Реферат: Аверинцев С.С. Античный риторический идеал и культура возрождения - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Аверинцев С.С. Античный риторический идеал и культура возрождения

Банк рефератов / Культурология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 187 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

АНТИЧНЫЙ РИТОРИЧЕСКИЙ ИДЕАЛ И КУЛ ЬТУРА ВОЗРОЖДЕНИЯ В знаменитом антиаверроис тско м памфлете 1367 г . "О невежестве своем собственном и многих других " Петрарка обс уждает вопрос , в какой мере христианину по зволено быть "цицеронианцем ". На слово "Ciceronianus" пада ла тень от укоризненных слов Христа , услыш анных во сне блаженным Иеронимом з а тысячелетие без малого ранее : "Ciceronianus es, п оп Christianas"1. "Конечно , - заявляет Петрарка , - я не ц ицеронианец и не платоник , но христианин , ибо нимало не сомневаюсь , что сам Цицерон стал бы христианином , если бы смог ув идеть Христа , либо узнать Х ристово учение "2. Условный модус ирреального допущения (если бы только языческий классик мог у знать Христово учение , он стал бы христиан ином ) побуждает вспомнить слова позднесредневеков ой мантуанской секвенции об апостоле Павле : "Быв отведен к гробнице Ма р она , он излил над ней росу сострадательных слез : "Каким , - сказал он , - сделал бы я тебя , если бы застал тебя в живых , о величайший из поэтов ""3. Вообще потребность к ак бы посмертно крестить античных авторов - характерно средневековая 4. Византийский поэт с ередины XI в . Иоанн Мавропод , митроп олит Евхаитский , форменным образом молился в стихах о упокоении душ Платона и Плу тарха : "Если бы Ты , Христе мой , соблаговолил изъять каких-либо язычников из Твоего осу ждения , - гласит в дословном переводе его э пиграмма, - изыми по моей просьбе Платона и Плутарха ! Ведь оба они и сло вом и нравом ближе всех подошли к Тво им законам "5. Пример был подан еще патристи ческой эпохой . Вергилия во времена Иеронима за его IV эклогу нередко именовали "христиани ном без Христа ", к чему, впрочем , сам Иероним отнесся неодобрительно 6. Августин в одном из своих посланий размышлял на д тем , чьи именно души , помимо ветхозаветн ых праведников , были выведены Христом из а да - не души ли древних язычников , особенно тех , "кого я знаю и люблю за литер а турные их труды , кого мы чтим по причине их красноречия и мудрости "; правда , отвечать на этот вопрос (с теол огической точки зрения гораздо более смелый , нежели modus irrealis Петрарки и мантуанской секвенции ) он все же счел опрометчивым 7. И еще одна парал л ель к "если бы " П етрарки - слова Лактанция о Сенеке Младшем : "Он , смог бы стать истинным богопочитателем , если бы кто-нибудь показал ему дорогу "8. " Сенека часто бывает наш ", - сказал еще Терту ллиан 9, и потребность превратить ирреальный ус ловный период Лак т анция в сообщен ие о факте породило , как известно , фиктивн ую переписку римского стоика с апостолом Павлом 10, известную уже Иерониму 11 и популярную в средние века . Что же нового в с ловах Петрарки ? Может быть , стоит обратить внимание не на само высказывание, но на то , к кому это высказывание отно сится ? В самом деле , Платон и Плутарх , о которых молился Мавропод , - философы , и фи лософы строго идеалистические , с сильным мист ическим пафосом . Платон учил созерцанию духов ной реальности и как бы предвосхитил мног ие ч ерты средневекового сакрального авторитаризма - начиная с утопии теократическог о владычества "философов ", которые похожи не то на западных doctores, не то на православных "старцев ", которым их уподобил А . Ф . Лос ев 12. Плутарх разрабатывал мистическую онтол о гию в диалоге "О ? в Дельфах " и демонологию , сильно повлиявшую на среднев ековые представления , в диалоге "О демоне Сократа ", а в своей моральной доктрине 13 дей ствительно "приблизился к законам Христа ". Сене ка , о котором говорили Тертуллиан и Лактан ций , - м оралист , как и Плутарх ; бес покойный и раздвоенный в самом себе , он явно искал каких-то новых оснований нравств енности . Наконец , Вергилий , возвещавший в IV экло ге рождение всемирного Спасителя и начало нового цикла времени , - самый мистический из римских п о этов . Но Петрарка г оворил не о философе , не о моралисте , н е о поэте , но об ораторе , политике , адв окате - адвокате прежде всего ("ор timus omnium patronus", "отменне йший всеобщий адвокат " - так назвал Цицерона его современник Катулл ). Сравнительно с Плат оно м и Плутархом , Сенекой и Верг илием Цицерон предстает как человек вполне "от мира сего ", без мистических глубин , к оторый может вызывать восхищение , но только не благоговение - ???? и в нем самом не ощущается благоговения . Так о нем судили в о времена достато ч но различные . "Ч то до Цицерона , - замечает Монтень 14, - я держу сь суждения , что если не говорить об у чености , дух его высотою не отличался ". А Лактанций , многим обязанный Цицерону в лите ратурном отношении и сам заслуживший у гу манистов прозвище "христианс к ого Цице рона ", писал : "В сочинении своем об обязанно стях Цицерон говорит , что не должно вредит ь никому , если только сам ты не задет обидой ... Как сам он упражнялся в куса чем песьем красноречии , так и от человека требовал подражать псам и огрызаться в отве т на обиду "15. Адвокатское , суде бное красноречие Цицерона - для Лактанция "песь е ", потому что он рвется укусить противник а ; прагматическая и житейская заурядность нра вственной позиции римского оратора , противопостав ленная христианскому этическому максимали з му , выразительно связана именно с тем , что он оратор и адвокат . Чего еще ждать от стряпчего , как не приземленного образа мыслей ! На это можно возразить , ч то для эпохи Петрарки , в отличие от эп охи Монтеня , отчасти и от Лактанциевой и тем более от нашей , Ци ц ерон был не столько стряпчим , не столько адв окатом и политиком , вообще не столько сами м собой , Цицероном , сколько зеркалом , в кот ором созерцали пока еще недоступного , но т акого притягательного Платона . Уже у Лактанци я Цицерон назван "наш первейший подража т ель Платона "16; но это еще звуч ит не без иронии . Менее чем через стол етие после Лактанция Августин , при всей св оей блестящей образованности не расположенный читать по-гречески и этим предвосхитивший я зыковую замкнутость средневековой латинской куль туры , о б ратился к философским , а через них и к религиозным интересам по д действием цицероновского диалога "Гортензий "; вспоминая об этом в своей "Исповеди ", он укоряет заурядных ценителей , хвалящих язык Цицерона и не замечающих его ума (pectus)17. "Плато н восхвал я ем лучшими авторитетами , Аристотель - большинством ", -замечает Петрарка 18, и в таком контексте "лучшие авторитеты " (maiores) - прежде всего Цицерон и Августин . Культ Циц ерона взят у Петрарки за одни скобки с культом Платона и вместе с ним прот ивопоставлен культу Аристотеля - комбинация , столь характерная для Ренессанса в целом и универсальная по своему историко-культурно му значению . Итак , положим , что Цицерон Пет рарки - это "первейший подражатель Платона " , муд рец , приведший юного Августина к неоплатонизм у, а в конечном счете к христианству . За Петраркой авторитеты Августина и (с оговоркой ) Лактанция - опять-таки характерная для Ренессанса апелляция к патристике , т . е . к христианской античности , против схоластики . Все как будто становится на свои места . Одн а ко с Цицероном - мудрецом как фактом сознания Петрарки - дело обстоит не так просто . Начать с того , что им енно Петрарка в 1345г ., т . е . за 22 года д о написания памфлета "О невежестве своем с обственном и многих других ", открыл в Веро не переписку Цицерона , и с изумлен ием увидел перед собой вовсе не мудреца , но , как выразился он сам , "вечно беспоко йного и тревожащегося старца ", который "избрал себе уделом постоянную борьбу и бесполез ную вражду "19. Что до авторитета патристики , Лактанций , как было отлично изве с т но Петрарке , не только изобличал Цицерона в недостаточно возвышенном подходе к проблеме мести и прощения . Он , Лактанций , поставил вопрос , вполне созвучный критике Цицерона как мыслителя в новые и новейшие време на : вопрос о серьезности или несерьезности о т ношения Цицерона к философии как таковой . Критика Лактанция отправляется о т сопоставления двух высказываний римского ор атора . В "Тускуланских беседах " Цицерон восклиц ает : "О философия , руководительница жизни !" ("О vitaephilosophiadux!")20- Но в одном из е г о же утраченных сочинений говорилось : "Веления фил ософии надо знать , но жить следует согласн о гражданскому обыкновению (civiliter)"21. Это превращение заветов "руководительницы жизни " в предмет ч исто теоретической , чисто интеллектуальной осведо мленности , н и к чему не обязываю щей , не мешающей жить той же жизнью , ка кой живут все прочие римские граждане , фил ософами не являющиеся , вызывает у Лактанция энергичный протест . "Так что же , по твоем у суждению , философия изобличена в неразумени и и тщетности ?"22 Если ф и лософия не преобразует нашего способа жить , она не жизненное дело , а словесность , и назы вать ее "руководительницей жизни " нет никаких оснований . Но обличаемая Лактанцием позиция Цицерона есть не продукт недомыслия , а именно позиция , продуманная и последов а тельная ; сама его непоследовательность (inconstantia, как выражается Лактанций ) по - 351 своему последовательна. Его философия есть философия под знаком риторики, как он сам достаточно выразительно говорит об этом уст ами Красса в III книге своего диалога "Об ораторе": "Философия ведь не похожа на другие науки. В геометрии, например, или в музыке, что может сделать чел овек, не изучавший этих наук? Только молчать, чтобы его не сочли за сумасше дшего. А философские вопросы открыты для всякого проницательного и остр ого ума, умеющего на все находить правдоподобные ответы и излагать их в и скусной и гладкой речи. И тут самый заурядный оратор, даже и не очень образ ованный, но обладающий опытом в речах, побьет философов этим своим нехит рым опытом и не даст себя обижать и презирать. Ну, а если когда-нибудь явит ся кто-нибудь такой, который сможет или по образцу Аристотеля говорить з а и против любых предметов и составлять по его предписаниям для всякого дела по две противоположных речи, или по образцу Аркесилая и Карнеада сп орить против всякой предложенной темы, и если с этой научной подготовкой он соединит ораторскую опытность и выучку, то этот муж и будет оратором и стинным, оратором совершенным, единственным оратором, достойным этого и мени"23. Цицерон решительно аннексирует философию для риторики, подчиняе т ее не столько профессиональным нуждам риторики, сколько коренной рито рической установке ума. Поэтому так важно, что Петрарка, а за ним гуманист ы избрали Цицерона своим "вождем", патроном и кумиром; что вопрос Лактанци я к Цицерону для них, в общем, снят24. Они внутри позиции Цицерона. Как выгляд ит эта позиция в широкой исторической перспективе, с оглядкой на ту саму ю античность, о которой гуманисты так много думали? Греки создали не толь ко свою собственную культуру - конкретную, исторически неповторимую, со своими специфическими характеристиками и локальными ограничениями; од новременно в двуедином творческом процессе они создали парадигму куль туры вообще. Парадигма эта, отрешась от греческой "почвы" еще в эпоху эллин изма, а от обязательной связи с греческим языком - в Риме, оставалась значи мой и для средневековья, и для Ренессанса, и далее, вплоть до эпохи индустр иальной революции25. Значимой - не то же, что неизменной. Однако, пока паради гма не была отменена как принцип, все изменения исходили из нее, соотноси лись, соразмерялись с ней. Мы должны отчетливо видеть константу именно д ля того, чтобы увидеть новизну Ренессанса. Греческая парадигма имеет оче нь определенный строй, и строй этот не похож на образ, встающий за привычн ой рубрикацией наших изложений общей истории культуры, в том числе и гре ческой, где безразлично следуют друг за другом "литература", "искусство", "ф илософия" и "наука", как пункты единой анкеты, предложенной различным эпох ам для заполнения. То, что мы называем "культурой", греки называли ???????, собст венно "воспитание",(то, что передается и прививается ребенку) ????. В центре ??????? - две силы, пребывающие в постоянном конфликте, но и в контакте, в противост оянии, но и во взаимной соотнесенности: воспитание мысли и воспитание сл ова - философия, ищущая истины, и риторика, ищущая убедительности. Они ближ е друг к другу, чем мы это себе представляем: у них общий корень в архаичес кой мыслительно-словесной культуре, и еще в феномене софистики они являл и неразделимое единство26. Как раз поэтому они непрерывно ссорились. Кажд ая из них стремилась восстановить нераздельность мысли и слова, истины и убедительности на своей собственной основе, т. е. поглотить свою соперни цу и вобрать ее в себя. Философия претендовала на то, что она и есть, наряду со всеми остальными, "истинная" риторика: отсюда риторические штудии Ари стотеля, стоиков, неоплатоников27. Риторика претендовала на то, что она, и т олько она, есть "истинная" философия: мы уже видели, что для Цицерона подли нный оратор и подлинный философ - одно и то же, и у представителей греческо й "второй софистики" II-IV вв. мы находим немало аналогичных деклараций. Иначе говоря, философия и риторика - не части культуры античного типа, не ее "про винции" и "домены", которые могли бы размежеваться и спокойно существоват ь каждая в своих пределах, вступая разве что в легкие пограничные споры. Н ет, античный тип культуры дает и философии, и риторике возможность попро сту отождествлять себя с культурой в целом, объявлять себя принципом кул ьтуры. Лицо культуры двоится: это "пайдейя" под знаком философии и "пайдейя " под| знаком риторики. Двойственность заложена в самой основе созданног о греками склада культуры и воспроизводится вместе с самим этим складом . Победа "искусств" над "авторами" на переходе от XII к XIII в., реванш "авторов" в выс туплении гуманистов против схоластики, спор Пико делла Мирандолы с Эрмо лао Барбаро - все эти сложные события истории идей, каждое из которых имее т свое идеологическое наполнение, укладываются в рамки старого конфлик та философии и риторики, хотя, разумеется, не могут быть сведены к этому сп ору. Итак, философия и риторика - самое сердце культуры античного типа, и в сердце этом живет возрождающееся противоречие. Но изобразительное иск усство, для нас вне всякого сомнения входящее в понятие "духовной культу ры", греки поколебались бы включить в понятие своей ???????. По известному заме чанию Плутарха, ни один "способный" юноша ("способный" к чему? - конечно, к дея тельности в сфере мыслительно-словесной культуры или в сфере гражданск ой жизни), любуясь шедеврами Фидия и Поликлета, сам не захочет быть ни Фиди ем, ни Поликлетом28. Любопытно, что в автобиографическом сочинении Лукиан а "О сновидении, или Жизнь Лукиана" противопоставляется как раз олицетво рение ??????????? ????? ("ремесло ваятеля") - и ???????. Первая ссылается в своей речи на имена Фидия и Поликлета, Мирона и Праксителя29; но только вторая являет собой "ку льтуру" (по контексту Лукиана - культуру риторическую). Как раз в этом пунк те, как известно, Ренессанс далеко отошел от античности. Еще Петрарка мыс лил по-античному (и по-средневековому): представители любого "рукомесла", л юбой ?????, "mechanici", исключены из культуры, из мира, где книги. "Что же будет, - патетич ески восклицает он в том же памфлете, - если люди ручного труда (mechanici) возьмут ся за перья (calamosarripiunt)"?30 Каждый философ, каждый поэт, каждый ученый человек долж ен протестовать против такой ужасающей перспективы. Vestra res agitur! Чтобы оценить произведенную Ренессансом революцию, достаточно сравнить место, котор ое занимает Витрувий - тоже mechanicus, взявшийся за перо!- соотносительно в культ уре своего собственного времени и в культуре новоевропейской от Альбер ти до Виньолы и далее31. Таков же контраст тона, в котором имена живописцев, ваятелей и зодчих вводятся в античных текстах по истории искусства - и, ск ажем, у Вазари (чей труд в других отношениях представляет этим текстам до вольно близкую аналогию32). Например, Плиний Старший, отзывающийся о худож никах по античным масштабам весьма уважительно, так начинает свои биогр афические рубрики: "...В девяностую олимпиаду жили Аглаофонт, Кефисодор, Фр ил, Эвенор..."33, "...В открытые отныне врата художества вступил в четвертый год девяносто пятой олимпиады Зевксис из Гераклеи..."34; "...Ровесниками его и соп ерниками были Тиманф, Андрокид, Евпомп, Паррасий..."36; "...Паррасий, рожденный в Эфесе, там же и совершил многое..."36 У Плиния утверждается, что всех живопис цев, которые были, есть и будут, превзошел Апеллес37, как всех скульпторов - Ф идий38; это сказано как будто довольно сильно, не без риторического пафоса , но отмечает только превосходство некоторого лица в некоем роде деятель ности, а никоим образом не превосходство самого этого рода деятельности в ряду других. Явление Апеллеса или Фидия - событие в судьбах искусства; ни из чего не следует, что это событие в судьбах человечества. Напротив, Ваза ри описывает явление "Микеланджело не просто как триумф искусства, но ка к примирение небес и земли, бога и людей: "Благосклоннейший Правитель неб есный обратил на землю сострадальные Свои очи"39. Такой квазитеологическ ий тон для Вазари очень характерен: например, Леонардо да Винчи был, по его словам, "воистину предив-ным и небесным (celeste)"40. В этой связи важно употреблен ие эпитета divinus "божественный". В античном обиходе эпитет этот нормально пр именялся к прославленным мастерам искусства слова. Для Цицерона, наприм ер, Сервилий Гальба - "в речах божествен" (divinus homo in dicendo)41, а Красе даже "бог в речах", п о крайней мере, по суждению Квинта Муция Сцеволы, одного из участников ди алога42; последнюю речь Красса в сенате Цицерон патетически вспоминает к ак "лебединое слово божественного мужа" (cycnea divini hominis vox et oratio)43. Красноречие самого Ц ицерона "божественно" в оценке Квинтилиана44; "божественна" специально иро ния цицероновской речи "В защиту Лигария"46; тот же Квинтилиан говорит о "бо жественном блеске речи Теофраста"46. "Божественный" оратор и "божественный " поэт (последнее, например, у Горация47) стоит рядом с "божественным" мудрецо м48 и "божественным" цезарем49; но "божественный" художник рядом с ними незаме тен, его не видно. Иначе обстоит дело под конец Ренессанса. Еще при жизни М икеланджело все настолько привыкли называть его "божественным", что Арет ино уже может обыгрывать это клише в своем небезызвестном письме к Буона ротти от ноября 1545 г., где он после потока поношений и доносительских намек ов вдруг примирительно заключает: "Я только хотел показать Вам, что если В ы "божественный" (divino = di vino = "винный"), то и я не "водяной" (d'acqua)"50. Древние в преизобили и сочиняли эпиграмы нa произведения искусства - только, как правило, нe на с амих художников. В "Палатинской антологии" 42 эпиграммы на "Корову" Мирона и 13 эпиграмм на "Афродиту Анадиомену" Праксителя - но ни одной эпиграммы на М ирона или Праксителя! А теперь, в эпоху Ренессанса, сам Полициано, первый п оэт Кватроченто, сочиняет эпиграмму на могилу Джотто в Сайта Мариа дель Фьоре, начинающуюся словами: Ille ego sum, per quern pictura extincta revixit... ("Я тот, через кого ожила угаснувшая живопись"51) Надо чувствовать всю несра вненную весомость и торжественность латинского ille, чтобы оценить такое н ачало, перепевающее по меньшей мере два знаменитых зачина: во-первых, апо крифические, но в то время приписывавшиеся Вергилию строки, предпосланн ые "Энеиде": Ille ego, qui quondam gracili modulatus avena Carmen, et egressus silvis vicina coegi Ut quamvis avido parerent arva colono, Gratum opus agricolis...52; во-вторых, начальные слова поэтической автобиографии Овидия : Ille egoqul fuerim, tenerorum lusor amorum...53 Поэт мог так говорить о себе в античной литературе , но худо жнику это было "не по чину ". Теперь гор дое Ille ego произносится от имени художника . Здесь мы имеем шанс уловить важную деталь : лексически й ряд , применяемый с эпохи Р енессанса к художникам , взят из древней пр актики восхваления поэтов и особенно риторов . (Ритор для античности часто выше поэта : мог же Цицерон назвать поэзию в сравне нии с риторикой "более легковесным видом с ловесного искусства " !54) Возможность велича ться "Ше ego" переходит к художнику от поэта ; эпитет "божественного " переходит к нему п режде всего от оратора . Без "божественного " Элия Аристида и "божественного " Либания , "божес твенного " Цицерона и всех прочих невозможен был бы "бо ж ественный " Микеланджело . Обожествление ритора послужило первостепенным прецедентом для обожествления живописца , ваятел я , зодчего . В этой связи стоит отметить , что сопоставление живописи , ваяния и зодчес тва именно с ораторским искусством для Ре нессанса впо л не сознательно и при нципиально . По утверждению Энея Сильвия Пикко ломини , "любят друг друга взаимно сии два художества , красноречие и живопись "56 По ст арой памяти , в послушании античной традиции , искусства , имеющие дело с материальными объ ектами и постольк у не "свободные ", субординированы искусствам "свободным " и прежде всего риторике . Но субординация эта - друж еская , в ней сохраняется близость , и момен т близости важнее момента субординации . "Худож ества , ближе всего подходящие к свободным , каковы суть худож е ства живописи , ваяния в камне и бронзе и зодчества ",г оворится у Лоренцо Баллы в предисловии к его "Красотам языка латинского "56. Описание внутреннего членения пластических искусств прино равливается , прилаживается к риторическим схемам . В этом смысле харак т ерно зам ечание Лудовико Дольчи , принадлежащее уже пос тренессансной эпохе ( 1557 г .): "Вся сумма живописи , по суждению моему , разделяется на три ч асти : Нахождение , Рисунок и Колорит (Invenzione, Disegno e Colorito)"67. Н ельзя не вспомнить , что труд оратора с античных времен делится на Inventio, Dispositio et Elocutio. Этому сближению ручного художества и риторической культуры соответствовал , как извес тно , новый , специфический для Ренессанса тип человека , в своей собственной особе совмеща ющий словесность - и занятия живописью , ваянием и зодчеством : гуманист как худож ник и художник как гуманист . Классический пример - Леон Баттиста Альберти , человек , как характеризует его Вазари , "нравов самых утон ченных и отменных ", который "жил , как подоба ет человеку высшего о бщества " (onoratamente е da gentiluomo) и владел словесной культурой (lettere) 58. А те перь попробуем задать себе вопрос : где в античной традиции находим мы приближение к этому , вообще говоря , неантичному идеалу утонченного человека , далекого от "низких " з амашек профессионала , живущего da gentiluomo, но при этом умеющего самостоятельно сделать "все "; адепта словесно-мыслительной культуры - и мастера на все руки (ударение на слове "руки ")? Мы находим его в области так называемой софистики , то есть в той зон е , которая наиболее очевидным образо м подчинена верховенству риторики . Апулей , рим ский софист II в . н.э ., восхваляет Гиппия , свое го греческого собрата , жившего за шесть ве ков до него , за то , что он , никому н е уступая в красноречии (eloguentia), всех превзо ш ел многообразием своих умений и навыков (artium multitudine). Он рассказывает , как Гиппий однажды явился на Олимпийские игры в в еликолепном наряде , от начала до конца сра ботанном собственными руками ; и эллины , отовсю ду собравшиеся на игры , дивились этому, наряду с его ученостью и вити йством . Предмет изумления - studia varia пестрота интересов и занятий Гиппия 59. Вот прототип ренессанс ного homo universale. Более близкого прототипа мы не о тыщем . Если кто из древних и говорил о пластических искусствах в серье з ном и даже восторженном тоне , так это не античный философ , но античный софист по здней поры , представитель второй софистики . Не возможно вообразить , например , чтобы Аристотель , писавший , кажется , обо всем на свете , вы сказался бы о скульптуре и живописи так, как это он сделал об эпосе и трагедии в "Поэтике " и о красноречии в "Риторике " . Еще невозможнее представить се бе некое античное соответствие "философии иск усства " Шеллинга , cамое высокое и значительное , что сказано за всю античность о плас тическом шедевр е - это слова Диона Хризостома , одного из зачинателей второй со фистики , о Фидиевой статуе Зевса 60. Здесь ху дожник описывается как учитель и воспитатель человечества , его "законодатель ", а не толь ко усладитель . Любопытно , что наиболее выразит ельное исключен и е в философской л итературе античности - у Плотина , кстати , любимц а Ренессанса : это его тезис об умопостигае мом образце того же Фидиева Зевса 61. Но любопытно и другое : этот тезис дословно в стречается до Плотина у философствующих ритор ов - Цицерона 62 и того же Диона 63. Словесно-мыслительное освоение колоссального феномена античного искусства в большой мере шло в сфере позднеантичного риторического экфрасис а 64, нашедшего столько отголосков в культуре Ренессанса . Вообще говоря , для античности вы шеприведенное у т верждение Энея Сильви я Пикколомини о взаимной любви риторики и живописи оправдывает себя . Их соединяли : 1) статус ????? в отличие от ????????, т . е . установка на вероподобие , и 2) момент гедонизма , такой подозрительный для всей античной философской мысли, включая даже эпикурейство , ко торое было озабочено минимализацией человеческих потребностей . Почтение к живописцу , скульптор у , зодчему как человеку "божественному " вошло в эпоху Ренессанса в строение культуры античного типа , вошло как нечто новое , чег о пре ж де не было ; но вошло оно через старую дверь - дверь риторического идеала . Возвращаясь к образу Гиппия в Олимпии , надо заметить , что столь характерны й для Ренессанса (и чуть-чуть эйфорический ) идеал uomo uniyersale, человека , который знает все , умеет все , п робует себя во всем - и деал , выраженный в программе обучения Пантагр юэля , - есть идеал риторический . Философия знала , конечно , пропедевтические науки : Платон воспр етил вход в Академию тому , кто не изуч ил геометрии . Философия могла давать методоло гический и мпульс и программу для собирания и обработки фактов в самых р азличных областях знания : так было с Арист отелем и перипатетиками . Но философ - едва ли не антипод homo universale; его дело - глубина , а не широта : "многозна-ние уму не научает ", как сказал Гер а клит . Совсем иное дело - ритор . Как энергично настаивает Циц ерон устами Красса 66, что оратор должен уме ть говорить обо всем ! "Я пил в Афинах и из иных чаш , - хвалится Апулей , - из чаши поэтического вымысла , из светлой чаши геометрии , из терпкой чаши диале к тики , но в особенности из чаши все охватывающей философии - этой бездонной чаши с нектаром . И в самом деле : Эмпедокл соз давал поэмы , Платон - диалоги , Сократ - гимны , Эпихарм - музыку , Ксенофонт - исторические сочинения , Кратет - сатиры , а ваш Апулей пробу е т свои силы во всех этих родах и с одинаковым усердием трудится на ниве каждой из девяти муз "66. Ибо ритор - дилетант в высшем смысле этого слова ; его дело - не "единое ", но "все ", не сам ососредоточение , но саморазвертывание личности , не ее систола , но ее диастола . Ко гда заходит речь о ренессансном идеале uomo universale, трудно обойти такую тему , как "достоинство и превосходство человека ", dignitas et excellentia hominis. И здесь мы еще раз можем видеть , насколько имен но риторика была орудием , при посредс т ве которого Ренессанс определял и утв ерждал себя перед лицом прошлого . В самом деле , риторика - это искусство хвалы и хулы , "энкомия " и "псогоса "; такой подход ко всем на свете вещам - неотъемлемая черта ритора . Как известно , в 1195 г . кардинал Л отарь , бу д ущий папа Иннокентий III, н аписал трактат "О убожестве состояния человеч еского " - аскетический труд , настолько противополож ный духу Ренессанса , насколько нечто может быть ему противоположно . Однако Лотарь наме ревался и формально обещал написать для о бодре н ия смиренных иной труд - на сей раз о достоинстве человека . Выполнить свое обещание он не успел : через три года его избрали папой , и ему было уже не до литературных досугов . "О досто инстве и превосходстве человека " написали дру гие , совсем другие люди - гу м анисты Джаноццо Манетти ( 1452 г .) и Джованни Пико делла Мирандола ( 1487 г .). Конечно , даже если бы Лотарь написал второй трактат , он увиде л бы достоинство человека совсем иными гл азами , чем его исторические оппоненты . Немалов ажно , однако , и то , что в ри т орическом пространстве "псогос " сам собой полагает возможность "энкомия ", "хула " - возможно сть "хвалы ". Лотарь создал "хулу человеку ", М анетти и Мирандола - "похвальное слово человеку ": это очень резкий идеологический и общек ультурный контраст , но одновре м енно это движение , не покидающее той же плос кости . Инверсия "хулы " легко дает "хвалу "; но , к сожалению , обратный поворот на 180° т оже происходит легко . "Какое чудо природы человек ! - восклицает Гамлет во втором акте .- Как благороден разумом ! С какими безг р аничными способностями ! Как точен и поразителен по складу и движеньям ! В поступках как близок к ангелу ! В возз реньях как близок к Богу ! Краса вселенной ! Венец всего живущего ! А что мне эта квинтэссенция праха ?"67 "Краса вселенной ", "венец всего живущего " - это нормальная топик а похвального слова . "Квинтэссенция праха " - нор мальная топика риторического порицания . В сов окупности они создают замкнутый круг . Только Паскаль в своем рассуждении о величии и ничтожестве человека как единой реальнос ти и единой теме для мысли раз рывает этот круг и выходит за пределы механического рядоположения "хвалы " и "хулы ". Так начался новый мир , в котором мы жи вем до сих пор.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
- Ты спишь по 2-3 часа в сутки. Как ты умудряешься высыпаться?
- Куда?
- А, понятно...
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по культурологии "Аверинцев С.С. Античный риторический идеал и культура возрождения", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru