Реферат: Обломовщина - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Обломовщина

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 23 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Обломовщина В чем заключаются главные ч ерты обломовского харак тер а ? В совершенно й инертности , происходящей от его апа тии ко всему , что делается на свете . Причина же апатии заключается отчасти в его вн ешнем положении , отчасти же в образе его умственного и нравственного развития . По внешнему своему положению – он барин ; “у него есть За хар и еще триста Захаров” , по выражению автора . Пре имуще ство своего положения Илья Ильич объясняет Заха ру таким образом : Разве я мечусь , разве работаю ? мало ем , что ли ? худощав или жалок н а вид ? Разве недостает мне чего-нибудь ? Каж ется , п одать , сделать есть кому ! Я ни разу не натянул себе чулок на ноги , как живу , слава богу ! Стану ли я б еспокоиться ? из чего мне ?.. И кому я это говорю ? Не ты ли с . детства ходил за мной ? Ты все это знаешь , видел , что я воспитан нежно , что я ни холода , ни гол од а никогда не терпел , нужды не знал , хле ба себе не зарабатывал , и вообще черним делом не занимался И Обломов говорит совершенную правду . История его воспитания вся служит подтверждением его слов . С малых лет он привыкает быть байбаком благодаря тому , что у него и подать и сделать - есть кому ; тут уж даже и против воли н ередко он бездельничает и сибаритствует . Ну скажите , пожалуйста , чего же бы вы хотел и от человека , выросшего вот в каких у словиях : Захар,— как , бывало , нянька , - натягив ает ему чулки , надевае т башмаки , а Илюша , уже четырнадцатилетний мальчик , только и знает , что подставляет ему , лежа , то ту , то другую ногу ; а чуть что пока жет ся ему не так , то он поддаст Захарке ногой в нос . Если недоволь ный Захарка в здумает пожаловаться , то получит еще от с т арших ко лотушку . Потом Захарка ч ешет ему голову , натягивает куртку , осто рожно продевая руки Ильи Ильичу в рукава , ч тоб не слишком бес покоить его , и напомина ет Илье Ильичу , что надо сделать то , др угое : вставши поутру — умыться и т . п. Захочет ли чего-ниб удь Илья Ильич , ему стоит только мигнуть— уж трое-четверо слуг кидаются исполнять его жела ние ; уронит ли он что-нибудь , достать ли ему нужно вещь , да не достанет , принести ли что , сбегать ли зачем,— ему иногда как резвому мальчику , так и хо чется броси ться и переделать все самому , а тут вдруг отец и мать да три тетки в пять голосов и закричат : — Зачем ? куда ? А Васька , а Ванька , а Захарка на что ? Эй ! Васька , Ванька , Захарка ! Чего вы смотрите , разини ? Вот я вас !.. И не удается никак Илье Ильичу сд елать что-ниб удь самому для себя . Посл е он нашел , что оно и покойнее гораздо , и выучился сам покрикивать : “Эй , Васька , Ванька , подай то , дай другое ! Не хочу того , хочу этого ! Сбегай , принеси !” Подчас нежная заботливость родителей и надоедала ему . Побе жит ли он с лестн ицы или по двору , вдруг вслед ему раздается де сять отчаянных голосов : “Ах , ах ! поддержите , остановите ! Упадет , расшибется ! Стой , стой...” Задумает ли он выскочить зимо й в сени или отворить форточку , - опять крики : “Ай , куда ? как можно ? Не бегай , не ходи, не отворяй : убьешься , простуд ишься...” И Илюша с печалью оставался дома , лелеемый , как экзотический цветок в тепл ице , и так же , как последний под стекло м , он рос медленно и вяло . Ищущие прояв ления силы обращались внутрь и никли , увяд ая. Такое воспитание во все не составл яет чего-нибудь ис ключительного , странного в н ашем образованном обществе . Не везде , конечно , Захарка натягивает чулки барчонку и т . п . Но не нужно забывать , что подобная льгота дается Захарке по особому снисхожде нию или вследствие высших пе д агог ических соображений и вовсе не находится в гармо нии с общим ходом домашних дел . Барчонок , пожалуй , и сам оденется ; но он знает , что это для него вроде милого развлечения , прихоти , а , в сущности , он вовсе не обязан это го делать сам . Да и вообще ему с а мому нет над обности что-нибудь делать . Из чего ему бит ься ? Некому , что ли , подать и сделать д ля него все , что ему нужно ?.. Поэтому он себя над работой убивать не станет , ч то бы ему ни толковали о необходимости и святости труда ; он с малых лет ви дит в свое м доме , что все до машние работы исполняются лакея ми и служанка ми , а папенька и маменька только распоря ж аются да бранятся за дурное исполнение . И вот у него уже готово первое понятие — что сидеть , сложа руки почетнее , нежели суетиться с работою ... В этом на п равлении идет и все дальнейшее развит ие. Понятно , какое действие производится таки м положением ребенка на все его нравствен ное я умственное обра зование . Внутренние силы “никнут и увядают” по необхо димости . Есл и мальчик и пытает их иногда , то разве в капр изах и в заносчивых требов аниях исполнения другими его приказаний . А известно , как удовлетворенные капризы развивают бесхарактерность и как заносчивость несовмес тна с уменьем серьезно поддерживать свое достоинство . Привыкая предъявлять бестолковые тре бова н ия , мальчик скоро теряет меру возможности и удобоисполнимости своих желани й , лишается всякого уменья соображать средств а с целями и потому становится в тупи к при первом препятст вии , для отстранения которого нужно употребить собствен ное усилие . Когда он в ырастает , он делается Обломовым , с большей или меньшей долей его апатичности и бесхарак терности , под бо лее или менее искусной маской , но всегда с одним неизменным качеством— отвращением от серьезной и самобытной деятельности Много помогает тут и умственное развитие Обломовых , тоже , разумеется , направляемое , их внешним положением . Как в первый р аз они взглянут на жизнь навыворот,— так у ж потом до конца дней своих и не могут достигнуть разум ного понимания своих о тношений к миру и к людям . Им потом и растолку ю т многое , они и поймут кое-что ; но с дет ства укоренившееся воззрение все-таки удержится где-нибудь в уг олку и беспрестанно выглядывает оттуда , мешая всем новым понятиям и не допуская их уложить ся на дно души ... И делается в голове какой-то хаос : иной ра з человеку и решимость придет сделать что-ниб удь , да не знает он , что ему начать , куда обратиться ... И не мудре но : нормальный человек всегда хочет только того , что мо жет сделать ; зрто о н немедленно и делают все , ч то захочет ... А Обломов ... он не привык де лать что-нибудь , следователь но , не может хорошенько определить , что он может сделать и чего нет,— следовательно , не может и серьезно , деятельно захотеть чего-нибудь ... Ег о желания являются только в форме : “а хорошо бы , если бы вот это сделалось” ; но как э то может сделаться — он не знает . Оттого он любит помеч тать и ужасно боится того момента , когда м ечтания придут в соприкосновение с действител ьностью . Тут он старается взвалить дело на кого-нибудь другого , а если нет никого , то на авось... Все эти черты п ревосходно подмече ны и с необыкновен ной силой и истиной сосредоточены в лице Ильи Ильича Обломова . Не нужно представлять себе , чтобы Илья Иль ич принадлежал к какой-нибудь особенной породе , в кото рой бы неподвижность составляла существенную , коренную че р ту . Нес праведливо было бы думать , что он от п рироды лишен способности произвольного движения . Вовсе нет : от природы он — человек , как и все . В ребячестве ему хотелось побегать и поиграть в снежки с ребят ишками , достать само му то или другое , и в овраг сбе г ать , и в ближай ший берез няк пробраться через канал , плетни и ямы . Пользуясь ча сом общего в Обломов ке послеобеденного сна , он разми нался , бывало : “взбегал на галерею (куда не позволялось ходить , потому что она каждую минуту готова была разва литься ), об е гал п о скрипучим доскам кругом , лазил на го луб ятню , забирался в глушь сада , слушал , как жужжит жук , и далеко следил глазами его полет в воздухе” . А то— “забирался в канал , рылся , отыскивал какие-то корешки , о чищал от коры и ел всласть , предпочитал яблока м и ва ренью , которые дает маменька” . Все это могло служить за датком характера кроткого , спокойного , но не бес смыслен но-ленивого . Притом и кротость , переходящая в робость и подставление спины другим,— есть в человеке явление во все не при родное , а чисто б лагоприобретенное , т очно так же , как и нахальство и заносч ивость . И между обоими этими качествами ра сстояние вовсе не так велико , как обыкнове нно думают . Никто не умеет так отлично вздерги вать носа , как лакеи ; никто так грубо не ведет себя с под чиненным и , как те , которые подличают перед нач альника ми . Илья Ильич , при всей своей крот ости , не боится под дать ногой в рожу обувающему его Захару , и если он в сво ей жизни не делает этого с другими , та к единственно потому , что надеется встретить противодействие, которое нужно будет преодолеть . Поневоле он ограничивает круг своей деятельности тремястами своих Захаров . А будь у него этих Захаров во сто , в тысячу раз больше— он бы не встреч ал себе противодействии и приучился бы до вольно смело поддавать в зубы каждому, с кем случится иметь дело . И такое поведение вовсе не было б ы у него признаком ка кого-нибудь зверства натуры ; и ему самому и всем окру жающим оно , казалось бы , очень естественным , необ ходи мым ... никому бы и в голову не приш ло , что можно и дол жно вести себя как-нибудь иначе . Но — к несчастью иль к счастью— Илья Ильич родился помещиком средней руки , получал доход не более десят и тысяч рублей на ассигнации и вследствие того мог распоряжаться судьбами мира тол ь ко в своих мечтаниях . Зато в мечтах своих он и любил пре даваться воин ственным и героическим стремлениям . “Он любил иногда вообразить себя каким-нибудь непобеди мым полководцем , пред которым не только На полеон , но и Еруслая Лазаревич ничего не значит ; выдумает войну и причину ее : у него хлынут , наприм е р , народы из Африки в Европу , или устроит он нов ые крестовые походы и воюет , решает участь народов , разоряет города , щадит , казнит , ск азывает подвиги добра и великодушия” . А то он вообра зит , что он великий мыслитель или художник , что за ним го няется толп а , и все поклоняются ему ... Ясно , что Обло мов не тупая , апатическая натура , без стремлений и чувст ва , а чел овек , тоже чего-то ищущий в своей жизни , о чем-то думающий . Но гнусная привычка п олучать удовлетворение своих желаний не от собственных усилий , а о т других,— развила в нем апатическую неподвижность и повергла его в жалкое состояние нравств енного рабства . Рабство это так переплетается с барством Обломова , так они взаимно про никают друг друга и одно другим обусл овливаются , что , ка жется , нет ни малей ш ей возможности провести между ними ка кую-нибудь границу . Это нравственное рабство Обломо ва состав ляет едва ли не самую любопытную сторону его личности и всей его истории ... Но как мог дойти до рабст ва человек с таким независимым положением , как Илья Ил ь ич ? Кажется , кому бы и наслаждаться свободой , как не ему ? Не служит , не с вязан с обществом , имеет обеспе ченное состоян ие ... Он сам хвалится тем , что не чувств ует надобности кланяться , просить , унижаться , ч то он не по добен “другим” , которые работа ют без у стали , бегают , суетятся,— а не поработают , так и не поедят ... Он внушает к себе благоговейную любовь добр ой вдове Пшеницыной именно тем , что он барин , что он сияет и блещет , что он и ходит и говорит так вольно и н езависимо , что он “не пи шет беспрестанно б умаг , не трясется от страха , ч то опоздает в должность , не глядит на всякого так , как будто просит оседлать его и поехать , а глядит на всех и на все так смело и свободно , как будто требует покорности себе” . И , одна ко же , вся жизнь этого барина убита тем , ч то он постоянно остается рабом чужой воли и никогда не возвышается до тог о , чтобы проявить какую-нибудь самобытность . Он раб каждой женщины , каждого встречного , р аб каждого мо шенника , который захочет взять над ним волю . Он раб своего крепостного Захара , и трудно решить , который из них более подчиняется власти другого . По крайней мере— чего Захар не захоче т , того Илья Ильич не может заставить его сделать , а чего захочет Захар , то с делает и против воли барина , и барин п окорится ... Оно так и следует ! Захар в с е-таки умеет сделать хоть что-ниб удь , а Обломов ровно ни чего не может и не умеет . Нечего уже и говорить о Тарантьеве и Иване Матвеиче , которые делают с Обломовым что хотят , несмотря на то , что сами и по умственному раз витию и по нравственным качествам г о раз до ниже его ... От чего же это ? Да все оттого , что Обломов , как барин , не хо чет и не умеет работать и не понимает настоящих отноше ний своих ко всему окружаю щему . Он не прочь от деятель ности— до тех пор , пока она имеет вид призрака и далека от реальног о осуществления ; так , он создает план устрой ства имения и очень усердно занимается им,— только “ под робности , сметы и цифры” пугают его и постоянно отбра сываются им в сторону , по тому что где же ему с ними во зиться !.. Он— барин , как объясняет сам Ивану Ма т веичу : “Кто я , что такое ? спро сите вы ... Подите , спросите у Заха ра , и он скажет вам : “барин !” Да , я барин и делать ничего не умею ! Делайте вы , если знаете , и помогите , если можете , а за труд возьмите себе , что хотите : — на то наука !” И вы думаете , что он э т им хочет только отделаться о т работы , старается прикрыть незнанием свою лень ? Нет , он дейст вительно не знает и не умеет ничего , действительно не в с о стоянии приняться ни за какое путное де ло . Относительно своего имения (для преобразов ания которого сочин и л уже план ) он таким образом признается в своем не ведении Ива ну Матвеичу : “Я не знаю , что такое барщина , что такое сельский труд , что значит бедный мужик , что богатый ; не знаю , что значит четверть ржи или овса , что она стоит , в каком месяце и ч то сеют и ж нут , как и когда продают ; не знаю , богат ли я или б еден , буду ли я через год сыт или буду нищий— я ничего не знаю !.. Следовательно , говорите и советуйте мне как ребенку...” Иначе сказать : будьте надо мною господином , распоряжайтесь моим добром , как взду ма е те , уделяйте мне из него , сколько найдете для себя удоб ным ... Так на деле-то и вышло : Иван Матвеич совсем было при брал к рукам имение Обломова , да Штольц помешал , к несчастью. И ведь Обломов не только своих се льских порядков не знает , не только положе ния своих дел не понимает : это бы ещё куда ни шло !.. Но вот в чем г лавная беда : он и вообще жизни не умел осмыслить для себя . В Обломовке никто не задавал себе вопроса : зачем жизнь , чт о она такое , какой ее смысл и назначен ие ? Обломовцы очень просто понимали е е , “как идеал покоя и бездействия , нар ушаемого по време нам разными неприятными слу чайностями , как-то : болез нями , убытками , ссорами и , между прочим , трудом . Они сносили труд , как наказание , налож енное еще на праот цев наших , но любить не могли , и где был случай , всегда от него избавлялись , находя это возможным и должным” . Точно так относился к жиз ни и Илья Ильич . Идеал сча стья , нарисованн ый им Штольцу , заключался не в чем дру гом , как в сытной жизни,— с оранжереями , па рниками , по ездками с самоваром в рощ у и т . п.,— в халате , в крепком сне , да для промежуточного отдыха — в идиллических про гулках с кроткою , но деб елою женою и в созерцании того , как кр естьяне работают . Рассудок Обломова так успел с детства сложиться , что даже в самом отвлеченном рассуж дени и , в самой утопической теории имел способность останавлив аться на данном моменте и затем не вы ходить из этого status quo , несмотря ни на какие убеждения . Рис уя идеал своего блаженства , Илья Ильич не думал спросить себя о внутреннем смысле его , не думал утве рдить его за ко нность и правду , не задал себе вопроса : откуда будут браться эти оранжереи и п арники , кто их станет поддер живать и с какой стати будет он ими пользоваться ?.. Не задавая себе подобных вопросов , не разъ ясняя своих отно шений к миру и к обще с т ву , Обломов , разумеется , не мог осмыслить своей жизни и потому тяготился и скучал от все го , что ему приходилось делать . Служил он— и не мог по нять , з ачем это бумаги пишутся ; не понявши же , ничего лучше не нашел , как выйти в отставку и ничего не писать . У чился он— и не знал , к чему может послужить ему наука ; не узнавши э того , он решился сложить книги в угол и равнодушно смотреть , как их покрывает пы ль . Выезжал он в общество— и не умел с ебе объяснить , зачем люди в гости ходят ; не объяснивши , он бросил все св о и знакомства и стал по целым дням лежать у себя на диване . Сходился он с женщинами , но подумал : однако , чего же от них ожидать и добиваться ? подумавши же , не решил вопроса и стал из бегать женщин ... Все ему наскучило и опостылело , и он ле жал на боку , с п о лным , сознательным презрением к “му равьин ой работе людей” , убивающихся и суетящихся бог весть из-за чего... Предыдущие соображения привели нас к тому заключению , что Обломов не есть су ще ство , от природы совершенно лишенное способно сти про извольного движ ения . Его лень и апатия есть создание вос питания и окру жающих обстоятельств . Главное здесь не Обломо в , а обломовщина . Он бы , может быть , ста л даже и работать , если бы нашел дело по себе : но для этого , конеч но , ему надо было развиться несколько под други м и усло виями . нежели под какими он развился . В настоящем же своем полож ении он не мог нигде найти себе дела по душе , потому что вообще не понимал смысла жизни и не мог дой ти до р азумного воззрения на свои отношения к др угим.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Сдержать можно всё... Слёзы... Злость... Боль... Любовь...
Но, сцуко, смех сдержать невозможно!
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Обломовщина", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru