Реферат: Пушкин в Тверской губернии или тверская тропа к Пушкину - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Пушкин в Тверской губернии или тверская тропа к Пушкину

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 1359 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Введение Впервые Пушкин увидел края Тверской губернии одиннадцатилет ним мальчиком , когда везли его из Москвы в Петербург для поступления в лицей . А в 1828 – 1833 годах , в один из самых значительных и сложных периодов его жизни , приводили его сюда дела , интерес к отечественной истории , желание повидать друзей . Тогда стало ясно , что приезды поэта в Верхневолжье , малинниковские и павловские «осенние досуги» - суть значительные фрагменты гигантской панорамы пушкинской жизни и творчества , фрагменты наиболее зрелого и плодотворного периода. Теперь эти заповедные места – Берново, Малинники , Павловское , Старица , Торжок – стали широко известны , их объединяет увлекательный маршрут «Пушкинское кольцо». Тверецкая набережная. Берново Одно из любимых мест Пушкина в Тверской губернии – село Берново . Древнее , красивое расположенное вдоль речки Тьмы , с обветшавшей церковью , с белеющим на взгорке старым особняком… И на первый взгляд ничего необычного , мало ли таких сел по России ! Но перед приезжими людьми открывались удивительные , живоп и сные места с гостеприимными , скромными , чтящими былое людьми . Заглянем в одну из тверских летописей , где рассказано о боярской семье Берновых , владевших многими землями , что лежат в долине реки Тьмы . Земли эти были богаты лесами , а леса— зверем и птицей . В центре своих владений и поставили Берновы первые дома , давшие начало селу , к которому навсегда приросла их фамилия. Берново строилось быстро . Росло , богатело . Бойко торговало с соседними городами , сплавляло лес , дубило кожи и сбывало их знаменитым на всю Русь новоторжским сапожникам . Знало разор и пожары , полыхавшие на этой земле в годы княжеских усобиц. И об этом сказано в летописи . На одной из ее пожелтевших от времен страниц читаем : «Не зная , будет ли ему успех , а либо смерть от меча , схоронил тайно кн язь Андрей Иванович в Бернове часть своего кошта». Успеха князю не было в жестоком сражении , дружина отступила , а казна его осталась здесь , надежно схороненная в дремучих лесах . Легенда , эхо которой не замолкло и поныне , говорит , что богатый этот клад до с их пор хранит берновская земля , да только нет никаких указаний , где искать его... Позднее берновская вотчина раздробилась . У новых поместий появились новые хозяева . Одним из самых крепких был царский стольник Калитин , предприимчивый человек , оборотистый хо зяин . Берново при нем заметно приросло . Он спокойно прожил бы свой век , не возьмись за одно даже по нынешним временам грандиозное предприятие : получил у госу дарства подряд посадить липы вдоль всего Московского тракта— самую большую липовую аллею в России. Казна отсчитала ловкому подрядчику изрядную сумму . Шли годы , дело двигалось медленно , а потом и совсем заглохло : царское золото ушло на другие дела , которые сулили большие барыши. Повелением императрицы Елизаветы , разгневанной на проворовавшегося стольника , у Калитина отняли Берново и отдали его свояку— бригадиру Петру Гавриловичу Вульфу . Отдали почти бесплатно : за 24 тысячи десятин земли с деревнями и крестьянами , в них живущими он заплатил всего 500 рублей золотом. Новый хозяин в обустройстве Берного не преуспел . Задумал было разбить большую усадьбу с парком и прудами , но планов своих не осуществил и завещал их сыну Ивану , орловскому губернатору . Тот любил это село , намеревался жить здесь , а потому и приказал , не мешкая ставить большой господский дом на г оре , за околицей . Тогда же решили возводить на берегу Тьмы церковь. Господский дом - двухэтажный ампирный особняк - после отделки выглядел внушительно , выделяясь среди однообразных крестьянских изб . Просторные комнаты с большими окнами , парадный зал . Внизу - поместительные погреба с запасами снеди для барского стола . Неподалеку хозяйственные постройки , маленький пруд , заросший лилиями . К нему от заднего фасада липовая аллея . У главного фасада полукольцом лиственницы . Живописен был молодой парк , прорезанный тропинками . Одна из них сбегала вниз , а потом поднималась на крутой холм , увенчанный сосной . Холм этот окрестили Парнасом. К тому времени вульфовская вотчина была снова разделена между родственниками. Берново – самое богатое из всех владений семьи - переш ло Ивану Ивановичу Вульфу , а затем Николаю Ивановичу Вульфу. Пушкин не раз наведывался в это место , причиной тому был его интерес к местному фольклору – тверским народным песням , преданиям , легендам , к историческим событиям , которыми так богата была эта зе мля . Пушкин встречался здесь с сельским учителем Алексеем Алексеевичем Раменским . Раменский знал множество историй , связанных с этим краем . Но одна из них запомнилась Пушкину особенно… «…В дочь берновского мельника влюбился местный помещик , и завязался ме жду ними роман . Помещик обещал на ней жениться , но вскоре , не сдержав обещания , уехал . Несчастная девушка утопилась в омуте и стала русалкой» . Эта легенда вновь пробудила интерес поэта к , давно написанному и уже забытому , отрывку будущей «Русалки» . В то же время Пушкин продолжил тему , которая его особо занимала , - предназначение поэта , художника , его ответственность за слово , его отношения с обществом и властью . Но вскоре поэт уехал из села , оставив после себя в сердцах берновцев бессмертную память , кото рую благодарные жители давно уже хотели увековечить. Многие годы местные ребята под руководством педагогов собирали все , что связано в селе с именем великого поэта , изучали маршруты поездок Великого писателя по старицкой земле , записывали рассказы о нем . Благодаря этим исследованиям учителя берновской школы оборудовали в одной из комнат пушкинский музей . А в 1918 году был создан бланк квитанции сбора добровольных пожертвований «на создание народного музея Пушкина в селе Берново» . И не удивительно , что ста р ая квитанция стала одним из самых трогательных и исторических значимых экспонатов Берновского государственного музея А.С.Пушкина , открытого в бывшем доме Вульфов. Как свидетельство о непреходящей любви народа к своему поэту , можно привести некоторые интере сные документы . Вот один из них… В 1899 году , накануне столетия со дня рождения Пушкина , газета «Крестьянский вестник» попросила своих читателей написать о том , что знают , что помнят они о поэте . Более тысячи человек откликнулись на просьбу газеты , в их чи сле был и крестьянин Осташковского уезда Н.Соколов , в своем письме он прислал стихи : …Прошло сто лет , как гений наш родился, Уж прах его истлел в земле сырой, Но жив душой поэт , он в сердце к нам вселился И вечною сияет красотой. Малинники - Вот они самые и есть Малинники , - сказал , оборотившись , ямщик и ткнул кнутовищем в сторону открывавшейся за поворотом деревни. Коляска между тем начинала поднимать в гору , довольно крутую . По сторонам разбитой дороги стояли крытые солом ой избы , за ними – пустые поля. На горе виднелся парк , начинающийся у самого большака , на котором алели в закатном свете оставшиеся после недавнего дождя лужи. Пушкин с любопытством созерцал представшую перед ним картину . «Однако ж и занесло меня… - подумал он . – Экая глушь , хотя , по правде , вид красив , на Михайловское походит…» В Малинниках , уже давно его ждали . Здесь Пушкина встретили милые его сердцу люди : Прасковья Александровна Осипова и ее дочь Зина – с которыми он состоял в дальнем родстве и к которы м привязался за годы своего михайловского заточения : сестра Осиповой была замужем за Я.И.Ганнибалом , двоюродным братом матери Александра Сергеевича . Однако близость с этим большим семейством объяснялась отнюдь не родственными узами . Здесь искренне любили и ценили поэта , старались скрасить его одиночество . Общение с ними гасило гнетущее , разрушительное чувство неволи . Так было в Михайловском и Тригорском. И сейчас здесь , в Малинниках , Пушкину представилось , что не было долгой и утомительной дороги в пятьсот с лишним верст , грязных и скучных почтовых станций , брани из-за лошадей , поломанных колес , ворчливых ямщиков , которые только и норовили прижать путника ; что он , как часто бывало прежде , вышел из своего опостылевшего дома в Михайловском и ноги сами привел и его по знакомой дороге , берегом озера в Тригорское , где был он всегда не только желанным гостем , но и своим человеком. Это ощущение схожести с Михайловским не покидало его все дни , проведенные в Малинниках . Причиной тому было не только воображение , дорисовывавшее пейзаж . Ландшафт здешний действительно походил на Михайловский : те же лесистые холмы , река , причудливо петляющая среди них , усадьба на горе . Внизу— сельцо , получившее свое название за то , что в его окрестностях ро с ла душистая сладкая ягода , бывшая предметом промысла для местных крестьян. Пушкин успел заметить , что парк еще молод , но разбит толково , со знанием дела , рукой опытной и ухожен отменно . Отметил про себя : усадьба гораздо скромнее тригорской . Все постройки — деревянные . Барский дом одноэтажный , с четырьмя квадратными деревянными колоннами по фасаду . В стороне , почти на самом косогоре , скотный двор , конюшни . В середине парка , где сходятс я аллеи , искусно сооруженная плотником-умельцем беседка . Радовала глаз добротность строений : чувствовалось , что с имения , даже в отсутствие Осиповой , не спускают хозяйского глаза. И село , хотя и было совсем маленьким , в одну улицу , выглядело довольно живоп исно . Украшала его деревянная часовня со святым колодцем под ней— ручейком , бегущим к Тьме . Оглядывая тихое , затерявшееся в глуши тверских лесов сельцо , Пушкин и не думал тогда , что на ближайшие годы станет оно одним из самых любимых и желанных для него , г лавным тверским «кабинетом». При каждом удобном случае он будет спешить сюда , хотя в этом «кабинете» нет столичных удобств , почта добирается долго . А дороги такие , что упаси бог путешествовать по ним в осеннюю распутицу— того и гляди , утонешь в луже . Или, приехав на день-другой , прогостишь против своей воли целый месяц , пока не поставит мороз большаки , и не полетят по ним быстрые санки — с седоками , спешащими в уезд , с битой птицей , с яблоками... Но не распутица , не скверные дороги задержали Александра Се ргеевича Пушкина в Малинниках осенью 1828 года , в тот первый приезд в Тверскую губернию , где бывал он прежде только проездом и давно уже собирался пожить здесь более основательно . Погоды-то как раз в тот год стояли хорошие , тихие , солнечные , дожди выпадал и редко для октября , да и те были короткими . Но не они только сделали дни , проведенные Пушкиным на берегах Тьмы , такими радостными , счастливыми , что и потом , много лет спустя , он при случае говорил : «Хоть малиной не корми , да в Малинники возьми !» Другие об с тоятельства были причиной довольно длительного его пребывания в имении Осиповой. Права оказалась Прасковья Александровна : и дня не утерпел Пушкин , достал тетрадь , взялся за перо. Среди забот , дел , суеты , журнальных склок , в часы тяжелых раздумий о своем бу дущем спасался он тем , что мечтал о предстоящей осени . Лето еще не перевалило и за половину , а Пушкин уже писал Погодину : «Простите мне долгое мое молчание , любезный Михайло Петрович ; право , всякий день упрекал я себя в неизвинительной лени , всякий день со бирался к вам писать и все не собрался . По сему самому не присылал вам ничего и в Московский вестник . Правда , что и посылать было нечего ; но дайте сроку— осень у ворот ; я заберусь в деревню и пришлю вам оброк сполна» . Предчувствие не обмануло его и на этот раз... Оно и сегодня такое же тихое и уютное сельцо Малинники . И ягод а здешних местах не вывелась . В парке шумят вековые деревья , звенит на перекатах хлопотливая Тьма , только сильно обмелевшая , но такая же чистая , прозрачная , прохладная даже в жаркие ле тние дни . А вот дома вульфовского нет . Обветшал он настолько , что в 1923 году пришлось его разобрать. А в те времена , о которых наш рассказ , дом этот , хотя и скромный на вид , был самым большим строением в Малинниках . Документальные записи прошлого века поз воляют воссоздать его облик : главный усадебный дом , одноэтажные хоромы с небольшими окнами . Комнаты низкие , потолки с матицами . Мебель составляли кресла и диваны красного дерева с гнутыми спинками. На стенах— старые зеркала в рамах красного дерева , портреты многочисленных Вульфов . В одной из комнат — письменный стол - небольшая библиотека . Этот кабинет сына Прасковьи Александровны— Алексея Николаевича— и отвели Пушкину . Малинниковская усадьба напоминала в дни пребывания поэта картинку , описанную в одной из строф «Евгения Онегина» : С утра дом Лариных гостями Весь полон ; целыми семьями Соседи съехались в возках , В кибитках , бричках и в санях. В передней толкотня , тревога ; В гостинной встреча новых лиц, Лай мосек , чмоканье девиц, Шум , хохот , давка у порога, Поклон ы , шарканье гостей , Кормилиц крик и плач детей. Причиной тому был сам Пушкин . Весть о его приезде быстро облетела округу , и помещики , знакомые , соседи считали долгом побывать в Малинниках , поглядеть на столичную знаменитость , пригласить в гости. Сперва эт о забавляло и развлекало его , потом стало раздражать : их провинциальная назойливость была утомительна , разговоры однообразны . Однако следовало соблюдать приличия . Ему приходилось участвовать в однообразных , обременительных – обильных ужинах , играть в коп еечный вист . Но для себя же решил : в деревне – до декабря. Жизнь в Малинниках постепенно наладилась , вошла в привычное русло , и уже никто не мог помешать ему заполнять эти осенние досуги теми делами , ради которых и убежал он из столицы . Ведь обещпал же По годину прислать оброк свой сполна . В кабинет его с утра никто не входил : домочадцы знали— Пушкин пишет . К 27 октября не только перебелил «Полтаву» , но и написал к ней «Посвящение». Малинниковская его жизнь текла как бы в двух руслах . В первом— вид имом и открытом для праздных взоров— бурно , шумно . В ней были и веселые застолья , и «вальсы резвые» , и «на узкой лестнице замедленные встречи» , и объяснения с «хорошенькими девчонками» ... И казалось , что нет в жизни этого человека ни тревог , ни забот , что одна только страсть к развлечениям и увлечениям движет им , что забавы , праздность , охота единственно и привели его в эту деревеньку . Но меж тем Пушкин напряженно работал над новыми произведениями… Здесь нашло на него вдохновение . И вызвало к жизни много пр екрасных строк , среди которых были и несколько сцен для «Онегина» . Седьмая глава романа , лежавшая на столе в черновиках , каждый день «прирастала» . «Евгений Онегин» близился к завершению . Предпоследняя песнь была очень важна для Пушкина . Он посвятил ее ро д ной Москве , взяв в начало целых три эпиграфа о старой столице— из Дмитриева , Баратынского и Грибоедова . В поэтическую ткань главы вошло и давно передуманное и пережитое , и недавние впечатления . Так , должно быть , живо откликнулись они в XXXIV и XXXV строфах, посвященных дорогам . Теперь у нас дороги плохи, Мосты забытые гниют, На станциях клопы да блохи Заснуть минуты не дают… Зато зимы порой холодной Езда приятна н легка. Как стих без мысли в песне модной, Дорога зимняя гладка… К началу ноября Пушкин напис ал девятнадцать новых строф . Особенно доволен был зимними строчками . Теми , что рождались в долгих одиноких прогулках . Строчки эти дались удивительно легко , будто слышал он их где-то раньше , а потом только сел и записал : Вот север , тучи нагоняя, Дохнул , за выл - и вот сама Идет волшебница зима. Долгие часы провел он в Малинниках над тетрадью с черновиками «0негина» . Здесь завершалось одно из главных дел его жизни , любимое его создание , в котором , словно в волшебном зеркале , отразились и век , и душа поэта. «Седьмая глава— решающая , переломная , где поэт ведет следствие и суд над своими героями . Над тихими поместьями Лариных , Ленского , Онегина промчался ураган : Ленский убит , Онегин бросился в байроническое путешествие по России . Разбита , измята и душа Татьяны». Четвертого ноября 1828 года он дописал последнюю строфу : Благослови мой долгий труд, О ты , эпическая муза ! И , верный посох мне вручив, Не дай блуждать мне вкось и вкривь. Довольно . С плеч долой обуза ! Я классицизму отдал честь : Хоть поздно , а вступленье есть. В это день в доме Осиповых был праздник. Здесь же , в Малинникам , написана «Чернь» («Поэт и толпа» !). Это стихотворение можно рассматривать как ответ поэта на попытки царя и правительства приручить его , сделать послушным орудием для осуществления св оей воли . Ответ резкий , яростный : Подите прочь – какое дело Поэту мирному до вас ! В разврате каменейте смело : Не оживит вас лиры глас ! Одновременно с седьмой главой «Евгения Онегина» он завершил стихотворение «В прохладе сладостной фонтанов…» Читал его Пра сковье Александровне . Она хвалила и говорила , что Малинники так же добры к нему , как и Михайловское. Здесь Пушкину писалось так , как давно уже не писалось . Он «привозил» новые строки почти с каждой прогулки . В те дни тетрадь его пополнялась то строфой , то наброском , то короткой записью – на будущее . Так появился в ней отрывок , который обещал стать , может быть , главным «малинниковским пейзажем» : Печальны лес и дол завялый, Проглянет день — и уж темно, И , будто путник запоздалый, Стучится буря к нам в одно. Увы , строчки эти остались лишь в черновике… Здесь Пушкин продолжил работу над «Клеопатрой» . Стихотворение с таким названием уже было написано им четыре года назад в Михайловском . И вот теперь он возвратился к старой теме и не просто дополнил или исправил п режнее , но написал совершенно самостоятельный вариант , который потом включил в оставшуюся незавершенной повесть «Египетские ночи». Он дописал одно из самых сильных и значительных стихотворений — «Анчар» . Первые наброски его были сделаны еще в конце лета, вскоре после того , как в одном из журналов прочитал он любопытное сообщение врача голландской Ост-Индской компании о ядовитом дереве , растущем на Яве . Журнальная заметка заинтересовала , дала толчок игре воображения . Черновики множились , но потом были отл о жены . Он вернулся к ним в деревне , где ничто не мешало ему довести задуманное до конца . «Анчар» давался трудно . Поэту так много хотелось вложить в это стихотворение , что иные , вчера еще казавшиеся удачными и точными строки безжалостно зачеркивались , замен я лись новыми . Но и эти вскоре тоже отвергались . В часы работы над «древом яда» перо его часто прерывало свой стремительный бег и выводило диковинные рисунки , которые тут же перечеркивались вдруг пришедшими строчками . Наконец он переписал новое стихотворени е набело . Но потом и эта страница стала черновиком : «Анчар» отделывался долго , тщательно , буквально в каждом слове. В пустыне чахлой и скупой, На почве , зноем раскаленной, Анчар, как грозный часовой. Стоит — один во всей вселенной. Природа жаждущих степей Его в день гнева породила, И зелень мертвую ветвей И корни ядом напоила. Яд каплет сквозь его кору, К полудню растопясь от зною , И застывает ввечеру Густой прозрачною смолою . Наконец , Александр Сергеевич завершил намеченное на эту осень… Сельцо Малинни ки стало главным «тверским кабинетом» Пушкина , а малинниковская осень – прологом к осени болдинской. Старица Заканчивался ноябрь . Тихая солнечная осень сменилась мягкой снежной зимой . В Малинниках только и разговоров было , чт о о скорой поездке в Старицу , где Осипова с семьей собирались провести рождественские праздники . Приглашали и Пушкина , но он поехал в Москву , чтобы повидать своих друзей , по которым скучал все это время . Однако уже в начале января , поэт покинул столицу и ч ерез Тверь поехал в Старицу . Древний этот городок , обычно тихий , шумел в ту пору балами . Здесь стоял уланский полк , помещики съезжались со всей округи с дочерьми : где же искать женихов , как не среди бравых улан ! Не зря хвалили Пушкину Старицу : она была и впрямь хороша — и древностью корня своего , и событиями историческими , и строениями знатными — церквами , монастырями... Предание гласит , что первыми в эти места пришли в 1110 году два инока из Киево-Печерской лавры — Трифон и Никандр . Здесь , у Волги , постав или скромную часовню . От них и пошла Старица. Была она и безвестным городком , поднявшимся с годами на торговом промысле , коему река способствовала ; была и столицей удельного княжества. При Иване Грозном обзавелась каменным и храмами . В Ливонскую войну находилась здесь царская ставка. Под сводами Успенского собора упокоился прах первого русского патриарха Иова , впавшего в немилость во времена Лжедмитрия I и сосланного за строптивость на свою родину , в Старицу ... Много еще вся кого видел этот городок , и поныне чарующий глаз своей редкостной красотой. Пушкина ждали . Прасковья Александровна сняла для своей семьи целый дом , где ему отвели комнату . Был здесь и Алексей Вульф , приехавший несколько недель назад и уже изрядно скучавший в провинции. Его «Дневники» помогают воскресить атмосферу , в которую окунулся поэт. «В крещение приехал к нам в Старицу Пушкин ... Он принес в наше общество немного разнообразия . Его светский блестящий ум очень приятен в обществе , особенно женском . С ним за ключил я оборонительный и наступательный союз против местных красавиц , отчего его прозвали сестры Мефистофелем , а меня Фаустом . Но Гретхен (Катенька Вельяшева ), несмотря ни на советы Мефистофеля , ни на волокиту Фауста , осталась холодною : все старания были напрасны . Мы имели только одно удовольствие бесить Ивана Петровича ; образ мыслей наших оттого он назвал американским». Пушкин в самом деле не задержался в Старице . Но , прежде чем уехать , захотел навестить своего старого знакомого Ивана Ермолаевича Великоп ольского , имене которого – Чукавино – находилось всего в нескольких верстах от Старицы . Надо было уладить досадную их размолвку , случившуюся весной прошлого года… В январе 1829 года Пушкин приехал в имение к Великопольскому , там его приняли радушно . Велико польский уговорил гостя переночевать в Чукавине . Постелили ему на втором этаже , в малой гостиной , окна которой выходили в парк. Утром Пушкин вернулся в Старицу , чтобы проститься с Прасковьей Александровной , которая решила остаться здесь еще на неделю . Она захворала , а здесь доктора были под рукой . Молодежь собралась в дальнюю дорогу . Пушкин и Алексей Николаевич Вульф сели в одни сани . Ехали веселые , еще не остывшие после праздников . Торжок. Торжок той поры был знаменит на всю Россию . Возник этот город на древнем торговом пути «из варяг в греки» , откуда и пошло его название . Потом , когда пришла в упадок водная система , соединявшая север страны с центром , пошла через Торжок «государева дорога» , связавшая две столицы . Город рос и процветал за счет извоза , ремесел , торговли . Особенно много было здесь ямщиков . Иные из них держали постоялые дворы , трактиры , гостиницы для проезжающих . Самым знаменитым заведением подобного рода слыл трактир Евдокима Пожарского . Предприимчивый извозчик из местных крестьян , разбо гатев , построил в самом центре Торжка роскошное по тем времнам двухэтажное здание придорожной гостиницы . Денег он не пожалел , ни на постройку ампирного особняка , ни на содержание трактира . После смерти Евдокима заведение перешло дочери его Дарье . Она приу м ножила славу трактира своим кулинарым талантом и гостеприимством. Здесь , у Пожарского , чаще всего и останавливался Пушкин , проезжая из Петербурга в Москву и обратно . Он отдавал должное искусству предприимчивой ямщички , о чем можно судить по его «путеводите лю». Есть и другие тому подтверждения . Летом 1833 года поэт остановился в Торжке , когда ехал по своим делам в Ярополец . Потом , вспоминая эту поездку , писал жене : «Забыл я тебе сказать , что в Яропольце (виноват , в Торжке ) толстая M - lle Pojarsky , та самая , к оторая варит славный квас и жарит славные котлеты , провожая меня до ворот своего трактира , отвечала мне на мои нежности : стыдно вам замечать чужие красоты , у вас у самого такая красавица , что я , встретя ее , ахнула». Дарья Евдокимовна держала в нижнем этаже своего заведения мелкие торговые лавки , где можно было купить изделия местных умельцев , славившихся золотым шитьем , подобного которому не было во всей России . Искусные руки торжокских мастериц украшали затейливым швом пояса и головные уборы , скатерти и кафтаны... Пушкина изделия местных мастериц приводили в восторг . Сколько было в них затейливой выдумки , сколько умения ! Золотая рукотворная сказка— да и только ! Приезжая в Торжок , Пушкин часто навещал дом , стоявший неподалеку от трактира Пожарских , на той ж е Ямской улице , у крутого берега Тверцы . Деревянный этот особняк , с просторным двором и садом , принадлежал Петру Оленину , сыну А . Н . Оленина Здесь всегда радушно встречали дорогого гостя , ставили на стол диковинный самовар яйцевидной формы , темно-коричневого цвета . Он напоминал этрусскую вазу . Позолоченный кран самовара был сделан в виде головы орла . Пушкин , садясь за стол , просил у хозяйки разрешения самому налить в стакан , чтобы повернуть голову орла. Славился Торжок не то лько своими ремеслами , но и «знатными строениями» , многие из которых были воздвигнуты по проектам выдающегося русского зодчего , уроженца здешних мест Николая Александровича Львова. Однако на этот раз Пушкину некогда было любоваться красотами Торжка , он сно ва отправился в путь искать вдохновения. Павловск Приехали под вечер . Дом Павла Ивановича вскоре наполнился веселым гомоном . Накрывали на стол , несли из комнат стулья , зажигали свечи . Пахло духами и пудрой . Степенная Фридерика Ивановна встречала гост ей , с каждым целовалась. Быстро летели дни в Павловском . Утрами ездили на зайцев . Впрочем , скорее для прогулки , нежели для охоты . Скакали по заснеженным полям , доезжали до Бернова и Малинников . Вечерами танцевали , устраивали забавные игры , дурачились , слов но дети . Пушкин прилежно исполнял взятую в Старице роль Мефистофеля . И только спокойный , флегматичный Павел Иванович сидел обычно в стороне , взирая с мудрой улыбкой на «игры младости» . Александр Сергеевич в шутку задирал его : — На Павла Ивановича упади сте на , он не подвинется , право , не подвинется. — У меня , батенька , стены крепкие,— отвечал добродушный хозяин,— век простоят— не повалятся , ежели только вы их своими забавами не обрушите. Но забавам пришел конец , дела звали в Пет ербург . Надо было «пустить в печать» новую главу «Евгения Онегина» . Пушкин в следующий раз появился в Павловском только осенью… Все тот же пестрый парк на берегу Тьмы , тихое , печальное селенье . Тихо и пусто в знакомом доме . На дворе октябрь . Листья слет ают с деревьев , скользят по прозрачной воде Тьмы . Как не похожа эта осень на прошлую ! Тогда — шумные ужины в Малинниках , в доме Прасковьи Александровны , азартная охота , нашествие соседей , девицы , военные ... Сейчас — покой и тишина . Долгие раздумья об увид енном за время поездки. В нем словно что-то переменилось . Ушла былая веселость . Горькие мысли о будущем все чаще посещали Пушкина. Вот и сегодня не смог совладать с собой . Исчертил несколько листов . Рука выводила знакомые профили , диковинные птицы появляли сь на бумаге ... Хандра. Вечером он снова сел за тетрадь , в которой было начатое еще в Михайловском «Путешествие Онегина». Поездка в Арзрум , путешествие по России дали новый толчок для работы над романом . Он решил завершить главу здесь , в Павловском . В деся тках вариантов отыскивал единственно нужные строки , образы , эпитеты . Вспоминалось прошлое , прозревалось будущее . С каждым днем множились строфы ... Порой дождливою намедни Я , завернув на скотный двор… Тьфу ! прозаические бредни, Фламандской школы пестрый со р ! Таков ли был я , расцветая ? Скажи , фонтан Бахчисарая ! Такие ль мысли мне на ум Навел твой бесконечный шум, Когда безмолвно пред тобою Зарему я воображал Средь пышных , опустелых зал... Строфы эти , такие точные , тщательно отделанные , исполненные глубокого смысла и в то же время такие легкие , изящные , потребовали напряжения всех душевных сил — в каждом слове , в каждом образе , которые рождались под пером поэта той осенью в Павловском . Деревенская Россия , печальная , любимая , вытеснила из его сердца романтичес кие видения юга. Сельские строфы «Путешествия» были как бы эскизом к эпическому полотну , поиском стилистического и смыслового ключа. Мне милы скромные картины Люблю песчаный косогор Перед избушкой две рябины Избушку , сломанный забор — Продолжая работу , Пуш кин решительно убирает случайные штрихи , ли ш ние эпитеты и уже знакомые определения . Находит точную , выразительную строку — «На небе серенькие тучки» — и оставляет ее для основного , окончательного варианта , но позже убирает уменьшительный суффикс в слове «т учки» . Затем отвергает строки , в которых присутствуют люди,— «вдали бегущую крестьянку» и «стройных прачек у плотины» . Появляются в черновике «ручей среди долины» , «обрушенный забор» , «колодец» , «долина» и другие реалии , словно списанные с натуры . Несколь к о раз возвращается он к строчке «за нивой дымные овины» : «Солому дымную в овине» , «Солому свежую в овине»— и в итоге все отвергает. Постепенно под его пером начинает проступать необходимый поэту пейзаж— обобщенный , типический и одновременно трепетно живой , осязаемый , достоверный , в котором сплавились картины Павловского , Михайловского и еще десятков печальных селений . В напечатанных позднее отрывках «Евгения Онегина» «павловские» строфы остались , не попав , однако , в основной текст романа. Наступил н оябрь . Пушкин почти закончил «Путешествие Онегина» . Пора собираться в дорогу . Но уезжать не хотелось . Остался бы здесь еще на месяц , а может , и дольше , разобрал бы не спеша походные свои записки , да и засел за книгу— в столице не дадут . Решил не уезжать н и через день , ни через неделю. Драма из народной жизни , задуманная еще в Михайловском , продвигалась медленно . Писал ее Пушкин урывками . Ко времени приезда в Павловское успел закончить только две сцены — «Берег Днепра . Мельница» и «Княжеский терем» . Здесь , в доме Вульфа , едва закончив «Путешествие Онегина» , вернулся к старой рукописи . Перечитал написанное , поправил и на чистой странице вывел название третьей сцены — «Днепр . Ночь» . Поглядел прежние записи , сделанные в Малинниках год назад . Вспомнились прогулки к омуту на Тьме... Знакомые , печальные места ! Я узнаю окрестные предметы — Вот мельница ! Она уж развалилась ; Веселый шум колес ее умолкнул ; Стал жернов— видно , умер и старик. Дочь бедную оплакал он недолго. Тропинка тут вилась — она заглохла, Давно-давно сюд а никто не ходит ; -Тут садик был с забором — неужели Разросся он кудрявой этой рощей ? А вот и дуб заветный..,. Монолог князя писался быстро . Вскоре была завершена и вся сцена встречи князя с мельником . Казалось , еще несколько дней— и он завершит работу , р астянувшуюся на много лет . Но Пушкин вновь отложил черновики незаконченной драмы и здесь , в Павловском , более уже к ней не возвращался . Однако именно эти осенние дни 1829 года стали решающими в судьбе «Русалки» : две новые сцены придали рукописи те достоин с тва , которые впоследствии сделали ее одним из наиболее значительных творений поэта . Словно прочный мост , связала «берновская трагедия» предшествующую и последующую его драматургию — «Бориса Годунова» и «Маленькие трагедии» , которые будут написаны всего го д спустя после «павловских досугов» . В «Русалке» реально ощутимы берновские впечатления Пушкина , местные легенды и предания , настроение , владевшее им в ту пору . Оттого так лиричны , так проникновенны многие строки трагедии , писавшиеся павловской осенью. Нево льно к этим грустным берегам Меня влечет неведомая сила. Все здесь напоминает мне былое И вольной , красной юности моей Любимую , хоть горестную повесть. Здесь некогда любовь меня встречала Свободная , кипящая любовь ; Я счастлив был... Раменский , наведываясь в Павловское , уговаривал Пушкина , соблазнял богатствами «карамзинского сундука» , но так и уехал один . Пушкин увлекся прозой , у него появлялись новые задумки , он начинал писать в черновике новые произведения . Но , не закончив их , вновь «вернулся к рифме» . Созрел план новой поэмы – «Тазит» , появились первые сроки , которые затем складывались в строфы . Однако завершить ее в Павловском он не успел : надо было возвращаться в Петербург. Пушкин не без грусти попрощался с Вульфом , пообещав будущую осень «отдать Павл овскому» . Тогда еще Пушкин не мог знать , что будущая осень – счастливая и тревожная - застанет его в окруженном холерными карантинами Болдине. Список литературы : 1. А . Пьянков «Под голубыми небесами». 2. Д.Д . Благой «Творческий путь Пуш кина». 3. М.А . Цаялковский «Летопись жизни и творчества А.С.Пушкина». 4. В.И . Кулешов «Жизнь и творчество А.С.Пушкина».
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Запрет на алкоголь после 22.00 больше всего ударил по некрасивым девушкам.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Пушкин в Тверской губернии или тверская тропа к Пушкину", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru