Курсовая: Печорин как герой своего времени - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Печорин как герой своего времени

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 47 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

25 МОУ СОШ № 40 Экзаменационны й реферат по литературе на тему: «Печорин как ге рой своего времени». Выполнила Климова М. 9 «Б» Проверила Заякина Е.А. Томск, 2006 год. План: 1) Вступление 2) Печорин – герой романа. 3) «Бэла», «Максим Максимыч» 4) «Тамань» 5) «Княжна Мери» 6) «Фаталист» 7) Заключение. 8) Список литературы. Вступление. Роман «Герой нашег о времени» произвел на меня огромное впечатление. Печорин – очень интер есный для изучения объект с точки зрения психологии. Он всегда искренен с собой, но редко скажет правду другим. Все его действия, казалось бы, логи чны, но эта его логика сама по себе необыкновенная. Он, словно пережил в эт ой жизни все, что хотел и ему уже скучно здесь. Он способен равнодушно пере живать свои падения, неудачи, возможно, поэтому он и не особо сочувствует другим людям. У Печорина огромный потенциал к подвигам. Он может пожертвовать собой ра ди дела, но не общественного, а в котором он заинтересован. Об этом и сожал еет сам автор. Такие люди, как его герой, могли бы внести большой, очень бол ьшой вклад в жизнь общества. Но увы… Временная эпоха, общество и государс твенная политика очень влияют на характер и действия человека. Выражая через Печорина «настоящее время», в котором жил Лермонтов, он собрал в св оем герое неисчислимое количество пороков. Следовательно, он хотел сказ ать, что обстоятельства времени его эпохи делают людей таковыми. Кого в « наше время» (время Лермонтова) называют героем? Кто достоин этого звания? Рассмотрим Печорина: он бесстрашен, ему никто не указ, ему пытаются подра жать (Грушницкий), он – герой! Но что кроется за этим званием, за образом «г ероя»? Неограниченное количество пороков, за которые не дадут звание гер оя. Каким хочет видеть автор настоящего героя и каким он его видит в реаль ности. Об этом и будет мой реферат. Печорин как герой своего времени. Печально я гляжу на наше поколенье! Его грядущее – иль пусто иль темно, Меж тем, под бременем познанья и сомненья, В бездействии состарится оно. М.Ю. Лермонтов "Герой нашего в ремени" - одно из лермонтовских произведений, в котором полу чили преломление напряженные раздумь я писателя об об щих закономерностях исторического развития человечества и об историче ских судьбах России. Но в романе, как и в стихотворении "Ду ма", внимание Лермонтова сос редоточено на современной ем у эпохе. Роман "Герой нашего времени", как и стихотворение "Дума", написан в т рагической тональности. "Наше время" в нем осмыслено как "переходный пери од". Последний рассматривается как эпоха национальной предыстории, как в ремя, когда народ еще не вошел в возраст зрелости, не овладел вековыми зав оеваниями мировой культуры и поэтому еще не готов к великим свершениям общечеловеческого значения на поприще культуры. ПЕЧОРИН – главный персонаж романа М.Ю. Л ермонтова «Герой нашего времени» (1838-1840). Современники, в том числе Белински й, в значительной степени отождествляли Печорина с Лермонтовым. Между те м автору важно было отмежеваться от своего героя. По словам Лерм онтова, Печорин - портрет, составленный из пороков цело го поколения – «в полном их развитии». В полне понятно, поче му «Журнал Печорина » для Лермонтова – «чужое произведени е». Если не лучшей, то центральной его частью являются дневниковые запис и П ечорина , озаглавленные «Княжн а Мери». Нигде Печорин так не соответствует образу, рас крытому автором в предисловии. «Княжна Мери» появилась позже всех остал ьных повестей. Предисловие, которое Лермонтов написал для второго издан ия романа, своей критической остротой, прежде всего, связано с этой повестью. Ге рой, которого он представля ет читателю, - это именно тот Печо рин , каким он показан на страницах «Княжны Мери». Критическ ий пафос последнего периода жизни Лермонтова в этой повести проявился о собенно ярко. На характер главного героя, очевидно, повлияла разновремен ность написания повестей. Сознание Лермонтова очень быстро измен ялось. Изменялся и его герой. Печорин в «Княжне Мери » уже не совсем тот, что появляется сперва в «Бэле», затем в «Фаталисте ». В конце работы над романом Печорин обрел ту в ыразительность, которая должна была довершить обещанный портрет. Дейст вительно, в «Княжне Мери» он предстает в самом неприглядном свете. Конеч но, это натура волевая, глубокая, демоническая. Но так его можно восприним ать только глазами юной княжны Мери и ослепле нного им Грушницкого . Тот н езаметно для себя подражает Печорину , пото му он так уязвим и смешон для Печорина. Между тем даже этот Груш н ицкий, ничтожество, по мнению Печорина , вызывает у него чувство зависти. И одновремен но, ско лько храбрости выказал Печорин в кульминационный момент д уэли, зная, что его соб ственный пистолет не заряжен. Печорин и впрямь проявляет чудеса выдержки. И читатель уже теряется : да кто же он - этот герой нашего времени? Интрига исходила от него, а когда жертва запуталась, он как будто и не виноват. Печорина называют странным человеком все пер сонажи романа. Лермонтов уделил много внимани я человеческ им странностям. В Печорине он суммирует вс е св ои наблюдения. Странность Печорина как бы ускользает от опр еделения, потому мнения о нем окружающих полярны. Он завист лив, зол, жесток. Вместе с тем великодушен, иногда добр, то есть способен по ддаться доброму чувству, благородно защищает княжну от посягательств т олпы. Он безупречно честен наедине с собой, умен. Печорин – талантливый писатель. Лермонтов приписывает замечател ьную «Тамань» его небрежному перу, щедро делясь с героем лучшей частью с воей души. В результате читатели как б ы привыкают многое из винять в Печорину , а кое-что и вовсе не замечат ь. Белинский защищает Печорина и фактически оправдывает ег о, поскольку «в самых пороках его проблескивает что-то великое». Но все до воды критика скользят по поверхности печоринского характера. Иллюстри руя слова Максим Максимыча: «Славный малый, смею вас уварить, только немн ого странен…», - Лермонтов смотрит на своего героя как на явление исключи тельное, поэтому первоначальное название романа – «Один из героев наше го века» - б ыло отброшено. Иными словами, Печор ина ни с кем нельзя смешивать, тем более с самим поэтом, как э то категорично сформулировал И.Анненский: «Печорин – Лермонтов». А. И.Ге рцен, говоря от лица «лермонтовского» пок оления, утверждал , что Печорин выразил «действительную скорбь и разорваннос ть тогдашней русской жизни, печальный рок лишнего, потерянного человек а». Герцен поставил здесь имя Печорина с той же легкостью, с какой он написал бы имя Лермонтова. По мнению В.Г. Белинского, лермонтовский роман – «это груст ная дума о нашем времени». В произведении поднята проблема судьбы волевой и одаренной личности в эпоху безвременья. По справедлив ому утверждению Б. М. Эйхенбаума, «предмет художественного изучения Лер монтова… личность, наделенная чертами героики и вступающая в борьбу со с воим веком». Герой проходит через всю книгу и остается неузнанным. Чело век без сердца – но слезы его горячи, красоты природы опьяняют его. Он сов ершает дурные проступки, но только потому, что от него жду т их. Он убивает оболганного им человека , а перед тем первый предлагает ему мировую. Выражая черты множественные, Печорин на самом деле иск лючителен. Дурные поступки способен совершать всякий. Сознавать себя па лачом и предателем – дано не каждому. Роль топо ра, которую п ризнает за собой Печорин среди людей, - совсем не эвфемизм, н е завуалированная мировая скорбь. Невозможно сделать скидку, что это выс к азано в дневнике. Исповедуясь, Печорин ужаса ется своей «жалкой» роли быть непременным участником последнего акта к омедии либо трагедии, но в этих словах нет и тени раскаяния. Все его сетова ния напоминают «жалкий» стиль Ивана Грозного, причитающего над очередн ой жертвой. Сопоставление не кажется преувеличенным. Цель Печорина – безраздельная власть над окружающими. Тем наст ойчивей он подчеркивает, что страдаем от скуки и «очень достоин сожалени я». Печоринскую скуку пытался опоэтизировать и развить поэт лермонтовс кой школы А . Григорьев, а в результате получила сь московская тоска с цыганскими гитарами. Печорин говорит прямо , что ему скучно – жизнь его «пустее день от о дня», говорить, будто в тон ти рану, называющему себя «п сом смердящим». Конечно, жертвы Печорина не ст оль кровавы, они прежде всего уничтожаются нравственно. Расшифровку иде и героя нашего времени надо искать в индивидуальном демонизме: «Собрань е зол его стихия». Во главу угла печоринского мировоззрения Лермонтов по ставил жажду власти, разрушающую личность. Разумеется, это только намече но Лермонтовым, и оттого его герой не имеет резких очертаний. В нем нет нич его хищного, напротив, много женственного. Тем не менее у Лермонто ва были все основания назвать Печорина героем буду ще го. Не то страшно, что Печорин и ногда «понимает вампира». Для Печорина уже отыскано поле д еятельности: обывательская среда, собственно, и есть это поле – среда др агунских капитанов, княжон, романтических фразеров – самая благоприятная почва для взращивания всево зможных «садовников-палачей». Это будет именно то, что Лермонтов назвал полным развитием пороков. Жаждать власти, находить в ней высшее наслажде ние – это совсем не то, что невольно разрушить быт «честных» контрабанд истов. Вот какую эволюцию проделал образ Печорина от «Бэлы» и «Тамани» до «Княжны Мери». Когда Белинский восхищ ается искрами величия пороков Печорина , он тем самы м как бы стремится очистить его образ от мелочных толкован ий. Ведь Печорин так живописно уподобляет себя матросу, рож денному и выросшему на палубе разбойничь его брига. В таком прочтении Печорин плох, потому что остальные еще хуже. Бели нский смягчает печоринские черты, не замечая вопроса, заданного героем с амому себе: «Неужели зло так привлекательно?» Привлекательность зла – т ак точно охарактеризовал Лермонтов болезнь своего века. Образ Печорина написан ни одной че рной краск ой. В конце концов, Печорин потерял свою худшую половину. Он – как человек из сказки, потерявший свою тень. П оэтому Лерм онтов не превратил Печорина в вампира, а оставил его челове ком, способным даже сочинить «Тамань». Вот этот человек, так похожий на Ле рмонтова, и заслонил тень Печорина. И уже невозможно разобрать, чьи шаги з вучать на кремнистом пути. Лермонтов набросал портрет, состоящий не из п ороков, а из противоречий. А главное, дал понять, что ту жажду, которой стра дает этот человек, не утолить из колодца с минеральной водой. Губительны й для всех, кроме самого себя, Печорин подобен пушкинскому анчару. Его тру дно представить среди желтеющей нивы, в русском пейзаже. Он все больше гд е-то на востоке – Кавказ, Персия. Роман «Герой нашего времени» «составлен» из отдельных сам остоятельных новелл. В целом он представляет собой систему, казалось бы, не связанных между собой эпизодов из жизни главного героя. Новеллистический принцип повествования способствует углубленной пси хологической характеристике героя. «Новелла» в переводе означает «нов ость», «новое»: так от Клавы к Клаве раскрываются новые грани противореч ивого характера героя и сложный мир эпохи 30-х годов XIX века – эпохи безвременья. Личная инициатива героя, выступ ающая в каждой главе своего рода экспериментатором, движет сюжет и при в сей «разорванности» повествования организует его в единое целое, образ уя единство мысли и единство чувства. Фрагментарная дискретность романа, построение его как слабо связанных между собой эпизодов и периодов жизни героя по-своему отражает «разорва нность» этой жизни. Она (эта жизнь) происходит на перепутьях, в погоне кажд ый раз за какой-то новой целью, в надежде на полноту человеческой жизни. Л ермонтов искал форму повествования органически, внутренне соответству ющую характеру главного героя. Дискретность повествовательной структуры давала автору возможность м енять ракурс изображения, «сводить» позиции, мнения, оценки, на пересече нии которых не только становился доступным загадочный Печорин, но разно сторонне освещались и явления действительности. Лермонтовский роман – произведение, рожденное последекабристской эпо хой. Героическая попытка «ста прапорщиков» изменить общественный стро й в России обернулась для них трагедией. Последекабристское десятилети е явилось сложным периодом русской истории. Это были годы реакции, полит ического гнета. Но в этот период напряженно работала мысль. Можно сказат ь, что вся энергия, накопившаяся в русском обществе и потенциально спосо бная перейти в действие, была переключена в сферу интеллектуальной жизн и. Русские образованные люди ставили перед собой цель выработать широки й взгляд на мир, постигнуть всеобщую связь явлений, понять закономерност и исторической жизни народов и смысл бытия отдельного человека. Их внима ние привлекли достижения немецкой классической философии (Шеллинга пе риода «Системы трансцендентального идеализма», объективного идеализм а Гегеля) и последние завоевания исторической науки. В десятилетие после 14 декабря 1825 года стремление к знанию в русском обществе было столь велико , что позволило видным представителям его, освоив достижения европейско й общественно-философской и исторической мысли, стать вровень с нею и са мостоятельно обратиться к разрешению насущных проблем русской жизни. Жизнь Печорина, как она дана в романе, не имеет общего направления. Она сос тоит из ряда разрозненных, эпизодических стычек с судьбой, которые не ск ладываются в единый «сюжет», как и не способствуют процессу духовного р оста героя. Один этап биографии Печорина не служит психологической подг отовкой другого, не способствует накоплению героем жизненного опыта, ко торый бы сохранялся на последующем этапе его развития. Жизнь Печорина представляет, по собственному его признанию, цепь постоя нных противоречий, которые возбуждают перед его сознанием, в общем-то, од ни и те же вопросы. Бесконечно варьируясь. Видоизменяясь, принимаю кажды й раз, в связи с изменяющимися обстоятельствами новую форму, эти вопросы так и не получают на страницах романа окончательного ответа. Предметом анализа романа и могут стать эти мучающие Печорина вопросы, р ешению которых он отдал свою жизнь. «Бэла», «Максим Максимыч». Как и Онегин, Печори н – явление чисто русское, порожденное обстоятельствами русской жизни и общей культурной атмосферой 30-х годов. «Герой нашего времени» создавался в тот период, когда русс кая литература выходила из романтизма и вступила на пути реализма. И ест ественно, что герой лермонтовского романа, явившись ближайшим литерату рным потомком героя романтиков, наследовал характерные его черты, его пр едставления, его идеалы. Все это осложнилось в его сознании новыми идеям и нового времени. Печорин, в отличие от Онегина, предельно активен. Обстоятел ьства, с которыми он сталкивается в жизни, пробуждают его внутреннюю эне ргию, заставляют действовать, подчинять их себе. Исследователи романа уже неоднократно отмечали, что «В действенности П ечорина нашла отражение лермонтовская концепция личности. Проблема де йствия, соотношения необходимости («судьбы») и свободной активности чел овека («воли») составляем важную грань проблемы личности в «Герое нашего времени». Она имела актуальный общественно-политический смысл. С ее реш ение был связан вопрос об активности человека, о возможности преобразов ания действительности» Сейчас очень важно увидеть все противоречия, которыми изобилует характ ер Печорина. В «Бэле» эти противоречия раскрываются через прямую характ еристику, которую дает Печорину Максим Максимыч, через «исповедь» Печор ина Максиму Максимычу, через поступки самого Печорина. Важно попытаться понять истинную цель поступков Печорина, хотя она, на первый взгляд, объя снена в «исповеди» Печорина. Увидеть ее в «Бэле» очень трудно, она восста навливается по еле заметным деталям, которые в повести, взятой отдельно, вне контекста романа, просто необъяснимы. Эта цель – решение некоего во проса, который неотступно стоит перед Печориным и который станет понятн ым читателю только в «Фаталисте», так как примет завершающий вид будет о бличен в словесные формулы. Наконец, важно услышать тональность повести, чтобы осознать ее место в к омпозиции романа и хронологии событий. Итак, каким предстает перед нами Печорин как характер в «Бэле»? Первую характеристику дает ему Максим Максимыч. В его оценке Печорин «ст ранный» человек, с которым «должны случаться разные необыкновенные вещ и». И действительно, многое, что мы узнаем о Печорине, несоизмеримо одно с другим. Печорин прислан в крепость по «казенной надобности», он «переведен» из России, служит здесь по чьей-то воле, а затем будет «назначен» в другой пол к и уедет в Грузию. Сразу же обращает на себя внимание «страдательное» значение слов: «прис лан», «по казенной надобности», «переведен», «велено остаться». Печорин здесь как будто бы лицо пассивное. Однако на протяжении всего повествова ния нет ни одного поступка Печорина, совершенно «по казенной надобности »; все, что он делает, он делает по «личной надобности». Печорин – дворянин, аристократ, «должно быть, богатый человек». Но свой д ворянско-аристократический статус он воспринимает иногда не «аристокр атически». Вспомним его отношение к «шпаге», когда «Максим Максимыч приш ел наказать его за похищение Бэлы». Печорин погубил Бэлу и всю ее семью, причем сделал это не своими руками, а руками других людей: Азамата, Казбича; втянул в эту историю Максима Макси мыча, причинив старику неимоверные страдания. Но он глубоко переживает н равственные издержки выбранной им жизненной позиции, и если является пр ичиной несчастья других, то «и сам от этого не менее несчастлив». Бэла и ее семья становятся жертвой своеволия Печорина, его безудержного эгоизма и индивидуализма. Но, делая своими жертвами других людей, он и себ я не щадит. Он создает и себе экстремальные ситуации, когда на карту поста влена его жизнь Он готов в случае неудачи в деле «завоевания» Бэлы искат ь смерти, гоняясь «за пулей или ударом шашки». И это не игра. Хотя ситуация искусственная, «сделанная» им, рискует он всерьез. Здесь надо поверить М аксиму Максимычу, убежденному в искренности замыслов Печорина, хотя ист инный смысл его намерений и поступков старику непонятен: «Таков уж был ч еловек, Бог его знает!» А разве не риском был вызов Казбичу, которого Печор ин лишил и Бэлы, и коня! Недаром Максим Максимыч чувствует свою вину в том, что пересказал Печорину разговор Азамата и Казбича, где Казбич пел песню любви своему Карагезу. Несомненно, жестокостью было вырвать Бэлу из ее среды, из естественного течения ее жизни, разрушить гармонию неведения и неискушенности, но како е-то мгновение дать ей ощущение полной жизни и любви, показать, что есть и иная жизнь, кроме той, какую знали женщины черкешенки. Это было жестокост ью потому, что вело к неизбежной гибели в случае пробуждения. А оно было не за горами: Печорину очень скоро стало скучно, и Бэла была обречена. Просто душный Максим Максимыч подвел итог этому «эксперименту»: «Нет, она хорош о сделала, что умерла…». Но если внимательно прочитать сцену «приручения » Бэлы, то можно увидеть, что Печорин над ней ставит сознательный экспери мент. Ему важно не только подчинить Бэлу своей власти, но и проникнуть в та йные пружины ее поведения. Он испытывает, насколько свободен и несвободе н в своих поступках человек. Он не только сам предельно активен, но и хочет вызвать активность в других людях, подтолкнуть их к внутреннему свободн ому действию. Печорин не вмешивается в принятие человеком решения, предо ставляя ему возможность свободного выбора хотя не равнодушен к его резу льтатам. Итак, уже в этой повести видно, что Печорин – воплощенное противоречие. О трицательные и положительные начала в душе Печорина – диалектические противоположности. Их борьба – это и сеть сам герой. Именно в постоянном противоборстве противоположных начал, а не в их равновесии или победе од ного над другим заключается сама суть Печорина. Можно ли уже сейчас увидеть истинные цели поступков Печорина? В какой-то мере – да. Он сам объясняет Максиму Максимычу, что поступок с Бэлой – эт о стремление утолить ненасытное сердце. Наблюдая его «эксперименты», мы убедились, что цель их – дать возможность себе и другим сделать выбор в у словиях свободы, полагаясь только на свои силы. Это не разрозненные цели, а разные грани одной, главной, увидеть которую в «Бэле» чрезвычайно труд но. Еще раз обратим внимание на композиционное обрамление истории с Бэлой, н ачало и конец этой истории. Бэла произносит «комплимент» гостю – Печори ну, который заканчивается словами: «только не расти, не цвести ему в наем с аду». Это начало. А вот конец: в ответ на соболезнующие, утешительные слова Максим Максимыча Печорин засмеялся, и от этого смеха бедному старику ст ало страшно. Он, разумеется, объяснил это «странностью» Печорина. Усложненность сознания Печорина обусловлена исторически , так же как исторически обусловлена и его трагическая судьба. Лермонтов ский герой – сын иного времени – лишен славного жребия декабристов. Он гибнет от тоски, от отсутствия сферы, где бы нашли реализацию его активно сть и великие возможности. Предельная активность сменяется у Печорина глубокой депр ессией. Именно здесь нравственно хоронит он себя: «Мне осталось одно сре дство: путешествовать…авось где-нибудь умру на дороге!» Из этой депресси и Печорину уже не суждено выйти, и повесть заканчивается на очень печаль ной ноте. Человек, наделенный «чудесной душой и золотым сердцем» (Бе линский), Максим Максимыч легко и быстро привязывается в людям, и сам, один окий и лишенный человеческого тепла и сочувствия, мечтает о людском учас тии. Ему тяжело и больно, что Бэла, к которой он привязался как к дочери, пер ед смертью о нем не вспомнила. Ему обидно до слез, что Печорин, кого он помн ил и чьи записки всюду возил с собою в надежде возвратить их владельцу, от несся к нему при состоявшейся, наконец, встрече холодно и равнодушно. Характер Максима Максимыча по замыслу поэта должен был воплотить в себе положительные задатки, таящиеся в русском народе, не вышедшем еще из ста дии духовного детства, и в то же время обнаружить отрицательные стороны неприобщенности народа к завоеваниям культуры. Второй небольшой очерк романа – «Максим Максимыч» усилив ает это настроение ожидания гибели. Здесь Печорин оставляет свои записк и, ставшие, на его взгляд, ненужными, незначительными, как и вся прожитая ж изнь. Значит, записки, которые в романе названы «Журнал Печорина», сделан ы раньше, чем произошла история с Бэлой. Значить, это история была последн ей в хронологической цепи событий (не считая встречи с Максимом Максимыч ем, где Печорин не только не проявляет никакой активности, но даже старае тся нейтрализовать активность старика). Вот в таком состоянии подошел Печорин к итогу своей жизни. То, что это итог , мы узнаем из «Предисловия» к «Журналу Печорина». В дальнейшем мы будет ч итать уже о человеке, который умер по дороге из Персии. И второе, немалова жное для нас обстоятельство: мы прочтем повести, автором которых являетс я Печорин. Это ли не доказательство творческой активности героя? Причем направленной на самопознание, а самопознание в контексте всего романа я вляется важнейшей ступенью в познании жизнь и людей. Самопознание – выс шая ступень в развитии личности – ее переход к самоопределению. «Тамань» Прежде всего обращ ает на себя внимание лирическая окраска повествования в сравнении с пре дыдущими новеллами и сочетание лирических и объективно-драматических элементов. Заметим, что этому соответствует раздвоение героя: в одно и то же время он смотрит на себя и глазами участника событий, и глазами повест вователя, вновь переживающего и анализирующего эти события. «Тамань» в « Журнале» самая лирическая новелла Печорина. Действие «Тамани» развивается живо и стремительно. Экспозиция заключе на всего в двух фразах, которые сразу вводят в содержание этой краткой по вести, «Тамань – самый скверный городишко из всех приморских городов Ро ссии. Я там чуть-чуть не умер голода, да еще вдобавок меня хотели утопить». Но вполне ли соответствует дальнейшее развитие действия этому введени ю? В действительности Печорин расскажет только о том, как его чуть не утопи ли, но ничего не будет сказано о том, как он чуть не умер с голода. Это «неувязка» уж в экспозиции не мелочь, это знак импульсивной, перемен чивой, противоречивой природы повествования, которое запечатлело непр едсказуемые перепады настроения самого героя. И это видно уже на первой странице повести. Читаем первый абзац. Обратим внимание на те слова и словосочетания, кото рые рисуют состояние героя, приехавшего в Тамань: «поздно ночью», «устал ую тройку», «я три ночи не сал, измучился», «хоть к черту, только к месту», «д олгого странствия по грязным переулкам». Итак, герой измученный, голодны й, три ночи не спавший. Что же делаем он, наконец добравшись до места? Он очень внимательно рассматривает окружающую его картину. Для того, что бы увидеть такие подробности, нужно время, усилие внимания. Значит герой вовсе не спешит устроиться на ночлег. Затем его внимание приковывает сле пой мальчик. Характерная деталь: «Я засветил серную спичку и …» Казалось бы за этим должно следовать: «вошел». Однако дверь в хату открыта, а челов ек, мечтающий только о сне, не торопится войти. Фраза продолжается совсем иначе: «…и поднес ее к носу мальчика: она озарила два белые глаза». Обратим внимание: Печорин вначале засветил спичку, а потом увидел, что мальчик сл еп. Значит не слепота, что, конечно, редкость, а просто человек на дороге пр ивлек его внимание. Слепота же словно служит удобным предлогом медлить: «Я начал рассматривать», «долго я глядел на него», «спросил я его, наконец ». Но вот герой, наконец, вошел. Что же происходит? Герой ведет себя странно для человека, не спавшего три ночи и завтра поут ру собирающегося уехать: он разбирает вещи, раскладывает их по местам. Ни как не может заснуть, образ мальчика не дает покоя. И дальше Печорин ведет себя не менее странно. Зачем Печорину понадобилось выслеживать слепого, для этого карабкатьс я по крутизне, прятаться и т.п.? Зачем надо было надевать бешмет и опоясыва ть кинжал, если ни жизни, ни имуществу мальчик не угрожал? Ответ на этот вопрос не во внешних обстоятельствах, а в самом Печорине. От вет этот есть в повести, и мы до него дойдем. Итак, никакой практической необходимости Печорину вести себя так, как он вел, не было. Одно чистое «любопытство». Вскоре, однако, любопытство смен яется тревогой. И странности еще больше нагнетаются. В чем они? Мучился любопытством, тревожился, не спал, «насилу дождался утра». И что ж е? Наступает утро, и герой забывает обо всем: он любуется видом из окна, иде т узнавать о возможности отъезда из Тамани, возвращается сердитым и угрю мым, оттого что такой возможности вскоре не предвидится. Это состояние е го понятно, но оно никак не сочетается с ночным «любопытством». Тема трев оги остается, но она передана денщику, а тревога денщика совсем не трогае т Печорина, он как будто не понимает состояния денщика. Но вот новый прилив «любопытства», новые расспросы старухи хозяйки. И, на конец, фраза: «Мне это надоело, и я вышел, твердо решившись достать ключ эт ой загадки». Дальше можно ожидать интенсивно развития этой истории со слежкой, погон ей, выстрелами и т.п. Однако… Герой, выйдя из хаты, пускается в воспоминани я совсем иного рода и вообще «забылся». Мало того, твердя решимость разга дать загадку больше никогда не вспомнится герою; все, что произойдет дал ьше, произойдет не по его воле. Обратим внимание на то, что от воспоминаний Печорина проб уждает песня ундины о море, воле, белопарусниках. Ис следователи романа с символикой волн, моря, белого паруса связывают лирический подтекст «Тамани», в контекс те которо го воспоминания Печорина приобретают особу ю значимость и придают повествованию особую элег ическую тональность: здесь и тревожн ое разочарование, и страстная тоска, и мрач ная отрешенность. Появляется девушка, к которой герой чувствует сил ьное влечение. Однако влечение знает не одни лишь приливы: с од ной стороны: «моя певунья», «было для меня обворожительно» , «свел меня с ума»; но здесь же звучит второй голос, и он явно ироничен: рассуждение о «породе», «с ума свел», «правильный нос, который в России реже маленькой ножки». Такое впеч ат ление, что в герое два человека, и один наблюдает за другим, переводя на раз умный, понятный язык чувства и настроения. «Правильный нос» ундины «свел с ума» героя очень н ена долго. Уже в сумерках он пьет чай, забыв о своей унди не, ина че ее появление не заставило бы его вздрогнуть. Кроме того, прозаическое и конкретное сообщение о «втором стакане чая» дает почувствовать, что состояние героя дале ко от романтичес кого. Но при виде девушки интерес к ней вспыхивает с новой силой. От былой иронии не остается и следа. Это ли рическая вершина повести, где звучит чудная мелод ия, напоминающая стихотворение «Морская царевна». «Ли цо ее было покрыто тусклой бледностью, изобличавшей волнение душевное; р ука ее без цели бродила по столу, и я заметил в ней л егкий трепет; грудь ее то высоко поднималась, то, казало сь, она удерживала дыхание». И вдруг без всякой подготовки читатель проваливается в холодную расщелину: «Эта комедия начинала мне надоедать»... Чему же верить? «Неизъяснимому смущению» перед «чудно- нежным» взором или насмешке над надоевшей комедией? И царствует в душе какой-то холод тайный, к огда огонь кипит в крови. Это сопоставление с «Думой» тем более важно, что в повести, как и в стихотворении, эти два состоя ния следуют не одно за другим, а одновременно. Ведь прежде, чем почувствов ать, что «комедия» начала надоед ать, надо было осознать, что это «ко медия», и это сознан ие жило в нем все это время, пока дли лось «неизъяснимое смущение». И «сму щение», и скепсис со шлись в одной временн ой зоне. И опять слышны д ва голоса звучащие одновременно. В финале эпизода звучат слова: «Только т ут я опомнился». Разве только тут. А «комедия»? Итак, один голос повествует о естественном ходе событий, а д ругой — о «личном» ритме героя. И эти голоса не совпада ю т. Ритм героя скачкообразный, с крутыми колебаниями, от острого любопытства до полной безучастности. Далее противоречия опять бросаются в глаза: герой с боль шой неохотой, со всевозмож н ыми предосторожностями идет на ночное свидание, еле опасаясь от гибели, но, спасшись, оп ять крадется, и вслушивается, и смотрит, «подстрек аемый любо пытством» (вот оно, это слово); ощущает свою в ину за то, что явился причиной драмы этих людей, особенно слепого мальчик а (чтобы слышать, что мальчик плакал «долго-долго», нужно слушать этот плач «долго-долго»), и вдруг произносит фразу, которой заканчивается повесть. «Да и какое дело мне до радостей и бедствий человеческих, мне, странствующе му офицеру, да еще с под орожной по казенно й надобности! ..» Какая интонация звучит в этих словах? Слова произнесены с горькой иронией. Что именно в этой фразе придает ей такую иронию? Обратим внимание: «какое дело» «до радостей и бедствий человеческих» не просто «м не», а «мне, странствующему офи це ру, да еще с подорожной по казенной надобности». Зачем это добавление? В качестве информации это не играет роли. То, что он офи цер, путешествующий по казенной надобности, мы узн али еще в начале повести. Значит, есть в этом иной смысл? Логика этой фразы такова, что странничество и «люб опыт ство», интерес к людям взаимоисключающи. А в повес ти не просто показан, а подчеркнут кочевой, служебный характер жизни героя: и чай по-походному, и дорожная трубка, и требо вание казенной квартиры. Но, с другой стороны, какая «каз ен ная надобность» повела его по следам слепого мальчика? Печорин — странник душой, и именно любопытство превра щает его в такого странника . Всем своим поведением он пока зал, что ему есть дело «до ра достей и бедствий человеческих». Так откуда же горечь и ирония? Перечитаем предпоследний абзац: «мирный круг чес тных контрабандистов», «гладкий источник», «их спокой ствие». Здесь, что ни слово — то противоречие. Жизнь контраб анди стов преступна, полна опасн ости (стоит только вспомнить лод ку, плывшую по буш ующему морю, людей, покидающих дом из-за угрозы разобла чения). Разве Печорин не знает этого? Он сам наблюдает за д ви жением этой лодки «с невольным биением сердца»; он са м дразнит девушку упоминанием о коменданте. И, тем не менее, на первый план он выдви гает «мирную» сторону их жизни, г ладкость и покой. Почему? Уж не зависть ли это? Зависть к жизни преступной, опасной, но все же жизни, со своим укла дом, бытом, ри тмом, домом, человеческими связями? (Вспом ним опять, как раскладывал он вещи в хате, намереваясь про быть в ней всего несколько ча сов — не тоска ли это по дому, по быту?). Себя же назыв ает он «камнем», нарушившим это спокойствие. Хотел он этого? Нет. Иначе ему не было бы так грустно. Полу чилось это случайно? Нет, он был слишком акти вен. Остается одно: ему хотелось быть с ними. Он потому и странствовал за ними, что хотел перестать странствова ть, устал от неприкаянности, от бездомности. Он хот ел их жизни, жизни, которой правит не «казенная надобно сть», а собствен ная воля. Но ничего не вышло. Та жизнь вытолкнула его, и он вно вь обречен на странствия. Даже к исходной точке он не возвра щается. Если поначалу он был владельцем каки х-то личных вещей, если были какие-то связи (кинжал — подарок прияте ля), то и их не стало. Его вмешательство привело к тому, что из жизни вытолкнуты и другие люди. Невыразимым сочувст вием к слепому м альчику проникнута сцена расставания с ним Янко и унди ны. Что же, кроме горечи, иронии может звучать в послед ней самооценке? Если положено тебе судьбой быть странником — буд ь им. Любая твоя попытка сломить судьбу приведет к тому, к чему привела. Но разве причина такого финала заключалась только в со противлении конт рабандистов? Конечно, контрабандисты — это не его круг. Потому они и сопротивляются так отчаянно. Но вспомним Бэл у. Она любила Печорина, и ее сопротивление было быстро сломано — а ре зультат тот же. (Может быть, оттого и странный смех Печо рина, от которого у Максима Максимыча «мороз пробежал по коже»). Еще не столкнувшись с объективным сопротивление м, Пе чорин споткнулся о внутреннюю перегородку. Он пер вый ска зал жизни: надоело. После сцены чаепития он действует уже машинально, будто по обязанности, отвечая просто на вызов конкретной жизненной ситуации. Был момент, когда душа могла избавиться от своего стран ничества, но «царствует в душе како й-то холод тайный», а этот момент обернулся «комедией», которая начала «надое дать». После этой сцены в не м чувствуется надлом. Событий ный сюжет начинае т стремительно раскручиваться, с пешит к кульминации и развязке, но для гер оя пик внутреннего инте реса к происходящему уже пройден. Событийная «загадка» оказалась несложной. Но подлинная загадка: как преодолеть силу судьбы, как избавить душу от странничества — вновь не поддалась. «КНЯЖНА МЕРИ» В повес тях «Бэла», «Максим Максимыч» и «Тамань» Печо рин н аходится в самом тесном соприкосновении с простыми людьми и людьми «ест ественными» — горцами. И как бы эти люди не отлича лись друг от друга — «смирные» или «хищные», — их объединяет то, что по отношению к Печорину они — дру гой социаль ный круг. Печорин всюду оказывается чужим, при шельцем из другого мира, вн осящим смятение, раздор и стра дания, нарушающим естественный, традицио нный порядок жи зни, ход ее событий. Печорин принадлеж ал к высшему петербургскому обществу. Юность его прошла в удовольствиях , которые можно достать за деньги, и они ему скоро опротивели. Светская жиз нь с ее обольщениями тоже надоела. Он начал читать, учиться, и очень скоро убедился, что в том обществе, которое его взрастило, наука не может дать че ловек ни счастья, ни славы, в которых он видел смысл бытия. Жизнь обесценил ась в его глазах, и его одолели скука, тоска – верные спутники разочарова ния. С этого момента Печорин возвращается в социально близ кую ему среду. Здесь даже восстанавливаются некоторые свя зи: Грушницки й — давний приятель, княгин я Лиг овская (со общает Печо рину, что знала его мать и была дружна с его тетушками). Что изм енилось в его отношении с окружающими? Он , более чем когда-ниб удь, чужой и неприкаянный. Его влечет к общению с людьми, он по-прежнему полон любопыт ства, но в то же время ироничен, насмешлив и колок. После объятий с Грушницким он сообщает о нем такую истор ию и с такой интонацией, что и у читателя не возника ет к нему ника кого уважения. В решительный драмат ический момент никого не осталось рядом с Печорин ым, только Вернер оказывается способным откликнуться. В этой повести Печорин так же деятелен и активен, как и раньше. Отличаются ли чем-нибудь его поступки в новой ист ории от тех, что были описаны в первой части? Новелла «Княжна Мер и» раскрыва ет коллизию добра и з ла в образе Печорина и два его н ачала — высокое «демоническо е» и обыденное, «земное». Два слоя намечаются и в са мосознании героя. «Высшее начало», демоническое, у лавливается другими персонажами. Так, в монологе Веры видна «программа» харак тера Печорина, и в ней Печорин не случайно на поминает лер монтовского Демона. Но если в поэме «Демо н» борьба добра и зла носит титанический характер , то в романе, в среде «водя ного общества», конфликт во в нешнем плане мельчится, а са ма борьба захватывает характеры ничтожные и опус кается до уровня оскорбленного мел кого самолюбия. В первой части Печорин вел себя, как своевольный э гоист, себялюбец, но его поступки были «крупными», могли объяс няться страстью, любовью, желанием общения , близостью с людьми. В «Княжне Мери» многие его п оступки «мелкие» . Он подслушивает , подсматривает , перетягивает к себе слушателей от кн яжны, чтобы ее позлить; перекупает на ее глазах ков ер и проводит мимо ее окон свою лошадь, покрытую эт им ковром. И все это ради чего? Ведь он не любит Мери, не собирается ее обольщать, значит, и с Грушницким ему делить нечего. Так какова ж е цель его поступка? В за писи от 3 июня Печорин пишет о стремлении утвердить свою волю, подчинить ей других людей и обстоятел ьства. Этой цели соответствует другая цель , увид еть которую сложно. Можно предложить цепь во просов, которые помогут понаблюдать за поведением Печорина. Каков результат печоринских экспериментов над к няжной Мери и Грушницким? Результат трагический: Грушницкий убит, жизнь кня жны разбита; сам Печорин чувствует, что оставил за спиной пепели ще. Возвращаясь с дуэли, Печорин увоз ит «камень на сердце», видит «тусклое» солнце. Покидая Кисловодск, видит на дороге труп коня с воронами на спине. Последнее, что слышит от Груш ницкого и княжны, — это слова о ненависти к нему. Но это крупным планом. А теперь попристальней. Чего до жид ается Печорин, слой за слоем снимая с Грушницкого его наряд и ста вя его в истинно трагическую ситуацию? Он хочет добраться до душевного ядра бывшего прия теля, разбудить в нем человека. Он готов все прости ть за признание Грушницким своей подлости. При этом Печорин не дает себе ни малейших преимуществ в организуемых им «сюжетах», требующих и от него, и от его партнеров максимального напряжения сил. В дуэли с Груш ницким он преднамеренно ставит себя в более сложные и опас ные условия, стремясь к чистоте своего экспе римента . Г рушн ицкий перед смертью говорит: «Я себя презираю...» Ну что же, это верная самооценка. Грушницкому стала доступна истина. Этого и добивался Печорин, только удов летворе ния это ему не принесло. Чего же он добился в другом жестоком эксперименте с княжной? Он поставил ее на порог совершенно иного этапа в жиз ни. После мучительных уроков Печорина ее уже никогда не обманут Грушницкие. Она обречена теперь всех , встречающих с я на ее пути людей , невольно срав нивать с Печориным. А та ких людей мало, и они не при носят счастья. Теперь ей покажут ся сомнительными самые незыблемые кано ны светской жизни. Однако перенесенные ею страдания — обвинение Печорину. Итак, Печорин не просто утверждает свою волю , п ри этом он б езжалостно разрушает «гармонию неведения», иллюзорные представления о жизни, сталкивая их с реальностью. Поняв проз рачность счастья, отказываясь от него сам, Пе чори н заставляет понять это и сталкивающихся с ним людей. Он враг сладостных, но бес человечных идеалов. «3а чем же надеяться? — говорит он 'Грушницкому, разозленному равнодушием Мери,— желать и добиваться чего-нибудь — по нимаю, а кто же надеется?» «Для него польза и нравствен ность только в одной истине». «Действительное стр адание луч ше мнимой радости», — писал Белинский. Печорин сам под тверждает это в одной из своих исп оведальных дневниковых записей, хотя, по обыкнове нию, вовсе не ставит себе это в за слугу: «Из чего же я хлопочу? Из зависти к Грушницкому? Бедняжка! Он вовсе е е не заслуживает. Или это следствие то го скверног о, но непобедимого чувства, которое заставляет нас унич тожать сладкие заблуждения ближнего, чтоб иметь мел кое удовольствие сказать ему, когда он в отчаянии будет опр а шивать, чему он должен верить: «Мой друг, со мною было т о же самое, ты видишь, однако, я об едаю, ужинаю и сплю пре спокойно и, надеюсь, сумею умереть без крика и слез!» (За п ись от 3 июня). Вторга ясь в чужие судьбы со своей сугубо независимой лич ной меркой, Печорин , как бы провоцирует дре млющие в них до поры до времени глубинные конфликт ы между социальным, то есть обусловленным средой, воспитанием, и личностно-челове чески м началом. И этот конфликт необходим для пробужде ния человека в человеке. Значит цель Печор ина благая и гуманная? Но этот конфликт стано вится для люде й источником стра даний и жизненных катастроф. Печорин благие цели достигает отнюдь не благими средствами. Он нередко пер еступает грань , отделяющ ую добро от зла, свободно меняет их местами. И происходит так, что, утверждая свою волю, свою свободу, с вое до стоинство, Печорин попирает чужую волю, сво боду, достоинст во. Его подлинно независимое созн ание, его свободная воля переходит в ничем не ограниченный индивидуализм. Он и схо дит только из своего «я» . Отсюда реальная опасность для Печор ина — стать Грушницким, Белинс кий был прав, когда п исал о том, что Печорин порой впадал в Грушницко го, впрочем «более страшного, чем смешного». «Герой нашего времени» — Печорин, как бы балансирует между трагедией и комеди ей. Это, как за метил критик, связано с тем, что писатель изобразил перехо дное состояние духа, «в котором для человека все старое разрушено, а ново го еще нет, и в котором человек - есть только возм ожность чего-то действительного в буду щем и соверш енный призрак в настоящем». Лермонтов изобразил Печорина жертвой среды и вместе с тем предста вителем среды. Как человек Печорин вызывает сочувствие и сожаление, как тип русской жизни, он подве ргается критике и осуждению. С этим связана иро ния Лермонтова, но она относится к личности героя только в той степе ни, в какой он сам является зеркалом общества. Главный ир онический акцент поставлен не на Печорина, а на «печоринстве», как явлении. Вот по чему так непр иятен Печорину Грушницкий — пародия на «Героя нашего времени». (Об авторской иронии см. указанную работу Б. Эйхенбаума). Таким образом, в по вести ста лкиваются две «правды» , не знающая пределов духовно - нравственна я свобода личности и необходимость уважения прав и достоинства другой, даже са мой н езаметной личности. И на одной дороге этим двум «правдам» не разойтись . Без диалектического единства носителям этих «правд» предстоит при столкновении погибнуть: духовно ил и физически. И восстающий против морали современного ему обще ства, ценящий более всего свою свободу, подчиняющи й своей воле всех окружающих, Печорин, по своему собственному призна нию, «играл роль топора в руках судьбы». Человек, прене бре гающий чужой свободой, рано или поздно теряет свою. Печорин, вступая в ж изнь, мечтал прожить ее как Александр Великий или Байрон. Жажда героичес кого, идеал подвига – это то, что вытекало из его максималистских воззре ний на мир и на человека. В 30-е годы в связи с попытками постигнуть логику вс емирной истории и соотнести национальную историю с историей мировой во зрастает интерес к тем выдающимся личностям, чьи деяния приобрели общеч еловеческое значение. Отсюда становится ясным, что выбор имен Александр а Македонского и лорда Байрона, к которым апеллирует лермонтовский геро й, для него не случайность, этот выбор обусловлен духом времени. «ФАТАЛИСТ». Схватка г ероя романа с судьбой наиболее прямое выраже ние получ ает в «Фаталисте». Вопрос о предопределении – вопрос философский. Но в 30-40-е годы прошлого ве ка в связи со сложными условиями исторической жизни общества он утратил отвлеченный характер и приобрел в глазах людей особый интерес. Вовлекая Печорина в спор о судьбе, Лермонтов отвечал каким-то острым потребностям времени. Автор рассматривает проблему с вободы и необходи мости очень многогранно. Он вар ьирует ее от новеллы к новел ле, от одного образа к другому, пытливо всматриваясь в ее многообразные реал ьно-жизненные проявления. И в отноше нии к этой про блеме в романе сталкиваются самые различные пози ции и «правды». Вот некоторые из этих «правд»: ничем не ограниченная свобода человека, подчиняющаяся только его хотению, воле — и полная зависимость от судьбы, ро ка, пред определения; активное противодействие че ловека его среде, условиям жизни — и социально-ис торическая детерминирован ность его характера и всего жизненного пути; свободные поры вы чувства, мысли — и сковывающая их сила традиций, при вычек; личная, «собственная надобность» — и казенная, слу жебная необходимость , не знающая пределов свобода лично сти — и необходимость уважения прав и достоинства другой, самой незаметной личности. Все эти и другие оттенки единой проблемы получают многообразное воплощение в ро мане. По «казенной надобности» скитается на Кавказе Пе чорин, но он всюду стремится утвердить «собственн ую надобность», утвердить свою волю, подч инить ей людей и обстоятельства, пренебрегая волей и достоинством других людей, он в то же время стремится побудить этих людей к свободному волеизъяв лению. Даже Максим Максимыч втягивается в орбиту философс ких проблем: когда он впервые бросил дела службы для «соб ственной надобности», « и как же он был вознагражден!» Проб лема свободы и необходимости в сплывает даже в эпизодах с третьестепенными персонажами такими, как яро славский му жик («Бэла»), не слезший даже с облучка при о пасном спуске с горы Крестовой: «И, барин! Бог даст, не хуже их доедем, ведь нам не впервой». Здесь сталкиваются и удаль челове ка, и вос питанная веками покорность судьб е. Наиболее пол но эта проблема поставлена в «Фаталисте». Повесть начинается с философского спора. В чем его суть? Офицер ы говорят о «мусульманском поверии», о существо вании судьбы и о том, что среди христиан это поверие находит много поклонников. Сто ронником фатализма выступает Вулич , и Печорин заключает с ним пари. Но здесь важен не философский спор сам по себе, а оп реде ление в ходе его характера Печорина. Как же возде йствует поступок Вулича на Печорина? На како е-то время Печорин начинает верить в судьбу, хотя его см ущает печать смерти на лице Вулича. Чтение следующего эпизода дает возможность увид еть, как крепнет в Печорине убеждение в существова нии предопределе ния, хотя это убеждение существовало всего несколько часов, в этот вечер. Однако что же, х отя бы и в продолжение этих н ескольких час ов, отличает Печорина от Вулича? Стоило этому убеждению поселиться в Печорине, как он тут же стал подвергать его сомнению , и в теоретических рассу ждениях («мне стало смешно, когда я вспомнил, что были лю ди премудрые, думавшие, что светила небесные принимают участие в наших ничтожных спорах...»), и в практических дей ствия х («...отбросил метафизику в сторону и стал смотреть под ноги»). И, наконец, третий эпизод, когда Печорин, «подобно В ули чу», решает испытать судьбу. Но «подобно» ли Вуличу действует он? Вулич, к ак истинный фаталист, в самом деле целиком вве ряе тся року, без всяких приготовлений спускает курок. Совсем иначе действует Печорин. Он совершает свой поступок пре дельно расчетливо, заранее все взвесив и предусмотрев мно жество обстоятельст в и деталей; Здесь можно вспомнить, где еще мы наблюдали такое двой ственное, противоречивое поведение Печорина, ставящего на карту свою жизнь и тщательно при этом рассчитывающего все д етали. В «Бэле» он готов уйти под пули, если Бэла не любит его, но предварительно в течение долгого времени «при ручает» ее. В «Княжне Мери» он стоит под дулом пистолета Грушниц кого на краю пропасти, как сам же предложил, но принимает такую позу, чтобы по возможности избежать паде ния. Таким образом, если можно говорить о фатализме Печори на, то как об особом , «действенном» фатализме. Не отрицая наличия сил и закономерностей, во много м определявших жизнь и поведение человека, Печорин не с кло нен на этом основании лишать себя и других сво боды воли, как бы уравнивая в правах первое и второе. Печ орин постоян но действует как духовно независима я личность, опираясь в своих действиях прежде всего на себя, на свой разум, волю, чувства. И отчет он дает прежде вс его себе. Он совмещает в себе несовместимое: веру в судьбу и опору только на себя. И это одновременно. Вполне серьезно звучит утверждение Печорина, что он сам не знает, что в нем берет верх: фа тализм или критицизм: «...не знаю , верю ли я предопределению или нет, но в тот вечер я ему твердо ве рил». Итак, все его стычки с судьбой, все его эксперимент ы были проверкой на прочность судьбы и себя. Он пос тоянно решал один из сложнейших вопросов человеч еского бытия: судьба или я, моя воля, мой разум. Эта новелла особая. Она имеет явно выраженную инто на цию конца, итога. Тональность ее целиком мажорн а. В ней нет надрывов, потрясений, жертв Печорина, х отя он подвергает се бя и других такой же опасности, как и везде. Показательно, что именно здесь Печорин — единственный случай в романе — не противопоставлен простому человеку, а в чем-то с ним сбли жается (диалог с Максимом Максимычем в конце повести), и в некоторых случаях становится нравственно выше: ведь еса ул, тоже испов едующий фатализм, предлагает пристрелить казака через щель, несмотря на то, что здесь же стоит мать. Поэтому чрезвычайно важно, чтобы учащиеся не восп риня ли здесь Печорина как героя, пришедшего к как ому-либо ито гу, а судя по эмоциональному настроен ию повести — итогу по ложительному; как героя «изменив шегося», «исправившего ся», пришедшего к верному пониманию диалектической связи двух начал: судьбы, фат ума и личной воли. Стоит еще раз посмотреть на события, описанные в повес ти. Печорин не дал пристрелить казака и пленил его, рискуя жизнью. Можно л и говорить о благородстве Печорина? Очевидн о нет, так как благородный поступок предполагает и ные цели, чем те, которые преследовал Печорин. Кроме того, следует обратить внимание и на то, что мысль о пленении ка зака пришла Печорину не сразу, а только тогда, когда он р е шил « подобно Вуличу, испытать судьбу » . Нельзя говорить о нравственном итоге еще и потому, что расположение час тей романа не соответству ет хр онологии событий. События « Фата листа » предшеству ют основным событиям «Бэлы», где опять будет схватка с судьбой, метания, терзания и жертвы. Чем же тогда объясняется эмоциональный на строй повес ти? П очему в «Фаталисте» нет жертв Печорина, не происхо дит несчастий по его вине? Напротив, он даже обезврежив ает преступника. Более того, Печорин в результате волевого целе направленного действия смог подчинить своей воле обстоя тельства, т. е. одержать победу в «схватке с судьбой». Это очень сложный вопрос, предполагающий пристал ьное внимание к авторской позиции … Может быть, ключ к пониманию даст «Предисловие к ж ур налу Печорина»: «Хотя я переменил все собственные и мена, н о те, о которых в нем говоритс я, вероятно, себя узнают, и, мо же т быть, они найдут оправдание поступкам, в которых до сей поры обвиняли человека, уже не имеющего отныне нич его об щего с о здешним миром: мы почти всегда извиняем то, что по нимаем». Печорин не эволю ционизировал, н е изменился, не «испра вился». Он продолжает метаться в заколдованном круге из «проклятых» вопросов. Автор же относительно спокойным эмоциональным н аст роением «Фаталиста» как бы выражает свое понимани е и про щение, что в общем поэтическом ансамбле сни мает мотив бе зысходности и допускает возможност ь выхода личности из со стояния трагической обреченно сти. Заключение. Вслушаемся в слова Печорина и представим, к каким убеждениям приводили они современников Л ермонтова: «Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает р ешительности характера; напротив, что до меня касается, то я всегда смеле е иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже с мерти ничего не случится – а смерти не минуешь! » И в этот им енно момент мы расстаемся с героем, закрываем последнюю страницу романа . Насколько грустнее и безнадежнее были бы наши мысли после чтения «Геро я нашего времени», если б мы расстались с Печориным на той дороге, что вела его в Персию. Пусть мы знаем о конечной бесцельности жизненного пути Печ орина, но как читатели мы прощаемся с ним в то мгновение, когда он смело по шел навстречу судьбе. Вероятно, вот это бесстрашие, эта непокорность року, готовность лучше ум ереть, чем смириться, и вызвала резкое неприятие романа Николаем 1 и всем хором реакционной критики. И вероятно, именно этими качествами «Герой на шего времени» завоевал признание и любовь многих читательских поколен ий. «...В этом человеке есть сила духа и могущество воли, в самих его пороках проблескивает что-то великое». (В.Г. Белинский) Список литературы: 1) Белинский В.Г. - Полное собрание сочинений - 4 том. 2) Шагалов А.А. - М.Ю. Лермонтов – в школе. 3) Бенькович М.А. - Из истории русского философского романа. 4) Виноградов В.В. - Стиль прозы Лермонтова – литературное наследство 1941г. 5) Галкин А. - Об одном символе в романе М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени ». 6) Герштейн Э. – «Герой нашего времени» М.Ю. Лермонтова. 1976г. 7) Григорьян К.Н. – Лермонтов и его роман «Герой нашего времени» 8) Долинина Н.Г. – Прочитаем Онегина вместе, Печорин и наше время. 1985г.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Вот бы сняли "Пилу-8" в "Доме-2". Это был бы фильм-легенда!
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по литературе "Печорин как герой своего времени", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru