Реферат: Развитие социологии в России - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Развитие социологии в России

Банк рефератов / Социология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 56 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Филиал Са нкт-Петербургского Института ВнешнеЭкономических Связей Экономики и Права, экономический факультет, очное отделение Реферат по предмету: социология на тему: развитие социо логии в России Подготови л а : студент ка 1 курса Давиденко М.В. Научный руководитель: к.и.н. доцент, Яхонтова Елена Серафимовна г. Кингисепп 2004 г. Содержание 1. Введение. 2 . Истори ографи ческая концепция. 3 . Рационализация нигилизма. 4 . Советский марксизм и социология. 5 . Социологические обследования и поли тический контроль. 6 . Модернизация сов етс кой социологической доктрины в 1950-е годы. 7 . Социологический ренессанс. 8 . «Перестройка» в соци ологии и постсоветская социологическая наука. 9 . Заключение. 10 . Литература. Введение Расширить и углубить представление о социологии как о науке помогает изучение ист ории ее становления и развития. Естественно возникает вопрос: когда и пр и каких условиях она возникает, что послужило побудительным толчком для формирования новой науки об обществе? Ответ на этот вопрос не совсем про стой, поскольку определенные представления об обществе развивались в т ечение многих столетий. Социологич еская мысль в России развивается как часть общемировой социологическо й науки. Испытывая влияние со стороны различных течений западной социол огии, она вместе с тем выдвигает оригинальные теории, в которых отражает ся своеобразие развития российского общества. Историографическая концепция В современной историографии общественной мысли утвержд ается взгляд на Российскую социологию как нау ку противостоящую марксистской идеологии и политическому режиму. Это с праведливо в той степени, в какой противостоят наука и идеология. В данно м случае речь идет о том, что социология была чужеродным элементом в корп усе советского марксизма. Самым радикальным выражением такого подхода является свидетельство, что социология в СССР была до определенного вре мени запрещенной, «репрессированной» наукой, примерно такой же, как гене тика и кибернетика , и даже само слово «социолог ия» нельзя было произносить громко. Эта точка зрения имела теоретическо е обоснование – постулат о невозможности существования науки об общес тве в несвободном обществе: поскольку марксизм-ленинизм несовместим с и деей научного социального познания, тоталитарная власть должна ничего не знать о реальной общественной ситуации. Соответствующим образо м выстраивается и историческая периодизация взлетов и падений социоло гической науки в России. Предполагается, что развитая социологическая т радиция, существовавшая до октябрьского переворота 1917 года, была прерван а большевистской властью. Уничтожение научной социологии условно дати руется 1922 годом, когда были высланы за границу д ающиеся российские ученые, в том числе П.А. Сорокин, Н.А. Бердяев, С.Л, Франк, П. Б. Струве и другие. В 1920-е года социологическая работа еще продолжалась, но затем социология была объявлена буржуазной лженаукой, но только не совм естимой с марксизмом, но враждебной ему. Отсюда следует вывод, что до конц а 1950-х годов социология фактически прекратила существование . Ее ренессанс начался в период хрущевских преобразований и закончился в 1972го ду «разгромом» Института конкретных социальн ых исследований АН СССР. После этого начинается новый период – «век сер ости». Такова историографическая схема, доминирующая в обсуждение суде б российской социологии. «Хорошая» социология противостояла «плохой» идеологии – как любое черно-белое изображение истории идей, эта схема в ытекает из предубеждений. Вероятно, главное из них – неприятия советско го марксизма, который в течение долгого времени препятствовал свободом ыслия в России. Даже если это так, отсюда не след ует, что социология в силу своего научного характера являла альтернатив у официальной доктрине вообще и историческому материализму в частност и , кроме того , нет убедител ьных оснований отказывать историческому материализму - теории, обладаю щей исключительно мощным эвристическим потенциалом, - в праве занимать м есто в ве дущих социологических доктрин Х I Х-ХХ столетий. Советская версия маркси зма лишь кажется непроницаемой и монолитной . Д ействительно, может возникнуть впечатлени е, ч то научная мысль здесь застыла в оцепенении. Однако даже в самые мрачные времена в общественных науках не прекращалось то, что в рассказах об уче ных называют «творческим горением». (Чего стоит, например, творческая су дьба З.Я Белецкого – одной из самых неординарных , но забытых фигур в марксизме сталинского периода, автор а экзотической леворадикальной версии социологии знания). За идеологич ескими штампами, переполнившими публикации по общественных, довольно т рудно угадать проблеск мысли. Поэтому лучше писать историю социологиче ских идей как историю людей. Тогда можно увидеть, что марксистская общес твенная мысль соединяет в себе унаследованную от диалектики величайшу ю изощренность в построение риторических и мыслительных фигур, глубоко закодирован ный лексикон, обвивающий жесткие н есущие конструкции официальной доктрины, уникальное умение распознавать невидимые движ ения идейной атмосферы, пренебречь которыми мог бы позволить себе тольк о дилетант. Догматизм и ортодоксия создавали своеобычный стиль теорети зирования , внутри которого, как и внутри любого канона, хватало места и для свободомыслия, и для школьного прилежания, и д ля плюрализма мнений. Непредубежденный историк отметит в совокупном общество ведческом тексте советского марксизма влияния различных философских и дей (в том числе идеалистических), многообразия школ, направлений, группи ровок и, конечно, «катакомбную» науку, не отраженную в журналах и моногра фиях, но создававшую нормы профессиональной коммуникации и производст ва знания. Это было присуши диалектическому и и сторическому материализму, логике, этике, эстетике, истории философии. Социология не составляет исключение в этом ряд у. Равным образом для объективного исторического исследования неприем лемо разграничение «хороших» социологов и «плохих» идеологов, хотя изу чение групповой борьбы и позиционных конфликтов в научном сообществе имеет принципиально важное значение для объяснения мног их идейно-теоретических контроверз. Во всяком случае, нельзя заранее иск лючать существования «плохих» социологов и «хороших» идеологов. Полож ение социологии в советском обществе было уникальным. Социология была о рганической частью проекта, на основе которого создавалось само общест во. История идей не знает иного эксперимента такого рола. Смыслообразующ ий центр этой идейной химеры явлен стремлением конструированию искусс твенной, призрачной реальности. «Идея» не знает покоя, постоянно стремяс ь к ка кой-то «практике» и одновременно отвращаясь от неё. Слово и дело не могут жить друг без друга, но и ужиться н е могут. А наука и учение становятся здесь избавлением от безысходности даже тогда, когда упражняться в нем мастер категориального бельканто. Как бы то ни было, требует ся сделать все возможное, чтобы будущее поколения могли аргументировано, без пред убеждений оценивать семидесяти летний период господства советского ма рксизма и не смотреть на него как на время тотального мрака и лжи, которое надо поскорее вычеркнуть из исторической памяти. Если не осуществить рациональную историческую реконстр укцию изнутри, люди, которым довелось жить и работать в это время, будут ка заться либо бессовестными приспособленцами, либо угнетенными умниками с фигой в кармане. Гордый взор иноплеменный не заметит здесь ничего засл уживающего серьёзного внимания. Типичное свидетельство об этом период е оставил столь проницательный наблюдатель, как Льюис Фойер, побывавший в Советском союзе в 1963 году; единственные пятна в обстановке непрекращающегося кошмара предст авляли собой свободомыслящие грузинские обществоведы и неофициальный философский кружок студентов МГУ, существовавший по недосмотру КГБ. Наша задача – показать непрерывность российской социол огической традиции, никогда не замыкавшейся в рамки академических докт рин. Унаследованная от немецкого интеллектуа лизма приверженность категориями диалектики , дух отчаянного марксистского философствования, тесно связь с идеологи ей и массовой пропагандой придавали идее-монс тру неповторимое внутреннее очарование. Эта идея может не нравиться, но вычеркивать ее из истории не следует. Кроме идей, исключительное значени е для понимания российской и советской соци ол огии имеет история профессионального сообщества и научных учреждений, составляющих важный элемент системы «институционального плюрализма», включающей неформальное распределение власти, взаимодействия и борьбу интересов, которая оказывая сёрьезное влияние на реформирование полит ического режима. Рационализа ция нигилизма Отличная черта российской социологии – её исключительное влияние на общественную и политическую жизнь. История н е знает другого такого подчинения человеческого сообщества теоретичес кой схеме, что же касается тематической программы и основных теоретических ориентаций, то ро ссийская социология в полной мере наследует западную традицию просвет ительского милленаризма соединяя её с мистиче ской верой в исключительность «русского пути». Эталон социологическог о интеллектуального этноса явлен в марксистской доктрине, получившей з начительное распро странение в ее либеральной и револ юционалист ск ой версия среди русской интеллигенции в конце Х I Х – начало ХХ века. К э тому времени Россия уже имела более чем столетию традицию секулярной об щественной мысли. В царствование Екатерины II был задуман и осущест влен грандиозный социальный эксперимент в духе Фенелона и Руссо по воспитанию «новой породы людей» в закрытых учебны х заведениях. Разработка проектов социального переустройства России п родолжалась и в царствование Павла I и Александра I . Возникновение «научного направления» в российской обще ственной мысли можно приблизительно датировать 60-и годами Х I Х столетия. Тогда появи лись первые пу бликации по вопросам социологи и, где развивалась преимущественно позитивистская программа. Открытия органического единства мира и натуралистический постулат о закономерн ом развитии общества произвели сильное впечатление на русскую демокра тическую интеллигенцию . Сотни социологических статей увидели свет на страницах общественно-политической периодики. Приняти е социологической точки зрения, как правило, означало выражение интелле ктуального протеста против архаичных социальных институтов. М ожно сказать, что Российская социология институциона лизировалась примерно тогда, когда И.С.Тургенев встретил в поезде молодо го врача, который поразил его воображение как новый социальный тип «ниги листа». Так родился образ Базарова. Российская социология стала своеобр азной рационализацией нигилизма, изначально посвятив себя критики нес овершенного устройства общества и поиску социального идеала. Возвышен ие «социологического бога» произошло на фоне демократизации общественной жизни и государс твенного публицистического активизма и появления, критически мыслящих личностей. Возможно, рецепция пози тивистских идей затронула лишь поверхностный пласт русской духовной ж изни, в которой всегда был укоренен поиск предельных оснований истины, д обра и справедливости. Идеологии русской религиозно-мистической избра нности была представлена в сочинениях славянофилов. В 1869 году вышла знаменитая книга Н.Я.Данилевского «Россия и Европа», где была развернута идея пространственной и временной локализации культур но-исторических типов. Через 50 лет эта идея получит новое рождение в Шпенг леровском «Закате Европы». Мощную альтернативу позитивистс кому идеалу социологии создавала религиозно-философски е мысли (Ф.Ф.Голубинск ий, В.Н .Куд рявцев-Платонов). В.С. Соловьев предпринял оригинальную попытку реинтерпретировать контовское понятие « Grand Etre » в соборном ключе. Ге гелевская школа в теории государства и права была представлена сочинен иями «либерального консерватора» Б.Б.Чичерен а. Позднее заметное место в русской общественной мысли занимала неокант ианская методология (Л.Б.Струев; Б.П. Кистяковский; П.И Новгородцев; С.Л.Фран к). Однако право называться социологами принадлежало по преимуществу ст оронникам «позитивной науки». Пара ллельно с теоретической социол огией в дореволюционной России развивались социальные и статистическ ие обследования, проводившиеся земствами – органами местного самоупр авления. Земская статистика изучала имущественное положение и хозяйст венную деятельность крестьян и фабрично-заводских рабочих, социальную структуру населения, жили щ ные условия, образование, санит арную культуру. К началу ХХ века систематические обследования велись в 17 губерниях российской империи. В некоторых регионах проводились сплошн ые переписи крестьянских хозяйств. В начале ХХ столетия в России были созданы первые социологические учре ждения. Перспективная социальная программа разрабатывалась в Психонев рологическом институте в Петербурге. Основой программы стала идея В.М.Бе хтерева «о научном управлении поведением на основе рефлексологии » ( термин , эквивалентный «бихевиоризму»). В институте существовала кафедра социо логии во главе с М.М.Ковалевским и Е.В. де Робери, которые опубликовали несколько сборников «Новые идеи в социологии» Исключитель но роль в российской социологии было суждено сыграть марксизму. Распрос транение марксизма было предуготовано прогрессистским настроем общес твенного сознания и верой в естественные закономерности. Для взоров Мар кса люди складываются в социологические группы , а группы эти чинно и закономерно образуют правильные ге ометрический, т.к. будто кроме этого мерного движения социологических элементов , в истории ничего не происходит, и это упразднение проблемы личности есть основная черта марксизма», - писал С.И.Булгаков. После революции 1917 года наряду с марксистским учением акт ивно развивалось социологическая мысль русск их либералов. Вышли книги К.М.Тахтерева; В.М.Хвостова; В.М. Бехтерева; П.А.Сор окина; С.Л.Франка; Л.П.Карсавина. «Русское социологическое общество имени М.М.Ковалевского», созданное в 1916 году, собиралось эпизодически, так же как и «социологический институт», где читали лекции К.М.Тахтарев; И.А.Гредеск ул; Н.И.Кареев; М.Л.Сор и другие. В 1922 году стала формирова ться система идеологических и теоретических институтов большевистско й власти . Созданная при наркомате просвещения «комиссия ротштейна» атаковала «буржуазную профессуру», которая на пр отяжении 20-х годов вытеснялась из высших учебных заведений. С этого време ни в России немарксистской социологии не было в явном виде. Некоторые ин теллектуалы были высланы заграницу, остальные были репрессированы либ о адаптировались к режиму. Социологическая тематика разрабатывалась в исследовательских учебных учреждениях правящей партии, среди которых ведущую роль играли институты красной профессуры. Советский марксизм и социология Принципиальное значение для последующего развития сове тской версии марксизма имеет социологический лексикон, который в данно м случае может считаться домом научной дисциплины. Летом 1894 г. В.И.Ленин в п олемике с Н.К.Михайловским и другими авторами журнала «Русское богатств о» дал кано ническое определение «научного метода в социологии»: «'Как Д арвин положил конец воззрению на виды животных и растений, как ничем не с вязанные, слу чайные, "богом созданные" и неизменяемые, и впервые поставил биологию на вполне научную почву, установив изменяемость видов и преемс твенность между ними, так и Маркс положил конец воззрению на общество, ка к на механичес кий агрегат индивидов, допускающий всякие изменения по в оле начальства (или, все равно, по воле общества и правительства), возникаю щий и изменяющийся случайно, и впервые поставил социологию на научную по чву, установив поня тие общественно-экономической формации, как совокуп ности данных произ водственных отношений, установив, что развитие таких формаций есть естествен но-исторический процесс». Эта цитата предопред елила устойчивую позицию «социологии» в общественнонаучном лексиконе советского марксизма. Во всяком случае, не было никаких сомнений в том, чт о исторический матери ализм и есть единственно научная социология. Следует обра тить внимание на соотнесение Лениным диалектического ме тода с научно-о рганическим воззрением на общество (такая трактовка диалекти ки встреч ается только у раннего Ленина и после открытия им «Науки логики» никогда уже не воспроизводится): «Диалектическим методом в противополож ность метафизическому Маркс и Энгельс называли не что иное, как научный метод в социологии, состоящий в том, что общество рассматривается как жи вой, на ходящийся в постоянном развитии организм... для изучения которого не обх одим объективный анализ производственных отношений, образующих дан ну ю общественную формацию, исследование законов ее функционирования и ра звития» . Ленинские фо рмулировки требуют дополнительного ком ментария. Термин «социология», несмотря на последующие коллизии внутри мар ксистской теории, уже нельз я было устранить из концептуального лексикона. «Социология» трактовал ась Лениным в 1894 г. несколько наивно, он не предпо лагал, что «научность» не может не войти в диссонанс с экзальтацией классовой борьбы. Социология о казалась неспособной поддержать романтический револю ционный порыв в силу своей склонности рассуждать и рационализировать. Ле нин, вероятно, чувствовал ненадежность «социологии», ее скрытую внепартийность и «бу ржуазный объективизм» и избегал этого слова. Если у него и сохранились к акие-либо иллюзии насчет «научности», то они окончательно рассеялись в 1908 г., когда авторитетный теоретик марксизма А.А.Богданов дал социологиче ское объяснение материалистическим «вещам в себе» и предложил « эмпириомонистическую » вер сию марксистской науки, впоследствии развитую им в « тектологию » - всеобщую организа ционную науку. Русская интеллигенция была одержима научностью с 1860-х гг. « Научность» являла собой скорее умонастроение и утопический миф, чем ори ентацию на традиции д исциплинарную организацию знания. Описывая духовную атмосферу того вр е мени, В.ВЛеонтович отмечает охватившее интеллектуальные круги особое опь янение, связанное с идеей революции, ожидание свободы — всеобщего и прин ципиального устранения всех препятствий на пути к осуществлению б есконечных возможностей. При этом представители радикализма все время ссылались на на уку и научный прогресс и подчеркивали, что они одни имеют право говорить от имени науки. В «Истории русской революции» Л.Кулчицкий пи шет: «Тогда люди были полностью уверены, что Россия — это белый лист, н а котором легко можно записать все то, что диктует наука и социология» . Эйфория социального творчества достигла максимума в первые годы револю ции. Весь мир рассма тривался тогда как материал для социологического преобра зования, а нес овершенство мира приписывалось в значительной степени социоло гическ ому невежеству. Именно этим обстоятельством П.А.Сорокин мотивировал нео бходимость преподавания социологии. В 1920 г. он писал: «Благодаря нашему не вежеству в области социальных явлений мы до сих пор не умеем бороться с б едствиями, берущими начало в общественной жизни людей. Мы не умеем глупо го делать умным, преступника честным, лентяя трудолюбивым... Люди продолж а ют грызться друг с другом... Только тогда, когда мы хорошо изучим обществ енную жизнь людей, когда познаем законы, которым она следует, только тогд а можно рассчитывать на успех в борьбе с общественными бедствиями» . Ренессанс одержимости н аукой наблюдался и в 1920-е гг., когда аудитории университетов наполнили раб факовцы. Научность порыва к переустройству мира была чутко схвачена А.Пл атоновым в «Родине электричества»: «Стоит, как баш ня, наша власть науки, а прочий вавилон из ящериц, засухи разрушен будет умною рукой. Не мы созда ли божий мир несчастный, но мы его устроим до конца. И станет жизнь могучей и прекрасной, и хватит всем куриного яйца. Не дремлет разум коммуниста, и рук ему никто не отведет. Напротив: он всю землю чисто в научное давление в озьмет...» В первые годы социалист ического строительства активно развивались социо логия растительных и животных популяций, фрейдо-марксизм и педология; ото шедший от большев иков Богданов вынашивал идею «физиологического коллекти визма» и устр анения социального неравенства на основе всеобщих обменных переливани й крови; Психоневрологический институт продолжал разрабатывать методы рефлексологического воспитания личности. В основе этой программы лежа ла вера, что «полное торжество пролетариата будет полным торжеством чис той науки». В рамках «научного направления» советского марксизма были р аз виты идеал технической рациональности и представление о коммунисти ческом обществе как совершенной технической системе. Миф о технике был в недрен в центральный постулат марксизма о всемирно-исторической мисси и пролетариата: «Никакое божественное предвидение и никакое человечес кое духовное превосход ство не в силах преградить рабочим путь к господ ству над миром, если техника превращает их в материальных и духовных вла дык мира». Аналогичная программа революционно-технического преобразов ания мира была представлена эксцентричной инженерно-социологической у топией А . К .Г астева. Нередко социо логичес кий редукционизм приобретал экстремистские формы. Одиозная редукциони стская интерпретация марксистской идеи была предложена Э.Енчменом, кот о рый ставил целью разоблачить классовую сущность «душевных явлений». О н предпринял отчаянную атаку на «эксплуататорские воззрения» столь ра зных авто ров, как Н.И.Бухарин, В.Н.Сарабьянов, А.М . Деборин, и призвал рабочих уничто жить кафедры философии и психологии как орудия эксплуататорского обмана. Со циологи ческий идеал коммунизма представлялся Енчменом как «единая система ор ганических движений». В западной общественной мысли нечто по хожее можн о найти в инженерно-поведенческой утопии Б.Скиннера «Уолден-2». Последовательная социо логическая интерпретация марксистской теории была выдвинута в начале 20- х гг. Н.И.Бухариным и подвергнута довольно жест кой критике со стороны Лен ина, который оставил свои маргиналии на книге Бухарина «Экономика перех одного периода». Написанные в мае 1920 г., эти заметки оставались известными лишь узкому кругу лиц в Социалистической академии до сталинской победы над Бухариным в 1929 г. . Он и имеют принципиальное значение для понимания воззрений «позднего» Ле нина на «со циологию» и, кроме того, проясняют теоретические и политичес кие мотивы попыток заклеймить слово «социология» как «опошленное бурж уазными уче ными». Ленин испытывал откровенную неприязнь ко всей богдан овской «тара барщине». Книгу Богданова он прочитал в начале мая, а через н едели три ему в руки попала бухаринская работа, где он без труда распозна л влияние «органи зационно-социологических» идей. Какова же была реакци я Ленина на слова «социологический», «социология» и т.п., которыми была на полнена бухаринс кая работа? Эти слова подчеркивались и комментировали сь типичными ленин скими маргиналиями: «уф», «ха-ха», «эклектизм», «карау л» и т.п. В одном месте имеется развернутое суждение, не оставляющее сомне ний об отношении Лени на к обсуждаемому здесь термину: «Вот это хорошо, чт о "социолог" Бухарин наконец (на 84 странице) поставил в иронические кавычк и слово "социолог"! Браво!». Впоследствии этот материал использовался, что бы противо поставить ленинскую «партийность» и бухаринскую «социолог ию» (и вообще, «научность»). «О, академизм! О, ложноклассицизм! О, Третьяковс кий!», — иро низировал Ленин, читая рассуждения Бухарина. К тому времени он никогда не вспоминал свои «научно-социологические» определения 1894 г. Б ухарин не учел критику Ленина и предпринял новую попытку разработать «с оциологию марк сизма» в книге «Теория исторического материализма». Соц иологическая кон цепция Бухарина исходила из того, что «практическая за дача переустройства общества может быть правильно решена при научной п олитике рабочего клас са, т.е. при политике, опирающейся на научную теорию , которую пролетарий имеет в виде теории, обоснованной Марксом». Разгром бухаринской «ереси» стал поводом для активной борьбы против «абстракт ного социологиз ма» и «механицизма» на протяжении 30-х гг. Действитель но, «пролетарская социология» была идейной химерой. Истори ческий матер иализм не мог не возненавидеть свою «научность», явленную в «соци ологи ческой закономерности». Поэтому социологическая теория «равновесия ве щей, людей и идей» изначально была обречена на то, чтобы стать ересью, хот я Бухарин оставался самым влиятельным теоретиком партии до конца 20-х гг. Укажем еще о дну точку отторжения (точнее, любви-вражды) философского и социологическ ого импульсов в советском марксизме. С одной стороны, следует пред стави ть «диалектику», которой столь блестяще владел Ленин. Гибкость, относи т ельность и неуловимость диалектического мышления превращали историче ский материализм (несмотря на видимую отчетливость его формул) в нечто т аинствен ное и непредсказуемое. Отсюда и эзотерическая лексика историч еского материа лизма. Исторический материализм — это, кроме всего проч его, поэтика революци онного подвижничества и страдание от невозможнос ти высказать себя до конца. Социология же своей устремленностью к «закон омерностям функционирования и развития» с наивной откровенностью дела ет тайное явным и профанирует револю ционную романтику в рационализиро ванных схемах. При этом социолог может ус пешно играть роль «Неистового Роланда». Таким и был Бухарин. Он вполне логично (в функционалистской ман ере) и простодушно (с точки зрения марксизма) предположил, что при капитал изме генеральная линия пролетариата направлена на взрыв «общественного целого», а диктатура пр олетариата при социализме на правлена на укрепление единства «обществ енного целого». Особую роль в разгроме б ухаринской социологической школы сыграло «фи лософское руководство» конца 20-х гг. во главе с А.М.Дебориным, который воз главлял тогда журнал «По д знаменем марксизма» и Общество воинствующих ма териалистов-диалекти ков. В частности, один из наиболее радикальных «диалектиков» Н.А.Карев от казывался рассматривать исторический материализм как социоло гию, пот ому что ее объективистский характер не соответствует духу марксизма. Он пытался квалифицировать социологию как буржуазную науку, но даль нейше го развития эта идея не получила. Нет оснований считать, что «социология » связывалась тогда с «научно-механистическим» направлением советског о марк сизма. Примечательно: когда в 1929 г. вышла книга ленинградца С.А.Оранс кого «Основные вопросы марксистской социологии», она расценивалась «д иалектика ми» как направленная против механистического метода. Критик упрекал автора лишь в том, что в книге «не сводится счетов со Степановым, А ксельрод и Сарабьяновым». Открытая «философским руководством» полемик а на страни цах журнала «Под знаменем марксизма» была направлена на то, ч тобы идеологи чески скомпрометировать социальные и философские воззр ения «механицистов». Когда над «механицизмом», казалось бы, была одержан а полная победа и Аксельрод была обвинена в измене марксизму-ленинизму, деборинцы попали в такую же яму, какую копали «механицистам». Удар нанес ли свои. 7 июня 1930 г. в «Правде» была опубликована статья членов Общества во инствующих материалистов-диа лектиков М.Митина, В.Ральцевича и П.Юдина « О новых задачах марксистско-ленинской философии». 9 декабря в Институт к расной профессуры приезжал Ста лин и беседовал с членами партбюро. А 25 ян варя 1931 г. было принято постановление ЦК ВКП(б) «О журнале "Под знаменем мар ксизма"», где деборинская группа подверглась идеологическому разгрому. Члены группы Н.А. Карев, Я.Э.Стэн, И.КЛуппол, И.П.Подволоцкий и другие были вп оследствии репресси рованы. Деборин ждал ареста, собирался кончить жизн ь самоубийством, но судьба его сложилась сравнительно удачно. С того вре мени никакого участия в философс ких дискуссиях он не принимал. Деборин цев стали называть «меныпевиствующими идеалистами», а «социология» во сстановила свои позиции в теоретическом лекси коне советского марксиз ма. В 1936 г. в журнале «Под знаменем марксизма» разъяс нялось, что марксистс кая общественная наука это и есть социология, и нет ника ких оснований сч итать данное слово опошленным буржуазными учеными. И — самое главное — было установлено, что слово «социология» употреблено И.В.Сталиным «в по ложительном смысле». Написанный И .В.Сталиным очерк «О диалектическом и историческом ма териализме» завер шил канонизацию марксизма-ленинизма. Изучение историчес кого материал изма предполагало четкое уяснение трех особенностей обществен ного пр оизводства: 1. Производство является базисом, определяющим характер всег о общественного и политического уклада общества; 2. Производительные сил ы обусловливают производственные отношения; 3. Новые производительные с илы и соответствующие им производственные отношения возникают в недра х старо го строя не в результате преднамеренной, сознательной деятельно сти людей, а стихийно, бессознательно, независимо от воли людей. В конце 30-х гг. была реформирована Академия наук, созданы но вые научные и учебные учреждения, Высшая аттестационная комиссия, много уровневая система политического образования, установлены достаточно в ысокие должностные ок лады и ставки для научных сотрудников и преподава телей. Все это предопредели ло развитие инфраструктуры науки вплоть до краха СССР. К осени 1946 г. в Институте ф илософии Академии наук появилось нечто похожее на социологическое под разделение — сектор, которым руководил про фессор М.П.Баскин. Программа сектора социологии выражена в его протоколах следующим образом: «Тепер ь, когда введено слово "социология", очень важно отбросить архивные катег ории социологии. Нужно взять плоть и кровь материалов по социологически м учениям...» [1]. М.П.Баскин занимался изучением и критикой зарубежных социо логических концепций и получал поддержку со стороны началь ника Управл ения пропаганды ЦК ВКП(б) Г.Ф . Анександрова и Ю.П.Францева — в то время завотделом печат и Министерства иностранных дел СССР. Александ ров, Францев и Баскин акти вно публиковали статьи с анализом и критикой западных социологических концепций в научной и политической периодике. В «команду» Александрова входили будущие руководители советской обществен ной науки П.Н.Федосее в (возглавлявший теоретический журнал ЦК ВКП(б) «Большевик»), М.Т.Иовчук, В. С.Кружков. Собственно говоря, роль Баскина зак лючалась в том, чтобы обесп ечивать «совдологический триумвират» рефератив ным материалом и дово дить творческие идеи Александрова до конечного резуль тата. Так или ина че, работа Александрова, Францева и Баскина имела исключительно важное з начение для формирования жанра «критики буржуазной социологии» и реце пции западных идей в период, предшествовавший коренным изменениям в тем атической программе советского марксизма. Соци ологически е обследов ания и политический контроль Особую и малоизученную проблему истории советской социо логии составляет положение эмпирических обследований. Казалось бы, сбо р данных о движении, демографическом составе, доходах населения, обществ енном мнении, политичес ких настроениях и т.п. б ыл запрещен. Однако запрет распространялся ис ключитель но на открытое использование информации в печати и научной ра боте, регламен тировавшееся Государственным комитетом при Совете мини стров СССР по охране государственных тайн в печати. Огромные массивы соц иальной, экономичес кой и политической информации собирались по закрыт ым каналам, обобщались и доводились до сведения директивных органов. Мас совые методически оснащенные обследования, в том числе опросы, в рамках открытой академической и вузовской науки стали проводиться в начале 60-х гг., однако сбор и анализ самых разнообраз ных сведений об общественной и частной жизни различных категорий населения составляли органическую ч асть управления обществом. Такого рода обследования можно было бы без ос обой иронии назвать демоскопией, если бы они не имели секретного характе ра и не были связаны с произволом и политическими репресси ями. Можно ска зать, что за внутренним «железным занавесом» в Советском Союзе сформиро вался исторически уникальный «мутант» эмпирических социальных об сле дований. Результаты этих обследований с большей или меньшей ответствен нос тью использовались для выработки внутренней политики режима. Фрагменты из истории этого направления могут быть реконструированы на основе публи кации В.С.Измозика. Информация о социальном составе, на строениях и общес твенном мнении населения систематически собиралась с 1918 г., когда был соз дан Информационный отдел ЦК РКП(б), рассылавший вопросни ки по губернски м комитетам партии и даже пытавшийся проводить еженедель ное анкетиров ание «по вопросам общего состояния работы на предприятии, на строения р абочих и служащих». Уже тогда был поставлен вопрос о качестве сведений и вполне осознана необходимость разработки «однотипной информа ционной схемы». Вероятно, наибольшие успехи в этой работе были достигнуты Полит управлением Красной Армии, проводившим организованные анкетные опросы личного состава и выпускавшим информационный бюллетень. В марте1921 г. был а предпринята попытка создать государственную систему социально-полит ической информации, ядром которой стали органы ВЧК. В инструкции по сбор у госинформации, утвержденной приказом ВЧК в феврале 1922 г., указыва лось: « Основной целью госинформации является информирование центра о сте пен и устойчивости на местах... освещение настроений всех групп населения и. ф акторов, влияющих на изменение этих настроений». С этого времени Ин форм ационный отдел ВЧК ОГПУ собирал ежедневные, еженедельные и ежеме сячные сводки и на их основе составлял месячный обзор «Политсостояние СССР» (в ключавший, кроме текста, табличные материалы). Информация органов госбе зопасности обоснованно считалась более надежной по сравнению с партий ными политсводками, поскольку использовались сеть осведомителей (свое го рода вклю ченное наблюдение), перлюстрация переписки и, конечно же, то, что сегодня называют «анализом случая». Данные ОГПУ входили в еженедель ные обзоры Ин формационного отдела ЦК РКП(б) для секретарей ЦК и членов По литбюро. Эти обзоры включали также анализ писем в редакции газет и журна лов. Характерна тематика обзоров: «Настроения и активность кулачества», «Политнастроения и классовые группировки в крестьянстве», «Слухи о вой не», «О некотором повы шении активности интеллигенции», «Политическая ф изиономия деревни». Сле дует отметить, что в основе обзоров лежали вполн е определенные концептуаль ные представления о «советском человеке», с ложившиеся в практике «чисток» 20-х и 30-х гг. и позволявшие производить дифф еренциацию населения по катего риям, различение нормы и отклонения в «у ровне сознательности». В этом отно шении эмпирические обследования соо тветствовали теоретическим установкам официальной социологической д октрины. В последующие десятилетия вплоть до краха коммунистической си стемы методы сбора информации и тематика обсле дований практически не и зменились. После институционализации академичес ких социологических обследований в 1960-е гг. произошло своеобразное разделе ние тематического пространства дисциплины: все то, что не соответствовало критериям полит ически допустимого, проходило под грифом секретности либо для служебно го пользования8. Вопрос о том, можно ли счи тать закрытые обследования научными, не оче виден. Несомненно, они несли на себе отпечаток ведомственной показухи и пред назначались для сугубо «прикладной» цели - политического контроля, но в то же время являются дос таточно объективным историческим источником. Преиму щество академиче ских социологических обследований, качество которых также во многих сл учаях оставляет желать лучшего, заключается прежде всего в том, что они п редназначены для академических целей. Но в любом случае не следует сбрас ывать со счетов обследования неакадемического характера. Модернизация советской социологической док трины в 1950-е годы В конце 1940-х гг. окончательно сложился жанр «критики буржуа зной социо логии». Если не принимать всерьез оскорбительных выпадов в а дрес «буржуазии», можно сказать, что благодаря тщательному реферирован ию иностранной литера туры в рамках этого жанра осуществлялась интенси вная рецепция западной обще ственной мысли. Многие «критики» на протяже нии по меньшей мере четырех пос левоенных десятилетий составляли интел лектуальный бомонд. Они имели возможность читать западные книги и перио дические издания, недоступные по давляющему большинству научных сотру дников и преподавателей диамата и ист мата. Контингент социологов-профе ссионалов сформировался во второй половине 1950-х гг. большей частью из тех, кто владел английск им языком. Вероятно, особо го упоминания заслуживает роль социологов-ме ждународников в институциона лизации социологического направления в обществоведении. Это Ю.А. Арбатов, Ю . А . Замо шкин, Г.В.Осипов, В.С.Семенов и др. В 1950-е гг. в лексиконе сове тского марксизма возникло словосочетание «кон кретные исследования». Речь шла об изучении «реальной жизни людей», преодоле нии «догматизма, т алмудизма и начетничества». В статье Ф.В.Константинова был сформулирова н принципиальный для советской социологии вопрос: не грозит ли это «полз учим эмпиризмом»? «Наоборот, — отвечает автор (с 1951 г. директор Института ф илософии Академии наук СССР), — общетеоретические и конкрет ные исслед ования будут взаимно питать друг друга. Получится своеобразное раз деле ние труда». «Конкретные исследования» не шли дальше проведения философ ско-пропагандистских конференций на передовых промышленных пред прия тиях (московские заводы «Калибр», «Каучук», «Красный пролетарий»), но зат о в научных статьях стали все чаще появляться фактические сведения о ста новлении личности рабочего, преодолении пережитков прошлого, трудо вом героизме. Это была уже «качественная» версия эмпирической социологии, с воего рода «исследования случая». Исключительно важную ро ль в становлении советской социологии в 1950-е гг. сыграли заграничные конт акты философского руководства и сопровождающих лиц. В 1956 г. энергичные ша ги по установлению сотрудничества с Академией наук были предприняты ЮН ЕСКО. Впервые советская делегация во главе с П.Н.Федо сеевым участвовала во Всемирном социологическом конгрессе (Амстердам, август 1956 г.). Это событ ие стало переломным моментом в институционализации совет ской социоло гии. Философское руководство вернулось с конгресса, убежденное в необхо димости развития марксистских социологических исследований. Была дос тигнута договоренность о посещении Москвы руководителями Международн ой социологической ассоциации. Решение вопроса о создании Советской со циологи ческой ассоциации уже не вызывало сомнений. Проблемы социологи и стали по стоянно обсуждаться на ученых советах, и осенью 1956 г. впервые пр озвучало еще нереальное пожелание создать социологический журнал. Эта идея, по всей вероят ности, согласованная с Федосеевым, была декларирова на М.Д.Каммари, который активно участвовал в институционализации социол огии. С 1957 г. началась дискуссия о соотношении исторического материализма и социологии. Не вполне ясно, к акие обстоятельства вызвали опубликование в жур нале «Вопросы философ ии» статьи Юргена Кучинского «Социологические зако ны», в которой предл агалось разделить проблематику социологии и исторического материализ ма. Началась полемика, в результате которой вопрос о положении социологи и в системе марксистского обществоведения стал обсуждаться открыто. Во зражения Кучинскому, по свидетельству В.Ж.Келле, были связаны с несвоевр е менностью противопоставления социологии историческому материализм у, которое могли использовать «догматики», для того чтобы «загубить разв итие конкретной социологии в стране». «Социология в наших условиях, — п ишет Келле, — могла развиваться, только признавая исторический материа лизм как свою методологи ческую основу». К этому можно добавить, что исто рический материализм сам стремился к тому, чтобы стать полноценной соци ологией. На международном совеща нии социологов в Москве в январе 1958 г. термин «социологические исследован ия» был освящен академической властью. Само совещание представляло соб ой казус. Инициатива пригласить в Москву прези дента Международной соци ологической ассоциации Ж.Фридмана принадлежала А.Н.Леонтьеву, который п ознакомился с ним двумя годами раньше в Париже. Фридман примыкал к той ча сти западной интеллигенции, которая по отношению к коммунизму именовал ась попутчиками (fellow- trevellers). В 1938 г. он побывал в стране социализма и написал довольно благожелательн ую, хотя и подозритель ную в идеологическом отношении книгу «От святой Р уси к СССР». Став президен том МСА, Фридман стремился установить контакт ы с советскими социологами и провести совместные исследования. В частно сти, его интересовали проблемы воз действия техники и автоматизации на содержание труда и социальную структуру. Определить тему совместных ис следований советских и западных социологов было нелегким делом. Изучен ие технического прогресса в разных социальных системах позволяло при с лучае продемонстрировать непримиримость идеологий на внешне нейтраль ном поле. Эта тематика была импортирована в Институт философии в декабре 1956 г. директором департамента общественных наук ЮНЕСКО Ж.Баландье, котор ый и предложил советским обществоведам участвовать в работе между наро дного бюро по изучению социальных последствий научно-технического про гресса. Возможно, визит Фридмана в Москву и его заинтересованность в изу чении социалистического опыта индустриализации дали дополнительный и мпульс к раз вертыванию исследовательского проекта по изучению механи зации и автоматиза ции труда в Горьком (проектом руководил Г.В.Осипов, а к урировал его П.Н.Фе досеев). Аналогичная тематика стала предметом и совет ско-польского научного сотрудничества в начале 1957 г. Однако влияние техни ки на социальное развитие на международном совещании в Москве 6— 12 январ я 1958 г. не обсуждалось. В определенной мере совещание представляло собой о сторожную попытку наладить связи с международным социологическим сооб ществом, и выступления советских обществоведов были рассчитаны на запа дных гостей — Т.Маршалла, Ж.Фридма на, Т.Боттомора, П.Холландера, Э.Хьюза, Р. Арона, Г.Шельски и др. . Фридман выступил с докладом о проекте исследования кинофильмов, в частн ости, пред ставлений об успехе в жизни, демонстрируемых кинематографом. Доклад Федосе ева о проблеме мирного сосуществования в социологически х исследованиях и пре подавании социологии (доклад готовили Ю.Н.Семенов, Е.Д.Модржинская и Ю.А.Замошкин) был своего рода революцией, поскольку соде ржал высказыва ния о значительной роли, которую играют конкретные социо логические исследо вания в марксизме. Влияние хрущевских либе ральных реформ на развитие социологии было мно гократно усилено импорт ом социологической фразеологии с Запада. С1957 по 1961 г. только Институт филос офии в Москве посетили 217 иностранных философов и социологов. В Советский Союз приезжали И.Берлин, Р.Энджелл, У.Ростоу, А.Гоулднер, Ч.Райт Миллс, Р.Мерт он, Т.Парсонс. В январе 1960 г. Отделение философских, правовых и экономически х наук АН СССР рекомендовало для чтения лекций в Колумбийском и Гарвардс ком университетах о социологических исследованиях в СССР А.Ф.Окулова и Ц .А.Степаняна. В определенной мере советская социология изготавливалась «на экспорт». Именно «на экспорт» в июне 1958 г. была официально учреждена Со ветская социологическая ассоциация. Немаловажным обстоятел ьством развития социологической науки в СССР было сотрудничество с пол ьскими интеллектуалами. С середины 50-х гг. в Институ те философий на Волхо нке часто бывали Адам Шафф и другие польские обще ствоведы. Вероятно, они повлияли на формирование плодотворной идеи отделе ния социологии от фи лософии. В 1956 г., когда Шафф выпустил книгу «Актуальные проблемы культурно й политики в области философии и социологии», стало ясно, что автор разви вает «линию XX съезда» за те пределы, которые были установлены для исполни телей партийных решений. Польский журнал «Мисл филозофична», возглавля емый Лешеком Колаковским, в 1956 и 1957 гг. вел себя достаточно пря молинейно. Еж и Шацкий требовал защитить культуру от реакции, в том числе сталинской, Е жи Вятр и Зигмунт Бауман в статье «Марксизм и современная соци ология» (1957, № 1) объясняли сталинскую фальсификацию марксизма интереса ми определ енных социальных групп, стремящихся подчинить себе рабочий класс. Научная деятельность, по мнению польских социологов, не должна быть предме том постановлений, ди ректив и ограничивающих науку авторитарных идеологи ческих решений. Ат ака польских социологов была глубоко созвучна настроениям молодой инт еллигенции в Советском Союзе. Тем самым социология приобрела некоторый ревизионистский шарм, что усилило ее отчуждение от тех, кто олицет ворял собой истины официальной идеологии. К началу 60-х гг. в стране активно проводились «конкретные и сследования». Сектор исследования новых форм труда и быта в Институте фи лософии (руко водитель Г.В.Осипов) изучал трудовые коллективы московски х и горьковских заводов; начиналось исследование отношения к труду лени нградских рабочих (В.А.Ядов, А.Г.Здравомыслов); уральские социологи (М.Н.Рут кевич) заверши ли крупное исследование промышленных предприятий сверд ловского совнар хоза и выпустили книгу о культурно-техническом развити и рабочего класса. Эта работа получила одобрение и поддержку в высоких п олитических инстанциях. Впервые в академических кругах стал обсуждать ся вопрос о создании социоло гического института — в Свердловске. Иниц иатором этого дела был М.Т.Иовчук, который одно время был в «свердловской ссылке» в должности завкафед рой диалектического и исторического мате риализма Уральского университета и особо покровительствовал уральцам . Однако основная работа по «пробива нию» социологии проводилась в Моск ве. Атмосфера «хрущевской оттепели» вызвала социологическ ое реформаторство . За дача ускоренного построения коммунизма требовала «новых людей», и соци ологи должны были создать методологию воспитания «нового человека». Эт о был удобный случай завоевать идеологический и институциональный пла ц дармы. Однако инициатива была проявлена с неожиданной стороны. Первой послевоенной публикацией, где ставился вопрос о самостоятельном разви тии социологии в связи с наблюдаемыми статистическими закономерностям и, была статья В.С.Немчинова, авторитетного экономиста и политика, которо му уда валось сохранить интеллектуальную независимость. Он деклариров ал инженер но-социологическую интерпретацию социологической науки, ус матривая в ней альтернативу идеологической риторике исторического мат ериализма. В центре его интерпретаций стояли ключевые статистические п онятия «индивидуальной величины» и «статистического факта». Шокирующи м было заявление Немчинова, что при социализме социологи и экономисты пр евра щаются в своеобразных «социальных инженеров». Свой доклад на засед ании Президиума Академии наук СССР 23 декабря 1955 г. Немчинов построил на раз личении «общих законов развития общества» и «индивидуальных элементов общества». В последнем случае объектом социологического исследования ста новятся не спекулятивные «сущности», а массовые процессы. Конечно же, речь шла о возможн ом разделе сфер влияния в общественных науках: пусть идеологи занимаютс я «общими закономерностями», а ученые — массовыми процессами. Немчинов немало лет стоял во главе Отделения экономических, философских и правов ых наук АН СССР, и философы, вероятно, докучали ему сверх всякой меры. В 1960-е гг. социология была на подъеме'. В массовом сознании того време ни преобладала научно-технич еская экзальтация. Дискуссия между «физика ми» и «лириками» явно заверш алась победой «физиков». Постепенно форми ровалась технократическая и дея научного управления обществом (неявная альтернатива стратегии и тактике классовой бо рьбы). Социология удачно вписы валась в «научную» версию коммунистическ ого строительства, ее задача заключалась в информационном обеспечении формирования «нового человека» и пе рерастания социалистических обще ственных отношений в коммунистические. Укрепить позиции социологии мо жно было, только ограничив диктат идеологов в Академии наук. Новые дисци плинарные направления, как правило, создаются для того, чтобы найти выхо д из позиционного конфликта между доминирующей группой и новым поколен ием ученых, созревшим для самостоятельной работы. Дискуссия о предмете с оциологии и ее отличии от исторического материализма, которую Питер Бер гер назвал «семейной склокой, продолжалась с выступ ления в «Вопросах ф илософии» Ю. Кучинского вплоть до 1990 г., когда советс кий марксизм угас в одночасье. В последующий период наблюдалось относительно автономн ое развитие по меньшей мере четырех линий в советской социологической м ысли. Первая из них - «конкретные социальные исследования». Вторая линия в социологии представлена академиком В.С.Немчиновым и его командой «мат ематических экономистов». Отсюда начиналась и математическая социолог ия (А.Г.Аганбе-гян, Ю.Н.Гаврилец, Ф.М.Бородкин и др. ). Третья линия — «критика буржуаз ной социолог ии». Жанр «критики», который воспринимался западными сове тологами как симптом обскурантизма и невежества, на самом деле был не так прост и закл ючал в себе некоторую амбивалентность. Критика сводилась к утверждению, что взгляды критикуемых персон враждебны подлинно науч ной социологии марксизма. Особой ошибки в такого рода утверждениях не содержится. С дру гой стороны, «критики» постоянно работали с источниками и благодаря это му обстоятельству транслировали западные идеи на советскую аудиторию. Можно сказать, они строили деревянного коня для коммунисти ческой Трои. То, что «критик» не мог сказать открыто, он выражал путем реферирования и публикации текстов идейного врага. Этот жанр сформиро вал внутри научно го сообщества отчетливо распознаваемый «незримый кол ледж» людей, вклю ченных в мировую интеллектуальную традицию. Минусом жанра можно считат ь подмену добросовестного исторического исследования переложением ид ейного наследия вперемешку с собственными оригинальны ми мыслями. И чет вертая линия была связана с «теорией научного коммуниз ма» (такая специ альность была введена в 1963— 1964 гг.), которая занималась политико-воспитате льной деятельностью в вузах и одновременно развивала собственные соци ологические программы, весьма специфические. «Научный коммунизм» не им ел институциональной базы в Академии наук. Попытки завотделом научного коммунизма Института философии Ц.А.Степаняна обо сновать необходимост ь создания академического Института научного комму низма вызвали резк ое противодействие президента М.В.Келдыша. «Научно-коммунистическая» с оциология получила преимущественное распро странение в партийных орг анах и на кафедрах общественных наук в высших учебных заведениях, где на учный коммунизм преподавался с 1963 г. как пред мет, предназначенный для фор мирования мировоззрения студентов. Таким об разом, тематическая програ мма «научно-коммунистических» социологичес ких исследований была изн ачально связана с задачами идеологической работы и существенно отлича лась от того, что делали «академические» социологи. На Всесоюзной конфер енции по конкретным социологическим исследованиям в Академии обществе нных наук при ЦК КПСС в 1966 г. будущий заведующий отделом пропаганды ЦК КПСС Е.М.Тяжельников предлагал создать партий но-государственную структуру социологических центров в СССР, и партий ные инстанции видели в социоло гии новый эффективный способ идеологи ческой деятельности на научной о снове. Соци ологический ренессанс 25 февраля 1966 г. Президиум Академии наук СССР принял постановление «О мерах по улучшению организации и координации конкретных социальных иссле до ваний». В Академии был создан Научный совет по проблемам конкретных соци альных иссле дований, сектор исследования новых форм труда и быта в Институте философ ии преобразовался в отдел конкретных социальных исследований. В Ин стит уте экономики была организована лаборатория социально-экономических и демографических проблем, сектор конкретных исследований культуры и бы та на родов СССР был создан в Институте этнографии, а в Институте государ ства и права — лаборатория социально-правовых исследований. Центральн ому экономи ко-математическому институту поручалась разработка матем атических моделей со циальных процессов. Прорабатывался вопрос о созда нии социологического института на базе осиповского отдела в Институте философии. В 1966 г. Г.В.Осипов был назначен президентом Советской социологи ческой ассоциации. Социологическими исследованиями в стране занимались, по официальной, в ероятно, завышенной оценке, две тысячи специалистов. К этому времени был накоплен немалы й опыт социологической работы. Проводились исследования общественного мнения и аудиторий центральных газет (Б . А . Грушин. В.Э.Шляпентох), ленинградский проект «Человек и его работа» (руков одитель В.А.Ядов) в течение десятилетий служил методологическим эталоно м для социологов, в Ново сибирске активно изучались профессиональные ор иентации школьников (В.Н.Шубкин), начал выпускаться сериальный сборник « Социальные исследования», и во обще социологическая библиотека насчит ывала уже десятки наименований. От массы обществоведческой литературы социологические публикации отличались не столько по тематике («пробле мы труда и быта» могли означать что угодно), сколько по особому идейному н астрою - они были настроены на свободу лично стного выбора. Именно идея св ободы выбора лежала в основе одной из самых известных книг по социологии — «Социология личности» И.С.Кона (1967). Новый этап в развитии советской социологии начинается в 1968 г., когда созда ется Институт конкретных социальных исследований Академии наук СССР, д иректором которого стал академик А.М.Румянцев, вице-президент Академии н аук. С 1968 по 1971 г. в институте развертывались серьезные социологические про екты, результаты которых отчасти представлены в «Информационных бюлле тенях ИКСИ АН СССР». Этот период можно с некоторой условностью назвать р асцветом совет ской социологии. Научно-исследовательская работа в ИКСИ была организована по «проектной» системе. «Проект» объединял группу сп ециалистов для решения конк ретной проблемы. «Проекты» объединялись в « направления». Направлений было три: 1) социальной структуры и социальног о планирования; 2) управления со циальными процессами; 3) истории социолог ии. Первое направление возглавля лось Г.В.Осиповым, второе - Ф.М.Бурлацким, третье - И.С.Коном. К осени 1969 г. институт провел, помимо своих академических исследований, около двадцати оп росов для ЦК КПСС, Московского горкома п артии и других партийных органов. Положение института было двойственны м. С одной стороны, он был частью идео логических учреждений партии, с дру гой - чужеродным элементом. Высокий ин теллектуальный потенциал институ та, атмосфера восторженности и ожидания чу десных открытий, напряженные личные отношения, подозрения со стороны Руководящих инстанций — все эт о делало ситуацию крайне нестабильной. Партийно-идеологическая атака на институт на чалась осенью 1969 г., когда были подвергнуты жесткой критике «Лекции по соц иологии» Ю.А.Лева д ы. В торой сеанс атаки был посвящен книге «Моделирование социальных процессов». Есть версия, что партократия не могла принять либерализма и свободомыслия социологов. Однако обстоятельства реорган изации института более сложны, чем эта схема. В обстановке социологическ ой эйфории и энтузи азма многие интеллектуалы недвусмысленно декларир овали приоритет «науч ной социологии» над философским словоблудием . В качестве альтернат ивы «философии» фигурировали структурно-функциональный анализ и матем атика. Хотя даже самые отчаянные социологи не были диссидентами, некотор ые из них при желании не могли скрыть пренебрежительного превосходства над иде ологами. Вероятно, атака была вызвана не случайным инцидентом («Л екции» Левады не были причиной противостояния), а накопившейся напряжен ностью в отношениях между «умниками» и «партийцами». Позиционный конфл икт внут ри профессионального сообщества социологов неминуемо вел к ра дикальным изменениям в расстановке сил. Немаловажное значение имело и у жесточение идеологического режима после 1968 г., когда в Чехословакию были введены войска. В 1972 г. Институт конкретных социальных исследований возгл авил М.Н.Руткевич, которого многие либералы считают «агентом» партийно-и деологического аппарата. Действительно, обладая железной волей и упорс твом, Руткевич полностью перестроил программу института. Из ИКСИ уволил ись десят ки сотрудников. Прошло немного времени, и Руткевич вступил в пр ямой конф ликте идеологическим ментором Академии П.Н.Федосеевым и был о тстранен от руководства институтом в 1976 г. В целом 1970-е и 1980-е гг. можно квалифицировать как период «социологи ческой диаспоры»: « храм» был разрушен, разрозненные группы специалистов рабо тали в меру с воих сил и возможностей. Впрочем, несмотря на «разгром», почти все ведущи е социологи сохранили достаточно высокий статус в академической струк туре и, за немногими исключениями, могли публиковать свои работы. Вероят но, в региональных социологических центрах также наблюдалось свертыва ние социоло гических программ. К началу 1980-х гг. отмечено снижение количес тва эмпиричес ких социологических исследований почти вдвое, в 1983 г. зафик сировано 99 завер шенных исследований по всей стране. Вместе с тем развитие социологии приобрело необратимый характер. В 1974 г. начал выходить первый и до середины 80-х гг. единственный в С ССР профессио нальный журнал «Социологические исследования» (главным редактором с 1974 по 1986 гг. был А. Г. Харчев). Редакции удавалось сохранять относ ительный иммунитет от идеологического диктата и публиковать достаточн о квалифицированные статьи, хотя цензура вмешивалась практически в каж дый номер и материалы систематичес ки контролировались ЦК КПСС. С 1976 по 1988 гг. Институт соци ологическ их исследований АН СССР работал в атмосфере запуганност и и профессиональной дем орализации. В.Э.Шляпен тох имеет основания назвать эти времена «веком серости», однако и т огда происходило быс трое накопление методол огического опыта и формирование профессионального со общества. В.А.Ядов и его сотрудники в Ленинграде выпустили моног рафию по измерению ц енностных ориентации, в которой б ыла развита д испозиционная кон цепция социального поведен ия личности; новосибирская школа Т.И.Заславской получила интересные ре зультаты в области системного анализа сельских регионов з аметным событием стал выпуск в Новосибирске сборника »математика в социологии», в котором опубликованы работ ы ведущих зарубежных и советских специалистов по математической социологии ; оригиналь ные социол огические работы были опубликованы в Киеве, Свердловске, Таллин н е, и даже многим москвичам у давалось кое-что сделать. Особенностью мрачных и относительно спокойных брежневских времен было осознанное отстранение профес сионалов от политического активизма и принятие самодостаточных научных ценно стей. В этом отличие поколения 1970-х гг. от политически активных социологов — «шестидесятников». В научном этосе нового по коления стали доминиров ать политическая атараксия и сосредоточенность на внутридисциплинарн ых проблемах. При этом социология меньше ассоциирова лась с передовой т еорией, а больше — с проведением массовых опросов. После дующие события вызвали переоценку и идеологических и научных ценностей дисциплины, в ч астности, обнаружилось, что социология вполне может обхо диться без мар ксистской теории, не противодействуя ей. Влияние горбачевских по литических реформ на советскую социологию до 1988 г. было незначительным. О но проявлялось скорее в квазидемократической фразеологии и осторожном нарастании критической экзальтации в печати. Об ществоведы искали пути приспособления к новому политическому лексикону, не сомневаясь в прочн ости режима, который претерпевал очередную болезнен ную ротацию. Цензур а постепенно расширяла границы дозволенного. Но темати ка исследований и статус научных сотрудников, как и раньше, контролирова лись отделом на уки и учебных заведений ЦК КПСС и непосредственно в Академии наук Отделе нием философии и права. В конце 1980-х гг. политика « гласности» начала выходить из-под контроля ее инициаторов. Крах советск ой системы обозначился небывалым ростом популярнос ти газетно-журналь ной публицистики. Возник феномен «докторальной публицис тики», которая на некоторое время стала как бы мозговым центром страны. Специ алисты по социологии чтения отмечали завораживающий характер новой публицистик и, состоящий в том, что речь в ней шла о недозволенном вчера, о запретном. А п ублицисты перестройки символизировали высокие идеалы правды, морально й чистоты, научной компетентности и художественного мастерства. Подан н ым обследований Всесоюзной книжной палаты, в первую десятку публицисто в 1988 г. входили Н.Шмелев, А.Нуйкин, Ю.Карякин, Г.Попов, Ю.Черниченко, А.Ваксберг, В.Селюнин, Ф.Бурлацкий, А.Стреляный, О.Лацис. Некоторые из них впос ледстви и «ходили во власть» либо избирались депутатами высших законодательны х органов, но, как правило, долго там не задерживались. «Перестро йка» в социологии и постсоветская социологическая наука В июне 1988 г. было принято постановление ЦК КПСС «О повышени и роли марксистско-ленинской социологии в решении узловых проблем сове тского обще ства». В номенклатуре научных специальностей «социология» была отделе на от «философии», и Институт социологических исследований АН СССР получил новое название: Институт социологии АН СССР. Смена назва ния рассматривалась как получение дисциплинарной автономии, хотя ситу ация зависела от смены соци ологического руководства. Назначение В.А.Яд ова директором-организатором Ин ститута социологии можно назвать «узу рпацией власти». Имея высокий профессио нальный и моральный авторитет и будучи либералом, по убеждениям, Ядов не входил в научно-политическую иерархию, работая после дние годы ведущим науч ным сотрудником Ленинградского филиала Институ та истории естествознания и техники АН СССР. Его назначение было одной и з важных акций по реорганизации советской социологии, предпринятых либ ерально настроенными интеллектуалами в Академии наук и в ЦК КПСС. Отказавшись от традицио нной системы административного планирования исследований, новый дирек тор-организатор Института социологии предоставил научным сотрудникам свободу в выборе темы исследования («проекта»). Админи стративная струк тура института тем самым была существенно ослаблена. Кроме того, произош ло внутреннее разделение института на направления. Одно из них возглави л В.А.Ядов, другое Г.В.Осипов. В начале 1991 г. Институт социологии раз делился, и Г.В.Осипов вскоре стал директором Института социально-политичес ких и сследований АН СССР. Это событие институционализировало распределение «групп интересов» и лидерство в научном сообществе, которое нашло косвенное выражение в сос таве кандидатов, баллотировавшихся на выборах в Академию наук в 1990, 1994 и 1997 гг . . В конце 1980-х гг. возникла п ринципиально новая для советской системы ин ституция — Всесоюзный цен тр изучения общественного мнения (директор Т.И.Зас лавская, затем Ю.А.Лева да), ставший бесспорным лидером в массовых опросах. Существенные изменения произошли и в региональной структуре советс кой социологии. Обострение национально-политических проблем повлияло на работу социологических ш кол не только в балтийских странах, но и в Армении, Азербайджане, на Украин е. Социологи приняли активное участие в политичес ких движениях. Съезд С оветской социологической ассоциации в январе 1991 г. обнаружил, что либерал ьно-демократическому крылу советских социологов не удалось организаци онно консолидироваться. Следующая попытка воссоздать на циональное об ъединение российских социологов состоялась уже в феврале 1997 г. Примечательная черта ин ституциональных преобразований в общественных науках в 1990-е гг. — массов ое преобразование кафедр научного коммунизма в выс ших учебных заведен иях. Крах коммунистического режима вызвал к жизни радос тный отказ студ ентов от изучения теории научного коммунизма, истории КПСС и политическ ой экономии как обязательных дисциплин. Институты и университе ты, полу чив относительную свободу в формировании учебных программ, легко пошли на сокращение общественнонаучных кафедр. Около тысячи кафедр научно го коммунизма, столкнувшись с угрозой исчезновения, стали менять учебные п ланы и переименовываться в кафедры социологии, политологии и культурол огии. Еще в начале 1990-х гг. систе ма высшего образования в «постсоветском про странстве» предусматрива ла преподавание обязательного цикла обществоведчес ких дисциплин, цел ь которых заключалась в формировании широкого интеллек туального и мир овоззренческого горизонта учащихся. Значение марксистской идеологиче ской доктрины, которая активно реформировалась в послевоенный период, с водилось к оперированию политической риторикой, представленной преиму щественно в официально утвержденных учебных пособиях. Фактически же пр еподавание экономики, социологии и политической науки осуществлялось на основе индивидуального научно-педагогического опыта преподавателе й и ха рактеризовалось неограниченным тематическим многообразием. Ког да идеологи ческий контроль в начале 1990-х гг. был снят и утвердились академ ические свобо ды, преподавание экономики, социологии и политической нау ки без особых трудностей освободилось от марксистского идеологическог о лексикона. При этом сохранился традиционный для российской интеллект уальной культуры импульс к развертыванию теоретических схем и рациона льных реконструкций реформационного процесса в стране. В той мере, в как ой общественная наука легитими рует социальные порядки, утверждает общ ественные нормы и ценности, в осно ве образовательных программ остаются социально-экономические и культурные ориентиры постсоветского общест ва. Соответствующим образом организован и тематический диапазон основ ных курсов, имеющих а кадемическую направлен ность. Если в качестве центральной темы политэк ономических дисциплин доста точно отчетливо определилось становление рыночной экономики и ее сочетание с регулятивной функцией государства, то, судя по текущей библиографии, в фокусе социологических курсов — изм енения в социальных идентификациях и формировании новых элит. В 1990-е гг. произошли радика льные изменения в формах консолидации и воспроизводства научного сооб щества. Традиционная модель советской науки ос новывалась на высоком пр естиже интеллектуальных ценностей. Помимо интел лектуального достоин ства, «олимпийская» позиция социолога обеспечивалась его статусом гос ударственного служащего и твердым жалованием. При этом академическим с отрудникам было запрещено вести коммерческие исследования. В 90-е г. акаде мическая наука быстро усвоила рыночные приоритеты. В стране сформиро ва лся рынок социологических услуг, созданы негосударственные научные уч реждения, десятки социологических фирм специализируются на изучении с про са и предложения, организации предвыборных кампаний, управленческо м консультировании. Несмотря на то, что научные учреждения Российской ак аде мии наук и ведущих отраслей продолжают существовать официально, сок раще ние бюджетного финансирования привело к их фактической реорганиз ации. Фи нансовую, организационную и научную самостоятельность приобре ли небольшие (часто временные) коллективы научных сотрудников, которые и ногда именуют себя центрами и институтами. Действительно, «институты-ги ганты» с сотнями штатных сотрудников обнаружили нежизнеспособность. З ависимость от рыноч ного спроса и ориентация на заказчика обусловили фо рмирование предприни мательского стиля социологической работы, где им еет значение «внешняя экс пертиза» — результат и соответствующее возн аграждение. Эту сферу социологической работы, где действуют вненаучные нормы и приоритеты, мож но назвать «гешефт-социологией». Именно в этой сф ере, которая иногда предъяв ляет жесткие требования к деловым качествам специалистов, появляются новые рабочие места и новые возможности профе ссиональной карьеры. Изменения в тематике со циологических исследований в 90-е гг. были обус ловлены прежде всего идеол огическими обстоятельствами. На протяжении деся тилетий советская соц иология являла собой научный перифраз «идеологическо го разума». Как и все служанки, «ancilla ideologiae» очень похожа на свою госпожу. И концептуальный аппа рат, и схемы научного вывода, и риторика дисциплины повторяли политическ ие клише. В постсоветский период тематика социологичес ких публикаций т акже в значительной степени зависит от общественно-полити ческих ценно стей. При этом, несмотря на нерентабельность научных изданий, репертуар социологической литературы существенно улучшился. За сравнитель но ко роткое время была в некоторой степени компенсирована нехватка перевод ных изданий по общественным наукам. Продолжают выпускаться почти все ак а демические журналы гуманитарного профиля. Принятие закона о печати по зволило учредить «свободные» (небюджетные) периодические и продолжающ иеся изда ния, в том числе «Социологический журнал», «Мир России», «Эконо мические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения», «Соц иология: 4М», «ТНЕSIS» (выпускался с 1992 по 1995 гг.). Доминировавшие в начале 1990-х гг. п ерепечатки и репринты уступают место оригинальным, качественно выполн ен ным монографиям. Благодаря созданным Дж.Соросом фонду «Культурная ин и циатива» и затем фонду «Институт "Открытое общество"» принципиально и зме нилась ситуация с выпуском учебников и учебных пособий, количество которых с 1995 по 1997 г. удвоилось. Ежегодный выпуск книг и брошюр по социологии составляет 300-400 наименований. Тематика исследований в значительной сте п ени связана с вопросами социально-экономического реформирования Росси и, и в этом отношении социологическая наука воспроизводит себя в форме и деоло гии. Особенно это относится к проблемам формирования власти, расп ределения доходов, бедности и богатства, положения элиты в обществе, сит уации в регио нальных сообществах, этническим конфликтам. Десятки студентов и асп ирантов получили возможность учиться в европейс ких и американских уни верситетах. Имеется успешный опыт соединения россий ских и западных обр азовательных стандартов при подготовке специалистов выс шей квалифик ации. Это, в частности, Европейский университет в Санкт-Петербурге и Моск овская высшая школа социальных и экономических наук. Таким обра зом, нам етились реальные перспективы для интеграции российской социологии в м ировую науку. Заключение Развитие российской социологии в последн ие годы проходит под знаком нарастающей диверсификации. Диве рсификация выражается прежде всего в возникновении множества социолог ических институций, занятых сбо ром и анализом текущей экономической, с оциальной и политической информа ции. Академическая социология находи тся в более неопределенном положении. Не обладая ресурсами для самостоя тельного существования, она представляет собой скорее престижное инте ллектуальное занятие, чем стабильную професси ональную деятельность. Т ем не менее программа деятельности социологического сообщества России постепенно переориентируется на решение академических проблем. Постс оветская социология сохраняет преемственность с предшествую щей науч ной традицией и продолжает выполнять важную роль в конституировании на ционального общественного самосознания. Литература Биографии русских и советских социологов: К 70-летию Октябрьской рево люции, 1917— 1987 / Под ред. Р.-Л. Винклер и З.Т.Голенковой. Берлин: Ин ститут социологии и социальной полит ики Академии наук ГДР; Институт социологии АН СССР, 1987. Т. 1,2. Бобровников Н. С.А.Оранский. Основные вопросы марксист ской социологии [Рецензия] // Под знаменем марксизма. 1929. Т. 1. № 5. Богданов АЛ. Страна идолов и философия марксизма /,/ Оче рки по философии марксизма. СПб.: Типография «В. Безобразов и К°», 1908. Булгаков С. Н. Карл Маркс как религиозный тип. Варшава: Д обро, 1929. Бухарин Н. И. Теория исторического материализма: Попул ярный учебник марксистской социологии. М.: Госиздат, 1921 В Институте философии АН СССР // Вопросы философии. 1957
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Бесит, когда говорят, что я сегодня хорошо выгляжу. Я всегда выгляжу великолепно.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по социологии "Развитие социологии в России", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru