиться, хотел «стереть с лица земли все эти проклятые воспом инания, которые терзают меня этой проклятой любовью»,— и затем переходи л к взрывам нежности, к минутам, «когда из тайников сердца поднялось что-т о невыразимое, нежное, отзвук моей безумной любви к тебе». У Арсеньева было иначе. Начиная с одиннадцатой главы, фактическое вос создание жизни Бунина уступило место ее преображению; очень сильному « сгущению» внутренних событий в жизни героя; произошло очень быстрое его взросление. Расставшись на время с Ликой (в тот момент е му не более восемнадцати лет), Арсеньев целиком ушел в свой внутренний ми р. Бунин опускает тяжелые годы своей жизни, годы нужды, слу чайной и неинт ересной работы, душевной депрессии, и Арсеньев как бы перешагнул через в есь этот период. Оставшись наедине с самим собой, он весь отдается борьбе с «неосуществимостью»: с тем, что он стремится выразить в слове и что пока не удается ему. Эта борьба за самое главное счастье — научиться «образо вать в себе из даваемого жизнью нечто истинно достойное писания» — засл о няет все другие чувства и стремления. И вот в один прекрасный день на ме сто душевных терзаний и мучительных поисков приходит озарение, спокойс твие и очень простое решение: «без всяких притя заний, кое-что вкратце зап исывать — всякие мысли, чувства, наблю дения». Так рождается художник-ли рик, поэт, который должен пи сать обо всем, что наблюдает и чувствует. Ощущения Арсеньева, как уже не раз говорилось, автоб иографичны (хотя, конечно, смещены во времени по отношению к ощущениям са мого Бунина). Иван Алексеевич, как известно, всегда считал, что таланту нел ьзя давать лениться, надо его все время развивать, не давать себе оста нов ки, работать, не позволять распускаться при мыслях о том, что писать якобы не о чем: настоящий художник всегда найдет, о чем сказать. В эту пору творческого пробуждения у Арсеньева изменился характер: о н стал мужественнее, проще, добрее и спокойнее. Таким преображенным заст ала его после разлуки Лика — и вот в этот момент в книге они как бы поменя лись ролями. «Теперь уже я (как прежде, в Орле, она) хотел быть любимым и люби ть, оставаясь свободным и во всем первенствующим» [1]. Это произошло потому , что Арсеньев нашел свою жизненную цель и опору в творчестве; остальное б ыло второстепенно по сравнению с главным: с его творческой свободой, кот орая для него непременно включала в себя и его право увлекаться другими женщинами («я поэт, художник, а всякое искусство, по словам Гёте, чувственн о»). И, продолжая любить Лику, но теперь уже иначе, Арсеньев, вполне в духе по зднего Бунина, говорит о том, что воз можность их с Ликой «вечной неразлуч ности» вызывала у него недо умение. «Неужели и впрямь мы сошлись навсегд а и так вот и будем жить до самой старости, будем, как все, иметь дом, детей?..» [1]. Впро чем, такое настроение не было новым для Арсеньева. Когда еще в детс тве старший брат Николай шутливо стал рисовать ему его бу дущее: «Когда п одрастешь, будешь служить, женишься, заведешь детей» и так далее, Алеша «в друг так живо почувствовал весь ужас и всю низость подобного будущего, ч то разрыдался». У Лики же ничего, кроме ее любви, не было в жизни, а она полюб ила Арсеньева по-настоящему, и ей хотелось, чтобы он жил только ею; однако, именно этого он теперь и не мог сделать. И поскольку Лик а, несмотря на то, что тоже во многом изменилась за эти годы, все-таки не был а рождена спут ницей художника, которая могла бы раствориться в нем, в его жиз ни, в его интересах,— то постепенно их любовь стала сходить на нет. Бу нин показывает неизбежность такого конца: Лика не смогла в конечном счет е полюбить Арсеньева так, как нужно было ему, для него, а не для себя, ушла от него и вскоре умерла. Так умерла любовь Арсеньева, оставшись в то же время на всегда в нем, с ним — в виде памяти, как неоскудевающего источника всякого творчества. И заключительной нотой прозвучал на последней странице «Жизни Арсенье ва» голос писателя, перекликающийся со сло вами, написанными около пяти десяти лет назад в письме к В. В. Пащенко: «Так нежно и хорошо я любил тебя, ч то лучшие минуты этого чувства останутся для меня самыми благородными и чистыми ощу щениями во всей жизни» [2]. Независимо от того, насколько Бунину удалось вопротить в « Жизни Арсеньева» задуманное (на этот счет существуют разный мнения), нес омненно то, что «Жизнь Арсеньева» - главная книга Бунина, главная именно п отому, что она, при своем невеликом объеме, объяла собою все созданное им д о нее и представляет собой, по сути, квинтэссенцию творчества писателя. Список литературы 1. И.А. Бунин «Жизнь Арс еньева. Повести и рассказы». - М.: Правда, 1989. 2. «Устами Буниных: Дневники». В 3-х тт. / Под ред. Милицы Грин . – Frankfurt am Main : Посев, 1979-1982. 3. А. Бахрах «Бунин в халате». - М.: Согласие, 2000. 4. И.А. Бунин «Окаянные дни. Воспоминания. Статьи» / Сост., пред. и комм. А.К.Бабореко. – М.: Советский писатель, 1990.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Правда необычнее вымысла, потому что вымысел обязан держаться в рамках правдоподобия, а правда - нет.
Марк Твен
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Роман «Жизнь Арсеньева»", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru