Реферат: Конец книги и начало письма - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Конец книги и начало письма

Банк рефератов / Искусство и культура

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 18 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Конец книги и начало п исьма П роблема языка никогда не была просто одной проблемой среди многих други х. Но как таковая, она никогда еще не захватывала столь глобального гориз онта крайне разнообразных областей исследования, гетерогенных дискурс ов, сфер различного и разнородного, наряду с их намерениями, методами и ид еологиями. Недооценка самого слова "язык" и то, каким образом эта недооцен ка выдает утрату словаря, искушение перед дешевыми соблазнами, слепое сл едование моде, сознание авангарда, другими словами,- невежество - служат д оказательствами ее воздействия. Инфляция знака "язык" является инфляцией самого знака, абсолютной инфляц ией, самой инфляцией. Однако в одном из своих аспектов или оттенков эта ин фляция знака также не перестает выступать в качестве знака. Этот кризис есть одновременно и симптом. Он указывает, будто бы не обращая на себя вни мание, что историко-метафизическая эпоха в конечном счете должна опреде ляться со стороны языка во всей целостности ее проблемного горизонта. И это должно быть именно так не только в связи с тем, что все те желания, кото рые стремятся вырваться из игрового пространства языка, вновь вовлекаю тся внутрь этой игры, но также и потому, что по той же самой причине и самом у языку в течение всей его жизни угрожает опасность столкнуться со своей беспомощностью, брошенностью на произвол судьбы, опасность всякий раз в озвращаться к своей собственной конечности именно в тот момент, когда ег о границы исчезают, когда он перестает обеспечивать и сдерживать себя, к огда его гарантией выступает превосходящее его бесконечное обозначаем ое. Программа В результате медленного движения, необходимость которого едва доступна восприятию, все то, что по крайней мере около двадцати веков устремлялос ь вперед и в конечном счете реализовалось в полной мере в бытии, накоплен ном и собранном под именем "языка", является отправной точкой для того, что бы передать себя в руки письма, или хотя бы суммироваться под именем "пись ма". Благодаря едва воспринимаемой необходимости, все это выглядит так, с ловно понятие письма - более не указывающее на особую, девиантную, произв одную и вспомогательную форму языка вообще (независимо в каком качестве он берется - в качестве ли коммуникации, отношения, выражения, сигнификац ии, установления значения или мышления и так далее), не указывающее более на внешнюю поверхность, субстанциальное удвоение главного обозначающе го, на обозначающее. обозначающего - является источником, передвигающимс я за пределы распространения языка. Во всех смыслах слова письмо охватыв ает язык и включает его в себя. Само слово "письмо" не прекращает указывать на обозначающее обозначающе го, однако несмотря на то, что это может показаться странным,"обозначающе е обозначающего" больше не указывает на случайное удвоение и низменную в торичность. В противовес этому "обозначающее обозначающего" описывает д вижение языка в его источнике. Несмотря на то, что мы только должны будем в этом убедиться, уже возможно предугадать то, что источник, чья структура может быть выражена как "обозначающее обозначающего", скрывает и стирает себя в своем собственном продукте. В этом случае обозначаемое постоянно функционирует в качестве обозначающего. Вторичность,- которую, казалось бы, возможно приписать лишь одному письм у,- затрагивает и воздействует вообще на все обозначаемые, неизменно вли яет на них и характеризует тот момент, когда они начинают вступать в игру. Не существует единственного обозначаемого, которое избегает, даже несм отря на то, что может быть возвращено, игры означивающих отношений, конст итуирующих язык. Приход письма есть приход этой игры. И сегодня такая игр а вступает в свои права, стирая границу, исходя из которой она имеет намер ения регулировать циркуляцию знаков, лишь на одних своих плечах вытягив ая все обозначаемые, подтверждая их убедительность, уничтожая все тверд ыни, всяческие бессвязности, которые тщательно охранялись всей область ю языка. Строго говоря, все это ведет к разрушению понятия "знака" и всей его логики . И конечно же, не случайно, что это сокрушение происходит именно в тот мом ент, когда расширение понятия "язык" стирает все свои границы. Нам необход имо обнаружить, что это сокрушение и стирание имеют одно и то же значение и являются одним и тем же феноменом. Все происходит так, будто бы сегодня з ападное понятие языка (с точки зрения того, что вне его многоголосия и стр огой, проблематичной оппозиции речи [рагоlе] и языка [langue], скрепляет его вооб ще с фонетическим или глоссемантическим результатом, языком, голосом, сл ухом, звуком, дыханием и речью) открывается как обманка или маска изначал ьного письма,- более фундаментального, чем то, которое до этого превращен ия проходило в качестве простого "довеска к устному слову" (Руссо). Либо пи сьмо никогда не было простым "довеском", либо грядет настойчивая необход имость конструирования новой логики этого "довеска". Эта безотлагательн ость и навязчивость будет управлять нами в дальнейшем, при чтении Руссо. Указанные маскировки вовсе не являются историческими случайностями, к оторыми мы должны восхищаться или по поводу которых мы должны сожалеть. Их движение было абсолютно необходимым, оно было связано с необходимост ью, которую не может осудить ни один трибунал. Привилегия phone не зависела от выбора, которого можно было избежать. Она является ответом на момент эко номии (скажем так: экономии "жизни", "истории" или "бытия как самоотношения"). Система "слышание (понимание) - себя - говорящим" через фонетическую субста нцию, которая представляет себя как не экстериорное, не мирское, а в связи с этим не эмпирическое или не случайное обозначающее, необходимым образ ом господствовала в мировой истории в течение целой эпохи и даже сумела создать идею мира, идею его источника, которая возникла за счет разделен ия на мировое и не-мировое, внешнее и внутреннее, идеальное и неидеальное, универсальное и неуниверсальное, трансцендентальное и эмпирическое и так далее. С переменным и непрочным успехом указанное движение, по-видимому, стреми лось, как к своему телосу, свести письмо к вторичной и инструментальной ф ункции, функции переводчика полной речи, которая всецело присутствует (п рисутствует по отношению к самой себе, по отношению к обозначаемому, дру гому, вообще по отношению ко всякому условию присутствующей темы). Оно ст ремилось свести его к технике, обслуживающей язык человека говорящего, к интерпретатору самой изначальной речи, защищенной от интерпретации. Те хника, обслуживающая язык... Я не обращаюсь к общей сущности техники, котор ая нам уже известна и зачастую оказывает помощь в понимании, например, уз кого и исторически определенного понятия письма. Я убежден, наоборот, в т ом, что определенный тип вопроса по поводу значения и источника письма п редшествует или, по крайней мере, сливается с особым видом вопроса по пов оду значения и источника техники. Именно по этой причине понятие техники никогда не сможет каким-либо прос тым образом прояснить понятие письма. Все выглядит так, словно все то, что мы называем языком, могло бы быть, исходя из своего источника и цели, лишь моментом, существенным, но все же детерминированным типом, феноменом, ас пектом письма и его видами. Словно в течение авантюрного предприятия, вс ледствие самой этой авантюры, мы были вынуждены этот момент забыть и пре днамеренно вводились в заблуждение. Авантюрность этого приключения сл ивается с историей, которая соединяла технику с логоцентрической метаф изикой вот уже в течение почти трех тысячелетий. Эта эпоха исчерпывает с вои возможности под влиянием обстоятельств, связанных со смертью цивил изации книги, которая заявляет о себе и проявляется в конвульсивном разм ножении библиотек. И это - не более чем один пример среди многих других. Не сомненно, что эта смерть книги не заявляет (а в определенном смысле всегд а заявляла) ни о чем ином, кроме как о смерти речи (так называемой полной ре чи) и новом изменении в истории письма, в истории как письме. Об этом заявл ялось в промежутке, равном нескольким столетиям. Все это происходило в т аком масштабе, что мы обязаны с этим считаться, и должны быть внимательны ми, дабы не пренебречь качеством разнородной исторической длительност и. Ускорение является таковым лишь в его качественном значении, и мы допуст или бы ошибку, проводя тщательную оценку в соответствии с прошлыми ритма ми. Конечно же, "смерть речи" выступает здесь лишь в качестве метафоры. Пре двосхищая разговор об исчезновении, мы должны поразмыслить о новой ситу ации для речи, в которой она более не будет выполнять функции источника. В утверждении того, что понятие письма превосходит границы языка и охваты вает его, конечно же, предполагается определенная дефиниция языка и пись ма. Если мы не предпримем попытки их обоснования, то должны будем уступит ь движению упомянутой нами инфляции, которая также заимствует слово "пис ьмо" и делает это не случайно. В настоящий момент то тут, то там, за счет жест а и ради мотивов, которые глубоко необходимы и деградацию которых легче обвинять, чем раскрыть ее источник, слово "язык" соотносится с действием, д вижением, мыслью, рефлексией, сознанием, бессознательным, опытом, эффект ивностью и т. д. В данный момент мы относим "письмо" не только ко все му вышеперечисленному, но и к чему-то большему. Когда мы говорим о "письме", то обозначаем этим словом не только физические жесты буквенной пиктогр афической и идеографической надписи (инскрипции), но также и целостность того, что делает ее возможной. Мы подразумеваем то, что находится за преде лами обозначающей и обозначаемой стороны. Мы говорим о письме даже по от ношению к тому, что приводит к надписи (инскрипции) вообще, вне зависимост и от того, буквенная она или нет. Мы связываем "письмо" и надпись (инскрипци ю), даже если то, что эта надпись распространяет в пространстве, является ч уждым порядку голоса. Мы имеем в виду не только кинематографическое или хореографическое, но и живописное, музыкальное, скульптурное "письмо". В озникает потребность говорить об атлетическом письме, а еще с большей оп ределенностью, о военном или политическом письме с точки зрения тех техн ик, которые сегодня управляют этими областями. Все это делается не тольк о для того, чтобы показать, что система буквенного обозначения связана с этими видами активности только лишь вторичным образом, но и ради описани я сущности и содержания самих этих форм активности. Подразумевая тот же смысл, современные биологи говорят о письме и программе в отношении наиб олее элементарных информационных процессов в пределах живой клетки. И в конечном счете целая область вне зависимости от того, имеет ли она сущно стные границы или не имеет таковых, охваченная кибернетической програм мой, будет являться сферой письма. Если теория кибернетики вытеснит собо й все метафизические понятия, включая понятия души, жизни, ценности, выбо ра, памяти, которые до сих пор служили для того, чтобы отделить человека от машины3,- она должна будет сохранить понятие письма, следа, gramme (начертатель ной метки) или grapheme (графа) до тех пор, пока выставлен напоказ ее собственный историко-метафизический характер. Еще даже не будучи определенной в качес тве человеческого (со всеми отличительными характеристиками, приписыв аемыми человеку, и целой системой значений, на которую они указывают) или в качестве нечеловеческого, gramme или grapheme будут являться именами особого эле мента, лишенного качества простоты. Этот элемент, либо осознанный как ср едство, либо в качестве нередуцируемого атома, архэсинтеза вообще, мы не должны позволить себе определять внутри системы оппозиций метафизики, не должны даже называть и опытом вообще. Этот элемент должен рассматрива ться в качестве источника всяческого значения. Эта ситуация уже всегда о себе заявляла. Почему же именно сегодня она осознается как таковая и осо знается post factum? Этот вопрос будет порождать бесконечный анализ. Необходимо просто выбрать некоторые отправные точки для того, чтобы ввести определ енные замечания, которыми я и должен ограничиться. Я уже ссылался на теоретическую математику в том смысле, что ее письмо, по нятое ли как чувственный граф [манера письма] (и уже предполагающее идент ичность, а исходя из этого и идеальность своей формы, которая, в принципе, делает абсурдным простое допущение понятия "чувственное обозначающее") или рассматриваемое как идеальный синтез обозначаемого, как след, дейст вующий на другом уровне, или еще глубже, в качестве перехода от одного уро вня на другой никогда не было абсолютным образом связано с фонетическим производством. В границах культур, практикующих так называемое фонетич еское письмо, математика не всецело является территорией, окруженной чу ждыми ей владениями. Это было отмечено всеми историками письма, но в это же время они напомина ют о несовершенстве алфавитного письма, которое долгое время представл ялось наиболее удобным и демонстрировало "наибольшую разумность" письм а. Эта территория, окруженная чужими владениями, в той же степени являетс я и местом, где практика научного языка существенным образом и с возраст ающей глубиной бросает вызов этому идеалу фонетического письма и всей е го имплицитной метафизике (самой метафизике), и в особенности философско й идее episteme. Наряду с этим, вызов брошен и isioria, понятию глубоко связанному с по нятием episteme, несмотря на их разъединенность и противопоставленность, кото рые отделили одно понятие от другого в течении одной фазы их общего прог ресса. История и знание, istoria и episteme всегда определялись (и не только этимологически или философски) как окольный путь, служащий цели постоянно воспроизводи мого присвоения присутствия. Однако же за пределами теоретической мате матики развитие практических методов исправления и воспроизводства ин формации в значительной степени расширяет возможности "сообщения", кото рое более не является "письменным" переводом языка, переносом обозначаем ого, которое могло бы оставаться высказываемым устно. Все это идет рука о б руку с расширением фонографии и всех средств, сохраняющих устный язык и заставляющих его функционировать вне присутствия говорящего субъект а. Это развитие, связанное с движением антропологии и истории письма, учит нас тому, что фонетическое письмо как средство величайшего метафизичес кого, научного и технического приключения Запада, ограничено в простран стве и времени и само ограничивает себя, накладывая печать своих законов даже на такие области культуры, которые стремятся его избежать. Эта дале ко не случайная связь кибернетики и "гуманитарных наук" о письме ведет к е ще более глубоким изменениям. Ж. Деррида. Список литературы Д ля подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.rusword.com.ua/
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
— Может встретимся, как думаешь?
— Я думаю, это очень, очень плохая идея, которая не закончится ничем хорошим. Поэтому, давай, конечно.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по культуре и искусству "Конец книги и начало письма", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru