Диплом: Роль моральной оценки в характеристике героев «Тихого Дона» М. А. Шолохова - текст диплома. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Диплом

Роль моральной оценки в характеристике героев «Тихого Дона» М. А. Шолохова

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Дипломная работа
Язык диплома: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 100 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной дипломной работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

112 Министерство образования Рос сийской Федерации Шадринский Государственный Педагогический Институт Филологический факультет Кафедра литературы ГАЛАНИНА Ольга Фёдоровна Роль моральной оценки в характеристике героев «Тихого Дона» М. А. Шолохова Дипломная работа Содержание: I Введение 3 II Основная часть. 12 1. Общие принципы моральной хар актеристики героев. 12 2. Комичес кое и трагическое в образе Пантелея Прокофьевича Мелехова. 26 3. Ильинична как воплощение материнства. 35 4. Петро Мелехов. 40 5. Дарья Мелехова. Трагедия ее бесплодной жизни. 47 6. Прекрасное и нравственно в образе Натальи Мелеховой. 55 7. Аксинья – тип настоящей русской женщины. 63 8. Михаил Кошевой как идеологический антипод Григория Мелехова. 74 9. Федор Подтелков – «человек особой, правильной породы». 82 10. Бунчук – герой, сломанный революцией. 89 11. Григорий Мелехов – «образ мятущегося человека – правдоискателя». 95 III Заключение 107 Библиография. 111 I Введение Жизнь и творчество Михаила Александровича Шолохова совпали с о дним из трагических периодов в истории нашей Родины. Сложная обстановка сложилась не только в обществе, но и литературе. Врагами объявлялись те, к то не вписывался в рамки общественных норм. Столь жестокие требования от носились, конечно, к наиболее талантливой части русских художников. Они клеймились «попутчиками», подвергались всяческим оскорблениям и пресл едованиям. В литературе царствовала РАПП (Российская ассоциация пролетар ских писателей), которая занималась «завоеванием гегемонии пролетарск ой литературы». Федь Н. Художник и власть. //Молодая гвардия. – 1994. - №3. – с. 191. Представители пролетарского искусства, поддерживаемые новой властью, заполонили литературу. Это отвечало идее «перековки» общества. «...Н. И. Бухарин говорил: «У нас еще нет коммунистического общества, а если н ет коммунистического общества, то на нас лежит обязанность заботится о с удьбах страны. Нам необходимо, чтобы кадры интеллигенции были натрениро ваны идеологически на определенный манер. Да, мы будем штамповать интелл игентов, будем вырабатывать их, как на фабрике. «Процесс» штамповки инте ллигенции» сопровождался жестоким преследованием вплоть до физическо го уничтожения национальной духовной элиты». Там же, с. 192. Но «...как ни старались люди ... изуродовать ту землю, на которой они жались; к ак ни забивали ее камнями, чтобы ничего не росло на ней, как они не счищали всякую пробившуюся травку... Весна была весною, солнце грело, трава, оживая , росла и зеленела везде, между плитами камней, и березы, тополи, черемуха р аспускали свои клейкие и пахнущие листья...» Толстой Л. Н. Собрание сочинений: В 22-х т. – Т13. – М.: Худ. лит., 1983. – с.5. Отечественная литература стойко переносила невзгоды. Есенин, Горький, В ересаев, Серафимович, Макаренко продолжали классическую традицию, и уже начинали заявлять о себе писатели, которым выпал тяжкий жребий, - Фурмано в, Островский, Булгаков, Шолохов, Леонов, Волошин, Платонов и многие другие . Русская литература несмотря ни на что, продолжала жить. Но пора «перековки», «переделки» человека, пора воспевания личности тре бовала оптимизма, героизма, прометеизации главного действующего лица. « А. Фадеев, обосновывая главную идею романа «Разгром» говорил: «В граждан скую войну происходит отбор человеческого материала ... Происходит огром нейшая переделка людей, и чтобы ни у кого не возникло сомнения на этот счё т добавлял: «Переделка людей происходит успешно потому, что руководят бо льшевистской идеей переделки такие, как Левинсон, - человек « особой, правильной породы...». Федь Н. Художник и власть. // Молодая гвардия. – 1994. - №3. – С.203. Роман Фадеева был объявлен новым и этапным произведением метода социал истического реализма. После этого советская литература оказалась спло шь усеянной подобными сочинениями, но им не доставало мастерства, настоя щего показа противоречивых взаимоотношений человека и окружающего мир а. Давал о себе знать и избыток ложного героического пафоса, декларативн ости. Конечно сейчас об этой литературе можно говорить, что угодно, но тол ько не о ее равнодушии, ведь люди свято верили в то, о чем они писали. И у Михаила Александровича Шолохова были такие герои – «особой, правиль ной породы». В литературу он вошел со своими повестями «Батраки», «Путь - д ороженька», сборники рассказов: «Донские рассказы» (1926) и «Лазоревая степ ь» (1926). Долгие годы при оценке этих рассказов преобладал восторг, молодому автору было уготовано место в группе революционных, пролетарских писат елей, писавших о счастье идти «сквозь револьверный лай», и никакой тоски, раздвоенности, сострадания. Но к осени 1927 года появляется рукопись первой книги «Тихого Дона», и автор решает попытать счастья в Гослитиздате. Но книгу не принимают, приходитс я искать нового издателя. В журнале «Октябрь» роман прочитали, посоветов ались и потребовали больших сокращений. Отпугивала не только острота и н епривычность темы, но и жестокие установки на развитие пролетарской лит ературы. И все-таки «Октябрь» начинает публиковать роман: в январе-апреле – перв ую, а с мая по октябрь 1928 г. – вторую книгу. Успех романа у читателей был ошел омляющим. А вскоре на Первом съезде пролетарских писателей произведени е Шолохова было отнесено к числу лучших в советской литературе. В печати выходят статьи, анализирующие роман. Но талант Шолохова был не удобен. «11 декабря 1928 года в краевой ростовской г азете «Молот» рапповец Ю. Юзовский ехидничал: «Шолохов – это наша больш ая задача», и тут же добавлял «И такой размах – в двадцать три шолоховски х года ?!» В этом восклицании – удивлении главная суть: великое произведе ние написано юношей – возможно ли такое?» Федь Н. Художник и власть. //Молодая гвардия. – 1994. – №3. – С.199. Начинается травля писателя, ему и отказывают в авт орстве, а он продолжает работу над эпопеей. «Тихий Дон» сначала выходит частями, а затем отдельно в четырех томах в т ечение двенадцати лет (1928-1940). Хотя причина длительного перерыва в 7 лет межд у публикацией третьего и последнего томов точно неизвестны, несомненно, что свою роль сыграли возражения некоторых членов Союза писателей и сам ого Сталина по поводу отдельных политических аспектов романа. Известно, что на Шолохова пытались давить такие литературные авторитет ы, как Александр Фадеев, Федор Панферов, пытавшиеся убедить его сделать Г ригория Мелехова «своим». «Шолохов писал: «Фадеев предлагает сделать такие изменения, которые для меня неприемлемы никак. Он говорит, ежели я Григория не сделаю своим, то ро ман не может быть напечатан… Делать Григория окончательным большевико м я не могу… Заявляю это помимо своего желания в ущерб и роману, и себе… И п усть Фадеев не указывает мне, что «закон художественного произведения т ребует такого конца, иначе роман будет объективно рациональным…» Круглов Ю. Великий писат ель Земли русской. //Слово. – 2000. - №4. – С.12. Предполагалось, что Шолохов приведет своего героя на сторону большевик ов или даст ему погибнуть в рядах Красной Армии, совершить подвиг в искуп ление участия в казачьем мятеже и белом движении, но писатель был против, так как это противоречило бы всему развитию характера главного героя. Встреча со Сталиным произошла в начале 1931 года на даче у Горького. «Когда я присел к столу, - вспоминал Шолохов, - Сталин со мной заговорил… Говорил он один, Сталин начал разговор со второго тома «Тихого Дона» вопросом: «Поч ему в романе так мягко изображен генерал Корнилов? Надо бы его образ ужес точить». Писатель объяснил Сталину свою позицию. Затем речь зашла о трет ьей части романа. Сталин сказал: «А вот некоторым кажется, что третий том « Тихого Дона» доставит много удовольствий белогвардейским эмигрантам. Что вы об этом скажете?» Шолохов ответил: «Хорошее для белых удовольстви е. Я показываю в романе полный разгром белогвардейщины на Дону и Кубани» . Помолчав, подумав, раскурив трубку, Стал ин ответил: «Да, согласен. Изображение хода событий в третьей книгу «Тихо го Дона» работает на нас». И подвел итог: «третью книгу «Тихого Дона» печа тать будем!» Круглов Ю. Великий писатель Земли русской. //Слово. – 2000. - №4. – С.13. Но Шолохова продолжали обвинять в идеализации кулачества и белогварде йщины. Слишком беззлобно изобразил он ряд персонажей не «нашего» лагеря – Калмыкова, пана Листницкого, его сына Евгения, семью Коршуновых (исклю чая Митьку). Изображение казачьих генералов, атаманов, рядовых повстанце в – казаков не укладывалось в традиционные представления о них. Возможн о ли было, что о Каледине, покончившим самоубийством, кто-то из авторов нап исал так: «На походной офицерской койке, сложив на груди руки, вытянувшис ь, лежал на спине Каледин. Голова его была слегка повернута набок к стене; белая наволочка подушки оттеняла синеватый влажный лоб и прижатую к ней щеку. Глаза сонного полузакрыты, углы сурового рта страдальчески искрив лены. У ног его билась упавшая на колени жена. Вязкий одичавший голос ее бы л режуще остр. На койке лежал кольт. Мимо извилисто стекала по сорочке тон кая и веселая черно-рудная струйка» . Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8-ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975.- С.612. Вряд ли оставят кого-либо равнодушными сцены, когда Мелеховы хоронят Пет ра, Лукинична провожает арестованного Мирона Коршунова или трагическа я сцена развала фронта. Вот, например, казачий офицер Листницкий видит царя сквозь стекло уезжаю щего автомобиля: «За стеклом, кажется, Фридерикс и царь, откинувшийся на с пинку сиденья, обуглившееся лицо его с каким-то фиолетовым оттенком. По б ледному лбу косой, черный полукруг папахи, формы казачьей конвойной стра жи. Листницкий почти бежал мимо изумленно оглядывавшихся на него людей. В глазах его падала от края папахи царская рука, отдававшая честь, в ушах з венел бесшумный холостой ход отъезжающей машины и унизительное безмол вие толпы, молчаньем провожавшей последнего императора» . Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975.- С.179. В 20-30 е годы такие интонации, такое сожаление толпы, унизительно молчавшей по поводу такой персоны, как царь было прос то немыслимым, так как в то время и в жизни и в литературе царствовал закон : «кто не снами, тот - наш враг». Но у Шолохова другое: у него главное – правд а, человечность. И Михаила Александровича продолжали шельмовать за бесп ристрастность в описании борьбы против контрреволюции, за неспособнос ть показать механизм классовой борьбы. «…Что же касается героев, то они страдают умственной неразвитостью, дико й необузданностью и примитивизмом. «Даже лучший, Григорий – тугодум. Мы сль для него непосильное бремя», - восклицал В. Кирпотин. В общем Григорий и его близкие – «односторонние и узкие люди, «бедные ра зумом, лишенные духовной жизни…» Федин К. Слово о Шолохове. – М.: Правда, 1973. – С.19. Действительно, героям Михаила Александровича чужды интеллектуальные с поры, глубокомыслие, подкрепленное высказываниями мудрецов разных стр ан. Но оказалось, что полуграмотная казачка Аксинья Астахова способна лю бить не менее глубоко и страдать не менее сильно, чем Анна Каренина, что ме тущаяся душа Григория Мелехова не менее сложна, чем душа Андрея Болконск ого…» Федин К. Слово о Шолохове. – М.: Правда, 1973. – С.19. Умение Шолохова понять и глубоко раскрыть человеческую душу сделали ег о любимым писателем народа, миллионы людей зачитывались и зачитываются «Тихим Доном», следят за судьбами его героев, потому что у Шолохова «…ни о дной единицы толпы – всегда лицо, независимый характер, даже если ему до сталось всего две-три строчки». Палиевский П. Шолохов сегодня. //За строкой учебника. – М.: Молода я гвардия, 1989. – С.232. «Автор «Тихого Дона», кого бы он ни изображал – белогвардейца или комму ниста, казака или интеллигента, - стремился как можно глубже погрузиться, в его человеческую природу, постичь характер изнутри, выяснить, какое же сердце бьется под генеральским мундиром или кожаной курткой, казацким з ипуном или рабочей блузой…» Бирюков Ф. Г. Художественные открытия М. Шолохова. – М.: Современ ник, 1976. – С.99. Настоящему писателю противопоказана избирательность, так как его долж ен интересовать человек, а не то, какие у него достоинства или недостатки, или то, к какому лагерю он принадлежит. Но в процессе работы, ведя героя через все перипетии его жизни, он делает с вой выбор, выявляя в той или иной форме свое отношение к мыслям и действия м персонажа – положительное или отрицательное, хотя поначалу автор, нав ерное, не ставит перед собой такую цель, но по ходу создания произведения все ярче становится очевидно – кому симпатизирует автор, а кому – нет. Какую же роль при характере героев играет моральная оценка образов? Данн ый вопрос является целью нашей работы: 1. Проанализировать с точки з рения моральной оценки героев романа. 2. Сопоставить разные образы героев. 3. Рассмотреть, как развивает ся характер героев в ситуации бурных перемен. II Основная часть. 1. Общие принципы моральной характеристики героев. Шолохов создал широкое повествование, вобравшее в себя множест во индивидуальных судеб, неповторимых характеров, насыщенное массовым и сценами. Сохраняя широту изображения, многосторонность охвата явлени й действительности, Шолохов раскрывает внутренний мир человека. Как это удается писателю? Конечно же, все дело в его мастерстве. Ведь лепка человеческих характеро в, создание художественного образа большой впечатляющей силы – трудно е и сложное искусство. А «…читая «Тихий Дон», мы не думаем, как сделана его проза, не замечаем затраченных писателем усилий, не видим их следов… Все запрятано в тексте произведений, причем запрятано так надежно и глубоко , что удается обнаружить лишь в результате долго и тщательно анализа». Бекезин. П. В. Проверя йте литературу жизнью. (О некоторых эстетических принципах М. А. Шолохова ). //Творческие взгляды советских писателей. – Л, 1981. – С.46. Каждый образ у Шолохова художественно закончен, и невольно возникает же лание узнать, как, какими средствами, приемами, автор добивается правды и зображения того или иного героя. Конечно же, большое значения для создания образа имеет внешний вид героя , то есть его портрет. Не секрет, что внешний облик человека скрывает в себ е его внутренние, нравственные качества. А портрет у Шолохова обладает с пособностью изображать человека в постоянном движении, то есть передав ать его изменчивость. Например, на первых страницах мы видим главного героя «Тихого Дона» моло дым парнем «…с юношески круглой и тонкой шеей и беспечным складом постоя нно улыбающихся губ». Но идут годы, и он, пройдя все потрясения, житейские невзгоды, войну, превращается в «большого, мужественного, пожившего и мн ого испытавшего казачину, с усталым прижмуром глаз, с порыжелыми кончика ми черных усов, с преждевременной сединой на висках и с жесткими морщина ми на лбу». Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С.12. Мы видим, как постепенно меняется Григорий, его портрет как бы раздробля ется, дается частями, для того, чтобы показать, как из улыбчивого мальчишк и появляется уставший, измотанный жизнью человек. При первом описании Мелеховых писатель не стремился создать детальный портрет, на котором равноценно выглядели бы все члены семьи: «…Под уклон сползавших годков закряжистел Пантелей Прокофьевич: разда лся в ширину, чуть ссутулился, но все же выглядел стариком складным. Был су х в кости и хром (в молодости на императорском смотру на скачках сломал ле вую ногу), носил в левом ухе серебряную полумесяцем серьгу, до старости не слиняли на нем вороной масти борода и волосы, в гневе доходил до беспамят ства и, как видно, этим раньше времени состарил свою когда-то красивую, а т еперь сплошь спутанную паутинками морщин, дородную жену. Старший. Уже же натый сын его Петро напоминал мать: небольшой, курносый, в буйной повител и пшеничного цвета волос, кареглазый; а младший, Григорий, в отца попер: на полголовы выше Петра, хоть на шесть лет моложе, такой же, как у бати, вислый коршунячий нос, в чуть косых прорезях подсиненные миндалины горячих гла з, острые плиты скул обтянуты коричневой румянеющей кожей. Так же сутули лся Григорий, как и отец, даже в улыбке было у обоих общее, звероватое». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8-ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С.13. В семейном портрете Мелеховых ярко изображены только Пантелей Прокофь евич и Григорий. Ильинична, Петро, Дуняша, Дарья описаны скупо от того, что только в главе семейства и его младшем сыне запечатлено наиболее яркое М елеховское. «Михаил Шолохов при описании внешности своих героев стремится дать зап оминающийся зрительный образ, воссоздать человека в неповторимом движ ении. Сами живописные подробности у него почти всегда приобретают отчет ливо психологическую характерность. Его занимает в потрете не только вы разительность, характерность внешнего облика, но и тип жизненного повед ения, темперамент человека, настроение данной минуты. Портрет в романах Шолохова запечатляет героя в определенной жизненной ситуации, настрое нии». Якименко Л. Г. И збранные работы: В 2-х т. – Т. 2. – М.: Худ. лит., 1982. – С.148. В семейном портрете Мелеховых мы видим и определенный характер членов с емьи. Например, из портрета Пантелея Прокофьевича мы узнаем не только то, что он был хромой и носил серьгу в ухе, но и то, что при определенных обстоя тельствах «...в гневе доходил до беспамятства и, как видно, этим раньше вре мени состарил свою когда-то красивую, а теперь сплошь опутанную паутиной морщин, дородную жену...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С.13. За этой, короткой строчкой кроется драма семейной жизни, об ъясняется ранняя старость Ильиничны и крутой нрав ее супруга. «Шолохову при описании человека важна не только живописная характерно сть облика, но и то впечатление, которое он произвел или мог бы произвести . Поэтому почти всегда портрет Шолоховских героев пронизан определенны м настроением, чувством, это можно назвать психологически-описательным элементом». Якименко Л. Г. Избранные работы: В 2-х т. – Т. 2. – М.: Худ. лит., 1982. – С.149. Вот например, Аксинья увидела, как на мелеховский двор въехала подвода, н а которой лежал Григорий, жив он или нет она не знала. «...Ни кровинки не было в белом Аксинькином лице. Она стояла, прислонившись к плетню, безжизненн о опустив руки. В затуманенных черных глазах ее не блестели слезы, но стол ько в них было страдания и немой мольбы, что Дуняшка, остановившись на сек унду, невольно и неожиданно для себя сказала: «Живой, живой!». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8-ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С.237. Потрясение, которое испытала Аксинья, выразилось не только внешне (побле дневшее лицо, безжизненно опущенные руки), но и в выражении глаз: «В затума ненных черных глазах ее не блестели слезы ... столько было в них страдания и немой мольбы...» Именно глаза Аксиньи передают ее психологическое сост ояние. В дальнейшем черные глаза героини – постоянная, внешне запоминаю щаяся черта ее облика. Шолохов использует здесь «...принцип индивидуализ ации образов. У большинства его персонажей есть какая-то бросающаяся в г лаза отметина: у Аксиньи – завитки волос на шее, без конца обыгрываются М итькины кошачьи глаза. Шолохов – художник-гуманист, для которого неприе млем утилитарный подход к человеку, отношение к нему как к винтику...» Бекедин М. А. Проверяйте литературу жизнью (О некоторых эстетических принципах М. А. Шолохова). //Тв орческие взгляды советских писателей. – Л., 1981. – С. 70. Писатель выделяет во внешности то, что характерно для духовного склада, нравственного облика героя. Так например, черные глаза Аксиньи изображаются не только в цвете, они то горят страстью, то страхом – все это указывает на ее порывистость, неуде ржимость. Михаил Александрович так же делает акцент на гордом лице герои ни, черных, с огоньком глазах, и читатель все время ощущает красивого, внут ренне богатого человека. Несоответствие же внешнего и внутреннего испо льзуется писателем для обнажения скрытого, истинного. Так, например, один из участников банды Фомина, Чумаков, говорит о себе пос ле того, как убил Капарина и намеревался убить Мелехова: «Такая уж у меня д олжность убивать людей…» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С.453. Эти слова заставляют Григория внимательно приглядыватьс я к своему спутнику: «Смуглое, румяное и чистое лицо Чумакова было спокой но и даже весело. Белесые с золотистым отливом усы резко выделялись на за горелом лице, оттеняя темную окраску бровей и зачесанных назад волос. Он был по-настоящему красив и скромен на вид, этот заслуженный палач фомино вской банды…» Якименко Л. Г. Избранные работы: В 2-х т. – Т. 2. – М.: Худ. лит., 1982. – С.151. Художник сталкивает, казалось бы, несовместимые понятия: внешняя красот а , скромность и заслуженный палач – для того, чтобы показать за внешним у родливое и безобразное. У Митьки Коршунова «желтело маслятся круглое с наглинкой глаза». Сам по себе желтый цвет вызывает у нас ассоциацию с чем-то наглым и похабным, а «к руглые с наглинкой глаза» завершают описание человека, лишенного каких- либо нравственных качеств. Сопоставляется у Шолохова красота Дарьи и ее внутренняя опустошенност ь, цинизм. «Красивые дуги бровей» - это не просто внешняя деталь, которую п исатель повторяет раз за разом в различных обстоятельствах, они дают пре дставление об одном из ее нравственных качеств: игривости, кокетстве. «Искусство портретной живописи необычайно усложняется в многопланово м эпическом повествовании. Герои нередко исчезают на весьма продолжите льный срок, вновь появляются. Они не должны, не могут забыться. Но писателю не надо всякий раз вновь описывать своих героев. Бывает достаточно упом януть характерное, важное, чтобы читатель по одной или нескольким примет ным деталям смог восстановить облик человека… Постоянно, повторяющеес я, «мелеховское» в портрете Григория, Дуняшки, Мишатки, так же как и хромот а Пантелея Прокофьевича или черные глаза Аксиньи, полноватый стан ее, кр асивые дуги бровей Дарьи, пухлая грудь Листницкого и т. д. – лишь один, хот я и весьма существенный, элемент портретной живописи в «Тихом Доне». Едв а ли не большее внимание писателя привлекает и то неуловимое – меняющее ся, те отметины, которые время и пережитое оставляют на облике человека». Якименко Л. Г. Избранн ые работы: В 2-х т. – Т. 2. – М.: Худ. лит., 1982. – С.151. Так например описание главного героя Михаила Александровича строит на сочетании врожденного, характерного и нового, приобретенного им. Это слу жит средством передачи психологического раскрытия образа. Григорий на войне, после первых боев, в которых ему довелось участвовать, испытывает тоску, мечется, не может забыть убитого им австрийца. Страдае т от ненависти, которая охватывает оба противоборствующих лагеря. Он гов орит брату: «Я, Петро, уморился душой. Я зараз будто недобитый какой... – гол ос у него жалующийся, надтреснутый, и борозда (её только что с чувством вну треннего страха заметил Петро) темнела, стекаясь наискось через лоб, нез накомая, пугающая какой-то переменой, отчужденностью...» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8-ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С.306 Эта «борозда», которую со страхом увидел Петро, была внешним, видимым выр ажением того душевного надлома, который пережил Григорий в первые месяц ы войны. По мере развития событий описания Григория Мелехова становятся все бол ее драматичными, он постепенно теряет свою красоту, и этим передается ег о душевные метания, нелады с самим собой. Все чаще при изображении героя з вучат эпитеты: суровый, злой, жестокий. «Мешковатые складки под глазами», «огонек бессмысленной жестокости в глазах», «мертвенно-бледное лицо с н евидящими открытыми глазами», «усталый прижму глаз», «преждевременная седина в висках» - все это новые черты, приобретенные Григорием. Одно из последних его развернутых описаний дано после бегства из банды Ф омина. Аксинья, всматриваясь в спящего Григория, видит не то, что ей хорошо знакомо, а что-то суровое, незнакомое: «Черные ресницы его, с сожженными с олнцем кончиками, чуть вздрагивали, шевелилась верхняя губа, обнажая пло тно сомкнутые белые зубы, Аксинья всмотрелась в него внимательнее и толь ко сейчас заметила как изменился он за эти несколько месяцев разлуки. Чт о-то суровое, почти жестокое было в глубоких поперечных складках между б ровями ее возлюбленного, в складках рта, в резко очерченных скулах... И она впервые подумала, как, должно быть, страшен он бывает в бою, на лошади, с обн аженной шашкой. Опустив глаза, она мельком взглянула на его большие узло ватые руки и почему-то вздохнула...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С.648. В нем почти не осталось от того прежнего, пос тоянно улыбающегося парнишки. Нравственные изменения происходят одновременно с быстрым старением Ме лехова, и все окружающие его люди говорят и думают об этом с горечью и боль ю. «Ох, и постарел же ты братушка! – сожалеюще сказала Дуняшка. – Серый ка кой-то стал, как бирюк...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С.68. Замечает это и Аксинья: «Милый мой, Гришенька, сколько седых волос – то у тебя в голове...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С.487. Видит это и Мишатка: «Мишатка испуганно взглянул на его и о пустил глаза. Он узнал в этом бородатом и страшном на вид человеке отца...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С.494. Вот так меткими, точными средствами портретной характеристики Шолохов обрисовывает нравственное превращение человека. Конечно же, только с помощью описания героя создается его образ, этому по могает косвенная и несобственно – прямая речь. «Посредством несобственно – прямой речи чаще всего выражаются мысли, ч увства, протекающие в глубине сознания и часто им не осознанные, не выраж енные в характерной индивидуально – речевой манере. Писатель как бы нач инает говорить за героя, именно говорить, а не описывать, но так, что всегд а ощущается подвижная, гибкая граница между повествователем и действую щим лицом...» Якименко Л. Г. Избранные работы: В 2-х т. – Т. 2. – М.: Худ. лит., 1982. – С.473. Так, например, Григорий, загнанный вместе с фоминской бандой на необитае мый, отрезанный половодьем островок, сидит на берегу, смотрит на воду. «Хо рошо было смотреть на разметавшуюся у берегов бешено клокочущую быстри ну, слушать разноголосый шум воды и ни о чем не думать, стараться не думать ни о чем, что причиняло страдания...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С.648. Шолохов выражает чувство, настроение Григо рия, но не в прямом описании от автора или в прямой речи героя, а пользуясь косвенной или несобственно – прямой речью. Это позволяет ему соединить объективность описания с интимностью человеческого чувства. После неторопливо умиротворенного «хорошо было смотреть...» звучит напр яженное, доходящее до крика «и ни о чем не думать, стараться не думать ни о чем». Лексический и ритмический повтор приобретет необычайную психоло гическую выразительность. Григорий пытается утишить боль пережитого, с ловно уговаривает себя: «ну думать». Все изболелось в этом человеке, так м ного страдавшем, так жестоко ошибавшемся. С помощью косвенной речи писателю удается передать моральное состояни е героев. Ильинична напутствует Григория перед отъездом на войну: «Ты Бога-то... Бог а, сынок, не забывай! Слухом пользовались мы, что ты каких-то матросов пору бил ... Господи! Да ты Гришенька, опамятуйся! У тебя ить вон, гля, какие дети ра стут, и у энтих, зарубленных тобой, тоже небось детки поостались... Ну как же так можно? В измальстве какой ты был ласковый да деланный, а зараз так и жи вешь со сдвинутыми бровями. У тебя уж, гляди-кось, сердце, как волчиное исд елалось... Послухай матерю, Гришенька!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С.125. Этими словами Шолохов фиксирует наше внима ние на том, как изменился главный герой: «от ласкового да желанного» до «с ердце, как волчиное исделалось». М. А. Шолохов – еще и мастер диалога, монолога. Речь его персонажей отража ет особенности из жизненного уклада, среды, характеров. «На диалоге строятся незабываемые картины в «Тихом Доне». У Михаила Алек сандровича диалог нельзя заменить, скажем, повествованием или описание м. У него нет того, чтоб он говорил за героев, даже очень близких ему, как-то вмешаться в их споры, от чего несвободны были многие художники. Здесь стр огая объективность, установка на такое искусство, когда сами от себя гов орящие образы становятся носителями идейного содержания». Бирюков Ф. Г. Мастер рече вых характеристик. //Русская речь. - №1. – С.31. Характерен в этом отношении разговор Мелехова с большевиком Потляровы м: «Ты говоришь - равнять, - обращается Григорий к собеседнику...- Этим темный народ большевики и приманили. Посыпали хороших слов и попер человек, как рыба на приваду! А куда равнение делось? Красную армию возьми; вот шли чере з хутор, взводный в хромовых сапогах, в «Ванек» в обмоточках. Комиссара ви дал, весь в кожу залез, и штаны и тужурка, а другому и на ботинки кожи не хват ает. Да ведь это год ихней власти прошел, а укоренятся они – куда равенств о денется?... - Твои слова – «контра»! – холодно сказал Иван Алексеевич, но глаза на Гр игория не поднял...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8-ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С.90. А не поднял, потому, что чувствовал в словах собеседника пра вду, но не принял чужого «метания», так как не свойственно оно Котлярову. Д аже понимая правильность слов Григория, не будет мучится он и не изменит единожды принятого решения. Мелехов же с его тонкой душой понимает много е, от этого его сомнения, ощущение неправоты того и другого лагеря. И единс твенное, что мог сделать Иван Алексеевич пригрозить: «Ты такие думки при себе держи. А то хоть и знакомец и Петро ваш кумом доводится, а найду я прот ив тебя средства... Поперек дороги нам не становись. Стопчем!» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8-ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С.111. И топтал бы, а вот Мелехов, узнав об аресте Котлярова, бросился в погоню, чт обы от смерти, вырвать из плена. Из этого диалога видны два совершенно раз ных человека. Один охвачен ненавистью, переедет всех, кто встанет на его п ути, другой – великодушный, всепрощающий. Михаил Александрович Шолохов совершил художественное открытие в харак теристике героев. Ученые назвали это открытие «хоровое начало». « ... Начиная с Шолохова в историю литературы входит новый вид повествован ия: хоровое начало, которое в романе выступило как художественное открыт ие эпохальной значимости. «Тихий Дон» поражает гармоничностью и завершённостью глав, каждой в отд ельности и тома в целом. Начинается ли глава авторским описанием, внутре нним монологом героя, диалогом действующих лиц, все её нити стягиваются к особой форме психологического анализа, выступающего неизменно в виде несобственно-прямой речи. «Эта новая, более укрупнённая и расширенная фо рма психологического анализа представляет собой такую всеобъемлющую ф орму соединения разных голосов и мнений, что трудно определить её состав ные элементы. Традиционные для прозы виды психологического характера п риобретают у Шолохова своеобразную, синтетически- аналитическую форму , - пишет современный исследователь. – перед нами нечто близкое по своему внутреннему существу , «хору» в древне греческой трагедии: суждение о че ловеке, о его мыслях, чувствах, жизни, судьбе. Но шолоховский хор существуе т не как отдельное персональное лицо, а внутри размышлений героя, что укр упняет его характер. « Хоровое начало» выступает не только в психологиче ском анализе героя, но и в прямой авторской речи, картинах природы, описан иях событий. ( А. Киселёв)». Федь Н. Парадокс гения. // Молодая гвардия. – 1995. -№3. – С. 252 Таким образом, Михаил Александрович Шолохов обладает замечательным ис кусством характеристики героев. Причём его мастерство состоит в том, что он многое заставляет додумывать читателя, не навязывая ему готовых выво дов и решений. В последующих главах мы постараемся показать на отдельных героях, каким образом писатель создаёт тот или иной моральный облик персонажа. 2. Комическое и трагическое в обра зе Пантелея Прокофьевича Мелехова. Для того, чтобы узнать, какие человеческие качества и свойства о бнаруживает Пантелей Прокофьевич. Нужно проанализировать. Как он относ ится к семье, как ведёт себя в ней, какие симпатии и антипатии испытывает. Образ Пантелея Прокофьевича дан прежде всего для того, чтобы понять, в ка кой семье вырос главный герой «Тихого Дона», в каких условиях, под чьим вл иянием. Из мельчайших бытовых деталей мы узнаём, что Мелеховы отличались крепки м достатком, во всём этом чувствуется твёрдая хозяйская рука Пантелея Пр окофьевича. Из портретного описания- то, что глава семьи был вспыльчив до беспамятства, не терпел малейшего возражения или ослушания. При случае, не задумываясь, бил Пантелей Прокофьевич Григория костылём по спине, пор ол вожжами загулявшую без мужа Дарью. Вспыльчивость и властность - его ха рактерная черта, которую Шолохов раскрывает через поведение героя. Так, например, узнав о связи Григория с Аксиньей, Пантелей Прокофьевич кр ичит: « – На сходе запорю! ... Ах, ты чёртово семя! – он сучил ногами, намереваясь е щё раз ударить. – На Марфушке - дурочке женю! ... Я те выхолощу! ... На шум прибежала мать. - Прокофьич, Прокофьич! ... Охоло нь трошки! ... Погоди! ... Но старик разошёлся не на шутку: поднёс раз жене, опрокинув столик со швейной машинкой и, навоевавшись, вылетел на ба з. Не успел Гришка скинуть рубаху с разорванным в драке рукавом, как дверь крепко хлястнула и на пороге вновь тучей буревой укрепился Пантелей Про кофьевич. - Женить сукина сына! ... ». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 47. Он сам выбрал невесту для Григория, и это бы ло слишком уж сурово даже для патриархальной, крестьянской семьи начала века. Характерно, что младший сын ( человек тоже своенравный и самолюбивы й - черта, которая роднит его с отцом) безропотно подчиняется решению и выб ору Пантелея Прокофьевича. И понятно: он в душе сам, очевидно, понимает, чт о скандальным романом с Аксиньей виноват перед семьёй. Старшего Мелехова тяготит то, что Наталья в их семье стала нелюбимой жен ой, он всячески помогает ей, проявляет нежность и деликатность. Через отн ошение к невестке, автор показывает всю неоднозначность этого образа. Для Пантелея Прокофьевича, главы семейства, существующий уклад жизни бы л освещён временем, обычаем. Много усилий приложил он для того, чтобы верн уть Григория к жене, для него мнение хутора было законом, а хутор считал, ч то Григорий опозорил Мелеховых, уйдя с Аксиньей от законной жены. Старик тяжело переживал несчастье, и, когда Григорий вернулся в родительский до м, к жене, Пантелей Прокофьевич не может сдержать радости. Он очень гордится сыновьями, которые дослужились на фронте до офицерски х чинов, не может удержаться от смешного бахвальства, усердно расписывае т достоинства Григория, Петра. Приехавшего на побывку младшего сына везе т через хутор. «Сыновей на войну провожал рядовыми казаками, а выслужили сь в офицерья, что ж, аль мне не гордо прокатить сына по хутору? Пущай гуляю т и завидуют. А у меня, брат, сердце маслом обливается!» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 272. - простодушно прид ается Пантелей Прокофьевич. Смерть Петра была первым ударом для Мелехова. Крепким стариком, гневливы м, вспыльчивым до самодурства изображает его писатель. Война, тревога за сыновей, которые сражаются на фронтах, известие о смерти Григория, оказы вается ложным, подкосили Пантелея Прокофьевича, состарили его. Он поседе л, «слабый на слезу стал». Жизнь то била его нещадно, то миловала радостью, и старик, не выдерживая, меняется на глазах. Суровый, державшийся ранее с большим достоинством. Пантелей Прокофьеви ч становится со временем суетливым, болтливым, любящим прихвастнуть. Ког да купец Мохов, узнав, что Григорий награжден георгиевским крестом, пере дает герою подарки, старик безудержно хвастается: «Пошли, грит, своему ге рою от меня поклон и подарки, пущай он и в будущие времена так же отличаетс я. Ажник слеза его прошибла, понимаешь, сват?» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 359. Эта хвастливость проходит через весь роман как одна из комических черт о браза Пантелея Прокофьевича. Шолохов показал, что эта черта возникла в т яжелых, меняющихся обстоятельствах жизни. Старик, хвастался геройством своего сына, как бы вознаграждая себя за то горе, которое было испытано им . В этом раскрывается трагикомический характер образа Пантелея Прокофь евича. Гражданскую войну он использует для личного обогащения. «Да и что ж не вз ять у энтих, какие к красным подались? Грех у них не брать!» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С.93. - доказыва л Пантелей Прокофьевич возмутившемуся Григорию. Всю свою жизнь стремился Пантелей Прокофьевич к достатку и богатству. Са м работал, не жалел семьи, все тащил в дом. Но началась гражданская война, и приходилось бросать свой дом, идти в «отступ». Но еще большей бедой было р азрушение крепкой, дружной семьи. Как ни старался не мог он сохранить в до ме нерушимый старинный порядок. Вместе с этим меняется характер Пантеле я Прокофьевича. Все еще пошумливает он на домашних, но хорошо знает, что не т у него былой власти. Постоянно пререкается с ним Дарья, не слушается Дун яшка, его вспыльчивость теперь вызывает только смех. Комизм образа Пантелея Прокофьевича вырастает из несоответствия между тем, каким был совсем недавно и каким стал этот герой, он все чаще попадае т в смешное положение. Так, например, когда после отступления Красной Армии, Пантелей Прокофьев ич возвращается в хутор, приезжает Григорий, вся семья собирается за сто лом. Григорий говорит Дуняшке: «О Мишке Кошевом с нонешнего дня и думать п озабудь». Дуняшка возражает ему. Пантелей Прокофьевич кричит на дочь: «Т ы, сукина дочь, цыц у меня! Я то я тебе такое сердце пропишу, что и волос с гол овы не соберешь! Ах ты, паскуда этакая! Вот пойду зараз, возьму вожжи...» Ситуацию разряжает острую на язык Дарья: «Батенька! Вожжей-то ни одних у н ас не осталось. Все забрали!» – со смиренным видом прерывает она Пантеле я Прокофьевича. «Пантелей Прокофьевич бешено сверкнул глазами и, не сбавляя голоса, прод олжал отводит душу: - ...Возьму чересседельную – та к я вам таких, чертей... - И чересседельную красные тож е взяли! – уже громче вставила Дарья, по-прежнему глядя на свекра невинны ми глазами. Этого Пантелей Прокофьевич снести уже не мог. Секунду глядел он на сноху, багровея в немой ярости, молча зевая широко раскрытым ртом (бы л похож он в этот миг на вытащенного из воды судака), а потом хрипло крикну л: - Замолчи, проклятая, сто черте й тебе в душу! Слова не дарует сказать! Да что это такое?» Дарья не то лько не боится старика, она вступает с ним в поединок, дразнит его, сохраня я внешнюю почтительность. Само слово «смиренный» несет в себе иронию, а п од «смиренным видом» Дарья скрывает совсем другие чувства. И старик терп ит поражение в стычке со снохой. В последних его словах: «Замолчи проклят ая...» слышится явное бессилие и растерянность. Затем Шолохов усиливает комическое начало: Пантелей Прокофьевич вновь обрушивается на Дуняшку: «...тебя и убить мало! Нашла присуху! Запек ей душу висельник! Да ничто ж это человек? Да чтобы такой христопродавец был моим зятем?! Попадись он мне зараз – своей рукой смерти предам! Только пикни иш о, возьму шелужину, так я тебе...» Тут Ильинична окончательно сразила стари ка: «Их, шелужинов-то, на базу днем с огнем не сыщешь... По базу хоть шаром пок ати, хворостины на растопку и то не найдешь. Вот до чего дожили! Пантелей Прокофьевич и в этом бесхитростном замешательстве усмотрел з лой умысел. Он глянул на старуху остановившимися глазами, вскочил, как су масшедший, выбежал на баз. Григорий бросил ложку, закрыл лицо руками и трясся в беззвучном хохоте... С меялись все, кроме Дуняшки. За столом царило веселое оживление». Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 69-70. Комизм возникает из того, что Пантелей Прокофьевич как будто не может пр ивести в исполнение свои угрозы из-за отсутствия в его разоренном хозяйс тве привычных орудий наказания. Писатель сравнивает Пантелея Прокофье вича с судаком, которого вытащили из воды, и это смешное сравнение, как нел ьзя лучше передает то оглушение, которое испытал старик, его бессилие и р аздражение. Портретная характеристика способствует выявлению комичес кого. Мимоходом высказанное замечание о хворостинах, которых «днем с огн ем не сыщешь», окончательно сразило Пантелея Прокофьевича. Он вне себя о т гнева и возмущения. У него «остановившиеся глаза», он вскакивает «как с умасшедший». Шолохов прибегает в портретной характеристике к преувели чению, чтобы показать смешным гнев Пантелея Прокофьевича. Но комическое в образе этого героя граничит с трагическим. Именно на при мере этого героя автор показывает всю трагичность времени. Пантелей Про кофьевич не может найти себя в нем. Без тяжелого труда, постоянной заботы об урожае, беготни по базу герой не мыслит своего существования. Постоянное чувство опасности, тоски ухудшает ситуацию. Это состояние Па нтелея Прокофьевича Шолохов выражает через авторскую и несобственно-п рямую речь. Так, например, старик, узнав, что в хутор привезли убитых Христ оню и Аникушку, боясь волнений, страданий, не пошел на похороны, уехал в ле с. «Погребальный звон заставил его в лесу снять шапку, перекреститься, а по том он даже подосадовал на попа: мыслимое ли дело звонить так долго. Ну, уд арил бы в колокол, по разу – и все, а то заблаговестили на целый час. И что п року от этого звона? Только разбередят людям сердца да заставит лишний р аз вспомнить о смерти. А о ней осенью и без этого все напоминает: и падающи й лист, и с криком пролетающие в голубом небе станицы гусей. И мертвенно по легшая трава...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 235. Но как бы ни была велика растерянность перед историческими событиями, ка к бы далеко ни зашла междоусобная война, Пантелей Прокофьевич знает, что поступать так, как делает картель Митька Коршунов, который не щадит ни ст арых, ни малых, нельзя. После того, как Митька зверски расправляется с прес тарелой матерью Михаила Кошевого, Мелехов, не впускает его в дом: «- Поворачивай обратно! ... Не хочу, чтобы ты поганил мой дом! – решительно повторил старик. – И боль ше чтоб и нога твоя ко мне не ступала. Нам, Мелеховым, палачи не сродни, так-т о!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 16. Сумятица времени не дала старику спокойно сидеть дома, пришлось идти «в отступы», где он заболел типичной болезнью неустроенности – тифом. В су матохе паники и общего смятения схоронили Пантелея Прокофьевича в чужо й, далекой от дома стороне, где он отродясь не бывал. «Григорий, наклонясь вперед, смотрел на отца. Черты родного лица изменил а болезнь, сделала их странно непохожими, чужими. Бледные, осунувшиеся ще ки Пантелея Прокофьевича заросли седой щетиной, усы низко нависли над вв алившимся ртом, глаза были полузакрыты, и синеватая эмаль белков уже утр атила искрящуюся живость и блеск. Отвисшая нижняя челюсть старика была п одвязана красным шейным платком, и на фоне красной материи седые курчавы е волосы бороды казались еще серебристее, белее. Григорий опустился на колени, чтобы в последний раз внимательнее рассмо треть и запомнить родное лицо, и невольно содрогнулся от страха и отвращ ения: по серому, восковому лицу Пантелея Прокофьевича, заполняя впадины глаз, морщины на щеках, ползали вши. Они покрывали лицо живой, движущейся п еленой, кишели в бороде, серым слоем лежали на стоячем воротнике синего ч екменя...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 523. Мастерство Шолохова проявляется здесь в противопоставлении: «прежний Пантелей Прокофьевич» и «мертвый Пантелей Прокофьевич». Эта антитеза з аостряется восприятием Григория, тем каким он увидел отца в последний ра з, и каким мы видим его в течение романа: крутым, суровым, но справедливым ч еловеком. Изображением смерти Пантелея Прокофьевича Шолохов оттеняет дальнейшу ю трагическую судьбу главного героя. 3. Ильинична как воплощение матер инства. В первых томах «Тихого Дона» редко упомина ется эта героиня, она как бы сопутствует образам Героиня Пантелея Прокоф ьевича. Старая женщина, мать, неугомонная и хлопотливая, вечно занятая бе сконечными домашними заботами, казалось незаметной, и в происходящих со бытиях мало принимала участия. Даже ее портретной характеристики нет в первых главах книги, а есть толь ко некоторые детали, по которым можно судить, что эта женщина многое пере жила на своем веку: «сплошь опутанная паутиной морщин, дородная женщина» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 13. , «узловатые и тяжелые руки» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 34. , «шаркает старчески дряблыми босы ми ногами». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 23. И только в последних частях «Тихого Дона» раскрывается богаты й внутренний мир Ильиничны. Писатель показывает ее силу и стойкость. «Норов у вас, молодых, велик, исти нный бог! Чуть чего – вы и беситесь, - говорит Ильинична Наталье. – Пожила бы так, как я смолоду жила, что бы ты тогда делала? Тебя Гришка за всю жизнь п альцем не тронул, и то ты недовольна, вон какую чуду сотворила: и бросать-т о его собралась, и омороком тебя шибало, и чего ты только не делала, бога и т ого в ваши поганые дела путала... Ну скажи, скажи, болезная, и это – хорошо? А идол мой хороший смолоду до смерти убивал, да ни за что ни про что, вины мое й перед ним нисколько не было. Сам паскудничал, а на зло срывал. Придет быв ало, на заре, закричу горькими слезами, попрекну его, ну он и даст кулакам в олю... По месяцу вся синяя, как железо ходила, а ишь выжила же, и детей вскорм ила, из дому ни разу не сочинялась уходить». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 158-159. В том монологе Ильинична предала всю свою горькую, беспросветную жизнь, но при этом она не жалуется, не жалеет себя, она лишь хочет пробудить в сно хе такое же мужество и стойкость. Через авторскую речь Шолохов свое восхищение и поклонение перед этой ма терью: «Мудрая и мужественная старуха», «гордая и мужественная Ильиничн а». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 157. Ильинична не разбиралась в событиях революции и гражданской войны, но он а оказывалась намного человечнее, умнее, прозорливее Григория и Пантеле я Прокофьевича. Так, например, она упрекает младшего сына, порубившего в б ою матросов, поддерживает Пантелея Прокофьевича, который выгоняет со св оего обоза Митьку Коршунова. «Этак и нас с тобой и Мишатку с Полюшкой за Гр ишу могли порубить, а ишь не порубили же, поимели милость». Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 110. - Говорит возмущенна Ильинична Наталье. Когда Дарья застрелила пленного Котляро ва, Ильинична, по словам Дуняши, «забоялась ночевать с ней в одной хате, уш ла к соседям». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 322. Во всех этих поступках проявляется человечность, нравственность этой г ероини. В последних главах Шолохов раскрывает трагедию матери, потерявшей мужа, сына, многих родных и близких. «Она жила, надломленная страданием, постар евшая, жалкая. Много пришлось испытать ей горя, пожалуй даже слишком мног о...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 324. Эта строчка передает сострадание и любовь, которые испытывает автор к своей героине. Только о Григории думает Ильинична. Только им жила она последние дни. «Ст арая я тала... И сердце у меня болит о Грише... Так болит, что ничего мне не мило и глазам глядеть больно» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 314. , - говорит она Дуняше. В тоске по сыну, который все не возвращался, Ильинична достает его старую поддевку и фуражку, веш ает их на кухне «Войдешь с базу, глянешь, и как-то легче делается... Будто он уже с нами...», - виновато и жалко улыбаясь, говорит она Дуняшке». Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 313. Короткое письмо от Григория с обещанием осенью прийти на побывку достав ляет Ильиничне большую радость. Она с гордостью говорит: «Маленький-то в спомнил про матерю. Как он пишет-то! По отчеству, Ильиничной, повеличал... Ни зко кланяюсь, пишет дорогой мамаше и еще дорогим деткам...» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 326. Война, смерть, тревога за любимого человека помирили Ильиничну с Аксинье й, и глазами Аксиньи мы видим горе безутешной матери, которая понимает, чт о больше не увидеть ей сына. «Ильинична стояла, придерживаясь руками за изгородь, смотрела в степь, т уда, где, словно недоступная далекая звездочка, мерцал разложенный косар ями костер. Аксинья ясно видела озаренные голубым лунным светом припухш ее лицо Ильиничны, седую прядь волос, выбившуюся из под черной старушечь ей шальки. Ильинична долго смотрела в сумеречную степную синь, а потом не громко, как будто он стоял тут же, возле нее, позвала: «Гришенька! Родненьк ий мой! – Помолчала и уже другим, низким и глухим голосом сказала: - кровин ушка моя...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 330. Если раньше Ильинична была сдержана в своих чувствах, то сейчас все изме нилось, она словно вся состоит из материнской любви. Но ее образ раскрывается не только через ее сына, но и через Михаила Кошев ого. Она примирилась с мыслью, что убийца Петра входит в Мелеховский дом б удущим хозяином. Примеряется, видя, как Дуняша тянется к этому человеку, к ак теплеет нервный, жесткий взгляд Кошевого при виде внука ее, Мишатки. Ил ьинична благословляет их, казалось бы противоестественный союз, зная, чт о жизнь, какую она знала до сих пор, не вернуть, и она не в силах ее исправить . В этом проявляется мудрость Ильиничны. Последние дни ее описаны Шолоховым с большой силой. «Удивительно, как ко ротка и бедна оказалась жизнь и как много в ней было тяжелого и горестног о, в мыслях обращалась она к Григорию.. И на смертном одре жила она Григори ем, думала только о нем...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 328. Безответная Ильинична возвышается Шолоховым до высоты народной подвиж ницы, всю жизнь свято соблюдавшей заповеди православной морали, заповед и доброты, любви к ближнему. 4. Петро Мелехов. «Петро напоминал мать: небольшой курносый, в буйной повители пшеничного цвета волос, кареглазый». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 9. Нет в портретном оп исании старшего брата Григория и намека на турецкую кровь, которая выдел яла Мелеховых от остальных селян. Нет в нем и тех качеств, которые передав ались из поколения в поколение, и так роднили Пантелея Прокофьевича, Гри гория, Дуняшку: независимого характера, свободолюбия, гордой непокорнос ти. Пока семья Мелеховых живет миной, спокойной жизнью, в атмосфере дружбы, в заимной заботливости, любви, фигура Петра не вызывает каких-либо негатив ных чувств. Он по-настоящему любит свою семью, младшего брата. Но уже с пер вых страниц автор дает понять, что Петро не обладает тем обаянием, которы м веет от его младшего брата. Рисует ли писатель картину косьбы, он не забы вает обратить внимание на грацию сильного тела Григория, заметить, как о тзывчив он на очарование природы; идет ли речь о скачках, непременно отме чет, что Гришка взял первый приз. Петро же уступает брату и в красоте: «Григорий надел мундир с погонами хо рунжего, с густым завесом крестов и, когда погляделся в запотевшее зерка ло, - почти не узнал себя: высокий, сухощавый... - Ты – как полковник! – восторженно заметил Петро, без зависти любуясь бр атом...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 602. , и в умении петь, о котором мимолетно упоминается в разговоре: « - Да ты ить не мастак», - говорит Степан Аксаков Петру, - «Эх, Гришка ваш дишк анит! Потянет, чисто нить серебряная, не голос» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 31. , но все это не прини жает образ Петра. Он покупает своей искренностью, веселостью. В первых гл авах первой книги герой у Шолохова «улыбается, заправив в рот усину» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 31. , «посмеив аясь в пшеничные усы» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 10. , по-доброму подтрунивает над Григорием: «Григорий шел... хмурился... От нижней челюсти, наискось к скулам, дрожа, пере катывались желваки. Петро знал: это верный признак того, что Григорий кип ит и готов на любой безрассудный поступок, но посмеиваясь в пшеничные в с ои усы, продолжал дразнить брата... - Гляди, Петро подеремся, - приг розил Григорий... - «Заглянула, мол, через плетен ь, а они, любушки, лежат в обнимку». – «Кто?» - спрашиваю, а она: «Да Аксютка Ас тахова с твоим братом». Я говорю... - Оскалив по-волчьи зубы, Григо рий метнул вилы. Петро упал на руки, и вилы, пролетев над ним, на вершок в ошли в кремнисто-сухую землю. Потемневши й Петро держал под уздцы взволнованных криком лошадей, ругался: - Убить бы мог, сволочь! - И убил бы! - Дурак ты! Черт бешеный! Вот в б атину порода выродился, истовый черкесюка!.. Через минуту, закуривая , глянули друг другу в глаза и захохотали...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 70. Ссора быстро начинается и быстро погасает, братья снова вместе, снова го товы втихомолку посмеиваться над своим вспыльчивым, властным отцом. Про исходит это от того, что им нечего скрывать друг от друга, между ними нет т айн, их отношения построены на искренности, они могут говорить о самом со кровенном. Вот, например, перед женитьбой Григория Петро спрашивает, как же тот поступит с Аксиньей: «– Гришка, а как же с Аксюткой? – А что? – Небось жалко кидать? – Я кину – кто-нибудь подымет, - с меялся тогда Гришка. – Ну гляди, - Петро жевал изжеванн ый ус, - а то женишься да не в пору... – Тело заплывчиво, а дело забывч иво, - отшутился Гришка». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 116. Петро здесь мудрее Григ ория, он понимает, что не так-то просто справиться с чувством, на которое б рат «... в жениховском озорстве играючи рукой помахивал, - дескать, загоитс я, забудется...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 115. Нет еще у Петра той хитрости, приспособленчества, которые проявляются у него в войне. Так, например, не держится он в стороне, когда вспыхивает ссо ра на мельнице между «мужиками» и казаками: «Петро кинул мешок и, крякнув, мелкими шажками затрусил к мельнице. Пристав на возу, Дарья видела, как Пе тро втесался в середину, валял подругных; охнула, когда Петра на кулаках д онесли до стены и уронили, топча ногами». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 118. Герой с легкостью, не думал о себе, бросает с вою поклажу и вступается за односельчан. Эта необдуманность пропадает у Петра во время войны. Война становится для Петра проверкой всех его качеств, она заостряет, вы деляет те черты его характера, которые, которые не были видны в мирной жиз ни. Это для него своеобразное испытание, из которого герой не сможет выйт и с достоинством. В первые дни войны встречаются два брата, Шолоховым дан о их описание: Петра – «...загорелое лицо, с подрезанными усами пшеничного цвета и обожженным солнцем серебристыми бровями...» и Григорий с незнако мой, пугающей бороздой на лбу. Если в портрете главного героя, испытавшие душевные потрясения из-за убитого человека, произошли изменения, то в оп исании Петра ничего не изменилось. Нет у этого героя душевных страданий, смятения, он не задумывается, как Григорий, для чего, с какой целью умирают на войне люди. Он приспособился, привык к ней, понял что из нее можно извле кать выгоду. Грозным обвинением звучат слова автора: «... быстро и гладко ш ел в гору, получил под осень шестнадцатого года вахмистра, заработал, под лизываясь к командиру сотни, два креста и уже поговаривал в письмах о том, что бьется над тем, чтобы послали его подучится в офицерскую школу ... прис лал свою фотографическую карточку. С серого картона самодовольно гляде ло постаревшее лицо его, торчмя стояли закрученные белые усы, под курнос ым носом знакомой улыбкой щерились твердые губы. Сама жизнь улыбалась Пе тру, а война радовала, потому что открывала перспективы необыкновенные: ему ли, простому казаку, с мальства крутившему хвосты быкам, было думать о б офицерстве и иной сладкой жизни» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 412. . Если Григория мало радуют чины и кресты, то для Петра офицерские погоны кажутся несбывшимся счастьем, если Григори й всегда отстаивает свое достоинство, то Петр подобострастен, льстив, го тов к услугам, война гнула главного героя, Петру же рисовались радужные г оризонты привольной жизни – «дороги братьев растеклись врозь...» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 412. Революция развеяла мечты героя, но и здесь он быстро сориентировался: «Я, Гришка, шататься, как ты, не буду... Меня к красным арканом не притянешь... нез ачем мне к ним, не по дороге» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 26. . В годину смуты, бед, смертей Петр возами отправляет домой н аграбленное. «Петро - он гожий, дюже гожий к хозяйству!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 67. - нахваливает Пантелей Прокофьеви ч старшего сына, «поджившегося» под Калачом. В противовес Григорию, кото рый не только сам не брал чужого, но и запрещал своим подчиненным, Петро ни чем не брезговал для приумножения своего. Если Пантелей Прокофьевич тащ ит в дом все, что подвернется, для того, чтобы сохранить свое рушащееся гне здо, свою привычную жизнь, то его старший сын – ради наживы. Накопительст во Пантелея Прокофьевича трагично и напоминает нервный поединок с пери петиями судьбы, стяжательство Петра смешно и никчемно. Доказательством служит сцена примерки Героем дамского белья, прихваченного им в отбитом поезде: «...покашливая и хмурясь, попробовал примерить панталоны на себя. П овернулся и, нечаянно увидев в зеркале свое отображение с пышными складк ами назади, плюнул, чертыхнулся... Большим пальцем ноги зацепился в кружев ах, чуть не упал на сундук и, уже разъярясь всерьез, разорвал завязки... пант алоны, которые неизвестно какой пол шились, Дарья в тот же день, вздыхая сл ожила в сундук (там лежало еще немало вещей, которым никто из баб никто не мог найти применения)». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 111. Как ни умел Петро гибко приспособляться к изменившимся обстоятельства м, пережидать трудные времена, но война не обошла его стороной, умер он от руки Михаила Кошевого так же суетливо и приниженно, как и жил: «- Кум! – чуть шевеля губами, позвал он Ивана Алексеевича... - Кум, Иван, ты моего дитя крестил.. Кум, не казните меня! – Попросил Петро и, у видев, что Мишка уже поднял на уровень его груди наган, - расширил глаза, бу дто готовясь увидеть нечто ослепительное, как перед прыжком вобрал голо ву в плечи». Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 162. 5. Дарья Мелехова. Трагедия ее бесп лодной жизни. Дарья Мелехова упоминается уже в первой главе и появляется зате м во второй, третьей четвертой, восьмой и девятой главах первой части ром ана, нов них еще нет изображения характерных дарьиных черт. Если, например, при первом появлении в романе «Тихий Дон» генерала Никол ая Александровича Листницкого изображаются его лицо, фигура, одежда – в се характерное, что живо бросилось в глаза Григорию Мелехову, - то появлен ие Дарьи дано совсем иначе. При первом ее появлении упоминаются лишь «ик ры белых ног». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 14. В четырнадцатой главе, рассказывая о возвращении Аксиньи Астаховой ран ним утром от знахарки домой, Шолохов обращает внимание на брови повстреч авшейся Дарьи: «Мелехова Дарья, заспанная и румяная, поводя красивыми ду гами бровей, гнала в табун своих коров». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 57. В следующей пятнадцатой главе снова упоминаются брови Дарьи («тонкие об одья бровей»), которыми поиграла, оглядывая Григория, собравшегося ехать к Коршуновым сватать Наталью. Когда на свадьбе Григория и Натальи дядя И лья шепчет Дарье непристойности, она суживает глаза, подрагивает бровям и и посмеивается. В манере Дарьи играть своими бровями, щурить глаза и во в сем ее облике улавливается что-то порочное. Порочность эта связана и с нелюбовью Дарьи к труду. Пантелей Прокофьевич говорит о ней: «... с ленцой баба, спорченная... румянится да брови чернит...". Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 115. Постепенно черты Дарьи вырисовываются более отчетливо. В потрепанном н аброске, сделанным Шолоховым, за легкостью красивых движений ощущается житейская цепкость, ловкость этой женщины. «Дарья бегала, шаркая валенка ми, грохотала чугунами, под розовой рубашкой, с засученными под локоть ру кавами, трепыхались маленькие груди. Замужняя жизнь не изжелтила, не выс ушила ее – высокая, тонкая, гибкая, как красноталая хворостинка, была она похожа на девушку. Вилась в походке перебирая плечами; на окрики мужа пос меивалась; под тонкой каймой злых губ плотно просвечивали мелкие частые зубы». Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 137. Крупным планом образ Дарьи показан спустя два месяца после мобилизации ее мужа Петра на войну. С циничной шутливостью говорит она Наталье об игр ищах, о своем желании «побаловаться» и подтрунивает над ней, «тихонюшкой ». Слова, движения, мимика Дарьи так органично сочетаются, что перед нами в стает поистине живой человек. Шолохов постепенно раскрывает ее характер и делает это по мере развития сюжета. Война по-особому повлияла на эту женщину: почувствовав, что можно не приспосабливаться к старым порядкам, укладу, она безудержно отдается своим новым увлечениям. «Смерть Петра словно подхлестнула ее, и, чуть оправившись от перенесенно го горя, она стала еще жаднее к жизни, еще внимательнее к своей наружности ». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 57. «...Совсем не та стала Дарья... Все чаще она противоречила свекру, на Ильинич ну и внимания не обращала, безо всякой видимой причины злилась на всех, от покоса отделалась нездоровьем и держала себя так, как будто доживала она в мелеховском доме последние дни...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 106. Для раскрытия образа старшей снохи Мелеховых Шолохов использует множе ство деталей, они определяются ее характером. Дарья – щеголиха, поэтому огромную роль играет здесь детали одежды. Мы в идели разбитую Дарью, «принаряженной» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 41. , «нарядной» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 247. , «одетой богато и видно» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 134. , «разнаряженной, словно на праздн ик» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 103. . Рисуя ее портрет, Шолохов на протяжении, романа упоминает все новые и новые детал и дарьиной одежды: малиновую шерстяную юбку, бледно-голубую юбку с расши вным подолом, добротную и новую шерстяную юбку и т.д. Дарья у Шолохова ещё и постоянно прихорашивается. Так, например, она «раз пять переодевалась, примеряя к какой кофточке больше всего идет полосат ая георгиевская ленточка...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 109. Детали одежды и такие детали, как черные дуги бровей, значительны для рас крытия скользкого характера Дарьи, которую Пантелей Прокофьевич назва л «заразей липучей» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 109. . У Дарьи своя походка, всегда легкая, но вместе с тем многообразная: вьющая ся, скользкая, смелая, развязная, виляющая, быстрая. В различные конкретны е моменты эта походка по-разному связана с другими движениями Дарьи, выр ажением ее лица, ее словами, настроениями, переживаниями. Например, в том, как после бурного столкновения со свекром в мякиннике, она идет «влияюще й быстрой походкой» и скрывается, не оглянувшись, сказываются вызывающа я наглядность, злоба, неуравновешенности Дарьи. Существенную роль в изображении ее портрета играют косвенные характер истики. «От работы хоронится, как собака от мух», «совсем отбилась от семь и» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 109. , - говорит о ней П антелей Прокофьевич. Сравнение Дарьи с красноталой хворостинкой выражает сущность характер а Дарьи, а также эмоциональное отношение к ней автора. «А вот Дарья была вс е та же. Кажется никакое горе не было в силах не только сломать ее, но даже п ригнуть к земле. Жила она на белом свете, как красноталая хворостинка: гиб кая красивая и доступная. - Цветешь? – спросил Григорий». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 57. С годами постепенно меняются характер Григория, Аксиньи, Натальи, Дуняшк и и других героев «Тихого Дона», «а вот Дарья была все та же» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 57. . Это подчеркивает и зменчивость характера Григория: «Нет, нет, Григорий положительно стал не тот!... «Ох, и постарел же ты, братушка! – сожалеюще сказала Дуняшка, - серый к акой-то стал, как бирюк» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 57. . Хотя характер Дарьи мало изменяется, он противоречив. Так, например, она, н е задумываясь, изменяет мужу в пути на фронт. Однако, приехав, «со слезами искренней радости обнимает мужа, смотрит на него правдивыми ясными глаз ами» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 85. . Она очень бурно переживет горе, когда казаки привозят домой убитого Петра. «Дарья, хлопнув дверьми, опухшая, выскочила на крыльцо, рухнула в сани. – Петюшка ! Петюшка, родимый! Встань! Встань!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 197. . Сцена эта нарисована Шолоховым очень драм атично. Когда Дарья начинает голосить по Петру, у Григория чернь застила ет глаза. Но горе ее оказалось непродолжительным и не оставило на ней ник акого следа. «Первое время тосковала, желтела от горя и даже состарилась. Но как только дунул вешний ветерок, едва лишь пригрело солнце, - и тоска то ска дарьина ушла вместе со стаявшим снегом». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 270. «Мастерство изображения движений и мастерство диалога одинаково основ ываются у Шолохова на прикосновении в индивидуальный мир переживаний ч еловека. Герои Шолохова говорят иногда улыбками, выражением своих глаз и различными движениями больше, чем словами. Иной раз в одной фразе действ ующего лица появляется все, что выражают его лицо и движения, - так что пор третные детали оказываются тога излишними. Поскольку же и за художестве нными деталями и за словами, которые произносят персонажи, скрываются сл ожные, противоречивые развивающие чувства и настроения, детальное изоб ражение движений и диалог естественно дополняют друг друга и как бы слив аются воедино. Яркость диалога или внутреннего монолога сказывается в романе Шолохов а на изображении движений, а яркость изображения движений отражается на диалоге или на внутреннем монологе...» Бараг Л. Г. Мастерство пластического изображения человека в романе М. А. Шолохова «Тихий Дон» //Ученые записки. Выпуск 8. Сери я филологическая №2. Уфа, 1956. – С. 74. . Так, например, цинизм Дарьи не только в том, как, она, «молча улыбалась», «бе з особого стеснения» разглядывала генерала, выдавшего ей денежную нагр аду и медаль, но и в том, как она думает в этот самый момент: «Дешего расцени ли моего Петра, не дороже пары быков... А генералик ничего себе, подходящий... » Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 104. Цинизм ее проявляется и в том, как охотно она шутит «непотребными словам и», колко отвечает на расспросы, смущает и озадачивает окружающих. Чем бы стрее разрушается мелеховская семья, тем легче Дарья нарушает моральны е нормы. Шолохов добивается этого нагнетанием характерных деталей. Так, например, убив Ивана Алексеевича Котлярова, она обычным жестом поправил а головной платок, подобрала выбившиеся волосы – все это подчеркивает е е мстительность, злость и то, что Дарья не осознала свой поступок. Затем по сле убийства Шолохов описывает женщину глазами Григория для того, чтобы передать чувство отвращения. «...Наступил кованным каблуком сапога на ли цо Дарьи, черневшие полудужьями высоких бровей, прохрипел: «Ггггадю-ка». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 324. После того как Дарья рассказала Наталье о «прилипчивой болезни», ее «пор азила перемена, происшедшая с дарьиным лицом: щеки осунулись и потемнели , на лбу наискось залегла глубокая морщина, в глазах появился горячий тре вожный блеск» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 112. . Все это не шло в сравнение с тем, каким циничным тоном она г оворила, поэтому это очень ярко передавало настоящее душевное состояни е героини. «Чем многогранней и глубже характер героя и чем более яркой и напряженно й жизнью он живет, тем более широко использует Шолохов изображение окруж ающего мира для раскрытия образа. Отсюда сочетание реализма с самым тонк им лиризмом...» Бараг Л. Г. Мастерство пластического изображения человека в ро мане М. А. Шолохова «Тихий Дон» //Ученые записки. Выпуск 8. Серия филологичес кая №2. Уфа, 1956. – С. 36. Внутренний мир Григория, Аксиньи, Натальи, других героев раскрывается че рез восприятие ими природы, этого нельзя сказать о Дарье. И это не случайн о, так чувство природы не играло роли в ее переживаниях. Но после случивше йся беды она обращает на нее внимание: «Гляжу на Дон, а по нем зыбь, и от солн ца он чисто серебряный, так и переливается весь, аж глазам глядеть на него больно. Повернусь кругом, гляну – господи, красота-то какая! А я ее и не при мечала» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 23. . Через это т монолог ощущается дарьина драма, бесплодность ее жизни. Дарья со всей н епосредственностью проявляет в этой речи светлые, человеческие чувств а, которые таились в ее душе. Шолохов показывает, то эта женщина все-таки о бладает способность ярко воспринимать мир, но оно появляется только пос ле осознания безысходности своего горя. Шолохов неоднозначно относится к своей героине, через художественную д еталь, через прямую авторскую речь, через диалоги он показывает цинизм, в нутреннюю пустоту этой женщины, но вместе с тем Дарья Мелехова подкупает своим озорством, чувством юмора, жизнелюбием. 6. Прекрасное и нравственно в обра зе Натальи Мелеховой. Наталья – это верная, покорная, но нелюбимая жена Григория. Драм а ее изображена Шолоховым с волнующей глубиной. Воспитанная в стародавних казачьих традициях она, несмотря на предосте режения своего отца, выходит замуж за Мелехова. «Люб мне Гришка, а больше н и за кого не пойду», - решительно она, и никакие уговоры не могли повлиять н а нее». Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 87. Провожая Григория, приехавшего проведать свою невесту, «Наталья отвори ла ворота, из-под ладони глядела вслед: «Григорий сидел по-калмыцки, слегк а свесившись на левый бок, ухарски помахивая плетью. «Одиннадцать ден ос талось», - высчитала в уме Наталья и засмеялась» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 148. . В этой внутренней речи автор выразил в се нетерпение, радость ожидания замужества. Но действительность оказывается совсем иной, безрадостной. Вскоре посл е свадьбы муж признается ей: не люблю я тебя, Наташка, ты не гневайся...» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 118. Молча, затаенно она переживает свое горе, надеясь, что Григорий рано или п оздно вернется к ней. Прощает ему все, ждет его. Все хуторские сплетни и пе ресуды вызывают на ее сердце тупую, ноющую боль, но и это она сносит терпел иво. Любовь ее смиренно-страдальческая. Достаточно вспомнить ее письмо м ужу: «Григорий Пантелеевич! Пропиши мне, как мне жить, и навовсе или нет по терянная моя жизня? Ты ушел из дому и не сказал мне ни одного словца. Я тебя ничем не оскорбила... Думала, сгоряча ты ушел, и ждала, что возвернешся, но я разлучать вас не хочу. Пущай лучше одна я в землю затоптанная, чем двое. По жалей напоследок и пропиши...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 211. После оскорбительного ответа Наталья решает покончить жизнь самоубийс твом и только чудом выживает, изуродовав себя на всю жизнь. После выздоровления она сделает попытку вернуть Григория, выпросить Ак синью «отдать» ей мужа. Но Аксинья только глумится над ней, а из колыбели « ...глянули на нее с лица ребенка угрюмовато – черные глаза Григория». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 45. В те же короткие периоды, когда Мелехов возвращался к ней и жил с ней, она н икогда и нив чем не упрекала его, боясь чем-нибудь нарушить его покой. В образе Натальи Шолохов подчеркнул наиболее обаятельные ее черты: цело мудренную чистоту, стыдливость, робость. Так, например, для нее характерна сдержанная улыбка. Когда Григорий, прие хавший в дом Коршуновых сватать Наталью, взглянул на нее, он увидел, как на ее « упругой щеке дрожала от смущения и сдержанной улыбки неглугобокая розовая ямка». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 64. Иначе улыбается Наталья своей несмелой улыбкой много лет спустя, пережи в глубокую душевную драму. «- А ты гладкая, как будто и не хворала», - ласково говорит Григорий, выздора вливающей после тифа Наталье. – Поправилась… Мы бабы, живучие, как кошки. – Сказала она, несмело улыбаясь и наклоняя голову». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 61. От улыбки Натальи веет домом, уютом, и Григория невольно тянет к ней. Замуж няя женщина, она остается такой же сдержанной и стыдливой, как в девичест ве. Сцена родов передает самую сущность Натальи. Почувствовав приближен ие предродовых схваток, Наталья поспешно уходит из куреня за хутор, ложи тся в зарослях дикого терна и рожает. «Я от стыда ушла… Батю не смела… Я чи стая, маманя, и их искупала… Возьмите…» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 62. А вот Шолохов описывает роды Аксиньи: «Аксинья отползла в сторону, стала на четвереньки, воткнув голову в ворох пыльного ячменя, выплевывая изжев анные от муки колючие колосья. Она распухшими чужими глазами непонимающ е уставилась на подбежавшего Григория и, застонав, въелась зубами в ском канную занавеску, чтобы рабочие не слышали ее безразборного животного к рика». Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 160. Автор подчеркивает в Аксинье чувственное, звериное начало, в Наталье же – ее целомудренность, чистоту. В образе Натальи одна из наиболее обаятельных черт – пафос материнства . Всю свою любовь, всю силу нерастраченной женской ласки она перенесла на своих детей, в заботах о них забывала свои обиды и горести. В те же недолги е дни, когда Григорий был рядом с ней, не переставая страдать, чувствовала себя все же счастливой. В четвертой книге романа есть такая сцена: Григор ий вместе с Прохором Зыковым на рассвете приехали в хутор Татарский, что бы повидаться со своими. «Полуодетая Наталья вышла зачем-то в сенцы. При в иде Григория заспанные глаза ее вспыхнули таким ярким брызжущим светом радости, что у Григория дрогнуло сердце, и мгновенно и неожиданно увлажн ились глаза. А Наталья молча обнимала своего единственного, прижималась к нему всем телом, и потому, как вздрагивали ее плечи, Григорий понял, что о на плачет». Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 45. Но ког да прошли первые, всегда необычные минуты встречи, и в семье все пришло в с вое обычное состояние, Наталья расцвела. «Она была рядом с ним, его жена и мать Мишатки и Полюшки. Для него она принарядилась и вымыла лицо. Торопли во накинув платок, чтобы не было видно, как безобразна стала ее голова пос ле болезни, слегка склонив голову набок, сидела она такая жалкая, некраси вая и все же прекрасная, сияющая, какой-то чистой внутренней красотой… Мо гучая волна нежности залила Григория. Он хотел сказать ей, что-то теплое, л асковое, но не нашел слов и молча, притянув ее к себе, поцеловал белый лоб и скорбные глаза. Нет, раньше никогда не баловал он ее лаской. Аксинья засло няла всю его жизнь. Потрясенная этим проявлением чувства со стороны мужа и вся вспыхнувшая от волнения, она взяла его руку, поднесла к губам». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 464. Эта сцена лучше ка ких бы то ни было комментариев раскрывает возвышенные и благородные кач ества души Натальи. Аксинья здесь, всю жизнь заслонявшая от Натальи Григ ория, отходит на второй план. Может быть, Наталья многого не понимает в муках Григория, в его метаниях. Г ригорий искренен, открыт в самооправданиях перед женой. Он признает, что ему трудно жить «без забытья»: трудно мне, через это и шаришь, чем забыться : водкой ли, бабой ли…» У Натальи один ответ – с позиции семьи: «Напакости л, обвиноватился, а теперь все на войну беду сворачиваешь. Все вы такие-то» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 302. . В этом видна иск ренность и человечность ее борьбы за свое достоинство. Ей безумно трудно : ей противостоит не только Аксинья, но и война, забирающая Григория. Наталью ранят отношения Григория с Аксиньей, связь с другими женщинами. Она не хотела прощать человеку, которому отдала все. Измены его были оско рбительны для нее, матери его детей, и Наталья восставала против них всем своим существом. Так, например, дошли до нее слухи о гулянках Григория, и она в день его прие зда стелет себе постель отдельно от него. Этим Наталья показала, что Григ орий, замаравший себя случайными связями, не мог быть ее мужем. «За что же ты меня опять мучаешь? – упрекала она Григория. – Дети у тебя уж вон каки е!» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 301. Наталья долгое время таила в себе все свои переживания, старалась забыть ся в работе, но все это прорывается в ней и выплескивается наружу. В каком- то полубезумном состоянии она проклинает Григория, насылая на него смер ть. Она, «повернувшись лицом на восток, молитвенно сложив мокрые от слез лад они, скороговоркой, захлебываясь, прокричала: - Господи! Всю душеньку мою он вымотал» Нету больше силы так жить! Господи, накажи его проклятого! Срази его там насмерть! Чтобы больше не жил он, не м учил меня!… Черная клубящаяся туча ползла с востока. Глухо грохотал гром. Пронизывая круглые облачные вершины, извиваясь, скользила по небу жгуче-белая молн ия. Ветер клонил на запад ропщущие травы, нет со шляха горькую пыль, почти до самой земли пригибая отягощенные семечкам шляпки подсолнухов. Ветер трепал раскосмаченные волосы Натальи, сушил ее мокрое лицо, обвива л вокруг ног широкий подол серой будничной юбки. Несколько секунд Ильинична с суеверным ужасом смотрела на сноху. На фоне вставшей в полнеба черной грозовой тучи она казалась ей незнакомой и ст рашной». Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 157. В этой сцене выразилось все отчаяние Натальи, жизнь, для которой без верн ости и любви Григория, не имела смысла. Гроза же передает всю глубину душе вного потрясения Натальи. «Нету больше силы так жить!» - кричит она. Но Возвращаясь домой с Ильинично й, Наталья говорит: «смерти я ему не хочу… Сгоряча я там все говорила… из с ердца его не вынешь, но и так жить тяжелехонько!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 159. Гордая и оскорбленная Наталья не захотела родить от Григория, нарушивше го верность. После аборта, сделанного неумелой повитухой, она умирает. Но и умирая, она думала только о нем: «Маманя, вы меня оденьте в зеленую юбк у, в энту, какая с прошивкой на обороте… Гриша мой любил, как я надевала». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 166. Прощаясь с детьми, она передает сыну свою последнюю просьбу: «- Мамынька, к огда лежала в горнице.. Когда она ишо живая была, подозвала меня и велела т ебе так: «Приедет отец – поцелуй его за меня и скажи, чтобы он жалел вас» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 175. . И в этом слышитс я отголосок любви к Григорию, раскаяние в своем порыве мстить, надежда на доброе воспоминание о себе. «…Прощание и примирение Натальи – результат огромного нравственного потрясения, внушений борьбы и страданий. Это один из пленительных образо в мировой литературы». Федь Н. Парадокс гения. //Молодая гвардия. – 1995 - №5. – С.255. 7. Аксинья – тип настоящей русско й женщины. Аксинья – одна из замечательных героинь романа. Это тип настоящ ей русской женщины, умеющей по настоящему любить, подчинившей любви всю свою жизнь. Любовь Аксиньи к Григорию – это протест против горькой доли. «За всю жиз нь за горькую отлюблю!… А там хучь убейте! Мой Гришка! Мой!» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 68. - в каком-то исступл ении кричит она Пантелею Прокофьевичу. Роман между Аксиньей и Григорием Мелеховым начат просто и прямо. Зашел Г ригорий к соседям: «В кухне на разостланной полости спит Степан, под мышк ой у него голова жены. В поредевшей темноте Григорий видит взбитую выше к олен Аксиньину рубаху, березове-белые, бесстыдно раскинутые ноги. Он сек унду смотрит, чувствуя, как сохнет во рту, и в чугунном звоне пухнет голова » Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 19. . Аксинья просыпа ется: «Осталось на подушке пятнышко уроненой во сне слюны; крепок зоревы й бабий сон». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 19. Все начато с самого простого. Аксинья описывается Шолоховым без всякой п оэтизации. При второй встрече – «Ясно вылегла под рубахой продольная ло жбинка на спине. Григорий видел бурые круги слинявшей под мышками от пот а рубахи». Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 40. После такого введения героини в роман рассказывается ее предыстория. Автор ни чего не утаивает из жизни Аксиньи: ни то, что ее, шестнадцатилетнюю, изнаси ловал пьяный отец, ни того, что потом бил муж. Молодость ее была смята надр угательством отца и истязаниями мужа. Любовь для героини – это своеобра зный выход из беспросветного прошлого, вот почему вся отдается своему чу вству: «…Не лазоревым алым цветом, а собачьей бесилой, дурнопьяном придо рожным цветет поздняя бабья любовь. С лугового покоса переродилась Аксинья. Будто кто отметину сделал на ее лице, тавро выжег. Бабы при встрече с ней ехидно ощерялись, качали головам и вслед, девки завидовали, а она гордо высоко несла свою счастливую, но сра мную голову». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 44. Аксинья чувственно любит Григория, и в первой книге отношения между ними описываются очень сурово: «Он упорно, бугаиной настойчивостью ее обхажи вал. И это-то упорство и было страшно Аксинье» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 36. . Сближение их дано по-звериному: «Рывко м кинул ее Григорий на руки – так кидает волк к себе на хребтину зарезанн ую овцу» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 40. . Утолив св ое звериное желание, Григорий легко отказывается от этой женщины, оскорб ляя ее при этом похабной пословицей: «Сучка не захочет – кобель не вскоч ит» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 70. . Но не сам о оскорбление важно – важно его равнодушие. Аксинья же, своенравная и безоглядная в своей страсти, готова на все, даже на убийство мужа. Григорий начинает: «Надумал я, давай с тобой прикончим…» Аксинья додумыв ает про себя страшные слова: «…прикончим Степана, - но «он досадливо облиз нул губы…» - и добавляет «прикончим эту историю. А?» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 172. История не приканчивается, хотя главный герой сосватан ненравящейся, но привлекательной и хорошей женщиной. Он любит Аксинью. Для него она пахне т не только знакомым запахом пота, но и цветком-дурнопьяном, запахом зимн его ветра и свежего степного сена. «На губах Григория остается волнующий запах ее губ, пахнущих то ли зимни м ветром, то ли далеким, неуловимым запахом степного, вспрыснутого майск им дождем сена…» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 173. Все это предает свежесть, здоровье, чистоту героини. Но пис атель также подчеркивает ее «порочную и манящую красоту», ее губы «бесст ыдно жадные, пухловатые», глаза вспыхивающие «балованным отчаянным ого ньком», улыбку. Когда Аксинья узнает о решении Мелехов уйти из хутора и жить вместе с ней, «на губах ее, скрытая от глаз Григория, дрожала радостная, налитая сбывши мся счастьем улыбка». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 152. В ее улыбке отражаются самые противоречивые чувства. Так, например, давн яя боль и тоска, удивление и нежность отразились в улыбке Аксиньи, когда о на после долгой разлуки встретила Григория на берегу Дона, у пристани: «О на улыбнулась такой жалкой, растерянной улыбкой, так не приставшей ее го рдому лицу, что у Григория жалостью и любовью дрогнуло сердце…» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 290. Чуткость, поэтичность натуры ее сказываются иногда в улыбке: «Проглянув ший сквозь туман клочек чистого неба ослепил ее холодной синевой; запах прелой соломы и оттаявшего чернозема был так знаком и приятен, что Аксин ья глубоко вздохнула и улыбнулась краешками губ». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 266. Шолохов не один раз говорит о своей героине, что она - гордая. У нее «гордое лицо», презирая сплетни, она «гордо и высоко несла свою счастливую, но сра мную голову» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 44. . После ссоры с Мелеховым она не здоровается с ним, «с сатани нской гордостью, раздувая ноздри, проходила мимо…» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 233. Несколько раз повторенное опреде ление «гордая» служит для выделения одной из самых главных черт характе ра героини. Но Аксинья не гордится своей яркой, волнующей красотой, гордо сть ее проявляется в отстаивании своего человеческого достоинства. Оно определяет правдивость, искренность и прямоту Аксиньи. «Ну люб мне Гришк а, - с вызовом говорит она Пантелею Прокофьевичу. – Ну? Вдаришь, что ль?… Муж у пропишешь?… Пиши хуть наказному атаману, а Гришка мой!» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 55. Вернувшемуся из ла геря мужу со страхом и тоской прямо и открыто говорит: «Не таюсь – грех на мен. Бей, Степан!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 66. Аксинья не может солгать, извернуться, обмануть, как может это сделать Да рья. Лицемерие ей противно. Когда Наталья пришла ней поговорить о Григор ие, который по слухам встречался с соседкой, Аксинья пытается отклонитьс я от ответа. Но достаточно было Наталье упрекнуть ее, как Астахова, вспыхн ув, гордо и резко подтверждает предположения обманутой жены. Правдивость и прямоты были в ее характере. Вот например, сидят за одним ст олом Григорий и Степан. Когда Аксинья увидела их вместе, в глазах ее «плес нулся ужас». Муж с ненавистью и тоской предлагает ей выпить за долгую раз луку. Он хорошо знал, ради кого пришел к ним этот человек. Аксинья Отказыва ется: «- Ты же знаешь… - Я зараз все знаю… Ну, не за разлуку! За здоровье дорого гостя, Григория Пан телеевича. - За его здоровье выпью! – звонко сказал Аксинья и выпила стакан залпом» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 61. . И в этом порыве в ся главная героиня, свободно и бесстрашно выражающая свои чувства. Если Наталья никла под ударом судьбы, укоряла себя за то, что не могла изменить , ход событий, то Астахова встречала опасность с высоко поднятой головой, вступала в борьбу за счастье. Отдавшись любви она готова ради Григория пожертвовать всем. Это ведь она первая уговаривает своего любимого: «Гриша, дружечка моя… родимый, дава й уйдем. Милый мой! Кинем все уйдем. И мужа и все кину, лишь бы ты был… на шахт ы уйдем, далеко. Кохать тебя буду, жалесть» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 73. . Она выносит бессердечный отказ Григория по кинуть с ней хутор, побои мужа, насмешки, позор, но решает отнять его «…у сч астливой, ни горя, ни радости не выдавшей Натальи Коршуновой…» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 93. Причем она уверена в правильности и нравственности своего решения. Позднее она окажет Ната лье: «Ты первая отняла у меня Гришку! Ты, а не я… Ты знала, что он не жил со мно й, зачем замуж шла?» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 367. Через всю жизнь героиня пронесла любовь к Григорию. На ее долю много выпа ло тяжелого, страшного, постыдного. Потеряв ребенка, по-прежнему любя Гри гория, она отдается Листницкому, «со всей душой, давно забытой страстью», потом ненавидит его. («Не подходи, проклятый!») «Через три дня ночью Евген ий пришел в половину Аксиньи, и Аксинья его не оттолкнула». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 420. Героиня стыдилась своей связи с Листницким. Так, например, Степан, вернув шийся из плена, спрашивает: «- Слыхал, будто с панским сыном… Правда? - Щеки Аксиньи жгучие, до слез, проступивших под веками отягощенных стыдо м глаз, крыла кровь. - Живу теперь с ним. Верно». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 75. Она отвечает правдиво, но сколько горечи в ее признании! Комментарий же а втора лаконичен: «Свои, неписанные законы диктует людям жизнь» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 420. . «Жизнь» – главно е слово в романе, объясняющее все, что происходит с героями. Эта женщина, много испытавшая на своем веку, сумела сохранить и пронести через всю свою жизнь чистоту и силу своих чувств к Григорию. В самом начал е из романа она страшится свой любви. «Тоскую по нем, родная бабунюшка. На своих глазенках сохну… Пройдет мимо база, а у меня на сердце закипает… уп ала б наземь, следы б его целовала... Может присушил чем? Пособи бабунюшка!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 65-66. - умоляет она зн ахарку бабку Дроздиху. Аксинья осознает, что она не в силах противиться с воему чувству, поэтому прибегает к последнему средству, но и оно бессиль но перед беспредельной женской любовью. Вот Аксинья встречает Григория у Дона. Это была их первая встреча после в озвращения Степана из лагеря. На спине Мелехова «трепыхается клочек све жепорванной грязной рубахи, желтел смуглый треугольник оголенного тел а. Аксинья целовала глазами этот крохотный, когда-то ей принадлежавшей к усочек любимого тела; слезы падали на улыбавшиеся, побледневшие губы» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 77. . Она ласкает сле д от ноги своего любимого. Не каждая женщина способна на такие проявлени я любви! Любовь Аксиньи к Григорию похожа на пламя, и силу ее переживаний сравнив ает Шолохов с «полымем». Так на луговом покосе в тот день, когда они в первый раз сблизились, Григор ий прижимает к себе Аксинью, «послушную, полыхающую жаром» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 52. . Или вот, например, « Аксинья ходила на цыпочках, говорила шепотом, но в глазах, присыпанных пе плом страха, чуть приметно тлел уголек, оставшийся от зажженного Гришкой пожара...» Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 76. Всякий раз при мысли о нем, при встрече с ним она словно бы загорается. Вот Аксинья увидела Григория, и «жаром осыпала кровь виски» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 76. . В лесу, при Петре и А никушке, она останавливает Мелехова, недавно женившегося, отзывает в сто рону. «Стыд и радость выжигали ей щеки, сушили губы» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 159. . Или вот другой раз она встретилась с ни м, осыпая его поцелуями, «у нее на щеках все сильнее проступал полыхающий жаром румянец, и словно синим дымком заволакивались зрачки» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 412. . Постаревшая Аксин ья после возвращения Григория из Красной армии глядит в зеркало и с удив лением видит свой «молодые, с огоньком глаза» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 385. . Счастье встречи с любимым так велико, ч то оно как - будто возвращает ей молодость. Сравнение с огнем, «полымем» от ражает всю силу неостывающей любви к Григорию. Внутренне богатство Аксиньи Михаил Александрович выражает при помощи сравнений, сопоставлений с природой. При помощи таких сопоставлений он п ередает не только прекрасное в образе, но и изменения, происходящие с гер оиней. Так постаревшая, много выстрадавшая героиня сравнивается с увядшим, но е ще прекрасным ландышем. Аксинья присела отдохнуть под кустом боярышник а и «уловила томительный и сладостный аромат ландыша. Пошарив рукой, она нашла его. Он рос тут же, под непроницаемо-тенистым кустом. Широкие, некогд а зеленые листья все еще ревниво берегли от солнца низкорослый горбатен ький стебелек, увенчанный снежно-белыми поникшими чашечками цветов. Но у мирали покрытые росой и желтой ржавчиной листья, да и самого цветка уже к оснулся смертельный тлен: две нижних чашечки сморщились и почернели, лиш ь верхушка – вся в искрящихся слезинках росы – вдруг вспыхнула под сол нцем слепящей пленительной белизны. И почему-то за этот короткий миг... вспомнилось Аксинье молодость и вся ее долгая жизнь. Что ж, стара, видно, стала Аксинья... Станет ли женщина смолоду плакать оттого, что за сердце схватит случайное воспоминание?» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 16. Писатель создает глубоко психологический образ постаревшей героини. В описании гибнувшего цветка («листья его умирали, чашечек коснулся смерт ельный тлен») есть указание на трагическое будущее Аксиньи. Героиня меняется не только внешне, меняется ее внутренний мир. Любовь ее вырастает, становится человечнее, страсть, владевшая героиней, со времен им соединяется с материнской нежностью: «Аксинья испытывала к нему еще б ольшую любовь и почни материнскую нежность» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 12. . Свою материнскую любовь она переносит на детей Григория, после смерти Натальи она заменяет им мать, и это еще бол ьше возвышает и облагораживает героиню. В четвертом томе книги в Аксинье пропадает то «порочное», что неоднократ но подчеркивается писателем. Она доказала всей своей жизнью любовь и вер ность Григорию: «И о чет бы ни думала, что бы ни делала, всегда неизменно, не отрывно в думках своих была около Григория, - говорит писатель об Аксинье , - Так ходит по кругу в Чигире слепая лошадь, вращая вокруг оси поливально е колесо...» Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 329. Ничего в мире не хотела видеть Аксинья кроме своего любимого, из-за него ж ила всегда в страшном напряжении и волнении, никогда не задумываясь над тем, на чьей стороне он воевал. По первому его зову могла расстаться с чем и кем угодно, лишь бы быть рядом с ним. И в последний раз, когда он ночью приш ел за ней, она без колебаний и даже с радостью собралась и пошла, сама не зн ая куда. На вопрос Григория: «Ну? Едешь? – она отвечает: «А как бы ты думал?... Сладко мне одной? Поеду, Гришенька, родненький мой! Пеши пойду, поползу сле дом за тобой, а одна больше не останусь! Нет мне без тебя жизни... Лучше убей, но не бросай опять!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 442. Видя ее опухшие от слез но сияющие счастьем глаза, Григори й, усмехаясь, подумал: «Собралась и пошла, как-будто в гости... Ничего ее не с трашит, вот молодец баба...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 443. Но и эта, последняя, попытка Аксиньи наконец-то обрести счастье обернула сь для нее гибелью. Вдали от хутора нашла она свое пристанище. Образ этой героини изумителен в своем драматизме, прямоте и страстности чувства. 8. Михаил Кошевой как идеологичес кий антипод Григория Мелехова. Образ Михаила Кошевого отражает то, как революционные изменени я жизни влияли на развитие характера героя на изменения, его нравственны х качеств. В первой книге, где изображается мирная жизнь, Михаил Кошевой – друг Гри гория Мелехова, участник кружка Штокмана почти не показан в действии. Ав тор только набрасывает его портрет. «Был он коренаст, одинаково широк в п лечах и бедрах, оттого казался квадратным; на чугунно крепком устое сиде ла плотная, в кирпичном румянце, шея, и странно выглядела на этой шее краси вая в посадке небольшая голова с женскими очертаниями матовых щек, мален ьким упрямым ртом и темными глазами под золотистою глыбою кучерявых вол ос...» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 141. Мужестве нные черты сочетаются здесь с нежными чертами. Михаил Шолохов подчеркив ает детскость, ласковость Кошевого. Так, например, он ласков в обращении с женщинами. Когда Валет в разговоре героем называл Марью Богатыреву расп утной, «Михаил, томительно и нежно улыбаясь, поправил его: - Не распутная, а веселая» Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 303. . Но простой, веселый деревенский парень в течение бурных лет резко меняет ся и из второстепенного образа превращается в одного из главных героев. Повествуя о событиях 1918 года, автор отмечает, что за годы войны «лицо Михаи ла возмужало и как бы вылиняло...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 297. Когда Григорий Мелехов встречается с Кошевым, которого не видел более полутора лет, он не без удивления разглядывает «...посуровевш ее лицо бывшего друга...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 334. С годами изменяются глаза Михаила. В первой книге у него «...красивое темно глазое лицо...», «...темные глаза...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 141. , в третьей книге Григорий, здороваясь с ним, «...засматривае тся в голубые его глаза...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 127. После убийства Штокмана, когда до Михаила дошел слух о зверской расправе в хуторе Татарском с Иваном Алексеевичем, Шолохов описывает героя: «Гол убыми и холодными, как лед, глазами смотрел на станичника, спрашивал: «Поб оролся с советской властью?» - и, не дожидаясь ответа, не глядя на мертвеющ ее лицо пленного, рубил. Рубил Безжалостно...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 378. У Михаила, который вернулся с фронта, потухшие, мутные глаза. Но они «оживи лись», когда он увидел Дуняшку. «Ильинична с удивлением заметила, что пот ухшие глаза «душегуба» теплели и оживлялись, останавливаясь на маленьк ом Мишатке, огоньки восхищения и ласки на миг вспыхивали в них и гасли...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 288. Когда же Григор ий, вернувшись с фронта домой вслед за Кошевым, хотел обнять его, он «увиде л в безулыбчивых глазах его холодок, неприязнь...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 324. В приобретенной Кошевым с годами манере сжимались губы, стискивать зубы , «...в упрямой складке, которая ложилась у него промеж бровей...» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 386. , в твёрдой походке, в пристальном взгляде, который он всаживал в собеседника, заставляя того потупиться...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 300. , и в том, как «рывком вскидывал свои глаза, и они смотрели пр ямо в зрачки врага, вонзались в них...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 194. во всём этом видно ожесточение Михаила Кош евого. Герой не сразу научился действовать уверенно, ранее не раз он испытывал чувство растерянности и стыд. Когда, например, Валет сообщил, что восстав шие казаки разбили под станицей Мигулинской красную гвардию, «по лицу Ми хаила... скользнула растерянность, он сбоку глянул на Валета, переспросил: - Как теперь?» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 297-298. У Михаила, который у ниженно просит отарщика Солдатова не выдавать его, - «растерянно бегали глаза...» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 32. . Возвращаясь из Вешенской в хутор Татарский, и не зная ещё, что там происхо дит, Кошевой колеблется: «Что делать? А если и у нас такая заваруха? Кошево й затосковал глазами...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 169. Позднее, когда он спасся от грозившей ему в хуторе смерти, « вспомнил, как брали его в плен, беззащитность свою, винтовку, оставленную в сенях, - мучительно до слёз покраснел...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 171. . Чувство растерянности в различных его оттенках выражают не только глаз а, движения Кошевого, но и тон его голоса. Когда, например, Михаил узнаёт от встречного красноармейца, что хутор Го рбатов, в который он направляется, занят белыми, он расспрашивает этого с олдата недоумённо и растерянно. «Как же на Бобровский проехать? – расте рянно проговорил Михаил...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 377. . В первых трёх книгах «Тихого Дона» растерянность Кошевого проявляется иной раз так резко, как не проявляется растерянность Григория Мелехова. Тем контрастнее выглядят его действия, когда он уверен в своей силе и пре восходстве. Так, например, приступая к обязанности председателя хуторского ревкома, герой не испытывает ничего, кроме раздражения: «Злой донельзя на себя и н а все окружающее, Мишка встал из-за стола, оправил гимнастёрку, сказал, гля дя в пространство, не разжимая зубов: «Я вам, голуби, покажу, что такое сове тская власть!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 307. Сдержанно и решительно ведёт он себя, явившись в дом дезертира. Михаил, «с покойно улыбаясь», просит его выйти «на минутку» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 314. . Когда Ильинична укоряет его за убийство деда Гришаки, Мишка «добродушно улыбнулся и сказал: «Станет меня совесть точить из-за такого барахла, как этот дед...» Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 275. Беспощадность Кошевого происходит не от природной жестокости, как, напр имер, у Митьки Коршунова, а диктуется и объясняется им классовой борьбой. Матери, убитого им, Петра Мелехова, Мишка говорит: «...Не с чего моим глазам з ажмуряться! А ежели Петро меня поймал, что бы он сделал? Думаешь, в маковку поцеловал бы? Он бы тоже меня убил...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 283. Чувство классовой ненависти господствует у этого героя над всеми други ми проявлениями души. Он всё готов сделать ради советской власти. Так, например, Михаил Кошевой отвечает на сетования земляков о нехватке соли: «Наша власть тут ни при чём... Тут одна власть виновата: бывшая кадетс кая власть! Это она разруху такую учинила, что даже соль представить, може т, не на чем! Все железные дороги побитые, вагоны – то же самое... долго расс казывал старикам о том, как белые при отступлении уничтожали государств енное имущество, взрывали заводы, жгли склады, кое-что он видел сам во врем я войны, остальное вдохновенно придумывал с единственной целью – отвес ти недовольство от родной советской власти. Чтобы оградить эту власть от упрёков, он безобидно врал, ловчился, а про себя думал: «Не дюже большая бе да будет, ежели я на сволочей и наговорю немножко. Все одно они сволочи, и и м от этого не убудет, а нам явится польза...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 312. Даже Дуняшке, единственно родному человеку, Кошевой делает суровое пред упреждение из-за того, что та нелестно отозвалась о красных: «ежели ишо ра з так будешь говорить – не жить нам с тобой вместе, так и знай! Твои слова - вражьи...» Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 105. Всё эт о характеризует фанатизм, бескомпромиссность его позиций. С другой стороны Михаил Шолохов не скрывает иронии, изображая этого геро я. Так, например, повествует автор о наивной удали, которой блеснул Мишка, возвращаясь летом 1919 года в родной хутор: «...Испокон веков велось так, что служивый, въезжавший в хутор, должен быть нарядным. И Михаил, еще не освободился от казачьих традиций, даже будучи в Красной Армии. Собрался свято соблюсти старинный обычай... Он отвинтил с у глов кровати полые внутри шары, привесил их на шелковых шарах к уздечке... Несмотря на то, что зрение коня страдало от блеска... Михаил не снял с уздеч ки ни одного шара...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 380. Юмором проникнуты также сцены, когда Михаил впервые отправляется в хуто рской ревком исполнять свои обязанности председателя: «...походка его бы ла столь необычна, что кое-кто из хуторных при встрече останавливался и с улыбкой смотрел ему вслед...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 305. Для изображения образа Кошевого автор использует внутренние монологи героя. Монолог раскрывает то, что думает говорящий, и что не связано с прои зносимыми словам. Таков, например, диалог с Мишаткой. «- Сделаю, тезка, ей богу сделаю, только отойди трошки, а то как бы тебе струж ка в глаза не попала, - уговаривал его Кошевой, посмеиваясь и с изумлением думая: «Ну до чего похож, чертенок... вылитый батя! И глаза и брови, и верхнюю губу также подымает... Вот это работенка!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 287. Здесь прямая речь и внутренний монолог пом огают представить одновременное добродушие и изумление на лице Кошево го без каких-либо указаний со стороны автора. Хотя с годами внешний облик героя изменяется, что-то женственное и ребяч еское в Кошевом остается. Так, например, слушая, как Штокмана с невозмутим ым видом рассказывает какую-то смешную историю, Михаил «...смеется детски м, заливчатым смехом, захлебываясь, и все норовил заглянуть под башлык Шт окману...» Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 166. Когда он, жестоко избитый повстанцами, узнал от матери о восстании, об убийстве Фильки, Тимофея и о бегстве Алексея Ивановича, Штокмана, Давыдки, - «за дол гое время в первый раз заплакал Михаил, по-ребячьи всхлипывая...» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 171. Но все это не вносит в образ Кошевого необходимой гармонии, и в сознании ч итателей он так и остается отрицательным героем. Михаил Кошевой – это в оплощение преданности партии, но по шкале человеческих ценностей он ока зывается ниже Григория. Однажды, услышав, что Михаилу угрожает смерть от рук казаков, Григорий, не думая о собственной опасности, мчится к нему на п омощь: «...Кровь легла промеж нас, но ить не чужие мы?» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 168. Если он постоянно колеблется в политич еской борьбе, то это происходит потому, что он верен себе, человеческому д остоинству, порядочности. Каковы бы были намерения Шолохова при изображении этого героя, из него е два ли получится светлый образ нового советского человека. 9. Федор Подтелков – «человек осо бой, правильной породы». Б. Дайреджиев в своей книге «О «Тихом Доне» пишет: «Коммунисты «Т ихого Дона» не такие, какими их привыкли и хотим видеть в литературе, каки х мы знаем по общественной и государственной деятельности внутри стран ы...» Дайреджиев Б. О . О «Тихом Доне». – М.: Советский писатель, 1962. – С. 170. Конечно, коммунисты в изображении Шолохова отличаются от того описания, к которому привыкла советская литература 20-30 х годов. К этому времени писатели уже располагали опытом исследовани я психологии вожаков – это всегда были люди слова, дела, большого мужест ва, несгибаемой воли. Михаил Александрович внес свои черты в складывающу юся традицию изображения характера большевика. Эта черта состоит в его р еалистичности, объективности. Важнее для него не перечислять достоинст ва, а постичь человеческую природу героя. Достигает он этого различными приемами и средствами, используя в том числе, «прием «зеркального отраже ния», когда то или иное событие или действующее лицо дается через воспри ятие разных людей, что служит средством характеристики, как воспринимае мого, так и воспринимающего и создает ощущение объемного изображения». Хватов А. На стрежне в ека. – М.: Современник, 1975. – С. 112. Так, например Федора Подтелкова дан Шолоховым в восприятии Григория Мел ехова: «В комнате сидел... здоровый, плотный казак... Ссутулив спину, он широк о расставил ноги в черных суконных шароварах, разложив на круглых широки х коленях такие же широкие рыжеволосые руки... На большом, чуть рябоватом в ыбритом лице его светлели заботливо закрученные усы, смоченные волосы б ыли приглажены расческой... Он бы производил приятное впечатление, если б ы не крупный приподнятый нос за глаза. На первый взгляд, не было в них ниче го необычного, но, присмотревшись, Григорий почти ощутил их свинцовую тя жесть. Маленькие, похожие на картечь, они светлели из узких прорезей, как и з бойниц, приземляли встречный взгляд, влеплялись в одно место с тяжелым упорством... Подтелков почти не мигал, - разговаривая, он упирал в собеседн ика свой невеселый взгляд, причем куценькие обожженные солнцем ресницы его все время были приспущены и недвижны. Изредка лишь он опускал пухлые веки и снова рывком поднимал их, нацеливаясь картечечками глаз, обегавши ми все окружающее». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 402. «Глаза-картечины» не только доносят силу воли, упорство Подтелкова, но и вносят ощущение тяжеловесности, злобы. В вся его портретная характерист ика говорит о том, что в этом человеке скрыты портретные черты. Рисуя Федо ра Подтелкова в начале повествования, Шолохов намечает яркого, волевого , смелого человека, способного на дружбу, умеющего ответить шуткой на шут ку, не роняющего своего достоинства перед белыми генералами. Но постепен но автор показывает, как «хмелем била власть» в голову простого от приро ды казака. Мужество, высокомерие, месть переплелись в этом человеке. Влас ть дала ему чувство превосходства, безнаказанности, и он сознательно иде т на террор, оправдывая свои действия целесообразностью: «Лес рубят – щ епки летят... крови боятся нечего, ежели ты революционер...» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 579. Облик этого человека раскрывается в сцене убийства пленных офицеров. «П одтелков, тяжело ступая по проваливающемуся снегу, подошел к пленным. Ст оящий впереди всех Чернецов глядел на него, презрительно щуря светлые от чаянные глаза, вольно отставив левую ногу, покачивая ею, давил белой подк овкой верхних зубов прихваченную изнутри розовую губу. Подтелков подош ел к нему в упор. Он весь дрожал, немигающие глаза его ползали по изрытвлен ному снегу, поднявшись, скрестились с бесстрашным, презирающим взглядом Чернецова и обломились его тяжестью ненависти: - Попался... гад! – клокочущим низким голосом сказал Подтелков и ступил ша г назад: щеки его сабельным ударом располосовала кривая улыбка. - Изменник казачества! Под-лец! Предатель! – сквозь стиснутые зубы зазвен ел Чернецов. Подтелков мотал головой, словно уклоняясь от пощечин, - чернел в скулах, ра скрытым ртом всасывая воздух. Последующее разыгралось с изумительной быстротой. Оскаленный, побледн евший Чернецов, прижимая к груди кулаки, весь наклоняясь вперед. Шел на По дтелкова. С губ его, сведенных судорогой, соскакивали невнятные, перемеш анные с матерной руганью слова. Что он говорил – слышал один медленно пя тившийся Подтелков. - Придется тебе... ты знаешь? – резко поднял чернецов голос. Слова были эти услышаны и пленными офицерами, и конвоем, и штабными. - Но-о-о-о – как задушенный захрипел Подтелков, кидая руку на эфес шпаги. Сразу стало тихо. Отчетливо заскрипел снег под сапогами Минаева, Кривошл ыкова и еще нескольких человек, кинувшихся к Подтелкову. Но он опередил и х, всем корпусом поворачиваясь вправо, приседал, вырвал из ножен шашку и, в ыпадом рванулся вперед, со страшной силой рубанул Чернецова по голове... Подтелков рубанул его еще раз, отошел постаревшей грузной походкой, на х оду вытирая покатые долы шашки, черневшие кровью. Ткнувшись о таганку, он повернулся к конвойным, закричал выдохшимся, лаю щим голосом: - Руби-и-и их... такую мать!! Всех! Нету пленных... в кровину, в сердце!! Лихорадочно застукали выстрелы». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 267-268. «Автор «Тихого Дона» максимально обострил эпизод гибели Чернецова, сде лал противостояние жестче, чем оно было в действительности. Ведь историч ески Чернецов фактически погиб при попытке к бегству, а большинство его дружинников спаслось. В «Тихом Доне» Чернецов никак не мог надеяться спа стись от вооруженного Подтелкова, и расправа над ним и всеми сорока офиц ерами здесь выглядит лишенной всякой рациональной основы». Соколов Б. В. Донская вол на в «Тихом Доне». //Вопросы литературы. – 1990. – №5. – С. 14. Действия Подтелкова не сглаживаются автором, он осуждает их и в чертах п ортрета («щеки его сабельным ударом располосовала кривая улыбка») и в на туралистической детализации описания расправы над пленными. Если чере з эту смертельную схватку можно разглядеть какие-то человеческие черты в образе Чернецова, то Подтелкову здесь присущи злобы, мстительность. Шолохов изображает Федора в острых ситуациях, наполненных драматизмом, когда проверяются его человеческие качества. Такой сценой является эпи зод гибели отряда Подтелкова, захваченного белоказаками. В этой ситуаци и герой проявляет твердость духа. Даже люди мужественные и смелые в посл еднюю минуту надламывались. Когда стали подводить к яме, то один из красн оармейцев «запрокидывался, чертил землю безжизненно висящими ногами и, цепляясь за волочивших его казаков, мотая залитым слезами лицом, вырывая сь, хрипел: - Пустите, братцы! Господи неповинный я!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 694. Подтелков же не дрогнул пред смертью, лишь поседел. Так, Лагутин, вглядыва ясь в него говорит: «- Поседел ты за эти деньки… Ишь песик-то тебе как покро пило… - Небось поседеешь, - трудно вздыхает Подтелков; вытирая пот на узком лбу, п овторяет: - Небось поседеешь от такой приятности… Бирюк – и то в неволе се деет, а ить я – человек». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 696. Сцена казни Подтелкова и Кривошлыкова, их соратников выглядит, как своег о рода возмездие. И не случайно с той же интонацией и почти в тех же выраже ниях несколько месяцев спустя другие судьи решают судьбу героя: «Февралев, старик – старообрядец Милютинской станицы, вскочил, как подк инутый пружиной. - Расстрелять! Всех! – Он по-оглашенному затряс головой; оглядывая всех из уверским косящим взглядом, давясь слюной закричал: - Нету им, христопрода вцам, милости! Жиды какие из них есть – убить!… Убить!… Распять их! В огне их !» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 687. Шолохов правдиво показывает жестокость того и другого лагеря, будь то фа натизм казака-старовера или фанатизм большевика, он не приемлет их в обе их случаях, т.к. это порождает нетерпимость, стремление убить того, кто дум ает не как ты. Неслучайна предсмертная речь Подтелкова: «Мы за трудовой н арод, за его интересы дрались с генеральской псарней, не щадя живота, и теп ерь вот гибнем от вашей руки! Но мы вас не клянем!…» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 700. Перед смертью герой приходит к мысли о необходимости прощения, а не мести. Нет сомнения, что эта мысль совпадает и с мыслью автора. 10. Бунчук – герой, сломанный рево люцией. Одним из убежденных идейных борцов против старого режима являе тся Илья Бунчук. Он предан своему делу до последнего вздоха, и это отражае тся даже в его внешнем облике, в котором будто сосредоточились приметы м ногих его предшественников – «железных комиссаров»: «загнутые челюст и… глаза, ломающие встречный взгляд» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 483. . Автор передает серость, будничность героя: «…все было обычно в нем» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 483. , выделяет его среди других только упрямство и какая-то зло сть. И дальше, по мере развертывания сюжета даны некоторые штрихи, которы е дополняют его портрет: жестокий взгляд, сумрачный вид, земляной румяне ц лица, виски со вздувшимися венами, «в штатском чувствовал себя неувере нно и неуютно» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 533. . Так мелкими мазками художник создает яркий тип рабочего- революционера, отвыкшего от мирной жизни, для которого все сосредоточен о на классовой борьбе. Зная идейную непоколебимость Бунчука, бросают на него самые опасные и трудные дела: агитацию среди бурлящих солдатских ма сс, боевую подготовку ополченцев на фронте, наконец, назначают комендант ом Революционного трибунала, осуществляющего расстрелы «классовых вра гов». Во имя торжества революционной идеи он был готов на любое дело. Нена висть к старому режиму не беспочвенна у Бунчука. Так Илья вспоминает вст речу в Петрограде с тринадцатилетней дочерью своего друга, убитого на во йне: «Вечером иду по бульвару. Она – этот угловатый, щуплый подросток – с идела на крайней скамье, ухарски раскинув тоненькие ноги, покуривая. На у вядшем лице ее – усталые глаза, горечь в углах накрашенных, удлиненных п реждевременной зрелостью губ. «Не узнаете дяденька?» - хрипло спросила о на, улыбаясь с профессиональной заученностью, и встала, совсем по детски беспомощно и горько заплакала, сгорбясь, прижимаясь головой к локтю Бунч ука. Он чуть не задохнулся от хлынувшей в него ядовитой, как газ, ненависти, бле днея, заскрипел зубами, застонал» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 500. . Бунчук верит в то, что советская власть прин есет будущее его земле, по которой «…может, сын мой будет ходить, которого нет» Шолохов М. А. Со брание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 635. , поэтому он с таким фанатизмом отстаивает ее. Терпеливо герой сносит все оскорбления, которыми осыпает его арестован ный офицер – корниловец Калмыков: «- Подлец!… Бунчук, уклонившись от плевка взмахом поднял брови, долго сжимал левой р укой кисть правой, порывавшейся скользнуть в карман. - Иди… - насилу выговорил он… - Ты предатель! Изменник! Ты поплатишься за это! – выкрикивал он, часто ост анавливаясь, наступая на Бунчука. - Иди! Прошу… - всякий раз уговаривал тот». Но только Калмыков начинает порочить имя Ленина, герой не выдерживает и, «протяжно заикаясь», кричит: «Становись к стенке!» С безжалостной ярость ю, почерневшим лицом стреляет он в офицера. «Пуля вошла ему в рот. За водок ачкой, взбираясь на ступенчатую высоту, взвилось хриплое эхо. Споткнувши сь на втором шагу, Калмыков левой рукой обхватил голову, упал. Выгнулся ду гой, сплюнул на грудь черные от крови зубы, сладко почмокал языком. Едва ли шь спина его выпрямилась, коснулась влажного щебня, Бунчук выстрелил еще раз. Калмыков дернулся, поворачиваясь на бок, как засыпающая птица, подве рнул голову под плечо, коротко всхлипнул» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 505. . Как страшна эта картина! Смерть всегда непр иглядна у Шолохова, кто бы ни умирал. А если это – смерть насильственная, то в натурализме ее описания всегда содержится немой укор убийце. Объясняя затем свою беспричинную жестокость, ярый революционер говори т: «- Они нас или мы их!… Середки нету. На кровь - кровью. Кто кого… Понял? Таких как Калмыков, надо уничтожать, давить как гадюк! Злым будь!» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 506. А затем, наблюдая, к ак двое красноармейцев расстреливают пленного офицера, герой говорит « …чуть вызывающе: - Вот это мудро! Убивать их надо, истреблять без пощады!… С гребать с земли эту нечисть! И вообще – без сантиментов, раз дело идет об участи революции» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 553. . Для Бунчука не может быть метаний, нет середины, нет отдель ных людей, главное для него - конечный результат. После этих злобных слов идут авторские слова: «…На третий день он заболел» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 553. . Будто заболел герой не от тифа, а от нак опившейся в нем ярости, ненависти и как-будто в наказание. Анна Погедко, которую Илья встретил в пулеметной команде, ухаживает за н им во время болезни. Между ними возникает любовь, основывается она не тол ько на взаимной симпатии, но и на их общем стремлении к победе советской в ласти. Причастность к делу революции налагает на них некую ответственно сть, они сдерживают свои чувства. Так, например, первый раз поговорив с Анн ой, Илья думает о ней не иначе, как о «умной девушке, хорошем товарище» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 545. , встретясь после д олгой разлуки, они начинают говорить не о том, как они соскучились друг по другу, а о делах: «О мы там качнули дело! Сколотили целый отряд в двести оди ннадцать штыков. Вели организационную и политическую работу…» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 603. В советской критик е установилось мнение, что чувству, зародившемуся между героями, «не хва тает того полного изображения, с которым выписаны… отношения Григория и Аксиньи, Григория и Натальи…» Якименко Л. Г. «Тихий Дон» М. Шолохова. – М.: Советский писатель, 1958. – С. 297. Действительно, мало между влюбленными чувственност и, порывистости. Выздоровев, Бунчук вновь возвращается «в строй», и партия, выказывая ему полное доверие, назначает его на новую должность – коменданта при трибу нале Донского ревкома. Председатель предупреждает его: «Работа грязная, но нужно сохранить и в ней целенькое сознание… человечность…» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 632. . «Целеньким» сохра нить сознание на этой работе трудно, и «за неделю Бунчук высох и почернел, словно землей подернулся. Провалами зияли глаза, неровно мигающие веки н е прикрывали их тоскующего блеска». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 633. Анна просит Илью: «Уйди оттуда! Погибнешь ты на этой работе» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 635. . В последующем за э тим разговоре проявляется весь фанатизм Бунчука: «Истреблять человече скую пакость – грязное дело. Расстреливать, видишь ли, вредно для здоров ья и души… На грязную работу идут либо дураки и звери, либо фанатики. Так, ч то ли? Всем хочется ходить в цветущем саду, но ведь – черт их подери! – пре жде чем садить цветы и деревца, надо грязь чистить! Руки надо измарать!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 635. В этом монологе, сказанном, по сути, для себя, он пытается оправдать свои действия. Но, истр ебляя «человеческую пакость», уничтожая «клещей, гадов», герой испытыва ет угрызения совести: «…вот вчера пришлось в числе девяти расстреливать трех казаков… тружеников… Одного начал развязывать… Тронул его руку, а о на… проросла сплошными мозолями…» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 635. Осознает Бунчук, что его работа не до конца п равая, и то, что он делает – страшный грех. С «большим удовлетворением» ух одит он из ревтрибунала, так как чувствует, что еще немного и он сломается . Но революция уже опустошила и раздавила его. Гибель Анны Погудко станов ится последней каплей, после этого несчастья герой не может найти в себе силы жить дальше. Смерть становится для него счастливым случаем, чтобы и збавиться от страдания: «Меньше всего пугали его думы о смерти. Он не ощущ ал, как бывало, невнятной дрожи позвоночного столба, сосущей тоски при мы сли о том, что к него отнимут жизнь… усталость так велика, так ноет тело, чт о волновать уже ничто не в состоянии». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 645. 11. Григорий Мелехов – «образ мяту щегося человека – правдоискателя». Образ Григория Мелехова вобрал в себя правду времени. В том, как р аскрывается личность этого героя, проявляется духовность прозы, художе ственное мастерство Михаила Александровича Шолохова. Уже на первых страницах романа происходит неназойливое выделение перс онажа из яркой казачьей среды. Иногда это всего лишь один эпитет. Так Акси нья Астахова стразу приметила «черного ласкового парня» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 26. . Или, казалось бы, бы товой эпизод: во время косьбы Мелехов случайно зарезал косой утенка. «Гр игорий положил на ладонь прирезанного утенка. Изжелта-коричневй, на днях только вылупившийся из яйца. Он таил в пушке живое тепло. На плоском раскр ытом клювике розовенький пузырек кровицы, бисеринки глаз хитро прижмур ены, мелкая дрожь горячих еще лапок. Григорий с внезапным чувством остро й жалости глядел на мертвый комочек, лежавший у него на ладони». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 42. Ни один из многочисленных персонажей романа не способен на такую острую жалость, отзывчивость к красоте природы. На протяжении всего повествования Мелехов словно окружен пейзажем, в то время как многие герои живут, действуют будто в пустоте. Вот, например, Григорий перед проводами брата Петра в летние лагеря пове л к Дону поить коня. «По Дону наискось – волнистый, никем не езженный лунн ый шлях. Над Доном – туман, вверху звездное просо. Конь позади строжко пер еставляет ноги. К воде спуск дурной. На этой стороне утиный кряк, возле бер ега в тине взвернул и бухнул по воде омахом охотящийся на мелочь сом. Григ орий долго стоял у воды. Прелью сырой и пресной дышал берег. С конских губ ронялась дробная капель. На сердце Григория сладостная пустота. Хорошо и бездушно». Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 18. Здесь пейзаж дан как бы в восприятии Григория. Он в привычном, обыденном м ире, герой гармонично слит с природой. Писатель точно и убеждающе доноси т восприимчивость Мелехова. Много также говорит о чутком сердце Григория рассказ о том, как красиво и вдохновенно он «дишканит», как льется его голос, «словно нить серебряная », как может расплакаться, слушая задушевную песню. Огромное впечатление производит сцена, когда в ночной кубанской степи Г ригорий слушает, как поют отступающие белоказаки: «Ой, как на речке было, бра тцы, на Камышинке, На славных степях, на сар атовских… Словно что-то оборвалось внутри Григория… Внезапно нахлынувшие рыдания потрясли его тело, спазм а перехватила горло. Глотая слезы, он жадно ждал, когда запевала начнет, и беззвучно шептал вслед за ним знакомые с отроческих лет слова: «Атаман у них – Ермак, сын Тимофеевич, есаул у них – Асташка, сын Лаврентьевич». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 526. Песня сопровождает героя в самые сложные периоды его жизни. Вот один из т аких эпизодов: «До имения Ягодного осталось несколько десятков верст. Гр игория, будоража собак, шагал мимо редких деревьев, за приречными вербам и молодые ребячьи голоса вели песню: А из-за леса блестят копи и мечей: Неизъяснимо родным, тепл ым повеяло на Григория от знакомых слов давнишней казачьей и им не раз иг ранной песни. Щиплющий холодок покалывал глаза, теснил грудь… Давно игра л я, парнем, а теперь высох мой голос и песни жизнь обрезала. Иду вот к чужой жене на побывку, без угла, без жилья, как волк буерачный…» Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 352. Песня здесь вошла в сознание героя, соединила его прошлое и настоящее. Всей душой Григорий любит свои песни, своих женщин; свой дом, свою Родину – все казацкое. Но главное для него, крестьянина – это земля. Находясь в Ягодном, работая «наймитом», он тоскует по своему кусочку зем ли: «…жирным косым квадратом лежала деляна, та, что осенью пахал от с Натал ьей . Григорий нарочно направил жеребца через пахоту, и за те небольшие ми нуты, в которые жеребец, спотыкаясь и качаясь, пересекал пахоту, в сердце Г ригория остывал охвативший его охотничий пыл». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 195. Водоворот гражданской войны сделал его мечту о мирном труде чем-то нереа льным: «…Ходить по мягкой пахотной борозде плугатарем, посвистывать на б ыков, слушать журавлиный голубой трубный клич, ласково снимать со щек на носное серебро паутины и неторопливо пить винный запах осенний, поднято й плугом земли. А взамен этого – разрубленные лезвиями дорог хлеба. По до рогам толпы раздетых трупно – черных и пыли пленных». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 114. В романе наиболее поэтичными являются именно такие, овеянные извечной т оской человека по мирному быту страницы. Писатель придавал им особо важн ое значение, считая из ключевыми, обнаруживающими источник мучений, перв опричину трагедии Григория Мелехова». Кулинич А. В. Классовое и общечеловеческое в рома не «Тихий Дон». //Русский язык и литература в средних учебных заведениях У ССР. – 1991. – №2 – С. 31. После семи лет войны, после очередного ранения, во время службы в Красной Армии главный герой строит планы на будущее: «…сниму дома шинель и сапог и, обуюсь в просторные чирки… хорошо бы взяться руками за чапиги и пойти п о влажной борозде за плугом, жадно вбирая ноздрями сырой запах взрыхленн ой земли…» Шолохов М. А . Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 592. Сбежав из банды Фомина и собираясь на Кубань, он твердил Аксинье: «Никако й работой не погнушаюсь. Моим рукам работать надо, а не воевать. Вся душа у меня изболелась». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 678. Именно за нее, за землю, готов сражаться Мелехов до последнего: «Колчака р азбили мы. Краснова вашего копнем как следует – и все. Во как! А там ступай пахать, земля целая пропастина, бери ее, заставляй родить. А кто поперек ст анет – убить». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 178. Спор о новой власти сводился для нее к тому, кто будет владеть землей. В эт ой мысли еще раз утверждается Григорий, «скрываясь зверем в кизячном лог ове», и ему начинает казаться, что за его плечами будто и не было поисков п равды, шатаний, внутренней борьбы, что всегда была и будет борьба за кусок хлеба, за право на жизнь, за землю. Путь казачества скрестился с путями «му жиков», «…биться с ними насмерть, - решает Мелехов. – Рвать у них из-под ног тучную донскую, казачьей кровью политую землю. Гнать их, как татар, из пред елов области» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 146. . И мало-помалу стал проникаться злобой: Они вторглись в его жизнь врагами, отняли его от земли... бьемся за нее будто за любушку». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 140. Григорий заметил, что такое же чувство завладевает и остальными казакам и, которым тоже казалось, что только по вине большевиков идет эта война: «… И каждый, глядя на неубранные волны пшеницы, на полегший под копытами нес кошенный хлеб, на пустые чумна вспоминал свои десятины, над которыми хри пели в непосильной работе бабы, и черствел сердцем, зверел». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 2. – М.: Правда, 1975. – С. 194. А ведь в начале первой мировой войны Григорий остро переживал первую (от его руки) смерть. Даже во сне являлся к нему убитый им австриец. «Срубил зр я человека и хвораю через него, гада, душой» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 307. , - жалуется он брату Петру. В Поисках социальной правды ищет он ответа на неразрешимый вопрос о прав де у большевиков (Гаранжи, Подтелкова), у Чубатого, у белых, но чутким сердц ем угадывает неизменность их идей. «Земли даете? Воли? Сравняете? Земли у н ас хоть заглотнись ею. Воли больше не надо, а то на улицах будут друг дружк у резать. Атаманов сами выбирали, а теперь сажают… Казакам эта власть окр омя разору, ничего не дает! Мужичья власть им она и нужна. Но нам и генералы не нужны. Что коммунисты, что генералы – одно ярмо». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 161. Григорий хорошо понимает трагизм своего положения, осознает, что его все го - лишь используют в качестве винтик: «…спутали нас ученые люди… стрено жили жизню и нашими руками вершают свои дела». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 211. Душа Мелехова страдает, по его словам, «оттого, что стал он на грани в борь бе двух начал, отрицая оба их…» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 3. – М.: Правда, 1975. – С. 296. судя по его поступкам, он был склонен искать мирные пути ре шения жизненных противоречий. Он не хотел отвечать жестокостью на жесто кость: приказывал отпускать пленного казка-хопреца, освободил из тюрьмы арестованных, бросился спасать Котлярова и Кошевого, первым протянул ру ку Михаилу, но тот не принял его великодушия: «- Враги мы с тобой… - Были. - Да видно и буде. - Не понимаю. Почему? - Ненадежный ты человек… Григорий усмехнулся: - Крепкая у тебя память! Ты брата Петра убил, а я тебе что-то об этом не напом инаю… Ежели все помнить – волками надо жить. - Ну, что ж, убил, не отказываюсь! Доведись бы мне тогда тебя поймать я и тебя бы, как миленького!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 596. И выплескивается у Мелехова наболевшее: «Я отслужил свое. Никому больше не хочу служить. Навоевался за свой век предостаточно и уморился душой с трашно. Все мне надоело, и революция, и контрреволюция. Нехай бы все это… Н ехай оно все идет пропадом!» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 597. Это человек устал от горя утрат, ран, метаний, но он намного добрее Михаила Кошевого, Штокмана, Подтелкова. Григорий не растерял человеческого, его чувства, переживания всегда искренние, они не притуплялись, а пожалуй, об острялись. Проявления его отзывчивости и сочувствия людям особенно выразительны в завершающих частя х произведения. Героя потрясает зрелище убитых: «обнажив голову, стараяс ь не дышать, осторожно» объезжает он мертвого старика, печально останавл ивается перед трупом замученной женщины, поправляет на ней одежду. Встречаясь со множеством маленьких правд, готовый принять каждую, Григо рий попадает в банду Фомина. Пребывание в банде – одна из самых тяжелых и непоправимых его ошибок, герой сам ясно понимает это. Вот, как Михаил Алек сандрович Шолохов передает состояние героя, лишившегося всего, кроме ум ения наслаждаться природой. «Шумела вода, прорываясь сквозь гряду встав ших на ее пути старых тополей, и тихо, певуче, успокоенно лепетала, раскачи вая верхушки затопленных кустов. Погожие и безветренные стояли дни. Лишь изредка в ясном небе проплывали белые, распушившиеся на вышнем ветру об лака, и по разливу лебединой стаей скользили их отражения и исчезали, кос нувшись дальнего берега». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 626. Мелехов любил смотреть на разметавшуюся у берега, бешено клокочущую быс трину, слушать разноголосый шум воды и ни о чем не думать, стараться не дум ать ни о чем, что причиняет страдания» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 626. . Глубина переживаний Григория соединена зд есь с эмоциональным единством природы. Это переживание, конфликт с самим собой разрешается для него отказом от войны и оружия. Направляясь к родн ому хутору, он выбросил его, «тщательно вытер руки о полу шинели». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 687. «В конце произведения Григорий отказывается от всей своей жизни, обрека ет себя на тоску и страдания. Это тоска человека, смирившегося с поражени ем, тоска покорности судьбе». Федь Н. Обреченная любовь. //Слово. – 1998. – №3. – С. 57. Кто же он, Григорий Мелехов, главный герой романа? Сам Шолохов отвечая на э то вопрос, говорил: «Образ Григория – это обобщение исканий многих люде й… образ мятущегося человека – правдоискателя… несущего в себе отблес к трагизма эпохи». Федь Н. Обреченная любовь. //Слово. – 1998. – №3. – С. 60. И права была Аксинья, когда в ответ на жалобу Мишатки, что ребята не хотят с ним играть, потому что он – сын бандита, говорит: «Никакой он не бандит тв ой отец. Он так… несчастный человек». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 683. Только эта женщина всегда понимала Григория. Их любовь – самая замечате льная история любви в современной литературе. В этом чувстве раскрывает ся душевная тонкость, деликатность, страстность героя. Безоглядно отлае тся он любви к Аксинье, воспринимая это чувство как дар, как рок. Поначалу Григорий еще будет пытаться разорвать все связи, соединяющие его с этой женщиной, с неприсущей ему грубостью и резкостью скажет ей он известную поговорку. Но ни эти слова , ни молодая жена не смогут его оторвать от Акси ньи. Не будет он таить своих чувств ни ль Степана, ни от Натальи и на письмо отца ответит прямо: «Вы спрашивали, чтоб я прописал, буду я аль нет жить с Н атальей, но я вам, батя, скажу, что отрезанную краюху не приклеишь». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 1. – М.: Правда, 1975. – С. 53. В этой ситуации основное в поведении Григория – глубина, страстность чу вства. Но такая любовь несет людям больше душевных страданий, чем любовн ых радостей. Драматизм еще и том что любовь Мелехова к Аксинье – это прич ина страданий Натальи. Григорий отдает себе отчет в это, но уйти от Астахо вой, избавить от мучений жену – на это он не способен. И не потому, что Меле хов – эгоист, просто он – «дитя природы», человек плоти и крови, инстинкт а. Природное переплетается в нем с социальным, и для него такое решение не мыслимо. Аксинья манит его знакомым запахом пота, дурнопьяна, и даже ее измена не м ожет вырвать любовь из его сердца. Он пытается забыться от терзаний и сом нений в вине и разгулье, но и это не помогает. После долгих войн, напрасных подвигов, крови этот человек понимает, что его опорой остается лишь давн яя любовь. «Единственно, что оставалось ему в жизни, - это с новой и неуемно й силой вспыхнувшая страсть к Аксинье. Одна она манила его к себе, как мани т путника в знобящую черную, ночь, далекий трепетный огонек костра». Шолохов М. А. Собрание со чинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 674. Последняя попытка к счастью Аксиньи и Григория (бегство на Кубань) закан чивается смертью героини и черным диком солнца. «Как выжженная папами ст епь, черна стала жизнь Григория. Он лишился всего, что было дорого его серд цу. Остались только дети. Но сам он все еще судорожно цеплялся за землю, ка к будто на самом деле изломанная жизнь его представляла какую-то ценност ь для него и других». Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 685. Сбылось то немногое, о чем бессонными ночами мечтал Григория. Он стоял у в орот родного дома, держал на руках сына. Это было все, что осталось у него в жизни. «Автор оставляет героя на грани, черте между светом и тьмой, черным солнц ем мертвых и холодным солнцем огромного сияющего мира. Судьба казака, воина, проливающего свою и чужую кровь, мечущегося между д вумя женщинами и разными лагерями – становится метафорой удела челове ческого». Сухин И Оди ссея казачьего Гамлета. ///Звезда. – 2000. - №10. – С. 220. III Заключение Время вносит свои поправки в образ Шолохова – художника и челов ека, вносит оно изменения и в трактовку героев его произведения. Но каков а бы ни была эпоха, ясно одно – «Тихий Дон» – это шедевр русской литерату ры. А «...великие произведения обладают вечно неиссякаемой способностью уди вительного обновления заключенного в нем смысла не только в не только пе ред каждым новым поколением читателей, но и перед каждым читателем в отд ельности». Небольсин С. Шолохов, Пушкин, Солженицын. //Наш современник. – 1992. – №5. С. 184. Эта книга останется вечной и актуальной из-за правдивости Шолохова – пи сателя. Он был большим художником, чтобы пожертвовать действительность ю ради идеологических соображений, Михаил Александрович выступает лиш ь как заинтересованный наблюдатель людей и событий. Но позиция автора ви дна через моральную оценку героев, которую он доносит посредством портр етной характеристики, внутреннего монолога, диалога героев, косвенной, и ли несобственно-прямой речи, а чаще всего с помощью их поступков. Причем п исатель всегда объективен. «...Его полная объективность – нечто несвойс твенное советскому писателю – напоминает раннего Чехова. Но Шолохов ид ет дальше... Стремление Чехова дать возможность персонажам говорить от с воего имени не исключает права автора комментировать происходящее... Шол охов же как бы дает отчет о своих персонажах, никогда не отождествляет се бя сними. Он избегает ассоциировать себя с их поступками или философским размышлениям по поводу их мыслей и переживаний... Он отступает от русског о классического реализма назад в 18 век...» Симмонс Э. Он избрал свой путь. //Вопросы литератур ы. – 1990. – №5. – С. 191. Автор предоставляет право самим героям рассказать о себе, раскрывать св ои сильные и слабые стороны в поступках. И они делают это, обнажая нравств енные качества, присущие им, в ситуации бурных перемен, по мере того, как и стория все больше приникает в их устоявшийся быт. Вот, например, Пантелей Прокофьевич – старый казак, несносный, грозный в быту. Не будь войны остался бы он крепким хозяином, держащим в узде весь до м, но она безжалостно врывается в его жизнь, и уже не только интонация юмор а, но и некое раздумье, жалость господствует над этим героем. Сначала он ещ е пытается скрепить кусочки своего старого быта, вести борьбу за сохране ние своего дома, но постепенно им овладевает равнодушие, и Пантелей Прок офьевич начинает хулить свое же, недавно утраченное – полушубок ли, пор осенка ли, - смутно догадываясь: «...какие-то иные, враждебные ему начала вст упили в управление жизнью...» Шолохов М. А. Собрание сочинений: В 8- ми т. – Т. 4. – М.: Правда, 1975. – С. 175. Гибель героя на чужбине – трагедия не просто семьи Мелеховых, но всего н арода. Ильинична – покорная, сдержанная женщина, во всем повинующаяся своему м ужу, в годину смертей превращается в величавую старуху, отстаивающую нор мы нравственности, живущей идеей дома, материнским долгом. Ведут свой сложный поединок с судьбой и друг с другом Наталья я Аксиньей, но общие беды, разлука с любимым человеком делает их добрее. Уже и Аксинья иначе видит свою соперницу; уже можно сказать, что когда вернется Григор ий, он сам выберет ту, которую любит. Женщины в детях, рожденных от другой, в идят лицо любимого. Жизнь изменилась в их восприятии, они начали забыват ь себя в новой любви. Война, Революция раскрывает героях то, что было заложено в них, но могло бы остаться и в дремлющем состоянии – при ровном течении жизни, не перерыт ой испытаниями: в Дарье – цинизм, испорченность, душевную пустоту; в Степ ане – приспособленчество, стяжательство, лесть. И лишь Григорий – единственный человек, «спасшийся» от всеобщего похаб ства, посрамления нравственных устоев в хаосе гражданской войны. Все же, кто самоуверенно говорил, что «середки нет», что вся Россия – лишь два ож есточенных лагеря, гибнут или теряют смысл жизни. Так гибнет после работ ы в ЧК Бунчук, мужественно (в личном плане) гибнут Штокман, Подтелков. Но он и так и не обретают полного понимания событий, не постигают всей катастр офы. И главный герой вплоть до последних финальных страниц романа интуит ивно различает добро и зло. Он – человек совести, поставлен в такие услов ия, что вынужден постоянно соприкасаться с жестокостью, но автор через о тдельные поступки героя показывает, что Григорий Мелехов, в отличие от д ругих, не растерял своего нравственного потенциала. Таким образом, герои Шолохова выражают сложность народной души в перело мные периоды: в ней есть и непреклонность, и чуткость, и самоотверженност ь, и гибкая приспособляемость, но обо всем этом писатель повествуем чест но и прямо. Он принимает жизнь такою, какая она есть на самом деле. Библиография. 1. Барог Л. Г. О мастерстве пластического изображения человека в роман е М. А. Шолохова «Тихий Дон». //Ученые записки. Выпуск 8. Серия филологическая №2. Уфа, 1956. – С. 36-74. 2. Бекедин П. В. Проверяйте лит ературу жизнью. (О некоторых эстетических принципах М.А. Шолохова). //Творч еские взгляды советских писателей. - Л., 1981. – С. 46-70. 3. Бирюков Ф. Г. Мастер речевых характеристик.//Русская речь. – 1987. - №1. – С.31-40 4. Бирюков Ф. Г. Художественны е открытия М. Шолохова.: Современник, 1976 5. Дайреджиев Б. О «Тихом Доне ». – М.: Советский писатель, 1962 6. Круглов Ю. Великий писател ь Земли русской. //Слово. – 2000. - №4. – С.9-14 7. Кулинич А. В. Классовое и общ ечеловеческое в романе «Тихий Дон». //Русский язык и литература в средних учебных заведениях УССР. – 1991. - №2. – С.29-34 8. Небольсин С. Шолохов, Пушки н, Солженицын. //Наш современник. – 1992. - №5. – С.177-186 9. Палиевский П. Шолохов сего дня. //За строкой учебника. – М.: Молодая гвардия,1989. – С.230-238 10. Симмонс Э. Он избрал свой пу ть. //Вопросы литературы. – 1990. - №5. – С.40-62 11. Соколов Б. В. Донская волна в «Тихом Доне». //Вопросы литературы. – 1990. - №5. – С.3-24 12. Сухих И. Одиссея казачьего Гамлета. //Звезда. – 2000. - №10. – С. 220-224. 13. Толстой Л. Н. Собрание сочин ений: В 22-х т. – Т.13. – М.: Худ. лит., 1983. 14. Федин К. Слово о Шолохове. – М.: Правда, 1973. 15. Федь Н. Обреченная любовь. // Слово. – 1998. - №3. – С. 89-106. 16. Федь Н. Парадокс гения. //Мол одая гвардия. – 1995. – №3. – С. 254-264. 17. Федь Н. Художник и власть. //М олодая гвардия. – 1994. - №3. – С. 191-203. 18. Хватов А. На страже века. – М.: Современник, 1975. 19. Шолохов М. А. Собрание сочин ений: В 8- ми т. – Т. 1-4. – М.: Правда, 1975. 20. Якименко Л. Г. «Тихий Дон» М. Шолохова. – М.:Советский писатель, 1958. 21. Якименко Л. Г. Избранные раб оты: в 2-х т. – Т.2. – М.: Худ. лит., 1982.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Вечером за ужином папа, мама и дочка-студентка. Папа:
- Так, вот что у нас получается, доченька любимая. Твой новый ухажёр Миша, 23-х лет от роду, побывал уже разок в вытрезвителе! Привлекался к штрафу за драку. В армии не служил, болеет энурезом якобы… Насчёт работы соврал. Нет, ну работает и правда в магазине цифровой техники, но не менеджером зала, а простым продавцом-консультантом. Из интернета скачивает в основном порно и боевики, зарегистрирован на следующих сайтах…
- Папа! Пока ты работаешь в ФСБ, я никогда замуж не выйду!!!
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, диплом по литературе "Роль моральной оценки в характеристике героев «Тихого Дона» М. А. Шолохова", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru