Реферат: Русско-Турецкая война 1977-78 гг. В отечественной литературе XIX века (В.В. Верещагин, И.Л. Леонтьев-Щеглов, В.А. Тихонов): от изображение к постижению - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Русско-Турецкая война 1977-78 гг. В отечественной литературе XIX века (В.В. Верещагин, И.Л. Леонтьев-Щеглов, В.А. Тихонов): от изображение к постижению

Банк рефератов / Культурология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 22 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Русско-Турецкая войн а 1877-78 гг. В отечественной литературе XIX века (В.В.Верещагин, И.Л.Леонтьев-Щегло в, В.А.Тихонов): от изображения к постижению Иванов А.И. "Разве война имеет две стороны: одну приятную, привлекательную, и другую, н екрасивую и отталкивающую? Существует лишь одна война..." В. Верещагин Русско-турецкая война 1877-78 гг. стала заметным явлением в русской литератур е конца XIX столетия, дав заметный импульс отечественной баталистике. Об эт ой войне писали А.В.Верещагин, В.В.Верещагин, В.М.Гаршин, А.Н.Маслов-Бежецкий , Вас.И.Немирович-Данченко, И.Л.Леонтьев-Щеглов, В.А.Тихонов и др. В их произв едениях нашли своё развитие реалистические достижения Л.Н.Толстого в ег о «Севастопольских рассказах» и «Войне и мире». Со страниц повестей и ра ссказов, с полотен названных писателей и художников война предстала уви денной не в «бинокль из прекрасного далека», а прочувствованной людьми, которые непосредственно участвовали «в атаках и штурмах, победах и пора жениях, испытывали голод, холод, болезни и раны»1. Русско-турецкая война поставила перед искусством новые вопросы. Что зна чит художественная правда о войне: правда чувств?, правда факта? В чём назн ачение художественных свидетельств очевидцев войны — вызвать впечатл ение или передать впечатление? Возможен ли подход к «военной» литератур е как к человекосозидающему искусству? Хорошо известны слова В.В.Верещаг ина: «Передо мною, как перед художником, война, и её я бью, сколько у меня ест ь сил. Вас же, очевидно, занимает не столько вообще мировая идея войны, ско лько её частности...»2 Что значит «вообще мировая идея войны» и её частност и? Каков он, истинный облик войны? В одном из писем В.В.Верещагина (2 января 1877 г.) В.В.Стасову читаем: «В редуте, что на нашем левом и на турецком правом фла нге, масса набитых турок. Скобелев, посылая казанцев в атаку, сказал им: "Пл енных, братцы, не берите". Можете судить, как солдатики постарались, — бук вально был напичкан мертвыми турками и редут и ров. Только один русский к ак-то очутился между телами: молодой, хорошенький мальчик, вольноопредел яющийся, лежал раскинувшись навзничь. Выражение его лица трудно передат ь. Оно как бы говорило: "Больно, очень больно, что-то нехорошее со мной случи лось..." На груди, против самого сердца, большая рана, с обжогами; видно было, что выстрелили в него близко. Сапоги с малого были сняты, на груди золотой крест с маленьким медальоном...»3 Какие слова и краски смогут передать стр адания мальчишки-добровольца? Сложность и неразрешимость подобных вопросов становятся ощутимыми в т ворческой судьбе Верещагина — художника и беллетриста, в его произведе ниях и письмах, в размышлениях, противоречиях... Его отношение к войне, воп лощению в искусстве этого бесчеловечного явления выявляется лишь в «тр иединстве» — живописи, прозе и письмах. С другой стороны, оригинальност ь Верещагина-баталиста ярче высвечивается в сопоставлении с написанны м о войне беллетристами-восьмидесятниками — участниками русско-турец кой войны. Объём статьи позволяет нам сопоставить написанное по горячим следам: эмоциональный отклик И.Л.Леонтьева-Щеглова, быт войны у В.А.Тихоно ва с изображением русско-турецкой войны В.В.Верещагиным спустя 10 лет в его повести «Литератор». Повествуя о русско-турецкой войне, И.Л.Леонтьев-Щеглов, следовал Л.Н.Толст ому в его «Севастопольских рассказах». На сходства литературных героев Л.Н.Толстого (Козельцов в рассказе «Севастополь в августе 1855 года») и И.Л.Ле онтьева-Щеглова (Алёшин в рассказе «Первое сражение») впервые обратил вн имание К.Арсеньев4. Оба молоды — романтики, оказавшиеся на войне. Сходным является и быстрая смена настроений при первом соприкосновении с войно й и последующее прозрение. Главным достоинством рассказа «Первое сражение» является передача эмо ционального состояния юного участника войны прапорщика Алёшина. Выезж ая на позицию, Алёшин обращает внимание на то, как красива занимающаяся з аря, как на горизонте переливаются, словно алмазы, под лучами восходящег о солнца вершины Алагеза и Арарата. «Вот прелесть! — вырывается невольн о у Алёшина и счастливая улыбка освещает его лицо». Но вдруг он увидел сан итаров, несущих на носилках первую жертву и «мгновенно исчезло видение п рекрасного утра, губы его слегка задрожали и сердце болезненно сжалось... » «Вот в этих самых носилках скоро понесут и меня — бледного, неподвижно го, мёртвого...» «И ему вдруг стало ужасно жалко и самого себя и своей молод ости, и своего счастья...» Затем уныние также резко сменяется чувством удали и отваги: «...Шёл славный М-ской полк. Полк подвигался медленно, почти бесшумно, заго релые лица солдат глядели утомлённо, но спокойно; два молодых офицера, ше дшие впереди полка, о чём-то весело болтали и один из них даже смеялся. — В ойна, сражение, — что ж тут страшного? Посмотрите, как небо сине, как солнц е ярко, как веселы эти офицеры и как покойно ползёт вперёд это великолепн ое, то чернеющее, то сверкающее тело бесстрашного войска...» Верх взяла вне шняя позолота войны — блеск сабель и вид «бесстрашного войска», и с «нов ым одушевляющим чувством мчится он впереди своего взвода, и грудь его го рдо поднимается жаждой великого подвига самоотвержения, глаза горят во сторгом и отвагой. Он теперь никого и ничего не боится и весело сложит сво ю голову вместе со всеми... Вперёд, братцы, за мной!..»5 Изображая кратковременный эпизод утреннего сражения, И.Л.Леонтьев-Щегл ов словно накладывает друг на друга картины, которые ещё вчера у юнкера А лёшина могли бы вызвать восторг и упоение, и те, что сейчас, в момент боя, вы зывают у прапорщика Алёшина ужас и отвращение. Всего лишь час назад юный Алешин скакал впереди своего взвода, светящийся восторгом и отвагой с жа ждой великого подвига, переполненный тёплым одушевляющим чувством. И во т он — бледный, дрожащий от перенесённого ужаса, хотя и сохраняющий необ ходимое самообладание. Какими красивыми казались ему офицеры, ставшие е му друзьями, когда они весело болтали впереди колонны. Но рядом Зоммер, ос оловелый, с позеленевшим лицом и трясущейся нижней губой, безучастно гля дящий в пространство. Какой «послушной, мужественной и одушевлённой» вы глядела батарея, выезжавшая на позицию, и каким ужасным выглядит её выну жденное отступление — скорое, беспокойное, оставляющее позади себя кро вавую борозду. Задолго до появления кинематографа И.Л.Щеглов (Леонтьев) п рименил один из приёмов кино — быструю смену было и стало. Такое сопоста вление, несомненно, оказывало немалое эмоциональное воздействие на чит ателя. Рассказу И.Л.Леонтьева-Щеглова присуща не только художественная убедит ельность в изображении юности на войне — самого противоестественного явления. Автор сумел соединить эмоциональное и рациональное в постижен ии войны. «При виде быстро редеющей цепи наступающих русских солдат у пр апорщика Алёшина быстрее молнии мелькнуло одно недавнее, совсем свежее воспоминание. У них в военном училище преподавал тактику один небольшой , толстенький, удивительно аккуратный и всегда ужасно надушенный полков ник, немец по происхождению. Описывая какое-нибудь чрезвычайно интересн ое сражение, он тщательно выводил на доске мелом изящные квадратики, соп ровождая каждый чертёжик соответствующим рассуждением. — Вот этот ква дратик, № 1, — ораторствовал он, — пехота, построившаяся в каре и открывша я убийственный огонь; а вот этот квадратик подалее, №2, изображает кавалер ию, стройно несущуюся в атаку... Надушенный полковник забывал только приб авлять, что при этих чрезвычайно интересных сражениях проливались всег да реки человеческой крови...»6. Мечтавший о красивой славе Алёшин оказался в числе «квадратиков челове ческих жизней», рассеянных по всему гремящему полю. Передавая состояние героя во время неожиданного артобстрела неприятеля, когда в считанные с екунды батарея Алешина «со своими жалкими четырёхфунтовками была смят а, уничтожена, стерта в прах», автор рассказа определил масштабы войны: со отношение одной человеческой жизни из квадратика и мощи уничтожающего её огня. Тот ореол войны, который слепил глаза юношам-романтикам вроде Козельцов а-младшего («Севастополь в августе 1855 года» Л.Толстого) и Алёшина («Первое с ражение» И.Л.Леонтьева-Щеглова), в значительной степени был обесцвечен с еростью военных будней, изображённых в очерках и рассказах другого учас тника русско-турецкой войны, В.Тихонова, а также в его последующих воспом инаниях «Боевая година» (1902). Вместо эмоциональных, динамичных картин, кот орые встречаются у Л.Н.Толстого, В.М.Гаршина, Вас.И.Немировича-Данченко, И.Л. Леонтьева-Щеглова, в рассказах и воспоминаниях В.А.Тихонова преобладает спокойное, близкое к равнодушному описание траншейной жизни. «То мы стояли на месте, — пишет он в "Боевой године", — то нас передвигали в перёд, то отодвигали назад. Почему это делалось, зачем и как, мы, молодые оф ицеры, мало этим занимались. Приказано строить траншеи под Карсом — мы с троим, а потом дежурим в них томительные дни, под грохот карсских пушек, пр икрывая нашу осадную артиллерию; зябнем в этих траншеях холодную и часто дождливую ночь. Прикажут отойти от Карса, мы и идём, закусываем на биваках , отдыхаем на днёвках, а на досуге, урывками я читаю "Войну и мир" и, главным о бразом, конечно, "войну", а не "мир"»7. Порой описание отдыха — днёвок, биваков, ночлегов — столь бытоописател ьски подробно, что только употребление военных званий и должностей напо минает читателю об армейской жизни. Герои Тихонова, как правило, вполне «ординарные лю ди, без сильных страстей и желаний и без искры оживления своим делом»8. Их пребывание на русско-турецкой войне лишено какого-либо смысла или цели, нет в их мечтах и красивого героизма. Лишь однажды рассказчик упоминает о мотивах своей спешки в армию — чувстве стыда за бездействие и комфорт жизни здесь, когда его товарищи — там, умирают и терпят тяготы походной ж изни. В прозе В.Тихонова предпринята попытка создать образ русского солд ата (Василий Бунчук в рассказе «Денщик»), осветить самоотверженный труд сестёр милосердия. Лучшие страницы произведений В.Тихонова характерны интересом рассказч ика к поведению человека на войне. Вопрос об истоках истинной храбрости во многом решается в духе Л.Толстого, чьё влияние автор и не скрывает Храб рость — это прежде всего самообладание. Храбрый человек — это человек, который, не смотря ни на какие бы то ни было опасности, делает своё дело. Во т те выводы, которые делает автор рассказов из своих наблюдений. Об этом ж е свидетельствуют его воспоминания. Если в передаче эмоционального воспри ятия войны юным героем И.Л.Леонтьева-Щеглова заключается прежде всего её отрицание, то в спокойном изображении военного быта В.А.Тихоновым ощути ма попытка спокойно взглянуть на войну как на необходимость — дело, кот орое необходимо исполнять. Конечно, такой взгляд писателя не означает пр инятие войны. Ему, скорее всего, важно было показать, что война — это не то лько сплошные ужасы и смерть. В повести «Литератор» В.В.Верещагина — спокойствие наблюдателя, увидев шего войну извне. «Одно сражение, в котором тоже издали, Половцев участвовал, было особенн о картинно. Это — дело под Правцем, происходившее на горных вершинах, в об лаках, освещённых яркими розоватыми лучами восходящего солнца. С места р асположения штаба хорошо была видна противоположная вершина и на ней ту рецкий отряд, готовившийся встретить наш, посланный ему в обход; все офиц еры наблюдали: вот показалось из-за скал несколько солдат Семёновского п олка... ещё и ещё... вот весь отряд наш с криком "ура" бросился на турок, которые не выдержали, сначала попятились, потом побежали вниз по горе, наши за ним и.... В это время поднявшиеся облака окружили сражающихся радужным от свет а заходящего солнца кольцом, так что вся сцена представила чисто театрал ьную феерическую картину»9. В этой же повести есть и эмоционально окрашенные картины. Её герой Влади мир Половцев проезжает по местности, где недавно прошло сражение. Наши у битые были уже унесены с поля битвы, но турок валялось ещё множество. «Осо бенно поразил Володю один молодой турецкий кавалерист, лежавший, широко раскинувшись, рядом со своей лошадью. Видно, умирая, воин не забыл своего д руга: в последнюю минуту нежно обнял его шею, да так оба и застыли»10. В смерт и неприятеля, мелькнуло, быть может, общечеловеческое в трагедии войны. Отношение художника Верещагина к изображаемой им войне, к правде о войне проясняет его воспоминание об истории картины «Побеждённые»: «Я съездил в Телиш, чтобы взглянуть на то место, где пали наши егеря. Откло нившись с шоссе влево, я выехал на ровное место, покатое от укрепления, пок рытое высокой сухой травой, в которой на первый взгляд ничего не было вид но. Погода была закрытая, пасмурная, неприветливая, и на тёмном фоне туч дв е фигуры, ясно вырисовывающиеся, привлекли моё внимание: то были священн ик и причётник из солдат, совершавшие божественную службу. Я сошёл с лошади и, взяв её под уздцы, подошёл к молившимся, служившим пани хиду. Только подойдя совсем близко, я разобрал, по ком совершалась панихи да: в траве виднелось несколько голов наших солдат, очевидно, отрезанных турками; они валялись в беспорядке, загрязнённые, но ещё с зиявшими отрез ами шеях». В воспоминаниях Верещагина примечателен следующий штрих. В то время, ког да он осматривал место страшной гибели наших солдат, священник нескольк о раз произнёс: «Срам! Срам!». Художник не сразу и понял, что это сказано по п оводу отсутствия у священника соответствующей одежды. Обозы отстали, и о н вынужден был служить в праздничной одежде. Видимо, привыкшего к виду уб итых священника это обстоятельство волновало больше, чем смерть воинов- соотечественников. С точностью криминалиста описаны следы утончённой жестокости, с какой т урки потешались над телами. «Если прибавить, что у многих тел руки, ноги ил и головы были обгрызаны собаками и шакалами, то представится довольно по лная картина турецкого зверства, перед нами расстилавшаяся", — завершил картину поля брани Верещагин. И далее продолжает: "Я написал потом картин у этой панихиды, каюсь, в значительно смягчённых красках, и чего только не переслышал за неё! И шарлатанство это, и самооплёвывание, и историческая неправда! Сентиментальные люди из общества, допуская даже правду изобра жения, упрекали художника за то, что в помощь склонённой над трупами фигу ры священника не прибавлено хоть незначительного луча света с неба из на висших туч". В.В.Верещагин рассказал о том, что видевшие картину уцелевшие егеря плакали. И завершил размышления о восприятии его картины следующи ми словами: "Лучшим оправдателем моим явился священник, перед самой карт иной сказавший смотревший на неё публике: — Господа, священник, отпевав ший убитых егерей, — я, и позволю себе сказать, что всё было именно так, кар тина совершенно верна действительности. Приходится ещё раз вспоминать слова хорошего сердцеведа И.С.Тургенева: " Правда злее самой злой сатиры"»11 (Курсив мой — А.И.). Приведённый нами столь полно отрывок из воспоминаний В.В.Верещагина зас тавляет вновь и вновь задуматься над многими вопросами воплощения войн ы в искусстве. Существуют ли пределы художественной правды? (Объеденные шакалами трупы и признание художника о том, что он смягчил увиденную кар тину). Есть ли противовес военным ужасам? («Луч света с неба»). Сопоставляя произведения о русско-турецкой войне, созданные современн иками В.В.Верещагина, с его собственными картинами, прозой и письмами, мож но сказать, что отечественная баталистика впервые ощутила многоликост ь правды о войне. Трудно не согласиться со словами художника об одной вой не, «во время которой стараются заставить врага как можно больше потерят ь людей убитыми, ранеными и пленными и во время которой сильный бьёт слаб ого до тех пор, пока слабый не запросит пощады»12. И всё же дело обстоит неск олько сложнее. На наш взгляд, убеждения В.В.Верещагина находились в серьё зном противоречии с его представлениями о войне. Об этом свидетельствуе т и реакция на восприятие картины, и категоричное нежелание показать поз итивный нравственный противовес войне, точнее, в самой войне. Хотя в пред ставлении В.В.Верещагина он существовал. Речь идёт о его цикле небольших этюдов, зарисовок «Наивности» (1889), в котором сочетаются ирония и драма вой ны, видна улыбка автора, услышавшего забавные случаи. Одна из «Наивносте й», например, повествует о военном священнике. Он ехал позади полка и был в ызван в авангард, чтобы сказать перед атакой несколько воодушевляющих с лов. «Священник засуетился, захлестал клячонку, выехал вперёд и второпях подняв ту руку, в которой была нагайка, вместо той, в которой был крест, зыч ным голосом закричал солдатам: "Дерзайте, друзья! Уповайте на это; в этом в аша надежда — и спасение ваше!"»13. Можно предположить, что включение подо бного рода «наивностей» в собственные произведения означало для В.В.Вер ещагина приятие войны, возврат к её романтизации. Но он всё же остался худ ожником, прежде всего отрицающим войну. Это принципиальное неприятие мо жно считать нравственно-эстетическим противовесом общественному мнен ию о положительном значении русско-турецкой войны для России. Русско-турецкая война стала своеобразным этапом в приятии обществом во йны вообще. Идеи её очистительного начала, пользы для нравственного здор овья нации развивались в статьях Ф.М.Достоевского из «Дневника писателя » за 1876 и 1877 годы. Роль и место произведений В.В.Верещагина и других свидетел ей и участников в противостоянии очарованию войны во имя светлого гряду щего нуждается в должной оценке. По совершенно справедливому, на наш взг ляд, замечанию авторов одной из статей, «война представала перед Верещаг иным как страшная явь непрерывающейся человеческой трагедии, как феном ен истории человечества, ужасная, но постоянная сторона человеческого б ытия»14 Будут ли что-нибудь значить жизни русских молоденьких прапорщико в, пожилых капитанов и майоров, сотен и сотен солдат, чаще всего безымянны х? Русско-турецкая война, увеличив амплитуду разброса мнений в отношении к войне (приятие-отрицание), обострила этические вопросы, с ещё большей си лой зазвучавшиево время последующих всемирных битв. В своё время Н.А.Некрасов увидел в военных рассказах Л.Н.Толстого начало п одлинного освоения военной темы в русской литературе как части «своего, национального во всех его проявлениях». Типы русских солдат, представле нные в «Рубке леса», по мнению поэта, «могут служить ключом к уразумению д уха, понятий, привычек и вообще составных элементов военного сословия. Е щё несколько таких очерков, и военный быт перестанет быть тёмною загадко ю»15. Как показала литература о русско-турецкой войне, эта реальность, где и кадровые военные сходят с ума, ещё долгое время будет оставаться непос тижимой. Художественный опыт В.В.Верещагина, И.Л.Леонтьева-Щеглова, В.А.Тих онова свидетельствует, насколько разные эти понятия: видеть войну, чувст вовать войну, знать войну, понимать войну. Список литературы Верещагин В.В. На войне. Воспоминания о русско-турецкой войне 1877 г. художник а В.В.Верещагина. М. 1902. С. 58. Верещагин В.В. Избранные письма. М., 1981. С. 97. «Вестник Европы». 1887. № 12. С. 781. Щеглов И. Первое сражение. СПб., 1887. С. 41 — 42. Тихонов В.А. Боевая година // Ежемесячное приложение к «Ниве». 1902. № 4. Стлб. 84. Апушкин В. Война 1877 — 1878 гг. в корреспонденции и романе // Военный сборник. 1902. № 4. Стлб. 84. Верещагин В.В. Повести. Очерки. Воспоминания. М., 1990. С. 89. Верещагин В.В. На войне: Воспоминание о русско-турецкой войне 1877 г. художник а В.В.Верещагина. С. 152 — 154. Кошелев В.А., Чернов А.В. «Этот всё может!» // Верещагин В.В. Повести. Очерки. Во споминания. С. 20. Некрасов Н.А. Поли. собр. соч. Т. IX. С. 331, 332.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Звонок: "Здравствуйте! Это 89073416615?" Чёрт, откуда они знают мой пароль в Фэйсбуке???
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по культурологии "Русско-Турецкая война 1977-78 гг. В отечественной литературе XIX века (В.В. Верещагин, И.Л. Леонтьев-Щеглов, В.А. Тихонов): от изображение к постижению", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru