Реферат: Дьяволиада в произведениях М. А. Булгакова - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Дьяволиада в произведениях М. А. Булгакова

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Архив Zip, 39 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Дьяволиада в произведениях М. А. Булгаков а Творчество М. А. Булгакова – одно из крупнейших явлений русской художес твенной литературы ХХ века. Его талант дал литературе замечательные про изведения, ставшие отражением не только современной писателю эпохи, но и настоящей энциклопедией человеческих душ. Разумеется, талант художника был у Булгакова, что называется, от Бога. А уж то, какое этот талант получал выражение, во многом определялось и обстоя тельствами окружающей жизни, и тем, как складывалась судьба писателя. Родился Булгаков 15 мая 1891 года в Киеве, в семье доцента, потом профессора ду ховной академии. Был он у Афанасия Ивановича и Варвары Михайловны Булгак овых первенцем. После него семья пополнилась еще двумя сыновьями и четыр ьмя дочерьми. Жили они в том самом доме по Андреевскому спуску, в котором писатель посе лил в свое время героев “Белой гвардии” и “Дней Турбиных” . С этим домом мо жно не раз встретится, читая эти прекрасные произведения писателя. В 1907 году в семье случилось несчастье: умер отец – Афанасий Иванович. Забо та о воспитании семерых детей целиком легла на плечи Варвары Михайловны . Но как не было это сложно, мать “сумела... дать радостное детство” . Гражданская война застала Булгакова в его родном Киеве. Рушился старый б ыт, каждому надо было выбирать свой путь на дорогах вздыбленной истории. Булгаков видел “апофеоз” и кровавый закат белого движения, стал свидете лем немецкой оккупации Украины в 1918 году, зверств петлюровских банд. Всем складом своего воспитания он принадлежал к либерально-демократическим слоям старой русской интеллигенции и, как многие люди его круга, решил ра зделить судьбу своего народа, участвовать в строительстве новой культу ры. Выбор этого пути дался ему непросто. Мировоззрение Булгакова не отли чалось четкостью идейных позиций, однако, пафос его лучших произведений объективно стал служить возвышению человеческой личности, преодолению в ней эгоизма, корысти, фальши и лицемерия и тем самым смыкался с историче ской задачей социалистического воспитания нового человека. В 1921 году Булгаков переезжает в Москву. Отныне этот многоликий город стан ет источником, питающим его оригинальное поэтическое и сатирическое тв орчество. Булгаков начинает писать. Сам он датирует начало своей литерат урной деятельности очень точно: 15 февраля 1920 года Фельетоны и рассказы мол одого писателя печатаются в столичных газетах и журналах, выходят отдел ьными изданиями. К тому времени Булгаков уже отходит от своей медицинской деятельности (в 1916 году он был “утвержден в степени лекаря с отличием” ) , и полностью отдае т себя литературному творчеству. Ранние повести и рассказы. Булгакова им ели успех у читателей, но встречали и резкую критику, которая обвиняла пи сателя в “злопыхательстве” и “новобуржуазных настроениях” . Это причин ило ему немало бед и огорчений. Дни писателя были отданы газетной работе для заработка, вечера и ночи — для души, где вызревала серьезная булгаковская проза. Наряду с писанием сатирических повестей (“Записки на манжетах” , “Дьяволиада” ) он создава л в 1922— 1924 годах свой первый большой роман “Белая гвардия” . В эти же годы Булгаков писал рассказы о гражданской войне. Как правило, он и представляли собой ответвления от главного романного ствола. Легко, на пример, обнаружить такую связь, сравнив рассказ “Я убил” , со сценами из “Б елой гвардии” , где описаны бесчинства петлюровцев в Киеве. Михаил Булгаков обладал не только сатирическим, но и редким лирическим д аром, который и был, пожалуй, основным музыкальным тоном его прозы. Роман “ Белая гвардия” , рисующий историю киевской семьи Турбиных, конец белого движения на Украине, в самом стиле своем сочетает черты поэтического эпо са и тонкого психологического письма. Впоследствии этот роман преврати тся под пером Булгакова в пьесу “Дни Турбиных” (1926) , которую поставит Моско вский Художественный театр. Она принесет писателю широкую известность. Булгаков продолжает работать над своими литературными шедеврами. Он пи шет такие известнейшие произведения как “Зойкина квартира” ” Бег” и др. Все эти произведения пропитаны острой сатирой, благодаря чему они не раз запрещались, потом снова разрешались и так много раз. Но в булгаковских произведениях сатира очень тесно переплетается с как ими-то сверхъестественными силами, часто переходящими даже в фантасмаг орию. Наглядным тому подтверждением служит рассказ “Дьяволиада” . Содер жание “Дьяволиады” — судьба маленького человека, рядового винтика бюр ократической машины, который в какой-то момент выпал из своего гнезда, по терялся среди ее шестеренок и приводов и метался среди них, пытаясь внов ь зацепиться за общий ход, пока не сошел с ума. В сущности даже не этот мале нький чиновник, хоть он и центральная фигура, а сама машина, ничего не прои зводящая и только энергично жующая свою бумажную жвачку, и есть главное действующее лицо повести. Ее кипучая утробная жизнь, смысл которой не по ддается разгадке, словно в ускоренных кадрах какого-то сумасшедшего фил ьма проносится перед глазами читателя. “Дьяволиада” не была в полной мере оценена ни друзьями, ни недругами Бул гакова. Ее заметил и в общем похвалил один из крупнейших мастеров литера туры Е. Замятин. Но в целом она показалась ему неглубокой и “очень какой-то бездумной” . Между тем есть в ней нечто такое, чего уж нынешний-то читател ь не может не оценить по самому высокому счету. Во-первых, история героя, “ нежного тихого блондина” Короткова позволяет увидеть и едва ли не физич ески ощутить беззащитность и бессилие обыкновенного человека перед мо гуществом самородящегося и самонастраивающегося бюрократического ап парата. Во-вторых, она приводит к очень важной и, безусловно, верной мысли, что опасно для общества не столько существование этого аппарата скольк о то, что люди привыкают к системе отношений, которые им насаждаются, и нач инают считать их естественными, какие бы фантастически уродливые формы они ни принимали. В наши дни отношения к “Дьяволиаде” сильно изменилось. Принято считать, что “Записки на манжетах” – биографическая вещь. Хотя если присмотреть ся, вчитаться и внимательно обдумать, то что там написано, становится ясн о, что в этом произведении Булгаков смотрит на события и на своего героя к ак бы со стороны. Из автобиографии рождается повесть, в художественных о бразах которой воплощена с таким трудом обретенная автором истина. И уж никто не ищет черты Булгакова в тихом блондине Короткове из повести " Дьяволиада". А ведь это произведение продолжает тему "Записок на манжета х", в нем применен тот же способ переосмысления и неожиданного соединени я знакомых лиц и авторских наблюдений и впечатлений. Здесь тоже много би ографических черт, и тем не менее все это создания творческой фантазии п исателя, о которых Е. Замятин сказал: "Фауна и флора письменного стола гора здо богаче, чем думают, она еще мало изучена"[1]. В "Дьяволиаде" много молодого увлечения литературой, самозабвенной игры в фантастику, экспериментов со словом и сюжетом, следования за гоголевск ими "Записками сумасшедшего", откуда взята сама тема безумия маленького чиновника, смятого колесами бюрократического механизма. И здесь же есть неповторимый стиль, точно найденные подробности (вроде слетевшей шляпы извозчика, из-под которой разлетаются припрятанные денежные бумажки) , п редвещающие роман "Мастер и Маргарита" фразы типа: "Черная крылатка сотка лась из воздуха"; появляется черный кот с фосфорическими глазами, в котор ого превращается Кальсонер. В "Дьяволиаде уже виден самобытный прозаик с даром замечательного рассказчика-сатирика, и не случайно Булгакова зам етили после этой повести. Отсюда начинается путь писателя к роману "Бела я гвардия" и повестям "Роковые яйца" и "Собачье сердце"[2]. Надо также сказать несколько слов о языке “Дьяволиады” . Замятин справедливо хвалил " Дьяволиаду " за "быстрое" кинематографичное повествование и точные короткие остроумные фразы. Да, Булгаков сознател ьно стремился к "быстрой" прозе и вместе с тем понимал, что ритм нового пов ествования на одних коротких фразах не построишь. Еще тогда споря в моск овской редакции газеты "Гудок" с писателем Юрием Олешей и другими любите лями краткости, он прочел им длинную фразу из "Шинели" и пояснил: "Гоголевс кая фраза в двести слов - это тоже идеал, причем идеал бесспорный, только с другого полюса" ". Поэтому фразы из "гоголевских пленительных фантасмаго рий" мы встречаем уже в "Не обыкновенных приключениях доктора", "Похождени ях Чичикова" и "Записках на манжетах" и уж конечно в “Дьяволиаде” . Тогда-то и формируется тот булгаковский язык, который мы встречаем на страницах е го более поздних произведениях. Тема высшей силы и даже дьявольской силы очень часто встречается на стра ницах булгаковских творений. Но своего апофеоза она достигает в итогово м произведении Булгакова “Мастер и Маргарита” . Начало работы над романом Булгаков датировал то 1928-м, то 1929 годом. В рукописи 1931 года даты работы над романом проставлены так: 1929— 1931. В рукописи 1937-го: 1928— 1937. Замысел книги складывался постепенно. Роман рос медленно, проникая корн ями во все новые и новые участки мыслительной и образной почвы булгаковс кого творчества. “Завещанием мастера” назвал статью о романе критик И. В иноградов. Сам Булгаков в письме к жене, Елене Сергеевне Булгаковой, став шей прообразом главной героини “Мастера и Маргариты” , еще в 1938 году, почти за два года до смерти, провидчески сказал о своем создании: “Последний за катный роман” . В начале 1930 года рукопись романа Булгаков сжег. 28 марта писал: “… я, своими руками, бросил в печку черновик романа о дьяволе ...” И три года спустя, в 1933 году, В. В. Вересаеву: “... тот свой уничтоженный три го да назад роман” . Может быть, это было так, как описано в романе ‘ Мастер и Маргарита” : “Я вы нул из ящика стола тяжелые списки романа и черновые тетради и начал их же чь. Это страшно трудно делать, потому что исписанная бумага горит неохот но. Ломая ногти, я раздирал тетради, стоймя вкладывал их между поленьями и кочергой трепал листы... Знакомые слова мелькали передо мной, желтизна не удержимо поднималась снизу вверх по страницам, но слова все-таки проступ али и на ней. Они пропадали лишь тогда, когда бумага чернела, и я кочергой я ростно добивал их” . Но некоторые черновые тетради удалось спасти. Из этих тетрадей многое ви дно. Первая редакция отличалась существенно от известного нам теперь ро мана “Мастер и Маргарита” . В романе не было Мастера и не было Маргариты. З амышлялся и разворачивался сатирический “роман о дьяволе” , в сохранивш ихся черновиках называвшийся так: “Гастроль...” (Чья? Половина листа оторв ана) ; “Сын...” (второго слова тоже нет) ; “Черный маг” (тщательно зачеркнуто) . Потом появилось название “Копыто инженера” . Это “копыто” еще долго буде т удерживаться в заголовках романа. В 1931 году Булгаков назовет свой роман так: “Консультант с копытом” . В 1932-м среди перечня названий для романа (“Са тана” ... “Черный богослов” ... “Он появился” ...) запишет: “Подкова иностранца ” и дважды подчеркнет. И даже в окончательной редакции романа “копыто” о ставит маленький след - драгоценную подкову, подаренную Воландом Маргар ите. Но уже в этих ранних изорванных тетрадях действие романа начиналось име нно так, как теперь: со сцены на Патриарших прудах, когда перед двумя москв ичами - Берлиозом и Иванушкой — появляется загадочный незнакомец. В общих чертах представлялись Булгакову уже тогда и многие сцены сатири ческой дьяволиады. Порою короче, чем они развернулись потом, порою более обстоятельно. Был здесь ресторан дома литераторов под названием “Шалаш Грибоедова” . Н о догадается писатель приурочить начало танцев в “Грибоедове” ровно к п олуночи— дьявольской и соблазнительной аналогией к великому балу у Са таны. Но и в первой редакции в этом адском видении царил Арчибальд, “пират ” , еще долго в процессе работы над романом связанный с адом непосредстве нно... И сеанс черной магии виден на разорванных листах первой тетради, дья вольщина театра Варьете, истории с фантастическими деньгами (глава назы валась “Якобы деньги” ) . Были невероятные похороны Берлиоза, которого ве зли на Новодевичье, и Иван, бежав из психиатрической больницы, отбивал ка тафалк у процессии, а потом гроб обрушивался с Крымского моста в Москву-р еку. Было и многое другое. Но давайте обратимся к уже существующей версии романа. События в “Мастере и Маргарите” начинаются “однажды весной, в час небыва ло жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах” . В столице появляются Сатана и его свита. Но кто же он этот сатана? Об этом исследователями творчества Булгакова разных стран написано оч ень много. Среди трактовавших книгу критиков есть и такие, кто склонен пр очитывать ее как зашифрованный политический трактат: в фигуре Воланда п ытались угадать Сталина и даже его свиту расписывали согласно конкретн ым политическим ролям. Конечно, трудно представить себе что-либо более п лоское, одномерное, далекое от природы искусства, чем такая трактовка бу лгаковского романа. Иные истолкователи романа увидели в нем апологию дьявола, любование мра чной силой, какое-то особое, едва ли не болезненное пристрастие автора к т емным стихиям бытия. При этом они досадовали на атеизм автора, его нетвер дость в догматах православия, позволившую ему сочинить сомнительное “Е вангелие от Воланда” . Другие же, вполне атеистически настроенные, наобо рот, упрекали писателя в “черной романтике” поражения, капитуляции пере д миром зла. Но все эти объяснения слишком отражают лишь маленькую часть того – кто же на самом деле этот Воланд. У булгаковского Воланда как литературного героя родословная огромна. О браз сатаны привлекал великих художников. Вырастал до огромных философ ских обобщений в сочинениях Мильтона, Гёте, Байрона, был наполнен неисто вой лирической силой в поэме Лермонтова “Демон” , стал толчком для прекр асных произведений М. Мусоргского, Ш. Гуно, А. Бойто, Г. Берлиоза, Ф. Листа, воп лотился в великих созданиях живописи и скульптуры. Демон, дьявол, сатана, Вельзевул, Люцифер, Асмодей, Мефистофель... Более всего Воланд Михаила Булгакова связан с Мефистофелем из “Фауста” Гёте, разумеется. Связан осознанно, подчеркнуто и полемично. Связь эта за креплена эпиграфом к роману “Мастер и Маргарита” , сначала выписанным по -немецки: “Ein Teil fцn jener Kraft, Die stets das Bцse will und stets das Gute schafft” , потом переведенным на русский: “... так, кто ж ты, наконец? — Я часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает добро” . Источник эпиграфа Булгаков указал: Гёте, “Фауст” . Но вначале — первым толчком для этого необыкновенного замысла — был вс е-таки не Гёте. Вначале была музыка, источник простой и поэтичный — опера Шарля Гуно “Фауст” , написанная на сюжет “Фауста” Гёте и поразившая Булг акова в детстве — на всю жизнь. Эта опера — чудо мелодичности, простоты, праздничности чувств и жизнеут верждения — была очень популярна в начале века. В Киеве ее ставили посто янно. Семейная традиция утверждает, что в детские и юношеские годы Булга ков слушал эту оперу пятьдесят раз. Любимые мелодии для него были связаны здесь с партией Валентина. (Они осо бенно слышны в “Белой гвардии” , но и в повести “Тайному другу” также, там они являются герою во сне: “На пианино над раскрытыми клавишами стоял кл авир “Фауста” , он был раскрыт на той странице, где Валентин поет. — “И лег кое не затронуто?” - “О, какое легкое?” — “Ну, спой каватину” . Он запел. От па рового отопления волнами ходило тепло, сверкали электрические лампы в л юстре, и вышла Софочка в лакированных туфлях. Я обнял ее. Потом сидел на св оем диване и вытирал заплаканное лицо. Мне захотелось увидеть какого-ниб удь колдуна, умеющего толковать сны...” ) . Но еще большее место в воображении Булгакова занимал Мефистофель. Специ алисты говорят, что главная героиня этой оперы — Маргарита, хотя опера н азывается “Фауст” , что в некоторых странах, в Германии, например, она даже шла под названием “Маргарита” . Но для Булгакова главным героем этой опе ры был Мефистофель. Думаю, из пятидесяти посещений Михаилом Булгаковым, гимназистом и студе нтом, оперных спектаклей “Фауста” по крайней мере одно, а может быть, и два или несколько пришлось на гастроли Ф. И. Шаляпина. И след этого в романе “М астер и Маргарита” есть. Процитирую воспоминания художника М. В. Нестерова: “Шаляпин чаще и чаще с тал бывать в Киеве... Вскоре состоялся бенефис артиста. Я был на нем. Шел “Фа уст” ... Шаляпин был исключительно прекрасен. Никогда не забуду сцены, когд а Мефистофель является на площади перед церковью, куда вошла Маргарита. Это появление, истинно трагическое, проведено было так ново, так неожида нно, гениально. Мефистофель, одетый в черное, в черный, дивно облегающий ги бкую фигуру плащ на оранжевой, огненной подкладке...” [3] В романе “Мастер и М аргарита” буфетчику из Варьете Воланд виден так: “Черный маг раскинулся на каком-то необъятном диване... Как показалось буфетчику, на артисте было только черное белье и черные же востроносые туфли” . Мефистофель, “одетый в черное” ... Шаляпинское черное трико, позволяющее п лащу “дивно облегать” гибкую фигуру. Шаляпинские “востроносые” , одного цвета с чулками, туфли. И главное — плащ Шаляпина: “Буфетчик не знал, куда девать глаза... Вся большая и полутемная передняя была загромождена необ ычными предметами и одеянием. Так, на спинку стула наброшен был траурный плащ, подбитый огненной материей…” . Есть и другие реминисценции оперы “Фауст” в романе “Мастер и Маргарита” . (Ну хотя бы эта: “Без страха пей, в ней яда уж нет!” — с этими словами оперны й Мефистофель протягивает Фаусту чашу, в которую только что налит яд. В ро мане “Мастер и Маргарита” : Воланд “быстро приблизился к Маргарите” , под нес ей чашу, в которой алела кровь, и “повелительно сказал: — Пей! У Маргариты закружилась голова, ее шатнуло, но чаша оказалась уже у ее губ , и чьи-то голоса, а чьи — она не разобрала, шепнули в оба уха: — Не бойтесь, к оролева... Не бойтесь, королева, кровь давно ушла в землю. И там, где она прол илась, уже растут виноградные гроздья” .) Но связь романа, и прежде всего ф игуры Воланда в нем, с трагедией Гёте “Фауст” еще очевидней. Булгаков не с крывает, Булгаков подчеркивает ее. Едва не вспыхивает в тексте самое имя Мефистофель: “Вы — немец?” — спраш ивает Иван Бездомный, впервые столкнувшись с загадочным иностранцем. “Я-то?.. — после некоторого раздумья отвечает Воланд. — Да, пожалуй, немец ...” Как не вспомнить: “Затем, что Мефистофель был родом немец...” — в стихот ворении Лермонтова “Пир Асмодея” . Обратимся же теперь к внешним параллелям: Мефистофель Гёте появляется п еред Фаустом в средневековой одежде. Сначала— странствующим студентом : “Вот, значит, чем был пудель начинен! Скрывала школяра в себе собака?” Пот ом— щеголем: “Смотри, как расфрантился я пестро. Из кармазина с золотою н иткой камзол в обтяжку, на плечах накидка, на шляпе петушиное перо. А сбоку шпага с выгнутым эфесом” . Шпага — атрибут Воланда. В первой части романа возникающий мельком (то “ в лунном, всегда обманчивом свете” , то перед глазами ошеломленного буфе тчика: “на подзеркальном столике лежала длинная шпага с поблескивающей золотой рукоятью” ) . Во второй части шпага при Воланде всегда. Но одет он иначе. Современный серый костюм (правда, дорогой костюм, даже ще гольский, серый берет, перчатки, трость) — при его появлении на Патриарши х. Такой же костюм, но черный— на следующее утро, в квартире директора Вар ьете Степы Лиходеева. “Дивного покроя” фрак и черная полумаска вечером — на сцене театра Варьете… Да ведь по-другому и не может быть! У Гёте действие происходит в средние века, и Мефистофель одет как соврем енник Фауста. Ведьма, к которой он является вместе с Фаустом, не узнав его, восклицает: “Слепа, простите за прием! Но что ж не вижу я копыта? Где вороны из вашей свиты?” На что Мефистофель отвечает: “Все в мире изменил прогрес с. Как быть? Меняется и бес... С копытом вышел бы скандал, когда б по форме сов ременной я от подъема до колена себе гамаш не заказал” . Воланд тоже одет “по форме современной” . В этом несходстве — сходство. Самое имя Воланд также восходит к Геге. Оно возникает в “Фаусте” один-еди нственный раз: так называет себя Мефистофель в сцене “Вальпургиева ночь ” , прокладывая себе и Фаусту дорогу на Брокен среди мчащейся туда нечист и. В переводах “Фауста” на русский язык это имя обыкновенно опускается, зам еняется именем нарицательным. Б. Пастернак переводит это место так: “Эй, р вань, с дороги свороти и дайте дьяволу пройти!” А. Фет: “Прочь! Видишь, сам ид ет” . В известном в конце XIX века переводе Н. Голованова: “Дорогу, чернь! Доро гу сатане” Н. Холодковский, чей перевод до сих пор считается самым точным стихотворным переводом “Фауста” , Также заменил имя: “Дорогу! Черт идет!” — но в примечании отметил: “В подлиннике: Junker Voland kommt. Voland — одно из имен дьявола в. немецком языке” . И в “евангельских” , и в “демонологических” линиях романа “Мастер и Марг арита” Булгаков предпочитает не придумывать, а подбирать имена, порою ли шь обновляя их звучание (Иешуа Га-ноцри, Азазелло) . Имя Воланд оказалось т акой удачей, что изменять его не пришлось. Почти не связанное в читательс ком восприятии ни с одним из образов большой литературы и вместе с тем тр адиционное (точнее, скрыто традиционное) благодаря Гёте, оно чрезвычайно богато звуковыми ассоциациями: В нем слышны имя Вотана, и средневековые имена дьявола — Ваал, Велиал, и даже русское “дьявол” ... Единственно, что с делал Булгаков, — заменил в этом имени букву “фау” (V) — на букву “дубль-ве ” (W) . В трактовке Булгакова — в романе Булгакова — это имя становится единст венным именем сатаны, как бы не литературным, а подлинным. Под этим именем его знает Мастер. Именно так он называет сатану сразу. “Конечно, Воланд мо жет запорошить глаза и человеку похитрее” , — говорит он Ивану, впервые с лушая о загадочном происшествии на Патриарших. “Как? — вскрикивает Иван и вдруг догадывается: — Понимаю, понимаю. У него буква “В” была на визитно й карточке...” В этой веренице совпадений с великими образцами нельзя вид еть ни подражания, ни влияния. Скорее это игра в сходство, как всегда у Бул гакова, осознанная и продуманная. И поэтому в ранних редакциях, располож енных, казалось бы, во времени ближе к “образцам” , совпадений меньше. Если сравнить в ранней черновой тетради “романа о дьяволе” описание виз ита буфетчика к магу, можно заметить что в этом маге намного больше дьяво льщины и зла (глаза “необыкновенно злые” ) и намного меньше музыкальност и, чем в Воланде. В нем также отсутствуют детали “оперного” “шаляпинског о реквизита” , о которых я упоминал ранее. Зачем Булгаков так тщательно работает над этим сходством Воланда с его п редшественниками в искусстве? Затем, надо думать, прежде всего, чтобы Вол анд был читателями узнан — Непосредственно и сразу. Сошлюсь на воспомин ания В. Я. Виленкина, например (в конце 30-х годов Виленкин был завлитом Худо жественного театра) , из которых видно, что Булгакова очень волновало, нас колько хорошо узнается этот его герой. “Слушал булгаковские чтения романа “Мастер и Маргарита” весной 1939 года. П рисутствовали тогда П. А. Марков, драматург А. М. Файко с женой (соседи Булг акова) и, как всегда, Елена Сергеевна. Прочитав три главы, Булгаков спросил : “А кто такой Воланд, как по-вашему?” Никто не решился высказать свое мнен ие вслух. Тогда, по предложению Елены Сергеевны, обменялись записочками. Е. С. написала: “Дьявол” , я угадал: “Сатана” . В записочке Файко, увы, значило сь: “Я не знаю” . Михаил Афанасьевич, подошел ко мне сзади, пока я выводил св оего “Сатану” , и, заглянув в записку, погладил по голове. Он был этим очень доволен” [4]. Дело в том, что в романе Воланда, как правило, не узнают сатирические персо нажи. Это один из источников комедийного в романе— то буффонно-комедийн ого, то горько-комедийного, почти всегда— сатирически-комедийного. Разумеется, Воланда не узнает буфетчик, несмотря на весь этот нагроможде нный в передней оперный реквизит. Не узнает конферансье Жорж Бенгальски й, не узнает Аркадий Аполлонович Семплеяров и весь — на две с половиной т ысячи мест — восторженный зал театра Варьете. Не узнает директор театра Варьете— проснувшийся с похмелья Степа Лихо деев, и насмешливо произнесенная Воландом оперная фраза: “Вот и я!” — не п омогает Степе. (“Незнакомец дружелюбно усмехнулся, вынул большие золотые часы с алмазн ым треугольником на крышке, прозвонил одиннадцать раз и сказал: — Одинн адцать! И ровно час, как я дожидаюсь вашего пробуждения, ибо вы назначили м не быть у вас в десять. Вот и я! Степа нащупал на стуле рядом с кроватью брюки, шепнул: — Извините... — над ел их и хрипло спросил: — Скажите, пожалуйста, вашу фамилию?.. — Как? Вы и фамилию мою забыли? — тут неизвестный улыбнулся” . И в улыбке этой, согласитесь, присутствует некая двусмысленность. “Как? Вы и фамилию мою забыли?” — спрашивает тот, чей “низкий, тяжелый голо с” только что произнес: “Вот и Я!” ) Воланда не узнает образованнейший Берл иоз, председатель МАССОЛИТа. “И, право, я удивляюсь Берлиозу!.. — скажет Мастер. — Он человек не только н ачитанный, но и очень хитрый. Хотя в защиту его я должен сказать, что, конеч но, Воланд может запорошить глаза и человеку похитрее” . Воланда в романе узнают только двое — Мастер и Маргарита. Без предъявле ния инфернального треугольника и других атрибутов власти, еще до того, к ак видят его. Узнают независимо друг от друга и так согласно друг с другом — должно быть, по тому отблеску фантастики и чуда, которые реют вокруг Во ланда и которых так жаждут они оба. (“Лишь только вы начали его описывать... я уже стал догадываться…” — говорит Мастер; “Но к делу, к делу, Маргарита Николаевна, — произносит Коровьев. — Вы женщина весьма умная и, конечно, уже догадались о том, кто наш хозяин” . Сердце Маргариты стукнуло, и она ки внула головой” .) Эта их способность к приятию чуда, так противопоставляю щая их Берлиозу, который “к необыкновенным явлениям не привык” , сродни и х причастности к чуду— к подвигу самоотречения, чуду творчества, чуду л юбви. Воланда должен узнать читатель, союзник автора. Роман Булгакова — не ал легория и не детектив. Здесь ничего не нужно разгадывать и расшифровыват ь. Догадка поражает читателя в тот самый момент, когда Воланд появляется на Патриарших, и уже к концу первой главы сменяется уверенностью. Когда М астер объясняет Ивану (в главе 13-й) : “Вчера на Патриарших вы встретились с с атаной” , — читатель уже давно все знает. Читатель в этом романе стоит ряд ом с автором, очень близко к Мастеру и Маргарите; его взгляд на будничный, заземленный и бездуховный мир— мир Берлиоза и Степы Лиходеева, Варенух и, Поплавского, Босого, Рюхина, мир стяжательства и себялюбия, — взгляд св ерху. Эта выверенная точка обзора — сверху— очень важна в сатирической структуре романа. Ибо “Мастер и Маргарита” — прежде всего сатирический роман. И другая особенность фигуры Воланда связана с этой игрой — поистине игр ой света и теней, то проявляющей, то скрывающей его сходство с образами ве ликого искусства. По замыслу автора, фантастический образ Воланда в рома не “Мастер и Маргарита” должен восприниматься как реальность. Правда, в критике высказывалось мнение, что Воланда надо рассматривать в се-таки как аллегорию (даже “аллегорию авторской совести и мудрости” ) , ка к символ, иначе можно “поверить в Булгакова как мистика и теософа” [5] Коне чно, Булгаков не мистик и не теософ. Булгаков— художник, светлый, бесстра шный, радостный, при всем трагизме многих его страниц. Но фигура Воланда н е символ и не аллегория. Читатель знает: можно быть тысячу раз атеистом и н е верить ни в бога, ни в черта, но когда входишь в мир романа “Мастер и Марга рита” , Воланд существует — могущественный, бездонный и совершенно реал ьный. Образы Мефистофеля Иоганна Вольфганга Гёте, Мефистофеля Шарля Гуно, Меф истофеля Шаляпина играют в романе служебную роль: они проступают как бы ликами, в которых Воланд уже являлся искусству; мгновениями его существо вания в прошлом; свидетельствами свиданий с ним. Свидетельствами, впроче м, несовершенными и, в интерпретации Булгакова, неточными. Ибо фактическ и ни на кого из своих литературных предшественников булгаковский Волан д не похож. Конечно, более всего, глубже всего и дерзостнее всего булгаковский Волан д не похож на Мефистофеля Гёте. У Гёте Мефистофель выступает то как сатан а, то всего лишь как один из могущественных духов тьмы. В ранних редакциях “Фауста” были встречи Мефистофеля с сатаной, потом Гёте их убрал, но ощущ ение, что Мефистофель всего лишь один из духов зла, в трагедии осталось. В “Прологе на небе” Господь говорит Мефистофелю: “Таким, как ты, я никогда не враг. Из духов отрицанья ты всех мене бывал мне в тягость, плут и весель чак” . У Булгакова Воланд— сам великий сатана, и сильнее его в лунном, ночн ом, оборотном мире, в принадлежащем ему мире жестокой справедливости и ж естокого возмездия нет никого. Мефистофель— дух сомнения и неверия. Его пафос— в развенчании всего, чт о представляется высоким. Может быть, поэтому он вправе сказать о себе: “Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо” . Он Дух отр ицания, и нет на свете ничего, что вызвало бы его симпатии и уважение, что к азалось бы ему ценностью нетленной: “Я дух, всегда привыкший отрицать. И с основаньем: ничего не надо. Нет в мире вещи, стоящей пощады, творенье не го дится никуда. Итак, я то, что ваша мысль связала с понятьем разрушенья, зла, вреда. Вот прирожденное мое начало, моя среда” . А Воланд? Все, на что обращает свой взгляд Воланд, предстает всего лишь в с воем истинном свете. Воланд не сеет зла, не внушает зла. Он всего лишь вскр ывает зло, разоблачая, снижая, уничижая то, что действительно ничтожно. Поняв кто же есть Воланд давайте разберемся, наконец, зачем же он появилс я, за чем оказался в Москве, зачем Булгаков вообще вводит Воланда в роман??? Как уже стало понятно, дьяволиада, один из самых любимых авторских мотив ов, здесь, в “Мастере и Маргарите” приобретает настолько реалистичные фо рмы, что может служить блистательным примером гротескно-сатирического обнажения противоречий живой действительности, окружающей персонажей романа. Вражда, недоверие к инакомыслящим, зависть царствуют в мире, который окр ужает Мастера и других персонажей романа. Не случайно там появляется Вол анд. Воланд — это художественно переосмысленный автором образ Сатаны. С атана и его помощники обнажают сущность явлений, высвечивают, усиливают , выставляют на всеобщее обозрение всякое зло. Фокусы в варьете, проделки с подписывающим бумаги пустым костюмом, таинственное превращение сове тских денег в доллары и прочая чертовщина — это обнажение скрытых порок ов человека. Становится понятным смысл фокусов в варьете. Здесь происход ит испытание москвичей на алчность и милосердие. В конце представления В оланд приходит к выводу: “Ну что же... они — люди как люди. Любят деньги, из ч его бы те ни были сделаны — из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Н у легкомысленны... ну, что ж... и милосердие иногда стучится в их сердца... обык новенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только ис портил их....” Но Воланд и его свита совершали в романс небезобидные и част о мстительные чудеса, наподобие злых волшебников в доброй сказке. Одной из главных мишеней Воланда становится самодовольство рассудка, в особе нности его атеистичность, сметающая с пути заодно с верой в бога всю обла сть загадочного и таинственного. С наслаждением отдаваясь вольной фант азии, расписывая фокусы, шутки и перелеты Азазелло, Коровьева и кота, любу ясь мрачным могуществом Воланда, автор посмеивается над непоколебимой уверенностью, что все формы жизни можно расчислить и спланировать, а про цветание и счастье людей ничего не стоит устроить — стоит только захоте ть. М. А. Булгаков сомневается в возможности штурмом обеспечить равномер ный и однонаправленный прогресс. Его мистика обнажает трещину в рациона лизме. Он осмеивает самодовольную кичливость рассудка, уверенного в том , что, освободившись от суеверий, можно создать точный чертеж будущего, ра циональное устройство всех человеческих отношений и гармонию в душе са мого человека. Здравомыслящие литературные сановники вроде Берлиоза, давно расставши сь с верой в бога, не верят даже в то, что им способен помешать, поставить по дножку его величество Случай. Несчастный Берлиоз, точно знавший, что буд ет делать вечером на заседании МАССОЛИТа, всего через несколько минут ги бнет под колесами трамвая. Фантастический поворот сюжета позволяет писателю развернуть перед чит ателями целую галерею персонажей весьма неприглядного вида. Внезапная встреча с нечистой силой сдирает маски лицемерия со всех этих берлиозов , латунских, майгелей, никаноров ивановичей и прочих. Сеанс черной магии, к оторый Воланд со своими помощниками дает в столичном варьете, в буквальн ом и переносном смысле “обнажает” некоторых зрителей. Не дьявол страшен автору и его любимым героям. Дьявола, пожалуй, для М. А. Б улгакова действительно не существует, как не существует богочеловека. В его романе живет иная, глубокая вера в человека и человечность, непрелож ные нравственные законы. Для М. А. Булгакова нравственный закон является частью души человека и не должен зависеть от религиозного ужаса перед гр ядущим возмездием, проявление которого можно легко усмотреть в бесслав ной гибели начитанного, но бессовестного атеиста, возглавлявшего МАССО ЛИТ. Вообще, сама идея поместить в Москву 30-х годов князя тьмы и его свиту, олице творяющие те силы, которые не поддаются никаким законам логики, была глу боко новаторской. Воланд появляется в Москве, чтобы “испытать” героев ро мана, воздать должное Мастеру и Маргарите, сохранившим любовь и верность друг другу, покарать взяточников, лихоимцев, предателей. Суд над ними вер шится не по законам добра, они предстанут не перед людским судом. Судьей д ля них будет время и совесть. В романе “Мастер и Маргарита” никто не совершает грехов по наущению. Сво и грехи и свои преступления, большие или малые, — так же, как и свой подвиг, — каждый совершает сам, по собственному побуждению своей души. Конечно, весельчак Фагот запускает в театре Варьете денежный дождь. Но уж тратить в буфет эти “якобы деньги” самые догадливые из зрителей бегут сами. Да, Ко ровьев рассказывает Маргарите об одном из “гостей” на великом балу у сат аны: “Как-то раз Азазелло навестил его и за коньяком нашептал ему совет, ка к избавиться от одного человека, разоблачений которого он чрезвычайно о пасался” . И совет Азазелло был выполнен без промедления. Но, надо думать, уж очень жаждал “гость” этого совета. И не слишком надо верить Никанору Ивановичу, который “утверждал впослед ствии” , что “толстая хрустнувшая пачка” денег— взятка, предложенная ем у “переводчиком” , — сама вползла к нему в портфель. Очень хотел этого опы тный взяточник Никанор, и разве что дьявольская ловкость, быстрота и зна ние дела (“свидетелей действительно не было” ) , проявленные “переводчик ом” , превзошли его опыт. Коровьев, правда, подкузьмил, “не те” деньги подс унул. “Брал! — кричит на следствии Никанор. — Брал, но брал нашими советскими! Прописывал за деньги, не спорю, бывало... Но валюты я не брал!” И провокация с Тимофеем Квасцовым, от имени которого Коровьев звонит в милицию, — того же порядка. Ну, не звонил Тимофей Квасцов. Не звонил потому, что ни слухом, н и духом не знал о подсунутой Коровьевым Никанору валюте. Но с какой радос тью позвонил бы наушник и ябедник Квасцов, если б знал. Не своим же, а его, Кв асцова, голосом плаксиво кричал в трубку Коровьев: “Алло! Считаю долгом с ообщить... Говорит жилец означенного дома из квартиры номер одиннадцать Тимофей Квасцов. Но заклинаю держать в тайне мое имя. Опасаюсь мести выше изложенного председателя” . “И повесил трубку, подлец” , — замечает автор. Кто подлец? Коровьев? Или Ти мофей Квасцов? Ибо едва пришли из милиции изымать у Никанора крамольную валюту, Тимофей Квасцов вот он — тут как тут: “В это время Тимофей Кондрат ьевич Квасцов на площадке лестницы припадал к замочной скважине в дверя х квартиры председателя то ухом, то глазом, изнывая от любопытства... А еще через час неизвестный гражданин явился в квартиру номер одиннадцать, ка к раз в то время, когда Тимофей Кондратьевич рассказывал другим жильцам, захлебываясь от удовольствия, о том, как замели председателя...” Так что чи татель начинает сбиваться: может быть, не Коровьев, а Тимофей Квасцов как им-нибудь чудом звонил в милицию? Во всяком случае, ведет он себя так, как б удто никакой не Коровьев, а он сам, Тимофей Квасцов, и звонил... Воланд знает подлинную цену всему: стяжательству, бездуховности и невеж еству; теням висельников и убийц на своем великом весеннем балу; рассудо чности Берлиоза, навсегда уходящего в небытие, и суетной страсти толпы к зрелищам и деньгам. И находит полное понимание у своей преданной свиты. Кстати, если поподробнее рассматривать сцену с балом, то можно увидеть и еще одну проблему, которую Булгаков хотел показать нам. Тема бессмертия и воскресения душ. У Булгакова главный воскреситель — Воланд. Да, он может воскресить душу, может и” наоборот, погубить ее. Вообще, Воланд в романе представ перед нам и, как дьявол наоборот, ведь хотя его призвание— губить души, он сделал эт о лишь с Берлиозом и, может быть с Майгелем. Особенно ярко описано воскрес ение души на балу. Эти люди давным-давно уже умерли, причем наверняка не бе з содействия самого Воланда, но каждый год, в полнолуние, они собираются н а бал, который устраивает Воланд воскресивший их, вероятно, потому, что он и верили в некую философию, некую теорию. Видимо, в основе этой теории лежа ла идея загробной жизни, когда тело умирает, а душа остается жить. Воланд, впрочем, называет их доказательствами совсем другой теории. По его утвер ждениям Берлиоз всю жизнь исповедовал теорию, согласно которой после от резания головы жизнь в теле прекращается, а душа уходит в небытие (наверн ое, именно по этому единственный, кто в романе по-настоящему уходит в небы тие, и есть Берлиоз) . Совершенно очевидно, что симпатии автора здесь не на стороне Берлиоза, впрочем, не на стороне Воланда тоже. Тут Булгаков выдви гает идею, что каждый получает по заслугам, во что верил — то и получишь, к ак это случилось с Берлиозом. Души, которые собрались на этот жутком балу, — соседи Воланда, они за свои прегрешения пребывают в аду. Скорее всего, сам Воланд исподволь подсказ ывал им различные способы отравления и прочих преступлений. Каждый год н а этом балу появляются новые лийа Воланд не дремлет, он продолжает умерщ влять души. И собирает их на балу конечно же не для того, чтобы доказать Бе рлиозу правильность своей теории, в которую верит он и его гости, а потому что втайне ему приятно видеть души, которые он погубил, а затем воскресил. На первый взгляд незаметно, чтобы эти люди терпели какие-то муки в аду как положено грешникам, но даже если это и так, то тогда, возможно, Воланд хоче т дать им отдых от их страданий. По крайней мере, Фрида, которой каждый ден ь подают платок, напоминающий о ее преступлении, напивается пьяной, и это помогает ей забыть злосчастный белый с синей каемочкой платок. Мастер и Маргарита — тоже своего рода люди умершие я вновь воскресшие. А зазелло это отрицает, говорит, что они вовсе не мертвы, но в то же время Ива нушкин сосед умирает, и Иванушка узнает это, когда Мастер приходит к нему попрощаться. Получается, что на свете два Мастера: один, который улетел с В оландом, а другой, который умер в сто восемнадцатой палате. И Маргариты то же две, хотя в эпилоге говорится, будто шайка похитила и Мастера, и Маргари ту, и ее домработницу Наташу, превратившуюся в ведьму. Именно Азазелло по дготовил их к полету с помощью фалернского вина, того самого, которое пил прокуратор. Уже в этом можно усмотреть намек на то, что непростое вино вып ивают герои М. Булгакова. Да так оно получается на самом деле, ведь Азазелл о сначала отравляет с его помощью Мастера и Маргариту, а потом их же воскр ешает. Очевидно, в полет с Воландом нельзя отправляться живым; надо подго товиться, усыпить собственную душу и забыться на время. Но опять же к самому Воланду. Он, в отличие от Мефистофеля и в отличие от др угого Демона (“И все, что пред собой он видел, он презирал иль ненавидел” ) , которого Булгаков, как уже стало понятно, знал наизусть, Воланд признает то редкое, то немногое, что по-настоящему велико, истинно и нетленно. И в эт ом его великая сила и великое преимущество перед другими. Он знает настоящую цену творческому подвигу Мастера и раскаянию Пилата. Любовь и гордость и поистине королевское чувство собственного достоин ства Маргариты вызывают у него интерес, холодную симпатию, уважение, при знание. И неприкосновенны для него подвиг Иешуа Га-Ноцри и то не подвласт ное Воланду, не относящееся к нему, не касающееся его, что в романс противо поставлено “тьме” и помечено обобщенным названием “свет” . В романе есть одно место, которое часто вызывает у читателей вопросы. В са мом конце, там, где волшебные черные кони несут своих всадников к их цели, описано преображение этих всадников. Именно тогда читатель видит рыцар я с никогда не улыбающимся лицом. Как заявляет Воланд, этот рыцарь просто неудачно пошутил. Что имел в виду Булгаков? Что такое “лишнее” сказал некогда фиолетовый р ыцарь, за что был так жестоко наказан? “Мастер и Маргарита” все-таки незав ершенный роман, его автор умер, так и не написав последнего слова, и это ме сто, по-видимому, относится к строкам, оставшимся конспективными. Вряд ли Воланд наказывает своего верного рыцаря, чье место непосредстве нно рядом с ним, за неудачу каламбура. Темно-фиолетовый рыцарь явно наказ ан за то, что неудачный его каламбур относился к “свету” и “тьме” . Воланд не позволяет шуток по поводу “света” . Да, такого дьявола в мировой литературе до Булгакова действительно не бы ло. Воланд с его холодным всеведением и жестокой справедливостью порою каж ется покровителем беспощадной сатиры, что вечно обращена к злу и вечно с овершает благо. Он жесток, как бывает жестокой сатира, и дьявольские шутк и его приближенных тоже воплощение каких-то сторон этого удивительнейш его из видов искусств: издевательские провокации и глумливое фиглярств о Коровьева, неистощимые штуки “лучшего из шутов” — Бегемота, “разбойни чья” прямота Азазелло… Сатирическое вскипает вокруг Волапда. На три дня (всего лишь в три дня укладывается действие романа) Воланд со своей свито й появляется в Москве — и неистовством сатиры взрезается будничная пов седневность. И вот уже стремительно, сплетаясь, как в вихре Дантова ада, не сутся вереницы сатирических персонажей — литераторы из МАССОЛИТа, адм инистрация театра Варьете, мастаки из жилтоварищества, театральный дея тель Аркадий Аполлонович Семплеяров, гений домовых склок Аннушка, скучн ый “нижний жилец” Николай Иванович и другие. Сатирическое расходится вокруг Воланда кругами. Выливается в фантасма горию сеанса черной магии. Буйствует в “сне Никанора Ивановича” , не инач е как пожалованном Никанору на прощанье неугомонным Коровьевым. В перес екающихся пластах фантастической сатиры этого “сна” , ни на йоту не реал ьного и вместе с тем реального до последней крупиночки, насмешливо, ирон ично, оглушающе саркастично все— и самое воплощение метафоры “сиденья за валюту” ; и проникновенные речи голубоглазого “артиста” о том, что ден ьги, необходимые стране, должны храниться в госбанке, а “отнюдь не в тетки ном погребе, где их могут, в частности, попортить крысы” ; и фигуры стяжате лей, ни за что не желающих расставаться со своим добром; и ошалелый Никано р, на которого обрушилась вся эта фантасмагория и у которого валюты нет (а впрочем, подлинно ли нет?) . Очистительным огнем, “с которого все началось и которым мы все заканчива ем” , — пожаром “Грибоедова” — довершается литературная сатира в роман е с этим самым “Грибоедовым” , в котором уютнейше разместился МАССОЛИТ, с его рестораном, “самым лучшим в Москве” , с его кассами, путевками и дачами в Перелыгине, с членами МАССОЛИТа, от которых — не случайно, надо думать, — в воображении читателя останется только перечет странных имен: Желды бин, Двубратский, Бескудников, Квант... Огонь идет по пятам за дьявольскими помощниками Воланда: горит дом на Са довой, горит Торгсин, в котором побывали Коровьев и Бегемот, облюбованны й Алоизием Могарычом дом с подвальчиком Мастера, горит Грибоедов... Гётевский Мефистофель тоже называет своей стихией огонь — единственн ую стихию, противостоящую жизни.. В романе “Мастер и Маргарита” огонь не п ротивостоит жизни и добру. В романе Булгакова в огне горят страдания и бо ль (“Гори, гори, прежняя жизнь!” — кричит Мастер. “Гори, страдание!” — втор ит ему Маргарита) . Горят пошлость, стяжательство, бездуховность и ложь, ра счищая дорогу надежде на лучшее. Горит всё, кроме бесценных творений. Не д аром становиться афоризмом реплика Воланда: “Рукописи не горят” . “Мастер и Маргарита – сложное произведение. О нём еще долго будут спори ть, много думать, много писать. Книга в чем-то противоречива, не со всеми ид еями согласен читатель. Но то, что он никогда не останется равнодушным, мо жно сказать наверняка. Он будет читать ее плача и смеясь, сочувствуя и про являя равнодушие, но скорее всего книга пробудит в его душе силы, о которы х он раньше и не подозревал. Вот почему после того как перевернута послед няя страница, возникает непреодолимое чувство легкой грусти, которое вс егда остается после общения с чем-то великим… Список используемой литературы М. А. Булгаков. Записки на манжетах. — М., “Художественная Литература” , 1988. В. Г. Боборыкин. Литература в школе. — М., “Просвещение” , 1991. Л. Янковская. Творческий путь М. Булгакова. — М., “Советский писатель” , 1983. М. А. Булгаков. Мастер и Маргарита. — М., Аст “Олимп” , 1996. Э. Л. Безносов. Принадлежит вечности // М. А. Булгаков. Мастер и Маргарита. — М., Аст “Олимп” , 1996. [1] Как мы пишем. Л., 1930 с. 37. [2] Сахаров В. Сатира молодого Булгакова. — В кн.: Булгаков М. Х анский огонь. Повести и рассказы. М., Художественная литература, 1988. [3] Нестеров М. В. Давние дни. Встречи и воспоминания М., 1959, с. 252. [4] Виленкин В. Я. Незабываемые чтения. “Литературная Россия ” , 1979,9 февраля. [5] Петелин В. В. Родные судьбы М., 1976.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Если прораб кроет заказчика площадной бранью, называет жлобом и рассказывает всем истории как его кинули, не заплатив, - значит, на этом объекте ему дали украсть чуть меньше, чем он планировал.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Дьяволиада в произведениях М. А. Булгакова", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru