Реферат: Пространство в осмыслении литературоведов и философов - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Пространство в осмыслении литературоведов и философов

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 34 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Пространство в осмыслении литературоведов и философов Н а фоне происшедших в России перемен неожиданно высветилась проблема пространства. Мы теперь меньше говорим о времени (« историческом», «судьбоносном» и т.п.), но с большим интересом относимся к р азличным пространствам, соотношению их. Возобновились привычные для Ро ссии споры западников и славянофилов (по наблюдениям историков, попыток европеизировать Россию было более десяти), замелькали статьи о Востоке и Западе, о евразийстве. Сомневаясь в результативности этих споров, наши с овременные философы все чаще стали вспоминать слова П. Чаадаева: «Мы не принадлежим ни к Западу , ни к Востоку, и у нас нет традиций ни того, ни другого». По мнению Д.С. Лихачева, «для России, да и для Европы (Испании, Сербии, Италии, Венгрии), гор аздо большее значение имело противостояние Юга и Севера, чем Востока и З апада. С юга, из Византии и Болгарии, пришла на Русь духовная европейская к ультура, а с севера другая языческая дружинно-княжеская военная культур а Скандинавии. Русь естественнее было бы назвать Скандовизантией, нежели Евразией». Философы, публицисты, литераторы, рассматривая Р оссию как историко-географический феномен, пытаются понять ее специфик у. Еще Ф. Тютчев в стихотворении «Русская география» писал: Москва, и град Петров, и Константинов град – Вот царства русского заветные столицы… Но где предел ему? и где его границы – На севе р, на восток, на юг и на закат? Грядущим временам судьбы их обличат… Семь внутренних морей и семь великих рек… От Нила до Невы, от Эльбы до Кита я, От Волги по Евфрат, от Гаота до Дуная… Вот царство русское… и не пройдет вовек, Как то провидел Дух и Даниил предрек. Мандельштам, размышляя о России и П. Чаадаеве, приводил высказывание русско го философа: «Есть один факт, который властно господствует над нашим ист орическим движением, который красной нитью проходит через всю нашу исто рию, который содержит в себе, так сказать всю ее философию, который проявл яется во все эпохи нашей общественной жизни и определяет их характер… Эт о – факт географический». Гр. Марченко также видит характерную особенность Росси и, отличающую ее от многих других стран, в «географичности», «пространст венной протяженности, межтерриториальной контрастности, обилии природ ных ресурсов», богатом выборе разнообразных условий для жизни населени я. Обобщая высказывани я ученых и писателей, Гр. Марченко выделяет особые, сформировавшиеся в та кой географической среде черты характера и поведения жителей России: 1. Специфическую ответную реакцию на неблагоприятное измен ение условий жизни (казачество). 2. Расточительнос ть (при избытке природных ресурсов) и в то же время щедрость души. 3. Чувство внутрен ней свободы духа, граничащее с анархизмом (причина бунтов). 4. Многовековое психологическое противостояние власте й и основной массы населения и др. Классификация эта далеко не бесспорна, хотя автор стремится дать объект ивный анализ региональным процессам, широко идущим по всей стране, рассм атривает регионализм как образ мышления и действий, размышляет о будуще м России. По-иному увидела эти процессы Марина Новикова, сопоставившая в полемиче ской статье «Маргиналы» «центр» и «окраину»: «Нынешний «региональный б унт» в России (а он, конечно же, имеет причины и будет иметь последствия да леко не только политические, но и духовные, культурные, литературные) – э то, бесспорно, бунт не просто регионалов, но и би - (поли-) культуралов. М. Нов икова считает бикультурала-маргинала больной совестью метрополии. Культурному пространству посвящены работы многих литературоведов и ис кусствоведов. В 1989 году журнал «Литературная учеба» провел в Тартуском ун иверситете «круглый стол» на тему: «География интеллигентности. Эскиз п роблемы». В дискуссии приняли участие Ю.М. Лотман, 3. Г. Минц, Б.Ф. Егоров, С.Г. Исако в и др. Ю.М. Лотман, говоря о куль турной географии, о бытующем убеждении, что культурная жизнь происходит только в столице, напомнил, как Бунин любил подчеркивать значение треуго льника Орел – Воронеж – Тула для развития русской литературы XIX века, и о тметил, что «без «провинциального» культурного слоя невозможно появле ние таких величин, как Чехов или Короленко». По мнению Ю.М. Лотмана, культурный фон России очень по страдал, когда в конце 20-х годов начался разгром краеведения, культурные ж е очаги нужны во многих центрах страны. Профессор С.Г. Исаков привел пример, как в Финляндии го сударством предпринимаются специальные шаги, чтобы культурная жизнь с траны ни в коем случае не была сосредоточена в одном месте, и специально с оздаются университеты в маленьких городах. Разъяснение, что такое культурное пространство, дал Д.С. Лихачев в статье «Культура как целостная среда»: «Под прос транством я понимаю в данном случае не просто определенную географичес кую территорию, а прежде всего пространство среды, имеющее не только про тяженность, но и глубину». Ученый считает, что «пространство культуры» п редставляет собой «нерасторжимое целое» и при утрате какой-либо одной е е части непременно наступает общее падение культуры. Об интересе к проблеме «географичности» России свидет ельствует появление книг «Заметки о русском» Д.С. Лихачева; «Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн» (антология); «Русские столицы Москва и Петербург» (Под ред. Д.Н. Замятина); География городов» Е.Н. Перцика и т.д., и переиздани е работ таких краеведов, как Н.Н. Анциферов – «Душа Петербурга», «Непостижимый город» и др. Свою статью «Географические трудности русской истории (Чаадаев и Пушки н в споре о всемирное™)» И. Шайт анов начинает иронично: «Русская география – один из постоянных источн иков национальной гордости. Великая Русь – от моря и до моря, от края и до края – 6-я часть суши… Это лишь некоторая из привычных формул, переводящи х географическую великость в историческое величие, задушевно обобщенн ых в неофициальном гимне советской эпохи: «Широка страна моя родная». Автор вспоминает разное отношение к вопросу о самобытности России: Н.М. Карамзина, утверждавшего: «Ро ссия есть Европа», Н.Я. Данилев ского, написавшего в 1869 году книгу «Россия и Европа» (ранее «Заката Европы » О. Шпенглера) и считавшего, чт о вопрос: «Что есть Европа?» – не географический, а культурно-историческ ий и в вопросе о принадлежности или непринадлежности к Европе география не имеет ни малейшего значения». В то же время в статье отмечается, что «…мечта о русском призвании никогд а не могла заглушить страшного сомнения, связанного с третьим толковани ем этого рокового словечка «между»: а что, если за ним – пустота промежут ка, историческое зияние, ставшее причиной нашего одиночества, картина ко торого так красноречиво нарисована Чаадаевым?». В споре с Чаадаевым Пушкин утверждал, что необъятные пр остранства России поглотили монгольское нашествие и спасли христианск ую цивилизацию. Блок подтвердил стихами старое убеждение, возводившее о громность пространства России в героическое достоинство. По мнению И. Шайтанова, понимание промежу точности русского пространства, раскинувшегося между Востоком и Запад ом, зависит от толкования словечка «между» (разделяет или соединяет?). Рассмотрев точки зрения на этот вопрос Ф. Достоевского, С. Булгакова, автор статьи делает предположение, что философия русской ист ории развилась из соединительного толкования «между». И. Шайтанов пробует посмотрет ь на «географические» проблемы России с современных позиций, трезво и да же жестко: «В России… гордились, огромностью пространства, воспевали ее и старались не напоминать себе, что среди недугов, которыми изначально п оражена русская государственность, губительнейший – пространственна я аритмия. Огромная территория существовала по разным историческим зак онам, пребывала в разных эпохах». В то же время русская литература кажется единой, централизованной. Еще в 20 -е годы нашего столетия, о тмечая, что «русская литература – это литература столичная, петербургс кая и московская, никакая иная», Н.К. Пиксанов утверждал значимость и областных культурных гне зд. Судя по именам, областные «литературные гнезда» России довольно значит ельны. Уроженцы Воронежской области– И. Бунин, А. Кольцов , И. Никитин, Н. Станкевич, В. Слепцов, А. Эр тель, А. Афанасьев, А. Платонов, С. Маршак, Г. Бак ланов, А. Жигулин и др.; Орловск ой – И. Тургенев, А. Фет, Ф. Тютчев, Н. Лесков , С. Булгаков, Б. Зайцев и др.; Оренбургской – Н. Карамзин, К. Аксаков, М. Михайлов, М. Авде ев, С. Гусев-Оренбургский, Л. Сейфуллина, В. Правдухин, Ю. Бондарев, В. М аканин и др.; Архангельской – М. Ломоносов, А. Чап ыгин, Ф. Абрамов, Н. Рубцов и др.; Костромской – А. Плещеев, П. Катенин, А. Писем ский, В.В. Розанов, Д. Фурманов, О. Куваев и т.д. Если же заняться «литературной географией» и посмот реть на Россию с точки зрения пространства, то можно увидет ь, что по территории Архангельская область равна Франции или Испании, Ве ликобритания – Новосибирской области или Алтайскому краю; Дания, Бельг ия, Голландия, каждая в отдельности, занимают такую же площадь, как Вороне жская, или Смоленская, или Самарская, или Нижегородская, или Пензенская, и ли Рязанская, или Костромская и т.д.; на площади, равной площади Иркутской области, разместятся Испания и Великобритания, на территории Оренбургс кой области – Дания, Бельгия, Швейцария, Албания. Между тем мы достаточно знаем об английской, датской, бельгийской и др. литературах и очень слабо представляем культуру областей России. Правда, наши писатели привили на м любовь не только к основным культурным центрам России – Москве и Пете рбургу, но и к таким, как: Михайловское Псковской области (пушкинские места), Болд ино Нижегородской области (пушкинские места), Царское Село Ленинградско й обл. (пушкинские, ахматовские места и др.), Тарханы Пензенской обл. (лермонтовские места), Ясная Пол яна Тульской обл. (толстовские места), Абрамцево Московской обл. (аксаковс кие места и др.), Аксакове Оренбургской обл. (аксаковские места), Спасское-Л утовиново Орловской обл. (тургеневские места) Щелыково Костромской обл. (места А.Н. Островского), Грешнево и Карабиха Ярославской обл. (некрасо вские места), Мураново Мо сковской обл. (места Тютчева, Баратынского и др.), Мелихово Московской обл. (чеховские места), Шахмат ове Московской обл. (блоковские места), Константинове Рязанской обл. (есен инские места) и т.д. Особая тема – это Петербург и Москва в творчестве пис ателей, причем есть свои нюансы в изображении столиц уроженцами их и авт орами, ставшими их жителями. Эстетическую и нравственную значимость таких мест для писателя объяснил Л.Н. Толсто й: «Без своей Ясной Поляны я трудно могу представить Россию и мое отношен ие к ней. Без Ясной Поляны я, может быть, яснее увижу общие законы, необходи мые для моего отечества, но я не буду до пристрастия любить его». По словам А. Твардовского, «Ру сские писатели… принесли с собой в литературу свои донские, степные и ле состепные, уральские и сибирские родные места. Они утвердили в нашем чит ательском представлении особливый облик этих мест и краев, цвета и запах и их лесов и полей, их весны и зимы, жары и метели, отголоски их песен, своеоб ычную прелесть иного местного словечка, звучащего отнюдь не в разладе с законами великого единого языка». Литературные места приобретают особую власть и над читателями. Об этом п исал ценивший краеведение К.Г. Паустовский: «Я не знаю, в чем очарование мест, связанных с п амятью замечательных людей. Но оно бесспорно. В нем соединяются гордость за силу человеческого духа, пение стихов, доносящихся как бы из глубокой полевой дали, ясное ощущение, что время теряет в таких случаях свою разру шительную силу, что забвения нет» В нашей стране существуют определенные террито рии, которые в силу разных причин занимают особое место в русской литера туре. Так, Кавказ воспет многими русскими поэтами. Еще В.Г. Бе линский отмечал: «Грандиозный облик Кавказа… в первый раз был воспроизв еден русской поэзиею…, в поэме Пушкина в первый раз русское общество поз накомилось с Кавказом. С тех пор с легкой руки Пушкина Кавказ сделался дл я русских заветною страною не только широкой, раздольной воли, но и неисч ерпаемой поэзии, страною кипучей жизни и сильных мечтаний!». А. Ахматова написала «Кавказс кое»: «Здесь Пушкина изгнанье началось и Лермонтова кончилось изгнанье ». С. Есенин напоминает о том же в стихотворении «На Кавказе»: Издревле русский наш Парнас Тянуло к незнакомым страна м, И больше всех лишь ты, Кавказ, Звенел загадочным туманом. Здесь Пушкин в чувственном огне Слагал душой своей опальной: «Не пой, кра савица, при мне Ты песен Грузии печальной». И Лермонтов, тоску леча, Нам рассказал про Азамата, Как он за лошадь Казбич а Давал сестру заместо злата. За грусть и желчь в своем лице Кипенья желтых рек достоин, Он, как поэт и оф ицер, Был пулей друга успокоен. И Грибоедов здесь зарыт, Как наша дань персидской хмари В подножии больш ой горы Он спит под плач зурны и тари. А ныне я в твою безгладь Пришел, не ведая причины: Родной ли прах здесь обр ыдать Иль подсмотреть свой час кончины! Мне все равно! Я полон дум О них, ушедших и великих. Их исцелял гортанный шу м Твоих долин и речек диких Они бежали от врагов И от друзей сюда бежали, Чтоб только слышать звон шаг ов Да видеть с гор глухие дали… Не менее важна для русской литературы Сибирь, куда ссыл али лучших сынов России. Странствия и путешествия по своей или чужой воле за нимали в жизни и творчестве русских писателей значительно е место. Любопытны маршруты путешествий, выбранные самими писателями. По ездки бывали как на близкие расстояния – «Путешествие из Петербурга в М оскву» А.Н. Радищева, «От Оренб урга до Уфы» Г.И. Успенского, та к и на дальние – «Письма русского путешественника» Н. М. Карамзина, «Остров Сахалин» А.П. Чехова, «Фрегат Паллада» И.А. Гончарова, «От Оренбурга до Ташкента» Н.Н. Каразина. Известны охотничьи путешеств ия И.С. Тургенева («Записки охо тника»), С.Т. Аксакова («Записки ружейного охотника Оренбургской губернии», «Записки об уженье рыбы»), В. П. Правдухина («По излучинам У рала», «Годы, тропы, ружье»). Десять раз ездил в заволжские степи Л.Н. Толстой; по «пугачевским» местам со вершили поездки А.С. Пушкин и В. Г. Короленко, что дало богатей ший материал для их творчества. Большой след в литературной деятельност и М. Горького, А.И. Куприна, В.А. Гиляровского оставили их странствия по Руси. Многие русские писатели XIX века и начала XX века – Н.В. Гоголь, И. С. Тур генев, Ф.И. Тютчев, Ф.М. Достоевский, Н.С. Лесков, М.Е. Салтыков-Щедрин, А.П. Чехов, А.А. Блок, И. А. Бунин, М. Горький, А.А. Ахма това, М.И. Цветаева и др. – посе щали европейские страны и города, считая своим долгом познакомиться с ку льтурой Европы, сопоставить свою страну с другими. И. Бунина, занимавшегося проб лемой соотношения «европейского» и «азиатского» начала в русской душе, привлекла Азия. Для романтика Н. Гумилева оказалась важна Африка. С. Есенин побывал в Туркестане. И даже если писатели не так много ездили, то русская природа, российские п росторы накладывали особый отпечаток на их творчество – на темы, идеи, о бразы, жанры, сюжет и т.д. Через образы природы проявляется национальная с пецифика литературы. Давая определение народности, А.С. Пушкин «климат» поставил на первое мес то: «Климат, образ правления, вера дают каждому народу особенную физионо мию, которая более или менее отражается в зеркале поэзии». Автор монографии «Природа, мир, тайник вселенной…»: Система пейзажных образов в русской поэзии» М. Эпштейн выделяет два пути образного освоения русской природы: во-первых, осознание России как северной стра ны, во-вторых, поэтизацию ее территориального размаха. «При этом рождает ся своеобразная поэтика географического перечисления – последовател ьно называются концы России, дабы создать впечатление колоссального об ъема (именно объема, пот ому что простор, постиг аемый изнутри, через раздвижение, а не через внешние Границы, намного поз же войдет в поэтическое восприятие)». Прием панорамы, позволявший схвати ть многие русские земли, явно виден у Г. Р. Державина: С Курильских островов до Буга, От Белых до Каспийских во д Народы, света с полукруга, Составившие россов род… К этому приему прибегали и Ломоносов, и Пушкин, и Маяковс кий и др. Первооткрывателями национального пейзажа в русской поэзии счи тают А.С. Пушкина и П.А. Вяземского, авторов «дорожных» стих отворений «Зимняя дорога», «Дорожные жалобы», «Бесы» и «Дорожная дума», «Станция», «Метель», «Зимние карикатуры», где дорога «словно впервые рас пахивает <…> всю ширь родной природы, вводит в самый процесс ее пространст венного и духовного освоения». В этих произведениях лирический герой уже не любуется природой, а являет ся ее «мыслящей и чувствующей частью». Особое место в русской пейзажной лирике занимает зима, ибо в отношении к зиме проявляется склад русского национального характера. Давая характ еристику «зимней темы» в русской поэзии и творчестве А.С. Пушкина, М.Ю. Кукин отмечает, что на первых порах «поэтическая геогра фия была, по сути, географией античной», русский поэт на себя и свою страну смотрел как бы глазами античного поэта. Античная же поэзия представляла образ зимы как образ отрицательный (это же характерно для европейского и даже русского фольклора). «Противоречие было налицо: «национальное вре мя года оказывалось вместе с тем временем скорби, гибели, смерти». Из-за эт ого в пушкинскую пору зимняя тема вызывала споры: в традиционном аллегор ическом плане зима, время гибели и смерти, отделена от других времен года, символизирующих три возраста человеческой жизни, а в то же время в отлич ие от других времен года зима воспринималась как национальное – северн ое время года, русские – сыны Севера, сыны снегов, Петербург – северная с толица и т.д. По проведенным М.Н. Эпштейном подсчетам (130 поэтов, 3700 стихотворений) описание в русской поэзии зимы стои т на третьем месте (138) после описания весны (195) и осени (161), на последнем месте л ето (41). В книге М.Н. Эпштейна пре длагаются различные классификации пейзажей, в том числе выделяются и ла ндшафтные, локальные. К локальным пейзажам автор относит «Михайловское и Тригорское в лирике А. Пушки на, Смоленщину в поэзии М. Исак овского и А. Твардовского». Ос обую локальность М. Эпштейн о тметил в поэзии М. Волошина: «Л окальные по теме, стихи Волошина вовсе не провинциальны по стилю: они пре двосхищают тот уклон к «областничеству», который воспринимался как ано малия на фоне «космической» поэзии символистов 900-х годов, но стал характе рным впоследствии для поэтов 20 – 30-х годов – П. Васильева, А. Твардовского, С. Маркова. В это м смысле Волошин может считаться основоположником русского поэтическо го краеведения». Судя по данным исследования, локальные стихи занимают значительное мес то в русской поэзии и встречаются у следующих авторов: Г. Державин – кавказский пейзаж ввел одним из первых Н. Карамзин – воспел одним из первых Волгу К. Батюшков – п оказал природу мрачного Севера А. Пушкин – воспел Кавказ, южные места, во ссоздал природу Захарова, Михайловского, Болдина Е. Баратынский – первый певе ц природы Скандинавии М. Лермонтов – тоже певец Кавказа Н. Некрасов – ос новоположник городского пейзажа, прежде всего петербургского А.К. Толстой – автор «Крымских очерков» О Крыме писали М. Волошин, В. Брюсов, Н. Заболоцкий и др. Кавказ привлекал, кроме названны х, Я. Полонского, В. Брюсова, В. Маяковского и др. С. Есенин – певец рязанских м ест П. Васильев – Западной Сибир и и Прииртышья И. Сельвинский – Дальнего Во стока Н. Заболоцкий – Урала, Сибири, Подмосковья А. Прокофьев – Ладоги Д. Самойлов – Подмосковья Б. Окуджава – Москвы, Арбата Н. Рубцов – архангельских и в ологодских мест. О каких бы местах России ни шла речь, русское раздолье, стихию, необузданн ые силы природы поэты нередко раскрывали через образ коня, конский бег. Т радиция эта идет еще от мифологии древних славян. А.Н. Афанасьев писал: «Как олицетворение порывистых ветров, бури и летучих облаков, сказочные кони наделяются крыльями, что р однит их с мифическими птицами… огненный, огнедышащий… конь служит поэт ическим образом то светозарного солнца, то блистающей молниями тучи… Во обще богатырские кони наших былин и сказочного эпоса с такою легкостью и быстротою скачут с горы на гору, через моря, озера и реки, отличаются тако ю величиною и силою, что нимало не скрывают своего мифического происхожд ения и сродства с обожествленными стихиями». Обычно в русской поэзии бег коня олицетворяет и волю, свободу и расстила ющийся простор (тоже волю). Широко вводили в свое творчество образ коня А. Пушкин, М. Лермонтов, А.К. Толстой, А. Блок, С. Есенин. С образом коня связан один из ведущих мотивов русской пейзажной лирики – «дорога». Этот мотив присутствует в «зимних» стихах П. Вяземского и А. Пушкина. «Чувство дороги» – особенность пейзажной лирики Лермонтова. Через образ дороги, уводящей в глухую неизвестность, нередко развернут п ейзаж у Я. Полонского. Тема пут и, часто неясного, исчезающего во мгле, важна для А. Блока, внесшего в русскую поэзию ощущение степных пр осторов, вихрей, небывалых далей. Отмечая, что пространство, изображаемо е А. Блоком, пронизано стремит ельным движением, исследователи обычно приводят массу излюбленных поэ том глаголов: «лететь», «стремиться», «мчаться», «торопиться» и др. («Миры летят. Года летят.»; «…летит, летит степная кобылица…»). С мотивом дороги тесно связаны образы ветра, метели, тоже характерные дл я русской поэзии, да и для прозы тоже. По мнению М.М. Бахтина, для жанр а романа прежде всего свойственно слияние жизненного пути человека с ег о реальным пространственным путем-дорогой, т.е. со странствованиями (хро нотоп дороги). Ю.М. Лотман считает, что «с появ лением образа дороги как формы пространства формируется и идея пути как нормы жизни человека, народов» и человечества. Герои резко делятся на дв ижущихся («герои пути») и неподвижных. Движущийся герой имеет цель». В книге для учителя, рассматривая пространственные отношения как средс тво художественного моделирования, Ю.М. Лотман полагает возможной моральную характеристику лите ратурных персонажей через соответствующий им тип художественного прос транства, «которое выступает уже как своеобразная двуплановая локальн о-этическая метафора». По утверждению ученого, с определенной степенью условности, у Л. Толстого можно выделить героев прос транственной и этической неподвижности и героев «открытого» пространс тва, которые, в свою очередь, различаются: герои «пути» (Пьер Безухов, Конс тантин Левин, Нехлюдов и др.) и герои «степи» дед Брошка, Хаджи Мурат, Федор Протасов). Сочетание «героя степи» Ю.М. Лотман объясняет словами Ф. Протасова: «Это степь, это десятый век, это не свобода, а воля …». Герой «пути» может двигаться лишь в определенном направлении, герой «степи» свободен в своем движении. Таким образом, «художественный символ дороги содержит запрет на движен ие в том направлении, в котором пространство ограничено («сойти с пути»), и естественность движения в том, в котором подобная граница отсутствует». В «Мертвых душах» Н.В. Гоголя, п о мнению Ю.М. Лотмана, дорога – одна из основных пространственных форм, организующих текст романа. И в э том произведении ученый делит идеи, образы на принадлежащие дороге, имею щие цель, движущиеся, и «статичные, бесцельные», но при этом разграничива ет понятия «дорога» и «путь». «Дорога» – это тип художественного простр анства, а «путь» – движение литературного персонажа в этом пространств е. «Путь» есть реализация (полная или неполная) или нереализация «дороги ». В связи с проблемой пространства многими литературоведами рассматрива ется концепция Дома, тоже имеющая отношение к краеведению. Ученые считаю т, что уже в мифических представлениях древних славян чрезвычайно важно е место отводилось дому, который оберегал человека от невзгод, внешнего мира, создавал атмосферу защищенности и уюта. По предположению Ю.М. Лотмана, «дом с его атрибутами, по стелью, печью и теплом – вообще закрытое и жилое пространство – воспри нимается в рыцарских и богатырских текстах как «женский мир». Ему против остоит «поле», как пространство «мужское». Лотман отмечает, что для были н характерен сюжет ухода богатыря из закрытого пространства «на волю» – в степь и «пустыню», и приводит примеры: летописный Святослав, как идеа льный рыцарь, не имеет дома, живет в поле; Тарас Б у льба уходит из дома на С ечь, чтобы не «бабиться». В XIX веке наблюдается противопоставление патриархального и цивилизован ного жилища. Подробные описания патриархального – даны Пушкиным (в «Дуб ровском», «Капитанской дочке»), Гоголем, Далем, Тургеневым и др. Противопо ложный тип жилища – благоустроенная городская квартира, как полагает В. Г. Щукин, появляется в русской литературе начиная с «Писем русского путешественника» Карамзина, «при вившего русскому читателю вкус к европейской оформленности». «Отчетли вое противостояние двух образов Дома, на которое… наложились две законч енные культурные концепции – западническая и славянофильская, – позв олило Гончарову в «Обыкновенной истории», а затем в «Обломове» создать е мкие незабываемые образы жилищ, которые олицетворяют два противополож ных уклада русской жизни – «почвенный» и «европейский». Это Грачи или О бломовка, с одной стороны, и дома Петра Адуева или Штольца – с другой». Для славянофилов Дом был прежде всего этическим пространством. Они разр аботали концепцию Дома как семейного гнезда, где царит истинная любовь. С.Т. Аксаков не раз подчеркива л, что разбросанные в оренбургских степях семейные гнезда часто спасали людей от метели, мороза и ветра, становились пристанищем, где хозяева отл ичались заботой и гостеприимством. Известно, какое большое влияние оказ али усадьбы Аксакове и Надеждино на сыновей С.Т. Аксакова. Видимо, поэтому М.О. Гершензон считал, что биографию славянофила надо на чинать с характеристики дома, откуда он вышел. А.С. Хомяков утверждал, что «до м есть единица и в смысле нравственного союза семейства, и в смысле общес твенного устройства». Славянофилы выстраивали линию: гнездо – дом – се мья – Россия. Размышляя об общинном и семейном началах р ус ской жизни, славянофилы не могли прео долеть некоторой двойственности, причиной которой был опять же сельски й дом, узкое пространство которого являлось в то же время частью большог о пространства – деревни, а там – и беспредельного простора. В отличие от славянофилов, любителей сельского дома, Ф.М. Достоевский представил в своих произве дениях картину городских квартир, в основном в Петербурге. Герои Достоев ского редко когда живут в своем доме, обычно у чужих людей, в проходных ком натах, на чердаках, в каморках, похожих на чуланы, – в «гробах». У них нет до машнего очага, их быт «неустойчив», «случаен». Странные теории, «недокон ченные» идеи зарождаются именно в этих углах, на «аршине пространства». Исследователи подметили зависимость изображения пространства в произ ведениях Достоевского от нравственно-эстетических задач, решаемых пис ателем. По наблюдениям А. Галкина, «ко гда герои приближаются к идеалу, они оказываются в пространстве, которое предельно открыто, распахнуто в мир, нравственно: Раскольников кается н а площади в преступлении… Алеше Карамазову открывается небесный купол на фоне глав собора. Фактически же герой Достоевского существует только в кризисном пространстве, откуда один шаг либо в вечность, где пребывает божественный идеал, либо в безвременье, ведущее к преступлению и греху. В от почему так часто мелькают на страницах произведений писателя выраже ния: «лететь с горы», «падать с крыши», «лететь в пропасть» . В.Н. Топоров отмечает, что прос транственные передвижения героя Достоевского обычно связаны с перемен ами в его нравственном состоянии: «моменты просветления, надежды, освобо ждения наступают по выходе из дома». В конце XIX – начале XX века образ Дома в русской литературе еще более меняет ся. По наблюдениям 3. С. Паперного, пьесы Чехова «роднит у стойчивый образ дома, в котором все более неприятно и неприкаянно живут герои». Ученый приводит слова Бернарда Шоу: «Русский драматург Чехов соз дал четыре увлекательных драматических этюда. Дома, где разбиваются сер дца». Образы дома и сада у Блока во многом символичны и полны недосказанности, как и у Чехова. Для Блока характерен мотив разрыва с домом, ухода из него, и в этом поэт продолжает Чехова. («Не найти мне места в тихом доме возле мирн ого огня!»). Уход из дома в XX веке не только тема литературы, но и трагедия жизни, писате ля (Л.Н. Толстой). «Покинул родимый дом» и С. Есе нин, хотя он не представляет жизни без «золотой бревенчатой избы». В русской лирике начала XX века тема «мирового кочевья» значительна, и про звучала она не только у Блока, но и у Цветаевой, Маяковского, Есенина и дру гих поэтов. М. Горький показал нам бездом ных людей. Начиная с Гоголя в русской литературе существует еще одна линия в изобра жении Дома. В статье «Проблема художественного пространства в прозе Гог оля» Ю.М. Лотман пишет: «Простр анство, в котором помещается герой… – это некоторый неопределенный «до м» («добрался он домой», «возвра тился домой» и т.д. – об Акакии Акаки евиче), «маленькая комната» (Пискарев), «нетопленая студия» (Чартков). Здес ь живут. Ему противостоит не дом, только притворяющийся домом, не жилье: публичный дом и департамент. Это фантастическое не пространство (ср. у Блока: «Ра зве дом этот – дом в самом деле»), точно так же, как не пространством оказывается церковь в «Вие»… В пе тербургской реальности существует лишь прикидывающиеся домами не дома». Дом у Гоголя противопоставляется не только антидому, но и бездомью, «Дороге, как высшей ценности» (Ю.М. Лотман). Гоголевскую традицию изображения «Дома – Анти дома», бездомья продолжил М. Булгаков. В «Мастере и Маргарите» у Иешуа нет постоянного жилища, поэт Бе здомный попадает в сумасшедший дом, а квартира № 50 становится местом «нечистым». Отмечая у М. Булгакова тему бездомья и ложн ого дома, реализуемую в нескольких вариантах, из которых важнейший – ко ммунальная квартира, Ю.М. Лот ман подчеркивает, что «главное свойство антидомов в романе состоит в том , что в них не живут – из них исчезают (убегают, улетают, уходят, чтобы пропа сть без следа)». Образ недомашнего дома («Дом – так мало домашний!») нарисован М. Цветаевой. В ее поэзии присутствует конфликт дома и бездомья («Поэма конца»), тема разрушения дома. К середине XX века интере с к образу Дома в русской литературе вновь усилился. Появились произведе ния, в названиях которых присутствует слово «дом»: «Дом у дороги» А. Твардовского, «Дом» Ф. Абрамова, «Дом на набережной» Ю. Т рифонова и др. В 1989 году И. Золотусский писал : «…образ дома – любимый образ литературы последних лет. И будь это крест ьянская изба или городской дом у Ю. Трифонова, это все равно жилище, п ристань, а не место временного обиталища человека. Это не химера, не сто й кая башня, на этажах которо й люди пожирают людей, а согретый материнским теплом угол, очаг, где голос а стариков и детей не противоречат друг другу. Дом – почка, дом – зерно, д ом – завязь на ветви жизни – вот что сегодня для нашего сознания дом». В этом же году другой известный критик Лев Аннинский на произведениях Вл. Маканина, которого он назвал «писателем поселка», «кол умбом барака», представил иную картину – «междомья»: «образ жилья проме жуточного, временного, призрачного… Барак-жилье, сделавшееся единствен ным и незаменимым; это среда обитания, устоявшаяся на перекрестке, на пер есылке, на перевалке: на великом перевалочном пункте, который проходила Россия на пути из деревни в город в середине XX века». Проблема города и его соотношение с деревней тоже краеведческая тема, ва жная для России. Один из бунинских героев «Деревни» говорит: «Да она (Росс ия) вся – деревня… Глянь кругом-то: город это, по-твоему? Стадо каж д ый вечер – по улицам прет – от пыли соседа не видать… А ты – «город»!». Российские города – особые. В середине 20 -х годов Н. и Т. Анциферовы выпустили трехтомную хрестоматию, где показали город как ме сто встречи разных культур. По наблюдениям Д.С. Лихачева, «одна из самых типичных черт русских городов – их расположение на высоком берегу реки. Город виден издалека и как бы в тянут в движение реки… Он проплывает мимо реки. И это тоже присущее Руси о щущение родных просторов». К образу провинциального города с разными ху дожественными целями обращались многие русские писатели: А.С. Пушкин, М.Ю. Лермонтов, Н.В. Гоголь, А.Н. Остро вский, М.Е. Салтыков-Щедрин, А.П. Чехов, Г. Успенский, М. Горький, С.И. Гусе в-Оренбургский, И А. Бунин, А.И. Куприн и т.д. М.М. Бахтин видел в «провинциальном городке » пример пересечения пространственного и временного ряда. Огромный пласт русской литературы связан с русскими столицами. Кроме ши роко известных произведений русских писателей, о столицах имеется целы й ряд статей разных авторов (писателей, критиков, философов, публицистов): «Петербургские записки» Н.В. Гоголя, «Москва и Петербург» А.И. Герцена, «Петербург и Москва» В.Г. Белинского, «Прогулки по Москве» К. Батюшкова, «Три столицы» Г.П. Федотова, «Учитель и ученик. О словах, городах и на родах» В. Хлебников а и др. О Петербурге писали А. Б енуа («Живописный Петербург»), П.Н. Столпянский, И.М. Гревс, Е.П. Иванов, Н.П. Анциферов. Исследователь «Петербур гского текста русской литературы» В. Н Топоров обозначает наиболее знач ительные имена в свете Петербургского текста: «…Пушкин и Гоголь как осно ватели традиции; Достоевский как ее гениальный оформитель, сведший воед ино в своем варианте Петербургского текста как такового; Андрей Белый и Блок как ведущие фигуры того ренессанса петербургской темы, когда она ст ала уже осознаваться русским интеллигентным обществом; Ахматова и Манд ельштам как свидетели конца и носители памяти о Петербурге, завершители Петербургского текста; Вагинов как закрыватель темы Петербурга, «гробо вых дел мастер». При обзоре авторов, чей вклад в создание Петербургского текста наиболее весом, бросаются в глаза две особенности: исключительна я роль писателей – уроженцев Москвы (Пушкин, Лермонтов, Достоевский, Гри горьев, Ремизов, Андрей Белый и др.) и – шире – непетербуржцев по рождени ю (Гоголь, Гончаров, чей вклад в Петербургский текст пока не оценен по дост оинству, Бутков, Вс. Крестовск ий, Г.П. Федотов и др . …». Отмечая, что Петербургский текст менее всего был голосо м петербургских писателей о своем городе, В.Н. Топоров подчеркивает: «Устами Петербургского текста г оворила Россия и прежде всего Москва. Потрясение от их встречи с Петербу ргом ярко отражено в Петербургском тексте». Ученый считает создание Петербургского текста одним из самых весомых « ноосферических» вкладов в русскую и мировую культуру. «По всему простра нству этого текста бродят тени Германна и Пиковой дамы, Медного Всадника и бедного Евгения, Акакия Акакиевича и капитана Копейкина, Макара Девуш кина и Голядкина. Прохарчина и Раскольникова… и многих других». И читателю, даже никогда не бывавшему в Петербурге, благодаря Петербургс кому тексту знакомы многие места города: большой дом в районе Столярного переулка, Кокушкин мост и канавы, Сенная площадь и т.д. Таким образом, можно сделать вывод о том, что в литературоведении наших д ней наметились новые тенденции, позволяющие создать в методике препода вания литературы более современную концепцию использования краеведен ия в преподавании литературы, учитывающую в анализе литературных произ ведений пространственные отношения.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
В принципе, если ничего не покупать, то цены нормальные.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Пространство в осмыслении литературоведов и философов", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru