Реферат: Мюнхен - преддверие войны - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Мюнхен - преддверие войны

Банк рефератов / Международные отношения

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 319 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Реферат На тему: Мюнхен - преддверие войны 1938 г. зан имает особое место в предыстории второй мировой войны. Именно во второй половине этого года произошло резкое нарастание политического кризиса в Европе и возникла реальная угроза агрессии со стороны фашистских госу дарств, которые, пользуясь попустительством правящих кругов Франции и А нглии, приступили к реализации своих экспансионистских замыслов. Центр альным драматическим событием стала конференция в Мюнхене. 29 сентября в «Доме фюрера» на Королевской площади главы правительств Франции, Англи и, Германии и Италии подписали соглашение о расчлении Чехословакии. Суде тская область суверенного Чехословацкого государства передавалась во владение фашистского рейха. Представители Чехословакии не были допуще ны на конференцию, на которой решалась судьба страны. Конференция в Мюнхене явилась заключительным этапом развития чехослов ацкого кризиса в сложных и противоречивых международных отношений в Ев ропе. В отечественной историографии проблемы, связанные с развитием меж дународных отношений накануне и после Мюнхена, нашли отражение в коллек тивных работах и монографиях историков. Чехословацкий кризис развивался с весны 1938 г. Германия, угрожая европейск им державам военным конфликтом, требовала «разрешения» вопроса о Судет ской области. Пресса фашистского рейха подняла кампанию «в защиту» немц ев, проживающих в этом районе Чехословакии, которых будто бы угнетали че хи. Любому здравомыслящему политику было ясно, что Берлин готовит агресс ивную акцию, направленную против суверенного европейского государства . Проблема Судетской области была для Гитлера лишь предлогом для реализа ции более обширных захватнических планов. А. Франсуа-Понсе, долгие годы н аходившийся в Берлине в должности посла Франции и хорошо изучивший поли тику нацистской Германии, в депеше, направленной в Париж, писал: «...Руково дители рейха не делают тайны из того, что они ставят целью стереть Чехосл овакию с карты Европы... Речь идет не о исправлении линии границы, а о самом существовании Чехословакии... Противоречия между сторонниками Генлейн а» и чехами служат рейху лишь предлогом, исходной точкой его требований. Главная цель состоит в том, чтобы, наказывая деятелей Праги, уничтожить т от барьер, который представляет Чехословакия как союзница Франции и Рос сии на пути продвижения германизма». Представитель Франции в юридическ ом отделе секретариата Лиги наций, профессор права Реннского университ ета Э.Жиро в письме французскому премьер-министру Э. Даладье также подче ркивал опасность для Европы замыслов руководителей фашистской Германи и. Цели Гитлера, писал Жиро, «заключаются в том, чтобы страхом и приманками обеспечить господство Германии в Центральной и Восточной Европе». «Пос ле, - указывалось в письме, - будет возможно напасть на Францию и Англию и за воевать гегемонию Германии над всей Европой... Совершенно абсурдно полаг ать, что аннексия Судетской области удовлетворит аппетиты Германии и по ложит конец ее планам по пересмотру территориального статуса в Европе». В политическом отношении Чехословакия не была одинока или изолирована. Она была членом Лиги наций и имела договоры о взаимопомощи с Францией и С оветским Союзом. Эти договоры создавали международно-правовую основу д ля сотрудничества трех государств по обеспечению безопасности Чехосло вакии. Внешнеполитический курс СССР в 1938 г. определялся принятой Кремлем концеп цией о необходимости обеспечения коллективной безопасности и решитель ного отпора агрессии. Москва понимала, что в одиночку Чехословакия не мо гла противостоять притязаниям фашистской Германии, которая превосходи ла ее по всем параметрам военного потенциала. Судьба Чехословакии завис ела от позиции европейских государств, которые общими усилиями могли пр едотвратить германскую экспансию, а в случае необходимости пресечь агр ессию. Защищая Чехословакию, Москва, естественно, преследовала и свои особые по литические цели. Фашистская Германия для кремлевских лидеров была не то лько идеологическим антагонистом, но и политическим и вероятным военны м противником Советской России. Сокрушение Германии означало ликвидац ию очага агрессии в Европе, а следовательно устранение источника угрозы для Советского Союза. Важным звеном в обеспечении коллективной безопасности в Европе могли с тать советско-французский и советско-чехословацкий договоры о взаимоп омощи. Подписанный в мае 1935 г. в Париже советско-французский договор о взаимопом ощи предусматривал взаимные консультации в целях принятия согласованн ых мер в случае угрозы или опасности нападения какого-либо европейского государства на СССР или Францию. Стороны обязались оказывать друг другу немедленную помощь и поддержку. Советско-французский договор о взаимопомощи 1935 г. имел определенные недо статки. Французская сторона отклонила советское предложение о включен ии в текст договора определение агрессии, что лишало этот важный междуна родный документ универсальности. Безусловно слабостью договора было о тсутствие фиксированной договоренности сторон о дополнении пакта обяз ательной военной конвенцией. Вместе с тем, следует подчеркнуть, что, несмотря на некоторые слабые стор оны, советско-французский договор о взаимопомощи имел большое междунар одное значение. Впервые в истории пакт о взаимопомощи против агрессии бы л заключен между социалистическим государством и капиталистической де ржавой. Это служило доказательством возможности сотрудничества госуда рств с различным социально-политическим строем на принципах мирного со существования во имя укрепления коллективной безопасности в Европе. Не посредственным следствием заключения советско-французского договора о взаимопомощи явилось подписание аналогичного пакта между Советским Союзом и Чехословакией. Основные положения советско-чехословацкого договора, подписанным 16 мая 1935 г. в Праге, были идентичны положениям советско-французского договора. В протокол подписания была включена оговорка, гласившая, что стороны в слу чае агрессии будут оказывать взаимопомощь при условии, что жертве напад ения будет оказана помощь со стороны Франции. Договор о взаимопомощи с СССР был с удовлетворением встречен большинст вом населения Франции. Известный французский историк Ж.Б. Дюрозель отмеч ал: «Большая часть французского общественного мнения была за сближение ( с СССР. - И.Ч.). И это были не только коммунисты, но многие с оциалисты, часть радикалов, такие как П.Кот и Э. Эррио, и даже некоторые дея тели из числа правых националистов». Однако после подписания советско-французского договора Москва отметил а, что правящие круги Франции весьма прохладно относятся к перспективе р азвития сотрудничества с СССР. Советское руководство отдавало себе отчет в том, что отношение французс ких правящих кругов к СССР определяется особенностями внутреннего пол ожения Франции и общей ориентацией ее внешней политики, рассчитанной на укрепление франко-английского альянса и возможное соглашение с Герман ией. Фактическое отношение сменяющих друг друга французских правительств к советско-французскому договору проявлялось в вопросе о военной конвен ции, без которой пакт о взаимопомощи становился лишь политической декла рацией без определения условий реализации взаимных обязательств для о тражения агрессии. Настойчивые попытки советской дипломатии добиться согласия французской стороны на переговоры по военным вопросам наталк ивались на полную пассивность парижских лидеров. В беседе с французским послом Р. Кулондром М.М.Литвинов отметил, что франц узское правительство никогда не проявляло желания укрепить советско-ф ранцузское сотрудничество. «...Французы, заключив с нами пакт о взаимопом ощи, систематически уклонялись от соответственных военных разговоров о методах реализации этой помощи. Уклонялись они от этого даже тогда, ког да Чехословакия стала фактически в этой помощи нуждаться». Следует отметить, что военные инстанции Франции не только не проявляли з аинтересованности в расширении контактов с СССР по военной линии, но и а ктивно выступали против военно-политического альянса с Советским Союз ом. После заключения франко-советского договора 1935 г. начальник генеральног о штаба французской армии генерал Гамелен в докладе военному министру п исал: «Альянс с Россией в трудно предсказуемых политических условиях пр едставляется нежелательным». В справке, подготовленной французским ге неральным штабом в июне 1937 г., делался вывод о целесообразности отказа от с отрудничества с СССР в военной области. «Всякое новое сближение Франции с Москвой привело бы с точки зрения французской безопасности к нулевому или даже отрицательному результату», - указывалось в документе. Ж. Бонне, министр иностранных дел в правительстве Э. Даладье, политика кот орого привела Францию к войне и капитуляции, писал после окончания войны , что франко-советский договор в его представлении «Не имел никакого пра ктического значения», поскольку «между французским и советским генера льными штабами никогда не было переговоров о том, каким образом русская помощь Франции могла стать практически реализована». Бонне лишь конста тирует печальный итог французской дипломатии накануне второй мировой войны, оставляя в стороне вопрос об ответственности за столь крупный про вал внешней политики Франции. Однако советско-французский и советско-чехословаций договоры о взаимо помощи оставались действующими договорами, и советская дипломатия исп ользовала их в период чехословацкого кризиса в целях организации отпор а надвигавшейся агрессии со стороны Германии. Советские дипломатические инициативы не встречали поддержки в Париже, где по-прежнему отвергалась идея советско-французского альянса. Как отм ечал заместитель наркома иностранных дел В.П. Потемкин, «несмотря на кра йнюю напряженность международной обстановки, французское правительст во не изменяло своей позиции нерешительности, бездействия и легковерия перед лицом событий, создающих непосредственную угрозу для общего мира и прямую опасность для самой Франции». В начале апреля 1938 г. кабинет министров социалиста Л. Блюма ушел в отставку . Было сформировано новое правительство во главе с лидером радикалов Э.Д аладье. Эдуард Даладье не был новичком в правительственных кругах Франции. Впер вые портфель министра колоний он получил еще в 1924 г. В 1933 г. в течение 9 месяцев был председателем совета министров Франции. Даладье считался специали стом в области обороны и военной политики, занимая в 1925, 1932, 1933 гг. пост военног о министра, с 1936 г. министра национальной обороны. Новый премьер-министр сохранил за собой портфели военного министра (мин истра армии. - И.Ч.) и министра национальной обороны, сосредоточив в своих руках бол ьшую власть. Э. Даладье пользовался известностью и авторитетом среди различных слое в населения Франции. Его биография внушала уважение. Провинциал, сын бул очника, он достиг высокого положения своим трудом и настойчивостью. Буду чи преподавателем истории в одном из лицеев, молодой Даладье зарекоменд овал себя на политической арене как верный республиканец. Ветеран войны 1914-1918 годов. Он начал военную службу сержантом и за боевые заслуги получил ч ин лейтенанта. В 1919 г. Э. Даладье избирается в парламент от партии радикалов и начинает свою активную политическую деятельность. В политических и журналистских кругах Э. Даладье сумел создать репутаци ю молчаливого человека с сильной волей, «человека из народа». Небольшого роста, коренастый, с бычьей шеей и простоватым лицом он вызывал симпатии у французов, которые видели в нем решительного и волевого человека, полу чившего прозвище «воклюзский бык». В условиях подъема демократическог о движения во Франции Даладье выступал как сторонник Народного фронта. Е го нередко видели среди участников различных демонстраций и митингов в месте с социалистами и коммунистами. Однако для радикала Даладье было ха рактерно сползание на более правые позиции. Став премьером, он практичес ки покончил с Народным фронтом. Но в то же время он старался отмежеваться от крайних реакционеров и профашистов. Производя впечатление прямого и откровенного политика, Даладье был лиц емерным и тщеславным человеком, но в то же время осторожным деятелем, учи тывающим соотношение политических сил в парламенте и правительстве. Бл изко знавшие Даладье люди видели в характере премьер-министра неуверен ность и бесхребетность, что породило новую ироническую кличку «бык с рог ами улитки». По мнению известного французского дипломата Леона Ноэля, «э тот почти диктатор был слабым политическим лидером, пассивным и неспосо бным». Даладье сыграл роковую роль в судьбе Франции, став одним из участн иков мюнхенской сделки и виновником поражения Третьей республики. Противоречивая политика Э.Даладье не способствовала улучшению советск о-французских отношений в период начавшегося чехословацкого кризиса. 17 марта по поручению ЦК ВКП(б) и советского правительства народный комисс ар иностранных дел М. М. Литвинов выступил перед представителями печати с официальным заявлением, в котором изложил позицию СССР в связи с нарас тающим напряжением в Европе. «Нынешнее международное положение ставит перед всеми миролюбивыми государствами, и в особенности великими держа вами, вопрос об их ответственности за дальнейшие судьбы народов Европы, и не только Европы», - говорил советский нарком. В заявлении подчеркивало сь, что правительство Советского Союза «по-прежнему готово участвовать в коллективных действиях, которые были бы решены совместно с ним и котор ые имели бы целью приостановить дальнейшее развитие агрессии и устране ние усилившейся опасности новой мировой бойни». В этот же день специальн ой телеграммой НКИД СССР обязал советских полпредов в Лондоне, Париже, П раге и Вашингтоне вручить текст заявления М.М.Литвинова в министерства и ностранных дел Великобритании, Франции, Чехословакии и США в качестве оф ициального документа, отражавшего точку зрения СССР на актуальные межд ународные проблемы. В Париже было принято решение игнорировать декларацию советского нарк ома. Директор политического департамента министерства иностранных дел Франции Р. Массигли наложил на документе резолюцию: «Это не дипломатиче ская нота. Следовательно, нет и формальных предложений. Подготовить прое кт ответа: симпатии, но практические трудности прежде всего. Соединенные Штаты не скрывают своих колебаний». В апреле 1938 г. в ЦК ВКП(б) вновь были обсуждены вопросы, связанные с позицией СССР в европейском кризисе. В принятом постановлении подчеркивалась ре шимость Советского Союза не допустить нового акта агрессии в Европе со с тороны фашистской Германии. Советская позиция была сообщена правительству Франции. 28 апреля 1938 г. посо л Франции в СССР Р. Кулондр в специальной депеше, направленной в Париж, соо бщил о его беседе с народным комиссаром по иностранным делам М.М. Литвино вым. Судя по содержанию документа, французский посол придавал большое зн ачение полученной информации. «Я уже указывал, что я был поражен реализм ом и сдержанностью господина Литвинова... В отношении Чехословакии... пози ция Советов очень четкая, они согласились рассмотреть конкретные предл ожения по оказанию помощи этой стране». Проводя линию на сговор с Германией, французский министр иностранных де л Ж.Бонне проявлял осторожность и хитрость. Он старался усыпить обществе нное мнение, обеспечить поддержку своей политики в правительственных к ругах, показать сторонникам франко-советского сотрудничества, что он го тов пойти на контакты с Москвой даже в военной области. 27 мая в беседе с советским полпредом в Париже Я.З. Сурицем Бонне сообщил, чт о он дал указание французскому послу в Москве Р. Кулондру совместно с вое нным атташе Франции встретиться с наркомом обороны К.Е. Ворошиловым и пе реговорить с ним по ряду «практических вопросов, связанных с проведение м в жизнь наших пактов в свете чехословацких событий». По мнению Сурица, с французской стороны дело сводилось лишь к постановке перед советскими военными инстанциями некоторых вопросов, а не о перего ворах между СССР и Францией по проблемам военного сотрудничества. Выполняя инструкцию своего министра, 29 мая Р. Кулондр сообщил В. П. Потемки ну, что «в Париже назрела мысль о необходимости договориться с СССР и Чех ословакией о совместных действиях в случае нападения Германии». Заявление французского дипломата было довольно холодно встречено заме стителем наркома иностранных дел. В НКИД считали, что демарш Кулондра не выходит за рамки зондажа. К таким заявлениям, по мнению Потемкина, следов ало относиться «весьма осторожно». Для такой «осторожности» советской дипломатии имелись основания. 20 апреля Кулондр, возвратившись из Парижа, в беседе с Потемкиным сообщил, что военно-воздушный атташе Франции в СССР получил указание от министра авиации активизировать переговоры в Москве о предоставлении французск им представителям технической информации по производству советских об разцов истребителей. Французская сторона, по утверждению посла, была гот ова сообщить данные о своих самолетах, которые могли бы заинтересовать к омандование ВВС СССР. Кулондр подчеркнул целесообразность франко-сове тского сотрудничества в области авиации. 25 апреля французский посол пос етил М.М. Литвинова и заявил, что военные инстанции Франции готовы закупить в СССР некоторое количество истребителей, имею щих высокие тактико-технические данные. Со своей стороны Франция могла б ы оказать помощь авиационным заводам в СССР в налаживании производства французских образцов бомбардировщиков-истребителей. Однако далее благих намерений дело не пошло. И не по вине советской сторо ны. В начале июня военно-воздушный атташе Франции получил от своих начал ьников распоряжение прекратить переговоры с советскими представителя ми по вопросам самолетостроения. Французский посол в Москве был крайне удивлен таким решением. «Сегодня, - писал он в телеграмме на Кэ д'Орсе от 13 июня, - министерство авиации отказыв алось от сотрудничества с СССР, и это в тот момент, когда после стольких ле т усилий мы наконец встали на путь реализации этого сотрудничества». Советский полпред в Париже Я.З.Суриц, хорошо разбиравшийся в хитросплете ниях дипломатии Ж.Бонне, в обширном письме в НКИД от 27 июня писал: «...Факт бе сспорный - теперешнее правительство меньше всего свою чехословацкую по литику строит в расчете на помощь СССР... Несмотря на наличие советско-фра нцузского пакта, на наличие параллельных пактов с Чехословакией, взаимн о между собой связанных и друг друга дополняющих, руководство французск ой внешней политикой ни разу по-серьезному (если не считать обрывочных р азговоров Бонне) не предложило приступить к совместному и практическом у обсуждению вопроса, вытекающего из наших пактов». Обстановка в Европе накалялась. Однако французское правительство все е ще надеялось без сотрудничества с СССР найти какой-то выход, который бы о беспечил явные и тайные интересы правящего класса Франции. Отказавшись от сотрудничества с СССР, фактически перечеркнув советско- французский договор о взаимопомощи, французские правящие круги играли на руку нацистской Германии. Политическое и военное руководство фашистского рейха понимало, что дог оворы о взаимопомощи между СССР, Францией и Чехословакией могут служить прочным заслоном на пути реализации экспансионистских замыслов. Гитле р и командование верхмата не исключали участие СССР в вооруженной защит е Чехословакии. В проекте директивы по операции «Грюн» (против Чехослова кии) от 20 мая 1938 г. указывалось: «По всей вероятности, следует ожидать попытк и русских оказать военную помощь Чехословакии». В изменениях к директив е о единой подготовке вооруженных сил к войне от 30 мая также подчеркивала сь необходимость предвидеть «вероятность военной поддержки Чехослова кии со стороны России». Перед нацистской дипломатией стояла задача: помешать развитию франко-с оветского сотрудничества, добиться ликвидации договоров о взаимопомощ и между СССР, Францией и Чехословакией и тем самым изолировать Чехослова кию. Кроме того, разрушение франко-советского альянса могло бы значитель но ослабить Францию и в определенной мере ограничить возможность Москв ы участвовать в европейских делах. Используя профашистские элементы, свою агентуру и прессу, германские ин формационные службы распространяли злостную клевету на СССР, пытались дискредитировать политику Москвы, пугали французов «угрозой большевиз ма». В июне 1938 г. французский посол в Берлине сообщил на Кэ д'Орсе, что немецкие г азеты обвиняют правительство Праги в поддержке коммунистов, пишут, что Ч ехословакия становится «авангардом большевизма, центром советской зар азы, угнездившейся в сердце Европы». Реакционные элементы во Франции охотно прислушивались к подобной инфо рмации из Берлина и использовали полученные сведения для пропаганды те зиса о целесообразности соглашения с Гитлером и отказе от обязательств защищать Чехословакию. Политики правой ориентации считали, что Франции выгодно стать партнером Германии и Италии. В политической сфере предста вители этой ориентации были бывшие премьер-министры П. Лаваль, П. Фланден, К. Шотан (зам. премьера в правительстве Э.Даладье), министры Ж. Бонне, Ш. Пома рэ, многие депутаты парламента. Политическая и пропагандистская деятельность этих реакционных сил нах одила значительную поддержку среди широких кругов французской буржуаз ии. Победа Народного фронта во Франции в 1936 г., победа левых сил в Испании на пугали имущие классы. Для французской буржуазии фашистский режим в Герм ании и Италии представлялся как «режим порядка», как оплот против «красн ой опасности». Один из политических деятелей Третьей республики, прилож ивший немало усилий к поражению Народного фронта, К. Шотан писал в своих м емуарах: «Часть буржуазии из-за ненависти к демократии и страха перед со циальной революцией чувствовала все большую и большую привязанность к фашизму, который иностранная пропаганда представляла как единственног о врага коммунизма и как символ порядка». Антикоммунизм и антисоветизм были факторами, влиявшими на формировани е внешнеполитического курса Франции, в котором национальные интересы с траны уступили место политическим симпатиям буржуазии. Французские ша нсонье на Монмарте, хорошо чувствовавшие политический климат, осыпали н асмешками «прекрасных дам и господ, которые предпочитают быть побежден ными Гитлером, чем быть победителями вместе со Сталиным». Насмешки шансо нье были обоснованы. Для французских правых «красная угроза» была страш нее «коричневой опасности». Правительство Э.Даладье оказалось в трудном положении. С одной стороны, оно не хотело полностью уступать правым силам и способствовать усилени ю Германии и Италии. Но с другой стороны, оно боялось прямого столкновени я с агрессивным блоком, но опасалось идти навстречу предложениям Москвы о развитии франко-советских отношений. Советское руководство правильно оценивало политику Парижа. В информац ионном письме в советское полпредство в Китае заместитель наркома инос транных дел Б.С. Стомоняков писал в апреле 1938 г.: «Реакционная буржуазия Фра нции являет миру еще более разительный, чем в Англии, пример предательст ва национальных интересов своей страны под давлением животного страха перед революцией». Я.З. Суриц отмечал в письме в НКИД, что правительство Даладье толкают на пу ть капитуляции политики во главе с Ж. Бонне. Эта группа стремилась во что б ы то ни стало воспрепятствовать сотрудничеству Франции с СССР в деле про тиводействия агрессору. По мнению советского полпреда эти политики не с только страшились проиграть войну, сколько «опасались поражения Гитле ра и фашизма». Вовлечение Франции в конфликт они рассматривали «как ката строфу при любом из эвентуальных исходов войны», а поражение Германии, п о их мнению, повлекло бы к «неслыханному повсеместному торжеству больше визма». Выступая на коллоквиуме в Париже, посвященному деятельности правитель ства Даладье, французский исследователь внешней политики Третьей респ ублики Р. Жиро подчеркивал: «...Согласие на установление более тесных отно шений с СССР в то время, как вся буржуазия Франции (в том числе и мелкая бур жуазия) испытывала великий страх перед Народным фронтом до такой степен и, что забыла национальные традиции, значило бы вызвать опасные нападки на политических руководителей и обвинения в благожелательном отношени и в СССР». Антисоветизм и антикоммунизм правящих кругов Франции, определял полит ику «умиротворения» агрессора, порождал надежды найти такое политичес кое решение, которое позволило бы вывести Францию из трудной военно-поли тической ситуации. Такое решение представлялось осуществимым, если бы г ерманская экспансия была направлена в восточном направлении, если бы во зникла война между нацистским рейхом и Советским Союзом. В этом случае, п о мнению некоторых политиков, решался целый комплекс трудных проблем: си лой верхмата можно было бы уничтожить враждебное по своей классовой сут и советское государство; добиться ослабления Германии, давнего соперни ка; не только сохранить, но и упрочить позиции Франции в Европе и во всем м ире. Известный французский историк Ж.Б. Дюрозель признает, что «во Франции су ществовала мечта о чудесном возникновении благословленной войны между нацистами и советами». Расчеты политических лидеров Франции, что «немец кий паровой котел взорвется на Востоке», безусловно учитывались в подго товке мюнхенских соглашений. Министр в правительстве Даладье Жан Зей, в годы войны погибший от рук гитлеровских оккупантов, в своих мемуарах пис ал: «... Решимость дать Германии полную свободу действий в Восточной и Цент ральной Европе... была определена задолго до сентябрьского кризиса. Это б ыло принципиальное и взвешенное решение, главным проводником которого в кабинете Даладье был министр иностранных дел Жорж Бонне». В редакционной статье газеты «Монд» за 5 июля 1974 г. делалось очень важное за мечание об атмосфере в политических кругах Франции накануне Мюнхена. «М ногие из французских руководителей, - писала «Монд», - в глубине души счита ли лучшим вариантом дать возможность столкнуться Германии с Россией - «к оричневой чумы» с «красной холерой» - и таким образом обеспечить мир на з ападе, путем предоставления рейху свободы действий на востоке». В предвоенные годы Франция на международной арене выступала в союзе с Ан глией. Франко-английский альянс начал складываться с 1936 г. и в период чехос ловацкого кризиса и после его обрел большое военно-политическое значен ие. Ведущая роль в складывавшейся франко-английской коалиции принадлеж ала Лондону. Франция, учитывая ослабление своих позиций в Европе и нарас тание опасности со стороны Германии, нуждалась в поддержке Англии и гото ва была пойти на значительные политические уступки во имя этой поддержк и. Советская дипломатия учитывала зависимость французского правительст ва от Лондона, который оказывал сдерживающее влияние на развитие сотруд ничества между СССР и Францией. 27 июля 1938 г. полпред СССР во Франции Я.З. Сури ц писал: «Сейчас Даладье как с единственно реальным союзником считается только с одной Англией. Он исходит из того, что Англия близка, под рукой, чт о она до сих пор пользуется ореолом сильнейшей страны в мире, обладает не сметными ресурсами, а главное, внушает немцам уважение и страх. Такая оце нка, впрочем, разделяется огромным большинством французских государст венных деятелей, и недаром сотрудничество с Англией является наиболее с табильным и наиболее устойчивым элементом во всей системе французской внешней политики последнего времени». Лидирующее положение одной из держав в военно-политическом союзе не озн ачает автоматического лишения другой союзной державы самостоятельнос ти и инициативы во внешней политике. Правительство Франции могло и в нек оторых случаях сохраняло свободу маневра на международной арене. Однак о сложилась такая ситуация, когда французские лидеры охотно следовали з а Лондоном в ущерб национальным интересам Франции. 3 сентября в телеграмме Я.З. Сурица в Москву указывалось: «Всякий раз, когд а в кабинете поднимается вопрос об установлении с нами действительного контакта по чехословацкому вопросу, в частности по линии военных штабов , высказывались опасения, что это будет встречено недружелюбно в Лондоне ». Некоторые французские историки подтверждают эти факты и склонны объяс нять политику Парижа до войны полной зависимостью от принимавшихся реш ений в Лондоне. Весьма настойчиво подчеркивает «зависимую», «второстеп енную» роль Франции Ж.Б. Дюрозель. По его мнению в мюнхенской политике рол ь Франции была «равна нулю как в области информации, так и в области дейст вий». Подчинение Франции Англии в 1938 году было до такой степени абсолютны м, что трудно это представить. Дошло до того, что англичане перестали маск ировать тон». Однако столь категорическое утверждение о полной зависимости французс кой дипломатии от Лондона встретило скептическое отношение со стороны многих политических деятелей и историков. Директор французского Инсти тута современной истории Ф. Бедарида в выступлении на коллеквиуме, посвя щенном деятельности правительства Даладье, заметил: «Если действитель но настаивать на тезисе о подчинении Франции английской политики, то воз никает риск прийти к упрощенной схеме. Может быть удобной, но абсолютно н еверной, которая, более того, лишает французскую политику какого-либо со держания и заинтересованности, поскольку все объясняется делом рук Анг лии». Именно потому, что английская политика «умиротворения» соответст вовала намерениям французских политиков, они, по словам французского ис торика А.Мишеля, «охотно позволяли, чтобы Великобритания первой шла в со юзнической упряжке». Советское руководство учитывало, но не переоценивало степень зависимо сти Парижа от Лондона и обоснованно считало, что французское правительс тво несет свою долю ответственности за Мюнхен. Во время визита в октябре 1938 г. посла Франции Р. Кулондра к наркому иностран ных дел СССР М. М. Литвинов отметил, что позиция французского правительст ва в период чехословацкого кризиса вызывает удивление. По его словам, те английские политические деятели, которые не были согласны с политикой Ч емберлена, жаловались на то, что обманулись в своих надеждах получить по ддержку со стороны Даладье и Бонне. «У меня сложилось впечатление, - говор ил нарком, - что на этот раз Чемберлену не приходилось таскать за собой фра нцузских министров, а что последние сами толкали Чемберлена в ту пропаст ь, в которую они свалились». Распространенным аргументом сторонников политики умиротворения и, по мнению мюнхенцев, наиболее убедительным явилось утверждение о военной слабости Франции и Англии. Следует признать, что военный потенциал Франции уступал военным возмож ностям Германии. Верхмат превосходил французские вооруженные силы по ч исленности и боевому оснащению сухопутной армии и имел значительный пе ревес в военной авиации. Франция обладала преимуществом по мощности сво их военно-морских сил. Французское правительство в период чехословацко го кризиса могло рассчитывать лишь на ограниченную военную мощь Англии на Европейском континенте. Лондон обещал направить во Францию на 21-й день мобилизации только две дивизии и еще четыре дивизии через три месяца. Однако военное положение Франции в 1938 г. не было столь катастрофичным, как пытались представить мюнхенцы. Франция, кроме Англии, могла иметь достат очно сильных союзников. Франко-советский и франко-чехословацкий догово ры о взаимопомощи предусматривали совместные действия в случае герман ской агрессии. Чехословакия обладала значительным военным потенциалом. Весной 1938 г. в од ном из документов штаба сухопутных войск Германии указывалось, что «чеш ская армия должна оцениваться как современная армия по уровню вооружен ия и снаряжения». Укрепления по чехословацко-германской границе представляли значитель ное препятствие для продвижения германских войск и создавали прочную о снову для организации обороны. В области авиации Чехословакия уступала фашистской Германии. Однако чехословацкое командование рассчитывало н а помощь Советского Союза. Было бы неверно считать, что до дня подписания соглашений в Мюнхене прав ительство Даладье не располагало информацией и мнением экспертов, на ос новании которых можно было сделать вывод о значении Чехословакии для во енно-стратегического положения Франции. 9 сентября 1938 г. начальник генера льного штаба национальной обороны генерал Гамелен представил в правит ельство доклад о стратегическом значении Чехословакии. По расчетам Гам елена, чехословацкая армия могла удерживать от 15 до 20 германских дивизий, что привело бы «к соответствующему ослаблению немецких сил на Западном фронте, дало бы выигрыш времени для создания коалиции». В документе такж е подчеркивалось, что «Чехословакия представляет для Германии большую угрозу в качестве базы для действий авиации». Гамелен не был сторонником решительных мер в защиту Чехословакии. Но из присущей ему осторожности, представляя другим принять принципиальные решения, он хотел показать с вою объективность и подчеркивал стратегическое значение союзной держа вы. Однако, по утверждению Р.Жиро, военные возможности Чехословакии не пр инимались во внимание при разработке политических решений правительст вом Франции. Французское общественное мнение стало жертвой провокацио нных заявлений о военной слабости Франции. В письме в НКИД от 27 июня советский полпред Я.З.Суриц отмечал: «Огромное бо льшинство французов сходятся на том, что теперешняя Франция, при ее уров не вооружений и промышленности, с ее низким потенциалом населения, уже н еспособна выдержать единоборство с гитлеровской Германией и не может с ама, без помощи со стороны, помешать движению германской лавины на Чехос ловакию». Военное положение Франции в период чехословацкого кризиса французским и лидерами зачастую рассматривалось в отрыве от оценки состояния воору женных сил Германии. Сторонники политики уступок Гитлеру трубили о слаб ости военного потенциала Франции, но избегали говорить о том, что в полит ических и военных кругах Германии опасались серьезных трудностей, с кот орыми может встретиться верхмат в случае военного конфликта в Европе. Ко нечно, генеральный штаб французской армии располагал сведениями о слаб ых сторонах верхмата. 26 сентября 1938 г., то есть за два дня до Мюнхенской конфе ренции, генерал Гамелен в беседе с английским премьером отметил, что, нес мотря на значительный военный потенциал, Германия еще не преодолела сер ьезные недостатки в подготовке своих вооруженных сил к войне: не законче но строительство укреплений на границе с Францией, верхмат испытывает н ехватку командных кадров, мобилизационные возможности ограничены. Фра нцузский военачальник подчеркнул, что рейх не располагает достаточным количеством сырья, особенно нефти, и не сможет вести длительную войну. Га мелен продемонстрировал свое значение стратегической обстановки в Евр опе, но промолчал о том, что он никогда не настаивал в правительстве на реш ительном отпоре агрессивным проискам Гитлера. В период обострения чехословацкого кризиса в правительственных и воен ных инстанциях Франции не рассматривались возможности франко-советско го военного сотрудничества. Как и в предыдущие годы, французские политич еские и военные деятели, обосновывая свое отрицательное отношение к фра нко-советскому альянсу, неоднократно подчеркивали военную слабость СС СР. В документах французского командования за 1938 г. красной нитью проходи т мысль о том, что военное сотрудничество с СССР не имеет большого значен ия. В марте 1938 г. в одной из своих директив французский премьер отметил: «СС СР благожелательно относится к заключению военных соглашений, но их цен ность и своевременность спорна». В докладе высшего совета национальной обороны Франции от 4 апреля 1938 г. делался вывод: «Было бы несвоевременным ид ти на соглашение с СССР в военной области, тем более что состояние армии л ишает это соглашение интереса для Франции». В своих мемуарах, написанных после окончания второй мировой войны, генерал Гамелен объяснял, почему в своих докладах в правительство он давал низкую оценку военного потенц иала СССР. По его словам, он был всегда сторонником союза с Россией. «Но по сле 1937 г., - пишет генерал, - все сведения, которые мы получали, свидетельствов али, что армия СССР переживает по различным причинам кризис. Я не думаю, чт о мы ошибались в этом отношении». Безусловно, французская разведка располагала сведениями о слабых стор онах военного потенциала СССР. В разведсводках отмечались существенны е недостатки в советской военной промышленности, слабая сеть железных и грунтовых дорог, отрицательное влияние на боеспособность Красной Арми и массовых репрессий, приведших к снижению уровня профессиональной под готовки командных кадров. Такие оценки не были лишены оснований. Однако не принимать в расчет при анализе военно-стратегической обстановки в Ев ропе военный потенциал Советского Союза было бы со стороны правительст венных кругов Франции большой ошибкой. Следует подчеркнуть, что несмотр я на противоречивость информации французских спецслужб, правительство и военные инстанции имели в своем распоряжении сведения, которые давали возможность объективно оценить военную мощь СССР. 18 апреля 1938 г. посол в СССР Р. Кулондр направил в МИД Франции доклад французс кого военного атташе в Москве полковника Паласа. В этом докладе Палас от мечает некоторые недостатки боевой подготовки Красной Армии, но в целом дает высокую оценку боевым возможностям Советских Вооруженных сил. В до кументе указывалось: «Вооружение современное и по количеству достаточ ное. Достигнут прогресс в развитии артиллерии. Лично Сталин и народный к омиссар обороны активно занимаются этим вопросом. Возможности произво дства вооружений значительны в результате развития советской индустри и и должны в этом году еще увеличиться... Патриотизм молодых коммунистов, г ордость за свою великую страну не вызывают у меня сомнения», - писал франц узский военный атташе. В своих выводах Палас отметил, что Красная Армия, н адежно обеспечивая оборону страны, может предпринять мощное, но огранич енное наступление. Р. Кулондр полностью поддерживал мнение полковника Паласа. Он писал: «Не приходится сомневаться, что организация национальной обороны на протя жении многих лет и особенно в настоящее время является главной заботой с оветского правительства... СССР, осуществляющий максимальные усилия по у креплению армии, обеспечил ей значительную мощь, которая, по моему мнени ю, по сравнимым качествам не уступает мощи других армий Европы, и заметно выше мощи русской армии в 1914 году». Однако полученная из Москвы информация с неудовольствием была восприн ята в высших военных инстанциях Франции. Полковник Палас, несмотря на по ддержку французского посла в Москве, получил выговор от своего начальст ва. Ему вменялось в вину, что он проявляет слабость перед «советскими тео риями», недостаточно знает «практикуемые Кремлем методы», и неправильн о оценивает советскую экономику. Столь же настойчиво в политических кругах Франции распространялось мн ение, что Советский Союз не может оказать помощь не только в силу своей во енной слабости, но и по причине позиции Польши и Румынии, правительства к оторых отказывались предоставить СССР право прохода войск Красной Арм ии через их территорию. Конечно, политика Польши и Румынии создавала серьезные трудности для ре ализации советско-французского и советско-чехословацкого договора о в заимопомощи. Польша была связана с Францией политическим договором 1921 г. и секретной конвенцией, предусматривавшей военное сотрудничество двух сторон. Франция оказывала Польше финансовую и военно-техническую помощ ь. Румыния также имела тесные связи с Францией и была заинтересована в ее поддержке на международной арене. Французское правительство, пользова вшееся авторитетом в Западной Европе, имело реальные возможности оказы вать влияние на политику Варшавы и Бухареста. Проблема, связанная с позицией Польши и Румынии и, конкретно, с возможнос тью прохода советских войск через их территорию в случае необходимости оказания помощи Франции и Чехословакии, возникла еще в 1936-1937 гг. и беспокоил а, естественно, советское руководство. Однако решена она не была. 14 мая 1938 г. в ходе беседы народного комиссара иностранных дел СССР М.М.Литви нова с министром иностранных дел Франции Ж. Бонне был затронут вопрос о п озиции Польши и Румынии. В ответ на замечание Бонне, что, судя по официальн ым заявлениям, поляки и румыны не хотят пропустить войска Красной Армии, М.М.Литвинов ответил: «...Мы, естественно, не можем оказать достаточное дип ломатическое воздействие на лимитрофные страны...». Нарком дал понять, чт о требуются более сильные дипломатические меры давления, в осуществлен ии которых должны участвовать другие заинтересованные страны. Советск ое правительство считало, что обсуждение проблемы защиты Чехословакии в Лиге наций, на международных конференциях, непосредственные контакты с Польшей и Румынией могут изменить общую политическую обстановку в Евр опе, мобилизовать общественное мнение в пользу Чехословакии и тем самым окажут влияние на позицию Варшавы и Бухареста. Французские послы в Варша ве и Бухаресте сообщили, что существуют реальные возможности добиться ж елаемых изменений в политике Румынии и Польши. 5 апреля 1938 г. посол Франции в Бухаресте Тьерри на совещании на Кэ д'Орсе отметил, что общественное мн ение Румынии благоприятно для Франции. 6 сентября он телеграфировал из Б ухареста о беседе с министром иностранных дел Румынии П. Комненом, из кот орой он сделал вывод: «Не исключено, что румынское правительство в конце концов примет решение не препятствовать авиационной помощи, которую Ро ссия может оказать Чехословакии». Французский посол в Варшаве Л. Ноэль т акже не терял надежды положительно решить с польским правительством во прос о взаимодействии СССР по оказанию помощи Чехословакии. Об этом он в ысказался в телеграмме от 26 апреля 1938 г.: «Кажется немыслимым, чтобы мы не пр едприняли попыток повлиять на Польшу и уточнить ее намерения в военном п лане по отношению к Чехословакии, поскольку наш союз и различные обязате льства, которые взяла на себя Франция, выполнение договоров, заключенных в Рамбуйе (в апреле 1938 г. шли переговоры о ходе выполнения соглашения о фин ансовой помощи Польше, подписанном в сентябре 1936 г. в Рамбуйе. - И. Ч.) позволяют нам быстро добиться необходимого решения и одноврем енно дают определенное средство для «убеждения Польши». Однако французское правительство не приложило должных усилий к тому, чт обы оказать влияние на правителей Польши. Очевидно, это не входило в его р еальные замыслы. Более того, министр иностранных дел Франции Ж.Бонне дел ал прямо противоположные заявления для Варшавы и Москвы. 27 мая 1938 г. посол П ольши в Париже Ю. Лукасевич имел продолжительную беседу с Ж. Бонне. В своем донесении в Варшаву посол отметил, что французский министр назвал франк о-советский договор «условным», и что «французское правительство отнюд ь не стремится опираться на него». Лукасевич подчеркивал, что Бонне личн о не является «приверженцем сотрудничества с коммунизмом», он был бы «ос обенно доволен, если бы он мог, в результате выяснения вопроса о сотрудни честве с Польшей, заявить Советам, что Франция не нуждается в их помощи». Н о для Москвы у Бонне были другие слова. В телеграмме министра поверенном у в делах Франции в СССР Ж. Пайяру от 31 августа с указанием проинформирова ть наркома иностранных дел Советского Союза говорится: «Несмотря на мои усилия, я до сих пор не добился положительного ответа ни от польского, ни о т румынского правительства. Более того, правительство Польши довело до м оего сведения категорическое заявление, что оно приняло решение воспре пятствовать проходу через свою территорию советских войск и авиации. Пр авительство Румынии в более сдержанных выражениях сообщило мне иденти чный ответ». Редакция X тома Французских дипломатических документов указала в приме чаниях, что на полях документа сделана пометка «Ложь!». Документ обнаруж ен в архиве бывшего премьер-министра Э. Даладье. В народном комиссариате иностранных дел СССР складывалось мнение, что Ж . Бонне нарочито подчеркивает трудности, которые встретит Советский Сою з со стороны Польши и Румынии, оказывая помощь Чехословакии. Бонне рассч итывал получить от советского правительства заявление о невозможности выполнить свои обязательства по защите Чехословакии. По мнению замести теля наркома иностранных дел СССР В.П.Потемкина, Ж.Бонне хотел бы получит ь от советского правительства «такой ответ, которым французское правит ельство могло бы воспользоваться для оправдания своего собственного у клонения от помощи Чехословакии». Оценивая политическую ситуацию во Франции, сотрудники наркомата иност ранных дел и высшее руководство СССР принимали в расчет, что противники франко-советского сотрудничества и сторонники сговора с Германией за с чет Чехословакии использовали пацифистские идеи, которые были распрос транены во французском общественном мнении после первой мировой войны, которая оставила глубокий след в сознании французов. За годы войны Франц ия потеряла убитыми 1315 тыс. чел., 2,8 млн. французов были ранены, 60 тыс. стали кал еками. В первой половине 30-х гг. во Франции окрепло движение сторонников м ира, которое ставило своей задачей борьбу против угрозы войны, против фа шизма, за коллективную безопасность в Европе. Однако это движение в обще ственной жизни Франции постепенно теряло свою направленность. Это было связано с ослаблением позиций левого крыла Народного фронта, неудачами антифашистской борьбы в Испании, усилением влияния правых сил. Все больш ее распространение получал пацифизм, проповедовавший отказ от войны во обще, без учета реально сложившихся исторических обстоятельств. Пацифизм, в определенной мере стихийно возникший в стране, которая понес ла большие потери в минувшей войне, стал орудием реакционных правых сил в их борьбе против антифашистского движения, против идеи коллективной б езопасности и отпора агрессору. «По причине ужасов войны и из желания из бежать ее повторения, - писал бывший президент Международного комитета и стории второй мировой войны А. Мишель, - пацифизм толкал различные слои на селения к желанию договориться с Германией, даже ставшей гитлеровской... Вся нация была охвачена глубоким пацифизмом, который иногда был близок к пораженчеству». На головы французов обрушилась лавина заявлений политических партий, р ассуждения ученых мужей, мнения военных и публицистов. Смысл всех этих з аявлений сводился к тому, что надо избежать кровавой бойни, надо пойти на соглашение с Гитлером. Всех тех, кто призывал к сопротивлению агрессору, правая пресса окрестила «поджигателями войны». 12 апреля 1938 г. на страницах газеты «Тан» профессор права Ж. Бартелеми писал, что Франция не должна по ддерживать Чехословакию. «Следует ли для того, чтобы 3 млн. судетских немц ев оставались под властью Праги, идти на жертвы 3 млн. французов, моих и ваш их сыновей, на жертвы среди молодежи университетов, школ, деревень и пром ышленных предприятий?», - задавал читателям вопрос этот профессор и сам ж е отвечал на него. «С болью я твердо отвечаю - Нет!». «Пацифистская депресс ия», по выражению Ж. Б. Дюрозеля, «утробный пацифизм», по словам Ж.-П. Азема, о хватили французское общество и облегчили осуществление политики «умир отворения». Полпред СССР в Париже Я.З.Суриц писал в Москву 12 октября 1938 г.: «Организаторы капитуляции» бесспорно очень умело и ловко использовали всеобщий стра х перед войной и глубоко внедрившееся в стране нежелание воевать... Умело й пропагандой (особенно в памятные дни перед самым Мюнхеном) этот «риск» ( риск войны. - И.Ч.) был превращен капитулянтами в «неизбежно сть» и страна была поставлена перед трудной дилеммой - уступить или воев ать». По словам Сурица, «трусость возводилась в добродетель и капитулянт ы прославлялись как национальные герои». Кампания, поднятая во французской прессе, о смертельной опасности для Фр анции в случае оказания помощи Чехословакии, служила прикрытием и оправ данием капитулянтской политики. Французский министр иностранных дел активно поддерживал утверждение п ротивников франко-советского сотрудничества, что СССР проявляет верол омство, заявлял о своем желании оказать помощь Чехословакии. Он утвержда л, что Москва не намерена выполнять свои обязательства. «Чехословакия в 1938 г. не могла ни в какой мере рассчитывать на СССР, - писал Ж.Бонне в 1946 г., -... Нес омненно советское правительство имело тайное желание выиграть время, ч тобы завершить программу вооружений и остаться вне войны». Отрицательная оценка политики СССР в период чехословацкого кризиса на шла отражение в работах некоторых французских авторов. Военный историк П.Ле Гойе уже в 1975 г. писал: «...В советской стратегической игре Франция была л ишь пешкой, которую Сталин передвигал в зависимости от своих интересов». Известные исследователи международных отношений в предвоенный период отвергают подобную оценку внешнеполитического курса СССР. П. Ренувен, М. Бомон, Ж.Б. Дюрозель в своих исследованиях подтверждают, что правительст во СССР во время чехословацкого кризиса неоднократно заявляло о своей г отовности помочь Чехословакии, если Франция выполнит свои обязательст ва. М.Бомон в двухтомном труде «Крушение мира (1918 - 1939)» утверждает: «Во время с удетского кризиса политика Советов была абсолютно правильной. Они заяв ляли о своей готовности выполнить до конца все свои обязательства. Эта ч естная позиция подкреплялась очевидной заинтересованностью в сопроти влении гитлеризму, во всеуслышание заявившему о возобновлении политик и Drang nach Osten». О четкой позиции Советского Союза свидетельствуют видные полит ические деятели Франции. П. Рейно в своих воспоминаниях отмечает, что ССС Р был заинтересован в укреплении сотрудничества с Францией: «Россия нео днократно проявляла инициативу, чтобы вдохнуть жизнь во франко-советск ий союз, во всякий раз она обнаруживала у нас колебания, апатию... Франция о ставалась безучастной ко всем инициативам правительства России». Французские дипломатические документы показывают, что некоторые сотру дники министерства иностранных дел не были согласны с политикой Ж. Бонне и не сомневались в возможности сотрудничества с СССР. Оставаясь в рамка х служебной иерархии, они в документах, направленных на имя министра, выс казывали собственное мнение и тем самым пытались внести коррективы во ф ранко-советские отношения. 5 сентября 1938 г. временный поверенный в делах Фр анции в СССР Ж. Пайяр, докладывая в Париже о беседе с Литвиновым, счел необ ходимым дать следующую оценку позиции Советского Союза: «Советы не подд аются чувствам, они не прикрывают свои действия идеологической завесой, они ясно представляют, что если им придется сражаться, то это произойдет в силу выводов, вытекающих из соотношения сил и в целях сокрушения опред еленных, успешно осуществляющихся экспансионистских замыслов, жертвой которых Советы опасаются стать в один прекрасный день... Было бы ошибочно сомневаться в твердом намерении СССР выполнить свои обязательства во в сем объеме, если он будет чувствовать поддержку со стороны Запада и если не будет значительно ослаблена оборона его собственной территории». 6 се нтября политический департамент МИД Франции представил Ж. Бонне служеб ную записку, в который подчеркивалась целесообразность приведения в де йствие франко-советского договора о взаимопомощи в случае германской а грессии против Чехословакии. Авторы документа считали необходимым, что бы французское правительство проявило твердость в вопросе оказания по мощи союзной державе и развивало военно-политическое сотрудничество с СССР. «...Не следует забывать, - указывалось в записке, - что Советы неоднокра тно предлагали нам начать переговоры о военном альянсе, но мы постоянно отвечали им отказом... Поэтому Советы проявляют определенное недоверие, которое может объяснить, если не оправдать, некоторую сдержанность, неже лательную в настоящих условиях, по отношению к Франции». Ж.Бонне, вероятн о, с неудовольствием воспринял этот документ. Директор политического де партамента Р. Массигли попал в немилость и был удален из Парижа в Анкару н а пост посла Франции в Турции. Французский посол Р. Кулондр 17 сентября шле т в Париж телеграмму, в которой отметил, что в политических кругах Москвы растет недоверие к Франции. «Здесь, - писал посол, - опасаются выработки За падом формулировок, подобных пакту 4-х, которые будут направлены против С ССР... Во всех случаях, в целях недопущения здесь нежелательной реакции и, прежде всего, поворота в политике, следовало бы сделать все от нас завися щее, чтобы в Москве не складывалось впечатление, что ее оставляют в сторо не, и чтобы в ходе переговоров СССР получил бы максимально возможное удо влетворение». 24 сентября Р. Кулондр посылает в Париж срочную телеграмму, в которой говорилось: «Учитывая масштабы конфликта, я полагаю необходимы м немедленно начать военные переговоры, предложенные г. Литвиновым, в це лях уточнения размеров советской помощи в различных условиях. Также сле дует принять незамедлительные решения по координации акций двух стран в деле защиты Чехословакии». Опытный французский дипломат, Р. Кулондр по зволил себе в беседе с заместителем наркома открыто критиковать полити ку своего правительства. 23 сентября во время встречи с В.П.Потемкиным он з аявил, что «глубоко удручен» позицией Парижа и Лондона в чехословацком в опросе. Правда, он выразил надежду, что под воздействием общественного м нения эта позиция может измениться. В.П.Потемкин в своем дневнике отмети л, что слова Кулондра свидетельствуют не только о протесте против полити ки французского правительства, но и об опасении определенных кругов фра нцузской буржуазии потерять такого союзника для Франции как СССР. В середине сентября поступившая в Москву информация давала основание с читать, что Франция и Англия, несмотря на многочисленные оговорки своих лидеров, готовы пойти на уступки Гитлеру и отказаться от поддержки Чехос ловакии. 15 сентября в телеграмме из Женевы нарком иностранных дел сделал вывод: «Что Чехословакия будет продана, не подлежит сомнению». Однако советское руководство считало, что необходимо до конца отстаива ть свою позицию и использовать все средства для организации отпора агре ссору. Об этой позиции СССР свидетельствовало и заявление М. М.Литвинова в Лиге наций 23 сентября. Советский нарком подчеркнул, что принятие Чехосл овакией англо-французского ультиматума подразумевает эвентуальное де нонсирование советско-чехословацкого пакта «Советское правительство , - говорил М. М. Литвинов, - несомненно, имело моральное право также немедлен но отказаться от этого пакта. Тем не менее советское правительство, не ищ ущее предлогов, чтобы уклониться от выполнения своих обязательств, отве тило Праге, что в случае помощи Франции... вступит в силу советско-чехослов ацкий пакт». Отечественные и зарубежные исследователи не располагают документами, которые могли бы опровергнуть этот тезис и поставить под сомнение искре нность политики СССР. Во второй половине сентября в Советском Союзе были осуществлены военны е мероприятия, цель которых, по всей вероятности, заключалась в том, чтобы продемонстрировать готовность СССР выполнить свои обязательства по за щите Чехословакии, и также побудить Париж и Лондон отказаться от намечен ной сделки с Гитлером. Кроме того, проводимые акции должны были поддержа ть правительство Праги. По указанию высшего политического руководства страны наркомом обороны были проведены мероприятия по усилению группи ровки Красной Армии на западных границах СССР. Всего в боевую готовность были приведены: танковый корпус, 30 стрелковых и 1 кавалерийская дивизия, 7 т анковых, моторизованная и 12 авиационных бригад, 7 укрепленных районов, зна чительные силы противоздушной обороны. Предусматривалось также привед ение в боевую готовность второго эшелона войск в составе 30 стрелковых и 6 кавалерийских дивизий, 2 танковых корпусов, 15 танковых бригад, 34 авиабаз. В Красную Армию из запаса в общей сложности было призвано 330 тыс. чел. О принятых мерах Москва информировала французское правительство. 26 сент ября по поручению наркома обороны К. Е.Ворошилова военно-воздушный атташ е в Париже Н. Н. Васильченко посетил генерала Жанеля, исполнявшего обязан ности начальника канцелярии генерала Гамелена, и сообщил ему о проводим ых мероприятиях советского командования. Естественно, советская сторо на ожидала ответа французского генерального штаба. Но заместитель нача льника генерального штаба французской армии генерал Л. Кольсон посчита л несвоевременным вступать в переговоры с советским командованием, под черкнув, что не слудует об этом информировать Москву. По его мнению в слож ившейся обстановке было «невыгодно останавливать русских». По всей вер оятности французский генеральный штаб полагал, что военные меры, предпр инимаемые в Советском Союзе, могут оказать влияние на Гитлера и сделать его более уступчивым на переговорах с Францией и Англией по судетской пр облеме. Безусловно, международная обстановка в 1938 г. была очень сложной и взрывоо пасной. Обеспечение безопасности Советского Союза требовало от кремле вского руководства осторожности и осмотрительности. Лучшим вариантом выхода из европейского кризиса были бы совместные действия СССР, Франци и и Чехословакии, направленные на предотвращение германской агрессии н а континенте. В этом случае можно было бы рассчитывать и на участие в совм естных антигерманских акциях Англии, несмотря на колебания Лондона и пр огерманскую позицию многих политических лидеров. Но надежд на осуществ ление такого варианта было мало. Во многих трудах советских историков можно встретить утверждение, что с оветское правительство было готово оказать военную помощь Чехословаки и против германской агрессии даже в том случае, если Франция не выполнит своих обязательств по франко-чехословацкому договору о взаимопомощи, к онечно, при условии, что правительство Праги обратится непосредственно к СССР за помощью. Авторы при этом ссылаются на заявления некоторых поли тических лидеров Советского Союза и Чехословакии, на отдельные диплома тические документы этого времени. 26 апреля 1938 г. председатель президиума Верховного Совета СССР М.И.Калинин в ыступил в одном из районов Москвы с докладом «О международном положении ». Коснувшись отношений между СССР и Чехословакией, зависимости осущест вления обязательств по договору о взаимопомощи от позиции Франции, М. И. К алинин заявил: «Разумеется, пакт не запрещает каждой из сторон придти на помощь, не дожидаясь Франции». Заявление М.И.Калинина было сделано в весь ма общей форме, как вариант толкования советско-чехословацкого пакта. Ин огда в качестве доказательства о возможности помощи Чехословакии со ст ороны Советского Союза без участия Франции ссылаются на телеграмму пол преда СССР в Праге С. С.Александровского от 22 сентября 1938 г. В этом документе докладывалось, что в полпредство явилась делегация чешских рабочих и сл ужащих, им было сказано: «...СССР дорожит Чехословацкой республикой и инте ресами ее трудящихся, и поэтому готов помочь защитой от нападения. Путь к оказанию помощи усложнен отказом Франции, но СССР ищет пути и найдет их, если Чехословакия подверг нется нападению и будет вынуждена защищаться». При оценке этого высказывания полпреда следует отметить, что оно не носи ло категорический характер. В определенной мере свое заявление С. С. Алек сандровский объясняет сложившейся политической ситуацией в Чехослова кии. В своих «Заметках к событиям в Чехословакии в конце сентября и начал е октября 1938 г.» полпред отмечает, что после 19 сентября, то есть после получе ния правительством Э. Бенеша так называемого англо-французского плана у регулирования судетско-немецкого вопроса, в общественном мнении Чехос ловакии уже не было сомнения в отказе не только Англии, но и Франции оказа ть реальное противодействие агрессивным устремлениям Гитлера. Однако большинство населения Чехословакии верило, что Советский Союз не остав ит чехов и словаков в беде. «Если бы в этот момент кто-нибудь авторитетный сказал из Москвы: СССР помогать не будет, - писал полпред, - то глубокое наро дное возмущение, царившее против Франции и Англии, повернулось бы с еще б ольшей силой и против СССР. Я говорю с еще большей силой, потому что народн ые массы неизмеримо больше верили СССР и его слову, чем всем остальным та к называемым друзьям Чехословакии». В дипломатических кругах также циркулировали слухи об особой позиции С оветского Союза. 10 июня 1938 г. посол Франции Р. Кулондр сообщил в Париж о состо явшейся беседе с наркомом иностранных дел. В бесед участвовал также посо л ЧСР З. Фирлингер. По утверждению Кулондра, М.М.Литвинов заявил: «...В случае, если по тем или иным причина м Франция не выступит, то СССР возможно все же окажет помощь Чехословаки и». 28 декабря 1949 г. в «Правде» была опубликована статья генерального секретар я ЦК Компартия Чехословакии К.Готвальда, в которой говорилось о его встр ече с И.В.Сталиным в мае 1938 г. По словам Готвальда, Сталин заверил его, что Сов етский Союз готов оказать помощь Чехословакии и без участия Франции. Бол ее того, Сталин заявил, что СССР придет на помощь Чехословакии даже в том с лучае, если Польша и Румыния откажутся пропустить советские войска чере з свою территорию. Но советская помощь, говорил Сталин, будет оказана при непременном условии - Чехословакия окажет сопротивление германской аг рессии и обратится к СССР за помощью. Но все же перед историками остается, на наш взгляд, еще окончательно не ре шенный вопрос: был ли готов СССР оказать помощь Чехословакии в случае от каза Франции от своих обязательств? Положительный ответ на этот вопрос, содержавшийся во многих работах советских историков, не очень убедител ен. Во-первых, приводимые доказательства, в том числе и документальные ли шь косвенным образом подтверждают этот тезис. Во-вторых, следует принима ть во внимание политико-идеологические факторы, некоторые положения ст алинской доктрины и его жесткий прагматизм при решении вопросов безопа сности социалистического государства. Конечно, сокрушить гитлеровскую Германию - главного политического и иде ологического противника - соответствовало интересам СССР. Но, на наш взг ляд, в 1938 г. речь могла идти только о совместных действиях Советского Союза , Франции и Чехословакии против Германии. В перспективе к этому блоку, вер оятно, могли бы присоединиться и другие государства. Сталинское руковод ство никогда бы не пошло на риск войны с Германией в защиту Чехословакии, не имея союзников. Ибо такой вариант неминуемо означал бы втягивание в в ойну с Германией один на один, что, естественно, не соответствовало жизне нным интересам СССР. Исследователь внешней политики СССР В. Я. Сиполс подчеркнул в своих труд ах, что советское правительство понимало нереальность и опасность защи ты Чехословакии только силами СССР. Решительно заявляя о своей готовнос ти выполнить свои обязательства в отношении Чехословакии, Советский Со юз «проявлял и необходимую осмотрительность, чтобы не оказаться в одино чку в состоянии войны с блоком фашистских агрессоров, а то и со всем лагер ем капитализма». Французский историк Р. Жиро имел основания писать: «ССС Р в 1938 г. не намеревался жертвовать своими интересами во имя спасения како го-либо государства в Центральной Европе. Советы считали вправе это сдел ать, поскольку западные страны (в этом отношении правительства Франции и Англии были почти единодушны) упорно стремились держать СССР в неведени и их намерений и дипломатических расчетов». Можно предположить, что Москва сознательно создавала впечатление о сво ей готовности оказать помощь Чехословакии даже в случае отказа Франции от своих обязательств. Такие акции советской дипломатии следует, по всей вероятности, рассматривать как маневр, как попытки оказать давление на Прагу и Париж для поддержания их решимости оказать сопротивление агрессору. Возможны и другие, неизвестные до сих пор советским историкам , расчеты и планы сталинского руководства в период чехословацкого кризи са. Эти проблемы нуждаются в дальнейших исследованиях на базе новых доку ментов. Мюнхенские соглашения неоднозначно были восприняты современниками и и сториками. Возвращаясь из Мюнхена, Э. Даладье пребывал в мрачном настрое нии, понимая, что по отношению к своему союзнику правительство Франции и он - премьер-министр, совершили недостойный поступок, отказавшись от сво их обязательств и предав Чехословакию. Однако французский премьер был в есьма удивлен, когда в столице его встретили толпы ликующих парижан. В по следующие дни большинство французских газет поместили восторженные ма териалы о «спасении мира». 1 октября лидер социалистов Леон Блюм писал в г азете «Попюлер»: «Нет ни одного мужчины, ни одной женщины во Франции, кото рые отказали бы Н. Чемберлену и Э. Даладье в справедливой благодарности. В новь можно наслаждаться красотой осеннего солнца». Газета «Пари-Суар» з а 1 октября восторженно писала: «Мир! Мир! Мир! Вот слово, которое сегодня ут ром можно прочитать в глазах каждого, которое радостно исходит из всех у ст. Общество вздохнуло. Мы, следовательно, еще будем жить... Наш председате ль совета министров и наш министр иностранных дел сохранили нам мир. Это хорошо! Они сохранили нам мир, оберегая честь и достоинство. Это еще лучше ! Благодаря им Франция может следовать своей прекрасной и славной судьбе миролюбивой и демократической нации». В этой атмосфере всеобщей эйфории, охватившей французов, диссонансом зв учали лишь публикации в органе ФКП «Юманите», в газете «Эпок» А. де Керилл иса - публициста, стоявшего на традиционных позициях буржуазного национ ализма. «День 29 сентября, - писал в «Юманите» генеральный секретарь ФКП М.Т орез, - войдет в историю как день величайшей измены, которую когда-либо сов ершило республиканское правительство в отношении Франции, мира и демок ратии. Те, кто предал Чехословакию, нанесли удар безопасности Франции». Р езко критиковал позицию правительства А.де Кериллис. «Нам горько и стыдн о при мысли, - отмечал он в «Эпок» за 30 сентября, - что наша страна скомпромет ировала свою благородную репутацию, предав союзника в момент опасности ». 4 октября правительство Даладье внесло на обсуждение французского парл амента вопрос о мюнхенских соглашениях. В своем выступлении премьер-мин истр квалифицировал сделку в Мюнхене как победу сил мира над силами войн ы, как пример «защиты собственных национальных интересов» Францией. «Ре чь шла о спасении мира... Я сказал «да» и не жалею ни о чем... Мы спасли мир в Мю нхене». Палата депутатов 535-ю голосами (против 75, из них 73 коммуниста) одобрил а мюнхенские соглашения. В сенате декларация правительства о внешней по литике была также одобрена большинством голосов (280 - «за», 2 - «против»). Когда несколько сникли восторженные оценки мюнхенских соглашений и по явилась возможность более трезво взглянуть на военно-политическую обс тановку, сложившуюся после Мюнхена в Европе, французы почувствовали, что Франция не только не укрепила своего положения на континенте, но оказал ась ослабленной, потеряв свои прежние позиции. Однако этот процесс осозн ания пагубности мюнхенских соглашений в конце 1938 г. лишь обозначился. Опр ос общественного мнения в конце октября 1938 г. показал, что только 37 процент ов опрошенных заявили о своем несогласии с мюнхенскими соглашениями. Оценки мюнхенских соглашений во французской историографии также проти воречивы. Автор семитомного труда «Сто лет Республики» Жак Шастене назы вает мюнхенские соглашения «бесславными», но в то же время утверждает, в се сделано для того, чтобы устранить вероятность такой ситуации, когда Ф ранция окажется вынужденной взять в руки оружие. Большинство французск их историков приходят к выводу, что участие Франции в мюнхенской конфере нции было трагической ошибкой, результатом серьезных политических про счетов французского правительства. «Символом позора» считал Мюнхен М.Б омон, «военная капитуляция западных держав в форме дипломатического по ражения» - утверждал генерал П. Стелен. «Мюнхен, - писал Ж.-П. Азема, -ставший к лючевым событием нашей современной истории, страшным ругательством в н ашей политической лексике, был решающим событием в судьбах Европы. Полаг али, что установили мир, а вступили во вторую мировую войну». Москва решительно осудила мюнхенские соглашения, рассматривая их как к апитуляцию западных демократий, подрывающую устои мира в Европе. 2 октября, встретившись в Женеве с французским министром иностранных дел Ж. Бонне, М.М.Литвинов отметил, что Франция, имея такого надежного союзник а, как Чехословакия, и возможность помощи со стороны СССР, все же уступила шантажу Гитлера. В создавшейся обстановке, по словам, наркома, «трудно пр едставить себе дальнейшую борьбу Франции с Германией». Принимая в Москве французского посла Р. Кулондра, Литвинов назвал мюнхен ские соглашения «катастрофой для всего мира». Он подчеркнул опасность д ля Франции и Англии политики уступок агрессору, поскольку подобный внеш неполитический курс не может остановить германскую экспансию. 6 ноября в докладе на торжественном заседании Моссовета, посвященном 21-й г одовщине Октябрьской революции председатель СНК СССР В.М.Молотов резко осудил политику уступок агрессору и подчеркнул, что от мюнхенских согла шений пострадала не только Чехословакия, но и Франция, ибо правительство Англии и правительство Германии «победили» французское правительство , добившись отказа Франции от договора о поддержке Чехословакии. По мнен ию главы советского правительства, пострадала также и Англия, поскольку в Мюнхене французское и английское правительства пожертвовали не толь ко Чехословакией, но и своими интересами. Заявления советских лидеров, публикации в средствах массовой информац ии не только осуждали мюнхенские соглашения, но и резко критиковали поли тику Франции. Однако дипломатических документов с протестом советског о правительства по поводу отторжения от Чехословакии Судетской област и участникам мюнхенской конференции представлено не было. Внешнеполитические акции Франции и Англии накануне и после Мюнхена сви детельствовали о их намерениях изолировать СССР на международной арен е и тем самым создать угрозу его национальной безопасности. Естественно , советское руководство рассматривало различные меры, которые могли бы п ротиводействовать замыслам Парижа и Лондона. В дипломатических кругах в Москве не исключали возможности денонсации правительством СССР сове тско-французского договора о взаимопомощи. Посол Франции в СССР Р. Кулон др в начале октября 1938 г. сообщил в Париж о перспективах франко-советских о тношений. «Россия теперь ничего не ждет от Франции. Если она еще сохраняе т франко-советский пакт 1935 г., то не потому, что верит в его эффективность, а л ишь потому, что еще надеется на его использование в будущем». Кроме того, с читал посол, Москва стремится избежать полной дипломатической изоляци и и считает нецелесообразным денонсировать франко-советский пакт. Буду чи опытным дипломатом, Р. Кулондр сумел обнаружить определенные изменен ия в политике Кремля по отношению к Франции. 17 октября в письме к полпреду Сурицу нарком иностранных дел писал, что в к ачестве ответной меры на действия Франции в Москве «поднимался вопрос о б эвентуальном денонсировании франко-советского пакта». Однако решени е не было принято. «Необходимо прислушаться к происходящему в Берлине, Л ондоне и Париже, а потом уже принимать решение». Я.З. Суриц в письме в НКИД от 12 октября отметил, что во Франции существуют по литические силы, которым ненавистен советско-французский договор о вза имопомощи и которые всегда хотели ликвидировать договорные отношения между СССР и Францией. После Мюнхена, когда появилась вероятность денонс ации советско-французского пакта правительством СССР, правые силы во Фр анции стремились подтолкнуть, спровоцировать Москву на этот шаг. «Возьм и мы на себя такую инициативу, особенно непосредственно после Мюнхена, п осле того, как отпраздновано было «избавление от войны», так легко было б ы подбросить обвинение, что мы обозлились за срыв войны, что мы «хотим вой ны» и т.д.». В то же время полпред отмечал, что как премьер Э. Даладье, так и ми нистр иностранных дел Ж. Бонне полностью не разделяют позицию правых и п роявляют колебания в определении внешнеполитического курса Франции. 18 о ктября Я.З.Суриц телеграфировал в Москву, что Ж.Бонне, во время беседы с ни м пытался опровергнуть «все приписываемые ему намерения «элиминироват ь» СССР и ослабить франко-советские отношения», более того, французский министр заявлял о своем намерении установить между Францией и СССР «пос тоянный и эффективный контакт» в военной области. НКИД незамедлительно телеграфировал в советское полпредство в Париже следующие инструкции: «Мы не верим в серьезность намерений Бонне сотрудничать с нами, и Вам поэ тому не следует втягиваться в обсуждение вопросов, которые он ставит пер ед Вами с неизвестными нам целями». В письме к Сурицу нарком писал: «После днее заявление Бонне в разговоре с Вами о неизменности отношений и т.д. им еет также мало значения, как и заявление англичан и французов о том, что «о ни не намерены исключить нас из решения европейских вопросов»... Им, конеч но, невыгодно теперь же рвать с нами, ибо они тогда лишатся козыря в перего ворах с Берлином. Обратятся они к нам только в том случае, если не вытанцуе тся соглашение с Берлином, и последний предъявит требования, даже для ни х неприемлемые». Очевидно, что в Москве существовало глубокое недоверие к политике Ж.Бонн е. Но в то же время предполагалось, что в перспективе, при определенном раз витии международных отношений внешнеполитический курс Парижа может из мениться, и в этом случае советско-французский договор 1935 г. может стать ба зой для сближения с Францией. Об этом свидетельствует беседа наркома М.М. Литвинова с Р. Кулондром, состоявшаяся 16 октября. Кулондр явился в НКИД с п рощальным визитом в связи со своим назначением полом Франции в Германии . Французский дипломат высказал сожаление по поводу своего отъезда и ска зал, что «он ехал сюда с намерением содействовать улучшению отношений, н о должен констатировать, что после двух лет пребывания в Москве ему это н е удалось». Кулондр подчеркнул, что он остается «сторонником улучшения и уточнения» франко-советских отношений. Судя по записям, беседа проходил а в доверительном тоне. Литвинов критически оценил позицию Франции в пер иод чехословацкого кризиса и выразил опасения, что Англия и Франция «буд ут и в дальнейшем удовлетворять все требования Гитлера». Но в то же время нарком не исключал вероятность смены внешнеполитического курса Парижа и Лондона: «Англия и Франция осознают опасность и начнут искать пути для противодействия дальнейшему гитлеровскому динамизму. В этом случае он и неизбежно обратятся к нам и заговорят с нами другим языком». Как принято в дипломатической практике, Литвинов и Кулондр договорилис ь о прощальных завтраках 23 и 25 октября. Но эти дипломатические завтраки не состоялись. Произошел инцидент, который может служить иллюстрацией сов етско-французских отношений после Мюнхена. 19 октября Кулондр явился к Литвинову и заявил протест по поводу статьи в г азете «Журналь де Моску», содержащей, по его мнению, несправедливые напа дки на внешнюю политику Франции. Посол требовал, чтобы НКИД в печати отме жевался от этой статьи. Нарком отвел этот протест, указав, что «отсутству ет взаимность, ибо французское правительство не реагирует на более оско рбительные для СССР выражения во французской печати». Кулондр поспешил ответить, что он пришел в НКИД по личной инициативе, не имея по этому делу поручения своего правительства, поэтому он может ответить лишь «разрыв ом личных отношений». Посол ушел от наркома не попрощавшись. Скорее всег о в разговоре Кулондра с Литвиновым речь шла о редакционной статье в еже недельнике «Журналь де Моску» от 18 октября под заголовком «Наследие Фра нции без защиты». В статье отмечалось, что мюнхенской сделкой закончился первый акт европейской трагедии. Наступил второй акт - борьба за француз ское наследие в Европе. «В результате капитуляции в Мюнхене Франция все потеряла в Европе и даже лишилась возможности сказать: «все кроме чести» . Далее указывались отрицательные последствия для Франции мюнхенских с оглашений: выдача противнику своего верного союзника, потеря помощи чех ословацкой армии, разрушение доверия к французской политики других сою зников, в том числе Польши, которая отныне потеряна для Франции, угроза фр анцузской империи со стороны Италии. «Ныне мы наблюдали борьбу за полити ческое наследие Франции в Европе, - писала газета, - и львиная доля этого на следия перейдет, естественно, к германским агрессорам». Можно сказать, ч то в статье «Журналь де Моску» не было ничего неожиданного для французск ого дипломата, отсутствовали прямые обвинения в адрес главы французско го правительства Э.Даладье и министра иностранных дел Ж.Бонне. Хотя на вс трече с наркомом Литвиновым посол заявил, что его демарш носит личный ха рактер, не исключено, что Кулондр получил на этот счет указание из Парижа. Критические стрелы из Москвы оказывали определенное влияние на общест венное мнение во Франции и создавали некоторые трудности для Ж.Бонне в о существлении его внешнеполитического курса после Мюнхена. Несмотря на бодрые и оптимистические официальные заявления о том, что в Мюнхене была предотвращена война и в Европе созданы условия для длитель ного мира, несмотря на то, что деятельность Э. Даладье и Н.Чемберлена получ ила одобрение большинства общественного мнения двух стран, в Париже и в Лондоне все же чувствовались какая-то неловкость, беспокойство. Можно с определенной уверенностью предположить, что даже те, кто одобрял Мюнхен , понимали, что свершилось неправедное дело: союзная Чехословакия была о тдана агрессивной Германии, в Мюнхене состоялась закулисная сделка. Для многих французов и англичан было очевидно, что Даладье и Чемберлен дейст вовали в Мюнхене, не получив на это согласие большинства европейских стр ан, не проведя консультации даже со своими союзниками, в том числе с СССР. Вероятно, для того, чтобы каким-то образом выйти из этого весьма щекотлив ого положения, на Западе появились сообщения в печати, по всей вероятнос ти инспирированные, об участии Советского Союза в мюнхенской конференц ии. Парижский корреспондент агентства Юнайтед Пресс сообщил, что будто б ы правительство СССР уполномочило премьер-министра Э. Даладье выступит ь в Мюнхене от имени Советского Союза. 2 октября в СССР было опубликовано сообщение ТАСС, в котором указывалось, что советское правительство никаких полномочий господину Даладье не д авало, равно как не имело и не имеет никакого отношения к конференции в Мю нхене и к ее решениям. Сообщение агентства Юнайтед Пресс квалифицировал ось, как «нелепая выдумка от начала до конца». Тезис об участии СССР в мюнхенской сделке был подхвачен некоторыми газе тами европейских стран. Официоз министерства иностранных дел Чехослов акии «Прагер Пресс» 30 сентября поместил сообщение парижского корреспон дента (опять Париж!) о том, что, якобы, Париж и Лондон регулярно информирова ли Москву о всех переговорах по Чехословакии, будто бы между министром и ностранных дел Франции Ж.Бонне и советским полпредом в Париже Я.З.Сурице м проходили длительные совещания. Аналогичные совещания, сообщалось в и нформации, имели место в Лондоне между министром иностранных дел Англии Э.Галифаксом и советским полпредом И.М.Майским. В сообщении ТАСС от 4 октября подчеркивалось, что информация в «Прагер пр есс» не соответствует действительности. Никаких совещаний и тем более с оглашений между правительствами СССР, Франции и Англии по вопросам о суд ьбе Чехословацкой Республики и об уступках домогательствам Германии н е происходило. 4 октября за подписью заместителя наркома иностранных дел В.П.Потемкина представителям СССР за границей была направлена телеграм ма, предписывавшая принять энергичные меры для опровержения клеветнич еских сообщений западной прессы. «Нужно разоблачать англо-французские махинации, имеющие целью либо обелить Англию и Францию нашим мнимым соуч астием в их расправе с Чехословакией, либо скомпрометировать нас этой ин синуацией перед демократическими массами», - говорилось в телеграмме. Советское руководство придавало большое значение разоблачению утверж дений западной прессы об участии СССР в мюнхенской сделке. Глава советск ого правительства В.М.Молотов, выступая 6 ноября с докладом на торжествен ном собрании в Москве, посвященном 21-й годовщине Октябрьской революции, з аявил: «Советский Союз не участвовал и не мог участвовать в сговоре импе риалистов фашистских и так называемых демократических правительств за счет Чехословакии. Советский Союз не участвовал и не мог участвовать и в расчленении Чехосл овакии для удовлетворения аппетитов германского фашизма и его союзник ов».
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
1 сентября на всех школах страны:
ОБЪЯВЛЕНИЕ
Занятий не будет - все учителя ушли в бизнес.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по международным отношениям "Мюнхен - преддверие войны", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru