Реферат: Исторические взгляды Т. Карлейля - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Исторические взгляды Т. Карлейля

Банк рефератов / История

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 251 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Московский городской педагогиче ский университет Реферат по историографии зарубежной истории На тему: «И сторические взгляды Т. Карлейл я » Выполнила : студентка 4 курса исторического факультета Курдюкова Татьяна. Москва 2011 План. Введение. 1. Биография Т. Карлейля. 2. Исторические взгляды Т. Карлейля Заключение. Афоризмы Введени е. Великий шотландец Томас Карлейль (1795-1881) известен как ист орик, создавший образ Французской революции в умах европейский интелле ктуалов. Современники считали его пророком. Чарльз Диккенс везде носил в собой вместо Библии его «Французскую революцию»; И.-В. Гёте и Л.Н Толстой в осхищались умом этого человека. Уолт Уитмен заявлял, что XIX век нельзя понять без Карлейля. Истори к – консерватор, безразличный к демократии, но категорично осуждавший с оциальную несправедливость, сам Карлейль свою позицию называл «верующ им радикализмом» и предлагал положить в основу цивилизации исключител ьно нравственный долг. Биография Томаса Карлейля. Томас Карлейль (англ. Thomas Carlyle, 1795– 1881) — британский (шотлан дский) писатель, историк и философ. Родился в 1795 г. в Шотландии, в простой крестьянской семье; предназначаемый своими родителями-сектантами к духовной карьере, в 14 лет поступил в Эдинб ургский университет. Не желая быть священником, он по окончании курса в у ниверситете сделался учителем математики в провинции, но скоро возврат ился в Эдинбург. Здесь, живя на случайный литературный заработок, он неко торое время усиленно занимался правом, готовясь к адвокатской деятельн ости; но и это он быстро забросил, увлекшись немецкой литературой. Перевод Гетевского "Вильгельма Мейстера" в 1824 г. и " Жизнь Шиллера" в 1825 г. были первыми крупными работами Карлейля; за ними посл едовали критические разборы и переводы из Жан-Поля, Гоффмана, Тика, Фукэ и др., характеристики Бориса и Вольтера, печатавшиеся в либеральном "Эдинб ургском обозрении". В этом же "Обозрении" (в начале 30-х гг.) появилась его перв ая статья более общего характера, "Признаки времени", совсем не подходивш ая по своему направлению к либеральной окраске журнала. Следующий его эс киз, "Тейфельсдрек", развившийся впоследствии в целую книгу "Sartor Resartus", а также " Историю немецкой литературы" ни один издатель не взялся напечатать, так как направление Карлейля не отвечало духу времени. "Sartor Resartus" появился в Амери ке раньше, чем в Англии. Такою же оригинальностью, как и эти произведения, отличается "История французской революции" ("French Revolution, a history", 1837), едкий памфлет "Ча ртизм" (1839), лекции о героях и героическом в истории ("On Hero worship", 1841) и историко-филос офские размышления "Past and present" (1843). Не подходя ни к одной из установившихся поли тических партий, Карлейль чувствовал себя одиноким и думал некоторое вр емя об издании собственного журнала для проповеди своего "верующего рад икализма". Все указанные произведения Карлейля проникнуты стремлением свести прогресс человечества к жизни отдельных выдающихся личностей-г ероев, положить в основу цивилизации исключительно нравственный долг; е го политическая программа ограничивается проповедью труда, нравственн ого чувства и веры. Утрированная оценка героического в истории и недовер ие к силе учреждений и знания привели его к формальному культу прошедших времен, более благоприятных для героических людей. Взгляды его ярче, чем где-либо, сказались в двенадцати "Памфлетах последних дней" ("Latter-day pamphlets", 1858); здес ь он смеется над эмансипацией негров, над демократией, филантропией, пол итико-экономическими учениями и пр. Не только прежние враги после этих п амфлетов негодовали на Карлейля, но и многие поклонники перестали его по нимать. Из всех сочинений Карлейля наибольшее историческое значение им еет "Letters and Speeches of Oliver Cromwell" (1845-46), с комментариями; последние далеко не беспристрастны к "герою" Кромвелю, но они все-таки в значительной степени способствовали правильной оценке его личности. Самое обширное сочинение Томаса -- "History of Frederick II" (1858-65), заставившее его предпринять путешествие в Германию; при мно гих блестящих качествах оно страдает большою растянутостью, В 1847 г. появи лись его "Исторические и критические опыты" (сборник журнальных статей), в 1851 г. -- биография его друга юности, поэта Стерлинга. С 1868 до 1870 г. Карлейль был за нят изданием полного собрания своих сочинений ("Library edition", в 34 т.). За этим издани ем последовало на следующий год дешевое издание "People's edition", которое много раз было повторено. Далее он напечатал ряд очерков под заглавием "Первые нор вежские короли" (1875). В 1866 г. Карлейлю предложили почетное место ректора Эдин бургского университета; кроме этого места, он никогда не занимал никакой должности, всю жизнь оставаясь только писателем. Во время франко-прусск ой войны он стал на сторону Пруссии и горячо и искренне отстаивал ее дело в своих письмах в "Times", изданных и отдельно (1871). Он умер в 1881 году. Из произведени й Карлейля на русский язык переведены: "История французской революции" (т . I), "Исторические и критические опыты", "Герои и героическое в истории" ("Совр еменник" 1856 г.), "Нибелунги" ("Библ. для чтения" 1857 г.)и т.д. Историч еские взгляды Томаса Карлейля. Томас Карлейль один из наиболее читаемых и почитаемых авторов в Англии. Он единст венный в своем роде мыслитель; у него нет да и, собственно, не может быть ни подража телей, ни продолжателей. Он излагает свои мысли вовсе не путем логически х выкладок. Попробуйте отыскать у него большую посылку, малую посылку и з аключение. Он мыслит образами. Он вовсе не заботится обставить свою мысл ь правильно построенными индукциями и дедукциями. Это смущает многих, и академические логики находят, что Карлейль беден по части мысли. Впрочем, они готовы снисходительно допустить, что Карлейль воз буждает много мыслей. Его мысли поражают в первый момент читателя. Внача ле они казались дикими и странными также и англичанам. С большим трудом и после долгих поисков Карлейль нашел издателя для первого своего капита льного произведения "Sartor Resartus". Но истинная мысль, по верному замечанию самог о Карлейля, рано или поздно всегда найдет себе доступ к искреннему сердцу человека. И "Sartor Resartus", а затем длинный ряд друг их его произведений проложили ему дорогу, и его сочинения стали обычным чтением англичан. Почему мысли Карлейля кажутся странными, почему они по ражают и мы готовы признать их анахронизмами? Потому, во-первых, что они пр инадлежат к иному складу мировоззрения, нежели господствующий ныне; и по тому, во-вторых и главнейшим образом, что мы прикидываем к нему свои излюб ленные шаблоны. Но так как эти шаблоны обыкновенно слишком малы и далеко не могут покрыть собою всего поля мысли Карлейля, то мы прилаживаем их к о тдельным отрывочным положениям и утверждениям, и, конечно, получается не что, на наш взгляд, несообразное. Карлейль высмеивает "свободу и равенств о"; он презрительно относится к "баллотировочным ящикам", то есть избирате льным урнам, "всеобщему голосованию"; он высокомерно смотрит на "толпу" и т. д. * Карлейль питал глубокое недовольство существовав шим порядком вещей, что по силе и глубине своего протеста он примыкает к с амым передовым людям и что при этом он представляет собою протестанта, о твергающего всякие сделки и временные преходящие решения больных вопр осов. В Карлейле невозможно отделить человека от писателя и мыслителя. Он ве сь, со всей его "дикой" страстью, отдался своему призванию. Такие цельные н атуры встречаются ______________________________________________________________ * Карлейль Т. Гер ои, почитание героев и героическое в истории. СПб., 1908. С 1-18 к райне редко, и обыкновенно это бывают люди глубоко религиозные. Цельност ь и есть прямое последствие религиозност и. Мы говорим, конечно, не о догматике. Честная и серьезная религиозность, не имеющая ничег о общего с обычным пошлым святошеством, окружала Карлейля с первых дней его жизни. Отец Карлейля, простой каменщик, и мать его принадлежали к одно й из многочисленных в Англии диссидентских сект и желали, чтобы сын их бы л священником. Но он утерял веру "отцов своих" и отказался от мысли быть св ященником. Сам Карлейль описал свои муки, свою борьбу и свою победу в "Sartor Resartus ", который во многих отношениях имеет биографическое значение. "Он пережи вал лихорадочные пароксизмы сомнения. Его окружала громадная мрачная п устыня, населенная дикими чудовищами".* Чистая и в высшей степени глубока я нравственная природа Карлейля нуждалась именно в религиозной вере, та к как он не разделял философских теорий "прибылей и потерь" ни в отвлеченн ом, ни в практическом отношении. А между тем душевный мрак сгущался все бо льше и больше, сомнение становилось все мучительнее и мучительнее. И он д опрашивал себя: итак, никакого Бога не существует? А "долг" -- это слово такж е не имеет никакого значения? и т.п. Как ни были мучительны все эти сомнени я и терзания, Карлейль не шел ни на какие сделки и не примирился с тем, что о н признал ложью. В сущности, он страстно искал истины, и долг, под который п одкапывалось сомнение, руководил им. Самое мучительное чувство есть соз нание собственной немощности. Чувствовать себя всегда бессильным -- исти нное несчастье. И, однако, мы не можем иметь ясного представления о своей с иле, пока не станем действовать, делать. Какая громадная разница между смутной ко леблющейся способностью и определенным, решительным действием! Наши по ступки служат зеркалом, в котором впервые отражаются действительные оч ертания нашего духа. Известное предписание: "познай самого себя", невозмо жное само по себе, получает смысл и значение, если высказать его в несколь ко более частном виде: "познай, что ты можешь делать". Таким образом, бесплодное созерцание, порождающее сомнение и муки, должно замениться живым делом, на какое способен человек. Эта мысль послужила поворотным пунктом во вну тренней жизни Карлейля; она же наложила печать на всю его философию и на в се его общественное мировоззрение. Действительно, во всех своих произве дениях он выступает непримиримым врагом бездеятельного соз ерцания и пассивного подчинения существующему порядку вещей . Действительность, реальность в устах Карлейля озна чает вовсе не внешний облик и ход вещей, бросающийся в глаза каждому, а ист ину, глубоко сокрытую об ыкновенно под внешне й оболочкой. ________________________________________________________________________ * Там же Су ществует сомнение и сомнение. Одно -- болезненное, худосочное, самодовлею щее; другое -- здоровое, хотя и мучительное, полное жизни, так как оно расчищ ает путь к истине. Такое сомнение всегда заканчивается верой. Когда унас ледованные Карлейлем представления о Боге, долге и т. д. были очищены крит ической работой мысли, сомнение обратилось на самого человека: он стал м учиться своею немощностью. Он -- ничтожный атом среди грозной бесконечно сти. Лесли Стивен определяет так религиозные воззрения Карлейля: это шотландский ка львинизм минус догма. Кальвинизм очистил католичество от всяких наслое ний и бессмысленных традиций и в этом отношении был поворотом к здравому смыслу. Шотландский кальвинизм, в лице пуритан, пошел еще дальше, а Карлей ль идет еще дальше в деле освобождения мысли из-под ига отживших традици онных форм. И чем дальше он уходит в своем отрицательном отношении к като лическим традициям, тем напряженнее и глубже становится его религиозно е чувство. Так это, собственно, и должно быть: сила, не растрачиваемая на вн ешнюю обрядовую сторону, всецело концентрируется на деле. Поэтому-то дело , труд, работа составляют, так сказать, материальное выражение его религи озной мысли. Глубокая религиозность Карлейля, находившаяся пос тоянно в общении с тайной жизни и мира, не могла, конечно, мириться с пусто порожними измышлениями и хитросплетениями метафизики, и он беспощадно относится к ней. Он говорит, что все метафизические системы, какие только существовали до сих пор, не дали ничего, что они отличаются "несказанным б есплодием". Даже глава позитивистов, Конт, не нападает так жестоко на мета физику, как Карлейль. Вопрос о смерти и бессмертии, говорит он, о происхожд ении зла, о свободе и необходимости -- вопросы вечные; но всякая попытка ме тафизики разрешить их оканчивается всегда неудачно; ибо теорему о беско нечном невозможно исчерпать конечным разумом. Метафизическое умозрени е ведет свои спекулятивные выкладки из пустоты, из ничего, и оно неизбежн о должно заканчиваться также пустотой; оно обречено вечно вращаться сре ди бесконечных вихрей... творить, чтобы затем поглотить свое собственное детище... Но вместе с тем Карлейль не щадит также и узких позитивистов... Ник то, говорит Джон Морлей, не указывал так образно на безусловную относите льность человеческих знаний, как Карлейль. Между фантастическими бредн ями мистиков и не менее фантастическими измышлениями узких позитивист ов лежит маленькая полоска разумной достоверности, полоска относитель ного, условного опытного знания, стоя на котором мы можем созерцать бесп редельную область невидимого; быть может, эта область и навеки останется для нас невидимой, но она наполняет людей воодушевлением и придает инте ресам и обязанностям их крошечной жизни какую-то особенную возвышеннос ть. Карлейль не отрывает нас от действительного мира и жизни и не заставл яет всецело погружаться в созерцание бесконечного и неведомого, что обы кновенно превращается в пустое толчение воды. Но, с другой стороны, он ни н а одно мгновение не принижает наших мыслей и чувств, не заставляет их пол зать, подобно пресмыкающимся, по земле... Философия Карлейля, по словам Джо на Морлея, наполняет нас тем возвышенным чувством бесконечных, незримых возможностей и сокрытых, неопределенных движений света и тени, без котор ых человеческая душа -- высохший, бесплодный пустырь. Карлейль приводит в движение самые глубокие чувства и вместе с тем неизменно, постоянно указ ывает на обязанность каждого делать ближайшее дело. Он совмещает в себе пылкого идеалиста с здравомыслящим реалистом. Такое настроение, объеди няющее горячий идеализм с практическим реализмом, Карлейль называет верой; от сутствие же подобного настроения, неспособность проникнуться им приво дят к безверию, на которое он нападает самым жестоким образом. Чтобы понять и надлежащим образом оценить эти беспощадные нападки Карл ейля на скептицизм, безверие и, в частности, XVIII век, следует принять во вним ание исторический момент его появления. Он родился (1795 г.), когда Великая фр анцузская революция, совершив свое разрушительное дело и как бы истощив все свои силы в попытках создать положительные учреждения, потерпела, в свою очередь, крушение. Для нового порядка, с его девизом "свобода, равенст во и братство", нужны были и новые общественные элементы, но их не оказалос ь. Правда, старый порядок со всем его мишурным блеском не мог уже возврати ться, но не мог наступить и действительно новый, тот новый, который среди у жасов и крови возвестила собственно Французская революция. Наступил та кой порядок, какой мог наступить по совокупности всех условий обществен ной жизни, наступило господство буржуазии. Конечно, буржуазия не могла с импатизировать принципам Великой французской революции, и потому перв ая четверть XIX века носит печать всеобщей реакции. В эту-то именно эпоху и с кладывалось мировоззрение Карлейля. Реакция задела и его. Но каким образ ом? Всякий, кто хоть сколько-нибудь знаком с Карлейлем, согласится, что тру дно указать более пылкого, более непримиримого, более неподкупного враг а всего плоского, пошлого, шаблонного, всего мещанского, буржуазного в лю бой сфере мысли и жизни. Реакция задела его, но это был гений, а гений не мож ет работать на пользу пошлого и шаблонного. Реакция заставила его глубже заглянуть в причины краха и превратила его в горячего обличителя, в свое го рода ветхозаветного пророка на арене современной жизни. Разрушитель ная работа совершена; ложные боги повержены и разбиты; но для того чтобы с оздавать, надо располагать известным положительным содержанием. Вмест о же него Карлейль нашел неограниченное господство скептицизма в облас ти мысли и пессимизма , в области общественной нравственности. Скептицизм и пессимизм людям буржуазного склада не мешал, конечно, да и никогда не ме шает, предаваться радостям жизни, но для людей искренних -- это поистине пр оклятие, убивающее здоровье, жизненное чувство и извращающее мысль. И Ка рлейль восстал против скептицизма и пессимизма и т. д., против всего, что м ожно назвать одним словом "безверие" во всяких формах и во всяких сферах мысли и жизни. Затем он уже одинаково беспощадно преследует это безверие, все р авно, встречается ли он с ним в лагере, скажем вообще, прогрессистов или ре троградов, и, наоборот, приветствует вер у, лишь бы она была искренней, повсюду, ото двигая на второй план формы. Громадное значение Карлейль придает молчанию. Да, молчание великое дело, но не молчание вынужденн ое, когда душа человека пылает гневом и негодование просится наружу, а мо лчание перед тем, чего никакое слово не может передать надлежащим образо м. Такое молчание избавляет человека от бесплодных попыток выразить нев ыразимое, от построения разных догматических утверждений, от пустой игр ы словами и т. д.; оно приподымает настроение, расширяет поле умственной св ободы и делает человека более независимым. Молчание составляет также од ин из основных элементов Карлейлевой религии. Описание современного положения челове чества. Все человечество, говорит он, распалось в настоящее время на две секты: щеголей (dandies) и каторжников труда, называемых также белыми неграми, л охмотниками и т. д. Какого верования придерживаются первые, определить д овольно трудно; но, несомненно, они причастны к монотеизму и разделяют су еверие афонских монахов, которые, благодаря продолжительным постам и уп орному созерцанию своего пути, начинают смотреть на него как на истинное откровение природы и отверстые небеса. В сущности, секта щеголей придер живается первоначального культа самообожания, измененного и приспособ ленного сообразно требованиям новейших времен. Они тщательно охраняют свои обособленность и чистоту; носят особый костюм, говорят на особом яз ыке и вообще всеми мерами стараются поддержать свое положение и свою неп орочность. У них есть свои храмы, поклонение в которых совершается главн ым образом по ночам, но все ритуалы держатся при этом в величайшем секрет е; по всей видимости, они имеют много общего с элевсинскими * . Священные книги, которых имеется вообще достаточно, называются у них "Модными новостями". Главные пункты их верования: панталоны на бедрах до лжны сидеть, насколько возможно, в обтяжку; при некоторых исключительных обстоятельствах разрешается носить белые жилеты; человек хорошего тон а ни под каким видом не должен отличаться излишней плодовитостью, прилич ествующей лишь готтентоту, и т. д. Удивительную противоположность щеголя м представляет другая секта, главный центр которой находится в Ирландии . Секта несчастных рабов, или каторжников труда, до сих пор еще не издала с воих канонических книг, и потому довольно затруднительно говорить об ее верованиях. Она придерживается до некоторой степени монашеского устав а; так, все рабы связаны двумя обетами: обетом бедности и повиновения, кото рые они блюдут с великой строгостью; мало того, они дают свои обеты даже до появления еще своего на свет Божий. Их можно считать поклонниками Герты, богини земли, так как они вечно роются в ней и с любовью обрабатывают ее; и ли же, запираясь в частных молельнях, размышляют и производят разные ман ипуляции над продуктами, извлеченными из недр ее; иногда они поднимают с вои взоры и смотрят на небесные светила, но, по-видимому, довольно безучас тно. Подобно друидам, они живут в мрачных помещениях, причем нередко наро чно разбивают стекла в окнах (там, где таковые водятся) и затыкают дырья тр япьем и всякой всячиной, не пропускающей света. Все они -- ризофаги, т. е. пит аются кореньями; некоторые же ихтиофаги, употребляющие, впрочем, только селедку; от всякой же другой животной пищи они воздерживаются, кроме пад али, что, быть может, представляет странный остаток браминского учения. В сеобщим и главным предметом их потребления служит корень, называемый ка ртофелем, который они варят на огне. Напиток виски, содержащий в себе конц ентрированный алкоголь вместе с разными едкими маслами, составляет, как говорят, необходимую принадлежность всех их религиозных церемоний и по требляется в большом количестве. Одежда их представляет целый ворох раз ных лоскутов всевозможных форм и цветов; все это соединяется посредство м пуговиц, узлов и спиц, а поясом служит кусок кожи или даже просто соломен ная веревка. Таковы два лагеря, на которые разбилось современное человечество, по м нению Карлейля. В каких же отношениях находятся они между собою? Они преи сполнены, говорит он, взаимной ненависти и несогласия. Я назвал бы, говорит Карл ейль, обе эти секты двумя громадными, не имеющими себе ничего подобного э лектрическими батареями, из которых одна заряжена отрицательным элект ричеством -- это секта каторжного труда, а другая -- положительным -- это щего ли; первая притягивает к себе все отрицательные элементы, обретающиеся в народе (голод); вторая -- положительные (деньги). Кар лейль, проникавший в самую глубину социальной дисгармонии, не мог, конеч но, успокоиться на внешних паллиативах и полурешениях. С той точки зрени я, на которой он стоит, политические вопросы получают второстепенное зна чение. Он и отодвигает их и затем критикует парламентаризм со своей абсолютной точки з рения. Этого не следует забывать. Парламентаризм бессилен разрешить осн овную общественную проблему, проблему установления, как он выражается, Ц арства Божьего на земле; ее может разрешить, по его мнению, только герой, с амый способный человек, и только при одном условии: если масса людей, так сказать, героически настроена. Затем Карлейль сопоставляет своего всес ильного героя -- воображаемого или действительного -- с бессильным п арламентом; но нигде вы не встретите, чтобы он отдавал преимущество обыд енному, негероическому правителю перед заурядным же парламентом. Можно, конечно, не соглашаться с Карлейлевой критикой парламентаризма и его вы водами, но следует прежде всего понять, о чем, собственно, он говорит, во им я чего критикует и отрицает. "Свобода", по мнению Карлейля, воплощенная в н адлежащие общественные формы, не может иметь ничего общего со свободой у мирать от голодной смерти, "свобода" же, которая примиряется с этим фактом , немного стоит. Аристократия и демократия у Карлейля также имеют свое особенное значение. Аристократия -- это все лучшее, благороднейшее, в се отважное; то же, что мы обыкновенно считаем аристократией, он представ ляет нам в виде секты щеголей; это люди, которые берут от мира заработную п лату, но не делают дела, возлагаемого на них. Демократия воплощает в себе, так сказать, все отрицательные элементы, ниспровергающие рутину и отжив шие порядки; но на этом она не может остановиться; в дальнейшем своем разв итии она должна выдвинуть положительные, созидающие принципы, должна на йти своего героя или своих героев, которые и образуют настоящую аристокр атию. Не следует думать, однако, говорит Карлей ль, что "жизнь всякого истинного вождя человечества должна заключаться в полной свободе ломать мир по произволу и совершать свой благотворный пу ть посреди раболепных изъявлений восторга со стороны покорного челове чества"... "Горе ему (герою), если он обратит повиновение людей в оружие своих корыстных целей; горе ему, если он отступит от необходимости принять муч енический венец за свои убеждения; горе ему, если он посмотрит на жизнь, ка к на источник радостей или на поле для своего возвышения! Настоящий геро й -- всегда труженик... Его высшее звание -- слуга людей. Он -- первый рабочий на поденном труде своих сограждан, первый мститель за неправду, первый вост орженный ценитель всего благого. Если герой -- царь, то ему нет покоя, пока х оть один из его подданных голодает; если он мыслитель -- ему нет отдыха, пок а хоть одна ложь считается неложью. Из этого ясно, что деятельность его не терпит остановок, что он вечно стремится к недостижимому идеалу. Если он хотя бы раз уклонился от избранного пути, он уже согрешил, если он хотя бы раз поставил свое личное я выше интересов общих, он уже не герой, а служитель мр ака". Но о взглядах Карлейля на "героев" мы не станем здесь распространяться. О братимся к его книге "Герои, почитание героев и героическое в истории", она -- одно из лучших его произведений и в свое время наделала в Англии немало шума. Дело в том, что Карлейль, как истый англичанин, не только является ст оронником индивидуализма, но и доводит его до крайних логических выводо в. Он выступил со своим протестом во имя личности в то время, когда массам, в смысле общественного фактора, стали придавать первенствующее значение, когда роль великих людей в истории была доведена до нуля, когда, одним словом, ку льт "героев" стал, по-видимому, вытесняться культом "массы". Такое или иное о тношение к "героям" и "массе" имеет существенное значение не только при ист олковании исторических явлений, но и для внутренней жизни всякого отдел ьного человека. Бывают времена, когда "все" становятся до известной степе ни героями, когда вся "масса" нравственно приподнята, когда она подхватыв ает даже людей совсем отсталых и трусливых и увлекает их за собой; такой "м ассой" можно мотивировать свои поступки, не рискуя впасть в противоречие с печными идеалами правды и истины и дойти до мечтания о пошлом мещанско м благополучии. Но гораздо чаще бывают иные времена, когда серенькая буд ничная масса, всецело погруженная в житейские заботы, не только не может воодушевлять человека своим примером, своими желаниями и стремлениями, а, напротив, отымает у него "пыл души", расхолаживает стремление к идеалу и принижает до себя. Такую "массу" человек не может поставить во главе дела и своего нравственного идеала, и он ищет иной опоры. Карлейль указывает ее: это -- личность, это -- герой. Оставляя в стороне спорный вопрос "о героях и мас се", как двух противоположных исторических теориях, всякий согласится, ч то Карлейль влияет самым благотворным образом в смысле подъема нравств енного самочувствия тем, что, проникая в самое сердце человека, заставля ет его стряхнуть с себя апатию, отрешиться от жалкого прозябания и, вопреки все му, устраивать свою жизнь сообразно своим убеждениям. Если он не сумеет у бедить вас в правильности своих воззрений, то во всяком случае он зарони т в ваше сердце искру божественного огня, искру нелицемерного стремлени я к правде в своей жизни. Мы думаем, что для нас, русских, особенно в настоящ ую пору, Карлейль может иметь такое же значение, какое он имел для англича н в свое время. Впрочем, нельзя сказать -- "имел"; влияние его в Англии не умен ьшается и ныне; по крайней мере, остается еще открытым вопросом. Заключение. Карлейль воспитал в Англии целое поколение энерги чных общественных деятелей, бодро делающих свое дело на различных попри щах общественной жизни. Он совершил для Англии, можно сказать, гигантску ю работу; он вызвал на бой пессимизм, байронизм и тому подобные расслабля ющие человеческую энергию учения и ниспроверг их. Один из выдающихся сов ременных английских деятелей в области литературы и общественной жизн и, Джон Морлей, говорит, что он положил конец увлечению байронизмом и приз вал англичан к деятельной жизни. Заслуга немалая. Одним словом, Карлейль -- английский Руссо по силе своих чувств и страсте й, а по глубине своей мысли он выше Руссо * . Но своеобразная манера писать и его язык долго служили камнем преткновения для широкого распространения его со чинений. Всякому, кто в первый раз читает его, приходится делать над собой некоторое насилие, пока он не освоится с этим языком и не научится ценить его особенностей. Великий английский мыслитель-художник становится нужен нам не просто р ади своеобразной красоты, своего исторического значения и т. п., а ради тех мыслей, которые выдвигает и защищает он, ради того ориентирования в ходе современной жизни, которое он дает... Когда происходит крушение самих мат ериальных основ общественной жизни, выражающееся в массовой безработи це, голодовке, ужасающем количестве ежедневных самоубийств, тогда опору для жизни и деятельности приходится искать в самых глубоких глубинах че ловеческого сердца. Мысль Т. Карлейля работает всегда в этой сфере. Вы мож ете быть с ним или против него, но вы всегда чувствуете, что находитесь в а тмосфере, где исследуются и решаются вопросы жизни. Афоризм ы. - Человек не может быть неисправимо плохим, если он хотя бы один раз от души смеялся. -Человек только и живёт надеждой; надежда, по сути,- его единственная собст венность. -Человек, не умеющий держать про себя свои мнения, не способен ни на что вы дающееся ни в каком деле. - Самое неприятное чувство – это чувство собственного бессилия. - Слово- великое дело, но молчание- ещё более великое. - Анархию порождает вовсе не стремление к открытому исследованию, а забл уждение, неискренность, полуверие и недоверие. - Истинно сильный человек тот, кто может идти, не шатаясь, несмотря на само е тяжёлое бремя. - Надо жить, а не прозябать. - Мы совершенствуемся путём страданий. - Завоеватели принадлежат к тому сорту людей, без которых, в большинстве с лучаев, мир мог бы легко обойтись. Список используемой литературы. 1. Карлейль Т. Герои, почитание героев и героическое в истории / То мас Карлейль. – М.: Эксмо, 2008. – 864с. – (Антология мысли). 2. Карлейль Т. Те перь и прежде/ Сост., подгот. текста и примеч. Р. К. Медведевой. — М.: Республика, 1994. — 415 с 3. Сервантес. Шекспир. Ж.-Ж. Руссо. И.-В. Гёте. Карлейль: Биогр. повест вования/Сост., общ. ред. и послесл. Н.Ф. Болдырева. — 2-е изд. — Челябинск: «Ура л LTD», 1998. — 512 с. — (Жизнь замечат. людей. Биогр. б-ка Ф. Павленкова; Т.. 13.) 4. Яковенко В. Томас Карлейль. Жизнь и литературная деятельность / Из серии « Жизнь замечательных люде й. Биографическая библиотека Ф.Павленкова »
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Ощути всю безысходность быть женщиной, когда перед тобой на витрине двадцать оттенков красного лака для ногтей, и все не такие, как тебе надо.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru