Реферат: Полиция печати и цензура - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Полиция печати и цензура

Банк рефератов / Журналистика

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 41 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Полиция печати Под общим термином «печать», «пресса» разумеется совокупность различн ых способов выражения мысли, делающих произведения ее доступными однов ременно большому количеству людей. Являясь главным фактором просвещен ия и могущественным орудием прогресса во всех отраслях народной жизни, п ечать может осуществлять свое назначение лишь при наличности благопри ятных условий, которые гарантировали бы ее свободное развитие. Установл ение этих условий есть одна из важнейших и вместе с тем труднейших задач государственного управления. Трудность ее вызывается главным образом тем обстоятельством, что наряду с обеспечением свободы печати государс тву надлежит иметь в виду возможность злоупотреблений свободою. Сообра зно с различными видами таких злоупотреблений, государству необходимо, создать систему соответственных мер, которые, с одной стороны, могли бы п редупреждать их, с другой--устанавливали бы ответственность за эти злоуп отребления. Совокупность таких мер и обозначают термином «полиция печа ти», разумея слово «полиция» в широком смысле. Прошлая история и современная действительность раскрывают самые разно образные комбинации условий, в каких печати приходилось и приходится ра звиваться. При всем своем разнообразии, меры государства по отношению к печати могут быть сведены к двум главным типам. Это, во 1-х, система предупр едительных мер, в основе которой лежит институт предварительной цензур ы, и во 2-х, система репрессивная, в основу которой полагаются не предупред ительные меры, a судебное преследование возникающих в области печати или при ее посредстве преступлений и правонарушений. С каждой из этих систе м ознакомит обзор тех условий, в каких находилась печать в различных гос ударствах в различные периоды их истории. Возникновение предварительной цензу ры Первые попытки установить предварительную цензуру для произведений пе чати явились вскоре после изобретения книгопечатания. Это изобретение, великое значение которого на первых же порах не подлежало никакому сомн ению, стало быстро распространяться. Выгоды и преимущества нового спосо ба выражения мысли, облегчавшего и упрощавшего ее распространение, благ одаря возможности в короткое время воспроизвести большое количество э кземпляров и вследствие этого удешевить их стоимость, были очевидны и во збуждали восторг и удивление в людях того времени, имевших до тех пор в св оем распоряжении лишь рукописную литературу. Несмотря на то, что она, под влиянием давно уже начавшегося оживления мысли, получила сильное разви тие, и производство рукописей приняло огромные размеры, сделалось даже п ромыслом, занимавшим не малое количество рук, несмотря на это, цена манус криптов была все-таки очень высока. Они были доступны лишь богатым людям, к тому же и количество экземпляров по необходимости было весьма огранич ено. Около 1450 года типографское искусство возникло в Майнце и оттуда стало рас пространяться по умственным центрам западной Европы: в 1467 г. оно появляет ся в Риме, в 1469 г.-- в Венеции, в 1470 г.-- в Париже. К концу ХV-го века в разных странах н асчитывают уже более 200 городов, имеющих свои типографии. Если принять во внимание, что средние века вообще ж в особенности XV и XVI сто летия были эпохой оживления религиозной мысли по преимуществу, что к это й эпохе относятся ожесточенные богословские споры и распри, привлекавш ие к себе внимание образованных людей того времени, что тогдашняя литера тура и наука носили теологический характер,-- если принять все это во вним ание, то неудивительным представится тот факт, что первые попытки вмешат ельства в область печати с целью ограничить свободное выражение мысли б ыли предприняты органами церковной власти. Один из наиболее ранних опытов устройства предварительной цензуры име л место в Кёльне. Органом ее являлся местный университет, как свидетельс твуют пометки на книгах, напечатанных в Кёльне в семидесятых и восьмидес ятых годах XV столетия (главным образом в 1479--1483 гг., а одна в 1475 г.). В 1486 году установлена была цензура там, где зародилось самое искусство кн игопечатания, в Майнце. В. этом году Бертольд, архиепископ Майнцкий, издал приказ, воспрещавший печатать переводы на немецкий язык, особенно богос ловских книг, без предварительного рассмотрения и одобрения их духовны ми властями. Эта мера имела лишь местное значение, так как действие ее рас пространялось лишь в пределах Майнцкого диоцеза. Весьма возможно, что и в других местностях представители духовной власти принимали подобные же меры. В начале XVI века встречаем мероприятие более общего характера. Это--булла папы Александра VI-го (изд. в 1501 году), которая установила правильную духовну ю цензуру в четырех немецких провинциях: Кёльна, Майнца, Трира и Магдебур га. Поводом к изданию этой буллы послужило напечатание в разных местност ях, a особенно в названных областях «многих книг и трактатов, заключающих в себе различные ложные и пагубные доктрины, даже противные святой христ ианской вере». «Желая без дальнейшего промедления остановить это гнусн ое зло», папа счел нужным воспретить, под страхом отлучения от церкви и де нежных штрафов, печатание каких-либо сочинений без особого на каждый раз формального дозволения со стороны органов церковной власти. Через несколько лет (в 1515 г.) издана была папою Львом X новая булла, повелеваю щая, в силу постановления Латеранского собора, установить цензуру и в др угих местностях. «Отныне и впредь на вечные времена,-- гласила эта булла « Inter sollicitudines,--никто не смеет ни в Риме, ни в каких-либо других городах и диоцезах н апечатать или поручить напечатать какую-либо книгу или какое-либо сочин ение иначе как по тщательном рассмотрении и по собственноручном подпис ании одобрения в Риме нашего викария и магистра священного двора, в друг их городах и диоцезах епископа или иного, сведущего в соответственной на уке и епископом на то уполномоченного лица и инквизитора того города или диоцеза, в котором книга будет печататься, каковое одобрение надлежит д авать, под угрозою отлучения, бесплатно и без замедления». Нарушителям э того предписания грозит, сверх отобрания книг и их публичного сожжения, a также уплаты ста дукатов в папскую казну и закрытия типографии на один г од, отлучение от церкви; в случае же упорства епископом или викарием на ви новных могут быть наложены такие наказания, «чтобы другие не осмеливали сь поступать по их примеру». Таковы первые опыты учреждения цензуры над произведениями печати. Иниц иатива их принадлежала представителям духовной власти, которые чувств овали себя особенно заинтересованными в том, чтобы установить контроль над произведениями мысли. Критическое направление ее, преимущественно в области религиозных вопросов, все более и более усиливалось и получило , наконец свое величественное выражение в движении реформации. Стремлен ие остановить это движение, a затем, по мере того, как оно разрасталось, под авить его, побуждало католицизм к изысканию всевозможных к тому средств ; в числе их далеко не последнее значение придавалось предупредительным и карательным мерам по отношению к печати. Мало-помалу в короткий, сравни тельно, период времени предварительная цензура сделалась явлением пов семестным в западноевропейских государствах. Кроме цензуры католическое духовенство прибегало нередко еще к другом у средству борьбы с печатью, a именно к изданию каталогов или списков запр ещенных книг -- Index librorum prohibitorum. Случаи осуждения книг, признававшихся еретически ми, имели место уже в первые века по установлении христианской церкви (пр и Константине Вел. осуждению и сожжению подвергнуты были сочинения Ария ). Этот прием еще более развился в средние века, когда весьма нередки были случаи осуждения отдельных сочинений (напр. в XII веке сочинения Абеляра), В 1415 г. Констанцский собор определил воспретить чтение сочинений Виклефа и Гуса. С развитием реформационного движения меры преследования еретиче ских книг становятся еще более частыми и энергичными. Первый «каталог» запрещенных книг был издан в 1546 году богословским факул ьтетом Лувенского университета, по распоряжению Карла V. Повелением его в 1550 году был издан новый каталог, оказавший значительное влияние на даль нейшее развитие этой меры борьбы с печатью. Подобные же каталоги издавал ись и в других местностях. Первым от имени папы опубликованным каталогом запрещенных книг являет ся, «Index», изготовленный инквизициею и изданный папою Павлом IV в Риме в 1559 год у. В нем книги распределены в алфавитном порядке на три разряда: к первому отнесены писатели, сочинения которых, как уже изданные, так и те, которые б удут ими написаны, подвергнуты безусловному запрещению, хотя бы даже в н их ничего не говорилось против религии или о религии; ко второму разряду отнесены писатели, некоторые из сочинений которых подвергались запрещ ению по причине заключающихся в них еретических учений (между прочим кни ги об астрологии, о ворожбе и т. п.); к третьему разряду отнесены книги анони мные, содержащие в себе вредные учения. Для составления и пополнения «индексов» папою Пием V создано было в 1571 г. ос обое учреждение--Sancta Congregatio Indicis. При посредстве его папская курия осуществляла свое наблюдение за печатью в последующие века. Учреждение это существуе т и в настоящее время. Последний «Index» был издан в 1897 году, при чем папа Лев XIII н ашел нужным составить и опубликовать новый регламент о воспрещении и це нзуре книг -- Constutitio apostolica de prohibitione et censura librorum. В связи с указанными средствами борьбы с печатью нередко практиковалос ь публичное сожжение сочинений, a иногда вместе с ними и авторов, признанн ых вредными. История разных государств занесла на своп страницы не малое количество таких фактов. Это было излюбленное средство, к которому приб егали одинаково как ревностные католики, так и приверженцы протестанти зма: в Англии, напр., при Генрихе VIII жгли последовательно книги того и друго го направления, -- то было время еще неустановившихся воззрений; при Эдуар де VI сожжению подлежали католические сочинения; при Марии, наоборот, пыла ли костры сожигаемых протестантских сочинений. Светская власть стала принимать деятельное участие в полиции печати уж е значительно позднее духовной. Еще в 1513 году (т. е. через двенадцать лет пос ле издания буллы Александра VI) французский король Людовик XII издает декла рацию, в которой очень наглядно выступает самое дружелюбное отношение к печати. В этой декларации король освобождает от уплаты вводившегося тог да налога целую категорию лиц, так или иначе прикосновенных к делу книго печатания. Изъятие это мотивируется «соображением того великого блага, которое принесло нашему королевству искусство печатания, изобретение которого представляется скорее божественным, чем человеческим»: благо даря ему, продолжает декларация, «наша святая католическая вера сильно в озвысилась и окрепла, правосудие лучше понимается и отправляется и боже ственная служба совершается с большим тщанием и великолепием; благодар я ему, на пользу всех и каждого выражено и распространено много хороших и благотворных учений, благодаря чему наше королевство превосходит все д ругие, и иные неисчислимые блага проистекали и проистекают от него каждо дневно, во славу Бога и к возвеличению нашей католической веры». Первый законодательный акт светской власти в области полиции печати мы встречаем в Германии в 1521 году, когда был издан направленный против Лютер а Вормский эдикт. Глава 36-я этого эдикта санкционирует изданные по отноше нию к печати распоряжения духовных властей. Вскоре после того Имперский указ, изданный в Нюренберг в 1524 г., возложил на светских князей и их правите льства обязанность наблюдать за книгопечатанием, a через пять лет после этого (Имперскими указами в Шпейре в 1529 г. и в Аугсбурге в 1530 г.) установлена пр авильная цензура. В Англии наиболее раннее предписание королевской вла сти о цензуре относится к 1530 году, во Франции--к 1538 году. После этих замечаний о появлении цензуры в западноевропейских государ ствах, обратимся к более подробному обзору истории полиции печати, главн ым образом, в двух странах -- в Англии и во Франции. Англия представляет осо бенный интерес в виду того, что там ранее всех других государств развила сь свободная печать и установились те основы, на которых зиждется господ ствующее в настоящее время законодательство о печати. Проследить же суд ьбу тех разнообразных систем и мер, которые практиковались по отношению к печати во Франции в различные периоды ее истории важно потому, что нигд е полиция печати не являлась предметом столь усиленных забот законодат ельства и администрации. Ознакомление с ее историей в этой стране может дать довольно полное представление о совокупности тех мер, которые в раз ное время и при различных условиях государственной жизни составляют си стему полиции печати. Знакомство с историей французского законодатель ства о печати необходимо для нас еще и потому, что оно не раз являлось обра зцом для русских законов о печати. В виду этого, для разъяснения многих ус ловий, в которых находилась и находится наша печать, далеко не бесполезн о будет обратиться к тому источнику, откуда они заимствованы. Вот как мотивировано это воспрещение во вступлении к приказу: «При всех удобствах, какие божественное искусство книгопечатания дало для приоб ретения знаний, нашлись некоторые лица, злоупотребляющие этим изобрете нием, употребляющие во вред человеческому роду то, что предназначено к е го просвещению. В самом деле, книги о религиозных обязанностях и доктрин ах переводятся с латинского языка на немецкий и распространяются в наро де к бесчестию самой религии, а некоторые даже возымели дерзость сделать на обыкновенном языке неверные переводы церковных канонов, составляющ их область науки столь трудной, что она одна может занять всю жизнь самог о ученого мужа. Возможно ли думать, что наш немецкий язык может выразить т о, что великие авторы писали на греческом и латинском языках о глубочайш их тайнах веры христианской и о науке вообще? Конечно, это невозможно, а по тому эти люди вынуждены изобретать новые слова или употреблять старые в извращенном смысле -- вещь опасная, особенно когда дело идет о Священном П исании. Ибо кто может поверить, чтобы необразованные мужи или женщины, в р уки которых попадут эти переводы, могли найти истинный смысл Евангелия и ли посланий апостола Павла? Еще менее способны они разобраться в вопроса х, которые даже среди католических писателей вызывают разногласие. И так как это искусство изобретено в городе Майнце, и мы по истине можем сказат ь, с Божественною помощью, и так как мы обязаны сохранить его во всей его с лаве, мы строго воспрещаем всем и каждому переводить на немецкий язык ил и переведя распространять какие бы то ни было книги по какому бы то ни был о вопросу, написанные на языках греческом, латинском и других, иначе, как с тем условием. чтобы эти переводы до их напечатания и до поступления в про дажу были одобрены четырьмя нами назначенными докторами, под страхом от лучения от церкви. конфискации книг и штрафа, в размере ста золотых флори нов, в пользу нашей казны». (H. Hallam, Histoire de la litteralure de l'Europe pendant les XV, XVI et XVII siecles, trad. de l'anglais. Paris 1839. Том I, стр . 253--256. Reusch, I, стр . 55--56. Полное название его -- Index auctorura et librorum, qui tanquam haeretici aut suspecti aut perniciosi ab Officio S. Romanae Inquisitionis reprobantur et in universa Christiana Republica interdicuntur. -- Reusch, I, стр . 258. Латинский текст и французский перевод его напечатаны в брошюре: Index. Constitutions de Sa Saintete Leon XIII 1897) et de Benoit XIV (1753) relatives a l'examen et a l'interdiction des livres. Par. 1897. Очерк истории полиции печати в Англии В то время, когда в Англии появилось и стало распространяться книгопечат ание, католицизм был еще в полной силе. И здесь, как это было во всех католи ческих странах, духовенство сосредоточило в своих руках наблюдение за п ечатью и преследование тех произведений, в которых замечалось уклонени е от истинных начал католицизма. Оно нашло себе энергичную поддержку и в королевской власти. При Генрихе VIII изданы были, начиная с 1526 года, девять спи сков книг, объявлявшихся запрещенными. В виде примера может служить опуб ликованный в 1529 году список 85 «книг лютерской секты», которые приверженца ми этой секты привезены были в Лондон; в числе их названы 22 сочинения Люте ра, 11 сочинений Цвингли и т. д. В 1530 году издано было первое королевское распоряжение о предварительном рассмотрении книг: королевская прокламация, составленная по совещании с примасом, теологами обоих университетов и другими лицами, объявляя зап рещенными все напечатанные заграницею английские книги и предписывая в 14-дневный срок доставить их епископам, повелевала, чтобы новые английск ие книги, касающиеся Священного Писания, печатались с одобрения епископ а и не анонимно. Преобладающую роль в области полиции печати духовенство сохраняло до ц арствования королевы Елизаветы, когда деятельным органом ее становитс я государство -- светская власть, принявшая на себя заботы по наблюдению з а печатью и осуществлению тех задач, которые первоначально составляли п очти исключительно предмет забот церкви. Духовенство, однако, не было вп олне устранено от этого дела: утратив свою преобладающую роль, оно все же являлось весьма деятельным помощником государства. Уже в первый год царствования Елизаветы (в 1559 г.) королевским советом (Privy Council) б ыл издан указ, по которому никто не может напечатать какую либо книгу или брошюру без предварительного разрешения королевского совета или еписк опа. Мало-помалу как цензура, так и вообще вся совокупность мероприятий п о отношению к печати были сосредоточены в руках Звездной Палаты. Так наз ывался комитет королевского совета, наделенный чрезвычайно обширными полномочиями и являвшийся в течение целого века страшным орудием деспо тизма в руках Тюдоров и Стюартов. Имя Звездной Палаты сделалось для англ ичан синонимом всякого рода насилий и произвола, воспоминание о которых неразрывно связано с историей этого учреждения. Во второй половине XVI век а неограниченные полномочия его, главным образом, в сфере судебного прес ледования, были расширены на новую область -- полицию печати. В 1585 году Звез дная Палата издает первый подробный ордонанс с целью урегулировать печ ать, подчинив строгому режиму как произведения печати со стороны их соде ржания, так и самый промысел книгопечатания и книжной торговли. Издание этого ордонанса мотивируется, в предисловии к нему, теми «безобразиями и злоупотреблениями со стороны беспорядочных лиц, занимающихся искусст вом печатания и книжного промысла», которые все более и более увеличиваю тся, несмотря на принятые меры, что и приписывается недостаточности нака заний, применявшихся до тех пор. Ордонанс 1585 г. воспрещает печатать что-либ о без предварительного рассмотрения и дозволения Архиепископа Кентерб ерийского или Лондонского Епископа; для напечатания же произведений, им еющих отношение к законодательству, необходимо разрешение Главных Суд ей (входивших также в состав Звездной Палаты). Всякому, уличенному в прода же книг, напечатанных без соблюдения требований этого ордонанса, угрожа ет тюремное заключение в течение трех месяцев. Очевидно, с целью облегчи ть надзор за печатью и поставить преграду ее развитию, число типографий было ограничено: кроме находящихся в Лондоне, разрешались только две -- в у ниверситетских городах, Оксфорде и Кембридже, по одной в каждом. Каждый с одержатель типографии обязан объявить о количестве имеющихся у него ст анков «Компании типографов (Stationer's Company). Эта компания была учреждена за нескол ько времени перед тем и полу-ила от правительства монополию печатного де ла, сделавшись вместе; с тем деятельным органом его по наблюдению за печа тью. В случае неисполнения этого требования ему грозит уничтожение его с танков и тюремное заключение в продолжение одного года. Ни одна типограф ия не может быть открыта вновь до тех пор, пока чрезмерное количество их н е будет уменьшено и не дойдет до того числа, какое будет признано архиепи скопом Кентерберийским и епископом Лондонским достаточным; если же пон адобится увеличить число занимающихся книгопечатанием, то Компания ти пографов должна указать лиц, пригодных для этого, при чем эти лица, сверх т ого, должны быть одобрены представителями духовной власти. Помимо всего этого, ордонанс уполномочивает указанную компанию производить обыски в домах и магазинах содержателей типографий и книгопродавцев, забирать все книги, напечатанные в противность требованиям этого ордонанса, унич тожать типографские станки, арестовывать виновных и препровождать их в королевский совет. Таким образом, с одной стороны -- предварительная цензура, с другой сторон ы -- всевозможные меры, направленные к стеснению самого промысла книгопе чатания, установление строгого надзора и наложение тяжких наказаний за малейшее уклонение от предписанных требований -- таковы те условия, в кот орые была поставлена английская печать в конце XVI-го века. Между тем как в ц арствование католички Марии преследовалось и сжигалось все то, что носи ло в себе дух критики католицизма, при Елизавете, наоборот, беспощадному преследованию подлежало все благосклонное католицизму. Лишь одним из м ногих является пример Джона Стеббса, которому отсекли правую руку по обв инению его в государственной измене, выразившейся сочинения, написанно го в духе пуританизма, которого он был ревностным приверженцем. Рассказы вают, что в том момент, как у него отсечена была правая рука, бывшая орудие м «измены», он с помощью левой снял шляпу и воскликнул громогласно: « God, save the Queen» (Боже, храни королеву). Преследование доктрин пуританизма составляло в то время главный предм ет забот правительства в области. Против появления новых произведений д остаточной гарантией была установленная цензура. С целью же изъятия из о бращения вышедших ранее книг также принимались меры, образец которых пр едставляет собою королевская прокламация 1589 года, Она повелевает всем, им еющим у себя какие-либо сочинения, написанные против существующего упра вления английской церкви или против ее обрядов и церемоний, немедленно п редставить их епархиальному епископу. Тот, у кого находили такого рода к ниги, подлежал строгим уголовным карам. В этом, между прочим, историки вид ят одну из причин, почему сохранилось так мало пуританских памфлетов. Ближайшая за царствованием Елизаветы эпоха Стюартов была столь же мало благоприятна развитию печати. Строгости по отношению к ней не уменьшили сь, a наоборот, еще усилились. «Ни в чем так резко не выразилось тираническ ое направление первых двух Стюартов», говорит историк Мей, «как в их варв арском преследовании авторов, издателей и ввозителей запрещенных книг; ничто, с другой стороны, не свидетельствует столь знаменательно о любви к свободе, как то геройское мужество и твердость, с которыми переносилис ь эти преследования». Рядом с религиозными вопросами, на почве которых п режде почти исключительно сосредоточивалась борьба с печатью, теперь с толь же, если не более усердное внимание было обращено и на вопросы полит ического характера. В то время Англия переживала критический момент, ког да решалась дальнейшая судьба ее политического развития, когда должен б ыл окончательно определиться характер ее государственного строя. В бор ьбе за политическую свободу, которой угрожала серьезная опасность, одни м из могущественных орудий явилась печать, которая, под влиянием потребн остей времени, выработала новые формы. Обширные трактаты, тяжелые фолиан ты, являвшиеся до тех пор господствующим типом литературных произведен ий, представляли собою значительные неудобства для целей начинавшейся борьбы политических идей. Форма эта была неудобна как для самих авторов, так и для публики. Она не дает двух существенных условий, при которых толь ко и возможно распространить печатное слово -- небольшой размер и дешеви зна. И вот, рядом с обширными трактатами, появляются мелкие произведения, брошюры; мало-помалу начинает зарождаться и периодическая пресса (появл ение первой газеты, еженедельной, The Weekly Newes-- относится к 1622 году). Полиция печати по-прежнему находилась в руках Звездной Палаты, которая в эпоху первых Стюартов дошла до высшей степени злоупотребления своими о бширными полномочиями. Обычными орудиями преследования ее были: тюрьма, позорный столб, клеймление, изувечение и другие наказания, применявшиес я с чрезвычайною жестокостью. В 1637 г., по внушению архиепископа Лоуда, были преданы суду Звездной Палаты трое писателей, издавших несколько памфле тов по религиозным вопросам в духе пуританизма. Все трое были осуждены и подвергнуты четырем видам наказаний: штрафу в размере 5000 фунт. ст. каждый, в ыставлению к позорному столбу, отрезанию ушей и пожизненному тюремному заключению в отдаленных и глухих местах, в которых они были на веки удале ны от прочего мира. A одному из осужденных, сверх того, на щеках были выжжен ы с помощью раскаленного железа буквы S L (Seditiosus Libeller -- возмутительный клеветник ). Этот приговор и жестокое, исполнение его произвели сильное впечатлени е, выразившееся в целом ряде протестов. На улицах появились листки, изобр ажавшие архиепископа в виде «начальника армии дьявола в его войне со свя тыми», копия с декрета Звездной Палаты была прибита к доске, углы ее были с резаны, как отрезаны были уши у жертв Лоуда, вокруг имени его был сделан бо льшой чернильный знак, в объяснение которого особая надпись гласила: «че ловек, выставляющий к деревянному позорному столбу святых, стоит здесь у позорного столба из чернил». Под влиянием этих событий решено было усилить строгость мер по отношени ю к печати, установить более правильную систему предварительной цензур ы, увеличить надзор за типографиями и принять меры против развития тайно го книгопечатания. В этих видах и был издан в 1637 году декрет Звездной Палат ы о книгопечатании Decree of Starre Chamber. concerning Printing). Этот декрет, являющийся самым замечате льным документом в истории полиции печати в Англии, представляет собою п одробное развитие начал, положенных в основу изданного при Елизавете ор донанса. Мы рассмотрим наиболее существенные постановления 33-х статей е го применительно к трем важнейшим сторонам полиции печати: организации предварительной цензуры, регламентации промысла книгопечатания и, нак онец, мерам по отношению к тайному книгопечатанию и привозу книг из-за гр аницы. Прежде всего декрет объявляет в общей форме воспрещение печатать, ввози ть, продавать или иметь у себя какие-либо «возмутительные, схизматически е или соблазнительные» книги или памфлеты, заключающие в себе «злослови е по отношению к религии, церкви или правительству, или по отношению к пра вителям церкви или государства, или какой-либо корпорации, или же к частн ому лицу и лицам». Виновным в этом угрожает: во 1-х, отобрание всех таких кни г и памфлетов, во 2-х, такое «строгое наказание, в виде штрафа, тюремного зак лючения или какого-либо иного телесного наказания», какое, смотря по обс тоятельствам, Звездная Палата или Суд Верховной Комиссии (исключительн ый трибунал, ведавший, главным образом, религиозные дела) найдут нужным н азначить». Никто не может напечатать какую-либо книгу или памфлет прежде , чем эта книга или памфлет, a также и всякого рода предисловия, посвящения и т. д. не будут, во 1-х, рассмотрены и разрешены назначенными для этого лицам и, во 2-х, занесены в реестровые книги Компании типографов. По отношению к организации предварительной цензуры был применен принц ип специализации: обязанности рассмотрения печатаемых произведений ра спределены между различными лицами, смотря по их содержанию. Книги юриди ческого содержания (касающиеся общего права--Common Laws of this Realm) подлежат одобрению лордов верховных судей или кого-либо по их назначению; книги по истории А нглии, a также и по современным государственным вопросам рассматриваютс я главными государственными секретарями (министрами) или кем-либо по их назначению; книги по геральдике, о почетных титулах и т. п. будут рассматри ваться обер-гофмаршалом (Еаrlе Marschall) или кем-либо по его назначению; наконец, в се остальные книги, содержанием своим касающиеся богословия, естествоз нания, философии, поэзии и т. д., подлежат рассмотрению и одобрению архиепи скопа Кентерберийского или епископа Лондонского, или кого-либо по их наз начению, или же, наконец, канцлера или вице-канцлера обоих университетов. По отношению к этим последним декрет оговаривает, что их рассмотрению по длежат только книги, печатаемые в пределах обоих университетов, при чем они не должны касаться книг юридического и политического содержания. Рукописи должны быть представляемы в двух экземплярах, из которых один о тдается в распоряжение собственника рукописи, a другой остается у цензор а, в виде гарантии от позднейших переделок и изменений. На обоих экземпля рах цензор должен собственноручно засвидетельствовать, что в такой-то к ниге «нет ничего противного христианской религии, догматам и дисциплин е английской церкви, или государству и правительству, ни добродетельной жизни или добрым нравам», смотря по содержанию книги. Это одобрение долж но быть напечатано в начале книги с присовокуплением имени цензора. На каждом произведении печати (книгах, брошюрах, картах, портретах и т. под .) должны быть напечатаны имена типографа, издателя, a также автора и заказ чика. По отношению к типографиям декрет заключает в себе следующие меры. Число типографий остается ограниченным 20-ю в Лондоне и по одной в обоих универс итетских городах (Оксфорде и Кембридже). Собственниками типографий в Лон доне являются члены «Компании типографов», имена которых перечислены в самом декрете. Если кто-либо из них, вследствие смерти или по иной причине , вынужден оставить занятие книгопечатанием, то освобождающаяся ваканс ия замещается по усмотрению архиепископа Кентерберийского или епископ а Лондонского, которые по этому предмету должны войти в соглашение с шес тью другими членами Верховной Комиссии (High Commissioners). В целях «лучшего открытия тайного печатания не-дозволенных произведен ий» директору и надзирателям (Master and Wardens) Компании или двум собственникам тип ографам, по назначению архиепископа Кентерберийского или епископа Лон донского, дается «право и власть, взяв себе помощь, какую они признают нео бходимою, обыскивать дома и лавки (в какое время они признают нужным), особ енно же типографские заведения, смотреть, что печатается, и требовать це нзурного дозволения (license), чтобы видеть, разрешено ли это или нет, и если нет, то забирать на-печатанное вместе с виновными лицами и представлять их дл я дальнейших распоряжений архиепископу Кентерберийскому или епископу Лондонскому». Означенным досмотрщикам (searchers) дозволяется также -- «если при обыске они най дут какую-либо книгу или книги, или часть книги или книг, которые по их пре дположению заключают в себе вещи, противные доктрине и дисциплине англи йской церкви, или государству, или правительству -- забирать, при этом подо зрении, такие книги и представлять их для дальнейших распоряжений указа нным лицам. Все книги, привозимые из-за границы, задерживаются на таможне и подлежат предварительному рассмотрению Архиепископа Кентерберийского, еписко па Лондонского или кого-либо по их назначению. Через четыре года после издания этого декрета постановлением парламен та, известного в истории под именем Долгого, Звездная Палата была упразд нена (в июле 1641 года), a вместе с нею утратили силу и все изданные ею в разное в ремя ордонансы и декреты. Печать освободилась от давивших ее оков и стал а быстро развиваться, принимая деятельное участие в открывшейся борьбе между королем и парламентом. Но это продолжалось недолго, и вскоре тот же самый Парламент, который упразднил Звездную Палату, принимает целый ряд мероприятий в смысле ограничения свободы печати. В 1643 году была восстанов лена предварительная цензура, a в последующие годы и многие другие из пра ктиковавшихся Звездною Палатою мер по отношению к печати. В 1653 году издае тся предписание, в силу которого ни одно политическое известие или сообщ ение не может быть опубликовано без разрешения государственного секре таря. В 1654 и 1656 годах усилено наблюдение за политическою печатью. В эти годы Кромвелевской республики все эти меры имели цели совершенно обратные т ем, какие преследовались раньше: прежние гонители обменялись ролями с го нимыми. После реставрации Стюартов печать подверглась новым стеснениям. На это т раз они были облечены в законную форму: в 1662 году был издан парламентский статут, издание которого мотивировано тем, что, благодаря «общей распуще нности последних времен, многие злонамеренные лица осмелились печатат ь и распространять книги еретические и мятежного содержания». Этот стат ут почти целиком воспроизводит содержание уже рассмотренного выше дек рета Звездной Палаты, изданного в 1637 году. Восстановляя предварительную ц ензуру, он, как и прежде, вверяет обязанности ее различным лицам (канцлеру , главным судьям, министрам и т. д.), смотря по содержанию предназначающихс я к печати произведений. Число типографий по-прежнему ограничивается 20-ю; Лондон, Оксфорд, Кембридж и, кроме того, Иорк--четыре города, в которых разр ешено книгопечатание. Этот статут применялся с чрезвычайною жестокост ью. Авторы и издатели вредных сочинений, не говоря уже о тюремном заключе нии и огромных штрафах, нередко были подвергаемы смертной. казни чрез по вешение, четвертованию и другим мучительным телесным наказаниям, сочин ения же их сжигались палачом. Статут этот, известный под именем Licensing Act, представлял собою временную меру: он был издан на три года. Но вскоре же действие его было восстановлено; он был дважды продлен до 1679 года. В следующем году в официальном издании (« London Gazette») было объявлено о том, что королевские судьи признали единогласно, ч то «король может воспретить печатание и распространение всех новых кни г и вообще всяких произведений печати, не получивших предварительного р азрешения королевской власти», и что по этому предмету изготовляется ко ролевский указ. Появившись в том же 1680 году, он вызвал горячие нападения на него в Парламенте. В 1685 году прежние законы о цензуре были восстановлены н а семь лет; затем в 1692 году еще раз на два года. В 1694 году истек срок действия п оследнего Licensing Act'a, продление которого на новый срок встретило на этот раз си льную оппозицию и было отвергнуто Парламентом. С тех пор Англия не знает предварительной цензуры. Любопытно, что отмена цензуры прошла совершенно незамеченною среди соб ытий сравнительно неважных, сосредоточивавших на себе общественное вн имание того времени. В числе других текущих дел в сессию І694--1695 г. Парламенту предстояло решить вопрос о продлении действия нескольких временных ст атутов, среди которых был и акт о цензуре. Палата общин высказалась проти в его продления на новый срок. Палата лордов не согласилась с этим и в пред ставленный на ее рассмотрение билль внесла поправку, признав необходим ым, рядом с другими временными мерами, продлить и действие акта о цензуре. Общины отвергли эту поправку и назначили из среды себя комиссию, которая изготовила для представления верхней палате записку, излагающую сообр ажения, побудившие нижнюю палату отвергнуть Licensing Act. «Эта записка», говорит лорд Маколей, один из первых историков, обративших на нее должное вниман ие, «показывает, как далеки были члены палаты общин от сознания того, что о ни делают, какую революцию совершают они, какую силу вызывают к существо ванию. Все возражения их против статута относятся к вопросам второстепе нным. О великом принципиальном вопросе, составляет ли свобода печати бла годеяние для общества или зло, не сказано ни слова. Licensing Act осуждается не пото му, чтобы он представлялся негодным по существу своему, a потому, что он вл ечет за собою ряд мелких неудобств n затруднений, торговые стеснения, вме шательство в личную свободу. Он объявляется вредным потому, что дает воз можность компании привилегированных типографов (Company of Stationers) вымогать деньг и у издателей, потому, что он уполномочивает правительственных агентов п роизводить домовые обыски на основании так называемых general warrats (т. е. общих, бе з обозначения лиц, предписаний), потому, что он ограничивает иностранную книжную торговлю одним лондонским портом, потому, что он так долго задер живает на таможне ценные тюки с книгами, что они, наконец, портятся от сыро сти. Общины жалуются, далее, на неопределенность платежей, которые может требовать цензор; на то, наконец, что акт под угрозой ответственности вос прещает таможенным чиновникам открывать пришедший из-за границы ящик с книгами иначе, как в присутствии одного из цензоров. «Каким же образом, сп рашивает записка, чиновник может знать, что в данном ящике книги, прежде ч ем он откроет его?» Вот аргументы, выдвинутые общинами против акта о ценз уре (редакцию изложенной записки приписывают знаменитому философу Джо ну Локку). При вторичном рассмотрении билля, палата лордов не протестова ла против, решения нижней палаты и вопрос о продлении акта о цензуре был р азрешен в отрицательном смысле. С отменою цензуры одно за другим стали возникать новые периодические из дания; сильное развитие получили также брошюры и памфлеты. Но не только в количественном, материальном отношении оказались благие результаты ис чезновения цензуры. Последствием его явилось повышение нравственного уровня печати. Маколей, говоря об отмене цензуры, имевшей место в средине царствования Вильгельма III, между прочим обращает внимание на тот замеча тельный факт, что нападки на короля и его правительство во вторую полови ну его царствования были гораздо менее резки и злобны, чем в первую полов ину его. Причину этого он видит в том, что печать, несвободная в первую пол овину царствования Вильгельма III, во вторую стала свободною. Пока существ овала цензура, ни одно произведение, порицающее -- хотя бы в самых умеренны х и приличных выражениях--образ действий какой-либо отрасли управления, не могло появиться в печати с одобрением цензора. Печатать же такое прои зведение без разрешения цензуры было противозаконно. Таким образом, наи более почтенные ІІ умеренные представители оппозиции, не будучи в состо янии оглашать свои взгляды законным путем и не считая себя в праве или не решаясь прибегать к способу незаконному, уступили место другим, предост авив критику действий администрации или упорным фанатикам своих идей, и ли грубым и невежественным наемным писакам. В результате, люди честные, у меренные и здравомыслящие являлись лишь редкими исключениями среди пи савших против правительства. «Да и привычка писать против правительств а», замечает Маколей, «сама по себе имеет вредное влияние. Ибо у того, кто п ривык писать против правительства, входит в привычку нарушение закона; a привычка нарушать хотя и бессмысленный закон способна развивать в людя х полнейшее беззаконие. Как бы ни был нелеп таможенный тариф, контрабанд ист есть все-таки мошенник». Эмансипация печати произвела благотворную перемену: «лучшие и даровит ые люди в рядах оппозиции, говорит Маколей, принялись за дело, которое до т ого времени было предоставлено людям беспринципным или горячим голова м. Брошюры против правительства стали писаться стилем, никого не шокирую щим, и даже произведения более горячего класса недовольных стали значит ельно менее резкими, чем в дни цензуры». Нравственный уровень печати под нялся, и это, главным образом, под влиянием общественного мнения, под влия нием взглядов большого количества образованных людей, перед которыми в ыступало и хорошее, и дурное, и которые были свободны выбирать между тем и другим. Но, несмотря на уничтожение предварительной цензуры, английской печати пришлось пережить еще долгий период разного рода стеснений, прежде чем о кончательно установились современные условия ее свободы на началах ре прессивной системы. Правда, принципиально, теоретически свобода ее была признана уже самым фактом упразднения цензуры: каждый мог предпринять л юбое издание без всякого на то разрешения, каждый был свободен печатать, что ему угодно. Но на практике эта свобода подлежала значительным ограни чением, которые нередко совершенно парализовали ее. Ограничения эти име ли характер репрессивный и состояли, главным образом, в различных мерах преследования, которые, вследствие своей неопределенности, давали широ кий простор произволу и нередко ставили печать в условия, в высшей степе ни стеснительные. Наиболее стеснительным для печати условием являлись уголовные законы о пасквиле (так называемые laws of libel) и порядок судопроизводства по делам печа ти. Дело в том, что понятие пасквиля, libel, было в высшей степени неопределенн о, туманно, шатко и допускало чрезвычайно широкий произвол в толковании его. Даже такое компетентное лицо, такой знаток английского права, как ст арший Питт, говорил: «что касается до меня, то я никогда не мог понять, что т акое пасквиль». При такой неопределенности этого понятия, враги печати пользовались им крайне широко и делали из него орудие ее преследования. Жертвою этого пр еследования являлась, главным образом, мелкая литература политических памфлетов и брошюр и, особенно, периодическая печать, получившая сильное развитие с начала ХVIII века. Быстро росло ее влияние среди различных класс ов общества и она вскоре сделалась одним из сильнейших орудий борьбы меж ду партиями. Каждая из них, видя все более и более растущее значение печат и, старалась обеспечить за собою поддержку в ней и имела своих писателей, служивших ее интересам. На почве взаимной борьбы враждовавших между соб ою партий и выросла та система преследований печати, которая господство вала в течение всего XVIII столетия и выразилась в длинном ряде уголовных пр оцессов, оканчивавшихся обыкновенно применением жестоких кар. Пользуя сь неопределенностью и шаткостью закона, господствующая партия пресле довала своих противников путем обвинения их, в пасквиле. Помимо неопределенности этого понятия, два обстоятельства являлись гл авными причинами того, произвола и жестокости, с которыми велись эти пре следования. Во 1-х, присяжные не имели права решать вопрос о виновности лиц а, обвиняемого в пасквиле, a должны были ограничиваться лишь констатиров анием факта опубликования его обвиняемым, решение же вопроса о виновнос ти принадлежало судьям. Во 2-х, лицо, обвиняемое в клевете, не имело права до казывать справедливость и достоверность тех фактов, которые опубликов аны им и которые служили к обвинению его в клевете. Таковы те две аномалии, с которыми в течение долгого времени боролись лу чшие юристы и политические деятели Англии. И много усилий было приложено к тому, чтобы устранить их из английского права. Наиболее веские доводы в пользу расширения компетенции присяжных развиты были Эрскином, одним и з замечательнейших адвокатов Англии. Ему пришлось выступить, в качестве защитника, во многих важных литературных процессах в реакционный перио д царствования Георга III. Речи его до сих пор считаются образцами и автори тетными комментариями вопросов судопроизводства по делам печати. Особ енно памятною является речь Эрскина в процессе Стокдэля: по отзыву лорда Кэмпбелля, это «лучшая речь, когда-либо произнесенная с адвокатской каф едры и навсегда упрочившая свободу печати в Англии». Сторонники доктрины, ограничивавшей функции присяжных, находили, что во всяком уголовном процессе о «лайбеле» судья должен ставить три вопроса : 1) действительно ли подсудимый опубликовал инкриминируемое произведен ие; 2) являются ли доказанными те намеки и утверждения, на которых строится обвинение; 3) есть ли это лайбель, или нет и, следовательно, виновен ли в пре ступлении подсудимый. Первые два вопроса подлежат решению присяжных; по следний -- судьи, как вопрос права, a не факта. Далее признавалось, что раз да нные слова и выражения, взятые помимо всяких дальнейших пояснений, будуч и прочитаны судьею, признаются оскорбительными, они составляют преступ ление per se, и все побочные обстоятельства, хотя бы они и были доказаны, мо-гут явиться, самое большее -- смягчающим обстоятельством, до которого присяж ным нет дела. На эти соображения Эрскин возражал, что о виновности подсуд имого нельзя судить по отдельным словам и выражениям, выбранным из произ ведения и занесенным в обвинительный акт, что эти слова не могут быть при знаваемы оскорбительными до тех пор, пока не выяснятся все побочные обст оятельства и общий смысл и значение инкриминируемого произведения. Есл и они основательны, добросовестны и приличны, подсудимый должен быть опр авдан. Лайбель, как ряд оскорбительных выражений, по мнению Эрскина, не мо жет, как и рана на теле, быть признаваем преступлением per se, пока не будут выя снены все обстоятельства, показывающие намерение. Рана на теле может яви ться вследствие самозащиты или желания предупредить какое-либо другое преступление; точно также и слона, смотря по их объекту и намерению, време ни, месту, обычаям и другим обстоятельствам, могут быть признаны соответ ственными и достойными уважения. Выяснение и оценка обстоятельств, сопр овождающих нанесение раны и произнесение известных слов, не могут быть п ризнаваемы вопросами права, которые выдает судья. Это -- вопросы, подлежащ ие разрешению присяжных, которым должно принадлежат решение вопроса не только о факте опубликования обвиняемым инкриминируемого произведени я, но и вопрос о том, есть ли это--преступление и виновно ли в нем лицо, опубл иковавшее данное произведение. Эти доводы наконец восторжествовали и были поло-жены в основание Libel Act'a 1792 г., проведение которого в парламенте составляет заслугу Фокса (по имени его этот акт часто называется Fox's Act). Закон этот окончательно установил за прис яжными право решать вопросы не только о факте опубликования инкриминир уемого произведения, но и об общем смысле его и намерении подсудимого, a сл едовательно и общий вопрос о виновности. Изданием акта 1792 г. закончился процесс развития *свободы печати, упрочивш ейся не с отменою цензуры в конце XVII века, как это нередко утверждают, a стол етием позднее, когда дано было правильное решение вопроса о компетенции присяжных в делах о преступлениях печати, Какое важное значение придает ся в Англии именно роли суда присяжных в этой области, видно из следующег о положения, высказанного главным судьею лордом Кенионом при рассмотре нии одного литературного процесса. «Сущность вопроса о свободе печати, г оворил он, очень проста, если отбросить от нее всевозможные словесные ук рашения, и всякий здравомыслящий человек легко поймет ее. Это ни более, ни менее, как то, что каждый может огласить в печати все, чего двенадцать его сограждан не считают предосудительным, и с другой стороны -- что подлежит наказанию всякий, оглашающий то, что в глазах присяжных является предосу дительным». Что касается до второго из указанных недостатков английского права, то о н был устранен еще позднее, уже в царствование королевы Виктории. В 1843 году издан, по предложению лорда Кемпбелля, акт «в целях более действительног о обеспечения свободы печати и в видах лучшего предупреждения злоупотр еблений в пользовании этой свободой». В силу этого акта, лицо, обвиняемое в клевете, может в защиту свою представить доказательство справедливос ти тех обстоятельств, которые составляют предмет обвинения, a также и тог о, что эти обстоятельства опубликованы им в интересах общественной поль зы. Если ему удастся убедить присяжных в этом, он получает оправдательны й вердикт; в противном же случае, он подлежит установленным наказаниям. В течение долгого времени в Англии практиковались некоторые второстеп енные ограничительные меры, затруднявшие развитие прессы, особенно пер иодической печати; таковы -- штемпельный сбор, залоги и налог на объявлени я. Штемпельный сбор (Stamp duty), которому подлежали периодические издания, был уст ановлен впервые в царствование королевы Анны в 1712 году. Позднее размер ег о был увеличен до 4-х пенсов с каждого номера и экземпляра газеты, так что с бор этот представлял собою очень тяжкий налог. Целью его было отчасти до ставить казне лишний источник дохода, отчасти же парализовать развитие дешевой периодической прессы. Между тем, по мере успехов общественного и политического развития, потребность в общедоступных повременных изда ниях чувствовалась все более и более и вызвала к существованию обширную литературу в виде разных мелких изданий и брошюр, в которых печатались с ообщения и рассуждения о политических вопросах. Они до известной степен и заменяли собою периодические издания и получили широкое распростран ение среди менее состоятельных классов населения. Чтобы положить преде л развитию этой, неоплачиваемой штемпельным сбором, литературы, в 1820 году парламентский акт распространил штемпельный сбор и на брошюры и, вообще , на все мелкие издания, не превышающие объемом своим двух печатных листо в, или продаваемые не дороже 6 пенсов за экземпляр. Но потребность в дешевы х и общедоступных изданиях была чересчур велика: несмотря на принятые ме ры и строгость преследования за их нарушение, контрабандные издания, т.е. такие, которые выпускались без уплаты штемпельного сбора, получали все б ольшее и большее развитие. Особенно сильное распространение контрабан дная печать получила в эпоху первой парламентской реформы (1832 года), когда появилось множество дешевых и неоплаченных штемпельным сбором газет, п редназначенных для беднейших классов населения. Несмотря на усиленные преследования, сопровождавшиеся уголовными наказаниями и тяжелыми штр афами (в пятилетний промежуток между 1831 и 1835 гг. было 728 случаев такого рода пр еследования и около 500 случаев тюремного заключения), явление это продолж ало упорно развиваться. В конце концов законодательство было вынуждено уступить народившейся потребности, и в 1836 году размер штемпельного сбора был понижен до одного пенса, a в 1855 г. этот сбор был окончательно отменен. В конце XVIII века, в эпоху реакционного направления, вызванного событиями ф ранцузской революции, был установлен ряд полицейских мер, имевших целью , с одной стороны, увеличить контроль за периодической прессой, с другой--п оставить новую преграду ее развитию. В силу акта 1798 года, издатели газет об язаны были представить залог в размере 400 фунт. ст. (в некоторых случаях--300 ф. ст.); мотивом к этому выставлена была необходимость гарантировать уплату денежных штрафов, вознаграждения за убытки и другие издержки по могущим возникнуть процессам. В.1820 году внесение залогов, в размере 300 фун. (в некото рых случаях---200 ф. ст.) было установлено и для издателей брошюр и вообще мелк их изданий, не свыше двух печатных листов. Издатель газеты обязан был, дал ее, под страхом штрафа в размере 50 ф. ст. за каждый просроченный день предст авить в главное штемпельное управление письменное объявление, заключа ющее в себе точное название газеты, указание типографии, где она печатае тся и выдается, a также имена, звания и места жительства типографщика, реда ктора и издателя. В конце каждого номера, под страхом штрафа в размере 20 ф. с т., должны быть указаны имя, фамилия, звание и адрес типографщика и издател я, место издания и дата выпуска. Указание типографии и представление одн ого экземпляра в течение законом определенного срока предписывается п од страхом штрафа в размере 100 ф. ст. Залоги были отменены в 1869 году. Налог на объявления был установлен в 1714 г., одновременно со штемпельным сб ором; каждое объявление печатаемое в газетах, облагалось сбором в 1 шилли нг. В 1757 году размер этого сбора был удвоен, a в 1804 г. налог на объявления опред елен был в 31/2 шиллинга с каждого. В 1833 г. размер его понижен до 11/2 шил., a в 1853 г. сост оялась отмена этого налога. Значительным тормозом в развитии периодической печати и, особенно, деше вой прессы являлся налог на бумагу, который был отменен лишь в 1861 году, благ одаря настояниям Гладстона. С отменою указанных ограничительных мер в Англии установилась в чистом виде репрессивная система, в основе которой лежит свобода печати, в пред елах, указываемых общими началами гражданской и уголовной ответственн ости за преступления и проступки, совершаемые путем печати. Из числа пре дупредительных мер сохраняются лишь те, которые имеют своею целью обесп ечить возможность судебного преследования в случае совершения путем п ечати какого-либо преступления. Таковы постановления об обязанности из дателей обозначать на всех произведениях печати (как на книгах, так и на п ериодических изданиях) имя и местожительство типографа, a также об обяза нности содержателей типографий сохранять письменные сведения об имена х и местожительстве их заказчиков.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Молодой носитель тестостерона ищет красивую носительницу эстрогена для совместного выделения эндорфинов...
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru