Реферат: Д.А. Фурманов "Чапаев" - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Д.А. Фурманов "Чапаев"

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 39 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Министерство образования РБ. Муниципальная средняя общеобразовательная школа №1. РЕФЕРАТ по литературе ЧАПАЕВ Выполнил: Лушников А. 11 А Проверила: Коврижина З. Содержание . Биография и история создания…………. ……………………………….3 Краткое содержание …………………………………………………….. 8 Художественное своеобразие повести………………………………… .10 Композиция и идея произведения………………………………………11 Характеристика героев…………………………………………………..13 Проблемы, поставленные повестью…………………………………….16 Список используемой литературы………………………………………17 Биография Д. А. Фурманова ДЕТСТВО И ГОДЫ УЧЕНИЯ (1891— 1914) Дмитрий Андреевич Фурманов родился 26 октяб ря (7 ноября по новому стилю) 1891 года в селе Середа. Костромской губернии (теп ерь город Фурманов, Ивановской области). Его отец Андрей Семенович проис ходил из крестьян Ярославской губернии; мать Евдокия Васильевна была до черью сапожника из города Владимира. Дмитрий рос третьим ребенком в семье. Это был бойкий и любознательный ма льчик. Поступив в 1899 году в Иваново-вознесенское шестиклассное училище и едва выучившись грамоте, Митяй (так звали Фурманова в семье, так позднее н азывали его друзья) быстро пристрастился к чтению. “Читал много. Горячим запоем, особенно усердно Конан-Дойля, Жюля Верна, Майн Рида, Вальтера Скот та и в этом роде”,— писал Фурманов в автобиографии, вспоминая детские го ды. Наряду с иностранными авторами в круг чтения будущего писателя рано вошли русские классики — Жуковский, Пушкин, Лермонтов, Тургенев и др Рус ский язык и литература становятся любимыми предметами Фурманова В мае 1905 года. когда Митяй заканчивал шестиклассное училище, в Иваново-Воз несенске началась крупная забастовка, длившаяся 72 дня Руководили забаст овкой большевики, профессиональные революционеры Ф А Афанасьев, М В Фрун зе, А С Бубнов. Н И Подвойский и другие. В ходе забастовки ивановские проле тарии создали Совет рабочих депутатов. Это был первый Совет в нашей стра не — прообраз Советской власти Он фактически руководил всей жизнью в го роде, с решениями Совета вынуждены были считаться даже местные фабрикан ты Фурманову в это время шел четырнадцатый год Конечно, он во многом не разб ирался, его семья была далека от революционной борьбы Но с юных лет в Дмит рии жило сочувствие к угнетенным, и в дни революции 1905 года все его симпати и были на стороне бастовавших рабочих Вместе с товарищами он пробирался на знаменитые собрания на берегу Талки, где заслушивался речами, распева л революционные песни Среди стихотворений этого времени, написанных Фу рмановым, есть одно, посвященное памяти “заступника люда” Возможно, оно связано с конкретным событием — убийством черносотенцами руководител я иваново-вознесенских рабочих Ф А Афанасьева, известного под кличкой “О тец” Позднее, в 1925 году. Фурманов вернулся к своим впечатлениям о днях перв ой русской революции в Иваново Вознесенске и написал очерки “Как убили О тца” и “Талка” Осенью 1905 года Дмитрий поступил в торговую школу, которая готовила счетов одов, бухгалтеров и торговых работников Но коммерческие науки не интере совали юношу Окончив эту школу в 1908 году, он через год сдает экзамены в Кине шемское реальное училище Кинешемский период — важная веха в биографии будущего писателя В это вр емя шел процесс формирования его мировоззрения, вкусов и наклонностей С о свойственной ему страстью, трудолюбием и организованностью Фурманов весь отдался учению, в котором видел “тот путь, что ведет к правде, к истин е, к абсолютному счастью, если только таковое возможно” Однако менее все го он рассматривал ученье как простое “прохождение программы” Для него оно значило широкое духовное развитие, активное чтение, стремление выра ботать свой взгляд на мир Заслуживает внимания восторженное отношение Фурманова к книге “Да' — утверждал он — Много может сделать с человеком книга Хотя я не очень-то уважаю Леонида Андреева, а все же люблю его выраже ние “Если бы человек сделался богом, то пределом его была бы книга'” Книга по-моему,— самый верный пособник по пути к совершенству” Фурманов не просто “глотал” книги, а читал их в определенной системе, глу боко задумывался над прочитанным Об этом свидетельствуют записи в юнош еском дневнике В круг чтения входили произведения русских классиков, из учавшихся в реальном училище (от Н Карамзина и А Пушкина до Л Толстого и Ф Достоевского), и не включенные в программу И Никитин, А Мельников-Печерск ий, А Чехов, С Надсон и другие Юноша с увлечением читает М Горького, А Куприна, Л Андреева. В Шекспира, Дж Мильтона, Д Байрона, Ч Диккенса, а также произведения критиков и философо в В Белинского, Н Добролюбова. Д Писарева, Аристотеля, Платона, Бюхнера и д р. Большое влияние оказала на Фурманова русская классическая литература У писателей-классиков он учился любить родину, народ, находил примеры сл ужения высокому гражданскому долгу, гуманным идеям добра и справедливо сти “Человек только тогда истинно высок, когда, свято выполняя обязаннос ти человека и гражданина кладет свое достояние, мате реальное и духовное , исключительно на благо обществен ное”,— записывает Дмитрий в дневнике 5 июля 1910 года, подытоживая свои рассуждения о К Рылееве Л Толстой для него — истинный мыслитель и проповедник “высокогуманных идей” О Ломоносов е он писал как о “ярком примере труженика-ученого”, который “так любил св ою Россию, что готов был чем угодно жертвовать для блага ее” В тургеневск ом Базарове Фурманова привлекают прямота, мужицкий демократизм А о крит иках — революционных демократах Белинском, Добролюбове, Писареве Фурм анов прямо пишет как о людях, жизнь и деятельность, которых служит для нег о нравственным примером В развитии литературных вкусов и наклонностей Фурманова в кинешемский период большую роль сыграл учитель русского языка и литературы в реальн ом училище Федор Федорович Трубников. О Трубникове Дмитрий пишет в своем дневнике как о любимом учителе Строгий и требовательный, Трубников был прост в обращении, не гнушался зайти на квартиру к ученику, душевно с ним п обеседовать Он поддерживал литературные увлечения Фурманова, который начал писать стихи еще в шестиклассном училище. Теперь Фурманов пробует свои силы в прозе, создает ряд очерковых зарисовок и рассказов, регулярн о ведет дневник, который тоже является своеобразным литературным произ ведением С дневником Фурманов не расставался до последних дней своей жи зни, занося в него все, что волновало и казалось значительным Он вел дневн ик даже во время боев и походов Наблюдения, отразившиеся в дневниках, пос лу жили затем материалом для литературных произведений Мечта “сделаться писателем” рано созрела у Фурманова Это видно из дневн иковой записи от 26 июня 1910 г Однако прежде чем стать писателем, ему суждено было пройти большую школу жизни В 1912 году Дмитрий поступил в Московский университет на историко-филологи ческий факультет (на словесное отделение) Для этого пришлось самостояте льно овладеть латинским языком (в реальном училище этот язык не изучался ) Как и в Кинешме, жизнь Фурманова в Москве наполнена глубокой внутренней работой, стремлением духовно самоопределиться “Жажда борьбы — самая ц енная струна в жизни” — вот к какому выводу пришел юноша Он тяжело переж ивал реакционный режим, установившийся в то время в Московском универси тете. Свое мировоззрение тех лет писатель определяет позднее как “потен циально-революционное” “Я чувствовал в себе всю жизнь, с детских годов — внутренний протест, недовольство гнетом, устремление к свободе, любов ь к бедноте — были все задатки революционера”. Но Фурманов студент не бы л непосредственно связан с революционно-освободительной борьбой проле тариата. Среди друзей юноши не было никого, кто помог бы выбрать правильн ый путь, отвечающий его свободолюбивой натуре Интересы Фурманова прояв лялись, прежде всего в области литературы, большое место в жизни занимал и нравственные искания, увлечение на этой почве творчеством Льва Толсто го и Достоевского. ЧЕРЕЗ ФРОНТ И РЕВОЛЮЦИЮ (1914-1918) Накануне первой мировойвойны Фурманов пер еживает острый духовный кризис, ищет выход из него. Разразившаяся летом 1914 года война не сразу была им правильно понята Жажда активной деятельности, стремление быть полезным народу в постигшем его бедствии заставили Фурманова покинуть университет и пойти на фронт бра том милосердия. Работал в санитарных поездах, летучках и отрядах Турецко го (Кавказского), Юго-Западного и Северо-западного фронтов. Но очень скоро понял, что война носит антинародный характер Фурманов видел, как зреет г нев и протест народа против империалистической бойни, самодержавия и бу ржуазного строя. В своем дневнике 1916 года он не раз отмечал, что народное не довольство и возмущение растет, что всюду ощущается “могучее дыхание пр иближающейся грозы” О близящейся грозе-революции он писал и в аллегорическом стихотворении “Пробуждение великана” (1916), которое выдержано в стиле любимого им поэта Н. А Некрасова Тише Огромное чудо свершается В темном лесу великан пробуждается В темном, дремучем лесу Стихотворение заканчивается пророческими словами о “новой силе”, кото рая идет “с ярким светильником, с думами новыми” В конце 1916 года Дмитрий Андреевич возвращается в Иваново-Вознесенск и раб отает преподавателем общеобразовательных рабочих курсов В дни Октябрь ской революции Фурманов возглавляет в Иванове революционный штаб Он бе спощадно борется с контрреволюцией, с буржуазной печатью, выступает на м ногочисленных митингах В первые месяцы после Октября Фурманов вел в Иванове напряженную общест венно-политическую работу — был заместителем председателя губ исполк ома (председатель — М В Фрунзе), возглавлял губернский комиссариат прос вещения, организовывал различные курсы, ведал культурно-просветительн ой работой в губернии Постоянно общаясь в это время с ивановскими ткачами известными своими р еволюционными традициями, Фурманов по его словам, “понял правду жизни” Б ольшое влияние оказала на него дружба с выдающимся ленинцем Михаилом Ва сильевичем Фрунзе “Это удивительный человек Я проникнут к нему глубоча йшей симпатией”,— писал Фурманов Фрунзе помог ему преодолеть заблужде ния и колебания, дал рекомендацию в партию большевиков. В июле 1918 года Фурманов вступил в партию К этому времени относится запись в дневнике' “Теперь прибило к мраморному, могучему берегу-скале На нем по строю я свою твердыню-убеждение Только теперь начинается моя сознатель ная работа, определенно классовая, твердая, уверенная” нещадная борьба с классовым врагом До сих пор это было плодом настроений и темперамента; о тселе это будет еще — и главным образом — плодом научно обоснованной с мелой теории”. Все силы и энергия Фурманова в это время уходили на революционную практи ческую работу. С гордостью называл он себя и своих товарищей “чернорабоч ими революции” Революцию Фурманов воспринимал не только как политик, но и как поэт. Чере з полтора месяца после Октябрьской революции он записывает в дневнике. “ Я увидел и почувствовал всем моим существом, что здесь, в Революции,— цел ый океан поэзии, что здесь и безмерная отвага, и чистота бескорыстия. и неч еловеческое дерзание, что здесь воплощается в самой жизни огромная крас ота” Непосредственным откликом писателя на Октябрьскую революцию явилась “ Легенда об унглах” — аллегорическое произведение, созданное в духе ран них романтических рассказов М Горького. В ней повествуется о том, как вос ставший народ-исполин сбросил со своих плеч кровожадного владыку Крафт а и злых карликов — эксплуататоров всех мастей БОЕВОЙ КОМИССАР (1919— 1921) В начале 1919 года Фурманов с отрядом иваново-в ознесенских рабочих отправился на Восточный фронт В это время наступле ние войск Колчака на Восточном фронте представляло собой самую большую угрозу молодому Советскому государству В марте 1919 года Фурманова назнач или комиссаром 25-й стрелковой дивизии, во главе которой стоял легендарны й герой гражданской войны Василий Иванович Чапаев Полки этой славной ди визии нанесли решительное поражение колчаковцам и освободили Уфу Как в ихрь носился Чапаев по заволжским и уральским степям, преследуя колчако вцев и белоказаков И вместе с ним всегда был его неизменный друг комисса р Дмитрий Фурманов Они спаяли дивизию в одну боевую семью, готовую перен ести любые невзгоды и лишения, чтобы отстоять завоевания революции После того как Фурманова отозвали из Чапаевской дивизии, он сражался на других фронтах гражданской войны былначальником политуправления Турк естанского фронта, уполномоченным Реввоенсовета Туркфронта в Семиречь е, комиссаром красного десанта на Кубани, начальником политотдела 9-й Куб анской армии, редактором газеты “Красный воин” — органа 11-й Кавказской а рмии. Куда бы партия ни посылала Фурманова, он всюду, по словам А Серафимов ича, был революционным бойцом, революционным строителем Во всякое дело Фурманов вкладывал огромную энергию, такт и принципиальн ость Особенно ярко это проявилось в дни контрреволюционного мятежа в го роде Верном (ныне Алма-Ата), когда Фурманов оказался один перед пятитысяч ной враждебно настроенной толпой Словом большевика он сумел повернуть настроение толпы, отколоть заблуждающуюся часть мятежников от их вожак ов — врагов Советской власти. Благодаря уму, выдержке и мужеству Фурман ова мятеж в Верном был ликвидирован быстро и без единого выстрела. На Кубани вместе с другим героем гражданской войны Епифаном Иовичем Ков тюхом Фурманов возглавил десант, высадившийся в тылу войск Врангеля. Это была исключительно опасная и рискованная операция Ковтюх и Фурманов пр овели ее блестяще и обеспечили разгром врангелевских войск на Кубани. За эту военную операцию, описанную затем в повести “Красный десант”, Фурма нов был награжден орденом Красного Знамени За годы гражданской войны Фурманов вырос в крупного политического рабо тника Красной Армии Его деятельность высоко ценили М В Фрунзе и В В Куйбы шев На партийных конференциях и красноармейских съездах Дмитрий Андре евич избирался делегатом VIII Всероссийской конференции РКП (б) и VII и VIII Всеро ссийских съездов Советов Не раз приходилось ему слушать речи и доклады В И Ленина О Ленине Фурманов писал, что он — “самый любимый, самый нужный ч еловечеству”, что он “думает за целый мир” В своей разнообразной деятель ности Фурманов старался практически воплощать в жизнь ленинское учени е Одним из основных оружий Фурманова-комиссара было слово Его выступлени я были всегда убедительны и проникновенны Словом Фурманов владел не тол ько как оратор, но и как публицист. Свыше ста ярких, зажигательных статей и очерков опубликовал он в годы гражданской войны на страницах партийно-с оветской и армейской прессы: в газетах “Рабочий край” (Иваново), “Коммуна ” (Самара), “Семиреченская правда”, “Красное знамя” (Краснодар), “Красный в оин” (Тифлис), центральные “Известия”, “Правда” и др. В начале 1921 года, еще находясь на Кубани, Фурманов активно занимается лите ратурным творчеством — он пишет пьесу “За коммунизм” и повесть “Записк и обывателя” Если в первом произведении в центре внимания стоят люди ком мунистической морали, беззаветно борющиеся за новую жизнь, то во втором автор разоблачает обывателей, стремящихся к личной выгоде Произведения Фурманова, созданные в годы гражданской войны (очерки, стат ьи, пьеса, повесть), характерны для начального этапа развития советской л итературы. В них ставились, чаще всего еще в форме “заявок”, такие вопросы и проблемы, которые будут занимать советских писателей, в том числе и сам ого Фурманова, в последующий период, когда советская литература станет н абирать силу и создавать крупные эстетические ценности и в поэзии, и в пр озе, и в драматургии. Годы гражданской войны были для Фурманова большой школой жизни, без кото рой немыслимо подлинно литературное творчество. Эта школа вооружила Фу рманова прекрасным знанием революционной действительности, научила ис кусству глубокого классового анализа событий, дала неисчерпаемый запа с наблюдений над людьми, творившими и защищавшими революцию. Одно из первых значительных произведений писателя - повес ть "Красный десант" (1921). Это и одно из первых прои зведений советской прозы о гражданской войне. Материалом повести послу жил эпизод разгрома врангелевского отряда на Кубани. В повести ощутимо р омантическое начало - романтизация героического под-вига простых людей, рядовых революции. Уже в "Крестьянском десант е" писатель сумел показать направляющую роль большеви с тской партии в руководстве революционной массой. Именно эт а идея будет положена в основу романа "Чапаев", который был опубликован в 1923 г. Роман - классическое произведение социального реа-лизма, где автор пр авдиво нарисовал историческую картину гражданской обороны, изобразил процесс формирования социального сознания народа, победу нового над ст арым. Другое значительное произведение Фурманова - "Мятеж" (1925). В основе его - исто рия ликвидации контрреволюционного мятежа, угрожавшего советской влас ти в Туркестане. Фурманов не остановился в своем творчестве на изображении гражданской войны. Об этом говорит цикл его очерков "Морские берега" (1925). Большое место в его творчестве занимает публицистика, литературная критика. До конца своих дней Дмитрий Андреевич был полон нерастраченных сил, твор ческого горения, неуто-мимой жажды жизни. После короткой, но тяжелой боле зни, возникшей в результате гриппа, давшего осложнение (менингит), Фурман ов умер. Его последними словами были: ":Я еще не все успел сказать, не все сде лал. Мне еще так много нужно сделать:". Краткое содержание. Вспомним те боевые военные события, о к оторых ведется речь в повести. В самом начале 1919 года адмирал Колчак, собрав в Сибири и на Западном Урале б ольшие силы, начал большой и решительный поход на красную Москву. В его ар мии были целые офицерские полки, прошедшие боевую школу первой мировой… Но второй половине апреля 1919 г. Красная Армия не только остановила колчак овцев, но и подготовила наступление. Главный удар на Восточном фронте на несли на южном участке армии под общим командованием Михаила Фрунзе. В степных просторах Заволжья, в предгорьях Южного Урала развернулись ож есточенные бои. И здесь основной ударной силой Красной армии стала 25-я див изия, которой командовал Василий Иванович Чапаев. 25-я дала решительной бо й и одержала победу над армией белоказаков под станицей Сломихинской в З аволжье. Шла дальше - на Колчака. Большой и тяжелый бой выдержали чапаевцы под Уфой. Колчаковцы надеялись остановить красных на реке Белой и создали здесь сильно укрепленные поз иции. «Неприятель ушел за реку, взорвал все переправы и ощетинился на выс оком уфимском берегу жерлами орудий, пулеметными глотками, штыками диви зий и корпусов", - писал в своём романе Дмитрий Фурманов. Июньской ночью на плотах и лодках, на бревнах и досках переправились чап аевцы через быструю реку. На уфимском берегу разгорелись жаркие схватки . Колчаковцы непрерывно атаковали красных бойцов, тщетно стремясь отбро сить их обратно за реку. Но красноармейцы стояли насмерть. Чапаев дал им с вой главный приказ: «Ни шагу назад. Помните, что в резерве только штык!» Ма ло того, Чапаев приказывал своим же стрелять в бегущих назад. Два дня не смолкала артиллерийская канонада, трещали пулеметы, раздавал ись винтовочные залпы. Среди красноармейцев было много раненых и убитых . Ранения получили Фрунзе и Чапаев - возле них разорвалась бомба. Но Уфа б ыла окружена, оставался последний решительный бросок, чтобы её взять. И т огда колчаковцы решились на отчаянный шаг - так называемую "психическую атаку". В довольно карикатурном виде она показана в фильме Васильевых "Ча паев", на самом же деле это было не только нечто очень внушительное, но и по чти мистическое… Утром черными колоннами, тихо-тихо, без человеческого голоса, без лязга о ружия, разумеется, без единого выстрела на окопавшихся у стен Уфы красны х пошли отборные офицерские батальоны, впереди - отчаянный и бесстрашный Каппелевский полк. Они раскинули по полю и охватывали огромную площадь… Фурманов в романе признаётся, что эта встреча была ужасна. Могла возникн уть и паника… Дело решили пулемётчики. Чапаев - опытный боевой практик - по нимал, что пулеметчиками должны быть не просто хорошие стрелки, но и люди с железными нервами, и очень сильной волей…Заработали, закосили пулемет ы, и через несколько минут огромное поле было усеяно чёрными трупами… За тем последний бросок красных - и Уфа взята. Взятие Уфы предрешило участь Колчака и вообще Белого движения на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке. Ведь Чапаевская дивизия не просто взяла оп орный пункт Колчака, она уничтожила лучшие его, элитные офицерские части . А остальных офицеров лишила веры в победу. После Уфы Колчаку прошлось мо билизовать в свою армию, кто подвернется под руку. За новобранцами строг о следили офицеры. Офицеры следили друг за другом и писали друг на друга д оносы. В такой ситуации думать о каких-то крупных победах нельзя. В дальн ейшем 25 дивизия не участвовала в боях на Западном Урале, но после Уфы белы х на востоке просто добивали. Колчаковцы, засевшие в Перми, оказались в безвыходном положении. В бесси льной злобе они сожгли при отступлении более 100 пароходов и 38 барж, на многи х из них были продовольствие, нефть, керосин. Красноармейцы ворвались в п ылающий, окутанный дымом город. Колчаковцы терпели поражение за поражением. 14 июля бойцы Красной Армии в ступили в крупнейший город Урала Екатеринбург. Через десять дней ворва лись в Челябинск. В течение июля Колчак потерял весь Урал. Ему осталось до жидаться своей горькой участи в Омске. А затем, когда регулярные красные части завершили свои дела на западе, они просто добили белогвардейцев, л ишенных каких-либо каркасов и стержней, в Восточной Сибири и на Дальнем В остоке… 25-я Чапаевская дивизия потерпела единственное поражение. Под Уральском в степях, где столетьями жили и воевали и хранили от каких-либо посягнове ний свои станицы степные казаки. Вторая столица Бухарской стороны - так в те годы назывались эти земли - Лбищенск - переходит их рук в руки. И вот, когд а в ней устанавливается вроде бы окончательно, красная власть и здесь ра сполагается штаб Чапаевской дивизии, Чапаев допускает первую и последн юю свою ошибку: оставляет в станице маленький гарнизон, не веря, что казак и вновь попытаются взять Лбищенск… Большой отряд казаков налетел под утро. Многие красноармейцы даже не у спели взять в руки винтовки. В живых остались единицы. Четверо бойцов попытались переплыть с раненым Чапаевым Урал. Двоих уби ли сразу, и почти совсем у другого берега пуля попала в голову и Василию Ив ановичу Чапаеву. Таков финал романа Дмитрия Андреевича Фурманова "Чапаев". Художественн ое своеобразие повести . Кни г а Фурманова очень хорошо читается, она представляет собою один из ярких успехов в пос лереволюционной беллетристике. И это совершенно по нятно. Начав ее чита ть, от нее нельзя оторваться. Из нее выхо дишь обогащенным и многими точны ми и важными знаниями от носительно внешних и внутренних черт нашей гра жданской вой ны, и новыми чувствами растущего в груди читателя революци он ного энтузиазма. В сущности говоря, в нашей богатой по слереволюционн ой советской, по своим настроениям, литературе лишь два произведения, ко торые дают такие неизгладимые, яркие и «воспитательные» впечатления. Эт о «Железный по ток» Серафимовича и «Чапаев» Фурманова. В «Железном потоке» чувствуется опытная рука большого мастера. «Железн ый поток» — это законченный эпос. «Чапаев» свидетельствует, конечно, о н есомненном беллетристическом да ровании своего автора, но написан, в су щности, без расчета на чи стую художественность. Это необыкновенно живы е записки о ви денном, пережитом и сделанном, записки отзывчивого, умного , энергичного комиссара, частью набросанные, можно сказать, в са мом пылу боев. Преимущества, которые есть у «Железного потока», благода р я яркости языка и мастерской конструкции всей эпопеи, вполне уравновеши ваются яркостью свидетельства очевидца и участника. Есть, конечно, много общего между обеими книгами. Это — вещи, продиктованные самой революци ей. В самом деле, и Фурманов, и Серафимович на первый план ставят массу. Кни га Фурманова так и озаглавлена «Чапаев»; в повести о великом отступлении , опи санном Серафимовичем, герой-руководитель играет исключитель ную р оль, является подлинным кристаллом наилучше направлен ных воль своего м ногострадального и героического коллектива. И все же и там и здесь нет ни какого поклонения перед героем, и герой кажется естественным органом ма сс. Такая масса не может не иметь подобных вождей. В самом деле, если бы это не был Ча паев, это был бы кто-нибудь другой, ибо вокруг Чапаева целый ряд ф игур, вроде Еланя и т. д., которые немногим ему уступают. Сходна психология основной массы, отступающего отряда у Се рафимовича и Чапаевской дивизи и у Фурманова. И тот и другой авторы начинают с собирания сравнительно ра спыленной массы, еще не скованной в одно целое, и чувствуется, как невыраз имые страдания и нечеловеческие подвиги, выпадающие на долю дан ной час ти организованной силы революции, в конце концов под нимают какой-то ее о статок после бесчисленных жертв до степе ни чуть не сверхчеловеческого коллектива, с такой степенью вы носливости, с такой привычкой к бешеной о тваге, дисциплине, взаимопомощи, что этот новый облик вышедшего из войны рево люционного коллектива внушает читателю восторг и благоговение, со вершенно заглушающее мгновенные вспышки острого сострада ния к этим ст растотерпцам. Есть, однако, и бросающаяся в глаза разница между обоими эпосами. Фурманов — умный, храбрый, чуткий комиссар Чапаев ской дивизии — чуть прикрывает повествование в первом лице. Он разумно, по-марксистс ки старается разобраться в явлениях, участ ником которых он оказался. Он очарован Чапаевым, его привлекательными качествами, но он как бы торо пится для себя и для других рассечь аналитическим ножом его фигуру, как м ожно точнее отдать себе отчет в его недо статках и постараться парализо вать их практически, он старается также разложить само явление вождя в с оциальном целом. Он со вершенно точно понимает место такого явления в об щей ткани ре волюционных взаимоотношений сил. Книга Серафимовича производит к концу впечатление оше ломляюще-героич еское. Она невольно вызывает в сердце взрыв восхищения перед чудом револ юции, преобразовавшим в семью героев разношерстный сброд, побежавший пе ред казаками из сте пей Кубани. Но никакого интеллектуального явления с ам Сера фимович не производит. Может быть, ему, как художнику, пока залось это даже излишним. Он, конечно, правдиво, по в то же са мое время и романтиче ски живописует своего массового героя. Он не хочет лгать и прикрашивать, но он не хочет и расхолаживать. Тов. Фурманов этого не боится. Фурманов хочет познать и дать другим позна ть, но так как явление, им изучаемое, великолепно и высоко, то, конечно, это п ознание не приводит к разочаро ванию и книгу Фурманова делает своего ро да живым учебником не только по психологии гражданской войны, но отчасти и по ор ганизаторскому искусству, с нею связанному. Прежде всего, это революционер с головы до ног, это настоя щий коммунист-м арксист, который в течение всей войны отдавал свою энергию, свой ум и свою кровь делу борьбы за революцию. Он остро наблюдал, много и подчас мучител ьно работал головой и в результате получил богатый опыт, который он пере дал своему коллективу, партии, Советской России, Коминтерну, миру. И как ря дом с этим он умел найти достаточно ярких слов, умел более или менее интер есно связать отдельные части своего опыта, то уже, так сказать, во второй о череди он оказывается и художни ком, и произведения его — художественн ыми. В книге Фурманова есть трогательный эпизод, когда команд ный состав Чап аевской дивизии отказывается от прибавки, чтобы не раздражать красноар мейские массы, но в то же время настаи вает на присылке хороших пьес па фр онт «в прозе и стихах». У Фурманова есть не мало ярких страниц, характериз ующих, ка кую большую моральную помощь оказывало искусство Чапаев ской дивизии в ее трудных переживаниях. Композиция и идея произведения Летом 1922 г. Фурманов приступил к работе над за мыслом большого документально-художественного повествования о Чапаев е. Писатель тщательно собирал материалы о личности Чапаева и истории его дивизии, колебался в выборе повествовательной манеры, долго размышлял н ад жанром будущего произведения, так и не найдя для себя какого-либо удов летворительного его обозначения ( в дневниковой записи от 22 окт. 1922 г. Зафик сированы следующие варианты: 1. «1. Повесть. 2. 2. Воспоминани я. 3. 3. Историческа я хроника. 4. 4. Художествен но-историческая хроника. 5. 5. Историческа я баллада 6. 6. Картины. 7. 7. Исторически й очерк…»). В конце сентяб ря 1922 г. Текст произведения еще не начат, а во второй половине ноября он уже почти завершен. Окончание Чапаева датировано 4 января 1923 г. Публикация сос тоялась в феврале того же года в Госиздате. «Чапаев» так и не получил авторского жанрового определени я (не имеет подзаголовка). Как отмечал Горький в письме Фурманову «по форм е "Чапаев" не повесть, не биография, даже не очерк, а нечто нару шающее все и всякие формы». Между этим в жанровом составе книги все эти фо рмы присутствуют. Повествование развертывается как документально-исто рическая хроника очеркового типа, в которой, однако, портретно-биографич еская характеристика главного персонажа получает значение самостояте льной жанровой доминанты. В то же время «Чапаев» и повесть: во-первых, пото му что ряду персонажей даны вымышленные имена; во-вторых, по тому, что в обрисовке характеров героев автор использует приемы художес твенной типизации ( это подтверждается при сравнении книги с дневниковы ми записями Фурманова); в-третьих, потому, что повествование органично вк лючает в себя элементы привычной беллетризации, такие, как портретные и пейзажные зарисовки, описаний внутренних состояний героя- повествователя, приемы картинной обрисовки массовых сцен, речевой хара ктеристики персонажей и т.д. В жанровом составе «Чапаева» не менее отчетливо присутств ие примет собственно исторического исследования (с привлечением соотв етствующих источников, с цитированием документов), напоминающего научн о-историческую публикацию. В структуру повествования включаются также и авторские отступления (сб лижающие стиль Фурманова с гоголевской традицией) : отступления историч ески-аналитического плана (о причинах разложения колчаковской армии, о к азаках и их участии в гражданской войне), художественно-публицистически е отступления (о трусости и храбрости), смешанного типа (о грабежах и жесто кости гражданской войны) и др. В повествовании присутствуют и иные фрагм енты: рапорты, письма, дневниковые записки, сценки, оперативные материал ы и т.д. Все это не отменяет общепринятой характеристики «Чапаева» как ро мана , если считать достаточным определяющим признаком ром ана проблемную масштабность и проблемное единство целого. Доминантой книги Фурманова является обрисовка Чапаева как типичной фи гуры времени. Его индивидуальная судьба, его взлет и слава связаны, по Фур манову, с теми качествами его личности, которые характерны для низовой н ародной среды и революционной эпохи. Особое внимание автора привлекает «чапаевщина» - стихийное начало в психологии человека из народа, который приходит к постижению происходящего интуитивно, ведомый своим социаль ным чутьем, а не рациональным осознанием общественных процессов. Проблема Чапаева-героя разрабатывается Фурмановым в разных ас пектах: каков Чапаев на самом деле и каким видится со стороны; как преобра жаются в восприятии окружающих его реальные достоинства и недостатки; ч то порождает легенду о нем, о живом человеке, и как он сам отн осится к ней, как пытается соответствовать своему легендарному образу и как преображается под его влиянием. Характеристика героев В юбилейный, 1927 год, отвечая на вопросы журнал а «Смена», попросившего назвать десять лучших произведений советской л итературы, появившихся за десятилетие после Октября, А. В. Луначарский на звал первыми А. С. Серафимовича «Железный поток» и Д. А. Фурманова «Чапаев» . Эти книги являются прекрасными памятниками истории революции, отражаю щими саму героическую музыку времени. «Чапаев» и «Железный поток» пришл и к читателям уже в первой половине 20-х годов, по свежим следам событий, пол оженных в основу романа и повести. «Как закалялась сталь» вышла спустя д есятилетие, но и в этой книге речь идет о том же неповторимом времени рожд ения на развалинах старого мира нового общества и человека, подлинного х озяина своей страны и творца своей судьбы. В основании фурмановского ром ана — эпизоды жизни и борьбы знаменитой 25-й Чапаевской дивизии, сражавше йся во время гражданской войны на колчаковском фронте. Фурманов в марте- августе 1919 года был комиссаром в этой дивизии, и описанный в романе путь ча паевцев от казачьей Таловки до Уральска был знаком ему не понаслышке. Бо лее того, в силу своего должностного положения и благодаря дружбе с Чапа евым будущий автор, в отличие от рядового участника боев, мог судить о про исходящем, зная как общую обстановку, так и в какой-то мере планы командов ания. Но «Чапаев» не может быть отнесен только к документальной прозе. Это и ху дожественная летопись становления человека, самовоспитания и укреплен ия личности. Рядом с реальными, действующими под собственной фамилией Ча паевым, его порученцем Петькой Исаевым, комиссаром 22-й дивизии Андреевым, на страницах романа живут легко угадывающиеся персонажи под вымышленн ыми фамилиями. Роман открывается подробным описанием формирования раб очего отряда ивановознесенцев, их прибытия в Самару и дальше — в уральс кие степи. Это подводит читателя к взаимоотношениям двух центральных героев, Чапа ева и Клычкова. За каждым из героев стоят определенные социальные силы. Ч апаев — плоть от плоти русский крестьянин с его вековой мечтой о лучшей доле, о скорейшем решении вопроса о земле. Клычков — полномочный (предст авитель пролетариев, вносящих «сознательность» в героическую стихию п олупартизанщины. Клычков олицетворяет направляющее партийное начало, пытается «обуздать» сотканного из противоречий «Чапая». Чапаев в роман е Фурманова — «лицо собирательное и для определенного периода очень ха рактерное». По книге мы можем проследить, как происходит изуми тел ьная лепка характера Чапаева, как создается тип военачаль ника гражданс кой войны, готового все силы отдать борьбе за советскую родину, за новую, н ебывало родную рабоче-кресть янскую власть и сохранившего в своих взгля дах на мир ряд пе режитков старого: проявлений бескультурья, крестьянск ого анар хизма. Но рядом с Чапаевым был верный товарищ — строгий, внима тельный, добрый, облеченный доверием партии и доверие это оправдавший,— военный комисс ар Дмитрий Фурманов, он же — Федор Клычков. «Чапаев» написан от имени Федора Клычкова. Но о себе Клычков говорит пре жде всего в отношении к Чапаеву. С первого же разговора, с вопроса об отнош ении к казачеству и к военным специалистам, Федор Клычков разглядывает и показывает нам Чапаева со всех сторон. Он любуется и восхищается им, но пр и этом над всем главенствует и все определяет основная задача Фе дора Кл ычкова — найти дорогу к сердцу знаменитого командира, завоевать у него авторитет и затем помогать ему в деле осущест вления той великой истори ческой задачи, которая стояла перед Красной Армией в ту эпоху. Мы с жадностью читаем о Чапаеве, читаем его биографию, похожую на песню, ег о живые рассуждения, то правильные, то не правильные, но всегда обнаружив ающие недюжинный ум, и сами не замечаем, что по мере того как перед нами вы рисовывается об раз Чапаева, мы, целиком захваченные жизненностью и оба янием этой фигуры, как бы в тени ее все время разглядываем и воспри нимаем также и другой живой образ, образ комиссара Федора Клычкова. И создание э того образа, образа комиссара в обстановке гражданской войны, является, пожалуй, задачей не менее от ветственной и трудной, чем создание образа Ч апаева, задача, раз решенная Фурмановым не менее блестяще. В создании образа Федора Клычкова с особенной силой про явилось одно из наиболее замечательных свойств его дарования. Особенно показательны с траницы, относящиеся к сломихинскому бою, в кото ром участвует Федор Клы чков, впервые в этом бою, что называет ся, обстрелянный. Все самые непригл ядные душевные движения названы своими именами. И, если подходить к чело веку схемати чески, казалось бы, ничего путного ждать от Федора Клычкова читатель уже не может. Но, оказывается, художник, правдиво по казав первые переживания Федора Клычкова в бою, добился глав ного,— он внушил нам дов ерие к своему герою, и потому мы на протяжении всего романа с волнением и с очувствием следим за его деятельностью. Вот он незаметно и скромно попра вил знаме нитого Чапаева, после того как тот свел итог гражданской войны только лишь к справедливой дележке. Вот под руководством Фе дора Клычко ва создается в станице первый ревком, утверждается советская власть. Вот Федор Клычков на митинге яркими и уме лыми словами рассказывает притих шим бойцам и крестьянам о международном положении республики, об успеха х Красной Ар мии на других фронтах, о великих задачах революции. Так, черточка за черточкой, складывается облик военного ко миссара в его отношении и к легендарному командиру, и к команд ному составу дивизии, в е го руководстве политотделами дивизии, во всей своей деятельности полит ического руководителя дивизии, вдохновенной творческой работе военног о комиссара, этой подлин ной души Красной Армии. Друзья военного комиссара, добродушно подсмеивающиеся над его манерой делать записи в своей записной книжке в усло виях, казалось бы, самых непо дходящих, не подозревали, какое поистине великое дело творит их скромный , не обижающийся на эти шутки и упрямо продолжающий свои записи боевой то варищ. Зато теперь мы, по записным книжкам Дмитрия Андреевича Фурманова, можем проследить зарождение Чапаева. Эти не утра тившие четкости и разборчиво сти строки и посейчас дают толчок воображению, и мы воочию видим Чапаева на коне, в бурке, с биноклем, и рядом, чуть позади — друга и соучастника, ком иссара Федора Клычкова, а точнее сказать, Дмитрия Андреевича Фур манова с неизменной записной книжкой в руках. Проблемы, поставленные повестью В одной современной киноведческой ста тье мне попалась фраза: "Сценарий фильма "Чапаев" написан по слабому роман у Дмитрия Фурманова". Конец цитаты. Для меня очевидно, что эта оценка - "слаб ый" - чисто идеологическая, а не эстетическая. Сочетание художественност и и документальной аналитичности нужно поставить не в "минус", а в "плюс" ро ману. Далее. Здесь есть живопись и психологизм, есть динамика и сочетающа яся с ней смена ритма, когда появляется лиричность. А главное - крупно, жив о, разносторонне вылеплен образ Чапаева - по сей день народного героя. Сегодня модно писать хорошо о Белом движении и плохо о Красной Армии. Но ведь история и справедливость требуют не следовать идеологической кон ъюнктуре, а давать безоценочную правду. Да, красноармейцы допускали нема ло жестокостей. Но между прочим, Фурманов в своём романе пишет и о мародер стве, и о насилии над мирным населением красноармейцев - роман издан в 1923-м, тогда ещё не было жёсткой коммунистической цензуры… Но ведь не меньшую ж естокость допускали и противники красных… Нельзя без содрогания читат ь несколько страниц в конце романа, когда казаки изощрённо пытают, убива ют и измываются над трупами красноармейцев… Сегодня мы видим, что Красная Армия принесла на своих штыках бесчелове чный тоталитарный режим. Но разве это было видно в 1918-ом году? Тогда страна раскололась на две части, и каждый должен был сделать свой выбор… И ещё на до сказать о том, что до большой крайности нужно довести страну, народ, что бы в ней началась гражданская война… В 1991-ом ситуация в России была очень р аскалённой, но ведь гражданской войны не началось. Значит, в 1918 положение в России было в сто крат хуже… Да, победителей в гражданских войнах не бывает. Но что лучше: всё же сдел ать свой выбор, поверить во что-то, или бросить страну, как безнадёжно боль ную мать и ничего для неё не делать? Ведь Фурманов как солдат и как писатель служил - и служил самоотверженн о - не конкретно партии большевиков или кому-то из её лидеров, да, он был дру жен с Михаилом Фрунзе, но не ему и не Ленину он служил. Как солдат он служил России. Как писатель он служил истории и русской словесности. Нельзя не сказать ещё об одной очень больной для памяти о Фурманове вещ и. По фильму "Чапаев" народ узнаёт о некоей Анке-пулеметчице, якобы воевавш ей рядом с Чапаевым и его оддинарцем Петькой Исаевым. И вот уж какой год гу ляет эта в кавычках "троица" по анекдотам. А некий режиссер Ершов снял поха бный фильм, определив его как "эротический боевик", с этими же персонажами … В романе Чапаев никакой Анки-пулеметчицы нет. Есть Анна Никитична - нача льник кульпросветотдела 25 дивизии, которая появляется в романе всего тр и раза, и всем посвященным известно, что она - это реальная жена Фурманова Анна Никитична Стешенко, с которой Фурманов познакомился ещё в 1915 году в с анитарном поезде на первой мировой войне, и до смерти писателя они были н еразлучны. Через несколько лет после 1926-го, смерти Фурманова, Анна Никитична вышла з амуж за венгра Лайоша Гавро, от которого родила сына - и записала в его мет рике Дмитрий Фурманов. В 1938 году Лайоша Гавро, который жил в Советской Росс ии обвинили в организации вооруженного восстания на Дальнем Востоке и р асстреляли. Анна Никитична после гражданской войны работала в издательстве "Совет ский писатель", была директором Московского драмтеатра, затем - ГИТИСа. Ск ончалась в 1941-ом. Очень злую вещь сделал с памятью Фурманова и его жены Главлит, когда, про читав первоначальный сценарий фильма «Чапаев», устами одного из своих ч иновников сказал: "На фронтах гражданской воевало много женщин. Введите в сценарий эдакую боевую Анку-пулемётчицу…" А на похабного - иначе не скажешь - режиссера Ершова Дмитрий Людвигович Ф урманов сегодня подаёт в суд. И, думается, его выиграет, и фильм запретят к показу, и память четы Фурмановых хоть в этом не пострадает… Н есмотря ни на какие идеологические бури , вихри и завихрения, что бушевали и бушуют в нашей стране с момента выход а произведений Фурманова до сегодняшнего дня, и он сам, как значительный русский писатель, и Василий Иванович Чапаев - как одна из самых значитель ных личностей России 20-го века - будут жить. Наверное, ещё очень долго. И очень хотелось бы, чтобы память о них была чистой. Список использованной литературы. 1. Д. А. Фурманов. Чапаев // Изд. «Худ ожественная литература» Москва 1989 г. 2. Большой библиографическ ий словарь. 3. А. В. Луначарский. Предисловие к книге Д. Ф урманова «Чапаев» 4. Ю. Либединский. Большевик, воин писатель
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Жестокий мальчик прочёл Деду Морозу с табуретки всего Иосифа Бродского.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Д.А. Фурманов "Чапаев"", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru