Реферат: О датировке церкви Усекновения главы Иоанна Предтечи в Дьякове - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

О датировке церкви Усекновения главы Иоанна Предтечи в Дьякове

Банк рефератов / Искусство и культура

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 41 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

О датировке церкви Ус екновения главы Иоанна Предтечи в Дьякове Церковь Усекновения Главы Иоанна Предтечи в Дьякове относится к таким п амятникам московского каменного зодчества XVI столетия, история которых, несмотря на многолетний интерес ученых, продолжает таить немало загадо к и противоречий. На протяжении почти всего существования нашей науки хр ам пользовался неизменным вниманием исследователей. Это объясняется т ем, что он занимает особое место в сложившейся еще в первых работах по ист ории московского зодчества концепции одной из линий развития архитект уры XVI в., приведшей к созданию собора Покрова на Рву. Концепция сложения ти па многопридельного храма была построена на принципе эволюционного ра звития, сформулированном еще Ф.И. Буслаевым: "Откуда бы ни взялся башенный стиль Василия Блаженного, стиль этот должен был выработаться у нас истор ически, последовательно"1. С 1860-х гг. по наши дни исследователи часто руково дствуются убеждением в том, что, во-первых, все изменения, происходившие н е только в декоре, но и в объемно-пространственной композиции, заложены в первоначальной основе; во-вторых, развитие происходит постепенно, путем эволюции, при наличии промежуточных форм; в-третьих, это эволюция от прос тейших и рациональных форм к сложным и декоративным2. Датировки церкви в Дьякове 1529-1530, а затем 1534-1547 и 1553-1554 гг. и особенности ее художес твенного облика определили положение памятника в эволюционном ряду мн огопридельных столпообразных храмов, выстроенном в отечественной лите ратуре. Оно обосновывалось суждением, что тенденция к созданию композиц ии, образованной столпообразными объемами, зарождается, как считалось, у же в кубических четырехстолпных храмах, а именно, в соборе Успенского Ст арицкого монастыря. Выделение центральной главы на высоком восьмиугол ьном постаменте, при пониженных угловых частях, над которыми поставлены аналогичные главы, привело к усложнению и некоторому расчленению едино го архитектурного объема на группу из пяти соподчиненных объемов3. Разви тие же этого приема видели в церкви в Дьякове, послужившей, как принято сч итать, непосредственным прототипом собора Покрова на Рву. Все новое, осу ществленное строителями дьяковского храма, было использовано в усложн енной форме в московском соборе 1555-1561 гг.4 В то же время в объемно-пространст венной композиции этого памятника видели пересечение двух линий разви тия других типологических групп - столпообразных храмов "иже под колокол ы" (типа столпа Иоанна Лествичника) и шатровых церквей5. Кроме того, еще в XIX в . сложилась концепция, по которой итальянцы, появившиеся в России на рубе же XV-XVI вв., принесли с собой технические навыки, позволявшие отступить от в изантийского строительного канона и воплотить самобытные черты древне русского зодчества, сохранявшиеся в деревянной архитектуре6. Схема развития - от первых шатровых и столпообразных церквей через собор Успенского Старицкого монастыря к церкви в Дьякове, а от нее к собору Пок рова на Рву - повторена с незначительными вариациями во многих работах7. О днако, с определенного момента оказалось, что наука не располагает докум ентально подтвержденными данными о времени строительства в Дьякове. Хо тя эволюционное развитие русской архитектуры не вызывало в своем логич еском построении сомнений, атрибуция его наиболее важного звена превра тилась в одну из постоянных проблем истории архитектуры. Первая датировка церкви в Дьякове, опубликованная Ф.Ф. Рихтером, использ овавшим записи в клировой летописи, долгие годы не пересматривалась. Его предположение о закладке этого храма в 1529 г. по обету в связи с ожиданием н аследника - будущего Иоанна IV - и об окончании его в 1530 г.8 повторялось в литер атуре вплоть до 1925 г. Незначительные расхождения его последователей каса лись вопроса о возведении храма до рождения Иоанна Васильевича, в 1529 г., как моления о чадородии9, или о сооружении его в 1530 г. как благодарения за сверш ившееся обетование10. Дополнительное обоснование авторы находили в посв ящениях престолов, получавших в этих работах соответствующее истолков ание11. В 1925 г. К.К. Романов впервые указал, что 1529 г. как дата строительства церк ви Усекновения Главы Иоанна Предтечи относится не к храму в Дьякове, а к п омещенной под тем же годом в летописи по Воскресенскому списку церкви на Старом Ваганькове12. В.П. Згура13, а затем и другие исследователи согласились с Романовым, и мест о обетной церкви 1529-1530 гг. занял деревянный храм в Ваганькове, датируемый по Никоновской летописи 1531 г. Попытки установить датировку основывались теперь уже исключительно на истолковании посвящений алтарей Дьяковского храма. Отказ от прежней да тировки поставил под сомнение и гипотезу о связи его замысла с молением о чадородии. В 1936 г. А.И. Некрасов заменил его идеей наследственной власти, ч то позволило приблизить датировку к венчанию на царство. Он поместил хра м в границах между 1534 и 1547 гг.14 В 1955 г. М.А. Ильин датировал храм 1553-1554 гг. как моленны й о рождении наследника Ивана IV, царевича Иоанна15. Эта датировка была прин ята в литературе и в определенной степени повлияла на выводы исследоват елей, анализировавших результаты археологических изысканий 1950-1960-х гг. М.А. Гра и Б.Б. Жиромский, интерпретировавшие результаты исследований И.И. Нов икова16, отнесли храм в Дьякове к 1551-1554 гг.17 Нижний предел этой датировки основ ан на найденных И.И.Новиковым надгробных плитах 1534, 1535,1551 гг. Однако с какой-ли бо долей вероятности можно судить об этом только по плите 1535 г., свидетельс твующей о строительстве церкви после этого времени18. Утверждения, основанные на истолковании посвящений престолов, оказыва ются в этом случае весьма зыбкими. Эти посвящения могут быть характерным и для всего времени правления Ивана IV. Отсутствие среди них посвящений па трональным святым членов царской семьи, на которое ссылались А.И. Некрас ов, М.А. Ильин19, не может служить атрибуционным признаком. Их не было и в так их программных произведениях, как собор Покрова на Рву. Возможности подо бной атрибуционной методики в отношении церкви в Дьякове можно считать исчерпанными после работы В.В. Кавельмахера, подвергнувшего обоснованн ой критике существовавшие в литературе подобные аргументации тех или и ных датировок20. Вернувшись к уже забытой записи в клировой летописи, он пр едположил существование на месте церкви в Дьякове более раннего моленн ого храма 1529 г. Зачатия Иоанна Предтечи с приделами Зачатия Анны и Констат ина и Елены21. Считая, что обетная церковь Усекновения Главы Иоанна Предте чи с приделами апостола Фомы и Петра Митрополита на Старом Ваганькове сг орела в пожар 1547 г., он допустил вероятность переноса ее престолов, не встре чающихся более на Ваганькове, в Дьяково, в результате чего сложился сост ав их посвящений в существующем храме. Это наиболее логичная концепция и стории появления престолов в Дьякове. Однако и она не уточняет датировку памятника, так как у нас нет данных об отсутствии престолов деревянной ц еркви 1531 г. во второй половине XVI в. в Старом Ваганькове (автор основывается н а архивных материалах XVII в.)22. Нельзя также утверждать, что перенос престол ов сопровождался немедленным строительством каменного храма. Но предп оложения В.В. Кавельмахера позволяют с большими основаниями обсуждать в озможность строительства храма после 1547 г. Можно заметить, что все исследователи не поднимали верхнюю границу возв едения церкви в Дьякове выше 1554 г. Это связано не только с привязанностью к гипотезе о моленном храме. Прежде всего, эта граница определилась времен ем строительства собора Покрова на Рву. Если в начале изучения русского зодчества известная датировка 1529 г. послужила основой для разработки тео рии происхождения многопридельных храмов, то затем концепция эволюцио нного и имманентного развития русской архитектуры во многом определял а атрибуционные поиски. В то же время, памятник практически не сопоставл ялся с тем архитектурным окружением, в которое он хронологически помеща лся благодаря изменениям в атрибуции. Так ли безупречны связи внутри эволюционной линии, чтобы полностью игно рировать этот вопрос? Не абсолютизируем ли мы тенденцию к выделению комп артиментов четырехстолпного храма в старицком Успенском соборе, котор ая якобы могла непосредственно привести к созданию столпообразной гру пповой композиции? Суждение об этой тенденции в большей степени основан о на художественном впечатлении. Обособленность угловых частей достат очно относительно выражена во внешнем построении объемов старицкого х рама. Они не меньше связаны с завершением подкупольного квадрата, чем в с оборе московского Рождественского монастыря (наиболее близком по архи тектуре предшественнике собора в Старице). В обоих сооружениях композиц ионное построение направлено на выявление средокрестия. Только в Стари це вместо одной боковой юго-восточной главы главами на постаментах увен чаны все угловые компартименты. Обособленность не находит подтвержден ия и во внутренней пространственной структуре. Угловые помещения, перек рытые в Рождественском соборе крестовыми сводами, в Старице получили св етовые главы. Арочные проемы, связывающие их с центральными нефами, несм отря на разницу с высотой рукавов пространственного креста, достаточно высоки для того, чтобы сохранить един ство внутреннего пространства чет ырехстолпного храма. Это развитие в пятиглавом сооружении выраженной у же в соборе Рождественского монастыря идеи дифференцированного динами чно нарастающего к центру композиции внутреннего пространства. Эволюционный переход от Успенского собора в Стар ице к церкви в Дьякове, описанный в литературе, также мало обосновываетс я известной точкой зрения, по которой итальянские технические навыки по зволили воплотить в камне самобытные черты деревянного зодчества. В дей ствительности связи композиционного построения церкви в Дьякове и Пок ровского собора с деревянными храмами представляются весьма зыбкими, т ак как деревянные аналоги относятся к более позднему времени23. Формальн ый характер носят часто приводимые в литературе параллели с храмами Воз рождения, особенно с рисунками Леонардо да Винчи и собором св. Петра24. Мно гообъемность этих центрических сооружений всего лишь внешняя оболочка компартиментов единого внутреннего пространства, о чем не приходится г оворить в отношении многопридельных столпообразных построек. Безусловно одно - в архитектуре церкви в Дьякове, кроме сходных с собором Покрова общих композиционных приемов, присутствуют и второстепенные (н о весьма существенные для атрибуции) конструктивные и декоративные дет али, говорящие о том, что между строительством этих храмов не могло пройт и много времени. Укажем только на некоторые из них. Прежде всего, это копье образные наличники окон центрального столпа, апсиды и лоджии в церкви Дь якова и на восьмерике Покровского придела собора на Рву25. Здесь интересн о то, что и в том, и в другом сооружении в идентичной форме перефразированы наличники окон угловых выступов церкви Вознесения в Коломенском. Обращ ает на себя внимание одинаковая трактовка некоторых обломов в профилях: так основной акцент в завершающей части карниза сделан на гуське, которы й подчеркнуто укрупнен. Нельзя не согласиться с исследователями, писавш ими о том, что пластический язык дьяковской церкви более сдержан и лакон ичен по сравнению с собором Покрова на Рву. Остается вопрос: являются ли ф ормы Покровского собора усложнением и развитием архитектурных приемов Дьяковской церкви или, наоборот, храм в Дьякове был упрощенной репликой московского собора? Попробуем все же сопоставить церковь в Дьякове с немногими предшественниками собора Покрова на Рву, то есть с к ругом сооружений, среди которых ее помещает принятая датировка 1551-1554 гг. Од на из немногих датированных построек, наиболее близких по времени к пери оду строительства церкви в Дьякове, сохранившихся до XX в., - Успенский собо р Симонова монастыря 1546-1549 гг.26 Обмеры, фотофиксация перед сносом27 позволяю т представить облик этого храма. В 1950-е гг. он считался слишком архаичным дл я зодчества 1540-х гг. П.Н. Максимов искал этому объяснение в ориентации его с оздателей на архитектуру предшествующего собора 1379-1405 гг.28 Однако сооруже ния первой трети XVI в. обнаруживают большую близость к собору Симонова мон астыря, нежели памятники раннемосковского зодчества. Судя по иконографическим материалам, это был четырехстолпный храм на вы соком подклете. Его стены были расчленены трехуступчатыми пилястрами с развитыми капителями. Четверик венчали два ряда закомар с главой, стояще й на постаменте с ложными кокошниками29. Кресчатые столбы, поддерживающи е подпружные арки, завершались трехчастными капителями. В пятах подпруж ных арок на стенах четверика им соответствовали идентичные по профилир овке импосты30. Мы не имеем сведений о конструкции сводов, но композиция за вершения этого собора с введением килевидных форм, детали интерьера, дро бные по профилировке широкие архивольты - все это в совокупности сопоста вимо с архитектурой уже упоминавшегося нами собора Рождественского мо настыря в Москве (не датированного, но традиционно относящегося к началу XVI в.) Это сходство не случайно. Оба памятника представляют разные стадии разв ития одного направления в зодчестве XVI в. Хронологически и стилистически место между ними занимает собор Старицкого Успенского монастыря. Аркат урно-колончатые пояса этого собора заменили собой пояс с городками, отре зающий килевидные закомары от плоскости стен, известный нам по собору Ро ждественского монастыря в Москве и собору Благовещения в Киржаче. Импос ты под архивольтами закомар приобрели в Старице вид капителей. Как в соб оре Рождественского монастыря, здесь в интерьере присутствует особенн ость, характерная для целого круга построек 1500-1530-х гг. (см., например. Успенск ий собор в Дмитрове). Ее смысл в выделении конструктивной структуры соот ветствующими ордерными членениями31. Сочетание этих деталей интерьера с такими традиционными московскими чертами как ярусное построение заком ар, килевидные очертания архивольтов, отсутствие горизонтальных, едины х для всех плоскостей фасада членений по высоте составляет характерную особенность этой группы, включающей, прежде всего, соборы Рождественско го, Успенского Старицкого, Симонова монастырей. К этому кругу, вероятно, можно отнести и церковь Антипия на Колымажном дв оре, бесстолпный храм с крещатым сводом, датированный Л.А. Давидом середи ной XVI в.32 Л.А.Давид справедливо отмечал сходство капителей на лопатках это й церкви с капителями Успенского собора Симонова монастыря и общее для н их устройство второго восьмигранного яруса кокошников33. Следует отмети ть, что плечики (термин Л.А. Давида) лопаток, отделяющих боковые прясла сте н, также сопоставимы с трехуступчатыми пилястрами Успенского собора Си монова монастыря. Уникальная для бесстолпных храмов деталь этого памят ника - пилястры в интерьере, отвечающие наружным лопаткам и членящие пло скости стен до уровня пят крещатого свода - своеобразный отзвук общей те нденции к ордерному членению внутреннего пространства крестовокуполь ного храма. Для первой половины XVI в. постройки этого круга (собор Рождественского мон астыря, собор Старицкого монастыря, собор в Киржаче, церковь Антипия на К олымажном дворе) представляют лишь одно из направлений в архитектуре эп охи, в большей степени, чем другие, связанное с традиционным московским з одчеством и менее подверженное проникновению итальянизирующих мотиво в в наружный декор34. Таким образом, облик собора Симонова монастыря, продо лжающий эту линию развития, уже не оказывается единичным, намеренно ретр оспективным явлением в архитектуре конца 1540-х гг. Посмотрим, насколько он о локально для московского зодчества рубежа 1540-1550-х гг. Мы обратимся теперь к Богоявленскому собору ростовского Авраамиева мо настыря, сооруженному Иваном IV к 1554-1555 гг. Судя по описным книгам, позволяющи м его датировать,35 - это наиболее близкий предшественник собора Покрова н а Рву. В композиции этого памятника объединены основные типы храмов, сущ ествовавшие в середине XVI в. в московском зодчестве. Архитектура собора по зволяет проследить на одном сооружении трактовку художественных форм бесстолпного кубического храма, шатрового сооружения, церкви под колок олы, монастырского четырехстолпного пятиглавого собора. При всех особе нностях каждого из них, определяемых и самим типом построек, они обнаруж ивают единство декоративных форм. Характерная черта - отсутствие италья низирующих ордерных членений в композиции фасадов. Как и в храмах круга Симонова монастыря, здесь отсутствуют антаблементы или карнизы, отреза ющие закомары от плоскости стен. Ярусы кокошников, не связанные с констр укцией свода северо-западного придела, позволяют вспомнить завершение церкви Антипия на Колымажном дворе и собора Симонова монастыря. Не менее примечательны килевидные формы закомар и кокошников основного ядра со бора и его приделов. Архитектура соборов Симонова и Богоявленского Авраамиева монастырей п озволяет судить о московском зодчестве в эпоху предполагаемого исслед ователями возведения храма в Дьякове. Можно сделать определенные предп оложения о художественном языке того времени, основанном на формах, трад иционных для московской - и шире северо-восточной - архитектуры. В 1540-е гг. - п ервой половине 1550-х гг. происходит отказ от итальянизирующих мотивов 1510-1530-х гг. Это предположение не покажется голословным, если мы привлечем сопост авимые с описываемыми монастырскими соборами постройки, такие как церк овь Рождества Богородицы в Медведевой пустыне 1547 г.36, церковь Введения на П одоле 1547 г. в Сергиевом Посаде, или сооружения, построенные, по мнению некот орых исследователей, как мемориальные в ознаменование Казанской побед ы до возведения собора Покрова на Рву, из которых с большой степенью дост оверности можно назвать собор Успенско-Брусенского монастыря в Коломн е37. С чем связано это усиление традиционных черт московского зодчества, ска зать трудно. Это тема отдельного исследования. Не исключено, что объясне ния можно найти в изменениях в среде мастеров, произошедших после прекра щения работы итальянских архитекторов на Руси в начале 1540-х гг.38 Облик церкви в Дьякове чужд архитектуре 1540-х - первой половины 1550-х гг., прежд е всего, по иконографии декора. Храм принадлежит к другой эпохе в развити и архитектурной пластики XVI в., связанной со вторым (по отношению к 1510-1530-м гг.) о бращением к итальянизмам. Его катализатором в середине XVI в. оказался собо р Покрова на Рву. Желание его строителей в соответствии с программой выд елить храм из обыденного окружения вызвало обращение к нетрадиционным архитектурным формам39. В декоре собора Покрова на Рву выявляется целый итальянизирующий пласт, который может быть связан с возвратом к зодчеству 1510-1530-х гг. Это касается не только использования конкретных декоративных мотивов, но и принципов о рганизации формы. Прежде всего, следует указать на новое, по сравнению с п редшествующим периодом, ордерно-графическое осмысление плоскости. Она осознается как пластически активный элемент всего архитектурного орга низма. Через ордерную организацию каждого яруса каждого участка стены д остигается выразительность всей структуры. Этому служат полукруглые и прямоугольные профилированные ниши, ложные аркады, системы горизонтал ьных ярусных членений карнизами. В более схематичном виде эта система присутствуе т в церкви Дьякова. А.И. Некрасов одним из первых указал на итальянизирующ ий характер ее архитектуры, связав это явление, при датировке церкви 1529 г., с влиянием Архангельского собора40. Последнее утверждение может быть ско рректировано, поскольку источники итальянизмов в московском зодчестве XVI в. не исчерпывались только Архангел ьским собором. Связь с его архитект урой в середине века уже была опосредованной. Но как мы убедились, анализ иконографии декора не позволяет поместить це рковь в Дьякове в контекст зодчества периода, непосредственно предшест вовавшего строительству собора Покрова на Рву. Однако этого еще не доста точно для атрибуции, что казалось бы оставляет право декларировать искл ючительность архитектуры церкви в Дьякове, которая была затем творческ и развита и осмыслена в соборе Покрова на Рву. Поэтому соединим сделанны е нами наблюдения с формально-стилистическим анализом пластической пр оработки, детальной трактовки архитектурной формы. На примере того же со бора Симонова монастыря и церкви Антипия на Колымажном дворе мы могли ув идеть, что московские постройки середины XVI в. и в этом сохранили преемств енность с храмами первой трети XVI в. Кроки и чертежи П.Н. Максимова позволяю т нам судить о дробности многочастных профилей собора Симонова монасты ря. Обилие мелких двойных лестелей, чередующихся с крупными полочками и обломами разных размеров, создают мягкую рельефность ордерных деталей, сопоставимых с проработкой декора Успенского Старицкого собора41. Такая характеристика применима не только к постройкам с использованием бело го камня. В соборе Симонова монастыря и церкви Антипия компоновка тонких валиков, полочек и подобных мелких членений с крупными формами создавал а ритм вертикального развития элементов декора. Небольшой вынос профил ей образовывал плавные полутени, что придавало структуре декора мягкую пластичность. Собор Авраамиева монастыря, несмотря на большую лапидарн ость декора по сравнению с симоновским собором, сохраняет свойственную московскому зодчеству первой половины XVI в. сочность и, вместе с тем, мягко сть прорисовки деталей. Так, в шатровом приделе св. Авраамия поле нижних з акомар превращено в перспективную нишу, в которой архивольт сливается с тимпаном (ил. 1). Мастера используют контраст пластической массы стены и вы резанной в ней декоративной формы (портал придела св. Иоанна Предтечи), а т акже членения мелкими профилями широких плоскостей (четырехстолпный х рам Богоявления). Эта мягкость начинает исчезать в пласт ике собора Покрова на Рву. Новые принципы построения архитектурной форм ы, новое понимание плоскости стены, иная иконография, декора соединяются здесь с тенденцией возвращения к профилировке первой трети XVI в., хотя зде сь ее элементы более укрупнены, менее графичны. Ограничена и вариация об ломов внутри профилей. Но и здесь, как и в храмах первой трети XVI в. и 1540-1550-х гг., н е только в белокаменных, но и в кирпичных профилях используются тонкие п одрезки крупных обломов, контрастные соотношения мелких и крупных, крив олинейных и прямых элементов. На их соотношении основана и композиция де талей, в которых, как правило, крупные криволинейные обломы служат завер шением более мелких профилей. Сохраняется мягкость перехода от плоскос ти стены к профилям, вынос которых постепенно наращивается от нижних час тей детали к верхним. Сопоставимы с декором собора Покрова на Рву и архитектурные украшения п ридела Покрова Богородицы московского Архангельского собора, датирова нного примерно теми же годами (1553-1554)42, к которым обычно относят и церковь в се ле Дьякове. На реконструкции В.Н. Меркеловой фасада этого придела можно у видеть форму цоколя и поясов, раскрепованных на трехъярусных пилястрах. Так, например, фасад имел развитый цоколь с карнизом и базой, состоящие из мелких чередующихся криволинейных деталей с мелкими лестелями. Набор о бломов в профилях придела не был ограничен четвертным валом. Мелкие лест ели разделяют более широкие плоскости и обломы43. Пластическая проработка декора в дьяковской церкви представляется при нципиально иной (ил. 2). При повторении некоторых тем ритмического строя со бора Покрова на Рву структурным элементом декора становится только соч етание полочек с четвертным валом. Модулем членений декора становится к ирпич. Здесь практически нет мелких лестелей, усложняющих и придающих ут онченность крупным кирпичным формам. Различие в размерах элементов про филя достигается варьированием способов кладки: постановка кирпича на ребро, на постель. Отличия не исчерпываются только лишь упрощением мотив ов архитектуры 1550-х гг. Подобная лапидарность имеет одно следствие, важно е для всего художественного облика. Вот в чем оно состоит: композиция дек ора строится из одинаковых и идентичных по размеру профилей, что придает определенную механистичность, чуждую памятникам 1540-1550-х гг. Декоративная обработка разных объемов не выходит за границы общей схемы. Так, расчлен ение крупных форм, таких как фронтоны и кокошники центрального столпа, д остигается увеличением количества тех же структурных элементов. Упрощ ается и пространственное развитие декора. Соотношение между плоскость ю стены и профилями приобретает жесткость. Появление одинаковых резких теней является следствием отказа от вариации криволинейных обломов и с ведением их к четвертному валу. Это увеличивает геометризм применяемых форм. Так, в церкви в Дьякове, как и в соборе Покрова на Рву, восьмигранные с толпы завершаются развитыми по высоте карнизами. При этом в Дьякове подч еркнуто укрупненный гусек Покровского собора заменен простым откосом. То, что замена белокаменной детали произошла здесь в кирпиче именно в та кой форме, связано не с материалом, а с другим художественным мышлением. Новое отношение к форме проявляется и в порталах центрального столпа дь яковской церкви - наиболее сложных и проработанных деталях этого памятн ика. Так, западный портал представляет упрощенный вариант итальянизиру ющего по характеру портала, к которому принадлежат и порталы Покровског о столпа собора Покрова на Рву. Портал дьяковского храма лишен откосов. О н состоит из двух пилястр с трехчастным импостом, на которые опирается п олуциркульный архивольт. Место откоса занимает дополнительный уступ, о бразующий нишу, повторяющую контуры портала. Архивольт состоит из одног о четвертного вала, фланкированного полочками (сверху - две, снизу - одна). В карнизе помещен единственный в этом памятнике гусек (крупный, с большим выносом), подрезанный тонким лестелем, под ними крупная полка. Архитрав о бразован полкой и четвертным валом. Все детали обладают значительным вы носом. Переходы от одного элемента к другому лишены мягкости, присущей п орталам Покровского собора. Таким образом, и по пластике декора церковь в Дьякове выпадает из москов ского зодчества не только второй половины 1540 - начала 1550-х гг., но и времени ст роительства собора Покрова на Рву. Это не позволяет согласиться с распро страненным утверждением о подготовке в архитектуре церкви в Дьякове бо лее совершенного художественного языка собора "о Казанском взятее". Можн о усомниться и в том общем положении, что объемно-пространственное постр оение дьяковской церкви с ее восточными столпами, примыкающими к апсиде центрального восьмерика, - почва для будущего усложнения композиции отд ельных столпов на едином основании Покровского собора. Более традицион ное толкование идеи групповой композиции столпообразных храмов, наблю даемое в церкви в Дьякове, находит прямую аналогию в соборе Бориса и Глеб а в Старице, сооруженном в 1558-1561 гг., то есть тогда, когда заканчивалось строи тельство Покровского собора44. В этом храме восточные столпы слиты с цент ральным столпом и его апсидой. Их грани превращены в стены вимы. Западные столпы также примыкают к восьмерику главного храма. И это заставляет ост орожнее отнестись к теории постепенных поисков, предшествующих появле нию новации в архитектуре. Подобные сомнения позволяют расширить хронологические границы возмож ной атрибуции и обратить внимание на зодчество другой эпохи. Трактовка ф орм декора дьяковской церкви оказывается идентичной интерпретации схо дных декоративных мотивов в целой группе храмов, созданных после оконча ния строительства собора Покрова на Рву. Эти постройки, воздвигнутые как домовые церкви Ивана Грозного в Московском Кремле и Александровой слоб оде, могут быть объединены под условным названием придворной школы 1560-1570-х гг.45 Возвращение в московское зодчество итальянизирующих мотивов декора в соборе Покрова на Рву стало началом сложения нового направления в архит ектуре второй половины XVI в. Его характерные черты проявились уже в облике Сретенского собора Московского Кремля (после 1560 г.)46, о котором можно судит ь по ряду графических источников. Преобразование стены в графическую ст руктуру из геометрических замкнутых элементов проявилось здесь в запо лнении прясел стен, отрезанных от фронтона антаблементом, замкнутыми ни шами-филенками47. Вероятно, в какой-то степени храм48 повторил московскую ц ерковь Николы в Мясниках49. Как и Сретенский собор, этот бесстолпный храм о бладал не трехлопастным, а щипцовым завершением фасадов. Участки его сте н, ограниченные лопатками и антаблементом, были обрамлены картушами. Наши знания об архитектуре Сретенского собора 1560 г ., разобранного в XVIII в., очень ограничены. Представления о придворной школе 1560-1570-х гг. основываются, прежде всего, на приделах Благовещенского собора, датированных по летописи. Они были возведены к 1564-1566 гг.50 Другая группа пост роек, о времени строительства которых в литературе нет единого мнения, с ооружена в Александровой слободе. Это Троицкая и Успенская церкви и пере строенная Иваном Грозным Распятская церковь под колоколы 1510-х гг. Здесь н ет места рассмотрению полемики об их атрибуции. Наиболее аргументирова нные даты названы пока в литературе Г.Н. Бочаровым и В.П. Выголовым: Троицк ая церковь - 1570-1571 гг., церковь Успения - 1571-1575 гг., Распятская церковь-колокольня - вторая половина 1570-х гг.51 Во всяком случае, с большей достоверностью можно относить церковь Троицы и Распятскую церковь к эпохе опричнины, то есть после перенесения двора Ивана Грозного в Александрову слободу в 1564 г. Ико нография памятников этого круга основана на мотивах, условно называемы х в литературе итальянизмами, почерпнутых как из собора Покрова на Рву, т ак и непосредственно из построек начала XVI в. Атрибутировать памятник по сюжету итальянизирующего декора достаточн о трудно, так как и в архитектуре 1510-1530-х и 1560-1570-х гг. можно найти внешне аналоги чные декоративные мотивы. Различие устанавливается по особенностям их трактовки. Его можно продемонстрировать на примере такой второстепенн ой детали, как декоративная ниша на пилястре. Встречаясь с конца 1500-х по 1530-е гг., она, как правило, украшалась по контуру несложной профилировкой. В это м виде она существовала и в 1550-е гг., например, в соборе Покрова на Рву. В 1560-1570-е г г. ее трактовка упрощается до простой врезки. Это создает жесткую графич ескую тень вместо дробной и мелкой в постройках первой половины XVI в. и в со боре о Казанской победе 1555-1561 гг. В этом можно убедиться при сравнении подоб ных разновременных деталей в галереях Благовещенского собоpa: на пилястр ах аркады рубежа XV-XVI вв. и на устоях импостов двойных окон 1564-1566 гг. под северо- западным приделом Собор Пресвятой Богородицы. Именно такую трактовку м ы видим и на пилястрах галереи и порталов центрального столпа в Дьякове. В 1560-е гг. исчезает итальянизирующий прин цип расчленения плоскости, основанный на взаимосвязанности стены и дек ора, выявляющего ее глубину в пространстве, и характерный для пластики с обора Покрова на Рву. Декор, создающий структуру развития пластики стены , превращается в архитектуре 1560-х гг. в схему, наложенную на ее поверхность. Это касается не только уже упомянутой трактовки декоративной ниши, но и более крупных деталей. Так, например, порталы приделов Благовещенского с обора и приделов церкви в Дьякове становятся обособленной от стены граф ической формой. Они существуют, как бы не соприкасаясь, в параллельных пл оскостях. Характерная черта этого времени состоит в следующем. В московском зодче стве 1540 - первой половины 1550-х гг. сокращается состав итальянизирующих моти вов в декоре. Но при традиционности декорации фасадов сохраняется класс ичность в проработке профилей. Так, Л.А. Давид отмечал сходство капителей собора Симонова монастыря и церкви Антипия с ордером церкви Вознесения в Коломенском52, а С.С. Подъяпольский предполагал влияние на них форм церкв и Воскресения в Московском Кремле53, оконченной до 1543 г. Петроком Малым54. В со боре Покрова на Рву; как мы уже отмечали, итальянизирующим элементам ком позиции декора фасадов и интерьеров соответствуют и детали профилиров ки. Напротив, в церкви в Дьякове итальянизирующие мотивы как основной ст руктурный элемент композиции фасадов сочетаются с неклассичностью дет алей. Эта особенность находит соответствие именно в архитектуре эпохи о причнины. Примитивизация классических профилей в архитектуре дьяковского храма адекватна интерпретации ордерных элементов в приделах Благовещенског о собора (ил. 3) и Троицкой церкви Александровой слободы. На фасадах этих по строек отсутствует, например, раскреповка карниза над пилястрами. Карни з юго-восточного придела, раскрепованный не только над угловыми, но и над всеми пилястрами, - результат реставрации XX в.55 Как и в дьяковской церкви, в ариации профилей сведены в приделах Благовещенского собора к чередова нию полочек и четвертных валов. Также, как и в Дьякове, здесь отсутствуют т онкие разграничивающие профиля лестели. Огрубленность профилировки ос обенно заметна в тех местах, где пояса 1560-х гг. соприкасаются с карнизом гал ереи начала XVI в. (см, карниз северного крыльца) или в стыках архивольтов дво йных окон с архивольтами арки галереи под приделом Собор Пресвятой Бого родицы. Характерна в этом отношении профилировка килевидных кокошнико в, лишенная криволинейных обломов. Заметим при этом, что изменения в распределении и выявлении декора на пл оскости привели в приделах Благовещенского собора к превращению стены в сплошную геометризованную поверхность. Исследователи уже отмечали, что некоторые детали архитектуры храма в Дь якове почерпнуты из декора церкви Вознесения в Коломенском. В их числе н азывали копьеобразные наличники. Подобное впечатление создает и форма порталов - две пилястры, поддерживающие карниз с фронтоном (ил. 4). Однако те ма треугольных фронтонов в архитектуре дьяковской церкви - важный компо нент ритмического строя. Художественный образ храма находит соответст вия в постройках придворной школы 1560-1570-х гг., где подчеркнутая графичность декора достигается не только особенностями пластической трактовки, но и иконографией. В приделах Благовещенского собора кроме порталов с треу гольными фронтонами мы находим аналогичное завершение растесанных око н придела Собор Пресвятой Богородицы. Обратим особое внимание на характерную форму порталов, встречающуюся н е только в приделах Благовещенского собора (ил. 5), но и в храме Троицы в Алек сандрове (вход в северную палатку). Порталы Дьякова не представляют полн ой копии входов в приделы Благовещенского собора. Так, филенки присутств уют только на пилястрах больших порталов. Они отличаются более высоким п одъемом фронтона, но при этом они не только обнаруживают типологическое и пропорциональное сходство, но и аналогии в деталях. Характерно соотношение между шириной пилястры и выносом массивного об лома в ее базе. Профили в кремлевских приделах далеки по своей проработк е от архитектуры Покрова на Рву. Еще более схематичными и огрубленными о ни оказываются в малых порталах дьяковского храма. Обращает на себя внимание сходное употребление в приделах Благовещенс кого собора и в церкви в Дьякове некоторых декоративных деталей. Это кас ается квадратных ширинок. Помещенные парами на гранях восьмерика в Дьяк ове, они подчеркивают горизонталь постамента, на котором основан бараба н с экседрами. В схожей трактовке они встречаются в приделах Благовещенс кого собора, где тема ширинок превращает нижний регистр стен приделов в своеобразный постамент - цоколь. Следует указать и на сходство в решении перехода из западной паперти в в осточные приделы. И в Благовещенском соборе, и в дьяковской церкви запад ные приделы, в отличие от восточных, оторваны от основного объема и между ними и его западными углами или гранями образованы узкие проходы. Разуме ется, это обусловлено функциональными причинами, но прием достаточно ха рактерен. Незначительное различие в проработке форм - большая лапидарность профи лей церкви в Дьякове по сравнению с приделами Благовещенского собора - с вязано отчасти с тем, что в ней использован в основном большемерный кирп ич, в то время как в приделах - маломерный. Это позволяет мастерам в Кремле увеличивать количество профилей в карнизах, поясах и т. д. Каменщики в Дья кове достигают подобной дробности профилировки, когда они применяют ма ломерный кирпич для кладки звонницы56. Примечательно то, что мастера как в Кремле, так и в Дьякове употребляют профиля из целого кирпича, не вытесыв ая в нем дополнительных членений, что указывает на идентичное отношение к структуре декора. Проблему близости церкви в Дьякове и приделов Благовещенского собора, а также построек в Александровой слободе нельзя объяснить одним авторст вом. Особенности архитектуры церкви Троицы, Распятской церкви Александ ровой слободы, применение в них характерных приемов не дают достаточных оснований, чтобы говорить об их возведении теми же мастерами, что и моско вских построек. Стоит скорее указать не на единство мастеров, а на единст во круга, условно названного нами придворной школой 1560-1570-х гг. И царская цер ковь в Дьякове вписывается в контекст зодчества эпохи опричнины. Трудне е установить точно время, когда первая церковь в Дьякове могла быть пере строена Иваном Грозным. Ее формы сопоставимы не только с приделами Благо вещенского собора 1564-1566 гг., но и с Распятской церковью в Александровой слоб оде, которая с большими основаниями, чем другие постройки, может быть отн есена к 1570-м гг.57 Ее кирпичные детали, обогащенные введением гирлянд (предс тавляющих упрощенный вариант подобных деталей из порталов собора Покр ова на Рву) и ромбических вставок, так же лапидарны, как и в Дьякове, и состо ят из чередующихся полочек и четвертных валов или ряда одних прямоуголь ных уступов, сделанных из целого кирпича. Более сложная деталь - крупный, и дентичный примененному в церкви Троицы, гусек в карнизе под полицей - вып олнена из белого камня. Исключение составляет профиль круглых окон в зак омарах, в котором широкие четвертные валы разграничены тонкими лестеля ми, что отличает эту деталь от грубой профилировки окна в закомаре церкв и Троицы, выполненной уступами в кирпичной кладке наличника. Здесь можно увидеть и другой родственный для дьяковской церкви прием - расчленение крупных плоскостей одной декоративной формой (ср. филенки, охватывающие грани центрального столпа в Дьякове, и узкие филенки граней нижнего вось мерика Распятской церкви и поверхности стен звонницы с приделом). Поэтом у до точной атрибуции построек Александровой слободы приходится остан овиться на датировке церкви в Дьякове 1560-1570-ми гг. В результате, история архи тектуры может лишиться прямого предшественника собора Покрова на Рву. Н о были ли они у Успенского собора в Москве или собора Новоиерусалимского монастыря? Они появляются не столько в результате последовательного ра звития русского зодчества, сколько благодаря уникальному заказу, претв оренному по-своему зодчими этих построек. Также и собор Покрова на Рву - са мое программное сооружение эпохи Ивана Грозного - мог и не иметь предшес твенников. Примечания 1. Буслаев Ф.И. Русское искусство в оценке французского ученого // Критическ ое обозрение. М., 1879. 5. С. 22. 2 Укажем работы, в которых были заложены основы так ого взгляда на развитие русского зодчества, например: Лашкарев П. Религи озная монументальность // Труды Киевской духовной Академии. 1866. I генварь. К иев, 1866. С. 274; Султанов Н.В. Историческое развитие типа русских колоколен // Реф ераты заседаний VI Археологического съезда в Одессе. 1884. 8. С. 14,15; Суслов В. В. О др евних постройках северных окраин России // Труды VI Археологического съез да в Одессе. 1884. Одесса, 1886. Т. 1. С. 256; Он же . О рациональном развитии отечественно го зодчества // Труды I съезда русских зодчих в С.-Петербурге в 1892. СПб., 1894. С. 62,63; С ултанов Н.В. Рецензия на сочинения А.М. Павлинова: История русской архитек туры, древности ярославские и ростовские, древние храмы Витебска и Полоц ка и деревянные церкви г. Витебска. СПб., 1897. С. 35. 3. Чиняков А. Г. Архитектура второй половины XV - начала XVII вв. // ВИА. М., 1968. Т. 6. С. 86; см. т акже: Ильин М. А. Русское шатровое зодчество: Памятники середины XVI века. М ., 1980. С. 58,59. 4 Слова Ф.Ф.Горностаева, впервые объедин ившего ряд построек под названием столпообразные храмы, о том, что "Общно сть идеи, связывающая собор Покрова с Дьяковской церковью, заставляет ви деть в последней тот главный образец, который прежде всего послужил для выбора формы столпообразных церквей, связанных одной общей ходовой гал ереей", были фактически повторены с некоторыми дополнениями почти всеми историками русской архитектуры (см.: Горностаев Ф.Ф. Столпообразные храм ы // Грабарь И.Э. История русского искусства. СПб., [б. г.] Т. 2. С. 46). 5 См.: Ильин М. А. Русское шатровое зодчество: Памятники середины XVI века. С. 22; Б рунов Н. И. Храм Василия Блаженного в Москве. Покровский собор. М., 1988. С. 71-75, 87. 6 См.: Лашкарев П. Религиозная монументальность. С. 276; Павлинов А. М. История р усской архитектуры. М., 1894. С. 131, 140. На рубеже XIX-XX вв. приобретение навыков, позвол ивших обратиться к национальным корням, связывают и с псковскими мастер ами (см. напр.: Горностаев Ф. Ф. Шатровые храмы // Грабарь И.Э. История русского искусства. Т. 2. С. 57-66). 7 См.: Павлинов А.М. История русской архитектуры. С. 143,144,150; Чиняков А. Г. Архитект ура Московского государства (конец XV в. - XVII в.) // История русской архитектуры. М., 1951. С. 84; Пилявский В. И., Тиц А. А., Ушаков Ю. С. История русской архитектуры. М., 1984. С.216; Брунов Н.И. Храм Василия Блаженного в Москве. Покровский собор. С. 65-71. 8 Впервые отнес храм к первой трети XVI в. И.М. Снегирев. Исходя из характера по священия главного престола он предположил, что церковь сооружена при Ив ане IV, именины которого здесь праздновались в 1533 г. "Обстоятельство сие пре дполагает в Дьякове существование церкви" (см.: Русская старина в памятни ках церковного и гражданского зодчества / Сост. А. Мартынов, текст И.М. Снег ирева. М., 1848. Изд. 2-е. Тетр. 1. С. 103). После публикации труда Ф.Ф. Рихтера, где была по мещена дата строительства, к этой гипотезе ученые уже не возвращались (с м.: Памятники древнего русского зодчества, снятые с натуры и представлен ные в планах, фасадах, разрезах с замечательными деталями, украшениями к аменной высечки и живописи / Сост. и изд. при Моск. дворц. архит. училище под руковод. Федора Рихтера. М., 1850. Тетр. 2. С. 6). Позже А.Корсаков заметил, оправдыва я принятую в литературе идею о строительстве храма Василием III, по поводу сказанного И.М. Снегиревым: "... не естественнее ли отцу ознаменовать благо дарственным памятником рождение сына, нежели самому сыну" (Корсаков А. Се ло Коломенское: Исторический очерк. М., 1870. С. 8, примеч. 2). 9 См.: Павлинов А.М. История русской архитектуры. С. 141; Горностаев Ф.Ф. Столпоо бразные храмы. С. 33; Некрасов А. И. Древние Подмосковные. М., 1923. С. 30. 10 См.: Лихачев Н. В., Е р ш о в А. А. Село Коломенское, что под Москвою, любимое мес топребывание царя Алексея Михайловича: Исторический очерк со многими р исунками в тексте. М., 1913; Корсаков А. Село Коломенское: Исторический очерк. С . 7. 11. См.: Корсаков А. Село Коломенское: Исторический очерк. С. 8; Горностаев Ф. Ф. С толпообразные храмы. С. 34. 12 См.: Романов К. К. Псков, Новгород и Москва в их культурно-художественных в заимоотношениях // Известия РАИМК. 1925. Т. 4. С. 211. 13 См.: Згура В. П. Коломенское: Очерк художественной истории памятников. М., 1928. С. 9. 14 См.: Некрасов А. И. Очерки по истории древнерусского зодчества XI-XVII вв. М., 1936. С . 256-258. 15 См.: Ильин М. А., Максимов П.Н.,КосточкинВ.В. Каменное зодчество эпохи расцве та Москвы // История русского искусства. М., 1955. Т. 3. С. 436. 16 См.: Новиков И. И. Выдающееся произведение русской архитектуры - церковь в селе Дьяково // Ежегодник ГИМ. 1960 год. М., 1962. С. 162-188. 17 См.: Гра М., Жиромский Б. Коломенское. М., 1971. С. 115. 18 Авторы опирались на датировку на надгробной плите 1551 г., найденной И.И. Нов иковым при разборке пола, вторичное использование которой в качестве ст роительного материала могло говорить о возведении храма после 1551 г. (см.: Гр а М., Жиромский Б. Коломенское. С. 114.). Однако эта плита находилась среди други х плит, в том числе XVII в., в кладке пола юго-восточного придела. Она могла попа сть в церковь и в XVII в. (см.: Новиков И. И. Выдающееся произведение русской арх итектуры - церковь в селе Дьяково. С. 186). Больше оснований для определения н ижней границы возможной датировки дает другая плита, 1535 г., найденная И.И. Н овиковым в основании юго-западного угла южной паперти (см.: Там же. С. 172), кото рая могла быть не перемещена. 19 См.: Некрасов А. И. Очерки по истории древнерусского зодчества XI-XVII вв. С. 258; Ил ьин М. А. Русское шатровое зодчество: Памятники середины XVI века. С. 57. 20 См.: Кавельмахер В. В. К истории постройки именинной церкви Ивана Грозног о в селе Дьяково. М" 1989. С. 2-17. 21 Возможность существования на этом месте более ранней церкви подтвержд ается, как справедливо указывали М. Гра и Б. Жиромский, могильными плитами 1530-х гг., свидетельствующими о существовании кладбища, а соответственно и храма (см.: Гра М., Жиромский Б. Коломенское. С. 115). 22 См.: Кавельмахер В. В. К истории постройки именинной церкви Ивана Грозног о в селе Дьяково. С. 18-28. 23 Пока трудно решить вопрос, существовали ли в русском деревянном зодчес тве до строительства собора Покрова на Рву постройки типа храма Троицы в Неноксе XVIII в. (см. такую точку зрения: Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточно й Руси XII-XV вв. М., 1962. Т. 2. С. 221; Брунов Н.И. Храм Василия Блаженного в Москве. Покровс кий собор. С. 61). В пользу их существования, казалось бы, говорит гипотетичес кий облик церкви Успения в Великом Устюге (1492-1493 гг.). По реконструкции Н.Н. Вор онина, это был восьмигранный столп с четырьмя прирубами по осям (см.: Ворон ин Н. Н. Зодчество Северо-восточной Руси XII-XV вв. Т. 2. С. 220, 221). Сообщение летописи "з аложили круглу... о 20 стенах" (Устюжская летопись // ПСРЛ. Т. 37. С. 98) не позволяет в се же судить о форме завершения ни столпа, ни прирубов. Истолкование же из ображений храмовых построек на некоторых новгородских иконах как пяти башенных композиций (см.: Б р у н о в Н. И. Храм Василия Блаженного в Москве. По кровский собор; Воронин Н.Н. Зодчество Северо-восточной Руси XII-XV вв. С. 2.) вряд ли может быть весомым аргументом в решении такого принципиального вопр оса, как существование в XIV или XV вв. многообъемных центрических храмов. Учи тывая более символический, нежели реальный характер архитектурных ран них стаффажей, нельзя согласиться с критикой Н.Н.Ворониным А.И.Некрасова, сомневавшегося в реальности этих изображений (см.: Некрасов А. И. Проблема происхождения древнерусских столпообразных храмов // Труды кабинета ис тории материальной культуры I МГУ. М., 1930. Вып. 5. С. 26). Если даже подобные деревян ные постройки и существовали, то отсутствие других сооружений, подобных собору Покрова на Рву или церкви в Дьякове, до середины XVI в. убеждает в том, что одних деревянных аналогов и новых технических навыков мало для заро ждения такого типа в каменном зодчестве. Возможно, восьмигранные деревя нные строились еще в XIV в. Что же касается стремления многих исследователе й вывести происхождение столпов собора Покрова на Рву из деревянных про образов, то здесь возникает вопрос, можно ли говорить именно о подобных д еревянных, непосредственных источниках, когда в каменном зодчестве уже с рубежа XV-XVI вв. существовал тип восьмигранной церкви под колоколы, которы й был в 1550-е гг. по-новому интерпретирован. 24 См.: Некрасов А. И. Очерки по истории древнерусского зодчества XI-XVII вв. С. 260,261; Б рунов Н. И. Храм Василия Блаженного в Москве. Покровский собор. С. 61. 25. Отметив сходство окон с наличниками в виде тонкой полукруглой тяги, пер еходящей вверху в крутой фронтон с небольшими ушами, М.А. Ильин делает выв од "в пользу предположения, что автором последней был тот же Барма" (Ильин М. А. Русское шатровое зодчество: Памятники середины XVI века. С. 73). Предположе ние о строительстве церкви одними мастерами делали и М.А. Гра и Б.Б. Жиромс кий (см.: Гра М., Жиромский Б. Коломенское. С. 116). 26 В.И. Троицкий и С.А. Торопов обосновали датировку э того собора 1543-1549 гг., сопоставив освобождение монастырских крестьян от по шлин с 1543 по 1549 гг. и пожертвование казначеем Ивана IV П. Головиным денег на пос тройку трапезной с церковью (см.: Троицкий В. И., Торопов С. А. Симонов монаст ырь. М., 1927. С. 7, 8, 27). П.Н. Максимов установил, что весь памятник относится к одному строительному периоду, и указал, что размер кирпича более всего соответ ствует по времени строительным работам 1543-1549 гг. (см.: Максимов П.Н.К характер истике памятников московского зодчества // МИА СССР. 1949. 12. С. 215). В.П. Выголов ус тановил по тексту льготной жалованной грамоты 1543 г., что в 1543-1545 гг., когда стро илась новая церковь под колоколы, старый собор 1379-1405 гг. еще существовал. На основании того, что в 1546 г. льготы были продлены до 1549 г., он пришел к выводу о в озведении собора между 1546 и 1549 гг. (см.: Выголов В. П. Архитектура Московской Ру си середины XV века. М., 1988. С. 52). 27 План, разрезы, детали, проект реконструкции. Максимов П.Н., Воблый Н.В., Кацне льсон Р.Н. 1930 г. - ГНИМА, Р 3845/1-6. фотография храма во время разборки и кроки - ГНИМА , архив 138/1-72. 28 См.: Максимов П.Н.К характеристике памят ников московского зодчества. С. 215, 216. 29 См.: Троицкий В. И., Торопов С. А. Симонов монастырь. С. 28; Максимов П. Н. К характ еристике памятников московского зодчества. С. 215. См.: фотография во время р азборки, подтверждающая выводы П.Н.Максимова, - ГНИМА, архив 138/1-72. 30 См.: схематичные кроки разреза - ГНИМА, архив 138/18. Не исключено, что это мог б ыть и пояс, проходивший по периметру стен. 31 Пяты подпружных арок отмечаются во всех уровнях профилированными импо стами. Столбы, несущие конструкцию повышенных подпружных арок, не превра щаются в угловые части стен благодаря капителям, поставленным в уровне п ят арок, соединяющих их со стенами четверика, а сохраняют значение свобо дно стоящих опор. 32 Л.А. Давид воздержался от точной датировки храма, написав о возможности отнесения церкви Антипия к середине XVI в. (см.: Давид Л. А. Церковь Антипия у го сударевых больших конюшен в Москве // Реставрация и исследования памятни ков культуры. М., 1975. Вып. 1. С. 166). 33 См.: Там же. С. 164,165. 34 В церкви Антипия на Колымажном дворе при традиционно московских черта х встречаются детали, напоминающие о другом направлении в архитектуре п ервой половины XVI в. Мы имеем в виду итальянизирующий по форме портал и пил ястры в интерьере. 35 "... А в церквах Божие милосердие - образы и свечи и книги, и ризы строены бла женные памяти Государя... Ивана Васильевича... шестьдесят третьего году (ци т. по кн.: Титов А. А. Ростовский и Богоявленский Авраамиев мужской монасты рь Ярославской епархии. Сергиев Посад, 1894. С. 26, 27). 36 См.: Я г а н о в А. В. Храмозданная надпись на соборе Рождества Богородицы Ме дведевой пустыни // Реставрация и архитектурная археология: Сб. науч. труд ов ВНИИТАГ. М., 1991, С. 194-198. 37 В литературе храм датируется 1552 г. по исчезнувшей ныне храмозданной надп иси на северной стене храма (сохранилась ниша от доски). Текст публиковал ся без указания даты и с ошибками (см.: Древний храм в Коломенском девичьем монастыре, его возобновление и освящение. Отд. отт. из № 41 Московских Церко вных ведомостей. 1883. С. 1, примеч. 1). Фотография доски хранится в ГНИМА (кол. 5, нег . 46889): "Лета 7060 года поставлена бысть церковь Успения Пречистеа Богородица п ри благоверном царе и великом князе Иване Васильевиче и при епископе вла дыке Феодосии" (приношу искреннюю благодарность Вл.В. Седову, указавшему на место хранения фотографии). Доску видел в натуре А.И. Некрасов, опублико вавший датировку церкви - 1552 г. (см.: Некрасов А. И. Художественные памятники М осквы и городов Московской губернии. М., 1928. С. 171). М.А.Ильин считал, что 1552 г. - это д ата возведения деревянного храма, перенесенная затем на храмозданную н адпись каменного, построенного несколькими годами позже (см.: Ильин М. А. Р усское шатровое зодчество: Памятники середины XVI века. С. 111,112). Тем не менее во всех случаях верхняя граница возведения храма не выходит за пределы 1550-х гг., поскольку епископ Феодосии, занимавший кафедру с 1542 г., последний раз у поминается в 1555 г., и смещен, судя по переписке Грозного с Курбским, избранн ой радой до 1560 г. (см.: Русский биографический словарь: Яблоновский - Фомин. СП б., 1913. С. 359; Строев П. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российския це ркви. СПб., 1877. С. 1031). К 1552 г. был отнесен Никольский храм в Балахне, датированный С.А. Агафоновым по надписи на могильной плите, использованной в кладке по ртала (см.: Агафонов С. А. Шатровая церковь 1552 г. в Балахне // СА. 1966. 3. С. 258, 259). Предпол ожение о том, что надпись сделана каменщиком во время строительства церк ви, допустимо. Однако это могла быть с той же долей вероятности пробная на дпись резчика могильных плит, использовавшего для этого испорченную пл иту или отвергнутую по каким-либо причинам заготовку. Она служит лишь дл я определения нижней границы датировки храма. Это пока не позволяет пере смотреть атрибуцию П.А. Раппопорта, отнесшего по стилистическим признак ам храм в Балахне к концу XVI в. (см.: Раппопорт П.А. Русское шатровое зодчество конца XVI в. // МИА СССР. М.; Л., 1949. Вып. 12.). Церковь можно датировать после 1552 г. и до нач ала XVII в. 38 Последнее известие о работе итальянцев связано с Петроком Малым, постр оившим церковь Воскресения в Московском Кремле с 1531/1532 по 1543 гг. В 1539 г. мастер П етрок бежал из России (см.: Подъяпольский С. С. Архитектор Петрок Малой // Пам ятники русской архитектуры и монументального искусства. М., 1983. С. 42-45). С.С. Под ъяпольский связывал прекращение деятельности итальянских мастеров с т ем, что после 1528 г. дипломатические связи с Италией прерываются (мастера по падали на Русь, как известно, с посольствами, см.: Подъяпольский С. С. Деятел ьность итальянских мастеров на Руси и в других странах Европы в конце XV - н ачале XVI веков // Советское искусствознание. М., 1986. 20. С. 84). 39 См.: Баталов А. Л., Вятчанина Т.Н. Об идейном значении и интерпретации иерус алимского образца в русской архитектуре XVI-XVII вв. // АН. М., 1988. 36. С. 35. 40 См.: Некрасов А. И. Древние Подмосковные. С. 32. 41 ГНИМА, фонды Р 5 3845/1-6, арх. Максимов П.Н. Воблый И.В., Кацнельсон Р.Н. 1930. 42 Сизов Е. С. О происхождении Покровского придела Архангельского собора в Кремле // СА. 1969.1. С. 249. 43 См.: Меркелова В.Н. Северо-восточный придел Архангельского собора Москов ского Кремля // Реставрация и исследования памятников культуры. М., 1975. Вып. 1. С. 49, рис. 5. 44 См. литературу и историю изучения собора: Ильин М. А. Русское шатровое зод чество: Памятники середины XVI века. С. 8-96; Юрганов А. Л. Отражение политическо й борьбы в памятниках архитектуры (Борисоглебский собор в Старице) // Гене зис и развитие феодализма в России: Проблемы идеологии и культуры. Л., 1987. С . 176-185. 45 См.: Баталов А. Л. Особенности итальянизмов в московском каменном зодчес тве рубежа XVI-XVII вв. // АН. М., 1986. 34. С. 238-245. 46 "Под 7068 г. Того же месяца Августа в 6 день царь... детем своим... повеле делати дв ор особной... повеле же у царевичев на дворе храм большой поставити Сретен ию Господа нашего Иисуса Христа, а придел теплую церковь... Никиты Столпни ка Переславского чюдотворца... Повеле же делати церкви и хоромы спешно, чт обы детем своим в том дворе устроитися ранее" (ПСРЛ. Т. 12. С. 328, 329). 47 См. чертежи Д.В.Ухтомского - Фасад столовой и Ответной палат и Сретенског о собора (опубл.: Михайлов А. Архитектор Д.В. Ухтомский и его школа. М., 1954. С. 64, 65). 48 О том, что Сретенский собор был бесстолпным храмом, кроме типологически х признаков позволяет судить, прежде всего, его план на обмерном чертеже Д.В. Ухтомского: План дворцового комплекса на уровне среднего апартамент а (см.: Памятники архитектуры Москвы: Кремль. Китай-город. Центральные площ ади. М., 1982. С. 281. Ил. 26). 49 Церковь Николы в Мясниках обычно датируется серединой XVI в., следуя атриб уции М.А.Ильина (см.: Ильин М. А., Максимов П. Н., Косточкин В.В. Каменное зодчест во эпохи расцвета Москвы. С. 347, 348). Примененный здесь тип конструкции крещат ого свода с горизонтальными распалубками (см. чертежи 1890 г. А.Мейснера - ГНИ МА, фонды Р5 1664/1-5; обмеры П.Н. Максимова - там же. Арх. 3081/1-62), характерен для ранних х рамов XVI в. с крещатым сводом (см.: Баталов А. Л. Четыре памятника архитектуры Москвы конца XVI в. // АН. М., 1984. 32. С. 47-53). 50 См.: Маркина Н.Д. Из истории возникновения приделов Благовещенского собо ра в 60-х гг. XVI века // Материалы и исслед. Гос. Музеи Московского Кремля. М., 1973.1. С . 73-85. 51 См.: Бочаров Г. Н., Выголов В. П. Александрова слобода. М., 1970. С. 23, 25, 26,36. 52 См.: Давид Л. А. Церковь Антипия у Государевых больших конюшен в Москве. С. 164. 53 См.: Подъяпольский С. С. Архитектор Петрок Малой. С. 49. 54 То, что Петрок Малый мог не только начать, но и достроить церковь Воскрес ения, позволяет предполагать текст летописи: "А церковный мастер почал д елати и съвершил без лествицы Петрок Малой Фрязин" (ПСРЛ. Т. 13. С. 145). 55 О том, что современная композиция фасадов придела Василия Кесарийског о - результат позднейшей реставрации, можно судить по изображениям собор а до реставрации Ф. Рихтера (Ф.Я. Алексеев. Соборная площадь в Кремле около 1800 г.; акварель 1848 г., вид с юго-восточной стороны - ГНИМА, PI-7631; Ф.Ф.Рихтер. Обмер до реставрации. Восточный фасад - НИМАХ, 22-А-2, А-12106). До реставрации 1860-х гг. придел и мел формы, идентичные другим приделам. Рихтер также не изменил декор при дела (арх. К.М. Холин. Фасад Благовещенского собора Московского Кремля со с тороны Архангельского собора и БКД - ОРПГФ Музея "Московский Кремль", охр . 42228). Он не подвергался переделкам и в более позднее время (А. Иванов, Я.И. Коро тченков, С.М. Жаров. Обмерные кроки 1904. Восточный фасад придела Василия и юг о-восточного крыльца собора - НИМАХ, 20-К-4 А-16941). Следовательно, изменения прои зошли в первой половине XX в. 56 См.: Новиков И. И. Выдающееся произведение русской архитектуры - церковь в селе Дьяково. С. 187. 57 Нижней границей датировки перестройки церкви под колоколы служит дата похода Ивана IV на Новгород, после которого в слободу были привезены похищ енные оттуда колокола, о чем упоминает Г.Штаден (см.: Г. Штаден. О Москве Иван а Грозного: Записки немца-опричника. М., 1925. С. 91; см . также: Некрасов А. И. Памятники Александровой слободы, их состояние и значение. М ., 1948. Архив Музея древнерусского искусства им. Андрея Рублева. Рукопись. С. 120; Кавельмахер В. В. Памятники архитектуры древней Александровой слободы. Д оклад, прочитанный в Ленинградском отделении Института археологии АН С ССР в 1990 г. на конференции памяти П.А. Раппопорта в 1990 г.).
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Актеры в спектакле будут играть значительно лучше, если рассматривать их не в театральный бинокль, а в оптический прицел.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по культуре и искусству "О датировке церкви Усекновения главы Иоанна Предтечи в Дьякове", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru