Курсовая: Петр I в поэме А.С.Пушкина "Медный всадник": проблемы интерпретации - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Петр I в поэме А.С.Пушкина "Медный всадник": проблемы интерпретации

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 48 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

21 36 Содержание I. Введение II. Поэты X VIII в. о Петре I III. Пушкин – историк Петра: «История Петра I», «Арап Петра Великого», «Стансы», «Полтав а», «Пир Петра Первого». IV. Петербур гская повесть А. С. Пушкина «Медный всадник»: 1. «Медный в садник» и литературная критика 2. Музыкаль ность поэмы 3. Символик а поэмы. Историческая трактовка 4. Памятник – главный герой произведения 5. «Медный в садник» как образец петербургского текста V . Заключение VI. Список ли тературы I . Введение. С приближением шестидесятой годовщины победы в Вели кой Отечественной войне всё чаще говорят о патриотизме, славе и доблести русских воинов. Миллионы людей отдавали жизни за свою страну, и их жертвы были не напрасны. Так уж сложилось: проблема отсутствия героев перед Рос сией никогда не стояла. Герои – это не только солдаты, но и ученые, полков одцы, руководители, писатели, архитекторы, дипломаты. Их всегда высоко це нили, воспевали в былинах, преданиях, одах и поэмах. В настоящее время мы вновь вспоминаем этих людей. В телевизионных програ ммах просят высказать мнение: кого вы считаете патриотами – любые два ч еловека за всю отечественную историю. Ответы различны: Суворов, академик Сахаров, Пушкин и Жуковский, маршал Жуков, Толстой. Я же думаю, что никто не сделал для России больше и не любил её так, как Пётр I . Великий император, о котором так м ного создано произведений русскими поэтами, особенно М.В. Ломоносовым и А.С. Пушкиным. Но, пожалуй, самым ярким, возвышенным и неоднозначным художе ственным творением об этом представителе династии Романовых является петербургская повесть А.С. Пушкина «Медный Всадник». Цель данной работы состоит в том, чтобы раскрыть идейный смысл поэмы А.С. П ушкина «Медный Всадник», уточнить специфику художественной интерпрета ции поэтом фигуры Петра I , п рояснить характер смысловых связей между полюсами «Петр I – Петербург – Россия – Народ» в пушкинском тексте. II . Поэты X VIII в. о Петр е I . М.П.Погодин, историк, живший в пушкинские времена, писа л в своём эссе «Петр Великий»: «Мы просыпаемся. Какой ныне день? 1 января 1841 г ода. Петр Великий велел считать годы от Рождества Христова, Петр Великий велел считать месяцы от Января. Пора одеваться – наше платье сшито по фа сону, данному Петром Первым, мундир по его форме. Сукно выткано на фабрике , которую завел он, шерсть настрижена с овец, которых развел он. Попадается на глаза книга – Петр Великий ввел в употребление этот шрифт и сам вырез ал буквы. Вы начнете читать её – этот язык при Петре Первом сделался пись менным, литературным, вытеснив прежний, церковный. Приносят газеты – Пе тр Великий их начал. Вам нужно искупить разные вещи – все они, от шелковог о шейного платка до сапожной подошвы, будут напоминать вам о Петре Велик ом…За обедом, от соленых сельдей и картофеля, который он указал сеять, до в иноградного вина, им разведенного, все блюда будут говорить вам о Петре В еликом. После обеда вы едете в гости – это ассамблея Петра Великого. Встр ечаете там дам, допущенных до мужской компании по требованию Петра Велик ого». Но если бы только шейные платки, соленые сельди и ассамблеи…Погодин прод олжает: «Место в системе европейских государств, управление, разделение , судопроизводство, права сословий, Табель о рангах, войско, флот, подати, р евизии, рекрутские наборы, фабрики, заводы, гавани, каналы, дороги, почты, з емледелие, лесоводство, скотоводство, рудокопство, садоводство, винодел ие, торговля внешняя и внутренняя, одежда, наружность, аптеки, госпитали, л екарства, летоисчисление, язык, печать, типографии, военные училища, акад емии – суть памятники его неутомимой деятельности и его гения». Погодин М. П. Петр Велик ий. – В кн.: Историко-критические отрывки, т. 1. М., 1846, с. 341 – 342. Воспевание личности царя-реформатора, подчеркивание его особых личных достоинств – характерная черта публицистики петровского времени. Она неизбежно влекла за собой создание подлинного культа личности преобра зователя России, только ему обязанной всем достигнутым, возведенной тол ько его усилиями на недосягаемую прежде высоту. Как писал современник Пе тра И. Неплюев, «на что в России не взгляни, все его началом имеет, и чтобы вп редь не делалось, от сего источника черпать будут». Такой культ персоны м онарха – незнакомое явление русской политической культуре предшеству ющих времен. Петровские публицисты (Феофан, Шафиров ) подчеркнуто прославляли личные достоинства Петра, особо отмечая, что “ не обрящется не токмо в нынешних нашей памяти веках, но ниже в гисториях п режних веков, его величеству равного, в котором бы едином толико монарху надлежащих добродетелей собрано было и которой бы не во многие лета в св оем государстве, толь многие славные дела, не только начал, но и от большей части в действо произвел и народ свой, к оторый в таких делах до его государствования отчасти мало, отчасти же и н ичего не был искусен, не токмо обучил, но и прославил”. Уже при жизни Петра сравнивали с выдающимися деятелями русской и мировой истории: Александ ром Невским, Александром Македонским, Цезарем и т. д. К числу ранних произведений поэта В.К. Тредиаковского относится его «Эле гия о смерти Петра Великого». По живым следам трагического события эта « Элегия», как надгробное слово Ф. Прокоповича и «Слава печальная»Ф. Жуков ского, описывает безмерное горе россиян: Что за печаль повсюду слышится ужасно? Ах! Знать Россия плачет в многолюдстве гласно! Где ж повседневных торжеств, радостей громады? Слышь, не токмо едина; плачут уж и чады! Г.Р. Державин в стихотворении «Монумен т Петра Великого» (1776) воспевает Петра как просвещенного монарха: Кто был в трудах неутомленный, Прямой отечества отец? Великие цари вселенны! В Петре ваш зрите образец. Твоя пребудет добродетель, О, Петр! Любезна всем векам, Храни, храни всегда, содетель, Его в преемниках ты нам! Будучи сторонником монархического правления в Росси и, А.П. Сумароков вместе с тем резко отрицательно относился к деспотическ ому самовластию. В одном из своих публи цистических произведений ( «Некоторые статьи о добродетели») он заявил: «Монархическое правление, я не говорю д еспотическое, есть лучшее». Идеальным правителем для Сумарокова остава лся просвещенный монарх-преобразователь (каким был Петр I ), боровшийся с застоем в культурно й жизни, с суеверием, предрассудками и невежеством. Свое отношение к деят ельности Петра I Сумароков высказал в «Слове похвальном о государе Петре Великом», помещенном в жу рнале «Трудолюбивая пчела» (этот журнал издавал сам Сумароков в 1759 году): « До времени Петра Великого Россия не была просвещена ни ясным о вещах пон ятием, ни полезнейшими знаниями, ни глубоким учением; разум наш утопал во мраке невежества…Вредительная тьма разума приятна была, и полезный све т тягостен казался…Возмужал Великий Петр, взошло солнце и мрак невежест ва рассыпался. Обманулись невежи и упрямцы, с суеверами, в мерзкой своей н адежде...» Для верховного правителя, по Сумарокову, должно быть превыше вс его благо его подданных, он неукоснительно должен соблюдать законы и не поддаваться своим страстям. Предшественником А.С. Пушкина, определившим развитие всей русской литер атуры был М.В.Ломоносов. В его одах создаётся образ идеального правителя, заботящегося о распространении просвещения, об успехах наук, об улучшен ии экономического положения и о духовном росте своих подданных. Примеро м, достойным всяческого подражания для очередных российских венценосц ев, Ломоносов, естественно, избрал Петра I . В сознании передовых современников Ломоносова Петр I закрепился как царь-реформат ор, обновитель России, а «дело Петрово» стало знаменем в борьбе за дальне йшее развитие страны. Самого же Ломоносова, кроме того, привлекали демок ратизм и энергичность Петра – этого «много трудившегося российского Г еркулеса». Он, конечно, не упускал ни одного повода для возвеличения Петр а в своих одах, настойчиво внушая и терпеливо разъясняя российским самод ержцам необходимость продолжить и завершить начатые Петром преобразов ания. Нередко случалось так, что оды Ломоносова, адресованные его «высок ородному» современнику, в конечном счете, превращались в панегирики Пет ру. Правда, в рамках оды, носившей нередко официальный, а порой «должностн ой» характер, Ломоносову было трудно воссоздать цельный образ любимого героя, и Ломоносов прославляет личность и деятельность Петра в «надпися х», в публицистическом жанре «похвального слова», в неоконченной героич еской поэме «Петр Великий». Достаточно ярко определены личные качества и заслуги Петра перед отечеством в «Надписи I к статуе Петра Велик ого»: Се образ изваян премудрого героя, Что, ради подданных лишил себя покоя, Последний принял чин и царствуя служил, Свои законы сам примером утвердил, Рожденны к скипетру простер в работу руки, Монаршу власть скрывал, чтоб нам открыть науки. Когда он строил град, сносил труды в войнах, В землях далеких был и странствовал в морях, Художников сбирал и обучал солдатов, Домашних побеждал и внешних супостатов; И, словом, се есть Петр, отечества отец. Земное божество Россия почитает, И столько алтарей пред зраком сим пылает, Коль много есть ему обязанных сердец. Петр I в понимании Ломоносова – это творец и одновременно символ новой России, ч еловек, совершивший нечто неподвластное человеку, - перевернувший весь ж изненный уклад огромной страны, определивший её настоящее величие и зал оживший основы величия будущего, сотворивший мир новых культурных ценн остей, создавший оптимальные условия для формирования нового человека и нового отношения к человеку, и сам воплотивший в себе идеал нового чело века: просвещенного, сильного духом и широкого душой, увлекающегося и ра счетливого и т.п., - человека мощной индивидуальности, решающей чертой кот орой является гармоническое сочетание личного и общенационального инт ереса. Поэма «Петр Великий» должна была художественно увенчать предшес твующие творческие усилия Ломоносова в создании образа царя-просветит еля, предпринятые в похвальных одах, надписях, ораторской прозе. Во много м благодаря этим усилиям русское просветительство XVIII в. в своих общественно-политическ их построениях развивалось с оглядкой на великую личность Петра I (если западноевропейские прос ветители мыслили себе идеал государя, просвещенного монарха в неопреде ленном будущем, до для всех русских просветителей, за исключением Радище ва, этот идеал уже был воплощен в действительность в недавнем прошлом). Пр ичем, обращаясь к Петру I , на ша общественная мысль XVIII в. начиная с Ломоносова (и опять-таки во многом благодаря ему), выделяла в это м «идеальном государе» прежде всего его деятельный характер: если на Зап аде «идеальный государь» в представлениях великих умов эпохи – это по п реимуществу «философ на троне», то в России сама жизнь Петра I и масштабы его дел исподволь приво дили к заключению, что «идеальный государь» – это «работник на троне». З десь Ломоносов по прямой линии является предшественником Пушкина. Ломоносов первым постиг «всеобъемлющую душу» на троне вечного работни ка и испытал при этом нечто вроде «священного ужаса». В 1755г., непосредствен но перед началом работы над поэмой, в «Слове похвальном Петру Великому» он писал: «Я в поле меж огнем; я в судных заседаниях между трудными рассужд ениями; я при строении городов, пристаней, каналов между бесчисленным на рода множеством; я меж стенанием валов Белого, Черного, Балтийского, Касп ийского моря и самого Океана духом обращаюсь; везде Петра Великого вижу, в поте, в пыли, в дыму, в пламени; и не могу сам себя уверить, что один везде Пе тр, но многие; и не краткая жизнь, а лет тысяча. С кем сравню великого госуда ря!.. Итак, ежели человека богу подобного, по нашему понятию найти надобно, кроме Петра Великого не обретаю». Здесь Ломоносов как бы расшифровывает знаменитую формулу Петра I , содержащуюся в его оде 1743г.: Он Бог, он Бог твой был, Россия… В сущности, в «Слове похвальном Петру Великому» содер жится программа будущей поэмы: выдвинув тезис о божественном характере творческой деятельности Петра I , он должен подтверждать его конкретными примерами, и постепен но эти конкретные примеры, в которых во всем размахе и со всей возможной д етальностью обрисовывается сущность и величие Петровых дел, выступают на первый план: «…Коль великою любовию, коль горячею ревностию к государ ю воспалялось начинающееся войско, видя его в своем сообществе за одним столом, тую же приемлющего пищу; видя лице его, пылью и потом покрытое; вид я, что от них ничем не разнится, кроме того, что в обучении и в трудах всех пр илежнее, всех превосходнее». Именно этот второй, «иллюстративный» план составляет основу повествован ия в поэме «Петр Великий». Прав Д.Д.Благой, когда пишет, что свою поэму Ломо носов строил как произведение историческое» Благой Д. Д. История русской литературы XVIII века. М., 1951, с. 193 – 194. . В этом Ломоносов выступил как подлинный новатор: «…если Буало считал, что «эпос величавый» требует непременно «вымысла», «высокой выдумки» и «роя мифи ческих прикрас», если он предостерегал эпического поэта от перегрузки с южета событиями и от подражания «историкам спесивым», то Ломоносов напе рекор теории французского классицизма, заявлял, что предметом его поэмы будут «истинные дела», то есть как раз именно события и притом подлинно и сторические» Ломоносов М. В. Полн. собр. соч., т. 8, с. 1129 . Уже в первых двух песнях Ломоносов скрупулезно точен в изложе нии. Перед ним стояла трудная задача соединения в художественное целое о бъективности историка и «высокой выдумки» поэта. Вряд ли стоит гадать, у дался бы ему этот синтез или нет. Здесь уместно напомнить слова Шувалова о том, что «Петр Великий» остался незавершенным, так как Ломоносов «был много занят, и время для фантазии было о чень близко» Москвитянин, 1852, № 20, кн. 2, отд. IV , с. 60 Очевидно, он высказывал не только своё мнение: Ломоносов и сам должен был понимать, что хронологическая дистанция между ним и Петром I была ещё «очень близка» (к тому же б ыла жива дочь Петра) и время для «фантазии», то есть для художественного о своения материала ещё не пришло. Так или иначе перед нами лишь вступлени е к поэме и две песни. Отношение к ним современников и ближайших потомков было противоречивым. Н. И. Новиков причислял «Петра Великого» к произвед ениям Ломоносова, обессмертившим его имя. А. П. Сумароков, по обыкновению, «ругательной» эпиграммой раскритиковал поэму. Молодой Г. Р. Державин выс тупил в защиту Ломоносова и отвечал Сумарокову своей эпиграммой. А. Н. Рад ищев считал, что Ломоносов «томился в эпопее». Н. М. Карамзин не увидел в по эме «того богатства идей, того всеобъемлющего взора, искусства и вкуса, к оторые нужны для представления картины нравственного мира и возвышенн ых, иройских страстей». Высоко оценивал поэму поэт К. Н. Батюшков. Пушкин н е оставил прямых высказываний об этом произведении Ломоносова, но его оц енка «Петра Великого» содержится в «Стансах» («В надежде славы и добра…» ), а также «Полтаве», «Пире Петра Первого», «Истории Петра I » и «Медном всаднике». II . Пушкин – историк Петра: «История Петра I», «Арап Петра Великого», «Стансы», «Полтава», «Пир Петра Первого». Впервые Пушкин коснулся темы Петра в «Заметках по ру сской истории 18 века». Поэт видит в нём мудрого царя – реформатора, защит ника просвещения. «Ничтожные наследники северного исполина, изумлённы е блеском его величия, с суеверной точностью подражали ему во всём, что то лько не требовало нового вдохновения. … Пётр I не страшился народной своб оды, неминуемого следствия просвещения, ибо доверял своему могуществу и презирал человечество, может быть, более, чем Наполеон». Работая над петровской темой, Пушкин использовал раз личные жанры. В 1826 году он пишет о Петре I в «Стансах». В начале царствования Николай I не обладал авторитетом, основанным на реализации конкретных по зитивных мероприятий. Более того: для армии он являлся бывшим бригадным командиром, известным своим формализмом и педантизмом, а для всей России – царем, который начал правление с казней и ссылок. И, видимо, Николай с ра достью встретил «Стансы» А. С. Пушкина ( 1826 г.), в которых поэт сравнивал начало царствования Петра с николаевск им почином: В надежде славы и добра Гляжу вперед я без боязни: Начало славных дел Петра Мрачили мятежи и казни (III, 140)[ 4]. То, чего царь, казалось бы, должен стыдиться, – аресты и р епрессии, – стало основанием для лестного сопоставления с Петром I. Петр I значим для поэта не только как герой сражений и триумфатор. Созидательное начало самодержавной власти, власти историч ески преемственной и исторически ответственной – таким видел и за то це нил Пушкин Петра: Самодержавною рукой Он смело сеял просвещенье, Не презирал страны родной: Он знал её предназначенье. Приступая к созданию "Арапа Петра Великого" (1829), поэт виде л в Петре идеального носителя прогрессивного начала истории, и если в "По лтаве" (1828) мы видим продолжение одической традиции ("Лишь ты воздвиг, герой Полтавы, Огромный памятник себе"), то "прозаическое" изображение царя стро ится на контрасте между бытовой простотой и государственным величием. "В углу человек высокого росту, в зеленом кафтане, с гл иняною трубкою во рту, облокотясь на стол, читал гамбургские газеты. <...> "Ба! Ибрагим? - закричал он, вставая с лавки. - Здорово, крестник!" Немудрено, что, о ставшись наедине, Ибрагим "едва мог опомниться". Великий человек не брезг ует физическим трудом, чужд сословной спеси и отечески заботиться об Ибр агиме ("умри я сегодня, завтра что с тобою будет, бедный мой арап?") и, разумее тся, выступает в роли свата. "Все, брат, кончено, - сказал Петр, взяв его под ру ку. - Я тебя сосватал. <...> А теперь, - продолжал он, потряхивая дубинкою, - заведи меня к плуту Данилычу, с которым мне надо переведаться за прежние его про казы". Петр, пославший своего крестника Ибрагима обучаться военному делу в Пар иж, тактичен: осознав, что того удерживают во Франции амурные причины, пер едает через герцога Орлеанского разрешение остаться. Петр, встречающий Ибрагима в ямской избе, за 28 верст до Петербурга, доступен; Петр, решающий г осударственные дела, быстр; Петр, строящий корабль в шерстяной фуфайке, д еловит. (Что бросается в глаза недоумевающему парижанину Корсакову, кото рый привык к принципиально иному образу правителя.) Петр, играющий на «ас самблее» со шкипером в шахматы и наблюдающий, как провинившемуся Корсак ову дают выпить из штрафного кубка, весел; Петр, запросто приезжающий в до м боярина Ржевского, скрыто оппонирующий ему, мудр; Петр, сватающий любим ца арапа за дочь Ржевского, ласков и заботлив: он заранее думает, как сложи тся российская судьба православного негра после смерти покровителя (и з аодно стремится связать старую элиту родством с новой знатью). Такое решение петровского образа было подсказано Пушкину общим направ лением романного замысла: изобразить «Россию молодую», рождающуюся имп ерию, как некий акт государственного творчества, зримо противостоящего распаду пресыщенной французской государственности и неподвижности ст арого русского уклада. Неоконченность первого пушкинского исторического романа не повлияла н а популярность одного из главных его героев, и романисты-современники, о шибочно приняв простоту пушкинског о Петра за легкость создания его образа, принялись усердно осваивать нов ое для себя пространство - тему "очеловеченного" царя. Новую вариацию мифа , новый портрет Петра (вечного труженика XVIII века, но более близкого к прост ому человеку) создавали разные - и по убеждениям, и по степени одаренности - авторы, но их произведения мало известны читателям современной России. Художественный опыт «Арапа Петра Великого» как эпич еское решение темы Петра I отразился и в поэме «Полтава». Поэма начинаетс я как семейная драма, а разворачивается как народная трагедия. Кочубей, М ария, Мазепа связаны друг с другом личными отношениями, которые находят настоящую оценку лишь в отношении к истории. Пётр поставлен вне круга ли чных отношений, он «свыше вдохновленный». Мысль Пушкина о русской истори и определила и название поэмы. Он назвал её не «Мазепа», не «Пётр Великий» , а «Полтава», указывая на великий народный подвиг, совершённый в этой бит ве, которая была одним «из самых важных и счастливых происшествий царств ования Петра Великого». Пушкин сумел придать «Полтаве» черты глубокой народности в содержании и в стиле. Пётр Великий, неотделимый от своих дружин, похожий на героев торжественной оды и эпической поэмы, нар исован в традициях литературы 18 века. И он промчался пред полками, Могущ и радостен как бой. Взглянув глазами кинорежиссера на описание выхода П етра в «Полтаве» Пушкина, Ф. М. Эйзенштейн восклицает: «Как точно даны все планы, даны все сцены!» и объясняет: «Тогда-то свыше вдохновенный Раздался звучный глас Петра: «За дело, с богом!» Значит, шатер, круг людей, и слышен голос из шатра, то ес ть дана подача сначала звуком. Из шатра, Толпой любимцев окруженный… Кто-то выходит в середине толпы, но кто – ещё не неизве стно. Выходит Петр. Петр на фоне любимцев, которые окружают его. И сразу же дается характеристика Петра: « Его глаза сияют » – крупно: резан ное лицо. « Лик его ужасен » – план расширяется на всё лицо. « Движенья быстры » – ясно, что дана фигура. « Он прекрасен, он в есь, как божия гроза » – здесь дан образный кадр, где ра змещена подвижная фигура Петра. Он стоит, как грозовая туча, и, после того как он показан статически, даётся одно слово: « Идет » – это значит, что он, выйдя из шатра, остановился, затем поверн улся, и в этом мощном повороте дан образ «божией грозы Эйзенштейн С. Примеры изучения масштабного письма., М., 1955, с. 79. …»» Возвеличивая подвиг и мужество Пет ра и его воинства, Пушкин не забывает и о сильных противниках русских – ш ведах. Однако поэт даёт почувствовать, что и сам Карл, и его армия не вооду шевлены ничем высоким, тогда как Пётр и его дружины исполнены патриотизм а, уверенности в победе. Пушкин восхищается благородством Петра на пиру: При кликах войска своего, В шатре своём он угощает Своих вождей, вождей чужих, И славных пленников ласкает, И за учителей своих заздравный кубок подымает. В стихотворении 1835 года “Пир Петра Перв ого” обращает на себя внимание необычность описания событий. Особеннос ти лексики и специфика размера (четырехстопного хорея) создают отчетлив ое впечатление сказочности всего происходящего. Соответственно, мифол огизированной оказывается и фигура Петра. На первый план выходит мотив н еобыкновенной, сказочной милости Петра. В четвертой строфе стихотворен ия происходит перечисление всех празднеств, по поводу которых Петр теор етически может устроить пир. Но в пятой строфе раскрывается реальная при чина торжества: “...он с подданным мирится;// Виноватому вину // Отпуская, вес елится; //Кружку пенит с ним одну”. Событие, из-за которого происходит пирш ество, тем самым для Петра настолько же ценно, насколько ценны другие пер ечисленные события. А. С. Пушкину очень важна идея отпущения “виноватому вины”. Заслуги и подвиги Петра Первого оказываются не более существенны , чем его человечность и демократичность (насколько так вообще можно ска зать о Петре). IV . Пет ербургская повесть А. С. Пушкина «Медный всадник»: 1. «Медный всадник» и литературная критика. Поэма «Медный Всадник» была написана Пушкиным в болдинскую осень 1833-го года. Хотя все материалы и черновики пол ностью сохранились, проникнуть в сокровенный замысел «Петербургской п овести», «раскрыть тайну поэмы», как говорил известный пушкинист И.В. Изм айлов, не удалось ни одному исследователю. Попыток было предпринято нема ло, и в прошлом веке, и в начале нынешнего, но все они не «достигали дна», явл яясь либо субъективными фантазиями, либо отражая чрезвычайно узкую смы словую грань поэмы. Валерий Брюсов разделил их на три группы. Мнение иссл едователей первой выразил Белинский, считавший, что в поэме выражено сто лкновение двух воль, коллективной и индивидуальной. «И смиренным сердце м, — пишет он, — признаем мы торжество общего над частным, не отказываясь от нашего сочувствия этому частному. Этот бронзовый гигант не мог убере чь участи индивидуальностей, обеспечивая участь государства и народа... за него историческая необходимость». (По книге Анциферова «Быль и миф», с тр. 60.) Это мнение, вместе с модным в то время гегельянством (все действитель ное разумно) не долго владело русским обществом. Ко второй группе Брюсовым отнесены те, кто вместе с Ме режковским считал, что в героях поэмы представлены две изначальные силы , борющиеся между собой в недрах европейской цивилизации, язычество и хр истианство. Евгений представлял собой христианство, а Петр язычество. И, наконец, третья группа полагала, что смысл поэмы в мятеже против деспоти зма. Существовали также различные варианты этих мнений. Одному пушкинис ту пришла на ум мысль, что «Медный Всадник» — это зашифрованное изображ ение восстания декабристов, другому, что в ней символически и тайно скры т польский мятеж и т.д. За сто с лишним лет палитра мнений о «Петербургской повести» существенно не обогатилась. На знаменитом пушкинском вечере 1921- го года, проходившем в петроградском доме литераторов, было названо восе мь возможных интерпретаций: национальная трагедия, столкновение самод ержавия с исконным свободолюбием масс, бунт Евгения — протест личности против государственного принуждения, трагедия Евгения как отражение п роблемы Петербург — окно в Европу, столкновение человека с темными поту сторонними силами, мятеж Польши против России, опять пресловутое и тайно е изображение восстания декабристов. Это многообразие мнений косвенны м образом свидетельствует о том, насколько Пушкин в своем духовном разви тии обогнал свое время. По известным обстоятельствам проблема, как и вся традиционная проблематика русской литературы, была забыта на семьдеся т с лишним лет, пушкинисты предпочитали исследовать формальную сторону творчества поэта и частные подробности его жизни. 2. Музыкальность поэмы. Нигде музыкальная и стилистическая сторона не играет такой роли, как в « Медном всаднике». Фабулы в точном смысле здесь нет. Единственное действу ющее лицо – Евгений. Его конфликт с Петром нереален. Он происходит тольк о в его расстроенном воображении. В его обвинениях против Петра нет логи ки: не Петр ответствен за наводнение. Но Евгений находится в состоянии бе зумия, и ему не до логики. В первый момент он никак не связывает наводнения с «роковой волей» грозного самодержца. Эта мысль приходит ему потом, чер ез год, когда он в ненастный осенний вечер случайно очутился у памятника и в нем воскресло впечатление невозмутимого в своей «неколебимой вышин е» всадника, торжествующего над разъяренной водной стихией. Тут не столь ко логика, сколько ассоциация, возникшая при виде этой медной, непреклон ной фигуры на скачущем коне. Вот он гордо восседает в своем триумфальном наряде, подняв коня на дыбы, а любимая девушка – где она? В этом эпизоде Ев гений вовсе не революционер, бросающий вызов самодержавию, а несчастный человек, который потерял всё: имущество, любимую, рассудок. Вступление представляет собой типи чную оду – только проникнутую, в отличие от оды XVIII в., глубоким, искренним, лиричес ким пафосом. Рисуется абстрактный, одический образ Петра: На берегу пустынных волн Стоял Он, дум великих полн, И вдаль глядел… В черновике было проще, ближе к реаль ности: На берегу пустынных волн Стоял, задумавшись глубоко Однажды царь… В этом «однажды» и «задумавшись» есть как ой-то оттенок обыденности. Это полубытовой Петр. В последней редакции эт о уже Петр обобщенный. Тон повышается до одического: «Он (с прописной буквы), дум великих полн.» Монументальная фигура Петра контрастирует с бедност ью обстановки: «бедный челн», «мшистые, топкие берега», чернеющие «здесь и там» избы, «приют убогого чухонца», и спрятанное в тумане солнце. Все мра чно и неприветливо. Торжество и печаль, величие и ничтожество, грандиозн ы планы и жалкая действительность – вот контраст, который в различных ф ормах лейтмотивом проходит через всю поэму. Во вступлении Петербург изображается с лицевой, парадной стороны, в лирическом плане. Картина следует за карти ной в правильном одическом порядке. Мягкий лиризм белых «задумчивых» но чей, затем веселье и блеск петербургской «зимы жестокой» (тон повышается ), далее – сила и мощь императорской «военной столицы» с её «твердыней» – и, наконец, взрыв настоящего одического «восторга»: Красуйся, град Петров, и стой Неколебимо, как Россия!.. Таков лирический ход заключающегося во вступлении гимна Санкт-Петербургу. Основные черты здесь – «громадно сть» и «стройность»: Громады стройные теснятся Дворцов и башен… И ясны спящие громады Пустынных улиц… Признак «стройности» тавтологически подчеркивается в применении к военным парадам: В их стройно зыблемом строю… В начале первой части: Плеская шумною волной В края своей ограды стройной… Наводнение нарушает эту «стройность» , обнажает изнанку парадного Петербурга: Лотки под мокрой пеленой, Обломки хижин, бревна, кровли, Товар запасливой торговли, Пожитки бледной нищеты, Грозой снесенные мосты, Гроба с размытого кладбища Плывут по улицам!.. В «Медном всаднике» повторяется в развер нутом виде антитеза, намеченная раньше в стихотворении: Город пышный – город бедный, Дух неволи – стройный вид… Этому сопоставлению силы и слабости, « стройности» и обусловленной ею «неволи» соответствует в «Медном всадн ике» противоположность двух стилей – одического (со славянизмами) в при менении к Петру и Петербургу и прозаического, сказового в применении к Е вгению. О Петербурге (во вступлении): Прошло сто лет, и юный град, Полнощных стран краса и диво, Из тьмы лесов, из топи блат Вознесся пышно, горделиво… О Евгении (в первой части): Итак, домой пришед, Евгений Стряхнул шинель, разделся, лег… О чем же думал он? О том, Что был он беден, что трудом Он должен был себе доставить И независимость, и честь… В свое время Валерий Брюсов обратил внима ние на обилие в «Медном всаднике» точек и логических остановок внутри ст иха. Это касается преимущественно тех эпизодов, где говорится о Евгении. Его чувства передаются той разорванной, психологически мотивированной речью, которая знакома нам по пушкинской лирике и «Евгению Онегину»: Жениться? Ну…зачем же нет? Оно и тяжело, конечно… Почти у самого залива – Забор некрашеный, да ива И ветхий домик; там оне, Вдова и дочь, его Параша, Его мечта…Или во сне Он это видит?.. И тут же переключение на торжественный ла д, как только появляется фигура медного всадника в финале первой части. Р ечь размеренная, плавная, где ритмические и грамматические деления совп адают: И обращен к нему спиною, В неколебимой вышине Над возмущенною Невою Стоит с простертою рукою Кумир на бронзовом коне. В конце поэмы возвращение к сказу: Наводненье Туда, играя, занесло. Домишко ветхий… Его прошедшею весною Свезли на барке… У порога Нашли безумца моего, И тут же хладный труп его Похоронили ради бога. Поэма говорит красками, ритмом и звуко м. Для вступления характерны «рокочущие» сочетания: Громады стройные теснятся… В гранит оделася Нева… Твоих оград узор чугунный… И ясны спящие громады… Красуйся, град Петров… Различные звуковые комбинации приобретают иной раз определенное изобразит ельное значение. В стихе: Твоей твердыни дым и гром – ясно слышится эхо Петропавловских пушек. Самым же ярким примером звуковой карт инности является знаменитая скачка медного всадника: И он по площади пустой Бежит и слышит за собой – Как будто грома грохотанье – Тяжело-звонкое скаканье По потрясенной мостовой, И, озарен луною бледной, Простерши руку в вышине, За ним несется Всадник Медный На звонко-скачущем коне; И во всю ночь безумец бедный Куда стопы ни обращал, За ним повсюду Всадник Медный С тяжелым топотом скакал. Тут нет никакого явного, преднамеренного звукоподражания, слова ложатся совершенно свободно, без всякого принуж дения. Однако все вместе – и ритм и звук – производит такое впечатление, будто это за нами, а не за бедным Евгением несется всадник медный на своем звонко скачущем коне: мы слышим его «тяжело-звонкое скаканье по потрясен ной мостовой». Кошмар Евгения кажется явью, и, таким образом, поэтическая антитеза превращается в реально происходящий конфликт «горделивого ис тукана» с его подданным. Ощутимость эта достигается ритмом и зв уком. Картина погони разделяется на два ритмических движения: одно захва тывает пять стихов, объединенных тройной рифмой (пустой – собой – мост овой), другое – восемь стихов с четверной рифмой (бледной – медный – бед ный – медный). Что касается звукового состава, создающего иллюзию скачк и, то здесь и «грохочущие» аллитерации (грома грохотанье), и «к», иллюстрир ующее цоканье копыт по мостовой (тяжело-звонкое скаканье, на звонко-скач ущем коне, с тяжелым топотом скакал), и певучие «л» и «н», связанные с мотив ом лунного света (и озарен луною бледной), и многое другое. Справедливо замечает Брюсов, что «Мед ный всадник» – «одна сплошная звукопись». Во всей поэме буквально нет н и одной нейтральной в звуковом и ритмическом отношении строчки – кажду ю можно было бы подвергнуть анализу с этой точки зрения. В стихах «Медног о всадника», по словам Брюсова, «Пушкин вполне раскрывает свое искусство живописать звуками». «Можно сказать, - заключает он, - что в «Медном всадни ке», как и в других стихотворениях последних лет жизни, Пушкин достиг вер шин своей стихотворной техники и дал ещё не превзойденные образцы русск ой стихотворной речи вообще В. Брюсов, стихотворная техника Пушкина (см. Пушкин, Полн. собр. соч. под редакцией С. А. Венгерова, СПб. 1909, т. VI , стр. 367). ». 3. Символика поэмы. Историческая трактовка. Как уже отмечалось ранее, «Медный всадник» – это самая неоднозначная, с точки зрения критики, поэма А. С. Пушкина. При внимательном прочтении текс та данного произведения, затем ознакомлении с мнениями исследователей творчества Пушкина появляются сомнения в их справедливости. По этой при чине представляется возможным предложить следующую трактовку «Медног о всадника». Прежде всего, «Медный всадник» – поэма историческая, поскольку в ней уп оминается русский император Петр I, а также его поступки и достижения. Впо лне логично предположить, что прототипом Евгения тоже является историч еская личность. Кто из известных людей жил в период правления Петра I, отда лился от него, пытался бежать, но вернулся и при невыясненных обстоятель ствах погиб? К кому царь в прямом и переносном смысле повернулся спиной? Н аконец, кто выступил против правителя, но в результате подвергся преслед ованию и был вынужден скрываться от людей? Такой человек действительно с уществовал – это сын Петра I царевич Алексей. Немного истории: Алексей - сын Петра от первой, сосланной в 1698 г. в монастырь, жены Евдокии Лопухиной – почти с младенчества оказался на дальней периферии интересов царя. Как живое и н еприятное напоминание о неудачном первом браке, да и вообще обо всей нен авистной Петру «московской жизни», он не мог стать отцу близким человеко м. По-видимому, причина длительного семейного конфликта была связана и с тем, что Петр в воспитании своего сына исходил из распространенной тогда педагогической концепции принуждения – он назначил Алексею содержан ие, определил учителей и воспитателей, утвердил программу образования и , занятый тысячами срочных дел, успокоился, полагая, что наследник на верн ом пути, а если что – страх наказания поправит дело. Но, как часто бывает в жизни, давление на личность ребенка порождало желание найти противовес диктату отца. Сильное скрытое сопротивление всему, что исходило от царя, привело в итоге к непониманию и неприятию грандиозных дел, составлявших главный смысл и цель жизни Петра. Теперь обратимся к тому, что пишет о Ев гении Пушкин, и сопоставим это с биографией Алексея: Пришел Евгений молодой… Мы будем нашего героя Звать этим именем. Оно Звучит приятно; с ним давно Моё перо к тому же дружно. Прозванья нам его не нужно. Хотя в минувши времена Оно, быть может, и блистало И под пером Карамзина В родных преданьях прозвучало… Об Алексее Н. М. Карамзин писал в своей «Истории Госуда рства Российского», и Пушкин был знаком с его монументальным трудом. Но ныне светом и молвой Оно забыто… - как и многие другие имена наследников престола, которым не суждено было управлять страной. …Наш герой Живет в Коломне; где-то служит, Дичится знатных и не тужит Ни о почиющей родне, Ни о забытой старине… После свадьбы Петра I с Екатериной Алексей стал им не нужен, а когда Екатерина род ила сына – тем более. «Жениться? Мне? Зачем же нет?.. …Уж кое-как себе устрою Приют смиренный и простой… …И станем жить, и так до гроба Рука с рукой дойдем мы оба, И внуки нас похоронят…» Мечты Евгения очень похожи на мечты це саревича Алексея. Его крепостная Ефросинья на одном из допросов показал а: «Да он же, царевич, говаривал: когда он будет государем и тогда будет жит ь в Москве, а Питербурх оставит простой город; также и корабли оставит и де ржать их не будет, а войско-де станет держать только для обороны, а войны н и с кем иметь не хотел, а хотел довольствоваться старым владением и намер ен был жить зиму в Москве, а лето – в Ярославле…» …И вдруг стремглав Бежать пустился. Показалось Ему, что грозного царя, Мгновенно гневом возгоря, Лицо тихонько обращалось… В письме 11 октября 1715 г. Петр I пригрозил сыну лишить его наследства. 29 о ктября родился Петр Петрович, и Алексей ответил: «Наследия…не претендую и впредь претендовать не буду…» Переписка продолжилась: «Или отмени сво й нрав и нелицемерно удостой себя наследником, или будь монах», - «Желаю мо нашеского чина и прошу о сем милостиваго позволения». Петр приказал царе вичу немедленно постричься в монастырь, Алексей же этого не хотел, и тогд а он решается бежать от отца и своей судьбы. Не в силах оказать сопротивле ние подчиняющему все и вся государственным целям деспотизму Петра, но и не желая отказываться от престола, а уж тем более идти в монастырь, он сове ршил страшное для российских подданных преступление – побег за границ у, расценивавшийся однозначно как государственная измена. То есть и Алек сей и Евгений пытались бежать, а их преследователем был и в том и в другом случае Петр I – в качестве бронзового изваяния и как живой человек. И с той поры, когда случалось Идти той площадью ему, В его лице изображалось Смятенье. К сердцу своему Он прижимал поспешно руку, Как бы его смиряя муку, Картуз изношенный сымал, Смущенных глаз не подымал И шел сторонкой… Алексей, как и Евгений, тоже вернулся к с воему царю: «Пришед прямо к своему родителю, всемилостивейшему государю , заплакав, повалился в ноги и просил прощения в преступлении и того часу е го величество повелел встать и изволил объявлять свою родительскую мил ость…» (из письма обер-фискала А. Нестерова Меншикову). …У порога Нашли безумца моего. И тут же хладный труп его Похоронили ради бога. Летом 1718 г . Алексея приговорили к смертной казни, но через день после объявлени я приговора он неожиданно умер. Почему? Мы не знаем и вряд ли когда-нибудь получим ответ на вопрос: что именно произошло с Евгением и царевичем Але ксеем. «Медный всадник» – это символическая поэма с ярким описанием стихийного бедствия, и понимание символа «навод нение» у критиков различно: всемирный потоп, восстание декабристов на Се натской площади. Можно предположить, что А. С. Пушкин подразумевал близко е ему по времени событие – Отечественную войну с Наполеоном 1812 года. Нева вздувалась и ревела, Котлом клокоча и клубясь, И вдруг, как зверь остервенясь, На город кинулась. Пред нею Все побежало, все вокруг Вдруг опустело… Бонапартовы войска форсировали Неман и двинулись по направлению к Москве. Увы! Все гибнет: кров и пища! Французы разоряли деревни, что впослед ствии заставило их сражаться за Калужскую дорогу. …В тот грозный год Покойный царь еще Россией Со славой правил. На балкон, Печален, смутен, вышел он И молвил: «С божией стихией Царям не совладеть». Он сел И в думе скорбными очами На злое бедствие глядел… Этот эпизод напоминает ситуацию, когд а, оказавшись в безвыходном положении, Александр I подписал указ о назначении Кутузо ва верховным главнокомандующим, после чего заявил: «Общество желало его назначения, и потому я умываю руки». Но вот насытясь разрушеньем И наглым буйством утомясь, Нева обратно повлеклась… …И грабежом отягощенны, Боясь погони, утомленны, Спешат разбойники домой, Добычу на пути роняя… - отступление французской армии. …Утра луч Из-за усталых, бледных туч Блеснул над тихою столицей И не нашел уже следов Беды вчерашней; багряницей Уже прикрыто было зло. В порядок прежний всё вошло… Война закончилась, но жизнь продолжает ся, и, восстановив хозяйство, Россия вновь готова к историческим потрясе ниям и военным конфликтам. 4. Памятник – главный герой поэмы. Анализируя петербургскую повесть А. С. Пушкина, ученые говорят о маленьком человеке Евгении, соотношении общег о и частного, бунте против самодержавия, который обречен на провал, сатир е на поэта Хвостова, забывая при этом или уделяя мало внимания главному г ерою. А ведь им является не Евгений, а, как это видно из названия, Медный Вса дник – великолепное произведение искусства с не менее великолепной ис торией создания. В 1766 г. Этьен Морис Фальконе по пригла шению Екатерины II прибыл в Россию для создания памятника Петру I . Здесь же он получил звание академика Академии Художеств. В 1770г. из Лахты доставили огромную гранитную скалу – пьедестал, на котором предполагалось поставить конную статую Петра. Фальконе был намерен при дать скале нужную форму, а кругом все возражали – как можно погубить так ой красивый «дикий» утес. Но Фальконе заявил: «Я делаю пьедестал для стат уи, а не наоборот!» Ещё в Париже у него созрел необычный план монумента: вс адник должен не просто стоять на скале, а взлететь на неё как будто с разго на, в энергичном движении. Возле мастерской был построен специальной пом ост, на который сотни раз подряд на глазах скульптора взлетали и застыва ли всадники на лошадях из дворцовой конюшне. Имперская столица не могла существов ать не только без Эрмитажа или театра, но и без конных статуй. И Фальконе э то отлично знал и упорно работал. А такого монумента великому основателю города, какой стоял у Фальконе в литейном сарае, мир ещё не видел. Осенью 1777 г. он был уже почти закончен, остава лись только штрихи. Но и силы мастера были на исходе. Он покинул столицу, н о его главное творение, его душа осталась здесь – совсем близко от берег а Невы. Дело Фальконе завершил Ю.М.Фельтен. Отк рытие памятника Петру Великому было обставлено как триумф империи и нап оминало грандиозное театральное действо. Перед стоявшими в парадном ст рою войсками и бесчисленными зрителями, заполнившими площадь, предстал а «дикая каменная гора», которая была ни чем иным, как огромным футляром, д екорацией из раскрашенной парусины. Когда на площадь прибыла государын я, в небо взвилась ракета, и «вдруг, - писа ли “Санкт – Петербургские ведомости”, - к удивлению зрителей, изображен ная каменная гора показала изумлённым очам зрителей Петра на коне, как б удто бы из недр оной внезапно выехавшего на поверхность огромного камня с распростёртою повелительною десницею». В тот же момент небо раскололо сь от грохота пушек с Невы, раздался треск беглого ружейного огня всех ст оявших на площади полков. До сей поры Медный Всадник, как стали называть статую в XIXв., поражает необы чной мощью, самодержавным величием и даже какой – то магической силой, к ак будто исходящей от него. Кажется, что именно в этом месте находится сер дцевина города, и пока могучий всадник вздымается на скале – город буде т стоять на этих берегах. Теперь обратимся к тому, как описывает памятник А. С. Пушкин: …Вкруг него Вода и больше ничего! И, обращен к нему спиною, В неколебимой вышине, Над возмущенною Невою Стоит с простертою рукою Кумир на бронзовом коне. В Петербурге произошло страшное событие – наводнение затопило весь город, погибли люди, волны бушуют, но с памятн иком ничего не случилось. Нева вернулась в своё русло, а Медный Всадник продолжа ет возвышаться на своем постаменте. Так и Россия участвовала в войне с На полеоном, погибли люди, но сражения закончились, и наша страна всё также с уществует на политической карте мира. И в этом, на наш взгляд, и заключаетс я идейный смысл поэмы: Медный Всадник – это символ России, которая все ра вно победит, выстоит, несмотря ни на что. Какие аргументы можно привести в пользу данной версии? Во-первых, сущест вует легенда, по-видимому сообщенная Пушкину Вильегорским, о странном сн е князя Голицина, мистика и духовидца. По другой версии, Голицину рассказ ал этот сон некий майор Батурин. Содержание сна таково: Бронзовый Петр со шел с пьедестала, через Троицкий мост проскакал ко дворцу и обратился к и мператору Александру: «Ты соболезнуешь о России! Не опасайся! Пока я стою на гранитной скале перед Невой, моему возлюбленному городу нечего страш иться. Не трогайте меня — ни один враг ко мне не прикоснется». В это время как раз обсуждали возможность захвата Петербурга Наполеоном, и государ ь хотел снять памятник со скалы и перевести его в безопасное место. Эта ле генда произвела на Пушкина огромное впечатление. Он говорил Вильегорск ому, что уже тогда начал обдумывать содержание «Петербургской повести». Во-вторых, строки Какая дума на челе! Какая сила в нем сокрыта! А в сем коне какой огонь! Куда ты скачешь, гордый конь, И где опустишь ты копыта? - ассоциируются с не менее известными с ловами из поэмы Н. В. Гоголя: «Не так ли и ты, Русь, что бо йкая необгонимая тройка, несешься? Дымом дымится под тобою дорога, гремя т мосты, всё отстает и остается позади…Чудным звоном заливается колокол ьчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо в се, что ни есть на земли, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства Гоголь Н.В. Полн. Собр. соч., т. 6, с. 247. .» И, в-третьих, петербургскую повесть А. С. Пушкина обычные читатели (не критики) воспринимали как произведение пат риотическое, а не революционное, особенно в годы Великой Отечественной в ойны: «Я и до войны слышала в исполнении Шварца Вступление к «Медному Всаднику». Но когда на Урале, особенно в аудитории, где бывало м ного ленинградцев, в тишине зала раздавался сильный глубокий голос: Люблю тебя, Петра творенье, Люблю твой строгий стройный вид… - тут было не только описание прекрасного города, но и бол ь за него; не только сладкая горечь воспоминаний, любовь к Пушкину, но и ве ра, что город, «полнощных стран краса и диво», останется несокрушимым, нес мотря на все свои безмерные страдания. А что творилось в зрительном зале , когда звучали последние повелительные строки: …и стой Неколебимо, как Россия… Люди вскакивали с мест, бросались за кулисы, и там, в дружеских, жарких разговорах и воспоминаниях, оканчивалс я концерт Гринева Н. Воспоминания. М., 1960, с. 187. ». 5. «Медный всадник» как образец петербургского текста. К теме Петербурга обращались десятки русских поэтов. Ср еди них были и гении, и поэты второго или даже третьего ряда. Еще Н. П. Анцифе ров в своей книге «Душа Петербурга» отметил, что литературные произведе ния, посвященные этому городу, обладают немалой степенью внутреннего ед инства. Они образуют как бы цепочку текстов, точнее – целую разветвленн ую сеть, в которой каждое звено подключено под общее смысловое напряжени е. И на этом основании можно говорить, разумеется с определенной долей ус ловности, об этих произведениях как о едином петербургском тексте. Безусловно, попытки описать Петербург появились со вр емени его основания, но А. С. Пушкину, как никому другому, удалось воспеть э тот город, и его справедливо считают основоположником петербургского т екста. Люблю тебя, Петра творенье, Люблю твой строгий, стройный вид, Невы державное теченье, Береговой её гранит… Люблю зимы твоей жестокой Недвижный воздух и мороз, Бег санок вдоль Невы широкой, Девичьи лица ярче роз… Люблю воинственную живость Потешных Марсовых полей, Пехотных ратей и коней Однообразную красивость… Люблю, военная столица, Твоей твердыни дым и гром, Когда полнощная царица Дарует сына в царский дом, Или победу над врагом Россия снова торжествует, Или, взломав свой синий лед, Нева к морям его несёт И, чуя вешни дни, ликует… Эти слова не нужно комментировать. Воо бще, стремление во всем найти скрытый смысл очень характерно для исследо вателей, но иногда они стараются чрезмерно, в том числе, когда стараются о бъяснить строки: Люблю тебя, Петра творенье, Люблю твой строгий, стройный вид… Не думаю, что это стоит делать применительно к данному о трывку, задавая вопросы вроде: «Что хотел сказать этим автор?». Что он хоте л сказать, то он и сказал. Пушкин любит город Петербург, и я после посещени я культурной столицы России в прошлом году его прекрасно понимаю. Петербург поразил Пушкина, когда он его впервые увиде л. Об этой Северной Венеции писали Гоголь, Достоевский, Некрасов, Тютчев, Ф ет, Бунин, Брюсов, Блок, Волошин, Северянин, Хлебников, Мандельштам, Гумиле в, Ахматова, Набоков, Маяковский, Пастернак. «Город на костях» можно любит ь и ненавидеть, но он обладает способностью удивлять каждого посетителя , оставляя неизгладимое впечатление на всю жизнь. По-видимому, Петербург – это и есть загадочная, непостижимая душа каждого человека, для которо го Россия – родная страна. V . Заключение. Ломоносов и Пушкин, а также десятки поэтов, воспевали великого русского патриота Петра Алексеевича Романова. Первый из них назвал его «Божество м», второй объяснил, почему это справедливо. Мы ищем героев, но иногда дост аточно только почитать русскую классику. В поэме «Медный всадник» автор восхищается любимым городом, его создате лем и своей страной. Он верит в Россию, и мы верим в неё вместе с ним. В XVIII в. В.К.Тредиаковский, А.П.Сумароков, Г.Р.Державин посвятили Петру I свои стихотворения. В одах М.В.Ломоносова создаётся образ и деального правителя, заботящегося о распространении просвещения, об ус пехах наук, об улучшении экономического положения и о духовном росте сво их подданных. Примером, достойным всяческого подражания для очередных р оссийских венценосцев, Ломоносов, естественно, избрал Петра I . В сознании передовых современник ов Ломоносова Петр I закре пился как царь-реформатор, обновитель России, а «дело Петрово» стало зна менем в борьбе за дальнейшее развитие страны. Николай I поручил А.С. Пушки ну заняться составлением истории Петра I . В болдинскую осень 1833-го года Пушкин написал поэму «Медный Всадник». Хотя все материалы и черновики полностью сохранились, проникн уть в сокровенный замысел «Петербургской повести», «раскрыть тайну поэ мы», как говорил известный пушкинист И.В. Измайлов, не удалось ни одному ис следователю. Прежде всего, «Медный всадник» – поэм а историческая, поскольку в ней упоминается русский император Петр I, а та кже его поступки и достижения. Вполне логично предположить, что прототип ом Евгения тоже является историческая личность. Вероятно, это сын Петра I царевич Алексей, поскольк у биографии наследника первого российского императора и молодого чело века, героя «Медного Всадника» по многим пунктам совпадают. Безусловно, попытки описать Петербург появились со времени его основан ия, но А. С. Пушкину во вступлении к поэме, как никому другому, удалось воспе ть этот город, и его справедливо считают основоположником петербургско го текста. «Медный всадник» – это символическая поэма с ярким описанием стихийно го бедствия, и понимание символа «наводнение» у критиков различно: всеми рный потоп, восстание декабристов на Сенатской площади. Можно предполож ить, что А. С. Пушкин подразумевал близкое ему по времени событие – Отечес твенную войну с Наполеоном 1812 года. В Петербурге произошло страшное событие – наводнение затопило весь город, погибли люди, волны бушуют, но с памятником ничего не случилось. Нева вернулась в своё русло, а Медный Всадник, главный герой поэмы, продолжает возвышаться на своем постаменте. Так и Россия уч аствовала в войне с Наполеоном, погибли люди, но сражения закончились, и н аша страна всё также существует на политической карте мира. И в этом, веро ятно, и заключается идейный смысл поэмы: Медный Всадник – это символ Рос сии, которая все равно победит, выстоит, несмотря ни на что. VII. Список литературы. 1. Анисимов Евг. «Ир ой спокоен – конь яростен», ж. «Вокруг света» №4, апрель 2003 2. Анисимов Евг.. Вре мя петровских реформ – Л.: Лениздат, 1989 3. Анциферов Н. П. Душ а Петербурга. Пг., 1922 4. Архангельский А. Н. Герои Пушкина. Очерки литературной характерологии: - М.: Высш. шк., 1999 5. Благой Д. Д. Истори я русской литературы XVIII ве ка. М., 1951 6. Брюсов В., Стихотв орная техника Пушкина (см. Пушкин, Полн. собр. соч. под редакцией С. А. Венгер ова, СПб. 1909, т. VI , стр. 367). 7. Гоголь Н.В. Полн. Со бр. соч., т. 6, М., 1980 8. Гринева Н. Воспом инания. М., 1960 9. Измайлов Н.А. Очер ки о творчестве Пушкина, изд. «Наука» Л., 1976 10. Левидов А.М. Автор – Образ – Читатель. Л., Изд-во Ленингр. ун-та, 1977 11. Ломоносов М. В. Пол н. собр. соч., т. 8, М., 1986 12. Ломоносов М.В.. Поэ тическая Россия. М.: «Сов. Россия», 1984 13. Москвитянин, 1852, № 20, кн. 2, отд. IV. 14. Петербург в русск ой поэзии: Поэтическая антология/Сост. М. В. Отрадин – Л., Изд-во Ленингр. ун- та, 1988. 15. Пушкин А. С. Собр. с оч. в 3-х томах, М., 1986 16. Стефанович П. С. Ге рои эпохи Петра, ж. Отечественная история - №1 – 2004, изд. «Наука», М. 17. Федоров В. И. Русск ая литература X VII I в. М.: «Прос вещение», 1990 18. Эйзенштейн С. При меры изучения масштабного письма. – «Искусство кино», 1955, №4.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
- А помнишь, Вадик, как мы сыграли свадьбу?
- По-моему, вничью.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по литературе "Петр I в поэме А.С.Пушкина "Медный всадник": проблемы интерпретации", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru