Реферат: Зарубежные писатели о городах - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Зарубежные писатели о городах

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 39 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

21 Зарубежные писатели о городах Город, место пребывания человека, всегда интересовал лите ратуру. С одной стороны, город формировал свой тип человека, с другой – яв лялся самостоятельным телом, живущим и имеющим равные права со своими об итателями. Урбанистическая литература порождена эпохой подъема б уржуазии. Вспомним «Картину Парижа» Мерсье, в которой автор наряду с изо бражением архитектуры уделяет внимание общественным нравам и законам Парижа. А «Персидские письма» Монтескье «содержат притворно – наивную критику Назиров Р.Г. Творческие принципы Ф.М. Достоевкого. – Саратов, 1982. – С. 5 » этого города. П оэзия урбанизма привлекла внимание Э жена Сю, Виктора Гюго, Томаса де Квинси, Оноре де Бальзака, Чарльза Диккенс а, Болеслава Пруса и ряда других писателей. Примечательно то, что урбанис тическая тематика перерастает в мифологию большого города. Город стано вится формой жизни человечества, стягивающий в себя весь цвет любой наци и. Париж – город с большой историей, переживший за свое сущес твование немало перемен. Его образ, со своими социальными контрастами, н равственными законами давно уже привлекал внимание писателей. Наиболе е важным памятником литературного урбанизма является «Картина Парижа» Мерсье, в которой автор изображает не только дворцы и храмы, но и обществе нные и частные нравы, господствующие законы, безграничное величие Париж а, его великую роскошь и крайнюю нищету. В романе «Парижские тайны» Эжен С ю, правдиво рисуя, с одной стороны разложение и упадок, царящие в «высших» слоях общества, а с другой стороны, нищету и нравственное разложение, кот орые выпали на долю народа, вводил читателя в нищенские лачуги, в тюрьмы, б ольницы, кабаки и разбойничьи притоны Парижа, которые до сих пор оставал ись вне сферы изображения художественной литературы. Автор не жалел сам ых мрачных красок, чтобы показать нищету и бедность, полуголодное сущест вование трудящихся Парижа. Виктор Гюго в романе «Собор Парижской богоматери» отразил историю сред невековой Франции, где одним из главных храмов является Собор – символ духовной жизни народа и одновременно его же поработитель. Париж с высоты башен Собора – это тоже герой роман, средневековый Париж с его островер хими крышами, дворцами и башнями. В романе «Отверженные» Гюго рисует Пар иж бедноты, жалких и мрачных трущоб. Именно в этом романе появляется исто рическая символика Парижа XIX века – баррикады, ведь за 81 год Франция пережила 5 революций. Автор изображает су дьбу бедняков, их долю, одинаково несчастную и при диктатуре Наполеона, и при Бурбонах, и при Июльской монархии. Наиболее полно раскрыл образ Парижа в своем творчестве Оноре де Бальзак а, в произведениях которого Париж – «это город – маяк провинциальных ч естолюбцев, слетающихся к нему, словно бабочки на огонь Назиров Р.Г. Творческие принципы Ф.Н. Дост оевского. – Саратов, 1982. – С. 6 ». Роман «Отец Горио» положил начало изображению Парижа, его блеска и нищет ы одновременно. С первых строк романа Бальзак помещает нас в катакомбы П арижа – пансион Воке – это не нарядный Париж, а предместье, где обитает м елкий городской люд. Б.Г. Реизов замечает по этому поводу, что «драма роман а развивается в парижском «аду», одной из пыток которого является пошлос ть и нищета Реизов Б.Г. Б альзак. Сборник статей. – ЛГУ. 1960. – С. 92 ». И эта общая атмосфера увядания, бедности, холода пансион а усугубляется тошнотворным запахом, который стоит здесь. «В нем чувству ется затхлость, плесень, гниль; он вызывает содрогание, льет чем-то промоз глым в нос, пропитывает собой одежду, отдает столовой, где кончили обедат ь; воняет кухмистерской, лакейской, кучерской» ( I , с. 8). Автор не только рисует обстановку, но заставляет нас вдо хнуть спертый, ядовитый воздух, которым дышат обитатели пансиона. Описание дома Воке заканчивается обобщением: «Короче говоря, здесь царс тво нищеты, где нет намека на поэзию, нищеты потертой, скаредной, сгущенно й. Хотя она еще без дыр и без лохмотьев, но скоро превратится в тлен» ( I , C .9). Но пансион – не единственный центр романа. Са лоны Сен-Жерменского предместья, аристократические особняки – предме т вожделений Растиньяка. Это два полюса Парижа – низ и верх земля и небо, ад и рай. Наверху – роскошь, внизу – нищета. «По одну сторону зловещие ка ртины в обрамлении грязной нищеты, лица, у которых от игры страсти только и осталось, что двигавшие ими когда-то веревочки и механизмы». Бальзак то и дело сопоставляет эти два мира. Находясь в салоне у виконтес сы, Растиньяк вспоминает о пансионе: «Мысль Эжена на одно мгновение пере несла его обратно в семейный пансион, - им овладел глубокий ужас (..) ( I , c . 85)», а в пансионе Растиньяк думает о высшем свете. Ни щета смотрится на фоне роскоши, а роскошь на фоне нищеты. Верх и низ у Баль зака друг с другом соприкасаются, друг в друге отражаются, друг от друга з ависят – они как бы составляют двуединый образ. Наверху роскошь, потому что внизу нищета, внизу нищета, потому что наверху роскошь. Жизнь Парижа раскрывается Растиньяку как арена борьбы. «Жизнь в Париже – непрерывная битва, - пишет он матери, - я должен выступить в поход» ( I , с. 61). На кладбище, глядя на Париж, Эжен броса ет ему вызов. Но он идет не на борьбу против того растленного мира, который он познал, а лишь на борьбу за личное свое преуспеяние. Растиньяк и не дум ает о каком-либо сокрушении устоев, на которых держится этот гнусный мир больших и малых хищников, он принимает его таким, каков он есть, включаетс я в «игру» и признает ее «правила» непреложными, прочно усваивает мораль хозяев жизни, преподанную ему Вотреном и раскрытую самой действительно стью. В романе «Утраченные иллюзии» читатель дышит подлинной ат мосферой Парижа, перед ним открывается вся подноготная общественной и ч астной жизни, изнанка деловых и политических махинаций, закулисная жизн ь театров, редакций и издательств того времени, раскрывается картина ком мерческих битв, политических, литературных боев. И в основе всех этих жес токих схваток – алчный, эгоистичный интерес, пустое честолюбие, низменн ое стремление к наживе. И тем не менее «Париж, - пишет Бальзак в своем преди словии к роману, - подобен заколдованному замку, на приступ которого устр емляются все молодые провинциалы». Париж, таким образом, предстает как бы двухслойным по своей структуре – у него красивая оболочка и одновременно безобразная сущность. Культурн ая жизнь служит только прикрытием, маскировкой подлинных занятий париж ского человека, развращенного обществом. Роман «Блеск и нищета куртизанок» тематически продолжает «Утраченные иллюзии». «Здесь особенно ясно выступает стремление писателя показать не «парадный фасад» возводимого здания буржуазной цивилизации а его об оротную сторону, его темные, потайные уголки Муравьева Н.И. Оноре Бальзак. Очерк творчеств а. – М., 1985. – с. 163 ». «Мир девок, воров и убийц, каторги и тюрьмы, - пишет Бальзак в романе, - насчитывает приблизительно от шестидесяти до в осьмидесяти тысяч населения мужского и женского пола. Миром этим нельзя пренебречь в нашем описании нравов, в точном воспроизведении обществен ного состояния.» И этот мир преступников, проституток, уголовных элемент ов, так называемых «подонков общества» отверженных и «бунтарей», предст ает перед нами не как аномалия, отклонение от «нормы», а как неизбежное по рождение, необходимое условие и оборотная сторона общественного поряд ка Парижа. Итак, Париж – это город – светоч, центр культуры, к которому стремятся вс е провинциалы, одержимые страстью показать свой талант и завоевать мир. Некая сила выбрасывает их из провинции, из их родных мест, в Париж. Там их п оле боя. Но великий город является одновременно цивилизатором и растлит елем, ведь чтобы использовать, применить свои способности, молодые люди должны их сперва переплавить: превратить молодость в упорство, разум в х итрость, доверчивость в лицемерие, красоту в порок, отвагу в скрытое кова рство. Париж – город, где неимоверная роскошь и ужасающая нищета близко соприкасаются и зависят друг от друга. Это преступный мир, царящий во все х кругах общества и диктующий свои бандитские законы. Наконец, Париж под обен едкой кислоте, одних он разлагает, разъедает, других заставляет осе сть на дно, одни исчезают, как один из героев – Люсьен де Рюбампре, а други е, напротив, выкристаллизовываются, отвердевают и каменеют, как Эжен Рас тиньяк. Лондон - город на берегу Темзы, покрытой седой пеленой ту мана. Что же скрывает он в этом покрове, что таит этот город богатых и бедн ых? Сити, West – End , районы Лондона, гд е правят деньги и праздно существуют чрезвычайно состоятельные люди. Яр кий контраст этой роскоши представляет восточный район ( East - End ) Лондона – Лондон обездоленных, где скученность застроек и те снота сочетаются с неимоверной высотой домов; где улицы, переулки, тупик и превращаются в лабиринт, из которого трудно выбраться беднякам, живущи м здесь. Одним из первых писателей XIX ве ка, изобразившим кварталы, наполненные нищими и голодными, является Тома с де Квинси. В своем произведении «Исповедь англичанина, употреблявшего опиум», написанного в 1822 году, автор перемежает фантастические видения ге роя – опиомана с рассказом о лондонских трущобах, куда герой попадает, б удучи на грани нищеты и голода. Печальные образы детей лондонской беднот ы встают перед взором читателей. Грязь, теснота, заброшенные дома, где «го лодные крысы поднимают под полом визг и шум» - таков Лондон де Квинси. Наиболее ярко и полно раскрыл образ Лондона Чарльз Диккенс, посвятивший немало страниц его изображению в своих произведениях. Лондон присутствует во всех вещах Диккенса – от первых скетчей «Боза» д о последних романов 60-х годов. Лондон составляет в них, как правило, обязат ельный фон: книги Диккенса трудно представить себе без описания улиц Лон дона, шума Лондона, пестрой и разнообразной толпы. Диккенс изучил все сто роны жизни этого города, все его самые парадные и самые заброшенные, глух ие кварталы. Разночинный Лондон «восточной стороны» - беднейших кварталов столицы – мир, в котором протекали детство и ранняя юность Диккенса. Долговые тю рьмы, скверные школы, судебные конторы, парламентские выборы, кричащие к онтрасты богатства и нищеты – вот что наблюдал Диккенс с юных лет. «Роман «Приключения Оливера Твиста» был задуман Диккенсом как роман уг оловный, а в процессе его создания стал романом социальным.» Иванова В.В. творчество Д иккенса. – М., 1954г. – С. 72. В этом романе мы видим бесстрастн ое, почти протокольное описание страшных трущоб Лондона. Вспомним, какое разочарование пережил Оливер Твист, впервые очутившийся на его улицах: «Более гнусного и жалкого места он еще не видывал. Много было маленьких л авчонок, но, казалось, единственным товаром являлись дети, которые даже в такой поздний час копошились в дверях или визжали внутри. (…) За крытыми пр оходами и дворами, примыкавшими к главной улице, виднелись домишки, сбив шиеся в кучу, и здесь пьяные мужчина и женщина буквально барахтались в гр язи» ( IV , с.76) Диккенс Чарльз. Собрание сочинений. В 30-ти т./Под общ. ред. А.Аникста и В.Ивашевой.- М., 1958./ В дальнейшем ссылки на произвед ение даются по указанному изданию с определением номера тома и страниц в скобках . И эта грязь, беднота, теснота будут постоянно в озникать на страницах романа: «Спустились сумерки; в этих краях жил темн ый люд; не было поблизости никого, кто бы мог помочь. Минуту спустя его [Оливера] увлекли в лабиринт темных узк их дворов» ( IV , c . 138). А описание «самого грязного, самого страшного, самого удивительного рай она Лондона» Фолли-Дитч вызывает ужас и неприязнь у читателей: «… деревя нные пристройки, нависающие над грязью и грозящие рухнуть в нее – что и с лучается с иными; закопченные стены и подгнивающие фундаменты; все отвра тительные признаки нищеты, всякая гниль, грязь, отбросы, - вот что украшает берега Фолли-Дитч. (…) У домов нет владельцев; двери выломлены. (…) Те, что ищу т приюта на Острове Джекоба, должны иметь основательные причины для поис ков тайного убежища, либо они дошли до крайней нищеты.» ( IV , c . 446-447 ). Кривые и узкие улицы, грязные, полуразрушенные дома, сомнительные личнос ти, чаще всего закутанные в темные одежды и бесшумно снующие по шатким ле стницам и темным переходам, дают полное и отчетливое представление о вор овских притонах, их обитателях, о той обстановке, в которой живет и прячет ся преступный Лондон. Описания природы обычно коротки у Диккенса, но вместе с тем «дышат больш им драматизмом. Ивашева В.В. Творчество Диккенса. – М., 1954. – С. 82 » Они не только не требуют никакого комментария, но сами явл яются комментарием к изображаемому. Писатель рисует «серую, промозглую ночь», когда Фейджин отправляется в Уайтчепл к Сайксу обсуждать крупное «дело». «Грязь толстым слоем лежала на мостовой, и серая мгла нависла над улицами; моросил дождь, все было холодным и липким на ощупь. Казалось, имен но в эту ночь и подобает бродить по улицам таким существам, как этот еврей . Пробираясь крадучись вперед, скользя под прикрытием стен и подъездов, о твратительный старик походил на какое-то омерзительное пресмыкающееся , рожденное в грязи и во тьме, сквозь которые он шел: он полз в ночи в поисках жирной падали себе на обед». ( IV , с. 168) Почти везде в романе, где мы встречаемся с Фейджином или Сайксом, Диккенс рисует природу в темных, грязных тонах: «До полуночи оставалось около ча су. Вечер был темный, пронизывающе холодный, так что Фейджин не имел желан ия мешкать. Резкий ветер, рыскавший по улицам, как будто смел с них пешеход ов, словно пыль и грязь…»( IV , c .229 ). «Вече р был очень темный. Громадный туман поднимался от реки и от ближайших бол от, клубился над печальными полями. Холод пронизывал. Все было мрачно и че рно. Никто не произносил ни слова: возницу клонило в сон, а Сайкс не был рас положен заводить с ним разговор». ( IV . С.190) Сострадание и боль возникает в сердце, когда раненый Оливер лежит без со знания там, где оставил его Сайкс, и это чувство усиливается описанием ра ссвета: «По мере того, как приближался день, становилось все свежее и тума н клубился над землею, подобно густым облакам дыма. Трава была мокрая, тро пинки и низины покрыты жидкой грязью; с глухим воем лениво налетали поры вы сырого тлетворного ветра. (…) Ветер стал более резким и пронизывающим, к огда первые проблески рассвета, - скорее смерть ночи, чем рождение дня, - сл або забрезжили в небе. Оливер по-прежнему лежал неподвижный, без чувств...» ( IV . С.245) Туман и холод сопутствуют преступному миру, словно покрывая его грязные дела. Создается впечатление, что хорошая, теплая ясная погода, которая за стает Оливера и его друзей в деревне, вовсе не бывает в Лондоне! Но автору важно изобразить именно холодный, туманный, грязный Лондон, ведь только здесь могут обитать люди, подобные Сайксу и Фейджину, здесь паутина прес туплений затягивает вас в свои сети, но, несмотря на все это, именно сюда п опадают добрые люди (Оливер, мистер Браунлоу, Роз…), без которых весь мир м ожет захлебнуться в море жестокости и зла. Описание туманов составляет неизменную особенность пейзажного искусс тва Диккенса, о чем можно получить представление по характерному пейзаж у из «Мартина Чезвилта»: «Утро было серое, холодное, темное и хмурое; тучи были такие же грязно-серые, как земля, и укороченная перспектива каждой у лицы и переулка замыкалась пеленой тумана, словно грязным занавесом». ( X , с.18) Или аналогичный пейзаж из « Николаса Никльби»: «Была ранняя весна, сухое туманное утро. Несколько то щих теней сновало по мглистым улицам, и изредка вырисовывались сквозь гу стой пар грубые очертания какой-нибудь возвращающейся домой наемной ка реты… С наступлением дня ленивая мгла сгущалась». ( VI , с.193) Изображения туманов многократны и устойчивы в произведениях Диккенса. В «Оливере Твисте» туман – укрыватель преступного, воровского мира, в « Холодном доме» он олицетворяет Верховный Суд. В романе «Холодный дом» Диккенс рисует кварталы Лондона, окружающие суд ебную палату. Они всецело поглощены процессом. Перед читателем предстае т заросшая паутиной и заставленная всякой рухлядью лавка Крука, символи зирующая рутину судебной палаты. Изображение суда лорда-канцлера тесно связано с образом стелющегося тумана и липнущей, вязкой грязи. Джентльме ны, представляющие Верховный суд, появляются на страницах книги после оп исания ноябрьской погоды в Лондоне»: «Несносная ноябрьская погода. На ул ицах такая слякоть, словно воды потопа только что схлынули с лица земли (… ) Дым стелется, едва поднявшись из труб, он словно мелкая черная изморозь, и чудится, что хлопья сажи – это крупные снежные хлопья, надевшие траур п о умершему солнцу. Собаки так вымазались в грязи, что их и не разглядишь; л ошади забрызганы по самые уши». ( XII , с. 11) Туман, грязь, сырость олицетворяют в романе Диккенса английски й Верховный суд. Описание ноябрьского дня в то же время представляет алл егорическую картину мрачного, как бы окутанного гнилым туманом, отживше го судебного института. «Сырой день всего сырее, и густой туман всего гущ е, и грязные улицы всего грязнее у ворот Тэмпл-Бара (…) Как ни густ сегодня т уман, как ни глубока грязь, они не могут сравниться с тем мраком и грязью, в которых блуждает и барахтается Верховный суд, величайший из нераскаянн ых грешников перед лицом неба и земли». ( XVII , с.12) Отношение Диккенса к практике Линкольнинской палаты раскрывается в по вторяющемся образе окутанного туманом, утопающего в грязи Лондона. «Тум ан везде. Туман в верховьях Темзы, где он плывет над земными островками и л угами; туман в низовьях Темзы, где он клубится между лесом мачт и прибрежн ыми отбросами города. Туман на Эссекских болотах, туман на Кентских возв ышенностях. Туман ползет в камбузы угольных бригов; туман лежит на реях и плывет сквозь снасти больших кораблей; туман оседает на бортах баржей. Т уман слепит глаза и забивает глотки гринвичским пенсионерам (…); туман пр оник в чубук и головку трубки (…); туман жестко щиплет пальцы на руках и ног ах (…) На мостах какие-то люди, перегнувшись через перила, заглядывают в Ту манную преисподнюю и, сами окутанные туманом, чувствует себя как на возд ушном шаре, что висит среди туч». ( XVII , с.11) В одном абзаце слово «туман» встречается 13 раз, перед нашим взор ом как бы предстала развернутая поэма о лондонском тумане. «Признанный мастер городского пейзажа, Диккенс подчиняет его развивающемуся дейст вию своих романов и тесно связывает с судьбами героев Нерсесова М.А. «Холодный дом» Диккенса. – М., 1971. – С. 91 ». После смерти Крука «каменн ый лик призрака», где он жил, «выглядит истомленным и осунувшимся». ( XVII , 283) Одинокий выстрел нарушает тиш ину спящего города в ночь убийства Талкингхорна. Он поднял на ноги всех в околотке: и прохожих и собак. Чей-то дом «даже затрясся». «Церковные колок ола, словно тоже чем-то испуганные, начинают отбивать часы. Как бы вторя им , уличный шум нарастает и становится громким, как крик… Весь город превра тился в огромное звенящее стекло». ( XVII , с. 162) Для Эстер дом, где живет леди Дедлок, «черствый и безжалостный с видетель мук ее матери». Словно предчувствуя трагическую гибель своей х озяйки, дом этот «напоминает тело, покинутое жизнью». ( XVII , с.310) Холодный дом, который Джарндис унас ледовал после самоубийства, «был так разорен и запущен», что новому влад ельцу «почудилось, будто дом тоже пустил себе пулю в лоб…» ( XIII , 210) В другом романе Диккенса «Домби и сын» туманный серый Лондон олицетворя ет «холод человеческих отношений Назиров Р.Р. Творческие принципы Ф.М. Достоевског о. – Саратов, 1982. – с. 6. ». Здесь перед взором читателей вста ют чопорные улицы, на которых стоят особняки богачей, деловитое Сити, где энергично стучит пульс современной «деловой» коммерческой Англии. Представляя нам Домби, Диккенс показывает его в неразрывной связи с окру жающей средой. Оживший внешний мир никогда не остается нейтральным. Здес ь не существует «равнодушной природы» или бесстрастного фона. Свойства характера Домби передаются дому, в котором он живет, даже улице, на которо й стоит этот дом. Жилище Домби носит отпечаток его личности, вкусов, всех е го склонностей. Дом его «огромен и пуст» снаружи и внутри. Это «печальный дом», в котором солнце бывает редко, «в час первого завтрака, появляясь с в одовозами и старьевщиками». ( XVIII , с. 38) Из каждого его камина несутся запахи, «как из склепов и серых подвало в», а «каждая люстра, закутанная в полотно, напоминала слезу, падающую из п отолочного глаза». Дом «величествен», как и его хозяин. Чтобы усилить впечатление о Домби, автор также прибегает к картинам прир оды: «Был серый осенний день с резким ветром. Мистер Домби олицетворял со бою ветер, сумрак и осень этих крестин». ( XIII , с. 73) Отношение к предметам и зданиям у Диккенса субъективно, оно может менять ся в соответствии с настроениями героя. Подобное изменение внешнего мир а под впечатлением своего несчастья ощущает молодой Уолтер, спешащий по улицам Лондона, чтобы спасти дядю от возможного суда, ареста и тюрьмы. «Вс е как будто изменилось… Дома и лавки были не те, что прежде… Даже само небо изменилось, и, казалось, на нем был начертан исполнительный приказ». ( XIII , с. 149-150) Слияние безрадостных внешних впечатлений и внутреннего, психологическ ого подтекста этих впечатлений мы видим в следующем примере: «Рассвет с его бесстрастным, пустым ликом, дрожа, подкрадывается к церкви, под котор ою покоится прах маленького Поля и его матери, и заглядывает в окна. Холод но и темно. Ночь еще припадает к каменным плитам и жмурится, мрачная и тяже лая, в углах и закоулках здания». ( XIII , с.294) Итак, холод, туман, сырость Лондона в «Домби и сыне» олицетворяет характе р, склад жизни главного героя, относящегося к классу деловых могуществен ных людей, а также его отношения к другим людям: будь то представители его среды, родственники или бедняки. Читая роман «Крошка Доррит», мы попадаем вместе с его героями в долговые тюрьмы Лондона. Первое же упоминание о Лондоне вызывает у нас гнетущее чувство. «Был лондонский воскресный веч ер – унылый, тягостный и душный (…) Не на что кинуть взгляд, кроме улиц, улиц , улиц. Негде подышать воздухом, кроме улиц, улиц, улиц. Нечем разогнать тос ку и неоткуда набраться бодрости». ( XX , с.43) В этом романе, как и в «Приключениях Оливера Твиста», Диккенс ср авнивает воздух в деревне и городе, показывая огромную разницу: «В дерев не воздух после дождя наполнился бы благоуханной свежестью, и на каждую упавшую каплю земля откликнулась бы новым и прекрасным проявлением жиз ни. В городе дождь только усиливал дурные, тошнотворные запахи да перепо лнял водостоки мутной, тепловатой, жирной от грязи водой». ( XX , с. 74) Постепенно читатель подходит к описанию долговой тюрьмы Маршанси: «Это был длинный ряд строений казарменного вида (…) Внутри этой темной и мрачн ой тюрьмы, предназначенной для несостоятельных должников, находилась д ругая, еще более тесная и мрачная тюрьма, предназначенная для контрабанд истов». ( XX , с. 80) Нужно заметить, чт о при описании задворок тюрьмы почти всегда Диккенс повествует о погоде Лондона, которая подчеркивает печальное положение людей, находящихся з десь. «Вечер был темный, и ни фонари, зажженные на тюремном дворе, ни огонь ки, мерцавшие в окнах тюремных строений за убогими занавесками, не в сила х были разогнать тьму». ( XX , с. 111) «Р ассвет не слишком торопился переползти через тюремную стену и заглянут ь в окна; а когда это, наконец, случилось, он, к сожалению, явился не один, а с п роливным дождем». ( XX , с. 122) А какое тягостное впечатление оставляет ночной Лондон в сердце Крошки Д оррит! «Зрелище позора, нищеты, беспринципности, безобразная изнанка жиз ни великой столицы; сырость, холод, быстрый бег облаков в небе и томительн ая медлительность мрачных ночных часов». ( XX , с. 232) Лондон словно чувствует уныние Артура Кленнэма после посещения Минист ерства Волокиты: «Дождь лил упорно, барабанил по крыше, глухо ударяя в раз мокшую землю, шумел в кустарнике. Дождь лил упорно, уныло. Ночь будто плака ла». Но если грязь, туман и холод присутствуют везде, где идет описание жизни б едных или же арестантов долговой тюрьмы, то и в домах богатых и состоятел ьных людей мало веселого. Вспомним несколько примеров из романа. Дом мат ушки Артура Кленнэма: «Это был старый, закопченный почти до черноты кирп ичный особняк, одиноко стоявший в глубине двора (…). Теперь вид этого соору жения, замшелого от времени и почерневшего от дыма, не внушал особого дов ерия». ( XX , с. 47) А вот впечатление, о ставленное у Артура, после взгляда на дом Кристофера Кэсби, владельца до ходных домов: «Дом также мало изменился, как и дом моей матери, - думал Клен нэм, - и снаружи он такой же мрачный». А когда в романе з аходит речь о Министерстве Волокиты, где занимаются тем, что «не делают т ого, что нужно», то упоминания о погоде содержат только такие эпитеты, как «промозглый, серый, грязный». «Наконец сырой промозглый ветер завершилс я сырой промозглой ночью…» ( XX , с . 161) И дом, где живет представитель Министерства Волокиты Тит Полип, - «неуд обный, с покосившимся парадным крыльцом, немытыми тусклыми оконцами и те мным двориком (…) Если говорить о запахах, то дом был точно бутылка с крепким настоем навоза, и лакей, отворявший Артуру дверь, словно вышиб из бутылки пробку». ( XX , с. 147-148) . Такие серые картины лондонской жизни прослеживаю тся на протяжении всего романа. Итак, Лондон живет на страницах романов т ысячею жизней! Лондон Диккенса – это таинственный, загадочный город, по крытый пеленой тумана, который в одних случаях служит укрытием для прест упного воровского мира, а в других – олицетворяет холод и опустошенност ь людей высшего света. Лондон – сердце капиталистической Англии, центр, к которому сходятся жизненные нити со всех концов страны. Роскошь и нище та, величие и убожество – такова контрастная картина, созданная художни ком. Варшава – оригинальный красивый город, бывший в XIX веке во власти Прусс ии, Австрии, а с 1814 года ставший столицей Королевства Польского, входящего в состав России. Польшу XIX века называли «бунтовщицей в кандалах», а Варшава в 1830-1831 и 1863-1964 го дах была центром освободительных восстаний против гнета царизма. Больш ая часть города расположена на левом берегу Вислы. Здесь сосредоточено и сторическое ядро Варшавы – Старе – Място, со множеством памятников пол ьского Возрождения и барокко: знаменитый Костел Святого Яна, колонна Зыг мунта дома с декоративной скульптурой и росписями. Внешний облик города очень красив и оригинален, впрочем, как и сами поляки. Обаяние историческ ого города, прославленного своей знаменитостью, подчеркивается блестя щим обществом. В XIX век е Варшава становится одним из главных центров развития капитализма. Нал ичие огромного русского рынка было прекрасным условием для его развити я. И этот сложный красивый город со своим и архитектурными памятниками и бурным развитием капитализма слагается в новый образ, данный в произведении Болеслава Пруса «Кукл а». Объективную реальную картину большого города Прус превращает в неки й миф. В «Кукле» Прус, по его словам, хотел «охарактеризовать общественну ю жизнь, взаимоотношения и типы нескольких поколений Цыбенко Е.З., Болеслав Прус // История польской л итературы. Том 1. – М., 1968. – С. 543. ». В центре романа – современная Прусу Варшава, капиталис тический город со всеми его противоречиями, жизнью различных классов: ар истократии, буржуазии и трудящихся. Главная фигура романа – Станислав Вокульский – сложный, противоречив ый образ. Именно через его восприятие мы знакомимся с людьми, улицами, зда ниями Варшавы, именно благодаря ему появляется миф этого города. Картины жизни Варшавы сопровождают героя на п ротяжении всего романа, в одном случае они отражают его эмоциональное со стояние, в другом – служат подоплекой тех или иных событий. Вспомним воз вращение Вокульского после успешной наживы на войне в свой город. Его вс тречает «отвратительный мартовский день; скоро уже полдень, но варшавск ие улицы почти пустынны. Люди сидят по домам или прячутся в подворотнях, и ли же съежившись бегут, подхлестываемые дождем, смешанным со снегом» Прус Болеслав. Собра ние сочинений. В 7-ми т.- М., 1962. / В дальнейшем ссылки на произведение даются по указанному изданию с определением номера тома и страниц в скобках ( III , с. 31). Здесь как бы дается небольшой намек читателю, о том, что ожидает Вокульского в Варшав е, коль его приезд оттеняется такой картиной. И такие описания встретятся нам не раз. Но пока уделим внимание главному стремлению Станислава – Изабелле Ленцкой, ради которой герой совершае т свои поступки. Писатель подробно знак омит нас с манерами, законами аристократического общества, «подняться н а вершины которого и постоянно там пребывать можно лишь с помощью двух к рыльев: благородного происхождения и богатства» ( III , с. 51). Вместе с Вокульским мы входим в гостиные, будуары представителей шляхты , видим всю роскошь, обрамляющую их существование. Квартира Ленцких, куда съезжается весь «высший» свет Варшавы, была «солидной обстановки, на фон е которой выгодно выделялись ее обитатели» ( III , с. 43). Или же дом графини, где Вокульский ощущает, «что попа л в какой-то круговорот, его окружали громадные покои, старинные портрет ы, звуки тихих шагов. Вокруг была драгоценная мебель, люди, исполненные не обычайной, от роду ему не снившейся утонченности» ( III , с. 139). И тут же на страницах романа перед взором читателя, как бы в противовес бо гатству, предстают картины ужасающей нищеты: «Вокульский вышел на берег Вислы и остановился пораженный. Занимая пространство в несколько морго в, высился холм омерзительных зловонных отбросов, чуть ли не шевелившихс я под лучами солнца(…) В канаве и в ямах, на отвратительном холме он замети л жалкие подобия людей. Несколько женщин или воров, две тряпичницы и влюб ленная пара – женщина с лицом в прыщах и чахоточный мужчина с проваливш имся носом» ( III , с. 98). И Вокульский, глядя на Варшаву, заключил: «Вот она, страна в миниатюре, где все способствует тому, чтобы народ опускался и вырождался. Одни погибают от бедности, другие от разврата» ( III , с. 99). Говоря о погоде, природе Варшавы, необходимо упомянуть о дворцово – пар ковом комплексе Лазенки, где мы часто встречаем Вокульского. Лазенки отр ажают чувства героя, его мысли, наталкивают его на совершение различных поступков. Поначалу герой стремится в Л азенки только потому, что там гуляет вечерами Изабелла. Позже мы видим Во кульского уже одиноко блуждающего по парку, где он предается размышлени ям о любви, и, наконец, парк навевает мысль о том, как было бы «приятно почув ствовать, когда холодное лезвие бандита пронзает разгоряченное сердце ». Проанализируем состояние природы в тот момент, когда Вокульский впервы е гуляет в Лазенках вместе с Изабеллой. «Воцарилось затишье (…) Листья дер евьев чуть трепетали, словно их колыхало не движение воздуха, а тихо скол ьзящие солнечные лучи (…). Казалось, замерло все: солнце и деревья, снопы св ета и тени, лебеди на пруду и рой комаров над ними, замерли даже сверкающие волны на синей поверхности воды» ( III , с. 324). Природа словно затаила дыхание, замерла в ожидании дальнейших событий в жизни героя. Вокульскому почудилось, что «они с панной Изабеллой вечно б удут бродить по ярко освещенному лугу, окруженные зелеными куполами дер евьев…» Но ведь эта тишина может означать не только спокойствие и хорошу ю развязку событий. Она скорее напоминает затишье перед бурей, нежели пе ред ясным днем. И вот уже через несколько страниц читатель видит это пред упреждающее изменение природы, которое словно вырывает героя из мечтан ий и возвращает вновь на землю: «Ветер подул сильнее, замутил воду в пруду , разметал мотыльков и птиц и нагнал облака, которые все чаще закрывали со лнце. «Как тут уныло!» - шепнул он [Вокульский] и повернул обратно» ( III , с. 327 ). Итак, Варшава, элегантный город с великолепной архитект урой, развитием капитализма и изысканным обществом с одной стороны, скры вает в недрах своих улиц нищету, преступления, голод. И весь внешний лоск м ожно сравнить лишь с позолотой, покрывающей дешевый металл пустых, разла гающихся на глазах отношений между людьми. В этом мире нет места герою, ко торый благодаря своему чувству к Изабелле любил этот город с аристократ ами и бедняками, умел радоваться жизни и прощать, а прозрев, увидев всю лжи вость, пустоту того, к чему он стремился, герой не видит смысла оставаться здесь, в Варшаве, городе, бегущем за новым временем. И в этой погоне теряют ся ценные человеческие качества – любовь, дружба, милосердие – а на пер вый план выдвигаются деньги, положение, власть. Человек либо принимает в се как есть и приспосабливается к такой жизни, как Марушевич, либо выгляд ит живым анахронизмом, верящим в добро и самопожертвование, как Жецкий, л ибо и вовсе покидает этот город, предавая забвению все, что когда-то было с вязано с ним, как поступает Станислав Вокульский. Миф Варшавы, вечно молодой, воскресающей из пепла, усилился и преобразов ался в культуре XX века, после тр агических испытаний Второй Мировой войны. Основу же этого мифа заложил Б олеслав Прус. Города начинают высасывать все из страны. Бельгийский поэт Эмиль Верхарн, творивший на р убеже XIX – XX вв., рассматривал город как символ зла, п орожденного капиталистической цивилизацией. В сборнике стихотворений «Города - спруты» он изобразил образ хищного и алчного города, протянувш его тысячи щупалец к деревням. Резкие перемены образа жизни и ментальнос ти в странах европейской цивилизации XIX века нашли отражение в урбанистической литературе реализма, в которой и складывается миф Большого Города. Заметим удивительную особенность – существуют большие г орода с огромной историей, богатым наследием, но не имеющие своего мифа. С уществует миф о Венеции, основанный в среднев ековье и эпоху Возрождения и завершившийся к XX веку . Это город великих карнавалов и тайн, из ображенных в пьесах Карло Гольдони «Честная девушка», «Слуга двух госпо д», «Лгун», «Мольер», «Хитрая вдова» и других. Город, в котором убивали из-з а угла, и в то же время сурово карали за преступления, помещая в тюрьму Пио мби, покрытую свинцовой крышей. Побег из этой тюрьмы описан в мемуарах Дж акомо Казановы. Это знаменитый Мост Вздохов, ведущий бандитов и убийц в в ечное царство Аида. И, наконец, это невообразимая красота каналов, узких у лочек, придающих городу причудливую и праздничную форму. Томас Манн в своей новелле «Смерть в Венеции» подводит и тог длинной литературной традиции. Образы и события в новелле носят хара ктер символических обобщений, но в то же время они очень пластичны; атмос фера морского курорта, древнего, но запущенного города, холерной эпидеми и воспроизведена со всеми бытовыми деталями. Эпидемия предстает в новел ле как грандиозный символ гибели заката буржуазной культуры: повсюду бо лезнь, паника, зловоние, смерть среди великолепных памятников прошлого. Сегодня Венеция утратила свой миф и превратилась в город – музей. В сборнике рассказов «Бравый солдат Швейк и другие удивительные истори и», а также в романе «Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны» Ярослава Гашека нас встречает веселая, задорная Прага, с суматохо й и неразберихой. Даже когда Швейк покидает столицу, ее образ будет еще во зникать в пражских анекдотах и байках, рассказываемых бравым солдатом. У Густава Мейрин ка в романе «Голем» мир старой Праги предстает перед нами как арена убий ств, отравлений, самоубийств. Социальные противоречия большого города я вляются фоном для фантастического образа двойника Голема. Автор изобра жает не нарядную красивую Прагу а ее заплесневелые чердаки, подземелья, полуразрушенные лестницы. Видимый мир Мейринка становится похожим на м учительный сон. Итак, миф города, может продолжать свое существован ие в дальнейшей литературе, либо исчезать, или же вовсе меняться : в повести Джона Стейнбека «Консервный ря д»: «Консервный Ряд в Монтерее, в Калифорнии,— это с тихи, и вонь, и скрежет, оттенок света, привычка, тягота, мечта. Консервный Р яд разбросан, тесен, это железо, ржавчина и жесть, щепа и щебень, и пустыри, и мусорные свалки, консервные фабрики, рифленые крыши, и бардаки, лаборато рии, ночлежки, бакалеи. Кто-то как-то сказал, что живут там «шлюхи, сводни, жу лики, сволочи», причем он сказал это про Всех. Погляди он на них в другую за мочную скважину, он сказал бы: «бессребреники, ангелы, великомученики, св ятые»,— и тоже про Всех. По утрам, после ло ва сардин, сейнеры с воем ввали ваются в залив. Тяжело груженные суда стоп орят у бере гов, там где фабри ки окун ают в залив свои хвосты… Потом вопят гудки, и мужчины и женщины напяливают одежду и бегут по Ряду на работу. Потом сверкающие л имузины везут избранных: директоров, юристов, хозяев; они исчезают за две рьми контор. Потом из города катят толпы итальянцев, китайцев, поляков, му жчин и женщин в комбинезонах, куртках, фартуках. Они сбегаются сюда — шке рить, резать, бланшировать, рассовывать рыбу по банкам. Улица грохает, уха ет, дребезжит и вопит, а серебряные реки рыбы катятся с судов, а суда все вы ше и выше подымаются в воде, пока не скинут последнего груза; фабрики грох ают, визжат и вопят, пока ошкерят, нарежут, сбланшируют, сунут в банку посл еднюю рыбешку, и тогда снова вопят гудки, и потные, вонючие, замученные ита льянцы, китайцы, поляки, мужчины и женщины, выбираются на свет и тащатся вв ерх по холму, в город, а Консервный Ряд снова становится самим собой, тихий и таинственный … Как вживе изобра зить стихи, вонь скрежет, оттенок света, как передать бумаге привычку, тяг оту, мечту?..» Стейнбек Дж он. Избранные произведения: Перевод с английского. М.: Правда, 1988. С . 341-342. . Мифология большого города создается в эпоху реализма. Это, как уже было замечено ранее, связано с исходом сельского населения в гор ода, достигающие миллионной численности, что привело к оскудению помест ного дворянства, уменьшению и исчезновению мелких селений. Список литературы : 1. Бальзак Оноре де. Собрание сочинений. В 10ти т / Под общ. ред. Н. Балашова. – М., 1982. 2. Белый А. Сочинения. В 2х т. – М., 1990. 3. Булгаков М.А. Собра ние сочинений. В 5ти т. – М.. 1989. – Т. 5. 4. Гашек Ярослав. Соб рание сочинений. В 6ти т. – М., 1983. – Т. 1-3. 5. Гольдони Карло. Ко медии. В 2х т. – М., 1959. – Т.1. 6. Гринвуд Джеймс. Ма ленький оборвыш. – Хабаровск, 1980. 7. Гюго Виктор. Собра ние сочинений. В 10ти т. / Под ред. Н.М. Любимова. – М., 1972. -Т. 3-7 8. Диккенс Чарльз. Со брание сочинений. В 30ти т. // Под общ. ред. А. Аникста и В. Ивашевой. – М., 1958. 9. Дойль Артур Конан. Собрание сочинений. В 8ми т. – Киев, 1992. – Т. 1-3. 10. Достоевкий Ф.М. Пол ное собрание сочинений. В 30ти т. – Л., 1972 – 1989. 11. Казанова Джакомо. Мемуары Казановы. – М., 1991. 12. Манн Томас. Собран ие сочинений. В 10ти т. / Под ред. Н.Н. Вильмонта и Б.Л. Сучкова. – М., 1954. – Т. 7. 13. Прус Болеслав. Соб рание сочинений. В 7ми т. – М., 1962. 14. Сю Эжен. Парижские тайны. – М., 1992. 15. Бахмутский В. «Оте ц Горио» Бальзака. – М., 1970. 16. Брахман С.Г. «Отвер женные Виктора Гюго». – М., 1968. 17. Воронихина Л.Н. Лон дон. – Л., 1969. 18. Грифцов Б.А. Как раб отал Бальзак. – М., 1958 19. Елизарова М.Е. Баль зак. Очерк творчества. – М., 1951. 20. Жуков Д.А. Он видел э тот город другим // Жуков Д.А. Портреты. – М., 1984. - С. 302-314. 21. Ивашева В.В. Творче ство Диккенса. – М., 1954. 22. Иващенко А. Оноре Б альзак // «Литература в школе» - 1950, №1. – С. 21-30. 23. Катарский И.М. Дикк енс. – М., 1960 24. Кучборская Е.П. Тво рчество Бальзака. – М., 1970. 25. Ланн. Е.Л. Диккенс. – М., 1946. 26. Медерский Л.А. Варш ава. – Л., 1967. 27. Михальская Н.П. Чар льз Диккенс. Очерк жизни и творчества. – М., 1959. 28. Муравьева Н.И. Гюго. – М., 1961. 29. Муравьева Н.И. Онор е Бальзак. Очерк творчества. - М., 1958. 30. Нерсесова М.Н. Твор чество Чарльза Диккенса. – М., 1960. 31. Обломиевский Д. Ба льзак. Этапы творческого пути. - М., 1961 32. Обломиевский Д. Фр анцузский романтизм. – М., 1947. 33. Пузиков А. И. Бальза к и его герои //Пузиков А.И. Портреты французских писателей. – М., 1976. – С. 7-58. 34. Пузиков А. Оноре Ба льзак. – М., 1950. 35. Резник Р.А. Достоев ский и Бальзак // Реализм в зарубежных литературах XIX - XX веков. – Саратов, 1975. – С. 193-203. 36. Реизов Б.Г. Бальзак. – Л., 1946 37. Реизов Б.Г. Бальзак. Сборник статей. – Л., 1960. 38. Реизов Б.Г. Творчес тво Бальзака. – Л., 1939. 39. Русская и польская литература конца XIX начала XX века. / под ред. Е.З. Цыбенко, А.Г. Соко лова. – М., 1981.- С. 149-173. 40. Сильман Т. Диккенс . - М., 1960. 41. Сухотин П. Оноре де Бальзак. – М., 1934. 42. Тайна Чарльза Дикк енса. – М., 1990. 43. Творчество Ф.М. Дос тоевского: искусство синтеза / Под ред. Г.К. Щенникова и Р.Г. Назирова. – Ека теринбург, 1991. 44. Топоров В.Н. Миф. Рит уал. Символ. Образ. Исследования в области мифотворческого. – М., 1995. 45. Тугушева. М. Чарльз Диккенс. Очерки жизни и творчества. – М., 1979. 46. Уилсон Э. Мир Чарль за Диккенса. – М., 1975. 47. Цвейг С. Три мастер а. Бальзак. Диккенс. Достоевский. – М., 1992. 48. Цыбенко Е.З. Болесл ав Прус // История польской литературы в 2х т. – М., 1968. – Т. 1. – С. 536-561. 49. Цыбенко Е.З. Из исто ков польско – русских литературных связей XIX - XX вв. – М.. 1978. 50. Цыбенко Е.З. Польск ий социальный роман 40-70 гг. XIX в. – М., 1971. 51. Чичерин А.В. произв едение Бальзака «Гобсек» и «Утраченные иллюзии». – М., 1982. 52. Чичер ин А.В. Точность и сила в языке романов Бальзака.// Чичерин А.В, Идеи и стиль. – М., 1968. – С. 150-174. 53. Стейн бек Джон. Избранные произведения: Перевод с английского. М.: Правда, 1988. – 688 с. 54. Гашек Я. Похождения бравого солдата Швейка во время мир овой войны: Перевод с чешского П.Богатырёва. М.: Русская книга, 1993. 736 с.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Как-то девочка Ира подошла к сисадмину и спросила, как сохранить весь Интернет на дискету. Сисадмин посмеялся и забыл.
А Ира не забыла.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Зарубежные писатели о городах", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru