Реферат: Народные неортодоксальные верования в творчестве Короленко - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Народные неортодоксальные верования в творчестве Короленко

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 29 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Народные неортодоксальные верования в творчестве В. Г. Короленко Актуальность данной темы для нашего времени обусловлена тем, что и сегодня Россия переживает период смуты, п отери народом былых нравственных ценностей, идеалов. Российский народ и спытывает потребность в нравственной «пище», переживает процесс возро ждения духовности. И осмысление религиозно-этических взглядов Королен ко, их отражение в его творчестве может помочь предотвратить влияние реа кционных религиозных воззрений на умы и сердца наших современников. Как видно из всей мировой истории, в эпоху смуты в обще стве как никогда сильно обнажаются различные болезненные явления. Люди, потеряв старое мировоззрение, идеалы, веру, и не обретя новых, зачастую об ращаются к сомнительным учениям, идут за новоявленными «пророками», «во ждями». В период жизни Короленко в России усилилось влияние различных се кт, потерявший веру народ становился легкой добычей сектантов. К теме се ктантства писатель обратился под влиянием якутской ссылки, так как имен но в Якутии возникли условия для тесного контакта В. Г. Короленко с сектан тами. Вообще, религиозная секта — это один из типов религ иозных объединений (в переводе с латинского, sekta — образ мыслей, учение). Она во зникает как оппозиционное течение к тем или иным религиозным направлен иям. Порожденная классовыми противоречиями, она может быть выразителем социального протеста групп, недовольных своим положением в классовом а нтагонистическом обществе. Для религиозной секты характерна претензия на исключительность своей роли, доктрины, идейных принципов, ценностей, установок. С этим связаны настроения избранничества, а нередко и тенденц ия к изоляционизму. Резко выражено стремление к духовному вырождению, пр изнаком которого считается строгое соблюдение определенного нравстве нного кодекса и ритуальных предписаний. Эта установка нередко ведет к фа натизму. Секта отрицает институт священства, лидерство считается хариз матическим. Подчеркивается равенство всех членов, провозглашается при нцип добровольности объединения. Это признаки секты. Однако совокупнос ть признаков характерна именно для религиозной секты. Их историческая с удьба неодинакова. Некоторые секты превращаются в церкви или деноминан ты, другие исчезают. Общие признаки по-разному модифицируются в различны х сектантских течениях. Существует много разновидностей сект. Однако, из всего этого разнообраз ия следует осветить более подробно секты духоборов и скопцов, а также хл ыстов, от которых образовалось скопчество. Духоборы или духоборцы, «борцы за дух» — одно из направлений старого ру сского сектантства, относящееся к духовным христианам. Духоборы отверг али духовенство, храмы («человек есть храм божий»), церковные таинства, по читание креста, икон («живая икона» — это человек). Библии противопостав или «внутреннее откровение». Христос для духоборов — простой человек, в котором воплотился божественный разум. Бога они толкуют как «мировую лю бовь», «премудрость», «вечное добро». Руководители духоборов имели ниче м не ограниченную духовную и мирскую власть над своими приверженцами. В религиозных представлениях духоборов отразились утопические надежды крестьян на установление справедливого общественного строя, которые о ни пытались воплотить в жизнь, строя ее на началах коллективизма. В XIX веке среди духоборов пр оцветала эксплуатация бедняков, господствовала психология буржуазии. Царское правительство и церковь жестоко преследовали их, ссылали. В наст оящее время, превратившись в небольшие этнические группы, духоборы имею тся в Грузии и Азербайджане. Хлысты, или христововеры, «люди божьи» — одна из форм старого русского с ектантства, возникшая во второй половине XYII века. Хлысты выражали протест против помещиков и пр авославного духовенства; они отвергали авторитет церкви во имя авторит ета «святого духа». Характерная черта первоначального христововерия — строжайший аскетизм, вплоть до отказа от семьи и брака. Их моления (раде ния) представляли собой коллективные пляски с «хождением в духе», с само бичеванием, пророчествами, глоссоламиями (болтовней, пустословием, гово рением на «иноязыках», бессмысленным выкрикиванием различных нечленор аздельных звуков и слов), в результате которых впадали в религиозный экс таз. Скопцы — одна из изуверских старых русских сект, выделившаяся из христо воверия в 60-70 годы XYIII век а. Первоначально скопцы получили распространение среди оброчных крест ьян в ряде центральных губерний России. Аскетизм, как отказ от жизненных благ и удовольствий, как подавление в себе естественных желаний и побужд ений, принял крайнюю форму выражения и требовал от верующих «огненного к рещения» — кастрации. В идеологии скопчества были отражены настроения пессимизма и отчаяния, бессилия перед миром социальной несправедливос ти, которые усилились после поражения пугачевского восстания. Скопцы яв ляются типичными представителями тех русских сектантов, которые весьм а своеобразно и до педантизма, буквально понимают в Священном Писании то , что без всякой связи, отдельными фразами вычитывают из книг Ветхого и Но вого Заветов. Скопчество появилось в среде хлыстов как резкий протест пр отив свободы половых отношений, допускавшихся теми. От хлыстов они воспр иняли несколько видоизмененное ими учение о том, что воплощение Бога на земле может повторяться всякий раз, когда человек (по учению хлыста Рада ева) «таинственно воскреснет», т. е. уничтожить в самом себе «таинственну ю смерть во Христе» (в противоположность «смерти в Адаме»). Иначе говоря, к огда человек отрешится от всего видимого и осязаемого. Таинственно воск ресший, по Радаеву, свят, безгрешен, чист, всеведущ; над ним нет суда ни боже ского, ни человеческого. Он равен Богу. Все то, что в дальнейшем развитии своего учения скопцы внесли сами от себ я, — их нелепая вера в то, что их спаситель, лже-Христос Селиванов, являетс я вместе с тем лже-Петром III , их уверенность во всеспасающую силу простой кастрации, — вс е это ставит их вне всякой связи с какой бы то ни было сектой русского наро да. Это и побудило некоторых исследователей не считать их христианами. Главными основаниями учения скопцов считаются следующие места Евангел ия: от Матфея — XIX ст. 12; о т Луки — XXIII ст. 29; от Апос тола Павла Конос III ст. 5. Единственными документами, канонизирующими их вероучение, являются: «П ослание» Селиванова и «Извести, на чем скопчество стоит» Еланского. Первоучитель скопчества Селиванов сам верил и убеждал других в том, что он и есть Иисус Христос, вторично пришедший на землю совершать страшный суд. Все желающие «духовно воскреснуть», должны оскопиться, как оскопилс я Христос, в первое свое пришествие на землю, как были оскоплены и все его ученики, кроме Иуды, который женился («удавился»). Оскопление — единственное средство вернуть людям первобытное «беспло дное состояние», которого они лишились с тех пор, как у них выросли за грех и «яблокообразные члены». По учению Селиванова, оскопление должно привести к тому, что среди людей не будет разврата, что они будут, подобно ангелам, бесстрастны. Скопец не б удет собирать богатства, так как роскошь и мирские удовольствия будут дл я него непривлекательны. У скопца нет сознания долга, благородных стремл ений, обязанностей гражданина; у него нет будущности, для него нет счасть я семейной жизни, мужества. Зато у них есть эгоизм, лукавство, коварство, а лчность, хитрость. Скопцы не имеют никаких писаных уставов. Селиванов уч ил скопцов не читать книги, что «надо себя заживо в гроб положить». Вся обр ядовая песня клонится к радению, пению распевцев, пророчеству и поучения м. Пение представляет собой набор плохо рифмованных фраз. Потеря контрол я над своими действиями, порывистые телодвижения. Для скопца нет окружаю щей среды, он никому не нужен, и ему никого не надо. Таким образом, скопчество было «религиозным изуверством, калечащим душ и людей, уродовавшим их физически и нравственно». Внутренние порядки и р елигиозный культ у скопцов — те же, что и у хлыстов, за весьма немногими р азностями. Жестокость и бесчеловечность самой операции оскопления, соп ровождавшейся, при ее примитивных способах, страшными болями, а иногда о канчивавшейся и смертью оскопляемых, вследствие кровотечения или «ант онова огня», удерживали многих от скопческой секты и служили препятстви ем к ее распространению. В народной среде вообще очень рано получили распространение самые разн ообразные проявления скептицизма, антиклерикализма, свободомыслия, не ортодоксальных верований. Нетвердость в вере делала возможным шарахан ье от одной религии к другой, например, переход от христианства к язычест ву и обратно. Это нашло выражение в устном народном творчестве, в антицер ковных выступлениях социальных низов, в широкой поддержке обездоленны ми различных «ересей», направленных против господствовавшей религии и т.д. Конечно же, все это не могло не получить отражения в духовной культуре народов нашей страны, в том числе в русской литературе, которая всегда бы ла глубоко народной. Причем, отражено основательно и всесторонне, состав ив одну из важнейших особенностей русского классического литературног о наследия. Идеи свободомыслия и атеизма, а также народных неортодоксаль ных верований прочно вошли в сознание прогрессивных русских поэтов и пр озаиков, публицистов и критиков, наложив заметный отпечаток на все их тв орчество. Этими идеями пронизана поэзия М. В. Ломоносова, декабристов, А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Н. А. Некрасова, поэтов «Искры»; они явно доминирую т в произведениях А. Н. Радищева, В. Г. Белинского, А. И. Герцена и других револ юционных демократов, А. П. Чехова, Н. Г. Помяловского, Н. С. Лескова, В. Г. Корол енко, А. И. Куприна; их отражали в своем творчестве Л. Н. Толстой, И. С. Тургене в, Л. Н. Андреев; они получили глубоко художественное воплощение в произве дениях А. М. Горького. Писатель яркого и большого дарования, Короленко вошел в историю русской литературы как автор многочисленных повестей и рассказов, художествен ных очерков, четырехтомной «Истории моего современника», наконец, как кр итик и публицист. Многие произведения Короленко могут быть поставлены в ряд с крупнейшими достижениями русской классической литературы. Его тв орчество, отмеченное чертами глубокой самобытности, составляет своеоб разную летопись целой эпохи русской действительности. Повести, рассказ ы и очерки Короленко реалистически изображают русскую деревню в период быстрого развития капитализма на рубеже двух веков и раскрывают многие стороны народной жизни, которые до того не отмечались в литературе. Расцвет литературной деятельности Короленко относится ко второй полов ине 80-х годов. В глухую полночь реакции, когда все передовое и свободолюби вое в русском обществе подавлялось полицейским произволом царизма, гол ос молодого писателя прозвучал новым напоминанием о живых силах народа. Горячим защитником человека от рабства, зла и неправды, непримиримым вра гом насилия и реакции Короленко выступает и в последующем своем творчес тве. Высоким гражданским пафосом, безграничной любовью к родине отмечен а вся общественная и литературная деятельность Короленко, и весь он — ч еловек и художник — встает перед нами, по справедливому замечанию А. М. Го рького, как «идеальный образ русского писателя». Что же касается религио зно-этических взглядов Короленко, то он не то чтобы разуверился в сущест вовании Бога, просто он перестал думать о нем, захваченный другими интер есами. Прошло много лет, прежде чем он убедился, что религиозные вопросы и м были только отодвинуты, а не решены в том или другом смысле. Как отмечает в своей статье П. И. Негретов: «Короленко говорил, что он признает начало в еры, но не признает догматизма. С ростом знаний, считал он, совершенствует ся и вера. К исходу 19 века стало ясно, что христианская религия не выдержал а столкновение с наукой, со всей суммой знаний, которой обладает совреме нный человек. Этот груз она уже не может поднять, а человек не может его бр осить, — значит, должна явиться новая вера, для которой самые эти знания б удут уже не балластом, а одной из движущих сил. Когда старая вера умирает, а новая еще не народилась, наступает время беспощадного скептицизма, вре мя разрушения во имя будущего созидания». Негретов П.И. Религиозные искания В.Г. Короленко, и ли Фаусты и Вагнеры // Вопросы литературы. — 1999. — вып. 6. — С. 291. Нельзя не согласиться с исследователем: «Веротерпимость Короленко не о граничивалась христианскими вероисповеданиями. В 1899 году он написал рас сказ о Груне, дочери старообрядца-изувера, который за одно неправильное сложение перстов при крестном знамении готов проклясть человека «в сей жизни и в будущей». Груне опостылели споры начетчиков. На палубе волжско го парохода она видит молящегося татарина, похоронившего недавно любим ого сына. Лицо старика выражало глубокое страдание, «смягченное благого вением перед высшею волею». Публика на корабле невольно притихла. Молчав шая до сих пор Груня вдруг обращается к отцу с вопросом, дойдет ли молитва татарина до Бога? Ведь этот «поганец» даже не крестится…» «Как, чай, не дой ти? — отвечает ей из толпы пассажиров чей-то нерешительный голос. — Чай, тоже не кому другому молится. Все Богу же». Бог один у всех людей — вот что хотел сказать Короленко своим рассказом «На Волге», предвосхищая самые смелые экуменические идеи». Негретов П.И. Религиозны е искания В.Г. Короленко, или Фаусты и Вагнеры // Вопросы литературы. — 1999. — вып. 6. — С. 292. «Русский народ, — заявил в одной из своих проповедей митрополит Николай (Ярушевич), — с полной искренностью и всецелой отданностью своего сердц а принял истинную православную веру и пронес эту свою религиозность чер ез века до наших дней». Журнал Московской патриархии. — 1948. — №8. — С.39. Между тем, история свидетельствует, что наши предки восприняли правосла вие без особого пафоса, усвоили его весьма и весьма поверхностно, так и не разобравшись в премудростях православной догматики, и находились в мас се своей в том состоянии, которое церковная печать дореволюционной Росс ии охарактеризовала как «религиозное невежество». «Наш простой народ, — сетовал один из иерархов, — младенец в делах веры: иная баба не умеет о тличить пресвятую троицу от пресвятой богородицы». Кронштадтский пастырь. — 1912. — №26. — С.450. «Едва ли можно, — вторил ему один из священников, — найти исповедников другой религии, которые бы так плохо понимали свою веру, как именно сыны православной церкви». Церковно-общественный в естник. — 1913. — № 25. — С. 2. «У нас не только простой наро д, но сплошь и рядом даже в образованном обществе, — писал автор статьи «Ж елания и нужды духовенства» — не могут различить в религии существенно го от несущественного, догмата от обряда и обычая». Странник. — 1904. — № 1. — С. 157. Ту же картину примитивной, ущербной и чисто внешней религиозности, преоб ладавшей во всех сословиях дореволюционной России, нарисовали и русски е писатели. Так, например, духовенство (особенно сельское) недалеко ушло о т своих прихожан в части религиозного невежества, — и это убедительно п оказано В. Г. Короленко в его отрывках из дневника учителя («Глушь»). Так, отец Ферапонт, отвечая на вопрос учителя о том, спокойна ли у него сов есть — ведь проповеди не оставляют в головах прихожан ни малейших после дствий, — хладнокровно говорит: «… наше дело — делать то, что на нас возм ожно, не мудрствуя о последствиях, но уповая … а поелику сказано в писании , что не сеятель повинен, ежели семя падет на почву бесплодную, то и с нас, по лагаю, не будет сие взыскано…» (В. Г. Короленко. «Глушь» // Русские писатели о религии и церкви. — Лениздат. — 1984. — С. 150). Здесь же Короленко отмечает и не гативное отношение молодежи к религии и ее служителям. «Образованные мо лодые люди, — сетует священник в рассказе, — на нас неблагосклонным око м взирают… Темнота суеверия не только в народе здешнем не исчезает, но, по замечанию моему, народ сей является склонным к легкому восприятию всяко го ложного толкования и изуверства, духу христианства противного…». (В. Г. Короленко. «Глушь» // Русские писатели о религии и церкви. — Лениздат. — 1984. — С. 149). Исследователи русского православия давно уже отметили, что религиозно сть подавляющего большинства как рядовых прихожан, так и служителей кул ьта сводилась преимущественно к чисто внешнему, показному «благочести ю»: посещению храма, участию в богослужении, поклонению иконам, соблюден ию постов, выполнению обрядовых предписаний. Признавались в этом и дореволюционные церковные авторы, констатировав шие преобладание в русском православии «обрядоверия» и «обрядолюбия». «Русские христиане, — говорилось в статье «Обрядолюбие», — все свои уп ования и надежды возложили на внешнюю, обрядовую сторону христианской в еры, а не на существо ее». Православно – общественная жизнь. — 1906. — № 38. — С. 1261. Доля вины за это лежала на самих служителях культа. На эту особенность религиозности и рядовых верующих и священнослужите лей обратили внимание и русские писатели, справедливо усмотрев в ней сви детельство слабости религии и одну из причин разрыва между благочестив остью религиозного человека и его нравственным обликом. Так, о сходстве христианского и языческого культов говорит в своем рассказе "Глушь" (отр ывки из дневника учителя) В. Г. Короленко. Православный священник отец Фер апонт нисколько не смущается тем обстоятельством, что регулярно участв ует в явно языческом обряде развязывания «закруты» на хлебной ниве — об ряде, который сам же охарактеризовал как «плод суеверия и невежества». А вот отставной дьячок Стратилат. С возбуждением, и даже каким-то исступл ением, говоривший, что «верой храмы зиждутся», свой рассказ об умершей пр иемной дочери Арише, «семнадцати лет от роду», начинает заплетающимся яз ыком, а «лоб сморщен от усилия старческой мысли»: «Ну, померла… Поплакали мы с дьячихой, обрядили, отпели, поставили в церко вь… Глядь! С нами крестная сила: Аришино-то место пустое стоит… Свечи горя т кругом, гробик открытый, а покойницы нету! Испугался я насмерть, сотвори л крестное знамение, да сейчас же из церкви! Двери за собою захлопнул — к попу!.. Рассказал я ему, какая беда случилась: умершего тела нету; видно, гов орю, дело-то нечисто… Побледнел поп. «Плохо, — говорит, — обозначает это: смерть всему причту»… Взяла меня на Аришу мою злоба! Померла так уж помер ла — божья воля!.. А она, видишь, ведьма, и в гробу не лежит… Взял я ключ в три фунта, тяжелый, и пошел опять в церковь… Гляжу: под лестницей сидит она, бл едная… уставилась на меня…» Здесь старик вдруг схватился за грудь рукам и, нагнулся и громко заплакал. Потом продолжил: «Стал я супротив ее и говор ю: « Ты это почто же встала? Господь тебе смерть послал, а ты…» И… ключом ее… в темя… Крик ужаса, вырвавшийся из толпы, замер под навесом дряхлой церкви, свиде тельницы страшного изуверства, и в ту же минуту Путаный очутился около д еда и схватил его за руку. — Молчи, дед, молчи!.. — заговорил он голосом, сдавленным от глубокого волнения. — Убивец ты! Н е вера это, не вера, а убивство!.. Дед выдернул руку и, с силой оттолкнув молодого мещан ина, выпрямился, сверкая безумно горевшими глазами… В толпе поднялся смущенный ропот и говор…» Приведенный отрывок отражает реальное состояние религиозности в самод ержавно-крепостнической России, которое не имеет ничего общего с осмысл енной православной верой. Характерен в этом отношении и рассказ В. Г. Короленко «Убивец» (1882). Герой ра ссказа Федор Силин — сибирский крестьянин — мучительно ищет правду. Эт от глубоко симпатичный и честный человек, наделенный громадной физичес кой силой и большой открытой душой, случайно попадает под влияние секты «покаянников». «Согреши, — говорят ему, — познаешь сладость покаяния». Его толкают на совершение тяжкого преступления — на убийство женщины и ее детей. Но в самую решительную минуту Федору Силину приходит на помощь сознание справедливости, и силу свою он обращает против того, кто застав лял его пойти на преступление. В рассказе «Чудная» (1880) Короленко создал образ ссыльной девушки – револ юционерки, мужественной и непримиримой. Восхищаясь стойкостью своей ге роини, Короленко в то же время осуждал ее за сектантство, нетерпимость в о тношении к темному и отсталому народу, который не понимает своих защитни ков и не поддерживает их. В отличие от «революционеров без народа», Корол енко видел в людях из народа пробуждение протеста и стремление к справед ливости — «Яшка», 1880; «Убивец», 1882). Необычна судьба этого замечательного произведения. Рассказ был написа н в вышневолоцкой тюрьме, тайно от надзирателей, и так же тайно передан на волю. Здесь же, в шумной общей камере Короленко прочитал рассказ своим но вым товарищам, на которых он произвел огромное впечатление. Разумеется, он не мог появиться в русской печати того времени и распространялся неле гально. По одному из таких нелегальных изданий, «Чудная» была переведена на украинский язык и издана Ив. Франко. Только в 1905 году Короленко удалось напечатать рассказ под заглавием «Командировка» в «Русском богатстве» . По существу, «Чудная» посвящена той же теме, что и «Яшка»: душевной стойк ости, непоколебимому мужеству и упорству. Сюжет рассказа несложен. Девуш ка – революционерка попадает в ссылку. Она больна, физически совершенно беспомощна, и условия ссылки для нее гибельны. Злая грубость полицейщин ы и суровая зима одерживают верх над ее слабой природой, но в то же время, д уховно — это победа непреклонной принципиальности, человеческого дос тоинства над той же самой действительностью, которая ее убивает. «Слома ть ее… можно… ну, а согнуть… — не гнутся этакие», — говорится о ней в расс казе. Важной вехой в творческой биографии Короленко является его участие в та к называемом «мултанском деле». Обстоятельства дела были таковы. В 1984 году суд в городе Малмыже вынес обвинительный приговор семи крестьян ам села Старый Мултан, удмуртам по национальности, обвиненным в убийстве с целью принесения человеческой жертвы языческим божествам. Характер э того ритуального процесса глубоко заинтересовал Короленко. Детально и зучив материалы дела, писатель пришел к убеждению, что обвиняемые невино вны. Это заставило Короленко в сентябре 1895 года поехать в Елабугу, чтобы ли чно присутствовать на втором разбирательстве дела, кассированного Сен атом из-за явного нарушения некоторых юридических норм. В течение трех д ней с утра и до вечера Короленко записывал все происходившее в судебных заседаниях. В итоге этой работы в печати появился подробный документаль но точный отчет о заседании суда. Короленко неопровержимо установил, что следствие было целиком сознательно фальсифицировано царскими судебны ми чиновниками, что полицейские истязали подсудимых и свидетелей, вымог ая ложные показания, и что в Елабуге «приносилось настоящее жертвоприно шение невинных людей шайкой полицейских разбойников под предводительс твом товарища прокурора суда». В.Г. Короленко. Письмо Н.Ф. Анненскому. 19 октября 1895 г. «Избранные письма». — Т. II . — С. 98-99. Удмурты были вто рично осуждены. Возмущенный несправедливым приговором и понимая, какое большое принци пиальное значение имеет мултанское дело, Короленко поклялся добиться н ового расследования дела и оправдания ложно обвиненных. Глубокой осень ю писатель выехал в Старый Мултан. Здесь Короленко беседовал с односельч анами обвиняемых, подробно осмотрел и зарисовал обстановку, в которой бы ло совершено убийство, и даже ложился на то место, где лежал убитый, чтобы проверить показания свидетелей. Поездка в Мултан и изучение обширного н аучного этнографического материала еще больше укрепили писателя в убе ждении, что судом два раза осуждены невиновные, и вооружили его точным зн анием обстоятельств дела. Короленко понимал, что разоблачение виновников этого позорного суда яв ится разоблачением национальной политики самодержавной России: «По вс ей России, особенно на окраинах, мы то и дело видим пытки и истязания, и мул танское дело одна из иллюстраций этого положения» В.Г. Короленко. Письмо к Н. Н. Блинову. 12 ноября 1897 г. «Избранные п исьма». — Т. II . — С. 147. , — писал Короленко. Писатель понимал также, что речь идет не то лько о виновности определенных лиц, а «произносится суд над целой народн остью или целым общественным слоем». В.Г. Короленко. «Мултанское жертвоприношение». По лн. собр. соч. — - СПб, 1914. — Т. IY . — С. 413-414. Мултанское дело было для Короленко защитой народа от наглой клеветы мра кобесов. «Нет, народная, хотя бы и инородческая масса — не каннибалы. Она лучше, чем вы ее считаете при всей ее темноте и бесправии» В.Г. Короленко. «Из текуще й жизни. О суде, о защите и о печати». Полн. собр. соч. — СПб, 1914. — Т. YIII . — С. 308. , — писал Короленко, раскрывая политический смысл защиты мулт анцев. Выступления В. Г. Короленко привлекли внимание всей России к мултанскому делу и вызвали многочисленные отклики в прессе. Высочайшего напряжения достигла накаленная атмосфера вокруг процесса во время третьего судебного разбирательства, происходившего в далеком глухом городишке Мамадыше, в тесном и душном зале, едва вмещавшем нескол ько десятков человек. Восемь дней происходили заседания суда, начинавши еся в 10 часов утра и оканчивавшиеся в 12 часов ночи. На этот раз писатель при сутствовал на суде в качестве защитника. Короленко почти не спал последн ие сутки суда, готовясь к очередным заседаниям, и снова переживал перипе тии процесса. Совершенное знание материалов следствия и дела, тонкая аргументация, мо гучий темперамент художника и публициста — все это с большой силой раск рылось в выступлениях Короленко на суде. Впечатление от заключительной речи Короленко было огромно и незабываемо. «Задушевным , проникновенным голосом, с глубокой искренностью и сердечностью заговорил он — и сразу же приковал внимание всех, — рассказывал один из присутствовавших на су де корреспондентов, — такова была сила этой речи, что все мы, корреспонде нты и даже стенографистки, положили свои карандаши, совершенно забыв о з аписи, боясь пропустить хоть одно слово… Волнение Владимира Галактионо вича все росло; наконец, он не смог справиться с ним — заплакал и вышел из залы. Все были захвачены, потрясены». В.Г. Короленко. «Избранные письма о мултанском дел е». — Ижевск. — 1939. — С. 7. Процесс закончился полным о правданием удмуртов. Победила воля писателя, его самоотверженность, уди вительная энергия, направленная на одну цель, любовь к народу. Вместе с те м, это была большая победа прогрессивной русской мысли. Выступления В.Г. К ороленко по своему общественному значению могут быть сопоставлены с ро лью Золя в деле Дрейфуса, и в этой связи Чехов писал в 1898 году: «Первыми долж ны были поднять тревогу лучшие люди, идущие впереди нации. Так и случилос ь... Да, Золя не Вольтер и все мы не Вольтеры, но бывают в жизни такие стечени я обстоятельств, когда упрек, что мы не Вольтеры, уместен менее всего. Вспо мните Короленко, который защищал мултанских язычников и спас их от катор ги». А.П. Чехов. Письм а. — Т. 5 . — С. 159. Смелым и бесстрашным «Я обвиняю», брошенным в лицо всем те мным силам реакции, были статьи и речи Короленко о мултанском деле. Как видим, литературное наследие В. Г. Короленко чрезвычайно велико и пор ажает разносторонностью художественного дарования писателя. Короленк о было свойственно высокое понимание писательского долга, поэтому таки м гражданским пафосом веет от всего его творчества, поэтому так благород ны его замыслы, безгранична его вера в силы народа. В своем труде Короленк о не знал усталости, до суровости был беспощаден к себе. Он не преувеличив ал, когда говорил о своей профессиональной привычке «постоянно работат ь с карандашом» в любых условиях и при любых обстоятельствах. Нужно было быть до конца преданным литературе, иметь твердую волю и огромное самооб ладание, чтобы под сводами Вышневолоцкой политической тюрьмы создать р ассказ «Чудная», на арестантской барже — очерк «Ненастоящий город», в с уровых условиях якутской ссылки создать такие произведения, как «Сон Ма кара» и в «В дурном обществе». Подводя итоги своей жизни, Короленко писал: «… Оглядываюсь назад. Пересм атриваю старые записные книжки и нахожу в них много «фрагментов», задума нных когда-то работ, но по тем или иным причинам не доведенных до конца… В ижу, что мог бы сделать много больше, если бы не разбрасывался между чисто й беллетристикой, публицистикой и практическими предприятиями, вроде м ултанского дела или помощи голодающим. Но ничуть об этом не жалею. Во-перв ых, иначе не мог. Какое-нибудь дело Бейлиса совершенно выбивало меня из ко леи. Да и нужно было, чтобы литература в наше время не оставалась без участ ия в жизни». В.Г. Короленко. Письмо к С.Д. Протопопову, 16 июля 1920 г. — «Былое» — 1922. — № 20. — С. 30-31. Вот это стремление участвовать в жизни своим словом писателя и является определяющей чертой облика Короленко. Писатель не считал, что он жертвует своими личными интересами ради интер есов общества, он и не жертвовал собой, а целиком самозабвенно и радостно отдавал себя, свой талант художника и публициста людям. И сознание выпол ненного долга было ему лучшей наградой. Короленко говорил: «Когда челове к свое удовольствие видит в знании, в борьбе за правду в облегчении страд аний других, то … его душевный строй становится здоровее, сильнее, личнос ть возвышеннее, крепче». В.Г. Короленко. Письмо к Л. Г-ну, 30 ноября 1918 г. // Избранные пи сьма. — Т. 3. — С. 188. Эти слова выражают глубочайшее уб еждение писателя, это — лозунг всей его жизни. Короленко — великий гуманист, полный веры в творческие силы человека и народа в целом. «Дорог человек, дорога его свобода, его возможное на земле счастье», «человек рожден для счастья, как птица для полета». Эти формулы определяют существенную сторону мировоззрения писателя, для которого человек — величайшая ценность в мире, какому бы Богу он не поклонялся. Лю бовь к человеку, борьба за строй жизни, обеспечивающий человеку возможно сть реализации его творческих сил, пронизывает все творчество писателя. Короленко действительно, по-настоящему ненавидит страдания. Пассивное отношение к несчастью для писателя несовместимо с достоинством челове ка. «Страдание есть то, с чем мы и должны и, главное, можем бороться», — утве рждал В. Г. Короленко, и это составляет высокий моральный пафос его деятел ьности.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
- Наших рыл 50 было. Бритишей - 30. Такие все на адидасе. За пару сек все тряпки отжали..
- Виталий Леонтьевич, давайте начнем пресс-конференцию.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Народные неортодоксальные верования в творчестве Короленко", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru