Курсовая: Эстетическая теория Оскара Уайльда и ее воплощение в романе «Портрет Дориана Грея» - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Эстетическая теория Оскара Уайльда и ее воплощение в романе «Портрет Дориана Грея»

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 42 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

20 Кафедра зарубежной и отечественной филологии. К у р с о в а я р а б о т а Эстетическая теория Оскара Уайльда и ее воплощение в романе «Портрет Дориана Грея». Подготовила: студентка 3 курса, 1 группы филологического ф-та Рябко А.А. Научный руководитель: Сомова М.В. Содержание. Введение…………………………………………… ……………………………...3 Глава 1. Начало пути……………………………………………………………...4 Глава 2. Эстетическая теория Оскара Уайльда………………………………....7 Глава 3. «Портрет Дориана Грея»………………………………………………11 Заключение……………………………………………………………………….18 Список использованной литературы…………………………………………...20 Введение. В мире, наверное, найдется не много людей, которые бы никогда и ничего не слышали про Оскара Уайльда. Од ни помнят его еще со школы как автора блестящих парадоксов и ярких эпигр амм; для других он – первый эстет Европы и «апостол Красоты», питавший сл абость к голубому фарфору, павлиньим перьям и французским гобеленам руч ной работы; некоторые призн б ют в нем, быть мо жет, автора великолепных сказок «Соловей и Роза» и «Мальчик-Звезда», еще меньше – автора нетленного «Дориана Грея», катехизиса декадентской фи лософии. Но, к несчастью, для подавляющего большинства имя Оскара Уайльд а стало своего рода символом порочности и переломить эту изустно перед аваемую репутацию практически невозможно. «Оскар Уайльд? А, это тот англ ичанин, который соблазнял мальчиков из хороших семей». Длинный шлейф сплетни тянулся за ним при жизни, и даже после смерти сплет ня не оставила его в покое. Мы не ставим перед собой цель развеять существующий миф , к тому же, судя по всему, это просто невозможно. Задача нашей курсовой раб оты гораздо уже – попытаться сформулировать основные положения эстет ической теории Оскара Уайльда и найти ее отражение в блестящих осколках его парадоксов, которыми так богат роман «Портрет Дориана Грея». Может, в конце мы придем к выводу, что его философия вовсе не имела своей конечной целью шокировать буржуазное общество XIX века, а дерзкие эпиграммы таят в себе глубинный смысл. К тому же, тот факт, что Викторианская Англия не простила Уайльду его взглядов, пре вратив мечтателя в преступника, уже делает наше исследование интересны м. Глава 1. Начало пути. Между мной и жизнью всегда стоит завеса слов. Я жертвую достоверностью ради удачной фразы и готов поступиться истиной ради хорошего афоризма. Оскар Уайльд в письме А. Конан Дойлю [R.H. Davies The Letters of Oscar Wilde. London , 1962 p .51] «Хотите знать, в чем заключ ается величайшая драма моей жизни? – спросил Оскар Уайльд в роковом для него 1895 году. – Она в том, что свой гений я вложил в мою жизнь, и только свой т алант – в мои произведения». [ Wilde O . Intentions . Lond ., Methuen , 1908, p .315] Но дело в том, что жизнь наравне с литературой воспринималась им как высший и труднейший в ид искусства, выразить в котором себя в полной мере можно, лишь найдя соот ветствующую форму и стиль. Задачу художника да и каждого человека он вид ел в том, чтобы стать творцом своей жизни; и биография самого Оскара Уайль да поистине походит на роман, происшедший в действительности, роман с ин тригующим сюжетом и ошеломляющей развязкой, которая бросает неожиданн ый отблеск на все казавшееся порой легкомысленным повествование, подни мая его до уровня высокой драмы. Хронологические рамки романа – вторая половина XIX столетия. Место действия – преимуществ енно столица Англии. Пролог развертывается в Дублине, где 16 октября 1854 года на свет появился Оскар Фингал О’ Флаэрти Уиллс Уайльд. Хотя он творил на языке Шекспира и талант его развивался в русле английс кой культурной традиции, Уайльд всегда сохранял верность своим корням и оставался “очень ирландским ирландцем”[ B . Shaw . My Memories of Oscar Wilde . 1930 p .397], как выразился его земляк и почти сверстник Бернард Шоу. Глубочай шую любовь к Ирландии привили ему родители. Отец, сэр Уильям Уайльд, лично сть весьма примечательная в Дублине, опытный хирург и превосходный окул ист, издавал фундаментальные труды, причем не только по медицине, с увлеч ением занимался археологией и этнографией, описывал шедевры старинной ирландской архитектуры и искусства, собирал фольклор. И мать, леди Франч еска, более известная под красноречивым псевдонимом «Сперанца» (Надежд а), утверждавшая, что ее девичья фамилия Элджи происходит непосредственн о от Алигьери и создатель «Божественной комедии» - ее дальний предок; в 1848 г оду Весна Народов, революционной волной прокатившаяся по Европе, побуди ла Сперанцу бросить клич молодежи с оружием в руках отвоевать свободу Ир ландии. Кода Оскару исполнилось одиннадцать лет, его отдали в ту же королевскую школу Портора, где учился его брат Уилли. Школа эта была основана в старом североирландском городе Эннискилен и пользовалась солидной репутацие й. Там Оскар открыл для себя прелесть античного мира и упивался штудиров анием древнегреческих авторов. Так зародился тот культ «нового эллиниз ма» [ Intentions p .21], который будет позже проповедовать Уай льд и который виделся ему в гармонии личности, в торжестве преобразующег о творческого духа над косной материей. При окончании школы он получил высшее отличие за знания по классическо й филологии и право поступить стипендиатом в дублинский Тринити-коллед ж. За три года пребывания в колледже Уайльд зарекомендовал себя одним из самых многообещающих студентов, что дало ему право продолжить образова ние в привилегированном Оксфордском университете. Оксфорд открывает в его жизни новую главу. Он слушал лекции популярных п рофессоров Джона Рёскина и Уолтера Пейтера, знатоков европейской живоп иси и зодчества, философии и поэзии, талантливых литераторов, чьи тракта ты и публичные выступления никого не оставляли равнодушным, шокируя одн их и вызывая безудержный восторг других. Эти два паладина Красоты в проф ессорских мантиях, эти два пророка Истины и Добра, которые превозносили лишь Платона и Рафаэля, отрицая фальшь и пошлость капиталистической дей ствительности и презирая духовное убожество буржуазно-аристократичес кой Англии, оказали большое воздействие на формирование вкусов и взгляд ов молодого Оскара Уайльда. К оксфордскому периоду относятся его первые поэтические опыты. Наиболе е ранняя из его публикаций относится к 1875 году: это перевод хора дев из коме дии Аристофана «Облака», а в 1881 году выходит первый сборник стихов. Несмот ря на то, что поэзия Уайльда того периода в значительной степени подража тельна в ней уже проступают завораживающая сила воображения, изысканна я декоративность и чеканность слога, способность к виртуозной стилизац ии, умение передать тончайшие оттенки чувств, - все те качества, которые об условили наивысшие триумфы его музы от «Сфинкса» (1884) до «Баллады Рэдингс кой тюрьмы». «Я сделал свой выбор: я прожил свои стихи…», - писал Уайльд в лирическом «Ц ветке любви»,[ Wilde O ., Poems Lond ., 1881 p .16 ] и он действительно стремился внести в с вою жизнь как можно больше поэзии, видя в ней, и вообще в искусстве, против оядие против отравленного жестоким практицизмом прозаического буржуа зного уклада. В меру скромных средств, выделяемых ему отцом, он начинает п роявлять особую заботу о том, чтобы окружать себя красивыми вещами. К кон цу первого учебного года в Оксфорде в его комнате, расписанной красками, отделанной лепными украшениями начинают появляться ковры, картины, зан ятные безделушки, книги в нарядных переплетах, изящный голубой фарфор. О н отпускает себе длинные волосы, тщательно следит за своей наружностью, экстравагантно одевается. «Только поверхностные люди не судят по внешн ости» [ Wilde O . The Picture of Dorian Gray . Lond ., 1891 p .34] , - считает Уайльд, и его внешний вид служит дерзким вызовом чопорн ому викторианскому обществу. Костюм, который помог начинающему поэту за воевать Лондон, выглядел следующим образом: короткая бархатная куртка, о тороченная тесьмой, тончайшая шелковая рубашка с широким отложным воро тником, мягкий зеленый галстук, штаны из атласной ткани до колен, черные ч улки и лакированные туфли с пряжками. Дополнялся этот привлекавший всео бщее внимание наряд беретом, иногда – свободно ниспадавшим чайльдгаро льдовским плащом, а также подсолнечником или лилией в руке. В таком маска радном облачении Уайльд отважно появлялся время от времени на людях, изр ядно эпатируя великосветскую публику. Дело, впрочем, не ограничивалось в нешним лоском – Уайльду присущ был тот внутренний дендизм байроновско го толка, природу которого великолепно объяснил обожаемый им собрат по п оэзии Шарль Бодлер: «Неразумно сводить дендизм к преувеличенному прист растию к нарядам и внешней элегантности. Для истинного денди все эти мат ериальные атрибуты – лишь символ аристократического превосходства ег о духа… Прежде всего это непреодолимое тяготение к оригинальности, дово дящее человека до крайнего предела принятых условностей… как бы ни назы вались эти люди – щеголями, франтами, светскими львами или денди, - все он и сходны по своей сути. Все причастны к протесту и бунту, все воплощают в с ебе наилучшую сторону человеческой гордости – очень редкую в наши дни п отребность сражаться с пошлостью и искоренять ее… дендизм появляется п реимущественно в переходные эпохи, когда демократия еще не достигла под линного могущества, а аристократия лишь отчасти утратила достоинство и почву под ногами…» [Бодлер Ш. Об искусстве. М. 1986. с. 304-305] Именно таков был дендизм Оскара Уайльда и такова была Викторианская эп оха, в которую он жил. Ему было душно в атмосфере этой кризисной эпохи, он т яготился ее лицемерной моралью, проповедовавшей «семь смертных доброд етелей», и презирал как снобизм терявшей свои господствующие позиции ар истократии, так и фальшивые ценности все горделивее поднимавших голову буржуа. Антибуржуазный протест прорывался уже в его ранних стихах («Миль тону», « Theoretikos », « Taedium vitae », «Сад эроса»). «В нем обнаруживается философ, скрытый под внешност ью денди», как будет позже сказано в «Идеальном муже» о лорде Горинге [ Wilde O . An Ideal Husband . Lond ., 1899 p .32] . Но все же этот про тест вылился тогда у Уайльда главным образом в форме эстетизма – так на зывалось названное им движение, составной частью пропаганды которого и был вычурный костюм. В эстетизме, по сути, нашел свое воплощение идущий от Рёскина и Пейтера наивный призыв поклоняться Красоте во всех ее проявле ниях в противовес уродствам бездуховного бытия в век, пропитанный утили таризмом. Глава 2. Эстетическая теория Оскара Уайльда. Эстетское движение порож дает целый ряд красок, утонченных по красоте и завораживающих своими квазимистическими оттенками. Они были и остаются защитной реакцией против первобытной грубости нашей эпохи. Оскар Уайльд [Wilde O. Selections. Moscow 1979. – V . II , p . 348 ] В конц е 1881 года Уайльд поехал в Нью-Йорк, куда его пригласили прочитать нескольк о лекций об английской литература. В Америке Уайльд ясно почувствовал г осподство торгашеского духа и враждебность американской буржуазии иск усству, о чем он впоследствии не раз говорил. Там же он встретился с Лонгфе лло и Уитменом. Последний отрицательно отнесся к принципам эстетизма, ко торый проповедовал Уайльд. В мемуарной литературе сохранились следующ ие слова Уитмена, сказанные его английскому гостю: «Мне всегда казалось, что тот, кто гонится только за красотой – на плохом пути. Для меня красота – не абстракция, но результат». [ Oscar Wilde First Collected Edition . London , Methuen , 1908, 14 vol ., p .243] В лекции «Возрождение английского искусств а» (1882) Уайльд впервые сформулировал те основные положения эстетической п рограммы английского декаданса, которые были позднее развиты в его трак татах «Кисть, перо и отрава» (1889), «Истина масок», «Упадок искусства лжи» (1889), «Критик как художник» (1890), объединенных в 1891 году в книгу «Замыслы». Насквозь идеалистичная философия искусства, развернутая Уайльд ом в его трактатах, явилась выражением глубокого упадка буржуазной эсте тической мысли. Защита «чистого искусства», утверждение которого Уайль д считал «основным догматом» своей эстетики, определение искусства как «откровения» [ Intentions p .84], имело прямую связь с агностицизмом, хар актерным для всей реакционной буржуазной философии конца века. Ницшеан ский культ сильной личности уживался в эстетике Уайльда с идеями христи анского социализма, а свойственное всему декадансу ощущение своего вре мени как периода глубокого кризиса – с проповедью необузданного насла ждения жизнью. Отстаивая основной тезис идеалистической эстетики – не зависимость искусства от жизни – и призывая к уходу от действительност и в мир иллюзий, Уайльд утверждал, что искусство по самой своей природе вр аждебно действительности, враждебно каким бы то ни было социальным и мор альным идеям. Так, например, он считал творчество Золя «совершенно непра вильным от начала и до конца, и неправильным не в отношении морали, а в отн ошении искусства»; говоря о силе таланта Мопассана, он не принимает реал истической направленности этого таланта, обнажающего «гнилые болячки и воспаленные раны жизни». Признавая преемственную связь английского д екаданса 80-х годов с прерафаэлитами, Уайльд резко подчеркивал свое принц ипиальное расхождение с Рёскиным: «…мы, представители школы молодых, ото шли от учения Рёскина – отошли определено и решительно… мы больше не с н им, потому что в основе его эстетических суждений всегда лежит мораль… в наших глазах законы искусства не совпадают с законами морали» [ O . Wilde . Miscellanies , p .31-32]. Отвергая искусство больших социальных обобщений, Уайльд отстаивает ха рактерную для декаданса замену реалистического образа импрессионисти ческими зарисовками, говоря, что современное искусство должно «передат ь мгновенное положение, мгновенный облик того или иного предмета» [ Miscellanies p .244]. В борьбе с искусством открытой социальной тенденции, глаш атаем которого выступал в это время в английской литературе Шоу, Уайльд требует «всепоглощающего внимания к форме» как «единственному высшему закону искусства» [ Miscellanies p .243]. Субъективно-идеалистическая основа эстетических взглядов Уайльда на иболее остро проявляется в трактате «Упадок лжи». Написанный в типичной для Уайльда манере раскрывать свою мысль через расцвеченный парадокса ми диалог, этот трактат имел ярко полемичный характер и стал одним из ман ифестов западноевропейского декаданса. Отрицая действительность, существующую объективно, вне сознания челов ека, Уайльд пытается доказать, что не искусство отражает природу, а наобо рот, - природа является отражением искусства. «Природа вовсе не великая м ать, родившая нас, - говорит он, - она сама наше создание. Лишь в нашем мозгу о на начинает жить. Вещи существуют потому, что мы их видим…» [ Intentions p .42]. Лондонские туманы, по утверждению Уайльда, никогда не были таким и густыми, пока «поэты и живописцы не показали людям таинственную преле сть подобных эффектов». «Девятнадцатый век, поскольку мы его знаем, в зна чительной степени изобретен Бальзаком». «Шопенгауэр дал анализ пессим изма, характеризующего современную мысль, но выдуман пессимизм Гамлето м». [ Intentions p . 42, 36 , 35 ] Провозглашая право художника на полнейший произвол, Уайльд говорит, чт о искусство «нельзя судить внешним мерилом сходства с действительност ью. Оно скорее покрывало, чем зеркало… стоит ему повелеть – и миндальное дерево расцветет зимою, и зреющая нива покроется снегом» [ Intentions p .31-32]. Доводя свою мысль до крайнего парадоксального заострения, Уайл ьд заявляет, что подлинное искусство основано на лжи и что упадок искусс тва XIX в. (под упадком он подразум евает реализм) объясняется тем, что «искусство лжи» оказалось забытым : « Все плохое искусство существует благодаря тому, что мы возвращаемся к жи зни и к природе и возводим их в идеал». Он заявлял, что «жизнь – очень едка я жидкость, она разрушает искусство, как враг опустошает его дом», говори л, что «реализм как метод – никуда не годится, и всякий художник должен из бегать двух вещей – современности формы и современности сюжета» [ Intentions p .55]. В противовес тому сближению творческого процесса с процессом научного исследования, которое отстаивал Золя, Уайльд утверждал, что искусство на чинает не с изучения жизни, но с «абстрактного украшения, с чисто изобрет ательной приятной работы над тем, что не действительно, чего не существу ет… оно совершенно равнодушно к фактам, оно изобретает, фантазирует, гре зит, и между собою и реальностью ставит высокую перегородку красивого ст иля, декоративной или идеальной трактовки» [ Intentions p .22]. Задачи литературной критики Уайльд видит в том же субъективно-идеа листическом духе, что и задачи искусства. В статьях «Критик как художник » и «Кисть, перо и отрава» он наделяет критика правом на такой же субъекти вистский произвол, каким наделен по его теории и художник. «Основная зад ача эстетического критика состоит, по мнению Уайльда, в передаче своих с обственных впечатлений» [ Intentions p .70]. Отрицая социальные функции искусства и заявляя, что задача каждо го художника «заключается просто в том, чтобы очаровывать, восхищать, до ставлять удовольствие», - Уайльд стоял на реакционных позициях противни ка литературы, проникнутой демократическими тенденциями: «Мы вовсе не х отим, - писал он, - чтобы нас терзали и доводили до тошноты повествованиями о делах низших классов» [ Intentions p .14]. Подчеркивая антиреалистическую и антидемократическую сущность эстет ики Уайльда, нельзя, однако, не отметить, что его взгляды на сущность и зад ачи искусства были чрезвычайно противоречивы. Выступая с защитой реакц ионного лозунга «искусство ради искусства», объективно служащего охра не буржуазного порядка, но, в то же время, явно скептически относился ко мн огим традициям викторианской Англии и ее культуры. В своих оценках как с тарой так и современной литературы, Уайльд часто решительным образом ра сходился с официальной буржуазной критикой. Он воспевал Байрона, как «по эта-воина», героя освободительной борьбы греческого народа («Равенна»), приветствовал бунт его и Шелли против ханжества английского общества, с уважением и сочувствием следил за литературной и общественной деятель ностью Вильяма Морриса, восхищался «благородной и непоколебимой» веро й Уитмена в торжество добра и справедливости. Говоря о шекспировской сил е полотен Бальзака, Уайльд ядовито замечал, что великого писателя «конеч но же обвиняли в безнравственности», хотя «мораль действующих лиц его «Ч еловеческой комедии» - есть не что иное, как мораль окружающего нас общес тва» [ O . Wilde Reviews . P .78]. Указывая, что та же суд ьба постигла и Золя, Уайльд говорил, что «высоконравственное негодовани е наших современников против Золя « есть не что иное, как «негодование Та ртюфа на то, что его разоблачили» [ Intentions p .13]. С уважением отзывался Уайльд о крупнейших русских романистах, отмечая совершенство художест венного мастерства Тургенева, эпическую широту картин Толстого и глуби ну психологического анализа Достоевского. Остро реагируя на противо речия окружающей действительности, Уайльд и сам весь соткан из противор ечий. В своих высказываниях он предстает то сентиментальным циником, то аморальным моралистом, то мечтательным скептиком; призывает видеть сме шное в печальном и ощущать трагический оттенок в комедии; естественност ь для него – трудная поза, ничегонеделание – самое тяжкое в мире заняти е, маска – интереснее лица, театр – реальнее жизни, по его мнению, жизнь б ольше подражает искусству, нежели искусство подражает жизни. Но за холод ным бенгальским огнем его словесных эскапад чувствуется горячее, страс тное желание взорвать, опрокинуть или по крайней мере поколебать незыбл емость ханжеской морали и вульгарных – часто взятых напрокат – предст авлений о мире, которых придерживались самодовольные «хозяева жизни» в «век, лишенный души» [ Intentions p .215]. Он мог с легкостью иронизироват ь над всем, но в отношении к Искусству, в могущество которого свято верил, оставался предельно серьезен (что не помешало ему завершить преамбулу к «Дориану Грею» словами: «Всякое искусство совершенно бесполезно», - без этого Уайльд не был бы Уайльдом). Его прозвали «королем жизни», «принцем Парадоксом», «Шехерезадой салонов» за невероятное остроумие, фейервер ки низвергавшихся им парадоксов, неистощимую выдумку и умение очаровыв ать людей. К тому времени он был уже три года как женат на Констанс Ллойд, которая ро дила ему двух сыновей: Сирила и Вивиан. Уайльду перевалило за тридцать, а о н все еще оставался, по сути, автором лишь небольшой поэтической тетради да двух малоудачных пьес: «Вера, или нигилисты» (1880) и «Герцогиня Падуанска я» (1883). Ценой немалых усилий ему удалось прослыть «королем жизни», но пришл а пора доказывать, что король не гол, как в сказке любимого им Андерсена. И Оскар Уайльд с блеском доказывает это. Продолжая носить на людях столь н равящуюся им маску томной праздности и поддерживать созданный им самим миф о себе как о воинствующем гедонисте, он усердно трудится, создает за в осемь лет почти все произведения, обеспечившие ему почетное место в исто рии мировой литературы. Это две книги сказок – «Счастливый принц» (1888) и «Г ранатовый домик» (1891), новелла «Портрет г-на У.Г.» (1887), сборник «Замыслы» (1891), ром ан «Портрет Дориана Грея» (1890), четыре комедии – «Веер леди Уиндермир» (1892), « Женщина, не стоящая внимания» (1893), «Идеальный муж» (1895), «Как важно быть серье зным» (1895), написанная по-французски драма «Саломея» (1894), еще одна драма в том же духе «Святая блудница, или Женщина, покрытая драгоценностями» (полный текст ее утрачен) и оставшаяся незаконченной «Флорентийская трагедия». Глава 3. «Портрет Дориана Грея». Я только что закончил работу над своей первой длинной историей и совершенно выбился из сил. Боюсь, она явится отражением моей собственной жизни: одни лишь слова и никакого действия. Оскар Уайльд в письме Беатрис Олхазен [R.H. Davies The Letters of Oscar Wilde. London , 1962 p .118] Мою историю можно назвать эссе о декоративном искусстве. Она, если хотите, источает яд, но вы не можете также отрицать, что она совершенна, а именно совершенство и является для нас, художников, конечной целью. Оскар Уайльд [Stuart Mason. O. Wilde and the Aesthetic Movement. Lond . 1 920 p .226] 20 июля 1890 года ежемесячный ж урнал «Липпинкотс мэгезин» опубликовал первую редакцию «Портрета Дор иана Грея». На создание романа у писателя ушло немногим больше трех неде ль, и это был единственный случай, когда работа отняла у него так много вре мени. В апреле следующего, 1891 года роман вышел отдельным изданием со значи тельными дополнениями. Помимо мелких вставок, писатель добавил шесть но вых глав и небольшое предисловие. Тревожна я атмосфера, философская основа произведения, по меньшей мере неоднозна чные чувства, объединяющие персонажей, но особенно - глубокая извращенно сть главного героя привели к неслыханному скандалу и …обеспечили роман у успех. Викторианская Англия взорвалась двумястами шестнадцатью реце нзиями возмущенных, шокированных критиков. Как и в «Кентервильском привидении», в этой книге авторский вымысел не о граничен строго рамками достоверности, и реальность очень своеобразно переплетается с фантастикой. Собственно, в истории красивого молодого ч еловека Дориана Грея, послужившего моделью художнику Бэзилу Холлуорду для его лучшего портрета, а затем ставшего под влиянием проповедника гед онизма лорда Генри Уоттона неисправимым себялюбцем и безразличным к мо рали искателем удовольствий, скатившимся на путь порока, - в этой истории все вполне правдоподобно и укладывается в рамки достоверности. Фантаст ично то, что человек и портрет как бы поменялись ролями: Дориан Грей на про тяжении восемнадцати лет остается внешне неизменным, а тяжкую функцию с тарения принимает на себя картина, на которой время, страсти и пороки ост авляют свои следы. Этот фабульный мотив имеет вполне определенную литературную родослов ную. Мотив таинственной связи судьбы человека с его портретом мог быть з аимствован Уайльдом из знаменитого романа Ч.Р. Метьюрина «Мельмот - скит алец». В этом же ряду стоят творения Э.Т.А. Гофмана, Гете, «Чудесная история Петера Шлемиля» А.Шамиссо, роман Б.Дизраэли «Вивьен Грей», «Пэлем, или При ключения джентльмена» Э. Бульвер-Литтона и, пожалуй, прежде всего – «Шаг реневая кожа» О.Бальзака. Наконец, если говорить о влиянии литературных предков на Дориана Грея, должна быть названа еще одна книга – та самая «о травляющая книга» (« poisonous book »), которую дарит юному Дориану лорд Г енри. Название этой книги не приводиться, но ни у одного из интерпретатор ов романа не было и не может быть сомнений на сей счет: лорд Генри подарил Дориану известный роман французского писателя Жориса-Карла Гюйсманса «Наоборот» (« A Rebours »), вышедшей впервые в 1884 году. История падения молодого аристократа Дориана Грея, развращенного вели косветским циником лордом Генри, развертывается в изысканной обстанов ке богатых комнат, затянутых старинными гобеленами, оранжереей с цветущ ими орхидеями, затемненных кабинетов с потайными шкафами, прячущими ядо витые зелья и не менее ядовитые книги. Любование предметами салонно-арис тократического быта, эстетизация нравственного растления, оправдывающ ая циничные рассуждения и порочные похождения героев, делают этот роман одним из наиболее характерных произведений декадентской прозы. О том, чт о доктрина эстетизма представляет собой по авторскому замыслу свод неп ременных правил, по которым следует интерпретировать роман, напоминает читателю лаконичное предисловие. Двадцать пять изящных, остроумных афоризмов, составляющих это предисловие, могут быть восприняты как тезисное выражение системы воззрений, которая в ином вид е и более пространно была изложена в диалогах. Не связанное фабульно с ос новным текстом романа, предисловие интересно уже своеобразием и вырази тельностью составляющих его изречений. Но по способу выражения заложен ного в них смысла они находятся в полном созвучии с идиостилем Уайльда-р оманиста. Вместе с тем предисловие и сам роман как бы ведут между собой св оеобразный диалог, в ходе которого согласия и противоречия чередуются. В ыраженные афористично в отточенных фразах положения эстетической прог раммы Уайльда проходят испытания на «прочность» в собственно фабульно й части произведения. «Нет книг нравственных или безнравственных. Есть книги хорошо написанн ые или написанные плохо. Вот и все » [O. Wilde The Picture of Dorian Gray. Lond ., 1891 p .5] - вспомним еще раз один из самых вызывающих афоризмов в предислов ии. С ним перекликается другая сентенция: «Художник не моралист. Подобна я склонность художника рождает непростительную манерность стиля» [там же p .5]. Впрочем, у художника Бэзил а Холлуорда, как нетрудно заметить, есть «этические симпатии» и даже нек оторая склонность к морализированию; однако искусство Холлуорда наход ится вне сферы проявления этих качеств, а его морализаторство никак не в лияет на друзей художника, разве что несколько утомляет их. Здесь Уайльд- романист нисколько не противоречит Уайльду – законодателю эстетизма. Мысль о первичности искусства, отражающего лишь того, кто смотрится в не го, «а вовсе не жизни», - мысль, заявленная на этот раз фрагментарно, получи ла развернутое выражение в диалоге «Упадок искусства лжи». В романе порт рет как произведение искусства как будто отражает самое жизнь – жизнь Д ориана Грея. Однако же, кроме Дориана, никто изменяющегося портрета не ви дит, а посему можно сказать, что портрет одномоментно отражает лишь того, кто в данную минуту «в него смотрится» [ The Picture of Dorian Gray . p .15], то есть героя. Не прозвучавшая отчетливо в предисловии, но очень важная мысль о том, что деградация искусства впрямую связана с упадком высокого искусства лжи, иллюстрируется и доказывается в романе эволюцией актрисы Сибиллы Вейн. Не ведавшая, что такое любовь, девушка прекрасно фантазировала на сцене, лгала (в уайльдовском смысле), с успехом играя роли многих шекспировских героинь. Узнав истинное чувство, полюбив Дориана, она переживает резкий «упадок искусства лжи», в результате чего с ней как с актрисой происходи т трагическая метаморфоза: она начинает играть из рук вон плохо (что фикс ирует даже добрейший Холлуорд). Она произносит еретические слова о том, ч то искусство – только бледное отражение подлинной любви, и Дориан жесто ко отлучает ее от церкви: «Без вашего искусства вы – ничто!» [ The Picture of Dorian Gray . p .43] В отчаянии она, как Гре тхен из «Фауста», отравляет себя. И даже ее смерть трактуется в эстетичес ком ключе – вначале лордом Генри, а затем и самим Дорианом. Лорд Генри нах одит, что она сыграла свою последнюю роль, которая представляется ему «н еобычайным и мрачным отрывком из какой-нибудь трагедии семнадцатого ве ка» [ The Picture of Dorian Gray . p . 91]. Он говорит: «Эта девуш ка, в сущности, не жила – и, значит, не умерла» [там же]. Дориан соглашается и с такой же легкостью заявляет: «Она снова перешла из жизни в сферы искусс тва» [там же]. Последующее гедонистическое истолкование судьбы несчаст ной молодой актрисы содержится в пространном монологе лорда Генри Уотт она из восьмой главы романа – истолкование, возвращающее Дориану душев ное равновесие и стабильное безразличие к окружающим людям. Понятие «прекрасное» и «красота» (Уайльд пишет это слово с заглавной бу квы) ставятся в предисловии на самую верхнюю ступень ценностей. Поучения лорда Генри и их воплощение – жизнь Дориана – как будто вполне соответ ствует такой расстановке. Дориан красив, и красота оправдывает все негат ивные стороны его натуры и ущербные моменты его существования («избранн ик - тот, кто в прекрасном видит лишь одно – Красоту») [ The Picture of Dorian Gray . p .5]. Тот, кто покушается на Красоту, - независимо от причин и помыслов – сам становится жертвой, как, например, Джеймс Вейн, брат несчастной Сибиллы. Дориан карается только тогда, когда поднимает руку на прекрасное – на п роизведение искусства. Искусство как воплощение прекрасного вечно, и по тому погибает герой, а остается жить прекрасный, как и в момент окончания работы художника, портрет. Все как будто бы согласуется с теоретическими воззрениями писателя. Вместе с тем финал романа может иметь и несколько иное истолкование. Мер твый человек, лежащий на полу, опознан его слугами лишь по кольцам на рука х: «лицо у него было морщинистое, увядшее, отталкивающее» [там же p .191]. Сам облик мертвого Дориана антиэстетичен , а это обстоятельство поз воляет даже в системе ценностей эстетизма прочитать наказание, понесен ное за преступления. Именно преступления (во множественном числе), ибо одно лишь покушение на портрет не оста вило бы такого обилия следов на лице героя. Общая окраска преступлений Д ориана – абсолютная аморальность, полный нравственный индифферентизм . Даже порицающий «эстетические симпатии художника» писатель, вопреки с обственной программе, показал не только душевный кризис своего героя, но и в конце концов привел его к наказанию. Нарушая неписаные законы нравственности, Дориан, исповедующий идеи нов ого гедонизма, нарушает и законы писанные. Впрочем, несовершенство этих законов, как и всего английского общественного организма, хоть и не явля ется предметом художественного анализа в романе, но в то же время не укры вается от взгляда его создателя. «Знаю, что в Англии у нас не все благополу чно, что общество наше никуда не годится» [там же p .37], - говорит художник Холлуорд, далекий от позерства и не склонный высказываться лишь ради красного словца. Именно Холлуорд становится трагической жертвой самого тяжкого преступления Д ориана Грея – преступления, подробно описанного романистом. Можно такж е взглянуть на это событие с позиций, отстаиваемых в предисловии к роман у. «Художник – тот, кто создает прекрасное» [там же p .5], - гласит первый афоризм. Прекрасное, сог ласно кодексу эстетизма, превыше всего. Поднявший руку на прекрасное (по ртрет) герой наказывается. Убив творца прекрасного – создателя портрет а - он совершает не менее тяжкое преступление. Таким образом, несмотря на постулаты автора, порок и добродетель отнюдь не предстают исключительно как «материал для творчества». Как это часто бывает в отношениях искусства с нормативной эстетикой, Уайльд подчас н епроизвольно противоречит собственным теоретическим декларациям и в х удожественной практике выходит за установленные им же самим рамки. «Когда эстет берется за роман, то его эстетизм проявляется вовсе не в формальном построении романа, - а в том, что в романе изображается говоря щий человек – идеолог эстетизма, раскрывающий свое исповедание, подвер гаемое в романе испытанию [Бахтин М.М. Эстетика словесно го искусства. М. – 1979 с.221]. Это высказывание М.М. Бахтина дает ключ к пониманию своеобразия ху дожественного мира романа Уайльда и его пафоса. Действительно, в романе подвергается испытанию не герой как личность, психологический тип или э мблема какой-то жизнедеятельности, а мировоззрение, идеологическая программа героя (в нашем случае – откровенный гедонизм). «Говорящий человек – идеолог» в романе – это, конечно же, лорд Генр и Уоттон, разворачивающий перед Дорианом и читателем целую программу эс тетизированного гедонизма. То, что в жизни самого Уайльда зачастую было лишь позой, у персонажа является продуманной системой взглядов, которую он своеобразно апробирует на жизни Дориана Грея. Причем, он делает это, с читая своего молодого друга не личностью, а «подходящим объектом» для «н аучного анализа страстей». Таким образом, жизненное кредо, прокламируемое Генри Уоттоном, по дтвержденное книгой Гюйсманса, проходит причудливое испытание на судь бе Дориана Грея. В первых главах романа душа и ум главного героя растрево жены проникновением новых представлений о жизненном предназначении кр асоты, в последней главе Дориан гибнет. В заданных границах он проходит в есь цикл испытания, и вдумчивому читателю можно попытаться дать ответ н а вопрос о том, доказала ли жизнь Дориана Грея за этот период состоятельн ость идиологемы лорда Генри Уоттона или нет. «Цель жизни – самовыражение. Проявить во всей полноте свою сущность – вот для чего мы живем» [ The Picture of Dorian Gray p .21], - внушает лорд Генри своему юному другу. Однако дальнейшая жизнь Д ориана является вовсе не раскрытием сущности того человека, портрет кот орого написал художник Бэзил Холлуорд, а переформированием его души, от разившимся в конечном счете и на холсте. Это переформирование и приводит к той утрате целостности., косвенные признаки которой подмечает даже са м «идеолог», находя, что Дориан в отдельные моменты становится «сам не св ой». Заглавный герой в ответ на вопрос герцогини Монмутской, помогла ли ему философия лорда Генри найти счастье, говорит, что «никогда не искал с частья», искал лишь наслаждений, но находил их «слишком часто». В другой б еседе Грей признается своему учителю, что «был бы рад поменяться с любым человеком на свете» и что убитый человек счастливее его. Он тяготится св оей «чудесной жизнью», признается он один раз, что «так жить больше не хоч ет» и даже упрекает лорда Генри за то, что он однажды «отравил» ученика кн игой. Его друг протестует: «А “отравить” вас книгой я никак не мог. Этого н е бывает. Искусство не влияет на деятельность человека, - напротив, оно пар ализует желание действовать. Оно совершенно нейтрально. Так называемые безнравственные книги – это те, которые показывают миру его пороки, вот и все» [там же p .180]. Растворение эстетизма в новом гедонизме также характерно лишь для тира д и реплик лорда Генри. Вспомним, к примеру, гимн Красоте из второй главы. « Красота – один из видов Гения, она еще выше гения… она имеет высшее право на власть и делает царями тех, кто ею обладает…» [там же p .104]. Идея «вседозволенности», свойственной Кр асоте, подвергается в романе испытанию и в конечном счете опровергается . Лорду Генри кажется, что если бы идеи нового гедонизма овладели каждым ч еловеком, то «мир ощутил бы вновь… мощный порыв к радости» [там же p .24]. У Дориана Грея, впитавшего эти мысли, ока зывается много подражателей, но судьбы их – автор лишь сообщает о них, а н е изображает в подробностях – никак не назовешь «порывом к радости». Ит ак, всеобщего возврата к «идеалам эллинизма» отнюдь не происходит. Сам Дориан Грей, ощутив вседозволенность, оказывается способным на сам ое тяжкое преступление. Одно из его преступлений, убийство Бэзила Холлуо рда , которое подробно описывается в романе, не вызывает разночтений: оно является преступлением как в морально-этическом, так и в юридическом смы сле. Лорд Генри, заявляющий, что преступления – «удел низших классов», не при нимает убийства, аргументируя свою позицию в свойственной ему парадокс альной манере: «Убийство – всегда промах. Никогда не следует делать тог о, о чем нельзя поболтать с людьми после обеда», а на вопрос Дориана («Что б ы вы сказали, если б я признался, что это я убил Бэзила?») лорд Генри отвечае т еще одним афоризмом: «Всякое преступление вульгарно, точно так же как в сякая вульгарность – преступление» [там же p .167]. Верный себе, Уайльд не впадает в морализаторство, но явное прес тупление не находит в его романе оправдания даже в координатах идеологи и нового гедонизма. «Дориан Грей» - это эстетичес кий роман в высшем смысле, не пропагандирующий эстетическую доктрину, а выявляющий ее опасности. Уайльд написал трагедию эстетизма, заключающу ю в себе предвестье его собственной трагедии. Дориан, как и Уайльд, экспер иментировал с двумя формами любви – любви к женщинам и любви к мужчинам; через посредство своего героя Уайльд мог распахнуть окно в свой собстве нный опыт последних лет. Своим романом он заявляет, что жизнь, управляема я одной лишь чувственностью, анархична и саморазрушительна. Дориан Грей – это лабораторный опыт. Результат отрицательный. По таким правилам жиз нь прожить невозможно. Платой за попустительство самому себе становитс я расправа героя со своим портретом; этим действием, в некотором смысле о братным тому, чего он желал, Дориан раскрывает свое лучшее «я», хотя бы тол ько в смерти. Уайльдовский персонаж приходит к той точке, где сходятся пр отивоположности. Непреднамеренное убийство делает Дориана первым муче ником эстетизма. Текст романа говорит нам: красиво плыви по поверхности – и некрасиво сгинешь в глубинах. Автор, прославляя эстетизм, сам предъя вляет ему обвинение. «Портрет Дориана Грея» замкнут, обращен на себя в са мом что ни на есть хитроумном смысле, как и его центральный образ. Дориан восходит – или опускается – от жизни к искусству и от него обрат но к жизни. Всякое событие, как и всякий персонаж книги, имеет скрытую эсте тическую составляющую, которой это событие, этот персонаж и мерится в ко нечном итоге. Бэзил Холлуорд завершает портрет Дориана именно в тот мом ент, когда лорд Генри начинает охотится за душой молодого человека. Хотя Уайльд в предисловии к роману утверждает: «Раскрыть людям себя и скрыть художника – вот к чему стремится искусство» [там же p .5], Холлуорд боится, что портрет слишком откров енно обнаруживает его любовь к Дориану, а Дориан позднее, в свою очередь, б оится, что он слишком откровенно обнаруживает его сущность. Уже поле появления журнальной публикации романа в «Липпинкотс Мэгезин » он вызвал грубую критику, а выход романа отдельным изданием породил це лую волну резких и явно несправедливых нападок. Общество взывало к цензу ре, суду и полиции. Писатель отвечал своим критикам через газеты со свойс твенными ему остроумием и невозмутимостью. Книге приписывалось самое т яжкое обвинение во времена воинствующего пуританизма – безнравственн ость. В ответ Уайльд писал: «Узнав из столь авторитетного источника, что э то безнравственная книга, которую правительство тори должно изъять и за претить, несчастная публика, несомненно, сейчас же бросится ее читать. Но увы! Она обнаружит, что это роман с моралью. А мораль такова: всякая чрезме рность как и всякое самоотречение, несет в себе наказание. Художник Бэзи л Холлуорд, боготворящий, как и большинство художников, физическую красо ту, гибнет от руки того, в душе которого взрастил он чудовищную и нелепую г ордыню. Дориан Грей, живущий лишь чувственностью и наслаждением, пытаетс я убить свою совесть и одновременно убивает себя. Лорд Генри Уоттон, стре мясь всегда оставаться созерцателем жизни, обнаруживает, однако, что то т, кто уходит от битвы, зачастую бывает ранен глубже, чем тот, кто участвуе т в ней. Да, в «Дориане Грее» содержится страшная мораль, которую не смогут разглядеть люди извращенного ума, она откроется только тем, чьи помыслы чисты. Является ли это художественной ошибкой? Боюсь, что так. Но это единс твенная ошибка в этой книге»[ R . H . Davies The Letters of Oscar Wilde . London , 1962 p .260] . Заключительные фразы статьи вообще вызывают дрожь ужа са и удовольствия одновременно: «Каждый человек видит в Дориане Грее сво и собственные грехи. В чем состоят грехи Дориана Грея, не знает никто. Тот, кто находит их, имеет в виду свои собственные» [там же]. Заключение. Остроумие – настолько блестящее качество ума, что каждый им восторгается; большинство людей хотели бы им обладать, все его опасаются и лишь немногие умеют его ценить в других. Филлип Дормер Стенхоп граф Честерфилд [Ф.Д.С. Честерфилд Письма к сыну. – М., 1978] Мне думается, жизнь и творчество Оскара Уайльда, как ника кого другого писателя, во многом подтверждает справедливость высказыв ания Честерфилда, тоже великого остроумца и моралиста XVIII века. О. Уайльд – одна из наиболее замечательных и противоречивых фи гур в английской литературе. Как при жизни, так и после смерти его имя поль зуется необыкновенной известностью. Современники называли его «блестя щий Оскар» . Писательская карьера О. Уайльда складывалась как своео бразный калейдоскоп. Репутация ни одного писателя его поколения не пре терпела так много различных превращений – от осмеяния к прекдонению, от преклонения к славе, от триумфальной славы к бесчестию, позору и презрен ию; а со временем, посмертно, - возврата к славе и триумфу. В начале 90-х годов Х I Х века О. Уай льд стремительно завоевывал признание и славу в английских литературн ых кругах как блестящий острослов, эксцентричная личность, апостол эсте тизма и писатель, отличающийся красотой и изяществом стиля, оригинальны м умом и проницательностью. Каждое его слово ловили на лету, окружающим о н казался бунтарем, носителем небывалой новизны. В его афоризмах, эпигра ммах, парадоксах и философских замечаниях сквозит неприятие общества с его законами и моралью. Творчество Оскара Уайльда связано со многими явлениями не только англи йской, но и в целом западно-европейской литературы. Уайльд сам подчеркив ал эту связь, называя целый ряд близких ему имен. Его кумирами были Эдгар П о, Шарль Бодлер, Теофиль Готье, Джон Рескин, Уолтер Пейтер. Во многих своих произведениях О. Уайльд преломлял, развивал или повторя л суждения Пейтера и Рескина, которые проповедовали культ красоты, несов местимость мира подлинного искусства с буржуазной пошлостью. Пейтер пр оповедовал искусство ради искусства. О. Уайльд с готовностью превратил э тот тезис в свой девиз и положил его в основу своей философии. Творчество Уайльда было глубоко содержательным, он затронул многие жиз ненные вопросы, хотя делал это в необычной манере. Немало его произведен ий, начиная с первых стихотворений и кончая «Балладой Рэдингской тюрьмы », свидетельствуют о том, как писателю было тесно в рамках декадентской э стетики. Талант О. Уайльда проявился в разных жанрах – статьях, пьесах, ск азках, стихотворениях, романе… Единственный роман Уайльда «Портрет Дориана Грея» вышел в свет в 1891 и име л оглушительный успех, произведя эффект разорвавшейся бомбы. Потому что «Дориан Грей» - это не только роман об эстетизме, в котором нашли отражени е все философские воззрения его автора об искусстве и гедонизме; это еще и одна из первых попыток внести в английскую прозу тему однополой любви. В своем романе писатель прослеживает взаимоотношения трех персонажей: красивого юноши Дориана Грея, великосветского циника, искушенного в пор оках лорда Генри и преданного искусству художника Бэзила Холлуорда. На п римере же чудесного превращения портрета главного героя он отстаивает свой излюбленный тезис о том, что искусство выше жизни. Уайльд не занял места среди тех писателей конца XIX века, которые, пусть непоследовательно и про тиворечиво, но пытались приблизить свое искусство к народу. Отражая в св оих эстетических взглядах двойственность, характерную для мелкобуржуа зного сознания в условиях империалистической реакции, он скорбел об упа дке красоты в современном ему обществе, но выход для искусства видел лиш ь в одном – противопоставить действительности мир красивой выдумки. Но здоровые и сильные стороны его дарования – острая ирония, умение запеча тлеть действительные противоречия жизни в метких парадоксах, блестяще е владение диалогом, чуткость к слову, классическая простота фразы – об еспечили ему успех и посмертную славу. Его творчество – хорошая иллюстрация к вечно справедливой формуле Гет е: «Поэта делает живое ощущение действительности и способность его выра зить». [Эккерман И.П. Разговоры с Гете в последние годы его жизни. – М.: Худо ж. Лит., 1981. – с.165]. Уайльд обладал и тем и другим; кроме того, он был преисполнен понимания исключительной важности и непреходящей ценности настоящего искусства. Попытки считать произведения писателя менее значительными, чем эпатирующая внешность и громкие заявления лидеров лондонских эсте тов, либо вычитывать в его книгах проявления некоторых болезненных скло нностей мало продуктивны. Лучше всего это доказано (от противного!) стойк остью читательского интереса к его творениям. Список использованной литературы . 1. Уа йльд О. Полное собрание сочинений /Под редакцией К.И. Чуковского/ – Спб., 1912. Т.1-4 2. Уайльд О. Избранные произведения. Вст уп. ст. А. Аникста. – М., 1960. Т.1-2. 3. Уайльд О. Избранное. Вступ. ст. С Б элзы – М., 1989. 4. Уайльд О. Письма. – М., 1997. 5. Жак де Ланглад. Оскар Уайльд, или Прав да масок. – М., 1999. 6. Соколянский М.Г. Оскар Уайльд: очерк т ворчества. – Киев; Одесса 1990. 7. Эллман, Ричард. Оскар Уайльд: био графия. – М., 2000. 8. Аксельрод Л.И. Мораль и красота в прои зведениях О.Уайльда. – Иваново-Вознесенск, 1923 9. Акройд П. Последнее завещание Оскара Уайльда. – М., 1993 10. История английской литературы. /Под р ед. М.Н. Черневича/ - М., 1983. Т.3
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Пятикласснику Валере пришлось прервать обучение в школе, потому что подошла его очередь в детский садик.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по литературе "Эстетическая теория Оскара Уайльда и ее воплощение в романе «Портрет Дориана Грея»", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru