Курсовая: Разнообразие художественных идей в рассказах Леонида Андреева - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Разнообразие художественных идей в рассказах Леонида Андреева

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 40 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

25 БРЕСТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСТИТЕТ им. А.С. ПУШКИНА Филологический факультет кафедра теории и истории русской литературы РАЗНООБРАЗИЕ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ИДЕЙ В РАССКАЗАХ ЛЕО НИДА АНДРЕЕВА Курсовая рабо та студентки второго курса, специальности «Русская филология», дневной формы обучения, Соколюк Натальи Николаевны Научный руководитель – кандидат филологических наук, доцент Чумакевич Э.В. БРЕСТ 2009 СОДЕРЖАНИЕ Введение Глава 1. Становление творческой индивидуальности Л. Андреева Глава 2. Разнообразие худож ественных идей в рассказах Л. Андреева 2. 1 Богоборчес кая тематика в рассказах «Иуда Искариот» и «Жизнь Василия Фивейского» 2. 2 Первая миро вая война как проклятие человечества. Рассказ «Красный смех» 2. 3 Русская дей ствительность глазами детей . Рассказы «Баргамот и Гараська», «Петька на даче», «Ангелочек» 2. 4 Проблемы пс ихологии и смысла жизни в рассказах «Большой шлем» , «Жили-были», «Мысль» , «Расска з о Сергее Петровиче» Заключение Список испо льзованной лит ературы ВВЕДЕНИЕ Творчество Леонида Андреева принадлежит к одной из ярких страниц в истории русской литературы конца XIX – начала XX века. Это писатель большого таланта, оригин альный, своеобразный художник. «Возникнув как средоточие духовно-нравственных, и нтеллектуальных и художественных поисков, творческое наследие писател я определило ведущие тенденции развития русского и мирового искусства XX века. Л. Андреева можно назвать одной из ярчайших фигур своего времени, о ставившей оригинальный след в искусстве. В его творческом методе причуд ливо переплелись реализм и новейшие веяния начавшегося столетия. Творчество Андреева в целом было неот ъемлемой частью литературно- худо жественной жизни России начала века. Его имя вызывало бурную реакцию на страницах печати, ему были посвящены книги, статьи, рецензии. О его произв едениях существует множество положительных и даже восторженных отклик ов»[9]. Сра зу после появления его пер вых рассказов о молодом авторе сразу же «во весь го лос» заговорили критики – А. Измайлов в «биржевых ведомостях», И. Ясинский в «Ежемесячных сочинениях», Е. Соловьев в «Журнале для всех» ... Современная писателю критика неизменно обращала внимание на его тяготение к философским и религиозно-этическим проблем ам. Так, «М. Неведомский считал определяющим для его драматургии именно « философский характер», В. Г. Короле нко особенно выделял у Андреева «вечный вопрос человеческого духа в его искании своей связи с бесконечностью вообще и с бесконечной справедлив остью в частности»[8]. Но были и те, кто не совсем лестно относился к творче ству Андреева: «Л.Н. Толстой нередко писал о «преуве личении чувства», «фальшивой чепухе», «отсутствии чувства меры», «неест ественном» поведении героев Андреева»[9]. Спорным в оценке писателей-современников оказалс я и вопрос о принадлежности творчества Андреева к определенному литера турному направлению. Е го считали и реалистом, и симво листом , а сам Л. Андреев писал о себе: «Кто я? - Для благороднорожденных декаден тов - презренный реалист, для наследственных реалистов — подозрительны й символист»[9] Но к каким бы литературным направлениям его не отно сили, он остается одной из ярчайших фигур своего времени, оставивших ори гинальный след в мировом искусстве. глава 1. Становление творческой индивидуальности Л. Андреева Детские годы писатель провел среди детей бедняков, поэтому, как никто другой знал всю правду об их тяжёлой судьбе. В дальнейш ем эти воспоминания отразились в рассказах «Баргамот и Гараська», «Анге лочек», «Петька на даче», изображающих страдания де тей и их рабское положение. «Окончив в 1897 году юридический факультет Московско го университета, Андреев очень скоро разочаровался в адвокатской карье ре и стал репортёром, вначале в «Московском вестнике», а вскоре и в «Курье ре», где он за пять лет опубликовал одних только фельетонов более двухсо т (под псевдонимом Джемс Линч)» [5 , с33]. «Духом неприятия существующего строя веет от фельетонов и судебных отчётов Андреева, в которых он обращал первостепенное вниман ие на социальные мотивы преступления. В одном из отчётов он рассказывает о хозяине свинцово-белильной фабрики, который считал человеческую жизн ь «дешевле пары рукавиц». В другом – о городовом, оштрафовавшем рабочих только за то, что они пели «Дубинушку». В третьем – о владельце мастерско й, убившем рабочего, который «вздумал» пожаловаться на своё незаконное у вольнение. «Кто хочет узнать неприглядные стороны нашей жизни, обыкнове нно прикрываемые фиговым листком внешней культурности, пусть идёт в суд » - вот кредо молодого репортёра.» [2 , с19 ] «В первых рассказах Андреева ощутимо влияние Помя ловского, Г. Успенского, Достоевск ого, Чехова, Салтыкова-Щедрина. Андреев пишет об «униженных и оскорбленн ых», о засасывающей пошлости и отупляющем воздействии на человека мещан ской среды, о тех, кто брошен судьбо й на самое дно жизни, о мелком чиновном люде, о стандартизации человеческ ой личности в условиях буржуазного общества. В центре внимания Андреева «маленьк ий», «обыкновенный» человек». [7 , с 380-381 ] На становление творческой индивидуальности Андре ева очень большое влияние оказал М . Горький. « Он привлек Андреева к сотрудн ичеству в «журнале для всех», ввел в литературный кружок «Среда», куда вх одили И.А. Бунин, В.В. Вересаев, А.С. Серафимович и др. талантливые люди. С помо щью Горького был выпущен первый том «Рассказов»[9]. В творчестве Андреева большое место занимает иссл едование психологии человека , мотивы рока, судьбы . Это связано, прежде всего, с тя желыми условиями жизни писателя: постоянной нехваткой средств существ ования, неоднократными попытками самоубийства. В формировании индивидуальности Андреева-художн ика велика роль мировой и русской классики, а также прогрессивной демократической литературы второй пол овины ХIХ века. Толстой, Достоевский, Гаршин научили его постигать скрыты е основы бытия, привили «больную» совесть и бесстрашную искренность. Глава 2. Разнообразие художественных идей в рассказах Л. Анд реева 2 . 1 Б огоборческая тематика в рассказах «Иуда Искариот» и «Жизнь Васи лия Фивейского» Рассказ «Иуда Искариот » стал от кликом на распространившееся в русском обществе явле ние ренегатства и предательства. Андреев так разработал тему предательства, что А.Лунача рский имел основания оценить рассказ как произведение «о низости рода человеческого». « Иуда Искариот убеждён в господс тве зла, ненавидит людей. Совершая предательство, он хочет проверить и пр авоту гуманистического учения Христа, и преданность ему учеников. Они ок азываются трусливыми обывателями; не встаёт на з ащ иту Христа и народная масса.[2 , с 5 ] » В основе сюжета рассказа лежит евангельская ист ор ия, хотя, как писал Горький, «в первой редакции рассказа «Иуда» у него оказалось несколько ошибок, которые указывали, что он н е позаб отился прочитать даже Евангелие» . Действительно, используя евангельский сюжет, автор весь ма субъективно передал его. С самого начала и на протяжении всего рассказа рефреном звучат слова «Иуда Предатель» , такое имя укоренилось в сознании людей изначально, и Андр еев принимает и использует его, но лишь как «прозви ще» , данное людьми. Для писателя Иуда во многом симв олический предатель. У Андреева Иуда в самом начале рассказа представле н как весьма отталкивающий персонаж : неприятна уже его внешность («безобразная бугроватая голова» , с транное выражение лица, как бы разделенного попола м , странен переменчивый голос « то мужественный и сильный, то крикливый, как у старой женщины, ругающей мужа, досадн о-жидкий и неприятный для слу ха» ) . Отталкивают его слова, « к ак гнилые и шероховатые зано зы» . Итак, с са мого начала повествования мы видим, как порочна природа Иуды, преувеличе но его безобразие, асимметричность его черт. А в дальнейшем поступки Иуд ы будут удивлять нас своей несуразностью: в разговорах с учениками он то молчалив, то чрезвычайно добр и радушен, что даже пугает многих его собес едников. С Иисусом Иуда подолгу не разговаривал, но Иисус любил Иуду, как и других своих учеников, часто искал глазами Иуду и интересовался им, хотя Иуда, казалось бы, недостоин этого. Рядом с Иисусом он выглядел низким, глу пым и неискренним. Иуда постоянно лгал, так что нельзя было знать, правду г оворит он в очередной раз или лжет. Вполне можно объяснить великий грех И уды — предательство Учителя своего - натурой Иуды. Ведь возможно, что его зависть к чистоте, непорочности Иисуса, его неог р аниченной доброте и любви к людям, на которые Иуда н е способен, привели к тому, что он решил погубить своего учителя. Но это лишь первое впечатление от рассказа Л. Андреева. Почему автор в нач але рассказа и потом много раз сравнива ет Иисуса и Иуду? « Он (Иуда) был худощав, хорошего ро ста, почти такого же, как Иисус» , т. е. писа тель ставит в один ряд два таких, казалось бы, противоположных образа, он сближает их. Между Иис усом и Иудой, как кажется, существует какая-то связь, они постоянно соедин ены невидимой ниточкой: глаза их часто встречаются, и мысли друг друга он и почти угадывают. Иисус любит Иуду, хотя и предвидит предательство с его стороны. Но и Иуда, Иуда тоже любит Иисуса! Он любит его безмерно, он благог овеет перед ним. Он внимательно вслушивается в каждую его фразу, чувству я в Иисусе какую-то мистическую власть, особенную, заставляющую каждого слушающего его преклоняться перед Учителем. Когда же Иуда обвинил людей в порочности, лживости и ненависти друг к другу, Иисус стал отдаляться от него. Иуда чувствовал это, воспринимая все очень болезненно, что тоже под тверждает неограниченную любовь Иуды к своему Учителю. Поэтому не удивл яет стремление Иуды приблизиться к нему, быть постоянно рядом с ним. Возн икает мысль, не явилось ли предательство Иуды способом приблизиться к Ии сусу, но совершенно особым, парадоксальным путем. Учитель погибнет, уйде т из этого мира , и там, в другой жизни, они будут рядом: не будет Иоанна и Петра, не будет других учеников И исуса, будет лишь Иуда, который, он уверен, больше всех любит своего Учител я. При чтении рассказа Л. Андреева н ередко возникает мысль, что миссия Иуды предопределена. Ни один из учени ков Иисуса не смог бы вынести такое, не смог бы принять на себя такую участ ь. Действительно, у Андреева образ ы других учеников - лишь символы. Так, Петр ассоциируется с камнем: где бы о н ни был, что бы он ни делал, - везде используется символика камня, даже с Иуд ой он состязается в кидании камней. Иоанн — любимый ученик Иисуса - это не жность, хрупкость, чистота, духовная красота. Фома прямодушен, а в действительности, Фома - неверующий. Даже глаза Фомы пусты, прозрачны, в них не задерживается мысль. Так же симв оличны образы других учеников: никто из них не смог бы предать Иисуса. Иуд а - вот тот избранник, которому выпала эта участь, и только он способен на с отворчество в подвиге Иисуса - он тоже приносит себя в жертву. Заранее зная о том, что он предаст Иисуса, сов ершит такой тяжкий грех, он борется с этим: лучшая часть его души борется с предначертанной ему миссией. И душа не выдерживает: победить предопреде ление невозможно. Итак, Иуда знал, что будет совершено предательство, буд ет смерть Иисуса и что он убьет себя после этого, он даже наметил место для смерти. Он спрятал деньги, чтобы потом бросить их первосвященникам и фар исеям — то есть вовсе не в алчности была причина предательства Иуды. Совершив злодеяние, Иуда обвиняет в эт ом... учеников. Его поражает то, что, когда учитель умер, они могли есть и спа ть, могли продолжать прежнюю жизнь без Него, без своего Учителя. Иуде же ка жется, что жизнь бессмысленна после смерти Иисуса. Оказывается, Иуда не н астолько бессердечен, как мы думали сначала. Любовь к Иисусу открывает м ногие скрытые дотоле положительные его черты, непорочные, чистые сторон ы его души, которые, однако, обнаруживаются лишь после смерти Иисуса, равн о как со смертью Иисуса открывается предательство Иуды. « Парадоксальная совокупнос ть предательства и проявления лучших качеств в душе героя объясняется т олько предопределением свыше: Иуда не может победить его, но он и не может не любить Иисуса. И вся психология предательства заключается тогда в бор ьбе личности с предопределением в борьбе Иуд ы с пре дначертанной ему миссией [8 ] ». « Протестующее, бунтарское на строение Леонида Андреева с особой, впечатляющей силой выразилось в рас сказе «Жизнь Василия Фивейского». Большинство современных Андрееву кр итиков оценило «Жизнь Василия Фивейского» как самое значительное прои зведение Андреева и как самое заметное событие в русской ли тературе предреволюционных лет. [4 , с 56 ] ». «Лучше этого – глубже, яснее и серьёзнее, - со общал Горький Пятницкому, - он ещё не писал. Очень, очень крупная вещь». А Ко роленко в своей рецензии на сборники товарищества «Знание» за 1903 год, где и появился впервые рассказ, назвал его «самым выдающимся произведением обоих сборников». « Тема «Жизни Василия Фивейск ого», - это, как определил её Короленко, «вечный вопрос человеческого духа в его искании своей связи с бесконечностью вообще и с бесконечной справе дливостию», то есть с Богом, оканчивается трагически» [ 3, с 7 ] ». В «Жизни Василия Фивейского» Андреев задумал «рас шатать веру». «Я убежден, - писал он в письме к критике М. Неведомскому, - что не философствующий, не богословствующий, а искренне, горячо верующий чел овек не может представить бога иначе, как бога-любовь, бога-справедливос ть, мудрость и чудо. Если не в этой жизни, так в той, обещанной, Бог должен да ть ответы на коренные вопросы о справедливости и смысле. Если самому «см иренному», наисмиреннейшему, принявшему жизнь, как она есть, и благослов ившему Бога, доказать, что на том свете будет, как здесь: урядники, война, не справедливость, безвинные слезы, - он откажется от Бога. Уверенность, что г де-нибудь да должна быть справедливость и совершенное знание о смысле жи зни – вот та утроба, которая ежедневно рождает нового Бога. И каждая церк овь на земле – это оскорбление неба, свидетельств о о страшной неиссякаемой силе земли и безнадёжном бессилии неба».[7 , с 384-385] Василий очень верующий человек, на долю которого п риходится много испытаний. У него погибает сын, другой сын рождается уро дом, от горя его жена начинает пить и тоже умирает. Но , тем не менее , Васи лий каждый раз повторяет сло ва: «Я верю!». «Постепенно для Фивейского наступает страшное прозрение: Бог не хочет или не может помочь людям – там ничего н ет». [ 7 , с385] так Василий потерял в еру в Бога, он больше не может помогать д ругим людям, укреплять их веру. «Идея роковой предопределенности жизни человека и человечества составляет в конечном итоге смысл этого рассказа. Человек не владеет знанием законов мира, да и овладеет ли? Но если так, то можно ли у строить жизнь на разумных основах добра и справедливости? Эти вопросы о смысле и цели бытия и задает в рассказ е писатель». [7 , с385 ] 2 . 2 П ервая мировая война как проклятие человечества. Расск аз «Красный смех» В рассказе «Красный смех » пис атель, «прихваченный» общественными событиями, откликается на жгучие п роблемы своей современности. Русско-японская война, начавшаяся в 1904 году, всколыхнула не только творческое, но и гражданское сознание писателя. Не разделяя патриотического угара «публики», считая интерес к войне «неку льтурным», Л.Андреев в то же время осмысляет войну как такой переломный м омент в жизни отдельного человека и общества в целом, который художник н е может оставить без оценки. «Моя тема, - подчёркивал автор «Красного смех а», - безумие и ужас». Этими словами и открывается изображение страданий с отен и тысяч солдат и офицеров. « Писатель представляет войну «движением» бессмысленным, про тивоестественным: «Миллион людей, собравшись в одно место и стараясь при дать правильность своим действиям, убивают друг друга, и всем одинаково больно, и все одинаково несчастны – что же это такое, ведь это сумасшеств ие?..» Да, - отвечает писатель, создавая фантасмагорический образ войны, - эт о безумие. «Это красный смех. Когда земля сходит с ума. На ней ни цветов, ни п есен, она стала круглая, гладкая и красная, как голова, с которой содрали к ожу». Отсутствует свойственная реализму «правда изображения» [2 , с 10-11]» . Выражая свое протестующее отношение к человеческой войн е, писатель создает в этом произведении не картины из русско-японской во йны, не типические характеры солдат и офицеров, а символический образ че ловеческого сознания, потрясённого ужасами войны . « Повесть является одним из на иболее ярких произведений тогдашней русской литературы, изобличающих милитаризм и направленных против войн и в частност и против русско-японской войны [ 2 , с 10]». В «Красном смехе» не следует искать ни исторической достоверности, ни бытового правдоподобия. Их там нет. И х нет вовсе не потому, что Андре ев, как известно, не был на русско-японской войне, не сидел в окопах и не уча ствовал в сражениях. Андреева интересовали не исторически конкретные с обытия, происходившие тогда на Дальнем Востоке, не сам факт войны России с Японией. Вопросы о том, кто виновник её, каковы могут быть последствия эт ой войны, в рассказе не затрагивались. « Андреев исходил из другого внутреннего задания – выразить с убъективное безоговорочно отрицательное отношение к войне как бессмыс ленной кровавой бойне, зверскому, жестокому и бесчеловечному истреблен ию людьми друг друга, как проявлению «безумия и ужа са [5, с 32 ] » . Ключом к пониманию главной идеи повести являются слова одного из братье в, от имени которого ведётся повествование в «Красном смехе»: «…ведь нел ьзя же безнаказанно десятки и сотни лет учить жалости, уму, логике – дава ть сознание. Можно стать безжалостным, потерять чувствительность, привы кнуть к виду крови, и слёз, и страданий – как вот мясники, или некоторые до ктора, или военные; но как возможно, познавши истину, отказаться от неё?.. Миллион людей, собравшись в одно место и стараясь придать правильность с воим действиям, убивают друг друга, и всем одинаково больно, и все одинако во несчастны, - что же это такое, ведь это сумасшествие?» « Жанр «Красного смеха» Андре ев определил как «фантазию на тему о будущей войне и будущем человеке». Г лавное содержание «фантазии» составляет выявление психологии этой вой ны как любой современной войны в цивилизованном мире, психологии и идейн ого самочувствия участников и современников этих войн. «Фантазия», по Ан дрееву, - это эмоционально-психологический экстракт, субстанция, раскрыт ая как нечто самостоятельное, самодовлеющее в особой форме трагическог о гротеска. Идейный подтекст «фантазии» составляет мысль о том, что разумный челове к ХХ века, участвующий во «всеобщей войне», не имеющей ни гуманных конечн ых целей, ни освободительных задач, как и человек, вольно или невольно пот ворствующий ведению подобных войн, должен перестать существовать как л ичность, как полноценный член общества, как предста витель культурного человечества ». [4, с 126] «Красный смех» был воплем о несоответствии этических и исторических гу манных представлений культурного человечества реальному состоянию ми ра, он был криком о необходимости спасения человека, людей, народов, челов ечества от «мировой заразы», насаждающей войны как способ собственного существования и распространения. Прогрессивные критики характеризовали «Красный смех» как «гневный пла менный памфлет против войны и всех её ужасов», как «первостепенное произ ведение истинного таланта». Надеждин считал, что «ничего более сильного на тему о войне не появлялось в текущей литературе, и не в текущей, за искл ючением разве «Четырёх дней» Гаршина. К ним присоединил голос Г.Чулков, с казавший, что пафос «Красного смеха» «достигает библейской силы». Часть критиков чутко восприняла основной конфликт, главную идею «Красного см еха». Треплев, например, писал, что «Красный смех» выражает «недоумение и ужас культурной мысли перед иррациональностью войны». Исходная идейная позиция, которую занимал Андреев, работая над «Красным смехом», заключалась, по его словам, в том, что «война обнаружила полную не совместимость царизма с интересами народа, оттого логика вещей с велича йшей деликатностью привела самодержавие в тупик, и как по логике ни расс уждай – нет выхода».[4 , с 129 ] 2 . 3 Русская действительность глазами детей. Рассказы «Баргамот и Гараська» , «Петька на даче», «Ангелочек» Весной 1896 года в пасхальном номере московской газет ы «Курьер» появился рассказ «Барг амот и Гараська». До самой развязк и автор выдерживает жанровые каноны пасхального рассказа: это ли не идил лия, когда городовой Баргамотов, прозванный улицей Баргамотом, привёл к себе в дом, чтобы вместе разговеться, босяка Гараську? «Вот ошалевший и пр итихший Гараська сидит за убранным столом. Ему так совестно, что сквозь з емлю провалиться. Совестно своих отрепий, совестно своих грязных рук, со вестно всего себя, оборванного, пьяного, скверного. Обжигаясь, ест он дьяв ольски горячие, заплывшие жиром щи…» Не разрушает канона и поведение хоз яйки, жены Баргамота. Хотя она при появлении в доме необычного гостя «спе рва вытаращила глаза», но «по своему женскому мягкосердечию живо смекну ла, что надо делать»: потчуя Гараську, она проявляет, можно сказать, максим ум рождественского радушия, приветливости и вежливости. Вот тут-то и про исходит неожиданная, не канонизированная жанром развязка. - Кушайте, кушайте, - потчует Марья. – Герасим… как звать вас по батюшке? - Андреич. - Кушайте, Герасим Андреич. Гараська старается проглотить, давится и, бросив ложку, падает головой н а стол… Баргамот с растерянною и жалкою миной смотрит на жену. - Ну, чего вы, Герасим Андреич! Перестаньте, - успокаивает та беспокойного г остя. - По отчеству... Как родился, никто по отчеству… не называл…» « Прочитав этот рассказ, Горьк ий признался: «Чёрт знает, что такое… Я довольно знаю писательские штучк и, как вогнать в слезу читателя, а сам попался на удоч ку: нехотя слеза прошибает [3, с 17-18 ] » . В рассказе четко прослеживается реалистичность описания города, его жи телей, их нравов и порядков. Присутствует и общий для многих писателей ра зных литературных эпох образ – образ «маленького человека», который изображен автором с явной симпатией. Этот образ « был пронизан демократическим чувством и одухотвор ён идее защиты человеческого достоинства и прав «рядовой» личности, соц иально униженной в тогдашнем обществе [3 , с 18]» . Тем самым Андреев утвер дил неизменно важную мысль : « самый «последний» человек есть тоже человек и называется брат твой. Эта мысль прямо выражена сюжетной развязкой рассказа, благополучной для бездомн ого бродяги Гараськи, светлой и радостной, хотя и несвободн ой от налёта сентиментальности[3 , с 18-19 ] » . « Рассказ одухотворён идеей з ащиты человеческого достоинства, гуманистической трактовкой образа «м аленького человека», отличается чётк ой индивидуа лизацией характеров [6 , с 45 ] ». «Образ ребенка как носителя «естественного» нача ла весом в рассказах Андреева. Рассказы Андреева о детях показывают их т яжелую судьбу, их страдания, невозможность что-либо изменить в своей жиз ни, в них слышится тоска по украденному детству [9 ]». Но детьми назвать их сложно : с малых лет они работают наравне со взрослыми, стра дают от отсутствия родительского тепла и издевательств своих хозяев. В рассказе «Петька на даче» Андреев повествует о десятилетнем мальчике, который прислуживает в парикмахерской. У него украдено детство. «И утром , и вечером, и весь божий день над Петькой висел один и тот же отрывистый кр ик: «Мальчик, воды», и он всё подавал её, всё подавал». Просветление времен но наступает, когда мать берёт его на дачу. Но ещё тягостнее возвращение к хозяину. « Рассказ отличается точностью, выразительностью деталей, умением психологиче ски тонко показать детскую душу [6 , с 49 ] ». Писатель говорит о том, как важно для ребёнка детство: возможн ость беззаботно резвиться, бегать по лужам и не думать о том, что злой хозя ин будет кричать: «Мальчик, воды!». И в то же время для Петьки это невозможн о: он вынужден работать за гроши, чтобы выжить в этом чудовищном мире. В рассказе «Ангелочек» намечается дальнейшее углубление психологизма в изображении героев. Гимназист Сашка тоскует о счастье, о прекрасном. Ог ромную радость он испытал, когда ему подарили ёлочную игрушку – восково го ангелочка. Но ангелочек – только мгновение, озарение, иллюзия, он раст аял у тёплой печки, надежда на прекрасное погибает, исчезает чудное виде ние. Так произошло и в Сашкиной жизни: всего несколько счастливых мгнове ний подарил ему ангелочек, а потом счастье ушло, оставив о себе лишь печал ьные воспоминания. «Для Сашки в ангелочке сосредоточилась не только и не столько иллюзия сч астья, сколько «бунт», несогласие «с нормой» жизни. В рассказе «Петька на даче» Петька, как и взрослые, воспринимает в качестве нормы жизни прозяб ание в парикмахерской. Дача для него – та же иллюзия, только временный ра зрыв кольца. Но, как и для Сашки ангелочек, она – не только мгновение, озар ение, случай; она – реальность, естественность, желанное, противоречаще е норме и закону»[ 9 ]. И в Сашке и в Петьке, и в других детях есть энергия чувства, ненависть, протест, жизнь. 2. 4 П роблемы психологи и и смысла жизни в рассказах «Большой шлем», «Жили- были», «Р ассказ о Сергее Петровиче » , «Мысль» Внимание пи сателя всегда привлекала морально-этическая и фил ософская сущность человеческого бытия. Особо волновало его все возраст ающее отчуждение и одиночество современного человека. «Разобщённость людей, их духовная ущербность, равнодушие к судьбе родной страны связыва лись Андреевым не только с социальным неравенством и материальной нужд ой, для него это результат ненормального устройства буржуазного общест ва в целом. Разобщённость и бездуховность присущи и «благополучным» обы вателям[ 5 , с 32]». «Большой шлем» - один из наиболее удачных рассказо в философского настроения и одни из самых сильных антибуржуазных и анти мещанских рассказов Андреева. Закон, норма, круг человеческого предначе ртания («рок») обретают в нем символико-фантасмагонические черты. Андреев показывает, что «будни настолько обесценивают духовное содерж ание человеческой жизни, что она становится похожей на бессмысленное верчение, на фантастическую игру . ( В данном рассказе символический о браз игры строится на эмпирическом – карточной игре в винт. В дальнейше м творчестве Андреев будет широко пользоваться образом маскарада, зрел ища, игралища, где человек – маска, марионетка) [4, с 1 90]». И самое страшное здесь то, что из этой жуткой игры не т выхода . Все действия героев: разговоры, мысли сводятся лишь к одному – выиграть партию в винт. Даже см ерть одного из героев не находит отклика в их сердцах. Они сожалеют тольк о о том, что лишились партнера, а он не узнал, что выиграл. « В финале «Большого шлема» слились воедино сарказ м и крик боли, ирония и вопль отчаяния. Человек, омертвевший, разрушенный п одчинением механической повседневности, заслуживает милосердия (пропа л человек!) и презрения (овеществившиеся не могут быть людьми, они не спосо бны на солидарность, они чужие даже самим себе)[4 , с 1 91- 1 92 ] » . Герои равнодушны друг другу, объединены лишь долголетней иг рою в винт, они так безлики, что автор начинает именовать их столь же безли ким «они» - вот ещё одна идея писателя. Когда один из игроков умирает во вр емя игры, оставшиеся взволнованы не самой смертью, а тем, что мёртвый не уз нал о своём выигрыше, а они лишились четвёртого партнёра. Рассказ «Жили-были» - одна из вершин раннего творче ства Андреева. В нем мотивы жизни, смерти, отчуждения, счастья звучат в пол ную силу, резко противопоставлены мироощущения двух героев-антиподов: ч ужого земле и людям, хищного и несчастного купца Кошеверова и счастливог о, сроднившегося с жизнью дьякона Сперанского. Оба героя оказываются в о дной больничной палате, оба они вскоре умрут, но между ними есть существе нное различие: их отношение к своему будущему. « И если для Кошеверова палата, камера, комната – плачевный конец, безрадостный и бе звыходный итог, смерть, за которыми пустота, если для него смерть лишь обн аружила тщетность и бесцельность его существования, то для Сперанского смерть ещё раз обнажила великий смысл и цену жизни. Сперанский весь открыт для жизни. Он не сосредоточен на своей болезни, он обращён к другим больным, к врачам и студентам, сёстрам и сиделкам, к живой жизни вне палаты. Он слышит крик воробьёв, радуется сиянию солнца, с интер есом следит за дорогой. Его судьба тесно связана с судьбой его жены, детей , родного дома и сада – все они живут в нём, и он прод о лжает жить в них[ 4, с 153 ]». Этим рассказом Андреев хотел показать, что разные люди по-разному относятся к жизни. Для одних людей – это счастье, возможн ость проявить себя ( Сперанский), а для других жизнь – бессмысленное, пустое прозябание. « Последняя фраза рассказа «Жили-были»: «Солнце всходило» , - необыкновенно емка и многозначна. Она имеет отношение к судьбе Кошевер ова (он умер, побеждённый и жизнью, и смертью, а непобедимая жизнь продолжа ет своё течение). Не в меньшей степени она относится и к судьбе дьякона Спе ранского: дьякон вскоре умрёт, но сама его смерть есть торжество жизни, ес ть утверждение того, что он любил, ради чего жил. Эта последняя фраза относ ится и к судьбе третьего действующего лица – студента Торбецкого, жизнь которого, хотя он и лежит на больничной койке, ещё впереди, как впер еди жизнь людей тысяч поколений [4 , с 153-154 ] ». В центре «Рассказа о Сергее Петровиче» – ведущая проблема раннего творчества Андреева: «человек и рок». Герой рассказов философского настроения испытывал на себе воздей ствие «рока» и реагировал на него своим поведением. Сергей Петрович оказ ывается в положении, дающем ему возможность увидеть, ощутить, осознать с вою зависимость от «рока». Повествование в рассказе ведётся не от лица С ергея Петровича, а от третьего лица, но это неведомое и «объективное» тре тье лицо находится на уровне сознания Сергея Петровича, максимально при ближено к кругу его представлений. «Любопытна оценка, которую Андреев дал рассказу. В нескольких случаях (п исьма М. Горькому, А. Измайлову и др.) Андреев признавал, что расска з художественно не вполне ему удался. Вместе с тем он упорно твердил, что и деологически «Сергей Петрович» для него очень важен, что он ставит его в ыше многих, если не всех ранних рассказов этой поры, в том числе выше расск аза «Жили-Были» «по значительности и серьёзности содержания». Вот, к при меру, что писал Андреев о рассказе в собственном дневнике: «… смерть сейч ас не страшна мне и не страшна именно потому, что «Сергей Петрович» оконч ен…». В дневнике же Андреев кратко записывает и основную тему рассказа, к ак он её понимает: «… это рассказ о человеке, типичном для нашего времени, признавшем, что он имеет право на всё, что имеют другие, и восставшего прот ив природы и против людей, которые лишают его последней возможности на с частье. Кончает он самоубийством – «свободной смертью», по Ницше, под вл иянием которого и рождается у моего героя дух возмущения[4, с 186]». В выборе темы и сюжета Андреев в значительной степени шёл за Михайловски м, за его толкованием сильных сторон философии Ницше и за его спором с Ниц ше о свободном человеке. По мысли Михайловского, Ницше силен своей крити кой современной личности, на нет стёртой современным буржуазным общест вом, и острой тоской по новому, свободному, яркому человеку. Маленький чел овек, считал Михайловский, «может таить в себе, а при случае и обнаруживат ь такую нравственную мощь и красоту, перед которой мы поневоле должны по чтительно снять шапку. Но её столь же почтительно можно снять и перед обы кновенным рядовым работником на деле, которое мы считаем важным, нужным, святым». Андреев выбирает в герои рассказа именно такого обыкновенного рядовог о работника, которого однажды привлёк к себе и поразил «Так говорил Зара тустра». Под воздействием ницшевской идеи «сверхчеловека» ординарный человек Сергей Петрович прозрел: перед ним зажёгся идеал человека «силь ного, свободного и смелого духом», и он понял, как далёк он от этого идеала. Ницше разбудил в нём ощущение его неравенства в природном мире вследств ие его ординарности, обыкновенности (в сравнении с некоторыми товарищам и он «некрасив», «неумён», «бесталанен» и т.п.). Сергея Петровича глубоко у язвила мысль Ницше о неполноценности обыкновенных людей, к разряду кото рых он принадлежал. Начав с Ницше, отталкиваясь от него, Сергей Петрович приходит к понимани ю того, что он не свободен, не силён, не смел духом отнюдь не потому только, ч то лишён ярких талантов. Он несчастен оттого, что общественное устройств о не даёт ему никаких возможностей развить собственные естественные по требности и возможности (он глубоко любил природу, увлекался музыкой и и скусством, мечтал о радостном труде простого пахаря и о чуткой женской л юбви). В несправедливо построенном обществе ему отводится роль члена, по лезного для рынка (как покупатель), для статистики и истории (в качестве об ъекта изучения законов народонаселения), для прогресса . Вся его «полезность», как стало ясно Сергею Петров ичу, «находится вне его воли». «Ничтожнейший», «ординарнейший» Сергей Петрович – бунтарь наподобие пушкинского Евгения («Медный всадник»). Евгений поднялся против государ ственной и исторической необходимости, лишающей его личной воли. Сергей Петрович восстал против «рока». В понятие «рок» он прежде всего включает социальную несправедливость буржуазного мира. Включает он и «природно е неравенство» (таланты и обыкновенные люди). Но если для Ницше это делени е навечно возвышает одних и «бракует» других, то для Сергея Петровича яс но, что это неравенство должно стать неощутимым в том обществе, где кажды й человек может найти себя, быть на своём месте и получить удовлетворени е от собственных усилий и признание по результатам своего труда. Сергей Пе трович, как большинство героев Андреева, – индивидуалист, индивидуалис т альтруистической складки, страдающий и слабый, и как индивидуалист он не знает путей достижения социального равенства, при котором он смог бы стать свободной личностью. Более того, Сергей Петрович вполне уверился, что в этом мире он не может быть никому из людей равным и, следовательно, н е может быть счастливым. Трактат Ницше («Если жизнь не удастся тебе, знай, что удастся смерть») явился толчком к самопробуждению и поводом для само убийства Сергея Петровича, истинной причиной самоубийства было осозна ние собственной беспомощности в мире, где культивируется всяческое нер авенство. Его самоубийство – и шаг отчаяния, и возмущение, и бунт, и торже ство победителя одновременно. В рассказе «Мысль» наиболее ярко выражена тема «бе ссилия и безличия человеческой мысли, под лости чел овеческого разума». [7, с 383] Главный герой рассказа – доктор Керженцев. Этот человек отказывается от нра вственных норм и этических принципов, а признает лишь силу мысли. «Вся ис тория человечества, – пишет он в своих записках, – представлялась мне ш ествием одной торжествующей мысли. …Я боготворил ее, – говорил он о мысл и, – и разве она не стоила этого? Разве, как исполин, не боролась она со всем миром и его заблуждениями? На вершину высокой горы взнесла она меня, и я в идел, как глубоко внизу копошились людишки с их мелкими животными страст ями, с их вечным страхом и перед жизнью и смертью, с их церквями, обеднями и молебнами».[ 1 , с 263 ] Отказавшись от морали общества, Керженцев опирает ся на свою собственную мысль. Чтобы доказать свое превосходство над всем и людьми, он решается на убийство. Причем убивает он своего друга Алексея Савелова. Керженцев имитирует свое сумасшествие, и радуется, что ловко о бвел вокруг пальца следствие. «Но мысль убила ее творца и господина с таким же равнодушием, с каким он убива л ею других». [ 7 , с 384] Так писатель приводит нас к выводу о том, что эгоцен тричная и внесоциальная мысль Керженцева опасна как для него самого, так и для окружающих людей. Трагедия героя не единстве нная в своем роде, Андреев показывает, что так произойдет с каждым, кто зах о чет возвысить себя над другими. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Художестве нная мысль Леонида Андреева очень часто, подолгу и упорно задерживалась на «вековечных» вопросах и проблемах – о жизни и смерти, о загадках чело веческого бытия, о предназначении человека и его месте в бесконечном кру говороте жизни. Изображенный Андреевым духовный кризис отца Васи лия, человека, наивно думающего избавить человечество от зла жизни волею неба, современниками воспринимался как призыв своими силами добиватьс я правды на земле. В рассказе «Стена» автор высказал мысль о том, что ч еловек может и должен активно противостоять року. Даже если это противос тояние закончится трагически, человечество должно идти вперёд. Сергей Петрович из одноимённого рассказа понимает, что в социально несп раведливом обществе человек не может быть счастлив, и, осознав себя ничт ожным, решает покончить с собой. В рассказе «Жили-были» Андреев нарисовал кусочек вечной, неистребимой ж изни, запечатлел её краткое мгновение и показал, что оно может быть для од них безрадостным, бессмысленным, бесцельным, для других – бессмертным, приобщением к вечному и доброму. В рассказе «Мысль» видна траг едия человека, разрушившего в себе «нравственные инстинкты», и который п отом разрушился сам. Писатель в рассказе «Баргамо т и Гараська» утверждал, что даже самый «последний» человек есть тоже че ловек и называется брат твой. Ярым противником войны выступил писатель в рассказе «Красный смех». Рассказ был криком о необходимости спасения человека, людей, народов, че ловечества от «мировой заразы», насаждающей войны как способ собственн ого существования и распространения. Писатель высказывает мысль о том, что будни «обесцвечивают» человека, об есценивают его душу, такой человек заслуживает презрения, но в то же врем я и жалости («Большой шлем»). Совершенно по-новому преподносит Андреев тему предательства («Иуда Иск ариот»). Иуда не может победить его, но он и не может не любить Иисуса. И вся психология предательства заключается тогда в борьбе личности с предоп ределением в борьбе Иуды с предначертанной ему миссией. Рассказы о детях заставляют задуматься об украденном детстве и безвозв ратно потерянном счастье, которые нужны каждому человеку. Рассказы Л. Андреева, написанные в конце XIX - начале XX в. остаются актуальными и в наше время. Идеи, высказанные п исателем, по-прежнему волнуют современного человека: в мире продолжаютс я бессмысленные войны; люди все также борются со своей судьбой, одни точн о знают, для чего живут, другие просто проживают ее. Именно поэтому творче ство Леонида Андреева остаётся актуальным спустя столетие. Андреев открыл в литературе свой, новый мир, мир ове янных революционным дыханием мятежных стихий, тревожных мыслей, филосо фских настроений. Остро реагировавший на переходность, кризисность все х сфер жизни переломной эпохи, Андреев выступил как художник-искатель, э кспериментатор, заражавший самим процессом напряжённых, мучительных п оисков всех, кто с ним соприкоснулся. Блок и Горький, Воровский и Вересаев , Бенуа и Киров, Луначарский и Волошин, Короленко и Р.Люксембург – эти и мн огие другие современники Андреева повторяли, например, что он сделал жиз ненно необходимой для каждого из них потребность сейчас, незамедлитель но и точно, ответить себе и всем вокруг на вечные, «проклятые» вопросы, отк рытые человечеством в древние времена и актуальные по сей день: о цели че ловеческого существования, о трагедиях жизни и смерти, о путях разума, ве ры и чувства, о борьбе с «мировым злом» за победу человека, за победу добра . Самую эту неистребимую потребность Андреева задавать вопросы и требов ать на них ответа А.Блок считал характерно русской чертой, резко обознач ившейся в революционную эпоху. Андреев задавал свои вопросы старому мир у «от самой глубины своей, неотступно и бессознательно», задавал их от ли ца «великого дитяти – России», выходившей на арену мировой истории в ка честве исполнителя главной роли и нуждавшейся в действенных ответах. « Андреев стоял у истоков ряда явлений, получивших развитие в русском и зарубежном искусстве. Как пока зывают исследования о конкретных писателях, отдельные художники испыт ывали на себе его воздействие, целые литературные течения шли по путям, о бозначенным его творчеством: опыт Андреева имел большое значение для В. Маяковского и Б. Брехта, без него нельзя установить родословную Ф.Кафки, Л. Пиранделло и О’ Нилла; обращение к творчеству Андреева обнаруживает ко рни таких литературных явлений, как экзистенциализм (А.Камю), интеллекту альный театр и театр абсурда, «философский реализм» в Японии; искания Ан дреева в области «неореализма» и «универсального психологизма» находя тся в русле разнообразных веяний в русском и мировом театре и кино » .[4 , с 36 ] СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТ УРЫ 1. Андреев Л.Н. Избранное . – М: Советская Россия, 1988. – 323с. 2. Богданов В.А. Творчество Л. Андрее ва // Андреев Л.Н. Избранное. – М: Советская Россия, 1988. – с 3-15 . 3. Кулешов Ф.И. О прозе Леонида Андре ева // Андреев, Л.Н. Красный смех: Избранные рассказы и повести. – Мн: Изд-во Б ГУ им. В.И. Ленина, 1981. – с 5-22. 4. Иезуитова Л.А. Творчество Леонида Андреева. – Л: Изд-во Ленинградского университета,1976. – 239с. 5. Русские писатели: библиографиче ский словарь: В 2 т. / под ред. П.А. Николаева. – М: Просвещение, 1990. – Т. 1. – с.32-36 . 6. Русская литература ХХ века 1897-1917: уч ебное пособие для студентов белорусских отделений филологических факу льтетов педагогических институтов Белоруссии / под ред. Т.Б. Лиокумовича. – Брест: Коммерческо-издательское предприятие «Пирс», 1993. – 138с. 7. Соколов А.Г. История русской литер атуры конца ХIХ – начала ХХ века. Учеб. – 4-е изд, доп. и перераб.. – М: Высш. шк; Изд. центр Академия, 2000г – 432с. 8. http :// www . leonidadnreev . net . ru 9. http://www. ronl.ru
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Ты можешь прекратить верить в единорогов.
Но они не прекратят верить в тебя!
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по литературе "Разнообразие художественных идей в рассказах Леонида Андреева", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru