Диплом: Достоевский и Гюго - текст диплома. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Диплом

Достоевский и Гюго

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Дипломная работа
Язык диплома: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 82 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной дипломной работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

2 2 65 Ульяновский государственный педагогический университет имени И.Н. Ульянова Дипломная работа Достоевский и Гюго Работу выпол нила: студентка группы ФРК-99-1 Мусаева Ольга Преподаватель: доцент кафедры литературы Ланцов Д.С. Ульяновск 2005 СОДЕРЖАНИЕ. 1. Введение 2. Глава 1. Основны е проблемы в рассмотрении термина «жанр» 3. Глава 2. Принцип ы новой литературы в изложении Виктора Гюго и его «Последни й день приговоренного к смерти» 4. Глава 3. Вопрос жанра «Записок из Мертвого дома» и рассказа «Кроткая» Ф.М. Достоевского 5. Глава 4. Сравнит ельный метод в применении к Гюго и Достоевскому 6. Заключение 7. Библиография ВВЕДЕНИЕ. Девятнадца тый век внес поистине неоценимый вклад в сокровищницу всей мировой куль туры. Литературный процесс носил масштабный характер, охватывая всю Евр опу. Это был век крутых поворотов и политических катаклизмов. Начало его отмечено печат ью романтизма в литературе, который во многом сформировался под влияние м неудовлетворенности результатами французской революции. Дальнейшее творчество большинства европейских авторов оказалось тесно связанным с последующей политической жизнью, с наполеоно вскими и антинаполеоновскими войнами. Период с 1815 по 1830 гг. получил во Франции название Реставрации. Он отмечен обо стрениями классовых и политических противоречий. Политические всплески в России 20-40-х годов носят не менее значимый характ ер для страны. Здесь идет борьба за введение конституции и гражданских с вобод. Но после восстания декабристов в 1825 году и позднейшего прихода к вл асти Николая I наступает период жесточайшей реакции. «Николай I мечтал в ытравить все ростки вольномыслия в русском обществе. Однако трудно было запретить людям думать, сближаться на почве схожих настроений и мнений» История России . С начала Х VIII века до конца Х I Х века/ Ответств. ред. А.Н. Сахар ов. – М.: АСТ, 1996. – С. 345. . На этот период приходится молодость и начало творческого пути Федора До стоевского. С 1847 года Достоевский начинает посещать кружок М.В. Буташевича-Петрашевск ого, чиновника Министерства иностранных дел. «Этот кружок посещали чино вники, литераторы, офицеры. Они говорили о необходимости отмены крепостн ого права, введении свободы печати, знакомили друг друга с произведениям и французских социалистов, читали и обсуждали «Письмо к Гоголю». До орга низации тайного общества с определенной программой дело не дошло. Приговор по делу петрашевцев был потрясающим. Суд приговорил к расстрел у двадцать одного человека, в числе которых оказался Ф.М. Достоевский, в то время начинающий писатель. 22 декабря 1849 года приговоренные были привезен ы на площадь» История России: С начала… - С. 354. . Рас стрел был заменен каторгой в последний момент. Один из осужденных за это время сошел с ума. 24 декабря Федор Достоевский отбыл на каторгу в Сибирь, в кандалах. Он соде ржался в Омском остроге и вышел на свободу лишь в январе 1854 г. А 1 сентября 1860-го в газете «Русский мир» было на печатано начало «Записок из Мертвого дома», рассказавших о русской като рге и вызвавших большой литературный и общественный резонанс. Виктор Гюго, французский поэт, писатель, прошедший непростой путь в лите ратуре и в жизни, также изведал горький вкус изгнания. «Откликом на современность можно назвать повесть Гюго «Последний день приговоренного к смерти» (1829), в которой передается атмосфера эпохи Реста врации с ее казнями, ссылками, каторгами. Она задумана как обличительное выступление против смертной казни, как протест против жестокостей обще ства, как призыв к человечности… Повесть (автор назвал ее аналитическим романом, изображающим внутреннюю драму человека) предваряет социально- психологический роман 30-40-х годов Х I Х века во Франции. Гюго стал и первооткрывателем ог ромной темы – «преступления и наказания», к которой будут впоследствии обращаться писатели всех стран в конце Х I Х – ХХ вв.» История зарубежной лите ратуры Х I Х в./ Под ред. И.А. Соловьевой. – М.: Высшая школа, 2000.– С. 371. . Духовная близость между автором «Отверженных» и создателем «Униженных и оскорбленных» часто бросалась в глаза уже современникам Достоевског о. «В письме, направленном в мае 1879 года Президенту Международного Литера турного конгресса в Лондоне, Достоевский назвал В. Гюго «великим поэтом» , гений которого со времени его детских лет оказывал на него неизменно мо гучее влияние» (Письма, IV , 55, 380) Фридлендер Г. Достоевский и мировая литература. – М., 1979. – С . 143. . Весной 1860 года, когда Достоевский обдумывал «Записки из Мертвого дома», его брат печатает в журнале «Светоч» свой перевод «Последнего дня приговоренного». «Публи кацию этого перевода накануне появления книги Достоевского о его испыт аниях на каторге вряд ли можно считать случайностью, - замечает Г. Фридлен дер. – Напрашивается предположение, что самый выбор «Последнего дня осу жденного» был подсказан для перевода М.М. Достоевскому его младшим брато м, перечитавшим после возвращения из Сибири это раннее произведение Гюг о и взглянувшим на него теперь новыми глазами. Стилистический анализ пер евода позволяет предположить, что он был перед сдачей в печать просмотре н Ф.М. Достоевским и в отдельных местах, возможно, носит следы его стилисти ческой правки» Там же. – С. 147. . Но более глубокое рассмотрение этой проблемы предп олагается в 4 главе данной квалификационной работы. Сейчас лишь хочу отм етить, что «Записки» Достоевского были, как отмечает Фридлендер, первой по времени появления книгой в России, посвященной царской каторге и отве чали широкому общественному настроению. Герцен сравнил «Записки» по си ле производимого впечатления с «Адом» Данте и фресками «Страшного суда » Микеланджело. Я считаю, что в современной обстановке, когда во многих странах решается вопрос об ужесточении, либо, наоборот, о смягчении судебных наказаний, ко гда вновь и вновь поднимается и оспаривается проблема морального права личности на ряд поступков, актуальность книг Достоевского и Гюго необык новенно возрастает. С уверенностью могу сказать о достаточной тематической новизне данной дипломной работы, поскольку, несмотря на очевидность, влияние творчеств а В. Гюго на произведения Достоевского изучено недостаточно. Эта работа подчеркивает единство национальных литератур в ру сле мировой литературы в целом . Цель данной квалификационной работы: раскрыть жанровое своеобразие пр оизведений Виктора Гюго «Последний день приговоренного к смертной каз ни» и Ф.М. Достоевского «Записки из Мертвого дома», «Кроткая», решить проб лему принадлежности их к определенному жанру, а также выявить жанровое в лияние творчества Гюго на творчество Достоевского (на примере вышеназв анных произведений). Для достижения данной цели необходимо решить следующие задачи: 1. Добит ься точности в определении такого понятия, как лит ературный жанр . 2. Выяви ть критерии разграничения жанров. 3. Рассм отреть особенности, новаторство произведения Виктора Гюго «Последний день приговоренного к смертной казни» в историко-литературном ключе. 4. Разоб раться в жанровой проблематике «Записок из Мертвого дома» и рассказа «К роткая» Ф.М. Достоевского. 5. Прове сти сравнительный анализ вышеназванных произведений Гюго и Достоевско го. 6. Устан овить степень влияния французского автора на творчество Ф.М. Достоевско го. 7. Осмыс лить глубину, стиль художественного мышления, своеобразие творческого подхода Достоевского-художника. В соответстви и и изложенными целью и задачами квалификационная работа состоит из: · Введе ния. · Главы 1, посвященной рассмотрению основных точек зрения на понятие «жанр лите ратурный». · Главы 2, рассказывающей о принципах новой литературы, изложенных Виктором Гюг о, и его повести «Последний день приговоренного к смерти». · Главы 3, изучающей жанровое своеобразие «Записок из Мертвого дома» и рассказа «Кроткая» Ф.М. Достоевского. · Главы 4, в которой проводится сравнительный анализ вышеназванных произведени й и раскрывается степень влияния творчества В. Гюго на творчество Достое вского. · Заклю чения. · Библи ографии. В процессе написания данн ой дипломной работы я опиралась на достаточно большое количество иссле дований ученых, литературоведов, критиков, вплотную занимающихся изуче нием творчества Достоевского и Гюго. Нельзя не упомянуть монографию В.Н. Захарова «Система жанров Достоевско го» Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. – Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1985. , в которой он проводит глубокое, обширное исследование жа нрового своеобразия «Записок из Мертвого дома», раскрывая традиции и но ваторство великого русского писателя. В.Н. Захаров изучает функцию рассказа в структуре произведений Достоевс кого, прослеживает хронологию «Записок», считая, что Федор Михайлович «т ипизировал свою острожную судьбу» через «создание вымышленного образа условного повествователя Александра Петровича Горянчикова» Там же. – С. 177. , что не позволяет отнести «Записки» к мемуарам. Захаров сч итает, что «создавая художественное произведение, Достоевский не прете ндовал на фактографическую верность: его исследование каторги было худ ожественным, а не «научным». Поэтому Достоевский вводит условного расск азчика («неизвестного»), создает художественную хронологию пребывания героя на каторге, меняет фамилии многих арестантов» Там же. – С. 180. . Исследовав огромное количество научно-критических работ, Захаров прих одит к выводу, что «Записки из Мертвого дома» следует отнести к «оригина льным жанрам» Там же. – С. 174. . Еще один литературовед, изучающий творчество Достоевского, это Г. Фридле ндер. Его монографии были очень актуальны для данной дипломной работы, п оскольку Фридлендер рассматривает творчество Достоевского через приз му мировой литературы. В книге под названием «Достоевский и мировая лите ратура» Фридлендер Г.М. Достоевский и мировая литература. – М., 1979. он целую главу посвящает Достоевскому и Гюго. Ф ридлендер пишет: «Одна из особенностей Достоевского состояла в том, что он не смотрел на свою художественную работу, как на плод одних лишь собст венных творческих усилий, но видел в ней продолжение коллективной работ ы писателей разных стран и эпох, проявление общих по своему смыслу тенде нций и закономерностей развития национальной и мировой литературы» Там же. – С. 101. . Говоря о влиянии творчества Гюго на литературн ое мировоззрение Достоевского, Фридлендер развивает мысль о том, что эти писатели поднимали схожие во многом общечеловеческие проблемы. «Не слу чайно формулой «парии общества», примененной впервые к героям Гюго, Дост оевский через несколько лет воспользуется в период работы над «Преступ лением и наказанием», отнеся это определение в черновиках романа к Раско льникову и Соне, а одной из задач «Идиота» он будет считать изображение с удьбы « miserabl ей» (отверженных – Г.Ф.) всех сословий» Там же. – С. 155. . Отверженн ыми также можно назвать и обитателей каторги, людей, в силу обстоятельст в вырванных из общества и привычного круга людей. Не зря острог назван «М ертвым домом». «Посылая заключенных на каторгу, царская администрация х отела бы навсегда замуровать их в стенах острога, похоронить их заживо» Фридлендер Г.М. Совершенно новый мир, до сих пор неведомый… [ Вступ. статья ]// В кн.: Ф.М. Достоевский. Записки из Мер твого дома. Рассказы. – М., 1983. – С. 12. . В общелитературном ключе рассматривал творчество Достоевского и К.Г. Ще нников. Он называет «Записки из Мертвого дома» «своеобразным художеств енным исследованием кардинальных философско - социологических проблем » Щенников Г.К. До стоевский и русский реализм. Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1978. – С. 87 . Исследователь также поднимает проблему добра и зла в человеке, как ее понимал Достоевский. «В «Записках из Мертвого дома» авт ор и его двойник Горянчиков оценивали уровень современной цивилизации психологией каторжников и палачей» , - считает он. Щенник ов рассматривает творчество Достоевского во взаимосвязи с творчеством других, русских и зарубежных писателей Творчество Достоевского: Искусство синтеза/ [ К.Г. Щенников, В.В. Борисова, В.А. Михнюкевич и др.] – Екатер инбург: Изд-во Урал. ун-та, 1991. . Он гово рит о близости Достоевского и Гюго в поэтике и стиле, в вере в силу нравств енного начала в человеке, однако считает, что герои Достоевского сложнее , психологичнее и ярче, чем у Гюго. Т.С. Кар лова обращается к структурному образу «Мертвого дома» Карлова Т.С. О структурно м значении образа «Мертвого дома»// Достоевский. Материалы и исследовани я. [С борник. Главн. ред. В.Г. Базанов. ] – Л.: Наука, 1974. ; по ее мнению, метафо ра «Мертвого дома » опр еделяет структуру «Записок» в целом, и несет в себе социально политическ ий и этический подтекст. Карлова уделяет большое внимание особенностям функционирования пространства и времени в произведении, определяя пос леднее как «одновременность разновременного». Она считает, что «о катор жной тюрьме Достоевский писал как об особой физической данности со свои ми законами времени и пространства» Там же. - С. 136. . Композицию «Записок из Мертвого дома» Т.С. Карлова сравнивает с каторжно й цепью, размыкаемой на вход и выход. А сама каторга «в изображении Достое вского…являлась захоронением живых людей. Этот особый мир «мертвой» жи зни раскрывался в подчеркнуто строгой, реалистической манере повество вания» Карлова Т.С. Указ. соч. – С. 135. . Андрей Битов в статье «Новый Робинзон», посвященной 125-летию выхода в свет «Записок из Мертвого дома» Битов А. Новый Робинзон// Знамя. – 1987. – кн. 12. , сравнивает Ф.М. Достоевского с Робинзоном Крузо, называя писателя «первооткрывателем как материала, так и формы» «Записок». Бито в обращается к особенностям стиля Достоевского и утверждает, что феноме н его стиля заключается в «новом способе мысли». Он называет книгу Досто евского философской, посвященной теме заключения как такового и теме жи зни как таковой. Среди нескольких исследователей, писавших о Викторе Гюго, хочется выдел ить двух, наиболее часто цитируемых во 2-й главе данной дипломной работы. В. Николаев называет В. Гюго «романтиком прогрессивного лагеря», сыгравш им большую роль в становлении реализма Николаев В.Н. В. Гюго. Критико-биографический очер к. – 2-е изд. – М.: Худож. лит., 1955. – С. 14. . «С чувством ч еловека, освободившегося от пут, молодой драматург ломал и отбрасывал пр авила, требующие строгих единств, уничтожал размеренное развитие дейст вия, вводил в свои пьесы новых героев из народа, сопоставлял честность ни зов с бесчестностью двора» Николаев В.Н. В. Гюго. [вступ. статья. ]/ В. Гюго .// Собр. соч.: В 15-ти т. – М.: Госуд. изд-во худож. лит., 1953. – Т. 1. – С. 9. . Этот исследователь придает большое значение в ыдвинутым Виктором Гюго в предисловии к драме «Кромвель» принципам нов ой романтической литературы. Николаев считает, что важнейшей специфиче ской особенностью демократического реализма в Европейских странах пер вых десятилетий девятнадцатого века стало то, что «еще на ранней ступени своего развития он сыграл большую роль в становлении реализма». В. Гюго смело вводит в свои произведения речь простонародья, поскольку ц енит и любит французский язык как великое творение нации. Н. Муравьева в книге «Гюго», вышедшей в серии ЖЗЛ, обращаясь к повести «Пос ледний день приговоренного к смерти», задумывается вслед за автором над образом героя: «Кто будет героем его повести? Парижанин. Обыкновенный че ловек. У него жена и дочь. Он совершил преступление. Какое? Об этом в повест и не будет и речи. Важно передать чувства и мысли, страх и отчаяние человек а, которого ведут на казнь. Дни ожидания. Последние минуты. Перевоплотить ся в этого человека…» Муравьева Н. Гюго. – М. – ЖЗЛ, 1961. – С. 100. Муравьева считает «Последний день приговоренного» шагом к одному из кр упне йших романов Гюго – «Отверженным ». Однако повесть имеет огромное значение и как самост оятельное литературное произведение, поскольку открывает новые темы, е ще не затронутые литературой того времени, и становится предвестницей ц елой череды позднейших социально – психологических романов и повесте й. В заключение следует упомянуть, что в данной квалификационной работе ши роко применяется метод компаративизма, позволяющий провести сравнител ьную характеристику «Последнего дня приговоренного» В. Гюго и «Записок из Мертвого дома» и «Кроткой» Ф.М. Достоевского, с тем, чтобы выявить степе нь жанрового сходства и различия вышеназванных произведений, а также оп ределить уровень влияния творчества Гюго на творчество Достоевского. ГЛАВА 1. ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ В РАССМОТРЕНИИ ТЕРМИНА «ЖАНР». Данная дипломная работа напрямую связана с таким л итературоведческим понятием как «жанр». Поскольку речь идет о «Записка х из Мертвого дома» и рассказе «Кроткая» Ф.М. Достоевского и «Последнем д не приговоренного к смертной казни» Виктора Гюго, то можно с уверенность ю сказать, что вопрос жанровой принадлежности этих произведений неодно кратно поднимался многими исследователями. Он вызывает дискуссии и сег одня. В своей работе я также включаюсь в полемику. Но для того, чтобы решить, к какому жанру принадлежат творения вышеназванных авторов, необходимо установить: что мы понимаем под самим термином «жанр», и что понимали под ним Гюго и Достоевский. Заранее следует отметить, что глава 1-я будет носить во многом цитатный ха рактер, поскольку я хочу показать многообразие точек зрения на этот вопр ос, различия и, подчас, противоречия во взглядах разных исследователей и литературоведов по данной проблеме. Сам термин «жанр» в качестве литературоведческого понятия возникает в о Франции в 16 веке и в переводе на русский язык означает «род, вид». Уже в са мом переводе заложена возможность многоаспектной трактовки термина. (В едь в литературоведении существуют также понятия род литературный и вид литер атурный , не калькирующие понятие литературного жанра .) Краткая литературная энциклопедия раскрывает понятие «жанр» следующи м образом: «Жанр литературный – это исторически (здесь и далее – курсив мой. О.М.) складывающийся тип литературного произведения ; в теоретическом понятии о жанре обобщаются черты, свойственные более ил и менее обширной группе прои зведений какой-либо эпохи , да нной нации и мировой литературы вообще». Краткая литературная энциклопедия./ Главн. ред. А. А. Сурков. - М., 1964. - Т.2. - С.914. Словарь литературоведческих терминов под редакцией Л.И. Тимофеева и С.В. Тураева дает следующую трактовку: «Под жанром понимается повторяющееся во многих произведениях на протяжении истории развития литературы единство композиционной ст руктуры , обусловленной своеобразием отражаемых я влений действительности и характером отношения к ним художника». Словарь литературоведч еских терминов/. Ред.-сост. Л.И. Тимофеев и С.В. Тураев. - М.: Просвещение, 1974. - С. 82. Несложно заметить, что в критериях определения жанра разные справочные издания делают акцент на разных аспектах понятия. В первом случае напоми нается об обобщении в определенном жанре общих черт, свойственных довол ьно большой группе произведений какой-либо эпохи или какой-либо нации. В о втором – повторяющееся «на протяжении истории развития литературы» единство композиции, причем уточняется, что это единство обусловливает ся характером отношения художника к явлениям изображаемой им действит ельности. Литературная энциклопедия терминов и понятий под редакцией А.Н. Николюк ина дает два варианта трактовки термина «жанр»: «Жанр – тип словесно-художественного произведения, а именно: 1) реально с уществующая в истории национальной литературы или ряда литератур и обо значенная тем или иным традиционным термином разновидность произведен ий; 2) «идеальный» тип или логически сконструированная модель конкретног о литературного произведения, которая может быть рассмотрена в качеств е его инварианта (это значение термина присутствует в любом определении того или иного жанра литературы)». Литературная энциклопедия терминов и понятий./ Главн. сост. и ред. А.Н. Николюкин. – М.,2001. – С. 264. Другими словами, по д жанром понимается не какой-либо эфемерный, а именно реально существующий в литературе тип художественных произведений, обозначаемый тради ционным термином. Произведение, созданное в русле о пределенного жанра, конструируется по законам, долгое время существующ им в литературе. Таким образом, вновь подтверждается принцип обобщения. Однако большинство литературоведов не могут не говорить о том, что на пр отяжении исторического развития мировой литературы вообще и ее отдель ных направлений в частности жанры значительно видоизменяются и, теряя с вой прежний облик, либо отмирают, либо начинают сверкать новыми гранями. Но все изменения в русле жанра покоятся на твердом фундаменте, остающемс я неизменным. В.Н. Захаров справедливо замечает: «Давно определился общий методологич еский подход к изучению жанров и жанровых систем – принцип историзма». Захаров В.Н. Система ж анров Достоевского. - Л.: Изд-во Ленингр. ун-та. , 1985. – С. 12. «Жанр всегда и тот и не тот, всегда стар и нов одновременно, - считает М.М. Ба хтин. – Жанр возрождается и обновляется на каждом новом этапе развития литературы и в каждом индивидуальном произведении данного жанра. В этом жизнь жанра… Жанр – представитель творческой памяти в процессе литера турного развития». Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. - М. , 1979. – С. 122. Согласно точке зрения Бахтина, «литературный жанр по с амой своей природе отражает наиболее устойчивые, вековечные тенденции развития литературы» Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. - С. 178. , и, следовательно, всегда жив, всегда реален. Почти сходная теория изложена в Краткой литературной энциклопедии под редакцией Суркова: «Очень сложной является проблема исторического раз вития жанра. С одной стороны, жанр непрерывно изменяется, преобразуясь в творчестве каждого выдающегося писателя. Жанр рождается и отмирает. С др угой стороны, жанр все же может обнаружить громадную устойчивость и живу честь… Во многих случаях жанр возрождается в обновленном виде». Краткая литературная эн циклопедия/ Главн. ред. А.А. Сурков. - С. 915. А вот Ю.В. Стенник в своей работе «Историко-литературный процесс» считае т, что жанр во многом статичен и традиционен, а неповторимость авторског о «Я» выходит за его рамки. «Жанр как бы нейтрален по отношению к неповтор имой индивидуальности произведения. В этом смысле категория жанра отме чена печатью консерватизма»,- пишет Стенник. Стенник Ю.В. Историко-литературный процесс. Пр облемы и методы изучения. - Л., 1974. – С.175. Ту же точку зрения в еще более непримиримой форме излагает литературове д Ѕ ХХ века Б.В. Томашевский. Г оворя об эволюции, а иной раз и «резкой революции» жанра, он, однако, подче ркивал: «В силу привычного отнесения произведения к уже известным жанра м, название его сохраняется, несмотря на радикальное изменение, происход ящее в построении принадлежащих к нему произведений». Томашевский Б.В. Теория л итературы. Поэтика. - М.: Аспект пресс., 2002. – С. 207. Другим и словами, Томашевский имел в виду, что отнесение произведения к какому-л ибо жанру может во многом носить условный характер, ибо авторская мысль может далеко перешагнуть узкие рамки жанровой традиции. В словарной статье, содержащейся в Литературной энциклопедии терминов и понятий под редакцией Николюкина, дается значимое уточнение, касающее ся исторического изменения природы жанра: «Характеристика жанра в данн ый исторический момент, то есть в аспекте синхронии, должна сочетаться с освещением его в диахронической перспективе. Именно таков, например, под ход М.М. Бахтина к проблеме жанровой структуры романов Достоевского». Литературная энцикл опедия терминов и понятий./ Главн. ред. и сост. А.Н. Николюкин. - С.264. В данной главе нам также очень важно остановиться на таком вопросе, как принципы разграничения лите ратурных произведений на жанры. В самом деле, по какому признаку можно оп ределить: к тому или иному жанру отнести произведение? Особенно если воп рос дискуссионный, как в данной работе. Во-первых, следует определить степень зависимости терминов «род», «вид» , «жанр» друг от друга, их взаимосвязь и взаимопроникновение. Разные спра вочные издания дают совершенно противоречивые трактовки проблемы. Кра ткая литературная энциклопедия под редакцией Суркова вопрос не проясн яет: «Иногда «видом» называются самые крупные группы произведений (напр имер, роман); однако распространено и обратное словоупотребление (роман – жанр; исторический роман – вид романа)». Краткая литературная энциклопедия./ Главн. ред. А. А. Сурков. - С. 914. Мне ближе концепция, данная в Словаре литературоведческих терминов под редакцией Тимофеева и Тураева: «Выбо р объекта изображения ведет к выбору тех или иных художественных средст в (см.: эпос, лирика, драма). Но род никогда не может проявляться непосредств енно, он всегда проявляется через вид. В пределах каждого рода различают в разные исторические периоды…виды. Но и виды – еще не окончательные ко нкретные формы литературных произведений. Каждое литературное произве дение несет в себе и своеобразные черты, диктуемые запросами жизни, особ енностями материала и особенностями таланта писателя, то есть имеет неп овторимую жанровую форму». Словарь литературоведческих терминов./ Ред.-сост. Л.И. Тимоф еев и С.В. Тураев. - С. 82-83. Таким образом, в данном случае я могу мысленно выстроить некую логическую цепочку: Род – > Вид – > Жанр и использовать эту схему в своей работе. В исследова ниях, связанных с выделением наиболее важных признаков для возможности разграничения литературных произведений на жанры, так же нет единого мн ения. М.Б. Храпченко в «Размышлениях о системном анализе литературы» спр аведливо замечает: «Иногда без достаточных на то оснований выделяется к акой-нибудь один из компонентов художественного произведения и ему при дается генерализирующее значение вне реальной его связи с другими элем ентами, либо – что случается чаще – рассмотрение одного или двух компо нентов подменяет собой исследование произведений в целом». Храпченко М.Б. Размышлен ия о системном анализе литературы./ М.Б. Храпченко// Собр. соч.: В 4-х т. – М., 1982. – Т. 4. - С.364. Но не следует забывать, что «каждый из выделяемых у чеными аспектов жанровой структуры содержит и позволяет увидеть всю це лостность произведения, но взятую в одном из своих важнейших ракурсов». Литературная энцикл опедия терминов и понятий. / Главн. сост. и ред. А.Н. Николюкин. - С. 265. Поэтому в данной главе я ставлю перед собой з адачу выделить все те основные компоненты, признаки, соотносясь с которы ми смогу доказать определенную жанровую соотнесенность произведений Д остоевского и Гюго. Вновь обрат имся к мнению литературоведов. Б.В. Томашевский полагает, что таких призн аков, общих для характеристики всех литературных произведений не сущес твует. «Никакой логической и твердой классификации жанров произвести н ельзя, - уверяет он. – Разграничение происходит сразу по многим признака м, причем признаки одного жанра могут быть совершенно иной природы, чем п ризнаки другого жанра, и логически не исключать друг друга, и лишь в силу и звестной связанности приемов композиции культивироваться в различных жанрах». Томашевски й Б.В. Теория литературы. Поэтика. - С. 210. Подобная точк а зрения не единична, но если полностью отказаться от выбора своего рода критериев для разграничения жанров, то вообще невозможно будет прийти к каким-либо выводам. Лучше иметь правило с множеством исключений, чем вов се все правила отвергнуть. Краткая литературная энциклопедия под редакцией Суркова дает нескольк о критериев, на которые можно опираться. Во-первых, «жанр выделяют на осно ве принадлежности к тому или иному литературному роду». Краткая литературная эн циклопедия. / Главн. ред. А.А. Сурков. - С. 914. То есть к эпос у, лирике или драме. Во-вторых, жанр выделяют «по преобладающему эстетиче скому качеству. Но и этого недостаточно; нужен третий принцип – объем и с оответственно общая структура произведения. Объем же во многом зависит от двух основных моментов – рода и эстетической тональности». Там же. - С. 915. Таким образом, можно выделить триединый принцип, по которому следует выявлять соотнесенность произведения с литературными жанрами . Авторы энциклопедии подчеркивают: «Каждый жанр есть не случайная совок упность черт, но проникнутая достаточно определенным и богатым смыслом система компонентов формы». Там же. В.Н. Захаров, исследуя жанровую проблематику. Склоняется к мнению, что для ряда жанров , таких, как рассказ и повесть, важны тип повествования и повествовательн ое время, как критерии, раскрывающие их происхождение и традиционную кон цепцию. Этот литературовед также упоминает объем как значимый параметр жанра. Однако он добавляет: «В конечном счете, жар определяется не только объемом содержания, но и сущностью содержания: у каждого жанра есть свое исторически сложившеес я, традиционное содержание». Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. - С. 6. Значит, к трем имеющимся критериям: роду, эстетической наполн енности и объему добавляем четвертый признак – традиционную, историче ски сложившуюся сущность содержания. Во многом к этой точке зрения близк и и авторы Словаря литературоведческих терминов. Словарная статья пред лагает при характеристике жанровых форм учитывать «не только тематиче ское своеобразие содержания, но и особенности идейно-эмоциональной тра ктовки изображаемого». Словарь литературоведческих терминов. / Ред.-сост. Л.И. Тимоф еев и С.В. Тураев. - С. 83. А М.Б. Храпче нко расширяет рамки критерия «эстетической наполненности»: «Поэтическ ая речь произведений того или иного жанра запечатлевает особый вид эсте тического освоения действительности, особый строй художественных обра зов». Храпченко М.Б. Р азмышления о системном анализе литературы. - С. 367. Теперь можно говорить об определенных принципах, при согласовании с кот орыми возможно определение жанровой принадлежности какого-либо опреде ленного произведения. Это: 1) прина длежность к тому или иному литературному роду; 2) эстет ическая наполненность, поэтическая речь произведения; 3) объем, общая структура произведения; 4) тради ционная, исторически сложившаяся сущность содержания. Однако не следует забывать, что существует множест во произведений, не подпадающие ни под какие рамки и правила. Или, точнее, раздвигающие все границы. Важно помнить о жанровом своеобразии каждого конкретного произведения. При особой мотивации автора, как считает А.А Сурков, размеры жанра (т.е. его объем) могут сжимать и разжимать границы. Вот уже ис ключение в критерии объема. «Не следует забывать об индивидуальном жанр овом своеобразии каждого отдельного произведения. При анализе творчес тва всякого крупного романиста, драматурга, лирика неизбежно встает воп рос о специфике его жанровых форм, их неповторимых чертах. С другой сторо ны, именно в индивидуальном творчестве отдельных писателей осуществля ется развитие, изменение всех жанровых форм». Краткая литературная энциклопедия./ Главн. ре д. А.А. Сурков. - С. 915. В данной главе я считаю нужным также упомянуть о некоем феномене, которы й можно назвать жанровым ожиданием читателя . В уме каждого читающего человека довольно прочно скла дывается стереотип, в согласии с которым мы, взяв в руки книгу и изучив ее довольно поверхностно, уже достаточно определенно представляем: что мы хотим «получить» от данного экземпляра. «Многовековая традиция внешне го оформления текста подчеркивает особую значимость заглавия произвед ения» Введение в лите ратуроведение. / Авт.-сост. Л.В. Чернец, В.Е. Хализев и др. – М.,2002. – С. 155. , - считает Л.В. Чернец. «Важнейшим регулятором эстетической жанровой коммуникации выступает жанровое обозначение произведения; французский исследователь П. Колер даже сравнил жанры с «контрактом между производителем и потребителем и скусства» ( Kohler P . Contribution a unephulosophie des genres .// Helikon . Amsterdam ; Leipzig , 1940, p .142.) Многие жанровые концепции со средоточены на коммуникативной, «прагматической функции жанров, на том, как писатели учитывают ожидания, которые вызывают у публики слова «рома н», «комедия», «мелодрама» и пр.». Введение в литературоведение. / Авт.-сост. Л.В. Чернец, В.Е. Хали зев и др. - С. 28. Случается, что заданное жанровое обозначение не соответствует содержа нию. Это возмущает или интригует, но непременно вызывает множество тракт овок и интерпретаций, а также ведет «за пределы данного произведения: к л итературной (и общественной) репутации писателя, фактам его биографии, к жанровой традиции». 3 3 Там же. С. 155. Такое же разногласие вызвали и «Записки из Мертвого дома» Ф.М. Достоевск ого. Спор о принадлежности этого произведения к какому-либо одному конкр етному литературному жанру ведется и полтора века спустя после первого издания книги. Что же понимал под «жанром» сам Достоевский? Возможно ли, что он сам затру днялся его назвать? Такое предположение категорически отвергает иссле дователь творчества писателя В.Н. Захаров: «Жанр – одна из ключевых кате горий художественного мышления Достоевского. Как писатель, он всегда зн ал, что собирался писать… Вес ьма определенно и авторитетно Достоевский указывал (как правило, уже в з аглавии произведения), что он написал – роман, повесть или рассказ». Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. - С. 5. Однако откуда же тогда такие расхождения в жанровой терминологии? Захар ов поясняет: «В языке Достоевского нет слова жанр в современном значении. Жанр был для него искусствоведческим термином, и в «Днев нике писателя» 1873 года Достоевский дал его глубокую интерпретацию: «Что т акое в сущности жанр? Жанр есть искусство изображения современной, текущ ей действительности, которую перечувствовал художник сам лично и видел собственными глазами. (21. 76)». Захаров В.Н. Указ. соч. - С. 23. ГЛАВА 2. ПРИНЦИПЫ НОВОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В ИЗЛОЖЕНИИ ВИКТОРА ГЮГ О И ЕГО «ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ ПРИГОВОРЕННОГО К СМЕРТИ». «Имя Виктора Гюго по праву стоит в одном ряду с имен ами лучших представителей мировой культуры». НиколаевВ.Н. В. Гюго (вступ. статья)/В. Гюго// Собр. соч.: В 15-ти т. – М.: Госуд. изд-во худож. лит., 1953. – Т. 1. - С. 5. С ын знатной дамы и простого капитана, участника подавления контрреволюц ионного восстания в Вандее, Виктор Гюго проводит детство в постоянных ра зъездах и странствиях. Однако путешествия не помешали юноше окончить Ма дридский колледж для молодых дворян, а затем изучать философию и математ ику в Парижском университете. Политические взгляды родителей Виктора Гюго были противоречивыми. Его отец был противником Бурбонов, а мать – роялисткой, поскольку происходи ла из богатой буржуазной семьи. Мать имела большое влияние на сына, кроме того, он не избежал влияний модной в то время в светских кругах литератур ы реакционного романтизма. Однако со второй половины 20-х гг. Гюго порывает с легитимистскими иллюзия ми и, часто обращаясь к образу Наполеона, восхищается его военным талант ом. Творчество Гюго-прозаика в конце 20-х гг. получает наибольшее художествен ное воплощение в повести «Последний день приговоренного к смертной каз ни» (1829), открывшей собой долголетнюю борьбу против буржуазного законодат ельства. Книга была откликом на современность. В ней передается атмосфер а эпохи Реставрации с ее казнями, ссылками, каторгой. Повесть задумана ка к обличительное выступление против смертной казни, как протест против ж естокостей общества, как призыв к человечности». История зарубежной лите ратуры 19 века./ Под ред. Н.А. Соловьевой. - М., 2000, - С. 371. По сути, можно смело утверждать, что «Последний день приговоренного к см ерти» был первым реалистическим произведением молодого автора. Как раз в этот период Виктор Гюго «создал свою литературную программу, которая з вала французское искусство от классицизма к реализму». НиколаевВ.Н. В. Гюго. Крит ико – биографический очерк. - Изд-е 2-е. - М.: Худож. лит., 1955. - С. 14. «Подлинным источником первых серьезных достижений Виктора Гюго в поэз ии и в прозе было настойчивое стремление приблизить литературу к запрос ам современности», - считает Н. Муравьева. Муравьева Н. Гюго. М., 1961, - С .96. В 1830 году Виктор Гюго пишет драму «Кромвель», в обширном предисловии к кото рой выдвигает принципы новой романтической литературы. «Прежде всего с ледует уничтожить старый ложный вкус, - считает писатель. – Необходимо о чистить от него современную литературу. Шлейф восемнадцатого века воло чится еще в девятнадцатом, но не нам, молодому поколению, видевшему Бонап арта, нести его». Гюго В. Кромвель. Предисловие./ В. Гюго// Собр. соч.: В 15-ти т. - Т. 14. - С . 128. С присущим ему пылом молодой автор восклицает: « Ударим молотком по теориям, поэтикам и системам. Собьем старую штукатур ку, скрывающую фасад искусства!» Там же. - С. 105. Гюго считает, что отпала необходимость следовать устаревшим канонам. Ге ний должен творить свободно, открывая новые горизонты творчества. Да, об разцы должны существовать в искусстве, но «есть два рода образцов: те, кот орые были созданы согласно правилам, и те, согласно которым эти правила б ыли созданы. Так в какой же из этих двух категорий должен найти себе место гений?» Там же. - С. 104. Конечно, во второй! Гений призван быть новатором, та к считает Гюго. «Он требует отказаться от искусственной гармонии, соразм ерности, присущей произведениям классицизма. В свободном сочетании кон трастных явлений жизни Гюго видит могучий источник развития искусства. Нет низких, недостойных искусства предметов». НиколаевВ.Н. В. Гюго (вступ. статья). - С. 9. Таким образом, Виктор Гюго распахнул двери в литературу для множества те м и сюжетов, считавшихся ранее невозможными. И, следственно, эти сюжеты и т емы требовали иного подхода в жанровом аспекте. Именно о таких произведе ниях, возможно, идет речь в предисловии к «Кромвелю»: «Нет ни правил, ни об разцов; или, вернее, нет иных правил, кроме общих законов природы, господст вующих над всем искусством, и частных законов для к аждого произведения, вытекающих из требований, присущих каждому сюжету (курсив мой – О. Мусаева)». В. Гюго. Кромвель. - С. 105. В данном ключе постулатов новой литературы, выдвинутых Виктором Гюго, ро ждается социально – психологическая повесть о крушении внутреннего м ира человека, которому суждено умереть от рук палача. Повествование построено крайне необычно. Человек, осужденный, приговор енный к смерти, заточенный в каземате, ведет дневниковые записи вплоть д о эшафота. Потрясающий, трагический, невозможный реализм книги и… абсолю тно нереальная ситуация: не мог осужденный за убийство преступник во фра нцузской тюрьме первой половины 19 века пять недель вести дневник, в мельч айших подробностях фиксируя все увиденное, услышанное, вспомнившееся. М ало того, уже взойдя на эшафот, со связанными за спиной руками, этот челове к молит о разрешении написать последнее заявление и… минуты, даже секунд ы, оставшиеся от жизни, тратит на свои записки! Для кого?! Но именно столь нереальная, «фантастичная» жанровая форма позволяет ра скрыть всю глубину затронутой темы с потрясающим, пронзительным реализ мом. И Виктор Гюго идет на этот «вымысел» совершенно сознательно, пользу ясь как раз тем самым «частным законом», вытекающим из «требований, прис ущих сюжету». В Предисловии к «Кромвелю» он выдвигает «оправдательный приговор» дол е вымысла в реализме, подчеркивая его нижеследующим примером: «Искусств о не может дать самого предмета. В самом деле, предположим, что один из эти х опрометчивых проповедников абсолютной природы – такой, какая она быв ает вне искусства, - присутствует на представлении какой-нибудь романтич еской пьесы, например «Сида». «Как это так, - скажет он при первых же словах , - Сид говорит стихами! Говорить стихами неестественно». – «Как же, по-ваш ему, он должен говорить?» – «Прозой». – «Отлично». Через минуту, если он б удет последователен, он заявит: «Как! Сид говорит по-французски?» - «Ну и чт о же?» - «Естественность требует, чтобы он говорил на своем языке; он может говорить только по-испански». – «Мы тогда ничего не поймем, но пусть буде т так». Вы думаете, что этим и кончится? Нет… Ибо раз уж мы вступили на этот п уть, логика тащит нас за шиворот и мы не можем остановиться». Гюго В. Кромвель. Предисл овие. - С. 108. Итак, в 1829 году в свет выходит «Последний день приговоренного к смертной к азни», повесть, фантастическая по форме и реалистичная по содержанию. Эт о была книга «со странным, шокирующим названием… На титульном листе имен и автора не стояло. Это была исповедь». Сафронова Н.Н. Виктор Гюго. - М., 1989. - С. 35. Да, это была исповедь человека перед человечеством. Не было ни имени авто ра на титульном листе, ни имени у преступника, ни состава преступления ка к такового. Вопрос о преступлении Гюго намеренно замалчивает. Ибо целью автора не была защита какого-либо определенного преступника. Это было «о бщее ходатайство о всех осужденных настоящих и будущих, на все времена. Э то коренной вопрос человеческого права, поднятый и отстаиваемый во весь голос пере обществом». Гюго В. Последний день приговоренного к смерти. 1 предислови е./В. Гюго// Собр. соч.:В 10-ти т. - М., 1972. – Т. 1. - С. 91 Образ героя, выписанный четко, до последней мельчайшей черты, в то же врем я обобщен. Это «первый попавшийся приговоренный к смерти, казненный в пе рвый попавшийся день, за первое попавшееся преступление». Там же. - С. 92. «Здесь писатель впервые обращается к исключительно важной т еме «преступления и наказания», и выявляет социальные противоречия эпо хи, пытаясь определить, кто перед кем более виноват – человек ли перед ос удившим его обществом, или общество, обрекшее его на смерть». Трескунов М. Виктор Гюго. Очерк творчества. - М.: Худож. лит., 1954. - С. 95. На самом деле, вопрос необычайно острый, вопрос о праве группы лишить жиз ни одного из членов этой группы – вот проблема, которую пытается решить писатель. И его ответом стало решительное, категорическое «нет». Повесть высоко оценил В.Г. Белинский: «Гюго никогда не был осужден на смер тную казнь, но какая ужасная, раздирающая истина в его «Последнем дне осу жденного»!» – писал он в своей статье «О русской повести и о повестях г. Г оголя». Белинский В. Г. //Собр. соч.:В 3-х т. - Т. 1. - С. 119. Виктор Гюго и в самом деле (в отличие от Ф.М. Достоевского) никогда не был ос ужденным. Но, как истинный художник, гений, имел способность проникать в г лубь вещей, событий, сердец. «Могучая художественная фантазия Гюго… была одной из форм, связывающих писателя с живой действительностью». Николаев В. В. Гюго. Критик о – биографический очерк. - С. 14. Однако фантазия помогла постигнуть и написать. Увидеть же помогла жизнь . По собственному признанию, основную мысль «Приговоренного к смерти» ав тор вынес не из книг, он «взял ее на Гревской площади», «он подобрал эту мы сль в луже крови, под кровавыми обрубками гильотины». Гюго В. Последний день пр иговоренного к смерти. 1 предисловие. - С. 93. А уже зате м Гюго начинает собирать материалы: читает газетные заметки, посещает тю рьмы, наблюдает заковывание в кандалы и отправку на каторгу. Все эти набл юдения нашли отражение в записках приговоренного. Таким образом, мы можем утверждать, что «Последний день приговоренного» основывался на реальном материале, лишь обобщенном и типизированном ху дожником слова. Обратимся к вопросу о жанровой принадлежности «Последнего дня пригово ренного к смерти». В критической литературе можно встретить несколько р азличных, подчас противоречивых точек зрения. Рассмотрим некоторые из н их. Начнем с того, что говорит о «Последнем дне» сам автор. Гюго назвал свою кн игу «аналитическим романом», изображающим «внутреннюю драму» человека , в отличие от «романа фактов», построенного на внешнем действии («внешне й драме»)». Гюго В. Последний день приговоренного к смерти. Комментари и. - С. 573. С точки зрения современного литературоведения термином «роман» назват ь данное произведение нельзя, так как ни сюжет, ни система персонажей, ни о бъем роману не соответствуют. Согласиться можно лишь с определениями «а налитический» и «изображающий внутреннюю драму». Внешнего действия, ти пичного для романа нет. Н.Н. Сафронова в монографии «Виктор Гюго», вышедшей в серии «Биография пи сателя», называет «Последний день приговоренного» исповедью. Сафронова Н.Н. Виктор Гюг о. - М.: Просвещение, 1989. - С. 35. В самом деле, жанр «Последне го дня» приближен к исповеди, так как исповедь в литературе (по Ожегову) со держит «откровенное признание в чем-нибудь, рассказ о своих сокровенных мыслях, взглядах» Ожегов. Словарь русского языка. Около 57000 слов/ Под ред. Н.Ю. Шве довой. – М.: Русский язык, 1988. – С. 207. и пр. Однако испове дь героя Гюго больше похожа на дневниковые записи и не содержит присущег о ей мотива раскаяния. Герой ни одной мыслью, ни одной строчкой своей «исп оведи» не восклицает: «Зачем я убил?!». Нет, трагизм ситуации в вопросе: «За чем убьют меня ?!». Н. Муравьева дает третье определение: «Повесть «Последний день приговор енного к казни» создана за три недели. Гюго написал ее в форме дневника и р ешил издать без подписи, чтоб она прозвучала как документ, как крик, исход ящий из уст самого осужденного» Муравьева Н. Гюго. - М.: ЖЗЛ, 1961. - С. 101. , - пишет она. Из данной цитаты можно выделить три ключевых слова, а именно: «повест ь», «дневник», «документ». Муравьева довольно четко разграничила поняти я. Книга Гюго – не дневник, а «повесть, написанная в форме дневника». Литературная энциклопедия терми нов и понятий под редакцией А.Н. Николюкина дает существенное уточнение о применении дневниковой формы построения произведений в различных жа нрах: «Обычно то или иное произведение в форме дневниковых записей относ ится к какому-либо из известных жанров (роману, повести, репортажу), и «дне вниковость» лишь придает ему дополнительную специфику». Литературная энциклопе дия терминов и понятий./ Главн. сост. и ред. А.Н. Николюкин. - С. 232. Характерными особенностями дневниковой формы (по Николюкину) являются регулярность ведения записей, их связь с текущими настроениями и событиями, спонтанный характер и литературная необрабо танность записей, безадресность, интимный и поэтому искренний, частный и честный характер записей. Указ соч. - С. 232. Нельзя не согласиться, ч то произведение Гюго соответствует всем этим характеристикам. Дневник овая форма действительно имеет место, хотя и без датировки фрагментов те кста, ей присущей. Так что мне даже ближе определение «записки». Ну а терми н «документ», естественно, предполагает вполне определенный язык и пост роение текста, которых в «Последнем дне» однозначно нет. Н. Муравьева также считает, что «повесть» Гюго стала «одной из первых пре двестниц социально-психологических романов и повестей, которые появля ются во Франции в 30-е, 40-е годы XIX в.». Муравьева Н. Гюго. - С. 101. С этим трудно не согласиться. Социальный? Да, так как поднимается тяжелейшая проблема, ка сающаяся не только преступника, изгоя, в частности, но и общества, осудивш его, в целом. Психологический? Конечно, ведь на протяжении многих страниц нам открывается мечущаяся, трепещущая душа приговоренного к смерти чел овека. Над жанром книги В. Гюго задумывается и Г. Фридлендер. «В «Последнем дне ос ужденного» Гюго создал один из первых в европейской литературе образцо в психологических новелл, где основой драматического напряжения являю тся не внешние события, а движение мысли отъединенного от людей, заперто го в своей камере осужденного». Фридлендер Г. Достоевский и мировая литература. - С. 147-148. На мой взгляд, Фридлендер давал свое определение, следуя за словами само го Гюго, и оно наиболее точно раскрывает жанровую суть «Последнего дня». Итак, подводим черту. Что же из рассмотренного мы оставим? Социально-псих ологическая, построенная в форме дневника (записок) повесть. Таков вывод по вопросу о жанровой специфике «Последнего дня осужденного». Анализируя своеобразие жанровой структуры, нельзя не коснуться таких в ажных аспектов, как язык (речь), пространство и время в произведении. В «Размышлениях о системном анализе литературы» М.Б. Храпченко говорит о языке следующее: «Поэтическая речь произведений того или иного жанра за печатлевает особый вид эстетического освоения действительности, особы й строй художественных образов». Храпченко М.Б. Размышления о системном анализе литературы . - С. 367. Другими словами, язык, речь в литературе напря мую зависят от жанрового своеобразия конкретного произведения, от его с тилистической и образной системы. Поэтическая речь «Последнего дня приговоренного» имеет свои характер ные особенности. Как говорит Г. Фридлендер, этому произведению свойствен на «своеобразная стенографическая запись противоречивого вихря переж иваний, насыщенная глубоким драматизмом и общечеловеческой патетикой» , Фридлендер Г. Достоев ский и мировая литература. - С. 148. (что, как считает исследователь, сближает ранний ро ман Гюго с эстетикой Достоевского). Можно сказать, что язык «Последнего д ня», временами плавно текущий и повествующий, подчас сбивается, приостан авливается, вращается вокруг одного слова или понятия, что более всего с оответствует языку дневниковому, языку записок. Пространство и время данного произведения также имеют свои особенност и, обусловленные сюжетной и жанровой канвой. Гений Виктора Гюго «видит вселенную и в верхних, и в нижних ярусах общест ва, постоянно противопоставляя друг другу мир тиранов и мир народных мас с; он видит мир и в эпическом плане (большой истории, войны, революции), и в л ирическом (общечеловеческие эмоции – дети, материнство, отцовство, любо вь и т.д.)». Евнина Е.М. В иктор Гюго. - М.: Наука, 1976. - С. 211. Пространство в «Последнем дне» многолико. На переднем плане оно замкнут о, ограничено толстыми стенами каземата, в котором больше месяца пребыва ет узник. Средний план – это взгляд во двор (зрелище отправляемых на като ргу), и два путешествия в арестантской карете (снова замкнутой!) по улицам Парижа. И, наконец, крупный план: внутренний взор заключенного. Мысленно о н уходит из мрачной тюремной камеры, из города, бежит в лес, на волю, вдыхае т грудью пьянящий аромат полевых цветов. Узник непрерывно и мучительно представляет себе параллельный мир, мир н ереально - зазеркальный: «Непонятно, почему мысль о короле не покидает ме ня. Как я ни уговариваю себя, как ни отмахиваюсь, внутренний голос непреры вно нашептывает мне: «В этом же городе, в это же время, недалеко отсюда, в другом дворце находит ся человек, чьи двери тоже охраняются часовыми, человек, как и ты, не имеющ ий себе равного в глазах народа с той разницей, что он первый, а ты последн ий из людей». Гюго В. Последний день приговоренного к смерти. - С. 173. Время в «Последнем дне» так же неоднородно, как и пространство. «К особен ностям художественного видения романтизма надо отнести восприятие мир а во многих измерениях: не только в настоящем, но и в далеком прошлом и в бу дущем; заглядывают в будущее, в сущности, все думающие герои Гюго». Евнина Е.М. Виктор Гюго. - С . 211. Несчастный узник, бьющийся в четырех стенах тюрем ной камеры, убегает от страшного «настоящего» в воспоминания детства и ю ности и мучительно заглядывает в будущее: «Помилуют? Помилуют ли… Помилу ют!» «Прошлое, настоящее и будущее неотступно стоят перед ним, тревожат е го ум и совесть». Фридлендер Г. Достоевский и мировая литература. - С. 148. Временную характеристику, в некоторой мере, содержит и само название кни ги: «Последний день приговоренного к смертной казни». Последний день! А в едь преступник провел в узилище пять недель. И описывает их все, день за дн ем. Можно сказать, что недели, вследствие необычных, исключительных усло вий, проведенных в ограниченном пространстве, сжались до дня. Последнего дня жизни. А день этот, насыщенный чувствами, событиями, впечатлениями, мы слями, отчаянием и надеждой вобрал в себя, как губка, значительно больше, ч ем двадцать четыре часа. Итак, анализируя «Последний день приговоренного», мы пришли к определен ным выводам, а именно, что язык данного произведения несет на себе отпеча ток дневниковых записей; что время и пространство в первую очередь стати чны и замкнуты (пять недель равны одному дню, проведенному в ожидании сме рти), но те же пространство и время, в более глубоком смысле, многогранны; а также к тому, что мы определили жанр произведения Гюго как социально-пси хологическую повесть, написанную в форме дневника (записок). В заключение данной главы хочется отметить, что «Последний день пригово ренного» Виктора Гюго оказал огромное влияние не только на литературу Ф ранции XlX века, не только на мировую литературу, но и на все думающее общест во в целом. Эту мысль сам автор вложил в уста Тощего господина, героя «Ком едии по поводу трагедии»: «Ни один присяжный, прочтя ее (книгу), не станет в ыносить смертный приговор!» Гюго В. Последний день приговоренного к смерти. 2-е предислов ие: Комедия по поводу трагедии. - С. 120. И в самом деле, «кого не заставил задуматься над вопросом смертной казни «Последний день осужденного» и в ком не возбуждали чего-то вроде угрызен ия совести резкие, страшно и странно освещенные, на манер турнира, - картин ы общественных язв, бедности и рокового порока?» – восклицает русский с овременник Гюго А. Герцен. Герцен А.И. Былое и думы: В 2-х т. - М.: Худож. лит., 1988. - Т. 2. - С. 129. Гюго «вскрыл новые пласты жизни, еще не поднятые французской литературо й того времени. Повесть «Последний день приговоренного» - одна из предве стниц целой череды социально-психологических романов и повестей, котор ые появятся во Франции в 30-е, 40-е годы XlX в. Парижское дно, мир каторги и тюрьмы, чудовищные социальные противоречия предстанут в них перед читателями. Авторы этих произведений пойдут дальше Гюго в своем обличении. Но Гюго о дним из первых бросил луч в мрачные подвалы города контрастов и поднял, к ак стяг, высокую тему человечности» 1 1 Муравьева Н. Гюго. С. 101 – 102. . ГЛАВА 3. ВОПРОС ЖАНРА «ЗАПИСОК ИЗ МЕРТВОГО ДОМА» И РАССКАЗА «КРОТКАЯ» Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО. «Совершенно новый мир, до сих пор неведомый, - так оха рактеризовал Ф.М. Достоевский мир, который он нарисовал в «Записках из Ме ртвого дома» (1860-1862). Этим неведомым тогдашнему русскому обществу миром был а русская каторга, на которой Достоевский провел четыре года (1850-1854), осужден ный правительством Николая I как участник революционного общества петрашевцев». Фридлендер Г. Совершенно новый мир, до сих пор неведомый…(вступ. ст.)/ В кн.: Ф.М. Достоевский. Записки и з Мертвого дома. Рассказы. - М., 1983. - С. 3. «Пытаться постигнуть гений Достоевского, его творчество и мировоззрен ие без рассказа о Мертвом доме невозможно», Могилянский А.П. К истории первой публикации «Зап исок из Мертвого дома»// Русская литература. – 1969 - №3. – С. 179. - таково мнение многих исследователей литературного наследи я Федора Михайловича. Характерно, что год выхода знаменательной книги русского писателя совп ал по времени с отменой крепостного права, «словно стоило объявить одно рабство отмененным, как приоткрылась завеса над вторым». – Считает Андр ей Битов в своей статье «Новый Робинзон», Битов А. Новый Робинзон.// Знамя. – 1987. – кн. 12. – С. 221. посвященной 125-летию выхода в свет «Записок из Мертв ого дома». В те годы, когда писался «Мертвый дом» Достоевского, в годы подъема демок ратического движения в России, наиболее остро стояли вопросы о крестьян стве и о преобразовании суда, царской тюрьмы и каторги. В передовых круга х общества эти вопросы вызывали неизменный интерес и участие. Поэтому в аспекте данной политической обстановки в стране «Записки из Мертвого д ома» произвели эффект разорвавшейся бомбы. Книга Достоевского, как ника кая другая отвечала широкому общественному умонастроению. Она была нев ыдуманным отражением социального института – каторги – существовавш его в реальном времени и пространстве, и, однако, А.И. Герцен в «Былом и дума х» сравнил «Записки» по силе производимого впечатления с «Адом» Данте и фресками «Страшного суда» Микеланджело. И это при том, что Достоевский, в отличие от Микеланджело и Данте (да и от Гюго – тоже!), описал то, что видел и пережил сам. «Это была книга о наболевшем, в которой автор…оказывался л ицом, переболевшим больше всех», - говорит Т.С. Карлова, Карлова Т.С. О структурно м значении образа «Мертвого дома».// Достоевский. Материалы и исследован ия (сборник. Гл. ред. В.Г. Базанов.) – Л.: Наука, 1974. - С. 135. исс ледуя образ «Мертвого дома». Полностью книгу Федора Михайловича публикует в своем новом ежемесячно м журнале «Время» его брат, Михаил Достоевский. «В апреле 1861 г. «Время» начало публикацию «Записок из Мертв ого дома». Но еще до этого введение и первые главы «Записок» появились в г азете «Русский мир», издававшейся Ф.Т. Стелловским». Могилянский А.П. К истори и первой публикации «Записок из Мертвого дома». - С. 179. Это говорит о том, что книга пользовалась спросом уже во время написания. Книга, новаторская по содержанию, необычная по сути, была непохожей и по ф орме. Недаром вопрос о жанровой принадлежности «Записок из Мертвого дом а» окончательно не решен и сейчас, спустя почти сто пятьдесят лет после в ыхода в свет. Андрей Битов считает: «Достоевский писал первую в России кн игу о каторге и мог ощущать себя Вергилием, проводящим читающую публику по кругам Дантова ада. Он был и для себя-то первым очевидцем и первым летоп исцем – первооткрывателем как материала, так и формы». Битов А. Новый Робинзон. - С. 223. Но написать просто автобиографические воспоминания, поставив одного л ишь себя в центр повествования, и не задаться глубочайшими антропоцентр ическими вопросами, - это не для Достоевского. Слишком мелко, слишком пове рхностно это для Федора Михайловича! И не вызывали бы тогда «Записки из М ертвого дома» столько вопросов, не породили бы к жизни столько противоре чивых исследований и мнений. Во многом автобиографические, построенные на реальных материалах, «Зап иски» несут на себе печать типизации героя и его переживаний; возможно, с целью подчеркнуть глубину поднимаемой проблематики. Об этом говорит и В. Н. Захаров в своей монографии «Система жанров Достоевского»: «В «Записка х из Мертвого дома» много личного, но как автор «Записок» Достоевский ст ремился к обратному художественному эффекту, пред почитая рассказу о своем пребывании в остроге изображение каторги (курсив мой – Мусаева О.). Не раз автор отказывается от п ередачи личных тягостных впечатлений, лишь обозначая их, например: «Но м не больно вспоминать теперь о тогдашнем состоянии души моей. Конечно, вс е это только одного меня касается… Но я оттого и записал это, что, мне каже тся, всякий это поймет, потому что со всяким то же са мое должно случиться, если он попадет в тюрьму на срок в цвете лет и сил (курсив мой – Мусаева О.)» (4, 220). Достоевский типи зировал свою острожную судьбу». 1 Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. - С. 179. И все же полагаю, что здесь еще раз следует уточнить: Достоевский создал именно художественное произведение о каторге. Писатель сам не раз подчеркивал, ч то «художественность есть главное дело, ибо помогает выражению мысли вы пуклостию картины и образа, тогда как без художественности, проводя лишь мысль , производим лишь ск уку,.. а иногда и недоверчивость к мыслям, неправильно выраженным» (24, 77). Итак, «Записки из Мертвого дома» – произведение, созданное на основе си нкретизма реальных фактов из биографии писателя и его художественного, творческого метода передачи действительности. «Это прежде всего худож ественное произведение, в котором писатель не только воспроизводил реа льные события и образы конкретных людей, - пишет Н.И. Якушин, - но и, опираясь на действительные факты, используя свои наблюдения над определенными л ицами, создавал обобщенные характеры, домысливал и развивал отдельные э пизоды и ситуации. В тоже время Достоевский стремился к тому, чтобы читат ель воспринимал его книгу как достоверное свидетельство о действитель ных, а не вымышленных событиях и людях». 1 1 Якушин Н.И. Ф.М. Достоев ский в жизни и творчестве. - М.: Русское слово, 1998. - С. 59. До казательством слов Якушина служит и тот факт, что в процессе работы над « Записками» Федор Михайлович пользовался «Сибирской тетрадью». Так наз ваны потаенные записи, которые писатель вел в годы заключения. Их немног им менее пяти сотен. На основе «Сибирской тетради» создано множество сце н, выведенных в «Записках из Мертвого дома». Таким образом, пояснив, что книга Достоевского компилирует реальное и ти пизированное, мы можем обратиться к непростому вопросу о жанре «Записок ». Среди основных проблемных вопросов, возникающих у исследователей в да нной сфере, можно назвать следующие: степень автобиографичности «Запис ок», их документальность, идентичность/ разделение автора и рассказчика , относительную самостоятельность компонентов формы, временные рамки и пр. Прежде, чем приступать к рассмотрению различных точек зрения исслед ователей творчества Достоевского на проблему определения жанра, хотел ось бы опровергнуть достаточно расхожее мнение о структурной хаотично сти «Записок из Мертвого дома». То, что на первый взгляд может показаться хаосом, лишь след отображения ж изни такой, какая она есть. В этом и состоит неповторимость произведения. Приведу цитату из «Размышлений о системном анализе литературы» М.Б. Храп ченко, подтверждающую эту точку зрения: «Непрерывность течения жизни вс тупает в противоборство с совершенной законченностью самого произведе ния. Тяготение к его внутренней гармонии сталкивается с отражением прот иворечий действительности, ее сложного многообразия. И чем шире, острее писатель раскрывает эти противоречия, тем более становится недостижим ой, необязательной идеальная целостность, полная гармония структурных соотношений произведения. Воплощение разнообразия, противоречий дейст вительности делает само единство, целостность художественных созданий динамичными, далекими от застывших канонов, неизменных «вечных» норм». Храпченко М.Б. Размыш ления о системном анализе литературы. - С. 371. Теперь, как и в предыдущей главе, посвященной творчеству Виктора Гюго, хо чу предложить варианты жанровых определений «Записок» и рассмотреть о тдельно каждый из них. Н.И. Якушин в работе «Ф.М. Достоевский в жизни и творчестве» говорит о проб леме жанра «Записок» следующее: «Записки из Мертвого дома» нельзя рассм атривать как просто воспоминания или дневниковые записи. Это книга очер ков, каждый из которых логически завершен и воспринимается как нечто цел ое и законченное. Единство глав-очерков определяет постепенное познани е и осмысление автором всех сторон жизни каторги и ее обитателей». Якушин Н.И. Достоевский в жизни и творчестве. - С. 59. С тем, что «Записки» не просто воспоминания или дневники мы уже согласил ись выше. А как очерк (или книгу, состоящую из глав-очерков) «Записки из Мер твого дома» характеризует не один Якушин. Т.С. Карлова: «В описании Мертвого дома» автор до щепетильности реалисти чен в жанре (записки, очерки – почти документальная проза)». Карлова Т.С. О структурно м значении образа «Мертвого дома». - С. 135. Андрей Битов: «Проза, с полным основанием причисляемая к очерку, докумен талистике и публицистике…» Битов. А. Новый Робинзон. - С. 223. Варлам Шаламов: «Мои рассказы – своеобразные очерки, но не очерки типа « Записок из Мертвого дома», а с более авторским лицом…» Шаламов В. «Новая проза». Из черновых записей 70-х годов // Новый мир. – 1989. - №2. – С. 60. В.Н. Захаров, в отличие от вышеназванных авторов, опровергает данную точк у зрения: «Это не «документальные» очерки и не очерковый цикл. Очерк пред полагал фактическую достоверность. Не то у Достоевского. Многочисленны случаи отступления писателем от фактической во имя художественной дос товерности». Захаров В.Н. система жанров Достоевского. - С. 175. Однако нельзя и утверждать, что некоторые главы, относящиеся не к самому Горянчикову - Достоевскому, а к окружающим его каторжанам, например «Нов ые знакомства. Петров», «Акулькин муж» (глава, самим Достоевским названн ая «рассказом») и др. не могут быть отнесены к жанру очерка. В то же время, ес ли говорить о «записках» как о термине (то есть как о жанре, связанном с ра змышлениями о прожитом и подразумевающем выражение личного отношения автора или рассказчика к описываемому Литературная энциклопедия терминов и понятий./ Г л. сост. и ред. А.Н. Николюкин. - С. 276. ), то «Записки из Мертв ого дома» в это понятие включаются органически, (за исключением вышеназв анных вставных глав-рассказов, глав-очерков). Вообще следует отметить, что в большинстве исследований превалируют ха рактеристики с отрицательной постановкой вопроса: «Записки» Достоевск ого - ни то, ни другое, ни третье. В.Я. Лакшин: «Записки из Мертвого дома» – это не очерки, не мемуары, не рома н в строгом смысле слова». Лакшин В.Я. Биография книги. - М., 1979. - С. 359. «Записки из Мертвого дома» не есть роман – в них нет «романического» со держания, мало вымысла, нет события, которое объединило бы героев, ослабл ено значение фабулы (каторга – состояние, бытие, а не событие). Их нельзя н азвать мемуарами, Достоевский придал своим воспоминаниям о каторге не а втобиографический…смысл. И самое существенное: он ввел вымышленного по вествователя, образ которого исключает внехудожественное прочтение пр оизведения. Автобиографическая и фактическая достоверность не входила в замысел Достоевского». Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. - С. 175. В.Н. Захаров называет «Записки из Мертвого дома» «оригинальн ым жанром». Там же. - С. 174. Так с чем же мы сталкиваемся в данном случае? Ведь известно то, что сам Фед ор Михайлович всегда точно знал, что он собирается написать, для него жанровых метаний не существ овало. В этом аспекте актуально звучат слова Туниманова: «Интересно…пре дупреждение Достоевского – о «бессвязности» повествования: оно давал о большую свободу писателю, не желавшему связывать себя какими-либо жанр овыми канонами, последовательным развитием сюжета». Туниманов. Творчество Д остоевского. - С. 73. Иными словами, Туниманов говорит о том, что писатель заранее предупредил читателей: что они встретят на страницах его книги, а затем дал волю своему творческому гению. То же самое отмечал еще и Л.Н. Толстой, который отнес «Записки из Мертвого дома» к произведениям, содержание которых «хотел и мог выразить автор в той форме, в которой оно выразилось». Толстой Л.Н. Несколько слов по поводу книги «Война и мир». /Л. Н. Толстой // Полн. собр. соч., М. , 1955. – Т. 16. – С. 7. Хочется уточнить вот какую деталь: у Достоевского часты сближения жанро вых и нежанровых значений слов. В.Н. Захаров считает, что «нежанровые знач ения жанровых дефиниций у Достоевского…имеют гораздо большее значение , чем это может показаться на первый взгляд». Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. - С. 25. Цитирую самого Федора Михайловича. Вот как во введении к «Запискам из Ме ртвого дома» он описывает якобы найденные им бумаги Горянчикова: «Одна т етрадка, довольно объемная… Это было описание , (здесь и далее – курсив мой – Мусаева О.) хотя и бессвяз ное, десятилетней каторжной жизни, вынесенной Александром Петровичем. М естами это описание прерывал ось какою-то другою повестью … Каторжные записки , - « Сцены из Мертвого дома », как называе т он их сам где-то в своей рукописи… Некоторые особенные заметки о погибшем народе…» Достоевский Ф.М. Записки из Мертвого дома. Рассказы. - С. 26. И все это в пределах одного абзаца! Трудно не задаться вопросом: а что же понимает под жанром с ам писатель? Ответ – в «Дневнике писателя» за 1871 год. «Что такое в сущности жанр? – зад умывается Достоевский. И отвечает, - Жанр есть искусство изображения сов ременной, текущей действительности, которую перечувствовал художник с ам лично и видел собственными глазами» (21, 76). Как считает В.Н. Захаров, «жанр был для Достоевского не абстрактным, а конкретным понятием: романом, пов естью, поэмой, рассказом». Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. - С. 23. Следовательно, «записки» для Достоевского и есть жанр, жанровое определ ение его произведения? Или это, опять же следуя за писателем, - жанр и сборн ик жанров одновременно? Дело в том, что «записки» как жанр начинают бытовать не только в творчест ве Достоевского, но в русской литературе девятнадцатого века в целом. («З аписки сумасшедшего» (1835) Гоголя, «Записки охотника» (1852) Тургенева, «Записк и институтки» (1902) Л. Чарской и др.) Но именно для Достоевского «записки» был и жанром органически близким, родственным, поскольку давали широкий спе ктр возможностей для раскрытия внутреннего мира человека. За «Запискам и из Мертвого дома» последовали «Записки из подполья» (1864), в форме записок написан и роман Ф.М. Достоевского «Подросток» (1875). Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что рассматриваемое в данной дипломной работе прои зведение по жанру можно обозначить как «записки с органически включенн ыми в них главами-рассказами, главами-очерками». Теперь хотелось бы обратиться к образу Александра Петровича Горянчико ва, выведенного в «Записках» как рассказчик – повествователь. Образ это т загадочен и неоднозначен. Многие исследователи задавались вопросом: з ачем Горянчиков был нужен Достоевскому? Действительно – зачем? Налицо дифференциация автора от героя в двух аспектах: характер, состав преступления и срок заключения в каторгу. Известно, что Достоевский был осужден за политические взгляды и провел в «Мертвом доме» четыре года. Г орянчиков же выведен, как убийца своей жены, и провел на каторжных работа х не четыре, а десять лет. И в то же время мысли, чувства, оценки, события жиз ни Александра Петровича – это все сам Достоевский. В тексте «Записок» а втор и повествователь зачастую – одно лицо. По мнению Г. Фридлендера, «о Горянчикове и его преступлении рассказано в о «Введении» к «Запискам»…с целью отвести возможные придирки цензуры». Именно поэтому, «предпослав «Введение» тексту «Записок», Достоевский н а дальнейших страницах мало считается с ним». Фридлендер Г. Совершенно новый мир, до сих пор неведомый… - С. 7. Несколько иная точка зрения у Захарова. Он считает, что писатель создает Горянчикова с целью типизации своей острожной судьбы. (Об этом уже говор илось выше.) Исследователь доказывает свое мнение, цитируя письмо Достое вского брату: «Личность моя исчезнет. Это записки неизвестного; но за инт ерес я ручаюсь» (П.2, 605). По-моему, имеет место как первая причина, так и вторая. Горянчиков – это и вариант уклонения от цензуры, и путь к типизации личности заключенного в каторге. Теперь о составе преступления. Горянчиков – убийца, однако Захаров убед ительно доказывает, что повествователь в «Записках» сознает себя «не уг оловным, а политическим преступником – и потому, что свободен от мук сов ести за приписанное преступление, и по многочисленным намекам. Зачем уго ловному преступнику из дворян свидание с женами декабристов, зачем убий цу жены специально показывать ревизору?..» Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. - С. 178. Как пример Захаров также приводит сцену, когда «Т-в ский, польский революционер, предупреждает Горянчикова, хотевшего прин ять участие в «претензии»: «Станут разыскивать зачинщиков, и если мы там будем, разумеется, на нас первых свалят обвинение в бунте. Вспомните, за чт о мы пришли сюда. Их просто высекут, а нас под суд» (4, 203)». Там же. - С. 178. Очень интересны и важны в жанровом аспекте пространственно – временны е характеристики «Записок из Мертвого дома». Как и у Виктора Гюго в «Последнем дне приговоренного к смерти», простран ство Мертвого дома замкнуто, ограничено забором каторги. Недаром у читат еля порой возникает ощущение неподвижности бытия в «Записках». Как в июл ьский полдень перед грозой: ни ветерка, ни облачка, ни звука. Но как грозов ой шквал обрушиваются на читателя ощущения от этой картины. О «картинности» упоминает и Лакшин в работе «Биография книги»: «На первы й взгляд в сюжете «Записок» нет движения. Перед нами яркая, но как бы стати чная картина». Лакшин В.Я. Биография книги. - С. 360. Но это не недоработка автора. Это его творческий замысел: нарисовать – словом! «Мне хотелось представить весь наш острог и все, что я пережил в эти годы, в одной наглядной и яркой картине», - пишет он (4, 220). Художественное мастерство писателя подчеркивает и Т.С. Карлова. «Замкну тое пространство, как бы перестающее быть пространством, то есть чем-то ш ироким и просторным, - такое изображение было удивительно достоверным и художественно совершенным» Карлова Т.С. О структурном значении образа «Мертвого дома» . - С. 142. , - считает она. А движение совершается «в виде пе рехода из одного замкнутого круга в другой», Там же. - С. 142. (сравни: круги «Ада» Данте). Лакшин сравнивал свободу формы в рассказе Горянчикова с клубком и нитью , объясняя «повторы, возвращения вспять и заглядывания вперед» тем, что г ерой, повествуя о годах заключения, «выговаривает попросту, что ему прип омнилось, без видимой строгости плана» Лакшин В.Я. Биография книги. - С. 359. . Однако это воспоминание – повествование строго ограничено и упорядоч ено в композиционной форме. Композиционная завершенность «Записок» вы ражена в соотнесенности начальных и конечных глав книги. «Автор постепе нно знакомит читателя со всеми главными сторонами и характерными момен тами каторжной жизни. «Записки» дают целостную картину всей жизни заклю ченного – от поступления в острог и до выхода на свободу». Фридлендер Г. Совершенно новый мир, до сих пор неведомый… - С. 10. Очень ярко и точно сравнила с цепью композицию книги Т.С. Карлова: «Рисуно к композиции «Записок из Мертвого дома» подобен каторжной цепи. Звенья е е неоднородны». Карлова Т.С. О структурном значении образа «Мертвого дома» . - С. 144. Действительно, неравнозначны по значению гла вы-очерки, главы-новеллы «Записок», но все они скованы между собой мрачны м образом Мертвого дома. Цепь небеспрерывна, она размыкается на вход и вы ход. Выходов несколько. Для Достоевского – Горянчикова это - истечение с рока заключения и свобода. Для многих выходом с каторги была смерть. «В целом же логика композиции «Записок из Мертвого дома», - считает Захар ов, - это crescendo идеи». Захаров В.Н. Система жанр ов Достоевского. - С. 183 Именно «крещендо идеи» обусло вливает композицию, заставляет книгу быть картиной, - жутким отображение м Мертвого дома. Говоря о статичности, замкнутости пространства, мы можем то же сказать и о времени. С одной стороны, оно линейно: заключение – срок – свобода. Эта линейность обусловлена композиционно. С другой – повторяемость остро жных будней, множества впечатлений и ощущений, ежедневных и одинаковых д ля каждого заключенного, лишает время «своей главной качественной хара ктеристики – движения от прошлого к будущему». Время «теряет необратим ость течения и, подчиняясь замкнутому пространству, движется по кругу». Карлова Т.С. Указ. соч. - С. 144. «Происходит укрупнение масштаба изображения каторги: прибытие, первый день, первый месяц, первый год, последний год, последний день срока. Таковы типичные вехи острожной судьбы каждого арестанта» Захаров В.Н. Система жанр ов… - С. 177. , - пишет В.Н. Захаров, обобщая и типизируя суд ьбу Достоевского - Горянчикова. В завершении разговора о времени в «Записках» приведу необычайно верно е определение Т.С. Карловой: «Время здесь дано и как настоящее, и как будущ ее, уже ставшее прошедшим. Оно являет собой одновре менность разновременного ». Карлова Т.С. О структурно м значении образа «Мертвого дома». - С. 143. Свою книгу Достоевский назвал «Записками из Мертвого дома» не случайно. Название это пришло к нему, возможно, еще в годы заключения. Как пишет Нико лай Наседкин, «в письме к младшему брату Андрею из Семипалатинска (от 6 ноя бря 1854 года) Достоевский дает…жесткую и мрачную формулировку-оценку свое му каторжному существованию: «А те четыре года считаю я за время, в которо е я был похоронен живой и закрыт в гробу…». Наседкин Н. Самоубийство Достоевского. Enternet . Sam _ dost . - С. 8.10. Всеми исследователями однозначно подчеркивается метафоризация назва ния «Записок». Как считает Т.С. Карлова, «метафора «Мертвый дом» оказывается не просто о ценочной формулой, она определяет структуру «Записок» в целом». Карлова Т.С. О структурно м значении образа… - С. 136. «Мертвый дом» – это дом мер твых заживо. Без свободы всякая жизнь мертва; вместилище людей, лишенных свободы, может быть только мертвым домом. «Свобода или хоть какая-то мечт а о свободе» выше всего для арестанта. Она становится принципом в раскры тии характеров, выступает как стимул сюжетного движения; на ней держатся многие жанровые сцены». Карлова Т. С. Указ. соч. С. - 136-137. Интересное замечание делает В.Н. Захаров: «Подобная метафоризация содер жания уже была в русской литературе, - пишет он, - в поэме Гоголя «Мертвые ду ши». И у Гоголя, и у Достоевского ключевые образы символизируют «омертвл ение» людей социальным укладом жизни самодержавно-чиновничьего госуда рства. И «записки» Горянчикова – категорическое отрицание этого уклад а, порыв к «свободе, новой жизни, воскресению из мертвых» (4, 232)». Захаров В.Н. Система жанр ов Достоевского. - С. 185. «Записки из Мертвого дома открыли путь целой литературе о каторге, на каторжную тему. И здесь Досто евский, бесспорно, был первым. В книге «Творчество Ф.М. Достоевского и русс кая проза 20 века» Юрий Сохряков пишет: «В наши дни становится очевидным, ч то так называемая «лагерная» проза имеет для нашего общественного и худ ожественного сознания не меньшее значение, чем проза деревенская или во енная. Возникновение этой прозы – явление уникальное в мировой литерат уре. Естественно, что в своих творческих исканиях предс тавители «лагерной» прозы не могли пройти мимо художественно-философс кого опыта Достоевского. Нередко они приходят к тем же выводам, к каким пр иходил их великий предшественник, утверждавший, что зло таится в человеч естве глубже, чем предполагают лекаря-социалисты. В наши дни ни одно серьезное повествование о лагерной жизни, о трагическ их судьбах заключенных людей не может успешно осуществиться без учета т ворческого опыта автора «Записок из Мертвого дома». Сохряков Ю. От «Мертвого дома» до ГУЛАГА (нравственные уроки лагерной прозы)./ Ю. Сохряков// Творчес тво Ф.М. Достоевского и русская проза 20 века (70-80-е годы). - М.: ИМЛИ РАН, 2002. - С. 114. И поколение писателей, открывшее в 20 веке «лагерную» прозу, наследовало Д остоевскому во многом, вплоть до судьбы, – они оказывались в заключении по политическим мотивам и вынуждены были сосуществовать с ворами, убийц ами, насильниками, считавшими себя хозяевами жизни. В данной дипломной работе, обращаясь к творчеству Достоевского, я рассма триваю две его работы, «Записки из Мертвого дома» и рассказ «Кроткая», по скольку считаю, что именно они в наибольшей степени несут на себе отпеча ток влияния «Последнего дня приговоренного» Виктора Гюго. И здесь опять встает вопрос об оригинальности жанровых разработок русского писателя , который определяет «Кроткую» как «фантастический рассказ». Сюжет рассказа «Кроткая» основан на реальных событиях. Толчком к его нап исанию «послужило чтение Достоевским газетных сообщений об участивших ся в 70-х гг. 19 в. случаях самоубийств среди молодежи. Рядом с типами «гордых» самоубийц из аристократических семей, затронутых атеистическими и «ни гилистическими» идеями, писателя поразил образ совсем иной, «кроткой» с амоубийцы – швеи, Марьи Борисовой, выбросившейся из окна (о чем сообщили Петербургские газеты 2 октября 1876 г.) с образом в руках» (24, 387). Достоевский Ф.М. Кроткая. Примечания./ Ф.М. Достоевский// Полн. собр. соч. – Т. 24. – С. 387. Сам рассказ написан в русле реализма, но фантастична, по словам Достоевс кого, его форма. «Я озаглавил его «фантастическим», - уточняет Федор Михай лович в Предисловии от автора, - тогда как сам считаю его в высшей степени реальным. Но фантастическое тут есть действительно, и именно в самой фор ме рассказа». Достоевский Ф.М. Кроткая. - С. 344. И тут же, в Предисловии, под заголовком «Фантастический рассказ», слова а втора: «Я…занят был этой повестью большую часть месяца. Теперь о самом рас сказе … Дело в том, что это не р ассказ и не записки ». Там же. - С. 344. Можно задуматься: а не прот иворечит ли автор самому себе? Но зная, что у Достоевского часты сближени я жанровых и нежанровых понятий слов, можно утверждать: автор сказал име нно то, что сказать хотел. Да, жанр произведения – рассказ. Но рассказ, нап исанный в форме записок. В то ж е время по содержанию рассказ «Кроткая» близко примыкает к жанру испове ди. Герой именно исповедуется перед воображаемым слушателем. Литератур ная энциклопедия терминов и понятий раскрывает термин «исповедь» след ующим образом: «Исповедь в литературе – произведение, в котором повеств ование ведется от первого лица, причем рассказчик (сам автор или его геро й) впускает читателя в самые сокровенные глубины собственной духовной ж изни, стремясь понять «конечные истины» о себе, своем поколении». Литературная энциклопедия терминов и понятий./ Гл. сост. и р ед. А.Н. Николюкин. - С. 320. В словарной статье упоминает ся именно Ф.М. Достоевский, как писатель, произведения которого наиболее приближены к исповеди. В «Кроткой» присутствует также присущий исповед и «мотив раскаяния». Герой у гроба жены анализирует и переосмысливает жизнь. Он ходит по комн атам и думает, думает. Он говорит вслух не кому-либо, - себе! Несчастный муж, следственно, не может вести запись мыслей и ощущений. И точно так же он, от верженный всеми ростовщик, не имеет возможности рассказать кому-то то, ч то он вспоминает и ощущает мучительно. И поэтому-то Достоевский и говори т, что это « не рассказ » по форм е. Это что-то новое, необычное, «фантастическое». Однако Федор Михайлович не считает себя новатором, первооткрывателем ф ормы. Виктору Гюго он отдает пальму первенства. «Подобное уже не раз допу скалось в искусстве, - замечает он в Предисловии к рассказу, - Виктор Гюго, н апример, в своем шедевре «Последний день приговоренного к смертной казн и» употребил почти такой же прием, и хоть и не вывел стенографа, но допусти л еще большую неправдоподобность, предположив, что приговоренный к казн и может (и имеет право) вести записки не только в последний день свой, но да же в последний час и буквально в последнюю минуту. Но не допусти он этой фа нтазии, не существовало бы и самого произведения, - самого реальнейшего и самого правдивейшего произведения из всех им написанных». Достоевский Ф.М. Кроткая . - С. 345. Итак, главной задачей автора, как говорится в Примечаниях к «Кроткой», бы ло найти верный «тон» и единственно возможную повествовательную форму, способную передать трагизм «факта» одновременно «простого» и «фантаст ического» (24, 387). Речь героя, говорящего сам с собой, передана с необычайной точностью. «Я в се хожу и хочу себе уяснить, это. Вот уже шесть часов, как я хочу уяснить и вс е не соберу в точку мыслей. Дело в том, что я все хожу, хожу, хожу… Это вот как было. Я просто расскажу все по порядку». Достоевский Ф.М. Кроткая. - С. 345. Проследим жанровые характеристики рассказа, данные В.Н. Захаровым. Согла сно его точке зрения, рассказ предполагает одного главного героя, «когда же их несколько (обычно не более двух-трех) – один из них главный: это сам р ассказчик или тот, о ком рассказ». Захаров В.Н. Система жанров Достоевского. - С. 61 Сущностью содержания для русского рассказа является «случа й» или характер. Рассказ предполагает «отсутствие серьезной пространс твенно-временной разработки содержания». Там же. - С. 61. «Кроткая» соответствует этим параметрам, несмотря на «фантастичность» . Один главный герой, он же – рассказчик, - муж самоубийцы. В содержании пер еплетаются «случай» и «характер» (даже два характера: ее, «кроткой», и его , ростовщика). Пространственно-временные характеристики составляются в оедино только посредством памяти рассказчика. Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что «Кроткая» действитель но рассказ по жанру, но рассказ, написанный в форме записок, и, с точки зрен ия содержания, мироощущения, близко примыкающий к исповеди. ГЛАВА 4. СРАВНИТЕЛЬНЫЙ МЕТОД В ПРИМЕНЕНИИ К ГЮГО И ДОСТОЕВ СКОМУ. В. Гюго и Ф.М. Достоевского с полным правом можно назвать величайшими писателями своего времени, ока завшими (и до сих пор оказывающими) огромное влияние как на французскую и русскую литературу в частности, так и на мировую литературу в целом. Поск ольку в данной квалификационной работе я сравниваю произведения вышен азванных авторов, то считаю нужным рассмотреть сам принцип компаративи зма, особенно широко используемый в данной главе, ибо сравнение – важне йший инструмент «понимания» как такового. Специальной областью сравнительного литературов едения является сопоставительное изучение явлений, принадлежащих к ли тературам разных наций, разных эпох, разных авторов. В данном случае речь пойдет как раз о сопоставлении произведений разных авторов, принадлежа щих к разным национальным литературам, но творившим приблизительно в од но время, и даже знакомым лично. Влияние может носить как односторонний, так и двусторонний характер. Дру гими словами, речь идет о проникновении и взаимопроникновении произвед ений друг в друга. Возможно влияние одного автора на другого (как в нашем с лучае; ибо хотя воздействие Гюго на творчество Достоевского доказуемо, о б обратном направлении – влиянии Достоевского на Гюго – говорить не пр иходится), или обоюдное взаимопроникновение мыслей, идей, сюжетов, тем и п р. в творчестве авторов-современников. При помощи метода компаративистики тексты могут сопоставляться по ген етическому и типологическому признакам. В ситуации с Ф.М. Достоевским и В. Гюго с большой долей уверенности можно говорить о генетической связи, по скольку влияние творчества Гюго на писательский гений Достоевского пр изнавалось последним неоднократно, как в личной переписке с братом, так и в литературных трудах. Генетическое сходство возникает в результате непосредственного конта кта. Однако сам контакт может быть различного свойства. В учебном пособи и Зинченко, Зусмана и Кирнозе Зинченко В.Г., Зусман В.Г., Кирнозе З.И. Методы изучения литера туры. Системный подход: Учебное пособие. – М.: Флинта: Наука, 2002. приводятся следующие варианты: 1) «личн ое знакомство писателей-современников». Авторы приводят несколько при меров, и среди них – «личное знакомство А. Белого с немецким поэтом Крист ианом Моргенштерном. Этот эпизод явился важной вехой внутреннего разви тия русского поэта. Во время единственной встречи не было сказано ни сло ва. Однако для А. Белого эта встреча приобрела символическое значение. По зднее эта встреча стала важным мотивом его поэзии. С Моргенштерном связы вал А. Белый свое истолкование современности». Там же. С. 85. В случае с Дост оевским и Гюго нельзя говорить о влиянии личного знакомства на творчест во Федора Михайловича. Достоевский воспринимал великого французского писателя через его произведения, которые начал читать еще с юности. А вст ретиться им посчастливилось уже в зрелые годы, намного позже написания « Записок из Мертвого дома». 2) Заочн ое знакомство писателей удаленных эпох. «Таково, например, тяготение О.Э. Мандельштама к Данте Алигьери. Произведения писателей прошлого оказыв аются тем самым вовлеченными в динамическое, «сегодняшнее» развитие ку льтуры, переходя с оси диахронии на ось синхронии». Зинченко В.Г., Зусман В.Г. У каз. соч. – С. 85. Причислить Достоевского и Гюго к пис ателям «разных эпох» мы не можем, поскольку эти авторы были современника ми. Не можем мы говорить и о «тяготении» Достоевского к Гюго, так как творч ество русского писателя глубоко самобытно, индивидуально. Однако влиян ие на определенные произведения, на «Записки из Мертвого дома» в частнос ти, прослеживается довольно четко. 3) «случ аи, когда произведение, не имевшее большого значения для собственной лит ературы, подвергаются мифологизации в другой литературе. Такая судьба в ыпала, например, на долю романов Р. Джованьоли «Спартак» и «Овод» Л. Войнич . В советской литературе они были усвоены с особой интенсивностью, поско льку совпали одновременно с социальными и художественными запросами в ремени». Там же. С. 86. Также авторы Учебного пос обия придают большое значение владению «воспринимающего» писателя ино странным языком, на котором написан «воспринимаемый» им источник. Ведь п ереводное издание в той или иной степени не может не отличаться от ориги нала; порой в перевод вплетается мировосприятие самого переводчика, его владение ситуацией, играет роль его словарный запас и т.д. В связи с этим а спектом следует вспомнить о том, что перед изданием «Записок из Мертвого дома» родной брат Ф.М. Достоевского, Михаил, переводит «Последний день пр иговоренного», в котором не исключена правка самого Федора Михайловича. Русский писатель владел французским языком и мог воспринимать произве дения Гюго, не опасаясь возможных при переводе искажений текста. О каком же случае «контакта» можно говорить, исслед уя отпечатки, реминисценции «Последнего дня приговоренного» в «Записк ах из Мертвого дома»? Зинченко, Зусман, Кирнозе считают, что «гораздо чаще , говоря о «знакомстве» того или иного автора с иноземным писателем, имею т в виду не личное общение, а круг чтения, театральные впечатления, перево ды. Высшей формой «контакта» двух авторов является оригинальное художе ственное произведение, созданное с опорой на воспринимаемый образец. Ча сто компаративистские исследования построены именно по аспектному при нципу. Все виды откликов одного автора на творчество другого рассматрив аются во взаимосвязи, в системе». Зинченко В.Г. и др. Указ. соч. – С. 87. Аспекты, на основании которых может происходить сравнение, достаточно м ногочисленны. «Сравнивая два произведения, следует учитывать соотноше ние жанров, способ повествования, композицию, систему персонажей и спосо бы их построения, тематику и мотивную структуру. Доказательствами генет ических связей являются свидетельства на уровне стиля и языка. Предмето м компаративистского анализа становится также сопоставление сходных ( или контрастирующих) жанровых структур, композиционных схем, типов конф ликта, сочетаний мотивов и тем, способов построения и расположения персо нажей». Там же. С. 88-90. Иначе говоря, генетическое сходство можно проследить по одному, двум или одновременно нескольким аспектам. При этом следует определять и степен ь «разности» произведений, их отличия друг от друга. «Обнаруженное сходс тво не следует абсолютизировать» Зинченко В.Г. и др. Указ. соч. – С. 90. , - подч еркивают авторы пособия. В самом деле, абсолютное сходство, без ссылки на источник, будет попросту плагиатом, а данный термин в отношении Достоевс кого совершенно не применим. «Сопоставление подразумевает не только сходство, но и различия » Там же. - С. 95. . Здесь также встает вопрос об определенных законах, по которым происходи т восприятие. Два основных механизма рецепции (т.е. пересечения воздейст вия и восприятия, приводящего к порождению смысла) можно обозначить как «пересоздание» и «воссоздание». В.М. Жирмундский писал, что «пересоздани е» представляет собой «новое творчество из старых материалов» Жирмундский В.М. Из истор ии западноевропейских литератур/ Отв. ред. М.П. Алексеев. – Л., 1981. – С. 76. . Отсюда следует, что в типологическом плане В.М. Жирмунд ский считает восприятие родственным творчеству. «По мнению Л.Я. Гинзбург , «пересоздание» предполагает также проецирование на другого автора св оей картины мира и способов ее воплощения. «Воссоздание» же предполагае т исторический подход, ощущение дистанции, открытие «чужого» как таково го» Зинченко В.Г. и д р. – С. 84. . Мы можем сказать, что Ф.М. Достоевский, создавая свое совершенно исключит ельное, самобытное произведение, основанное на пережитых лично, реальны х событиях, перечитал и прочувствовал глубоко «Последний день приговор енного» Виктора Гюго. Он не мог не пересоздать, творчески переосмыслив, о тдельные картины, чувства, тональности и пр., речь о сходствах и различиях в которых пойдет в данной главе. Но вначале хочу добавить, что наряду с генетическим видом взаимодействи я в произведениях Достоевского присутствует вид типологический. Как пи шет Г. Фридлендер в своей монографии «Достоевский и мировая литература» , «представление о единстве литератур разных народов, опирающихся на общ ность проблем, поставленных перед ними историей человечества, преломил ось в отношении Достоевского к крупнейшим писателям – его современник ам. Речь идет…о сознательном интересе Достоевского к литературным явле ниям времени, которые, по его убеждению, ставили проблемы, сходные с теми, которые занимали его мысль, давая такое их решение, к которому он как худо жник и мыслитель не мог остаться нейтрален». Фридлендер Г. Достоевский и мировая литерату ра. С. 142. К одному из таких современников – Виктору Гюго – Достоевский испытыва ет интерес на протяжении всей жизни, начиная с юности и до конца дней. Вскоре после поступления в Инженерное училище в письме к брату Михаилу о т 9 августа 1838 года молодой Федор Достоевский, перечисляя книги, прочитанн ые во время учений в летних лагерях под Петергофом, скажет, что прочел всего Гюго, кроме пьес «Кромве ль» и «Эрнани» (Письма, 1, 47). Юноше не было еще 17-ти лет. О повести Гюго «Последн ий день приговоренного» молодой писатель вспоминает перед эшафотом 22 де кабря 1849 г., цитируя ее строки в проща льном письме к брату из Петропавловской крепости (9. 429-432). Отдельные подробн ости этой же повести пересказывает князь Мышкин, герой романа Достоевск ого «Идиот», в доме Епанчиных. Мышкин передает повесть Гюго почти дослов но, он – свидетель казни. (Примечательно, что сам Достоевский гильотинир ования никогда не видел. А точнее: видел глазами Виктора Гюго!) В предисловии к публикации «Собора Парижской Богоматери» Достоевский скажет: «Виктор Гюго, бесспорно, сильнейший талант, явившийся в 19-м столет ии» (20. 29). На закате жизни, в мае 1879 года, отвечая на приглашение принять участ ие в Международном Литературном конгрессе, Федор Михайлович признаетс я: «Лично меня особенно влечет к этому литературному торжеству то, что он о должно открываться под председательством Виктора Гюго, поэта, чей гени й оказывал на меня с детства такое мощное влияние» (Письма, IV , 55, 380). Вот далеко не все слова, ска занные Достоевским о Гюго; они лишь частично иллюстрируют уважение и вос хищение классиком французской литературы. Характерной чертой, выделяющей как французского, так и русского авторов из череды других писателей 19 века, является их глубочайший интерес к пико вым, стрессовым ситуациям в жизни человека, к сложным, противоречивым ха рактерам, вообще склонность выходить за рамки обыденного. Не входят в стандартные бытийные рамки ни «Последний день приговоренно го к смерти», ни «Записки из Мертвого дома», ни рассказ «Кроткая». Итак, как уже упоминалось выше, при сравнении произведений следует учиты вать соотношение жанров, способ повествования, композицию, тематику, мот ивную структуру, систему персонажей, стиль и язык произведений. И «Последний день приговоренного» Гюго, и «Записки из Мертвого дома» Дос тоевского носят антропоцентрический характер. Их тема: внутренний мир ч еловека, заключенного в неволю за какое-либо преступление. (И в том и в дру гом случаях это убийство, и в том и в другом преступление не описывается, а осужденный не испытывает чувства раскаяния и стыда, поскольку и для Дос тоевского, и для Гюго в данной ситуации важно соотношение цены преступле ния и наказания.) Наказание отнюдь не исправляет человека, оно лишь угнет ает, губит душу окончательно. Наказание – зло. Недаром Достоевский гово рил, что «свойства палача находятся в зародыше почти в каждом человеке. Н о не равно развиваются звериные свойства человека» (4, 155). «Зло и добро опре деляются не столько задатками человеческой натуры, сколько направленн остью ее развития, - пишет К.Г. Щенников. – Историческая ситуация, социаль ный порядок да и вся история человечества таким образом проверяются на с пособность реализации человеческого в человеке» Щенников Г.К. Достоевский и русский реализм. Свердловск: Изд -во Урал. ун-та, 1987. – С. 99-101. . «Оба писателя указывают на о громную преобразующую силу «любви к ближнему» Творчество Достоевского: Искусство ... - С. 55. . Любовь несет огромный одухотворяющий потенциал. Нака зание же подавляет, а нет лечит. В «Записках из Мертвого дома» автор и его двойник Горянчиков оценивали уровень современной цивилизации психоло гией каторжников и палачей. В результате заключения, наказания, убийца п ринимает роль жертвы, палачом становится осудивший. Эту мысль проводят к ак Виктор Гюго, так и Достоевский. Возможно, авторы считают, что наказание должно быть «внутри» человека; т олько через моральные страдания души происходит очищение преступника. Так было с героем «Отверженных» Жаном Вальжаном (которого излечили не дв адцать лет каторги, а чистота священника Мириэля). Так случилось и с Родио ном Раскольниковым. По мнению Щенникова, «Гюго и Достоевского единит вер а в исходное и незыблемое нравственное начало личности, настойчиво прот ивопоставляемая ими учению о социальной и исторической обусловленност и сознания и поведения человека. С доверием к незыблемой нравственной пр ироде человека и у Гюго, и у Достоевского связана вера в массы, в их духовн ость – убежденность в том, что человек из низов, отягощенный пороками и п редрассудками, не должен быть отлучен от исторического творчества» Там же. – С. 53-54. . Эту же мысль мы можем проследить и в рассказе Достоевского «Кроткая». Г. Ф ридлендер проводит параллель между «Последним днем осужденного» и «Кр откой» не только в жанровом, но и в идейном аспекте. «Герой романа Гюго осу жден законом за совершенное им преступление. Но и герой «Кроткой» – тож е преступник, хотя не перед лицом государственного закона, а перед судом своей совести и высшей, общечеловеческой нравственности. Достоевский… расширил и переосмыслил философскую проблематику романа Гюго. Герой «К роткой» не стал физическим убийцей. Но он совершил не менее страшное – м оральное – убийство, заглушив человеческое начало в самом себе и из-за э того став причиной страданий и гибели другого человека» Фридлендер Г. Достоевски й и мировая литература. – С. 196-197. . Именно герой «Кротк ой» несет должное наказание – духовные муки, находя в них просветление и очищение. Физическое же заключение, угроза казни, заставляют преступни ка думать о себе, а не о содеянном. В жанровом аспекте, а также в своеобразной форме построения произведени й Достоевского и Гюго тоже можно проследить сходство. «Последний день» Г юго мы определили как «социально-психологическую, написанную в форме дн евника (записок) повесть». Жанр «Записок из Мертвого дома» Достоевского, жанр оригинальный, это «записки с органически включенными в них главами- рассказами, главами-очерками». «Кроткая» – «рассказ, имеющий форму запи сок и по содержанию близко примыкающий к исповеди». Термин записки является ключевым. Как уже упоминалось выше, жанр записок связан с размышлениями о пережитом и подразумевает выражени е личного отношения автора и рассказчика к описываемому. Дополнительну ю специфику несет также жанр исповеди, ибо герои «Кроткой» и «Последнего дня» впускают читателя в самые сокровенные глубины собственной духовн ой жизни, стремясь познать свой внутренний мир. В разговоре о воздействии Гюго на Достоевского в жанровом аспекте можно сказать о скрытом, косвенном влиянии «Последнего дня приговоренного» н а «Записки из Мертвого дома», и влиянии прямом на рассказ «Кроткая», ибо в последнем случае Гюго и его повесть упоминаются в предисловии к нему, пр ичем именно в отношении формы. Взяв же для сопоставительного анализа язык, речь, стиль произведений, мы видим яркие реминисценции «Последнего дня» в «Записках». Сравним всего два сюжетных отрезка: сцену заковывания каторжников в кандалы, наблюдае мую приговоренным из окна тюремной камеры, и эпизод с каторжанами в бане, выведенный Ф.М. Достоевским в «Записках». Виктор Гюго описывает заключенных: «…стража привезла кандалы. Грохот те леги сразу же вызвал ответный шум во всей тюрьме, зрители…разразились ул юлюканьем, угрозами, ругательствами, - все это вперемежку с куплетами как их-то песенок и взрывами хохота, от которого щемило сердце. Вместо лиц – д ьявольские хари. Рты перекосились, глаза засверкали, каждый грозил из-за решетки кулаком, каждый что-то вопил…Из двух или трех низеньких дверей о дновременно во двор с воем хлынула орава ужасающих оборванцев…» Но вот к аторжан построили и велели раздеться, чтобы вручить каждому тюремную ро бу. «По непредвиденной случайности это унижение превратилось в пытку…Х лынул холодный осенний дождь, заливая потоками воды…непокрытые головы и обнаженные тела каторжников…Их заставили сесть прямо в грязь на залит ые водой плиты и примерили им ошейники…» После заковки каторжники кружа тся, взявшись за руки, и поют воровскую песню. «Они кружились так, что ряби ло в глазах. Вокруг поднимался яростный крик, и размеренно звякавшие цеп и вторили этому пению, режущему слух сильнее, чем лязг железа. Если бы я за думал описать шабаш, то изобразил бы его именно таким – не лучше и не хуже ». Гюго В. Последн ий день приговоренного к смертной казни/ В. Гюго.// Собр. соч.: В 10-ти т. – М., 1972. – Т. 1. – С. 138-141. Восприятие художником слова другого произведения и отпечатывание его в произведении собственном представляет собой «новое творчество из ст арых материалов» (В.Н. Жирмундский). Если у Гюго заковка в кандалы напомина ет шабаш, собрание нечисти, то Достоевский, шагнув дальше, прямо сравнива ет сцену бани с адом: «Когда мы растворили дверь в самую баню, я думал, что мы вошли в ад. В комнат е шагов в двенадцать длиною и такой же ширины набилось, может быть, до ста человек разом… Пар, застилающий глаза, копоть, грязь, теснота до такой сте пени, что негде поставить ногу. На всем полу не было местечка в ладонь, где бы не сидели скрючившись арестанты, плескаясь из своих шаек. Другие стоя ли между них торчком и, держа в руках свои шайки, мылись стоя; грязная вода стекала с них прямо на бритые головы сидевших внизу. На полке и на всех уст упах, ведущих к нему, сидели, съежившись и скрючившись, мывшиеся… Пару под давали поминутно. Это был уже не жар; это было пекло. Все это орало и гогота ло, при звуке ста цепей, волочившихся по полу… Грязь лилась со всех сторон . Все были в каком-то опьянелом, в каком-то возбужденном состоянии духа; ра здавались визги и крики. Обритые головы и распаренные докрасна тела арес тантов казались еще уродливее… Мне пришло на ум, что если все мы вместе бу дем когда-нибудь в пекле, то оно очень будет похоже на это место» Достоевский Ф.М. Записки из Мертвого дома/ Ф.М. Достоевский// П олн. собр. соч. – Т. 4. – С. 98-99. . (Сравни выше у Гюго: «Если бы я задумал описать шабаш, то изобразил бы его именно таким – не лучше и не хуже».) Схожесть с адским муравейником, разворошенным чьей-то злой рук ой, ощущения грохота, звона, криков, грязи и суеты, хоровод страшных лиц и т ел, - все это можно отнести как к первой, так и ко второй картине. Способ передачи повествования, своеобразная речь главных героев очень похожи в «Последнем дне приговоренного» и «Кроткой». Это во многом спонт анный, практически дневниковый характер записей. О заимствовании этой с понтанности, дневниковости у Гюго Достоевский упоминает в предисловии к «Кроткой» (цитата писателя приводилась в 3 главе). Однако черновики и «По дготовительные материалы» к рассказу носят следы напряженного, самост оятельного поиска единственно верной для автора специфической формы м онолога: «Само собою, что вылетают слова слишком нетерпеливые, наивные и неожиданные, непоследовательные, себе противоречащие, но искренние, хот я бы даже и ужасно лживые, ибо человек лжет иногда очень искренно, особенн о когда сам себя желает уверить в правде своей лжи. Как бы подслушивал ходящего и бормочущего» (Чернов ики. 24, 319). В примечаниях к «Кроткой» Достоевский говорит еще и о другом произведен ии В. Гюго: «Форма монолога в «Кроткой» близка к внутреннему монологу Жан а Вальжана из «Отверженных», который предшествует решению, коренным обр азом изменившему жизнь героя» (24, 388). Персонажи «Последнего дня приговоренного» и «Записок из Мертвого дома » во многом различны, начиная уже с того, что первый обречен на скорую наси льственную смерть и все мысли и чувства его вращаются вокруг гильотины, а второй заключен в каторгу и впоследствии выходит из нее. Первый одинок и практически полностью огражден от окружающего мира, второй живет в бар аке и не может не вступать в контакт с каторжниками. Композиционные различия тоже достаточно велики. У Гюго напряжение по ме ре повествования нарастает и разрешается почти кульминационно – казн ью. У Достоевского нарастание – спад действия: заключение, первый день, п ервый месяц, первый год, последний год, месяц, день… Однако пространственно – временные характеристики во многом схожи: за мкнутость пространства (стенами ли каземата, забором ли поселения), стре мительный бег времени (пять недель приговоренного – как один «последни й день»; ясно выписаны лишь первый и последний годы пребывания Горянчико ва на каторге), и в то же время – время замерло, стало статичным, неподвижн ым (последние минуты перед казнью растягиваются в часы). В целом же, основываясь на вышесказанном, можно отметить, что у Достоевск ого и Гюго во многом сходны идейные позиции по отношению к личности, к про блеме добра и зла в душе человека. Е.М. Евнина говорит о том, что для всего тв орчества Гюго характерно представление о человеческой жизни, «как о пос тоянном противоборстве мрака и света» Евнина Е.М. Виктор Гюго. – С. 210. . Достоевский тоже заостряет на этом внимание. При этом обоих п исателей объединяет вера в конечное превосходство добра над злом. По мне нию К.Г. Щенникова, «творческая близость Достоевского и Гюго устанавлива ется учеными прежде всего в сфере художественного стиля, поэтики» Творчество Ф.М. Достоевс кого: искусство синтеза. – С. 51. . С этим нельзя не согласиться, основываясь на сдела нных в данной главе сравнениях. Произведениям обоих авторов свойственн а «пронзительность» (Щенников), Достоевский сам говорил, что у Гюго «быва ют иногда такие больные сцен ы, которые всю жизнь потом с болью вспоминаются» (13, 382). Отличительной чертой Достоевского, по мнению того же Щенникова, являетс я то, что «герои Достоевского отличаются значительно большей диалектич еской сложностью, психологической глубиной и философской масштабность ю, нежели аналогичные им типы у писателей-современников. Характеры Досто евского психологически разработаны достовернее, чем их типологические родственники у Гюго, у которого они создаются зачастую средствами орато рского искусства и выражают прямую авторскую проповедь» Творчество Ф.М. Достоевс кого: искусство… - С. 57, 60. . Герои Гюго очень часто прохо дят путь понимания истины, преображения, «мгновенно», в несколько часов или минут. Герои Достоевского встают на путь света вследствие мучительн ых поисков, и путь этот не может быть коротким. В этом Достоевский более до стоверен психологически. И Достоевский и Гюго стремятся эмоционально в оздействовать на читателя с помощью литературы. Однако у Гюго более ярко выражено стремление «превратить свои романы в трибуну, с которой поэт о бращается к читателю» История зарубежной литературы Х\Х в./ Е.М. Елизарова, Б.И. Колесников и др. – М.: Просвещение, 1972. – С. 227. . ЗАКЛЮЧЕНИЕ. Целью данно й квалификационной работы было раскрыть жанровое своеобразие произвед ений Виктора Гюго «Последний день приговоренного к смертной казни» и Ф.М . Достоевского «Записки из Мертвого дома», «Кроткая», решить проблему пр инадлежности их к определенному жанру, а также выявить жанровое влияние творчества Гюго на творчество Достоевского. В процессе работы мы пришл и к определенным выводам, а именно: · Были выявлены критерии, на которые следует опираться при определении жанровой принадлежности произведен ий. Этими критериями являются: а) принадлеж ность произведения к тому или иному литературному роду (эпосу, лирике, др аме); б) преобладающее эстетическое качество, поэтическая речь произведения; в) объем и общая структура; г) традиционная, историчес ки сложившаяся сущность содержания. · Жанр произведения В. Гюго «Последни й день приговоренного к смерти» мы определили как «социально- психологи ческую, построенную в форме дневника (записок) повесть. · В рез ультате анализа критических работ исследователей творчества Достоевс кого мы отнесли «Записки из Мертвого дома» к произведениям оригинально го жанра и обозначили их как «записки с органически включенными в них гл авами-рассказами, главами-очерками». · Мы по дтвердили определенный самим Ф.М. Достоевским жанр «Кроткой» как расска з, расширив это определение. «Кроткая» - «рассказ, написанный в форме запи сок, и с точки зрения содержания, мироощущения близко примыкающий к испо веди». · Для т ого, чтобы выявить жанровое влияние творчества Гюго на творчество Досто евского, мы прибегли к методу компаративистики. С его помощью мы установ или, что оба рассматриваемых писателя имеют сходство в художественном с тиле, поэтике, проблематике. · «Пос ледний день приговоренного» Гюго имеет прямое влияние на рассказ Досто евского «Кроткая» в форме построения произведения (о чем упоминает сам р усский писатель в предисловии к рассказу), а также в языке, речи главного г ероя. · Можн о с уверенностью говорить о косвенном влиянии «Последнего дня приговор енного» и на «Записки из Мертвого дома», о сходстве, проявляющемся в жанр е, языке, стиле, пространственно - временных характеристиках, идейной поз иции обоих авторов по отношению к личности, к проблеме добра и зла. Влияние творчества Викто ра Гюго русский художник слова Достоевский ощущал на себе, по собственн ому признанию, всю жизнь. Будучи сам талантливейшим писателем своего вре мени, Федор Михайлович не мог не впитывать в себя все те новые открытия в литературе, которые совершались людьми, восхищавшими его. Однако воспри ятие Достоевским произведений Виктора Гюго и отпечатывание их в собств енном творчестве происходило не путем калькирования чужого, а путем глу бочайшего переосмысления прочитанного. Достоевский зачастую выписыва л свои характеры более верно и тонко с психологической точки зрения, его герои отличаются значительно большей диалектической сложностью, нежел и у Гюго (что не умаляет таланта французского писателя). В данной квалификационной работе мы рассматривали всего одно произведение Гюго и два – Достоевского. За рамками этого ана лиза остался широчайший спектр тем, роднящий этих авторов. Г. Фридлендер формулирует их так: «Проблема бедности и тесно связанная с ней проблема преступления, воплощенные в близких – и в то же время психологически гл убоко несходных – образах Клода Ге и Жана Вальжана (с одной стороны и Рас кольникова, с другой), вопрос об участи женщины, обреченной несправедлив ым общественным порядком на проституцию, поставленный в тех главах, кот орые посвящены Фантине, а также в «Преступлении и наказании» и «Идиоте», судьба девочки и мальчика из социальных низов – Козетты и Нелли, Гаврош а, Коли Красоткина и мальчика у Христа на Елке; проблемы пролития крови и с мертной казни преступника, идеологический «спор» между революционером 1793 года и епископом Мириэлем, между пламенным защитником прав человека – Анжольрасом и стоическим проповедником морали милосердия Жаном Вал ьжаном, между Ипполитом и князем Мышкиным, Иваном и Зосимой – спор, где ка ждый герой несет в себе, в авторском понимании, частицу высшей общечелов еческой правды и справедливости, - таковы темы, связывающие в единый узел в понимании Достоевского, творения Гюго и собственные его произведения » Фридлендер Г. Д остоевский и мировая литература. – С. 157. . БИБЛИОГРАФИЯ. Художестве нная литература: 1. Гюго В. Кромвель. [Предисловие.]/ В. Гюго// Собр. соч.: В 15-ти т. – М., 1956. - Т. 14. 2. Гюго В. Последний день приговоренного к смертной казни/ В. Гюго// Собр. соч.: В 10-ти т. – М., 1972. - Т. 1. 3. Досто евский Ф.М. Записки из Мертвого дома/ Ф.М. Достоевский// Полн. собр. соч.: В 30-ти т . – Л.: Наука, 1980. – Т. 4. 4. Досто евский Ф.М. Кроткая/ Ф.М. Достоевский// Полн. собр. соч.: В 30-ти т. – Л.: Наука, 1980. – Т . 24. Справочная литература, словари: 1. Введе ние в литературоведение/ Авт.-сост. Л.В. Чернец, В.Е. Хализев и др. – М., 2002. 2. Жирму ндский В.М. Из истории западноевропейских литератур/ Отв. ред. М.П. Алексее в. – Л., 1981. 3. Зинче нко В.Г., Зусман В.Г., Кирнозе З.И. Методы изучения литературы. Системный подх од: Учебное пособие. – М.: Флинта: Наука, 2002. 4. Истор ия зарубежной литературы XIX века/ Под ред. Н.А. Соловьевой. – М., 2000. 5. Истор ия зарубежной литературы XIX века/ Е.М. Елизарова, Б.И. Колесников и др. – М.: Просвещение, 1972. 6. Истор ия России: С начала XVIII века до конца XIX века/ О тв. ред. А.Н. Сахаров. – М.: АСТ, 1996. 7. Кратк ая литературная энциклопедия/ Главн. ред. А.А. Сурков. – М., 1964. 8. Литер атурная энциклопедия терминов и понятий/ Главн. сост. и ред. А.Н. Николюкин. – М., 2001. 9. Ожего в С.И. Словарь русского языка. Около 57000 слов./ Под. ред. Н.Ю. Шведовой. – М.: Русск ий язык, 1988. 10. Слова рь литературоведческих терминов/ Ред.-сост. Л.И. Тимофеев и С.В. Тураев. – М.: Просвещение, 1974. 11. Томаш евский Б.В. Теория литературы. Поэтика. – М.: Аспект-пресс, 2002. Критическа я литература: 1. Аниси мов И. Французская литература со времен Рабле до Ромена Роллана. – М.: Худ ож. лит., 1977. 2. Бахти н М.М. Проблемы поэтики Достоевского. – 4-е изд. – М., 1979. 3. Белин ский В.Г. О русской повести и о повестях г. Гоголя/ В.Г. Белинский// Собр. соч.: В 3-х т. – М., 1964. - Т. 1. 4. Битов А. Новый Робинзон// Знамя. – 1987. – кн. 12. 5. Герце н А.И. Былое и думы: В 2-х т. – М.: Худож. лит., 1988. – Т. 2. 6. Гросс ман Л. Достоевский. – 2-е изд. – М.: Молодая гвардия. – ЖЗЛ, 1965. 7. Гус М. От подполья к звездным мирам// Знамя. – 1966. – кн. 10. 8. Досто евский Ф.М. Дневник писателя. 1871 г./ Ф.М. Достоевский// Полн. собр. соч.: В 30-ти т. – Т. 21. 9. Досто евский Ф.М. Записные тетради 1875-1876 гг./ Ф.М. Достоевский// Полн. собр. соч.: В 30-ти т. – Т. 24. 10. Евнин а Е.М. Виктор Гюго. – М.: Наука, 1976. 11. Европ ейский романтизм/ Вступ. ст. М.П. Алексеева. – Л.,1979. 12. Захар ов В.Н. Система жанров Достоевского. – Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1985. 13. Карло ва Т.С. О структурном значении образа «Мертвого дома»// Достоевский. Матер иалы и исследования. [Сборник. Главн. ред. В.Г. Базанов.] – Л.: Наука, 1974. 14. Лакши н В.Я. Биография книги. – М., 1979. 15. Могил янский А.П. К истории первой публикации «Записок из Мертвого дома»// Русск ая литература. – 1969. - № 3. 16. Моруа А. Олимпио или жизнь Виктора Гюго. – М., 1983. 17. Мотыл ева Т. Достоевский: новые зарубежные работы: обзор// Вопросы литературы. – 1981. - № 4. 18. Мурав ьева Н. Гюго. – М. – ЖЗЛ, 1961. 19. Насед кин Н. Самоубийство Достоевского:[Электронный ресурс]: www . niknas . by . ru / dost _ sam . htm 20. Никол аев В.Н. В. Гюго. Критико-биографический очерк. – 2-е изд. – М.: Худож. лит., 1955. 21. Никол аев В.Н. В. Гюго. [ Вступ. ст.]/ В. Гюго// Собр. соч.: В 15-ти т. – М.: Госуд. изд-во худож. ли т., 1953. – Т. 1. 22. Паевс кая А.Н. Виктор Гюго. Его жизнь и литературная деятельность. – СПб.: Типогр афия П.П. Сойкина, 1893. 23. Сафро нова Н.Н. Виктор Гюго. – М.: Просвещение, 1989. 24. Сохря ков Ю. От «Мертвого дома» до ГУЛАГА (нравственные уроки «лагерной» прозы)/ Ю. Сохряков// Творчество Ф.М. Достоевского и русская проза 20 века (70-80-е годы). – М.: ИМЛИ РАН, 2002 25. Стенн ик Ю.В. Историко-литературный процесс. Проблемы и методы изучения. – Л., 1974. 26. Творч ество Ф.М. Достоевского: Искусство синтеза/ К.Г. Щенников, В.В. Борисова, В.А. М ихнюкевич и др. – Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 1991. 27. Толст ой Л.Н. Несколько слов по поводу книги «Война и мир»/ Л.Н. Толстой// Полн. собр. соч. – М., 1955. – Т. 16. 28. Треск унов М. Виктор Гюго. Очерк творчества. – М.: Худож. лит., 1954. 29. Туним анов. Творчество Достоевского, 1854-1862. – Л.: Наука. Ленингр. отд-е, 1980. 30. Фридл ендер Г. Достоевский и мировая литература. – М., 1979. 31. Фридл ендер Г. Совершенно новый мир, до сих пор неведомый…[Вступ. ст.]// Ф.М. Достоевский . Записки из «Мер твого дома». Рассказы. – М., 1983. 32. Храпч енко М.Б. Размышления о системном анализе литературы/ М.Б. Храпченко// Собр. соч.: В 4-х т. – М., 1982. – Т. 4. 33. Шалам ов В. «Новая проза». Из черновых записей 70-х годов// Новый мир. – 1989. - № 12. 34. Щенни ков Г.К. Достоевский и русский реализм. – Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1987. 35.Якушин Н.И. Ф.М. Достоевски й в жизни и творчестве. – М.: Русское слово, 1998.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Из разговора политологов:
- Что прошедший развитой социализм, что нынешний дикий капитализм - все это болезни, которые требуют долгого лечения.
- При социализме, коллега, хотя бы медицина была бесплатная.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, диплом по литературе "Достоевский и Гюго", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru