Реферат: Особенности детской литературы - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Особенности детской литературы

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 26 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Мно го лет не стихающий спор вокруг вопроса о том, существует ли специфика де тской литературы и необходима ли она, решился в пользу признания специфи ки. Большинство писателей и критиков выступили “за”. Как ни парадоксальн о, самую крайнюю точку зрения на специфику выразил С. Михалков: “не лучше л и говорить об эстетике искусства, одинаково приложимой и к литературе дл я взрослых, и к детской литературе”1. Высказывание С. Михалкова категорич ески снимает разговор о специфике. Близка к С. Михалкову Л. Исарова, котора я отрицает специфику детской литературы на том основании, что авторы луч ших произведений для детей “не приноравливают свою манеру под детей”, а создают для них подлинно художественные произведения. Правда, Исарова н епоследовательна в своих суждениях: в сноске она делает оговорку, что во зрастная специфика “обязательна в книжках для дошкольников и младших ш кольников”2. Несмотря на кажущуюся противоположность взглядов, сторонников и проти вников специфики объединяет общность позиции: и те, и другие стремятся з ащитить детскую литературу как равноправное искусство слова, оградить ее от схематизма и упрощённости. Отсюда страстный призыв С. Михалкова ме рить детскую литературу по законам искусства вообще. Специфика детской литературы существует и корни ее — в особенностях де тского восприятия действительности, которое качественно отличается от восприятия взрослого человека. Особенности детского восприятия, его ти пологические возрастные качества вытекают (как об этом свидетельствую т работы Л. С. Ваготского, А. Т. Парфенова, Б. М. Сарнова и собственные наблюде ния автора статьи) из своеобразия антропологических форм детского созн ания, которые зависят не только от психофизиологических факторов, но так же и от социальных особенностей детства. Ребенок — общественный челове к, но социальная основа, на которой развивается его общественное сознани е, отличается от социальной основы сознания зрелого человека: взрослые л юди непосредственные члены социальной среды, а в отношениях ребенка с с оциальной действительностью важную роль играет взрослый посредник. “Д ело заключается в том, — говорит А. Т. Парфенов, автор статьи “О специфике художественной литературы для подрастающего поколения”,— что значите льное количество жизненных функций подрастающего поколения удовлетво ряется, формируется и стимулируется взрослыми, а это накладывает специф ическую печать и на косвенный и на непосредственный опыт подрастающего поколения”3. Чем старше ребенок, тем более самостоятелен он в общественн ых отношениях, тем меньше в его положении социальной специфики детства. Возраст растущего человека делится на этапы— детство, отрочество, юнос ть. Каждому этапу соответствует качественно своеобразный тип сознания, между которыми существуют промежуточные, переходные формы, сочетающие два типа сознания— на грани детства и отрочества и когда подросток стан овится юношей. Коль скоро социальные основы сознания ребенка и сознания взрослого разные, то и эстетическое отношение к действительности у дете й иное, чем у взрослых: ведь эстетическое отношение возникает на основе с оциальной практики как вид общественного сознания. В этой связи вызывае т возражение категоричное утверждение Андрея Нуйкина: “нет эстетики от дельно— взрослой, отдельно— детской. Есть одна человеческая эстетика” 4. Это утверждение уязвимо уже потому, что еще Н. Г. Чернышевский убедитель но доказал классовый, а не общечеловеческий характер эстетики. Чем меньше возраст читателя, чем ярче проявляется возрастная специфика, тем специфичнее произведение для детей, и наоборот: по мере возмужания ч итателей исчезают специфические черты детского возраста, угасает и спе цифика детской литературы. Но детство не остается неизменным: оно меняет ся вместе с изменениями в социальной среде и действительности. Сдвигают ся границы возрастных этапов, поэтому нельзя рассматривать возрастную специфику как нечто раз и навсегда данное и навечно застывшее. В сегодня шнем мире бурного технического прогресса и все возрастающей информаци и на наших глазах происходит акселерация детства. Изменения в возрастно й специфике, естественно, приводят к изменениям в особенностях детской л итературы: она взрослеет. Но детство существует, существует возрастная с пецифика, значит, существует и специфика детской литературы. В чем и как проявляется специфика детского произведения? На этот счет ед иного мнения нет. По мысли Л. Кассиля, “специфика детской книги— это учет возрастных возмо жностей понимания читателя и в соответствии с этим расчетливый выбор ху дожественных средств”5. Л. Кассиля п оддерживает и даже повторяет И. Мотяшов: “Весь же вопрос так называемой в озрастной специфики еще со времен Белинского сводится к стилю детских п роизведений; излагать должно “сообразно с детским восприятием, доступн о, живо, образно, увлекательно, красочно, эмоционально, просто, ясно”6. Но вс е перечисленные признаки стиля детского произведения так же необходим ы и в произведении для взрослых. Л. Кассилю и И. Мотяшову вторит А. Алексин: “... проблема специфики детской кн иги — это, на мой взгляд, прежде всего проблема ее формы, а не содержания”7. Итак, специфика не затрагивает содержания литературного произведения? Получается противоречие между содержанием и формой. Содержание же, лише нное присущей ему формы, теряет глубину и даже истинность. Полагая в детс ком искусстве специфическим лишь “как”, а не “что”, мы разрываем по сущес тву содержание и форму и легко можем прийти к обоснованию иллюстративно й формы искусства. Авторы же этой точки зрения стремятся убедить как раз в обратном. Коренным вопросом любого искусства всегда было и будет его отношение к д ействительности. Вопросы поэтики, “расчетливый выбор художественных с редств” — производные от коренного вопроса. На мой взгляд, специфика де тского произведения кроется не только в форме, но прежде всего в содержа нии, в особом отражении действительности. Для детей “предметы те же, что и для взрослых” (В. Г. Белинский), но подход к явлениям действительности в си лу особенностей детского миропонимания избирательный: что ближе детск ому внутреннему миру— видится им крупным планом, что интересно взросло му, но менее близко душе ребенка, видится как бы на отдалении. Детский писа тель изображает ту же действительность, что и “взрослый”, но на первый пл ан выдвигает то, что ребенок видит крупно. Изменение угла зрения на дейст вительность приводит к смещению акцентов в содержании произведения, во зникает и необходимость в особых стилевых приемах. Детскому писателю ма ло знать эстетические представления детей, их психологию, особенности д етского мировосприятия на различных возрастных этапах, мало обладать “ памятью детства”. От него требуются высокое художественное мастерство и естественная способность во взрослом состоянии, глубоко познав мир, ка ждый раз видеть его под углом зрения ребенка, но при этом не оставаться в п лену детского мировосприятия, а быть всегда впереди него, чтобы вести чи тателя за собой. Специфичность детского произведения, его формы и содержания, проявляет ся прежде всего в жанровом своеобразии. На самом деле, все жанры, существующие во “взрослой” литературе, есть и в д етской: роман, повесть, рассказ, новелла, очерк и т. д. Но очевидно и различие между идентичными жанрами “взрослой” и детской литератур. Оно объясняе тся различием в жанрообразующих элементах, различием, которое обусловл ено специфической ориентацией на читательское восприятие. Специфичны все жанрообразующие элементы произведения для детей. Для доказательства этого положения обратимся к сопоставительному анал изу только одного жанрообразующего элемента — пейзажа,— намеренно оп устив все остальные,— в автобиографической повести для детей (“Кандаур ские мальчишки” Г. Михасенко, “Грозовая степь” А. Соболева) и в повести для взрослых (“Детство Багрова — внука” С. Аксакова, “Детство”, “Отрочество ” Л. Толстого и “Повесть о детстве” Ф. Гладкова). Пейзаж в произведении для детей и в произведении для взрослых различен по объему, содержанию и хар актеру зарисовок. В “Детстве Багровавнука” пейзажи занимают большое место, потому что гер ой произведения живет главным образом в деревне и с детства приобщен к м иру природы. Повесть написана от лица ребенка, но рассказ ведет взрослый человек воспроизводящий и анализирующий впечатления детства. В пейзаж ах Аксаков выступает певцом русской природы: неторопливо, обстоятельно, с перечислением подробностей ведет он описание дороги в Багрово и Чурас ово в разные времена года, ледохода на Белой, пробуждения весны и т. д. Все с одержание повести служит объяснением, почему Аксаковписатель стал вел иколепным пейзажистом. Пейзажи повести свидетельствуют о том, что произ ведение написано для взрослых в них выражено мировоззрение художника, з релого человека, со сложившимися эстетическими взглядами, с философско й концепцией мира и человека. Писатель и не прячется под маску ребенка. Так, описание сада в первой глав е: “Сад, впрочем, был хотя довольно велик, но некрасив...” заканчивается сло вами “...несмотря на мое болезненное состояние, величие красот божьего ми ра незаметно ложилось на детскую душу и жило без моего ведома в моем вооб ражении”8. Последняя фраза, заключающая мысль о благотворном влиянии при роды на формирование личности, адресована взрослому читателю. Рассказы вая о дорожных впечатлениях, автор от имени Сережи переходит к размышлен иям об удивительном состоянии путешествующего. “...Она (дорога.— Е. К.) соср едоточивает его мысли и чувства в тесный мир экипажа, устремляет его вни мание сначала на самого себя, потом на воспоминания прошедшего и, наконе ц, на мечты и надежды в будущем; и все это делается с ясностью и спокойстви ем, без всякой суеты и торопливости... Точно то было тогда со мной”9. Такого р ода размышления вызывают определенные ассоциации у взрослого читателя , потому что они опираются на жизненный опыт, но вряд ли привлекут внимани е юных, у которых таковой опыт еще невелик. Тонкий и вдумчивый наблюдател ь, С. Аксаков спокойно и размеренно ведет рассказ об увиденном в природе, н е опуская подробностей и деталей, фиксируя мельчайшие приметы, подмечен ные им: “Дождя выпало так много, что сбывшая полая вода, подкрепленная дож дями и так называемою земляною водою, вновь поднялась и, простояв на преж ней высоте сутки, вдруг слила... В конце Фоминой недели началась та чудесна я пора, не всегда являющаяся дружно, когда природа, пробудясь от сна, начне т жить полною, молодою торопливою жизнью, когда все переходит в волнение, в движение, в звук, в цвет, в запах”10. Великолепные описания Аксакова по-нас тоящему не могут увлечь ребенка: в них нет специфически детского взгляда на мир природы (автор и не задавался такой целью), они общи и созерцательн ы, детям же психологически чужда способность созерцать и абстрагироват ь. Кроме того, пейзажи в повести Аксакова представлены так обильно и в так ом объеме, что задерживают движение сюжета, постоянно прерывая и без тог о медленное течение событий, а юный читатель спешит: “... детское время иде т плотней, чем в шекспировской драме” (Б. Житков) в связи с насыщенностью ж изни ребенка событиями и происшествиями. Юному читателю больше импонир уют произведения с быстро бегущим временем. Обобщения, философские отст упления, описания природы — это те самые остановки во времени, которые м енее всего привлекают детей. В трилогии Л. Толстого пейзаж занимает значительно меньше места, чем в по вести С. Аксакова: писателя в большей степени интересует “диалектика душ и” ребенка из аристократической среды, связи с внешним миром у которого значительно слабее, чем у аксаковского Сережи. По силе проникновения в д ушевную жизнь ребенка первые две части трилогии— явление еще небывало е в русской литературе. Л. Толстой с изумительным мастерством исследует детство, чтобы объяснить настоящее, показывает, как формируется человеч еский характер. Что же касается пейзажей, то даже в первой части трилогии они не отражают детского видения природы: “...прямо под окнами дорога, на к оторой каждая выбоина, каждый камешек, каждая колея давно знакомы и милы мне; за дорогой — стриженая липовая аллея, из-за которой кое-где виднеетс я плетеный частокол; через аллею виден луг, с одной стороны которого гумн о, а напротив лес; далеко в лесу видна избушка сторожа”". Восприятие этого описания детьми (как многих других у Толстого да и у Аксакова) затрудняет ся уже тем, что все оно вмещено в одно большое предложение, усложненное пр идаточными и обилием перечислений, которые не сразу “схватываются” юны м читателем. Интересно, что в произведениях Л. Толстого для детей описани я природы лаконичны и вкраплены в текст короткими фразами. Примером могу т служить пейзажи из “Кавказского пленника”. “Была раз гроза сильная, и д ождь час целый как из ведра лил. И помутились все речки. Где брод был, там на три аршина вода пошла, камни ворочает. Повсюду ручьи текут, гул стоит по го рам. Вот как прошла гроза, везде по деревне ручьи бегут”12. Здесь все прозра чно, легко, конкретно и зримо, а прием инверсии приближает текст к разгово рной речи, привычной и понятной детям. В трилогии больше всего пейзажей во II части. Представления героя о мире и себе самом значительно расширились, он начинает осознавать себя как сам остоятельную личность. Пейзаж приобретает психологический характер, ч асто с субъективной окраской. “Солнце только что поднялось над сплошным белым облаком, покрывающим восток, и вся окрестность озарилась спокойно радостным светом. Все так прекрасно вокруг меня, а на душе так легко и радо стно” 13. В пейзажах III части трилогии выражен авторский взгляд на мир и человека, е го миросозерцание, недоступные пониманию детей и подростков. Остаются н е понятными юным читателем и описания природы, в которых Л. Толстой выраж ает мысль о нравственном самоусовершенствовании: наступление весны, пр обуждение земли, сырой, пахучий воздух и радостное солнце — все это гово рило герою повести “про красоту, счастье и добродетель, говорило, что как то, так и другое легко и возможно для меня, что одно не может быть без друго го, и даже что красота, счастье и добродетель — одно и то же”14. Конечно, сущ ествует общее в пейзажах для детей и для взрослых, как существует принци пиальная общность между детской и “взрослой” литературой, но многое в то лстовских пейзажах ускользает из поля зрения читателей — детей и подро стков, в частности их философская глубина, а остается, так сказать, природ а в снятом виде. В “Повести о детстве” Ф. Гладков проявляет себя мастером лирического пей зажа, музыкального и живописного, необходимого для более выразительног о раскрытия характера героя. В отличие от Сережи и Николеньки Федя рано в ключен в жизнь взрослых: в бедной крестьянской семье нет “детских”, вся б ольшая семья живет в одной избе, мальчик видит и слышит то, что ему лучше п ока не видеть и не слышать. Но “свинцовые мерзости жизни” не убили в нем жи вую душу, а светлые, праздничные минуты закаляют его волю против зла. Федя , как все крестьянские дети, с раннего детства приобщен к труду взрослых, т яжелому, но прекрасному. В I части книги автор рисует “лунноснежные ночи зимы” с мерцанием звезд, с алмазными искрами на снегу, используя при этом любимые эпитеты — “льдис тый” и “лунноснежный”. Во второй части книги пейзажи теплее, они прогрет ы весенним и летним солнцем, пахнут землей и хлебом, связаны с картинами с ельского труда. Однако поэтическая образность, цветистость языка пейза жей “Повести о детстве” чаще всего соответствует особенностям детског о восприятия: то, что чарует взрослого, оставляет равнодушным ребенка. “Х очется смотреть в синее мягкое небо и провожать тугие белые облачка”15. Дл я ребенка, мыслящего конкретно, пожалуй, будут “мягкими” облачка, а небо т угим. Кстати, наблюдение над постоянно меняющими свои очертания облакам и — одно из любимых детских занятий. Но дети видят небо с плывущими по нем облаками иначе, чем взрослые, иначе, чем это показано у Ф. Гладкова. Вот как видит облака Мишка у Г. Михасенко: “Огромная, в полнеба, лошадь зам ерла над деревней в страшном полете. На улице стало даже темно. Но дунул ве тер, и лошадь расползлась, как намокшая бумага”16. Малявкин из рассказа Ю. Я ковлева “Собирающий облака” “...долго-долго следил за облаками, которые о бязательно на что-нибудь похожи. На слона, на верблюда или на снежные горы ”17. У Соболева в “Грозовой степи” “Белые легкие облачка вперегонки бегут по небу и тают в синеве, ясной и высокой”18. Детей привлекают в облаках преж де всего их переменчивость, кажущаяся легкость и мягкость. В пейзажной живописи Гладкова много образов, восхитительных для взросл ого и непонятных, “странных” для ребенка: “лунноснежная тишина”, “лунный воздух и снежное сияние”, “небо было покрыто инеем”, “я выпрыгнул в окно и , ошпаренный солнцем, сразу погрузился в мягкую небесную синеву” , “небо б ыло мягкое и тоже горячее” и т. п. Ф. Гладков чаще,. чем С. Аксаков и Л. Толстой, использует сравнения, но эти сравнения не рассчитаны на детское восприя тие, в них неизвестное ребенку сравнивается с неизвестным же: “небо чист ое, как лед”, “вода стекала с уступчиков, как жидкое стекло”, “снежная каши ца плавает, как накипь” и т. д. Наблюдения над пейзажами трех “взрослых” повестей о детстве позволяют обнаружить любопытную закономерность: в них нет “прямых” соотнесений ч еловеческой жизни с жизнью природы, очень редки сравнения. На первом пла не — пластическое изображение объектов природы, которое действует на ч увства читателя, способного на основании ассоциативных связей ощутить изображаемое как действительное. Чаще всего в этих пейзажах присутству ют эпитеты — определения, которые естественно затормаживают действие и вносят в описания картин природы элементы созерцательности, глубоких раздумий, философских размышлений, т. е. того, что чуждо детям. И еще одна ос обенность — пейзаж в этих повестях часто имеет самостоятельную художе ственную ценность, а описания ледохода на Белой у Аксакова и грозы у Толс того служат классическим образцом пейзажной лирики в прозе. Иначе обстоит дело в произведении для детей. Детская литература тоже при общает ребенка к миру природы, пробуждая в нем “драгоценность способнос ти сопереживать, сострадать, порадоваться, без которой человек — не чел овек” (К. Чуковский). Но у ребенка нет мировоззрения (оно только начинает ф ормироваться), нет философского осмысления явлений действительности, п оэтому в содержании пейзажа произведения для детей выражается эмоцион альное, чувственно живое и эстетическое отношение ребенка к природе. По объему пейзажные зарисовки значительно меньше, чем в произведении для в зрослых, синтаксис их проще и легче. В автобиографической повести о дет стве Г. Михасенко “Кандаурские мальчишки”, написанной от лица 10летнего г ероя Мишки, пейзаж изображен так, как изобразил, бы его сам Мишка, умей он в письменной форме выразить свое видение природы. Для этого писателю необ ходимы реальное представление о детстве, способность перевоплотиться в своего героя и подетски воспринимать мир. Процесс перевоплощения у Мих асенко облегчается тем, что он хорошо помнит себя ребенком, в результате чего мироощущение рассказчика Мишки совпадает с авторским мироощущени ем. Создавая такого рода повесть, писатель, с одной стороны, учитывает ос обенности восприятия искусства детьми, с другой стороны, стремится не вы йти “из образа” рассказчика, от лица которого освещаются события, даются портретные и психологические характеристики, пейзаж. У Михасенко пейзаж включается в повествование небольшими по объему кус ками: дети не любят длинных описаний, потому что внимание их неустойчиво, постоянно перемещается с объекта на объект в поисках нового. Так как дет ям психологически чужда способность созерцать, им нужен не развернутый пейзаж с описанием подробностей, а главное в картине природы. В соответс твии с этими особенностями мировосприятия ребенка и создает Михасенко свои пейзажи, краткие и лаконичные. Для ребенка характерна конкретность видения, которая наталкивает его на неожиданные и точные сравнения (“В н ебе висели редкие облака, круглые и белые, как одуванчики”), а недостаток о пыта заставляет искать ассоциации в окружающей действительности. Поэт ому в пейзажах повести о детстве у Г. Михасенко и Соболева часты “прямые” соотнесения человеческой жизни с жизнью мира природы. Соотнося человеч ескую жизнь с явлениями природы, писатель, естественно, чаще всего испол ьзует сравнения, а так как он изображает мир с точки зрения ребенка, то в с равнениях отражается детское видение мира: “Тучи играли вдогоняшки”, ил и “усталое солнце тянулось к горизонту, как к постели. Казалось, оно и не з айдет, а лишь опустится до земли и тотчас заснет”. Так видит предзакатное солнце набегавшийся за день, уставший Мишка. Детям свойственно одушевлять предметы, наделять их человеческими каче ствами, отсюда в повести “Кандаурские мальчишки” обилие олицетворении. “Тучи ползли и ползли, тайга их равнодушно глотала, а они все лезли”19, “на к раю лощины тесно селились березы, щекоча друг друга ветками”20. Вообще же с реди разнообразных средств выразительности Михасенко отдает предпочт ение сравнениям как наиболее доступному для детей способу познания и из ображения действительности. В повести А. Соболева, написанной, как и повесть Г. Михасенко, от первого ли ца, все события, характеры и богатая алтайская природа пропущены через в осприятие Леньки. “Грозовая степь” богата описаниями природы. Первая гл ава повести служит как бы прелюдией ко всему произведению, она полностью посвящена пейзажу, символизирующему поэзию и очарование детства, очист ительную силу социальных преобразований, происходящих в деревне. Геройрассказчик А. Соболева старше героя Михасенко по возрасту, по внутр енней, нравственной и социальной зрелости. В 12 лет он не только открывает мир, но и самого себя, определяет свое место в открывающемся перед ним мир е. У Леньки отроческий тип сознания: реальное и фантастическое отношение к действительности сочетаются, и это ярче всего проявляется в его отнош ении к природе. В этом смысле интересны главы, рассказывающие о жизни Лен ьки с дедом на покосе: богатство и красота мира природы будоражат Леньки ну душу, дают богатую пищу воображению, простор для полета фантазии, кото рая уносит его далеко-далеко, за тридевять земель. Если Мишку у Михасенко и его ровесника Малявкина у Ю. Яковлева облака привлекают своей причудли вой изменчивостью, то у Леньки они еще и возбуждают мечты о “дальних стра нах”: “И не облака это вовсе, а паруса боевых кораблей, и голубизна неба— э то лазурь Индийского океана. Корабли плывут к неведомым сказочным остро вам, и я— лихой марсовой— зорко гляжу в океан, чтобы, заметив туманную по лоску берега, закричать:“Земля!”21. Реальное и фантастическое переплетаются в Ленькином сознании: “Высока я, остропикая трава— это уже не трава, а полчища татар, и я не двенадцатиле тний мальчишка, а Илья Муромец в жестокой сече за Русь”22. Фантастическое в ыступает здесь, как и в примере с облаками-кораблями, в героико-романтиче ской форме, чего мы еще не замечали у Мишки. Ленькино детство проходит среди крестьянства, в котором живы “преданья простонародной старины”, мальчик наивно верит в могучую силу сказочной “золотой стрелы” и вместе с друзьями пытается отыскать ее. Народнопоэти ческие образы прочно живут в Ленькином воображении, особенно в связи с в осприятием природы, и в пейзажах А. Соболева часты поэтические приемы и о бразы устного народного творчества: “Над степью вполнеба опрокинулась радуга. А сама степь переливается самоцветами, будто еще одна радуга упа ла на землю и рассыпалась в цветах”23. У Леньки в сравнении с Мишкой больше жизненного и социального опыта, обш ирнее ассоциации, поэтому в пейзажных зарисовках Соболева обилие разве рнутых сравнений и метафор, картины природы даны значительно шире и напо лнены более глубоким содержанием, чем в “Кандаурских мальчишках”, соотн есения жизни людей с миром природы глубже и социально окрашенное: “Каждо е дерево имеет свое лицо. Вон те, маленькие, выбежали вперед— это девчонк и. Озорные, они убежали из-под надзора матери и смеются— вздрагивают зел еными листочками”. А вон стоит одинокая береза с обломанной вершиной. Эт о старуха: “Потемнели рабочие руки ветки, опустились бессильно. И не раду ет ее ни яркий свет, ни тепло, ни медовые запахи”24. Ель ассоциируется у Лень ки с воином, прямым и строгим. “Стоит и смотрит все вдаль да вдаль, насторо женно выставив острые пики ветвей. Какого врага ждет?”25. Герой живет в мир е острой классовой борьбы, и образ воина защитника не случайно рождается в его воображении. Ленька осмысленнее и глубже видит мир, чем герой Михасенко, поэтому мета форы и сравнения А. Соболева сложнее: “Тоненькую белоногую березку среди полянки забусило дождевыми каплями, словно фатой покрыло”26. Сравнения е ще опираются на детский опыт, но сам этот опыт значительно шире, чем у Мишк и: “...глядим на мир, на степь, ровную-ровную; как туго натянутый цветистый по лушалок, какие носят девки в нашем селе”27. В повести Соболева за героем рассказчиком ощущается присутствие самог о автора: “Я смотрю в далекие, открытые солнцу просторы, вдыхаю милый серд цу запах сена, конского пота, дегтя, и в груди сладко и горько щемит. Может п отому и щемит, что, еще не сознавая, чувствую, что где-то здесь на покосе, в м едвяных травах заплуталось мое босоногое детство”28. Это авторская мысль , в 12 лет Ленька, как все дети, не мог еще так отчетливо осознать свое состоя ние. Иногда автор намеренно вступает в повествование непосредственно о т себя, а не от имени Леньки: “И потом, в тяжкие годы юности моей военной, коч енея в болотах Заполярья, в часы испытаний на поле боя, видел я эту послегр озовую степь, осиянную солнцем, зеленую землю мою, и она давала мне силы, в еру, мужество”29. Так природа предстает через детское видение, но осмыслен ная зрелым человеком. Это придает особый колорит пейзажам Соболева: прои сходит взаимопроникновение детского и “взрослого” восприятии природы. Наблюдения над автобиографическими повестями о детстве и для детей поз воляют сделать вывод, что чем старше герой-рассказчик, чем ближе он психо логически к взрослому, тем меньше специфических особенностей в пейзаже “детского” произведения по сравнению с пейзажем в произведении для взр ослых. Таким образом, анализ пейзажа как одного из жанрообразующих элеме нтов показывает, что жанровая специфика произведения для детей обуслов лена возрастными особенностями миропонимания и угасает по мере возмуж ания героя-рассказчика и читателя. ПРИМЕЧАНИЯ 1 “Литература и жизнь” от 13 мая 1962 года. 2 Л. И с а р о в а. Всегда ли нужна “возрастная специфика”?// Вопросы литературы. 1960. № 9. 3 Книга ведет в ж изнь. М.: Просвещение, 1964. С. 62. 4 А. Н у й к и н. Еще раз о том, что детская литератур а — это литература // Дет. лит. 1971.№8. С. 26. 5 Выступление на II съезде Союза советс ких писателей. 6 И. М о т я ш о в. Специфика ли виновата? // Вопросы литературы . 1960. № 12. С. 19. 7 А. Алексин. Я к Вам пишу...// Дет. лит. 1966. № 1. С. 26. 8 С. Аксаков. Детские годы Багрова— внука. М.: Детгиз, 1962. С. 20. 9 Там же. С. 50. 10 С. Аксаков. Детские годы Багр ова— внука. М.: Детгиз, 1962. С. 220. 11 Л. Н. Толстой. Собр. соч. в 14 томах. М.: Худож. лит., 1951. Т. 1. С. 7. 12 Л.Н. Толстой. Собр. соч. М.: Худож. лит., 1952. Т. X. С. 160. 13 Л. Толстой. Собр. Соч. в 14 томах. М.: Худож. лит., 1951. Т. I.С. 103. 14 Там же. С. 180. 15 Ф. Гладков. Повесть о детстве. М.: Х удож. лит., 1956. С. 420. 16 Г. Михасенко. Кандаурские мальчишки. Новосибирск: Зап.Си б. кн. изд., 1970. С. 9. 17 Ю. Яковлев. Собирающий облака. М.: Дет. лит., 1963. С. 10. 18 А. Соболев. Грозовая степь. М.: Дет. лит.,1964. С.6. 19 Г. Михасенко. Кандаурские мальчишки. Нов осибирск: Зап.Сиб. кн. изд., 1970. С.135. 20 Г. Михасенко. Кандаурские мальчишки. Ново сибирск: Зап.Сиб. кн. изд., 1970. С.58. 21 А. Соболев. Грозовая степь. М.: Детгиз, 1964. С. 75. 22 Там же. С. 72. 23 А. Соболев. Грозовая степь. М.: Детгиз, 1964. С. 5. 24 Там же. С. 75. . 25 Там же. С. 75. 26 Там же. С. 89. 27 Там же. С. 36— 37. 28 А. Соболев. Грозовая степь. М.: Детгиз, 1964. С. 103. 29 Там же, С. 89. Проблемы русской литератур ы /Омский гос. пед. инт. Омск, 1974. Вып. 82. С.8799.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Владелец магазинов "Всё по 37 рублей" задолбался менять вывески.
Теперь он просто поставил табло. Четырехзначное.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Особенности детской литературы", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru