Диплом: Политика Великобритании в Афганистане - текст диплома. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Диплом

Политика Великобритании в Афганистане

Банк рефератов / История

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Дипломная работа
Язык диплома: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 871 kb, скачать бесплатно
Обойти Антиплагиат
Повысьте уникальность файла до 80-100% здесь.
Промокод referatbank - cкидка 20%!

Узнайте стоимость написания уникальной работы



ВВЕДЕНИЕ

Актуальность работы. Афганистан находится на перепутье между Востоком и Западом и с древнейших времен является центром торговли и миграции. Его геополитическое расположение – между Южной и Центральной Азией с одной стороны, и Ближним Востоком с другой, позволяет ему играть важную роль в экономических, политических и культурных отношениях между странами региона. С точки зрения глобальных международных отношений, Афганистан являлся местом, где соприкасаются интересы англосаксонского мира и российской цивилизации.

В мире 21 века на первый план выходит общность целей, борьба с международным терроризмом и торговлей наркотиками. В 19 и 20 веках – Афганистан рассматривался, как возможность усилиться самому и ослабить соперника, как поле для военно-дипломатической игры. Так, для Англии 19 века, Афганистан и Иран, олицетворяли собой наиболее уязвимое место для колониальных владений в Индии. Отличительной особенностью населения Афганистана, с древнейших времен и вплоть до наших дней, являются этническое разнообразие, племенная раздробленность и наличие всевозможных языков и диалектов. На площади в 652,9 тысяч кв. км, (на 100 тысяч больше территории Франции) проживает более 30 народностей и огромное количество племен. Подобное этническое многообразие вызвано несколькими причинами:

- Географические особенности страны: горные массивы разделяют Афганистан на различные районы, часто труднодоступные, что традиционно способствует этническому, культурному и языковому разделению.

- Частые завоевательные походы иноземных армий на территории Афганистана. Пришельцы оседали на покоренных землях, происходило причудливое смешение культур и языков.

- Транзитное положение Афганистана на пересечении важных торговых маршрутов. Помимо купеческих колоний здесь расселялись многочисленные различные по происхождению проповедники и целые общины верующих разных религий.
За последние несколько десятков лет на Ближнем Востоке и в Центральной Азии произошли события, которые в корне изменили расклад сил в регионе. Исламская революция в Иране, война в Афганистане, распад Советского Союза и образование в Центральной Азии новых независимых государств, приход к власти в Афганистане движения «Талибан», операции американских войск в Афганистане и Ираке – все эти события заставили политиков и дипломатов вновь обратить внимание на этот регион, который в конце XIX – начале XX в. был ареной боевых действий и дипломатических игр. В эту «большую игру» были вовлечены две крупнейшие империи того времени – Британская и Российская. Противостояние продолжалось до начала XX в. и завершилось подписанием в 1907 г. Конвенции о разделе сфер влияния в Иране, Афганистане и Тибете.

Интерес к данной теме объясняется тем, что после распада Советского Союза вновь возникла проблема борьбы за геополитическое преобладание в Центрально-Азиатском регионе между ведущими мировыми державами. Безусловно, невозможно провести прямые аналогии между англо-русским соперничеством в XIX – начале XX в. или англо-советским противостоянием в 20–30-х гг. прошлого века и «Новой Большой игрой», развернувшейся в регионе на рубеже XX–XXI вв., т.к. на современном этапе противоборство происходит в других условиях. Изменился состав «игроков»: в противостояние активно включился Китай, а место Британии заняли Соединенные Штаты Америки. Однако изучение исторических корней борьбы за доминирование в Центральной Азии и основных концепций британской политики в регионе, безусловно, имеет большое значение для оценки современной ситуации в нем. Это объясняется тем, что политика США в Центральной Азии во многом опирается на британские традиции.

Благодаря своему положению своеобразного перекрестка важнейших торговых и транспортных маршрутов, Афганистан издавна находится в зоне стратегических интересов различных государств. В течение многих веков он привлекал внимание многих народов, стремившихся распространить свое влияние на него, тем самым, препятствуя консолидации афганского общества и становлению афганского государства. События, происходящие вокруг Афганистана, свидетельствуют о том, что он пытается стать полноправным членом международного сообщества, о чем свидетельствует активизация его внешней политики, направленной на определение своего места в новой геополитической реальности.

Активизировавшаяся в последнее время внешняя политика Афганистана, свидетельствует о попытках Афганистана найти свое место в быстроменяющемся мире и стать полноправным членом международного сообщества. Анализируя основные направления внутри афганского урегулирования и приоритеты внешней политики Афганистана, мне представляется, что он, некогда изолированный от всего цивилизованного мира, главной задачей своей внешней политики должен сделать сближение со странами региона.

Цель и задачи работы. Тематика работы носит междисциплинарный характер, так как затрагивает географию, политику, геополитику, экономику, международные отношения, что позволит нам в ходе исследования добиться наших целей. Исходя из этого, цель моего исследования - проанализировать политику Великобритании в Афганистане, начиная с 1838 до 1919 гг. Автор поставил перед собой следующие задачи:

  • изучить взаимоотношения великих держав и Афганистан в XIX – начале XX вв.;

  • проанализировать характер и степень влияния внешнеполитических факторов на развитие Афганистана в изменившихся геополитических условиях XIX – начале XX вв.;

  • изучить причины и условия возникновения, ход и итоги первой англо-афганской войны (1838–1842 гг.);

  • анализ политики «закрытой границы» и «наступательной политики» Великобритании;

  • изучить причины и условия возникновения, ход и итоги второй англо-афганской войны (1878–1881 гг.);

  • рассмотреть внутреннюю и внешнюю политику Афганистана с конца XIX в. до прихода к власти эмира Амануллы-хана (1919 г.);

  • изучить причины и условия возникновения, ход и итоги третьей англо-афганской войны в процессе борьбы Афганистана за свою полную независимость, показать решающее значение полного освобождения страны от политики Англии для осуществления модернизации афганского общества;

  • дать оценку посред­ством критики источников для сопоставления максимально близкой к истине картину событий.

Теоретические и методологические основы. Одним из основных методологических принципов настоящего исследования является проблемно-хронологический анализ, так как политические явления и процессы не могут рассматриваться иначе, как в конкретных обстоятельствах их возникновения и развития. Политика Великобритании в Афганистане может быть всесторонне рассмотрена только, будучи взятой, за объект исследования в историческом контексте. Именно поэтому, для раскрытия темы данного исследования, необходимым представляется анализ внутреннего и внешнеполитического положения Афганистана в период с XIX – начала XX вв. В качестве методической основы данного исследования особое значение уделялось использованию принципов системно-исторического подхода, позволившего проанализировать ряд сложных явлений в эволюции структуры афганского общества и становлении национального государства.

В целях всестороннего раскрытия темы работы из-за присутствия многочисленных информационных потоков и различающихся групп источников, был использован сравнительный анализ. Необходимость рассмотрения и сопоставления изменений, происходивших в Афганистане под влиянием внешнеполитических факторов, потребовала использования историко-сопоставительного метода. Повышенное внимание со стороны великих держав к Афганистану требует комплексного подхода в осмыслении изучаемых общественно-политических процессов. Для реализации данной задачи в исследовании использовалась группа различных методов, включая такие как системный, проблемно-хронологический, историко-сопоставительный, предоставляющие возможность изучать политические явления и факты в тесной связи с конкретной исторической обстановкой.

Использование всех выше названных методов будет основываться на принципах объективизма, историзма и последовательности. Следование принципу историзма и последовательности будет проявляться в том, что все описываемые в данной работе события будут представлены в хронологической последовательности и во взаимосвязи с внешнеполитическими условиями международных актеров.

Степень исследования проблемы. В целях раскрытия всего комплекса политики Великобритании в Афганистане и для более полноценного результата работы была использована специфическая литература истории Афганистана и Великобритании, литература для международных отношений, что позволило осуществить вполне углубленное изучение данной темы.

В качестве важнейшей работы можем выделить работу Халфинa Н. Провал британской агрессии в Афганистане в конце XIX - начале XX в1. Автор данной книги ставит перед собой задачу дать общий очерк освободительного движения народов Афганистана в XIX — начале XX в., их упорного сопротивления попыткам британских агрессоров утвердить свое колониальное господство в этой стране. Основное внимание в книге уделяется борьбе народов Афганистана за независимость, показу международной обстановки и дипломатических интриг со стороны британских правящих кругов с целью осуществления прямой агрессии против Афганского государства.

Харюков Л. в книге Англо-русское соперничество в Центральной Азии и исмаилизм2 рассматривает соперничество между Британской и Российской империями. В книге рассматривается в деталях соперничество великих держав за сферы влияния в Центральной Азии и Южной Азии в XIX в., которое привело к превращению Афганистана в «буферное государство», занимавшее промежуточное место между Британской и Российской империями. Данная работа помогла рассмотреть достаточно обширно эволюцию политики Великобритании в Афганистане.

Более обстоятельный подход, основанный на привлечении широкого круга источников и материалов, был осуществлен в трудах, вышедших в свет в 1960-1980 гг. Среди них такие коллективные работы, как «История Афганистана», «История Афганистана с древнейших времен до наших дней», «История народов Восточной и Центральной Азии», а также монографические исследования и публикации А. Х. Бабаходжаева, М. А. Бабаходжаева, Ю. В. Ганковского, В. М. Массона, Я. Д. Очильдиева, В. А. Ромодина, и др. Так, В. М. Массон и В. А. Ромодин, написали двухтомный труд по истории Афганистана с древности до нового времени включительно. Отличительной чертой этого фундаментального исследования является использование обширного круга источников и литературы на русском и иностранных языках. В. А. Ромодин опубликовал также обобщающую работу по истории Афганистана за период с середины XIX в. до первой трети XX столетия. Последней работой этого крупного специалиста была монография, посвященная истории и историографии Афганистана. Эта единственная специальная работа, рассматривающая состояние научной разработки истории Афганистана. В целом российская историография, посвященная истории Афганистана первой трети XX в., дает достаточно полную картин событий в Афганистане, раскрывая их общественно-экономический и политический характер, исследуя предпосылки и последствия исторического процесса изучаемого периода.

Однако существенным недостатком большинства этих трудов, является их четко выдержанная идеологизированность, опосредованная марксистско-ленинской теорией развития общества. В них основной упор делается на влияние Октябрьской революции в России, мирового революционного процесса и национально-освободительного движения в колониальных и зависимых странах. Не отрицая влияния внешних факторов, все же, по мнению автора, внутренние условия играли решающую роль в осуществлении политики модернизации.

Хронологические и географические рамки. Хронологическими рамками исследования является период между 1838 по 1919 год, период, в котором Великобритания вела активную колониальную политику в Афганистане. Географические рамки в этой работе охватывают территорию Афганистана, его геополитическое расположение на стыке Индийского субконтинента, Центральной Азии и Иранского нагорья с одной стороны, и Ближним Востоком с другой, позволяет ему играть важную роль в экономических, политических и культурных отношениях между странами региона. С точки зрения глобальных международных отношений, Афганистан являлся местом, где соприкасаются интересы англосаксонского мира и российской цивилизации, а также территорию между Южной и Центральной Азией с одной стороны, и Ближним Востоком с другой.

Ключевые моменты моей дипломной работы были представлены на научно-студенческой конференции Symposia Studentium, которая проходила 30 апреля 2009 г. Затем представленная мною работа была опубликована под названием Политика Великобритании в Афганистане (1839-1919) в Buletinul ?tiin?ific studen?esc, Chi?in?u: ULIM, 2009, с. 37 - 42

Структура работы. Структура моей дипломной работы построена в соответствии задачами и состоит из Введения, трех Глав, Заключения, Библиографии, Ключевых-Слов.

В Введении сформулированы цель и основные задачи исследования, а также определены его хронологические и географические рамки, обосновываются актуальность, научно-практическая значимость и новизна темы, дается обзор использованных источников и литературы.

В первой главе Начало английской агрессии против Афганистана я проведу обзор, при каких обстоятельствах Афганистан на протяжении почти всего XIX и вплоть до восстановления этой страной своей политической независимости в 1919 г. стал объектом англо-русского колониального противостояния («холодной войне XIX века»).

Вторая глава Политика Великобритании в Афганистане во второй половине XIX века рассматривает методы и формы политики Великобритании в отношении Афганистана. От прямого военного штурма, каким явилась развязанная английскими экспансионистами война 1838–1842 гг., они перешли сначала к «политике дружественного сближения», потом к «наступательной политике», повторное провозглашение экспансионизма в этом регионе являлось официальным курсом политики Англии. Вторая англо-афганская война, которая последовала, и Гандамакский договор окончательно сформировали статус Афганистана на последующие семьдесят лет, как страны буфера.

Третья глава Борьба Афганистана за независимость в начале XX века нацелена на рассмотрение внутреннего и внешнеполитического положения Афганистана, который к началу XX в. продолжал оставаться отсталой, слабо развитой в экономическом отношении страной. С целью изолировать его от внешнего мира и установить над Афганистаном свой контроль, Англия в августе 1907 г. заключила с Россией «Конвенцию по делам Персии, Афганистана и Тибета». Также рассматривается выпадение Афганистана из британской зоны влияния, которое стало возможным, благодаря изменившейся международной обстановке, в данном случае, социально-политическому кризису в Британской Индии и опасениям британских имперских кругов потерять весь южно-азиатский регион.

В Заключении я провела обзор колониальной политики Британской империи в Афганистане. Данная колониальная политика нанесла невосполнимые потери материальных и человеческих ресурсов, приведшая к тому, что афганское общество оказалось отброшенным в своем развитии на многие – многие годы. Однако, даже учитывая огромное превосходство Британской империи, она оказалась не в силах установить своё господство над Афганистаном и в 1919 г. Афганистан сумел отвоевать право на независимость.




























ГЛАВА I

НАЧАЛО АНГЛИЙСКОЙ АГРЕССИИ ПРОТИВ АФГАНИСТАНА

I. 1 Афганистан между Россией и Великобританией

Афганистан как самостоятельное государство начал складываться в первой половине XVIII в3. В то время у афганцев происходил процесс разложения общинно родового строя и формировались феодальные отношения. Основным районом расселения афганских племен были Сулеймановы горы4. В течение XIV - XVIII вв. афганцы утвердились также на территории, которая простирается от реки Инд (в ее верхнем течении) на востоке и до реки Гильменд - на западе. В начале XVIII в. много афганских семей было расселено в районе Герата. Однако с конца XVIII в. это небольшое, отсталое, затерянное в глубинах Азии государство оказалось вовлеченным в орбиту большой политики, проводимой в регионе соперничавшими между собой европейскими державами, включая Россию. В силу геостратегического положения, на стыке Индийского субконтинента, Центральной Азии и Иранского нагорья) Афганистан на протяжении почти всего XIX и вплоть до восстановления этой страной своей политической независимости в 1919 г. стал объектом англо-русского колониального противостояния («холодной войне XIX века»), по сути, «передовой линией» противоборства5. Конечно, это соперничество и состоявшееся в ходе него превращение Афганистана в политически зависимое от Англии государство оказало длительное и глубокое влияние на многие стороны жизни его народа.

Ко времени правления последних шахов из династии Дуррани (т. е. к рубежу XVIII-XIX вв.) относятся первые открытые попытки англичан вмешаться во внутренние дела Афганистана6. И для того, чтобы не допустить союза между Шахом Заманом и правителем Майсура (государства на юге Индии) Типу Султаном, английская Ост-Индская компания, используя свое влияние в Иране, добилась того, чтобы иранские власти оказали содействие шах-заде Махмуду в его борьбе за афганский трон7. Тем самым английские колониальные деятели содействовали свержению Шаха Замана. В конце 1808 г. в Афганистан была направлена дипломатическая миссия, возглавляемая М. Эльфинстоном, которому 17 июня 1809 г. удалось заключить договор с Шахом Шуджей. Этот договор налагал на Шаха Шуджу обязательства не пропускать через территорию Афганистана французские войска в случае похода Наполеона I на Индию и не присоединяться к франко-русско-иранскому союзу. Договор остался на бумаге, поскольку вскоре после его подписания Шах Шуджа был свергнут. К власти в Кабуле в 1826 г. пришел Дост Мухаммад-хан, энергичный правитель, которому вскоре удалось подчинить Газни и значительно расширить свои владения. В дальнейшем он последовательно и настойчиво стремился к главенству над своими братьями, правившими в других областях, районах и городах Афганистана. Объективным результатом политики Дост Мухаммад-хана явилось значительное (хотя и не окончательное), преодоление феодальной раздробленности, что знаменовало новый этап в истории Афганского государства.

Одним из важнейших мероприятий, осуществленных Дост Мухаммад-ханом, стало создание регулярного войска8. В кабульских оружейных мастерских изготовлялись длинноствольные мушкеты, отличавшиеся даже большей дальнобойностью, чем ружья, которыми тогда была вооружена английская колониальная армия в Индии. Опираясь на новое войскa, Дост Мухаммад-хан распространил свою власть на ряд районов Афганистана. В конце 1833 г. он подчинил Джелалабад. Усиление независимого Кабульского княжества и успехи Дост Мухаммад-хана в объединении государства препятствовали планам английской экспансии в Афганистан и далее в Среднюю Азию9. Непримиримая позиция Ост-Индской компании в отношении Дост Мухаммад-хана объяснялась стремлением ликвидировать это препятствие. Ост-Индская компания попыталась использовать для подрыва проводившейся Дост Мухаммад-ханом политики объединения Афганистана своего ставленника бывшего шаха Шуджа-уль-Мулька, проживавшего в Индии на английском содержании. В 1833 г. англичане предприняли ряд шагов, готовя поход Шуджи в Афганистан. Им удалось договориться с Ранджит Сингхом – султаном Пенджаба, правителем государства сикхов - о содействии Шудже. Кроме того, Ост-Индская компания попыталась восстановить афганских вождей против Дост Мухаммад-хана.
В марте 1834 г. Шуджа с 22-тысячным войском, навербованным и вооруженным с помощью Ост-Индской компании, выступил через Боланский проход на Кандагар. Кандагарские правители обратились за помощью к Дост Мухаммад-хану. В конце июня 1834 г. произошло решающее сражение у поселения Калайи Азим, неподалеку от Кандагара. Шуджа был разбит и бежал с поля боя. Воспользовавшись создавшейся в результате похода Шуджи обстановкой, сикхи в 1834 г. окончательно включили Пешавар и Пешаварскую область в состав своих владений. Британские колонизаторы продолжали тщательным образом изучать экономическое и политическое положение Северной Индии и Афганистана, старались найти наиболее удобные торговые пути. Британские агенты в странах Востока отправляли в Калькутту и в Лондон всевозможные материалы и данные о перспективах и условиях торговой экспансии. Так, Ч. Мэссон, длительное время находившийся в Афганистане в качестве неофициального английского резидента, подготовил специальный меморандум «О торговле Кабула», опубликованный в конце 1835 г. британскими властями в Индии. В этом документе Кабул рассматривался, как важнейший центр торговли между Индией и Средней Азией, его товарооборот оценивался за 1834 г. в 1 млн. фунтов стерлингов10. Мэссон рекомендовал наладить регулярное судоходство по Инду и организовать британскую факторию в городе Митанкоте, занимавшем ключевые позиции в отношении рек Пенджаба. Он считал, что это будет способствовать широкому развитию торговли между английскими владениями в Индии, с одной стороны, и Афганистаном и Средней Азией, с другой.

Британские торгово-промышленные круги с особым интересом относились к возможности превращения Инда в важнейший канал для доставки английских товаров на рынки Среднего Востока11. По мнению крупного лондонского предпринимателя Джона Адама, небольшие затраты капитала должны были при этом дать доступ британским товарам «к восхитительным полям действия», помочь «более полно открыть Центральную Азию для английской торговли».

В октябре 1835 г. Дост Мухаммад-хан обратился с письмом к русскому царю Николаю I, которое в мае 1836 г. было доставлено афганскими посланцами в Оренбург. Оренбургский губернатор В. А. Перовский, придавая большое значение дипломатическому шагу эмира, направленному на установление дружественных отношений между Афганистаном и Россией, отправил афганских посланцев в Петербург в сопровождении своего адъютанта И. В. Виткевича. В мае 1836 г. Дост Мухаммад-хан обратился к генерал-губернатору Индии лорду Д. Окленду с просьбой о содействии в урегулировании афгано-сикхских отношений. Афганский эмир соглашался признать власть сикхов над Кашмиром при условии, что ему будет возвращен Пешавар. Однако воссоединение Пешавара с Афганистаном противоречило интересам руководителей английской колониальной политики, и они не пошли навстречу планам эмира. Поиски новых рынков особенно активизировались в связи с тем, что весной 1836 г. в английской экономике появились симптомы кризиса перепроизводства. С точки зрения правящих кругов Англии, трудности, в каких оказалась английская экономика, могли быть устранены путем расширения рынков сбыта британских товаров в странах Азии12. В этой обстановке особую роль приобретали англо-афганские отношения. Превращение Дост Мухаммеда в зависимого правителя и утверждение английского господства в Афганистане могли бы разрешить многие сложные проблемы, в первую очередь открытие новых рынков сбыта и распространение британского владычества на Среднем Востоке13.

Вскоре английским правящим кругам представился удобный повод для оказания давления на Афганистан. Военная неудача, постигшая Дост Мухаммеда в борьбе за Пешавар, заставила его обратиться к правительствам России, Англии и Ирана, чтобы заручиться их содействием в справедливом разрешении спорного вопроса о принадлежности Пешаварского округа14. Сопровождавший из Оренбурга в Петербург афганских посланцев И. В. Виткевич затем был назначен царским МИД представителем России в Кабуле15. Его обязанностью, как указывалось в инструкции, было содействовать примирению афганских владельцев, т. е. Дост Мухаммад-хана и кандагарского правителя Кохандиль-хана. Виткевич должен был также разъяснить баракзайским правителям, что Россия по дальности расстояния не может оказывать им действительной помощи, но, тем не менее, принимает в них искреннее участие и всегда будет через посредство Персии оказывать дружеское за них заступление. Кроме того, ему поручалось выявить возможности расширения русско-афганской торговли. По пути в Кабул Виткевич побывал в Кандагаре. Там русский представитель принимал участие в переговорах иранцев с Кохандиль-ханом, в результате которых было принято решение о союзе, направленном против садозайского правителя Герата.

В создавшейся обстановке правивший в Иране Мухаммад-шах с одобрения царской дипломатии предпринял большой поход на Герат и в октябре 1837 г. осадил город. Кстати, в лагере войск иранского шаха находился в качестве военного советника служивший в русском посольстве И. Бларамберг. Англичане в свою очередь оказали материальную помощь правившему Гератом Камрану. Кроме того, направленный ими в Герат офицер Э. Поттинджер фактически руководил обороной города. В декабре 1837 г. И. В. Виткевич прибыл в Кабул - столицу Дост Мухаммад-хана, где в это время находилась английская миссия А. Бернса.

Задачей Бернса было подготовить завоевание Афганистана Ост-Индской компанией, помешать сближению Дост Мухаммад-хана и баракзайских правителей Кандагара с Ираном, не допустить их совместного выступления против Гератского владения. Но «коммерческая» миссия Бернса была призвана сыграть важную роль не только в области торговли. Она должна была способствовать захвату Афганистана и превращению его в плацдарм для дальнейшей английской экспансии на Востоке16. Интересны письма, которыми обменялись Бернс и Ч. Мэссон, находившийся с 1832 г. в Афганистане в качестве агента-осведомителя Ост-Индской компании. 2 февраля 1837 г. Бернс писал Мэссону, что растущая потребность в рынках для торговцев по всему свету вынудила правительство, как и торговые слои, предпринять великую попытку открыть для торговли Инд и лежащие за ним страны. Мэссон в связи с этим недоумевал, поскольку Инд и лежащие за ним страны никогда не были и прежде закрыты для торговли, представляя «рынки для огромного количества британских мануфактурных изделий. Результатом политики, проводившейся под флагом торговли, писал впоследствии Мэссон, было «вступление войск в земли, лежащие на этой реке и за ней», и использование Инда «не для торговли, а для военных целей». Действительно, миссия Бернса должна была, в частности, провести важную подготовку к военному захвату Афганистана. Полученные Бернсом инструкции от генерал-губернатора обязывали его всесторонне ознакомиться с положением афганского правительства, с бюджетом страны, влиянием различных вождей, ее военной силой и ресурсами, а также взаимоотношениями с соседними государствами.

Для осуществления этих задач в состав миссии были включены «лейтенант бомбейских инженеров» Роберт Лич, лейтенант индийского флота Джон Вуд и врач Персивал Лорд. ресурсов посещаемых местностей. В декабре 1837 г. Бернс приступил к переговорам. Заявляя о превращении Инда в судоходную магистраль, он требовал от Дост Мухаммеда открытия Афганистана для британской торговли. Эмир обещал свое полное содействие в этом вопросе, но вместе с тем ответил, что страна разорена войнами с сикхами; если Англия окажет ему помощь в возврате Пешавара, то он и его правительство будут самыми верными ее друзьями. Бернс обещал поддержку Дост Мухаммеду со стороны британских властей в Индии; он дал также гарантии кандагарскому правителю Кохендиль-хану на случай продвижения иранских войск к Кандагару. Переговоры шли к благополучному завершению. Однако миссия А. Бернса потерпела неудачу, прежде всего, в результате агрессивных намерений руководителей английской колониальной политики по отношению к Афганистану17. Во время переговоров А. Бернс получил от лорда Окленда – генерал-губернатора Индии, предписание категорически отвергнуть притязания Дост Мухаммад-хана на Пешавар и дать ему понять, что англичане открыто, поддержат нападение Ранджит Сингха на Афганистан, если эмир не прекратит дружественных связей с Ираном и Россией. Также Бернсу вменялось потребовать от Дост Мухаммад-хана прекращения сношений с Россией и Ираном, немедленной высылки из Кабула И. В. Виткевича. Причем эмир никогда впредь не должен был принимать русских и иранских представителей без санкции на то английских властей. Поскольку Дост Мухаммад-хан не принял этих унизительных требований, выраженных в форме ультиматум, в апреле 1838 г. Бернс выехал из Кабула. В этой обстановке И. В. Виткевичу удалось оказать содействие в примирении Дост Мухаммад-хана с кандагарским правителем Кохандиль-ханом и склонить их к оборонительному союзу с Ираном против угрозы нападения Англии18. Проект договора должен был вступить в силу при условии гарантии со стороны царского правительства. Также Виткевичу удалось успешно договориться с Дост Мухаммад-ханом о расширении торговли между Россией и Афганистаном19. Кроме того, он обещал эмиру содействие России в борьбе за возвращение Пешавара. Это весьма благоприятно сказалось на результатах переговоров.

Однако в политике царского правительства в это время произошли значительные изменения, препятствовавшие продолжению прежней линии противодействия английской экспансии на Среднем Востоке. Стремясь сблизиться с Англией при разрешении турецко-египетского конфликта и надеясь получить поддержку англичан в вопросе о проливах, царское правительство пошло на уступки в гератском вопросе. И. В. Виткевич покинул Афганистан. Иранскому шаху и кандагарскому правителю было сообщено о несогласии царя, утвердить ирано-афганский договор. Таким образом, дипломатические результаты миссии Виткевича были сведены на нет.

Несмотря на это, англичане продолжали использовать миссию Виткевича как предлог для развязывания войны против Афганистана, утверждая, будто контакт Дост Мухаммад-хана с Ираном и Россией создает угрозу безопасности Британской Индии. В мае 1838 г. британский посол в Санкт-Петербурге вручил русскому министру иностранных дел ноту, содержавшую обвинения в совершении Россией враждебных шагов в Иране и Афганистане20. Это, по мнению, Лондона грозило британским владениям в Индии и осложняло обстановку в Азии. Несколько ранее в Англии была развернута пропагандистская кампания, обвинявшая Россию в агрессивных намерениях против Англии. Учитывая складывавшуюся вокруг Афганистана ситуацию, русский император, заинтересованный в установлении более тесных контактов с Англией, союз с которой был необходим для проведения активной политики по отношению к Османской империи (которая в то время вела вооруженную борьбу против египетского паши Мухаммада Али), отозвал Симонича со своего поста в Иране и дезавуировал русского агента в Афганистане, Виткевича. Последний был обвинен в превышении своих полномочий, которые, как было объявлено, сводились лишь к сбору информации торгово-экономического характера. Таким образом, Российская Империя под британским нажимом отказалась от проведения активной политики в этой части Азии и пошла на уступки, заморозив свои отношения с Афганистаном почти на 20 лет21. Виткевич, прибывший в конце апреля 1839 г. в Санкт-Петербург, хотя и был принят недавно назначенным начальником Азиатского департамента Л. Г. Сенявиным, был отстранен от службы. 8 мая 1839 г. он был найден мертвым в номере гостиницы «Париж» на Большой Морской улице. В записке, обнаруженной в номере говорилось, что он решил кончить жизнь самоубийством и перед смертью сжег свои записки и документы. Тайна его смерти не разгадана до сих пор. В списке вещей, принадлежавших Виткевичу, составленном полицейским приставом после его смерти, пистолет не фигурировал. Оставляя за пределами данного раздела, вопрос о реальности «броска на юг», т. е. похода русской армии в Индию, отметим лишь, что планы такой кампании в штабе Туркестанского военного округа и Генеральном штабе русской армии в Санкт-Петербурге прорабатывались.

Афганистан, восточные районы Ирана, а впоследствии пригиндукушские княжества, расположенные в верховьях Инда, Белуджистан и районы северной Индии посещали (зачастую инкогнито обычно под видом бухарских, хивинских, армянских и иранских купцов) агенты и офицеры штабов Туркестанского и Кавказского военного округов. Русские военные и тогда и позже рассматривали Афганистан как возможного вероятного противника - союзника Англии. Его территорию изучали и весьма тщательно как театр возможных боевых действий против собственно афганской и английской армий. Не отказывалась Россия также и от предоставления политического убежища ряду представителей афганской политической элиты, прежде всего членам правящей династии, вынужденным по разным причинам покинуть свою страну22. Не слишком афишируя их нахождение в России, российская администрация пыталась превратить их в агентов своего влияния, чье возвращение на родину с последующим активным участием в политической жизни Афганистана могло быть использовано для реализации политико-экономических амбиций Российской империи в этой стране.


I.2 Первая англо-афганская война (1838–1842 гг.)

Проводя внешнеполитическую подготовку к войне против Афганистана, руководители английской колониальной политики предприняли попытки привлечь к активному участию в войне Ранджит Сингха, отношения которого с Дост Мухаммад-ханом оставались по-прежнему очень неприязненными. Ранджит Сингх не шел ни на какие уступки Дост Мухаммад-хану в вопросе о возвращении Пешавара. Напротив, в ходе длительных переговоров, используя напряженность внешнеполитической обстановки, он пытался добиться новых приобретений в афганских землях или политических выгод.
В мае 1838 г. для переговоров с Ранджит Сингхом в Лахор был послан Вильям Макнотен, секретарь по иностранным делам при генерал-губернаторе Индии. Ему удалось склонить Ранджит Сингха к заключению с Шуджой союзного договора, гарантированного Ост-Индской компанией. 16 июля 1838 г. Шуджа уль-Мульк, а 23 июля 1838 г. махараджа Пенджаба Ранджит Синг подписали разработанный Макнотеном так называемый «трехсторонний договор», в котором участвовала и Англия. Этот договор был подписан в июле 1838 г. Ост-Индская компания и Ранджит Сингх принимали на себя обязательство восстановить Шуджу на шахском троне Афганистана. За обещанную военно-политическую поддержку Шуджа уступал англичанам не принадлежавший ему Синд и подтверждал отказ в пользу государства сикхов «на вечные времена» от Пешавара, Мультана, Кашмира и других завоеванных Ранджит Сингхом областей, входивших прежде в состав владений садозайских шахов Афганистана23. Шуджа обещал также отказаться от присоединения к своему будущему государству Герата.

Внешняя политика Афганистана и государства сикхов должна была быть поставлена под контроль англичан24. Условиями договора предусматривалось, что Шуджа после восстановления на троне пригласит английских офицеров для организации войска. Не желая обострять отношений с Англией и уступая ее дипломатическому давлению, Ранджит Сингх пошел на подписание договора, в то же время категорически отказавшись пропустить войска Ост-Индской компании через территорию Пенджаба. Ост-Индская компания должна была изменить не только первоначальные планы движения своих войск, но и их состав, включив в экспедиционный корпус в дополнение к частям, укомплектованным индийскими сипаями, также и британские регулярные части. Следующим шагом английской политики при подготовке вторжения в Афганистан был нажим на иранского шаха с целью заставить его прекратить осаду Герата. Английское правительство пошло даже на разрыв дипломатических отношений с Ираном. Под угрозой войны иранский шах был вынужден в конце августа, начале сентября 1838 г. снять осаду и отвести войска от города. Добившись отступления царской дипломатии, заключив договор с Ранджит Сингхом и Шуджей и заставив иранского шаха отвести свои войска от Герата, англичане ускорили подготовку к вторжению в Афганистан. 1 октября 1838 года, пытаясь оправдать, по сути, захватническую войну, генерал-губернатор Индии Д. Окленд опубликовал в Симле манифест. В документе говорилось о «необходимости» свергнуть узурпатора Дост Мухаммад-хана и возвести на афганский трон легитимного Шуджу при поддержке армий Ост-Индской компании. Накануне английской агрессии подвластная Дост Мухаммад-хану территория Юго-Восточного Афганистана простиралась от Кохистана (на севере от Кабула) до Мукура на юго-западе и от Бамиана на северо-западе до Хайберского прохода на юго-востоке. Общая численность населения подвластных Дост Мухаммад-хану земель составляла около 1 300 тыс. человек. В конце 1838 г. войска Ост-Индской компании под командованием генерал-лейтенанта Кина были двинуты на Афганистан. В начале апреля 1839 г. все отряды, предназначенные для вторжения в Афганистан через Кандагар, соединились в Кветте. В состав этого войска, именовавшегося «армией Инда», входило около 20 тыс. строевых солдат и офицеров. Однако общая численность его была значительно большей, так как при войске находилось около 38 тыс. обозной и лагерной прислуги. Фактическим руководителем экспедиции был секретарь англо-индийского правительства Вильям Макнотен, находившийся при Шудже в качестве «посла и министра»25.

В середине апреля началось продвижение на Кандагар. Завоеватели вначале не встретили почти никакого сопротивления со стороны афганцев. Более того, некоторые влиятельные афганские сардары, подкупленные англичанами, при приближении «армии Инда» к Кандагару перешли на сторону Шуджи. Вскоре после вступления британских войск в Кандагар состоялась церемония реставрации Шуджи на престоле. Накануне, 7 мая 1839 г., он подписал договор из восьми пунктов, фактически уничтожающий независимость страны. Шуджа подтверждал территориальные уступки (закрепленные в договоре 1838 года), соглашался на изоляцию Афганистана от внешнего мира, а также на то, что английские оккупационные войска останутся. Однако с самого начала войны стало выясняться отрицательное отношение афганского народа к шаху Шудже, который прибыл в страну с войсками иноземцев. Сопротивление афганцев облекалось в форму религиозной войны за веру, против англичан. 21 июля 1839 г. передовые английские отряды подошли к крепости Газни, считавшейся неприступной и хорошо подготовленной к осаде. Однако в результате предательства англичанам стало известно о численности войск в Газни, о наиболее уязвимом месте обороны города, не забаррикадированных «Кабульских воротах». Взяв город штурмом, английские завоеватели учинили кровавую расправу над жителями Газни. Через неделю, оставив в захваченной крепости гарнизон, они выступили на Кабул.

Через Хайберский проход на Кабул также продвигался 11-тысячный английский отряд; вскоре англичане взяли Джелалабад. Дост Мухаммад-хан с собранным им войском, в котором насчитывалось до 6 тыс. человек, выступил из Кабула навстречу англичанам и Шудже. Но измена части военачальников заставила Дост Мухаммад-хана покинуть войско, отступив с семьей и немногочисленными приближенными в Бамиан, а затем дальше на север, в Хульм. Покинутое им войско рассеялось. 7 августа 1839 г. англичане и Шуджа без боя вошли в столицу.
Избалованные легкими победами в колониальных войнах, британские чиновники и офицеры полагали, что их положение и в этой оккупированной стране прочно. Пренебрегая элементарными мерами предосторожности, английское командование чрезвычайно неудачно разместило войска в окрестностях Кабула в болотистой низине, в крайне невыгодной с военной точки зрения местности26. К тому же вскоре часть оккупационных войск была выведена из Афганистана, причем значительно уменьшилась численность гарнизона, находившегося под Кабулом. Между тем в Афганистане началась партизанская война, возрастало недовольство различных слоев населения. От планов немедленного наступления на Южный Туркестан, где укрывался Дост Мухаммад-хан, англичанам пришлось отказаться, так как местное население готовилось оказать им сопротивление. 1 октября 1838 г. в Симле была опубликована декларация британских властей в Индии о причинах военного вторжения в Афганистан. В декларации говорилось о намерении Дост Мухаммеда напасть на Ранджит Синга нашего союзника, что могло бы отразиться на английской торговле и «потребностях британского правительства в мирной обстановке», о тайных сношениях Афганистана с Ираном, якобы направленных против Англии, о неудачном исходе торговой миссии Бернса. Пока Кабул находится под властью Дост Мухаммеда, «мы не можем надеяться, что будет обеспечено спокойствие по соседству с нами или что интересы нашей Индийской империи не будут нарушены», провозглашал Окленд и заявлял, что он «чувствует необходимость принять немедленные меры к предотвращению быстрого развития иностранных интриг и агрессии против нашей собственной территории»27. Учитывая все это, гласил далее манифест, генерал-губернатор «обратил внимание на положение и претензии шаха Шуджи уль-Мулька, монарха, который, будучи у власти, принимал активное участие в организации совместного сопротивления внешним врагам и который после захвата его империи ее нынешними правителями нашел почетное убежище в британских владениях. В заключение повторялось, что все это делается исключительно в целях обеспечения «безопасности владений британской короны», а также для того, чтобы помочь в восстановлении единства и благосостояния афганского народа». 2 ноября 1840 г. в битве у Парвана англичане были разбиты, понеся большие потери убитыми и ранеными. Они отступили, опасаясь восстания в находившихся у них в тылу районах, а также окружения. Но именно в этот момент при остающихся не вполне ясными обстоятельствах, во всяком случае, совсем неожиданно для англичан, Дост Мухаммад-хан оставил свое войско, приехал в Кабул и сдался в плен. Желая поскорее удалить из страны популярного в ней эмира, англичане отправили его под сильной охраной в Индию.

В первый момент после капитуляции эмира волна восстаний, охвативших Афганистан, спала; казалось, наступила полоса затишья. Однако эта тишина была обманчивой. Вскоре на борьбу поднялся весь народ, выступление которого оказало решающее влияние на исход событий28. Весной и летом 1841 г. в стране все шире стало разгораться пламя народной войны. Служители культа, считавшие установление власти «неверных» (англичан) осквернением мусульманского правоверия, перестали упоминать имя Шуджи в «хутбе», при молитвах, читаемых в праздничный день пятницы. Недовольство вызывало и усиление налогового гнета. Зима 1840/1841 г. во многих местностях Афганистана была голодной29. Невелики были продовольственные ресурсы и в окрестностях столицы. Крупные закупки провианта и фуража для английского лагеря вскоре вызвали резкое повышение цен на продовольствие на базарах Кабула. Английские завоеватели, таким образом, восстановили против себя все слои населения Афганистана30. Но ни возраставшее недовольство народа, ни усиливавшаяся волна восстаний не поколебали уверенности английских руководителей, и в том числе Макнотена, в прочности их положения в оккупированной стране.

Перелом в войне и поражение англичан

Признаки готовившихся в Афганистане больших событий начали с особой силой проявляться с сентября 1841 г. Непосредственно кабульскому восстанию предшествовало крупное вооруженное выступление гильзаев, которые прервали сообщение кабульского гарнизона с Индией. В ночь на 2 ноября 1841 г. началось восстание в Кабуле. Повстанцы окружили дома британского резидента в Кабуле Александра Бернса и других английских офицеров. После безрезультатной попытки успокоить восставших, предлагая им выкуп А. Бернс переоделся в женское платье и бежал, но был опознан и убит.

В кабульском восстании приняли участие городская беднота, ремесленники и торговцы, а также крестьяне окрестных селений. Вскоре к ним присоединились подошедшие к столице отряды афганских племен. Английские войска, находившиеся в Шерпурском лагере (близ Кабула), были деморализованы и активных действий против повстанцев не предпринимали. Столица оказалась полностью в руках восставших31. К тому же 5 ноября 1841 г. английские склады продовольствия были захвачены афганцами. Английский гарнизон оказался в весьма критическом положении. После упорного боя, в котором англичане потеряли несколько сот убитыми и часть своих пушек, повстанцы овладели важными позициями па высотах Бемару.

К этому времени среди вождей освободительной борьбы афганского народа на первое место выдвинулся Мухаммад Акбар-хан, сын эмира. Макнотену пришлось пойти на переговоры с вождями афганцев и 11 декабря 1841 г. подписать соглашение с ними, содержавшее обязательство вывести английские войска из Афганистана, вернуть пленных и возвратить на родину Дост Мухаммад-хана32. Возможно, подписание соглашения было со стороны Макнотена лишь маневром, стремлением потянуть время, чтобы интригами вызвать разлад среди участников восстания, а если представится удобный случай, захватить вождей повстанцев и уничтожить их. Но он не учел вероломства самих афганских лидеров, почувствовавших слабость британцев. С этой целью Макнотен договорился о встрече на 23 декабря 1841 г. с Акбар-ханом, который выдвигался на первое место среди афганских руководителей. Макнотен задумал новый вероломный акт: отправляясь со своими ближайшими помощниками Лоуренсом, Маккензи и Тревором на встречу с Акбар-ханом, он предложил генералу Эльфинстону «иметь наготове два батальона пехоты и 2 пушки для секретной надобности», чтобы захватить руководителей повстанцев. Этот план был разгадан Акбар-ханом, и он в свою очередь во время свидания с Макнотеном пытался взять его в плен, а когда тот оказал сопротивление, «Акбар застрелил его из пистолета, прямо в сердце». Смерть Макнотена вызвала среди англичан панические настроения. После смерти Макнотена на глазах всего Ширпурского лагеря деморализация и паника среди оккупантов достигли предела. 1 января 1842 г. генерал Эльфинстон заключил соглашение с руководителями афганских патриотов: британские войска в районе Кабула полностью капитулировали и немедленный вывод английских войск из Афганистана. Из Кабула вышло около 4,5 тыс. солдат и офицеров с девятью орудиями и 12 тыс. человек лагерной и обозной прислуги. Суровая зима и действия афганских партизан превратили отступление деморализованных английских и синайских частей в катастрофу; вся оккупационная армия была уничтожена33. Они должны были сдать все оружие и казну и очистить страну, двинувшись на Пешавар.

В начале 1842 г. еще продолжались нападения афганских отрядов на английские гарнизоны, оставшиеся в некоторых городах и районах страны. После ухода иноземных войск из Кабула Шуджа вынужден был под давлением народных масс объявить «священную войну» англичанам и выступить на Джелалабад, где он рассчитывал перейти в английский лагерь. Однако в пути на него напал один из баракзайских сардаров с небольшой группой приверженцев. Шуджа был застрелен как изменник. В начале апреля 1842 г. на выручку осажденного Джелалабадского гарнизона двинулись из Пешавара части генерала Поллока. Почти не встретив сопротивления (вожди афганских племен в Хайберском района были подкуплены англичанами), войска Поллока 17 апреля подошли к Джелалабаду. Мухаммад Акбар-хан вступил в переговоры с Поллоком об условиях вывода английских войск из Афганистана и о возвращении Дост Мухаммад-хана из плена, но, получив известие о смерти Шуджи и вступлении на трон его сына Фатх Джанга, срочно выехал в Кабул. Здесь он занял пост вазира (визиря) при Фатх Джанге. Однако последнему удалось бежать в Джелалабад к англичанам. Между тем новый генерал-губернатор Индии Элленборо послал в войска дополнительные инструкции, фактически предписав начать карательную экспедицию. В августе 1842 г. англичане двинулись на Кабул и вскоре заняли его, водворив в Бала-Хисаре Фатх Джанга. Заняв столицу Афганистана, английские колонизаторы сожгли и разграбили город и его окрестности, убили тысячи мирных жителей. В ряде районов страны действовали английские карательные отряды. Однако удержать под своей властью Афганистан англичане не смогли. Не прекращавшаяся народная война вынудила их покинуть территорию этой страны. По сколько Фатх Джанг, понимавший, что без поддержки иноземцев он не удержится у власти, отрекся от престола, вместо него перед уходом из Кабула англичане возвели на трон другого сына Шуджи - Шахпура34. Однако в скором времени, узнав о готовящемся выступлении Мухаммад Акбар-хана, новый шах бежал из столицы. В начале 1843 г. и Дост Мухаммад-хану было разрешено вернуться на родину. Тем самым англичане признали полный провал своей политики в отношении Афганистана.

В ходе первой англо-афганской войны главной целью Великобритании являлось постепенное превращение Афганистана в колонию, рядовую провинцию под управлением Ост-Индской компании и генерал-губернатора. События развивались по типовому сценарию, неоднократно успешно опробованному в Индии, но без учета особой афганской специфики, что привело к военному поражению экспедиционного корпуса. Именно на территории Афганистана англичане впервые (в ходе продвижения в Южной Азии) столкнулись с активным противодействием со стороны России и царской дипломатии, которое в целом оказалось весьма эффективным (с учетом имеющихся ресурсов). Моральная поддержка со стороны России стала важным фактором, побудившим афганских лидеров отвергнуть британские требования. Позиции Англии в регионе были достаточно сильными, тем не менее, это преимущество реализовать не удалось. Что привело, в конечном итоге, к восстановлению независимого афганского государства и временному ослаблению британской экспансии35. Противоречия между Россией и Великобританией были весьма сильными. Учитывая, что для России афганский вопрос был второстепенным, уступка России представляется несколько болезненной, но логичной. Тем не менее, Россия так и не смогла достичь своих целей, получить одобрение своей позиции в отношении проливов. Более того, катастрофическое поражение Британии в этой войне, и косвенное возложение (путем манипуляции общественным мнением) вины за провал на провокации со стороны российской дипломатии, привели к реваншистским настроениям, что могло стать одним из факторов вступления Великобритании в Крымскую войну против России. Так что в целом уступка оказалась бесполезной. Однако если бы иранский шах продолжил бы операцию в районе Герата, англичане могли бы по другому построить тактику войны, в частности, не выводить «лишние» части после захвата Кабула, что могло бы привести к иному развитию событий. Уроки первой англо-британской войны были недостаточно учтены в ходе будущих военных операций в этом регионе, что вновь привело к трагическим последствиям.































ГЛАВА II

ПОЛИТИКА ВЕЛИКОБРИТАНИИ В АФГАНИСТАНЕ

ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

II.1 Политика «закрытой границы» Афганистана

Сокрушительное поражение, какое нанесли британским войскам народы Афганистана, вынудило правящие круги Англии серьезно пересмотреть методы и формы своей политики в отношении Афганистана. От прямого военного штурма, каким явилась развязанная английскими экспансионистами война 1838–1842 гг., они перешли к «политике дружественного сближения»36. В ряде районов владения Англии находились в непосредственной близости от областей расселения афганских племен, и британская колониальная администрация получила значительно больше возможностей вести интриги и подрывную деятельность против Афганистана.

Обстановка в Афганистане в эти годы была очень сложной. Четырехлетние ожесточенные военные действия, охватившие важнейшие города и селения страны, а также карательная экспедиция английских войск нанесли серьезный урон экономике Афганистана.37 Многие населенные пункты были полностью или частично уничтожены, поля, вытоптаны. Редкая афганская семья не оплакивала кого-либо из своих членов, павших в борьбе против варварского нашествия. Положение ухудшалось в связи с тем, что Афганистан не был объединен, а продолжал представлять собой несколько разрозненных феодальных уделов38. Вернувшийся к власти Дост Мухаммед старался объединить все афганские земли в едином государстве. Проводившаяся британскими правящими кругами «политика спокойствия» должна была подготовить условия для поглощения Афганистана в подходящее для этого время или превращения его «мирным» путем в зависимое государство. В случае неудачи такой политики ей на смену могла прийти (и пришла на деле) новая военная агрессия. Именно по вопросу о методах утверждения английского владычества в Афганистане сложились в основном две школы наступательной политики и выжидательной, или мастерского бездействия39.

50–60-е годы XIX в. период, следовавший за афганской катастрофой, которая постигла английскую армию в 1841–1842 гг., это период господства сторонников осторожной, выжидательной (но тем не менее достаточно активной) тактики. Ее идеологом считался британский верховный комиссар в Пенджабе Джон Лоуренс. После захвата Пенджаба английское правительство особенно настойчиво заигрывало с Афганистаном40. Оно стремилось установить с ним более тесные связи и использовать его в интересах своей агрессивной политики на Востоке. Дост Мухаммед откликнулся на сделанное ему предложение о переговорах с могущественным соседом, рассчитывая получить поддержку в своих централизаторских действиях. Переговоры, которые вел в Пешаваре сын эмира Гулям Хайдар-хан с представителем Ост-Индской компании, завершились заключением в марте 1855 г. англо-афганского договора. Этот договор включал пункт о мире и дружбе между обеими странами и о взаимном уважении владений. В соответствии с соглашением афганский эмир обязывался от своего имени и от имени своих наследников, быть другом друзей и врагом врагов достопочтенной Ост-Индской компании». Иными словами, афганский эмир признавал захват англичанами Пешаварского округа и принимал на себя обязательство не претендовать на него.

Договор вовлекал Афганистан в орбиту британской политики и, по справедливому замечанию С. К. Риштия, ликвидировал политическую независимость страны. Дост Мухаммед пошел на уступки англичанам, потому что ему удалось заручиться важными обещаниями со стороны Англии. Ему была обещана материальная поддержка и невмешательство во внутреннюю жизнь Афганистана отправляясь в поход во главе пятитысячного отряда с 14 пушками против племени тури в Кохатской долине.

В 1856 г. назрел новый конфликт между Англией и Ираном. Воспользовавшись обострением положения на Среднем Востоке, британские власти в Индии под предлогом выработки единой политической линии с «другом и союзником» отправили к Дост Мухаммеду дипломатическую миссию во главе с майором Г. Лэмсденом41. Эта миссия прибыла в Кандагар, и в начале 1857 г. между Англией и Афганистаном был заключен договор, который подтверждал и развивал договор 1855 г. Англия брала на себя обязательство выплачивать эмиру в течение всего периода ее войны с Ираном 12 лаков рупий в год на военные нужды при условии, что британским офицерам будет разрешено находиться в Афганистане для наблюдения за использованием этих денег и для сбора всевозможных военно-политических сведений.42 По словам английского автора Фишера, эта субсидия, носившая явный характер подкупа, должна была выплачиваться эмиру «в течение такого времени, какое его служба может быть для нас полезна». Дост Мухаммеду было подарено также несколько сот комплектов военного снаряжения для солдат. Заключение договора с правителем Афганистана имело большое значение для британских колонизаторов, поскольку дало им возможность уделить все внимание борьбе с грандиозным восстанием народных масс, начавшимся в Индии в мае 1857 г. Борьба с повстанцами длилась до 1859 г.

По отношению к собственно Афганистану английское правительство занимало выжидательную позицию. Оно внимательно наблюдало за тем, как Дост Мухаммед расширял пределы своих владений, рассчитывая в дальнейшем воспользоваться этими приобретениями. После овладения Кандагаром и большинством узбекских и таджикских ханств левобережья Аму-Дарьи Дост Мухаммед стал готовиться к походу на Герат. Этим городом на правах самостоятельного владетеля управлял племянник и зять эмира сардар Султан Ахмад-хан. Весной 1861 г. Дост Мухаммед во главе своего войска выступил против Герата43. Борьба за город длилась свыше года: в июне 1862 г. эмир овладел им. Дост Мухаммед завершил, таким образом, ликвидацию феодальной раздробленности и объединение Афганистана. Через несколько дней после взятия Герата Дост Мухаммед умер, а объединенное государство недолго пережило эмира. В результате этого в начале 70-х годов в Афганистане росло недовольство как среди народных масс, измученных непосильными налогами, так и среди феодалов, опасавшихся ослабления своих позиций в стране.

Международное положение Афганистана в 70-х годах XIX в. определялось соперничеством Англии и царской России на Среднем Востоке44. К границам Афганистана с юга вплотную приблизилась колониальная империя Англии, захватившей часть населенных афганцами земель правобережья Инда. С севера подходила граница владений царской России в Средней Азии. В 1862-м вице-король Индии лорд Каннинг объявил по отношению к афганским горцам «политику мясника и палача», суть которой состояла в организации кровавых карательных экспедиций.






II.2 «Наступательная политика» Великобритании

В конце 60-х - начале 70-х годов английская доктрина «закрытой границы» на северо-западе Индии сменилась «наступательной политикой». Это означало повторное провозглашение экспансионизма в этом регионе официальным курсом политики Англии. Что неудивительно, ибо страна активно и последовательно развивала свою империю, а ее экономика вступила в стадию бурного роста, напрямую связанного с укреплением колониального могущества. С приходом к власти кабинета Дизразли (1874 г.) приготовления Великобритании к предстоявшей войне с Афганистаном усилились. Готовя аннексию, правящие круги Англии активно работали с общественным мнением как внутри страны, так и в Европе45.

В пропагандистской компании стала активно массироваться тема «угрозы» вторжения русских войск в Индию. Тогдашний министр иностранных дел России Горчаков предложил считать Афганистан «нейтральной зоной» между владениями царской России в Средней Азии и Британской Индией. При этом предусматривалось, что независимость Афганистана будет гарантирована Россией и Англией. Однако правительство Великобритании, готовившее нападение на Афганистан, дать такую гарантию отказалось. В 1873 г, царское правительство отказалось от своего прежнего предложения о нейтрализации Афганистана и официально заверило англичан, что оно «рассматривает Афганистан вне сферы русского влияния»46.

По заключенному между Россией и Англией соглашению северной границей Афганистана была признана река Амударья. Тем не менее, дипломатическая игра в этом регионе продолжалась. Афганские властители активно подавали знаки, что рассчитывают на укрепление дружбы с Россией и недовольны британским давлением47. Для быстрейшего достижения поставленной цели английские правящие круги прибегли к энергичному нажиму на эмира. Еще в июле 1868 г. Г. Раулинсон отправил правительству Англии «Меморандум по среднеазиатскому вопросу», с которым были ознакомлены британские власти в Индии. В своем меморандуме этот активный и влиятельный глава школы «наступательной политики» указывал на расширение владений России в Средней Азии и призывал к решительной экспансии на Востоке. Он предлагал, в частности, добиться господствующего положения в Кабуле, улучшить и расширить военные коммуникации Англии на границах Афганистана и проложить железную дорогу из Лахора в Пешавар, а также создать укрепленный пункт и военный плацдарм в Кветте, у Боланского прохода. Эти же взгляды Раулинсон развивал на заседании Королевского Географического общества в Лондоне, где призывал к максимальному развитию торговли в лежащих за Индией странах и к размещению британских консулов и различных агентов в городах Афганистана (в первую очередь в Балхе и Герате). Предложения Раулинсона легли в основу разрабатывавшейся британскими правящими кругами политики на Востоке. Через несколько месяцев после встречи в Амбале, 28 августа 1869 г., в городе Симле, где находился штаб английских войск в Индии и летняя резиденция вице-короля, состоялось заседание совета при вице-короле «без участия членов совета туземного происхождения». Здесь обсуждался представленный генералом Лэмсденом план активизации британской экспансии в Афганистане. Один из выступавших считал необходимым назначить в Кабул облеченного большими правами и полномочиями представителя, ввести в афганскую столицу английские войска «для обеспечения выполнения договоров с Англией»48.

Подготавливая прямое вторжение в Афганистан, британские завоеватели стремились отрезать его от возможной помощи с севера, из-за Аму-Дарьи, где в это время укреплялось влияние России49. Уже в 1869 г. Англия поставила перед царским правительством вопрос об установлении «нейтральной зоны» между британскими владениями в Индии и контролируемыми Россией областями Средней Азии. Представители Министерства иностранных дел России предложили считать такой нейтральной зоной территорию Афганского государства в составе Кабульской, Кандагарской и Гератской областей50. Подобное решение проблемы было отвергнуто англичанами. Они желали создать многонациональное государство, ослабляемое внутренними раздорами, и расширить его пределы как можно дальше на север, чтобы затем утвердить здесь свое господство. В октябре 1869 г. для переговоров по этим вопросам в Петербург прибыл представитель английского правительства Дуглас Форсайт. Было обусловлено, что в состав Афганистана войдут земли, на которые распространяется «действительная власть» эмира Шер Али, а Англия будет выступать гарантом его миролюбивой политики. Тем самым британским дипломатам удалось добиться согласия царизма на признание Афганистана английской «сферой влияния». Местным властям вице-королю Индии и туркестанскому генерал-губернатору было поручено выяснить, какие территории находятся в «действительном владении» Шер Али-хана. Не дожидаясь, пока Россия представит свои соображения, министр иностранных дел Англии прислал в Петербург депешу, в которой настаивал на включении в Афганистан следующих земель:

1. Бадахшана с зависящим от него Ваханом, начиная от озера Зоркуль на востоке до слияния Кокчи с Аму-Дарье й (Пянджем), образующей северную границу этой афганской провинции на всем ее протяжении;

2. Афганского Туркестана, округа Кундуз, Хульм и Балх, северной границей которого служило бы течение Аму-Дарьи от впадения в нее Кокчи до поста Ходжа-Сале включительно;

3. Внутренних округов: Ахчи, Сарыпуль, Меймене, Шибирган и Андхой 51.

Обеспечив себе нейтралитет царской России, правящие круги Англии предприняли дипломатическое наступление на Афганистан. В сентябре 1873 г. на конференции в Симле с участием делегатов Афганистана вице-король Индии потребовал допуска английских резидентов в различные афганские города для создания британских опорных пунктов на северных границах страны и установления контроля над ее внутренней жизнью52. После получения такой инструкции Литтону стало ясно, как нужно действовать. В личном письме от 27 августа 1876 г. одному из колониальных деятелей он писал, что, если Шер Али «не докажет, что он наш лояльный друг, мы вынуждены будем считать его нашим врагом и обращаться с ним соответствующим образом.

Следуя полученным указаниям, Литтон в мае 1876 г. предложил Шер Али-хану принять британское посольство, передать англичанам контроль над Гиндукушскими проходами и допустить в страну их агентов. Одновременно с захватом Читрала британские империалисты утвердились в Кветте. До 70-х годов XIX в. индо-афганская граница проходила в основном по горным хребтам и пустынным местностям. Дороги из Индии в Афганистан шли горными тропами через три главных прохода: Хайберский и Пейвар-Котальский, ведущие к Кабулу, и Боланский, ведущий к Кандагару и в Южный Афганистан. Эти пути представляли неодинаковую ценность с точки зрения военно-стратегических планов англичан. Район Хайберских гор был заселен воинственными и многочисленными (до 200 тыс. человек) афганскими племенами: афридиями, хугиани, шинвари и др. Эти племена неоднократно давали вооруженный отпор британским захватчикам, поэтому использование Хайберского и Пейвар-Котальского проходов для военных целей было нелегким делом53. 15 ноября 1876 г. Литтон писал в Лондон, что цель достигнута: «...хан Келата согласился подписать со мной договор, который сделает нас фактическими хозяевами Келата; без аннексии страны мы восстановим власть хана на условиях, гарантирующих его полную преданность»54.

Этот договор навсегда обеспечивает британскому правительству право и власть размещать британские войска в любое время в любой части ханства... Я уже направил небольшой британский отряд в Кветту, пункт большой стратегической важности в случае войны». В действительности договор был подписан через 20 дней, 8 декабря 1876 г. По условиям этого кабального договора Келатское ханство теряло последние остатки независимости, а Кветта становилась важнейшим опорным пунктом Великобритании в её наступательной политике против Афганистана и Восточного Ирана. Захват Кветты означал, что англичане, уже начавшие фактически новое наступление на Афганистан занятием Кветто-Пишинского нагорья, укрепили свой левый фланг, подготавливая открытую войну непосредственно против Афганского государства.

Таким образом, англичане упрочили свое положение на правом фланге (Читрал) и на левом (Кветта), что должно было облегчить нанесение лобового удара по Афганистану и расширить возможности ведения войны чужими руками: при помощи подкупа противников Шер Али. Утверждение английского господства в Читрале и Кветте должно было оказать также моральное воздействие на афганское правительство, заставить его быть уступчивее по отношению к требованиям Англии55. Однако эти действия, особенно оккупация Кветты, возымели обратный эффект и вызвали бурный протест в Афганистане.

В конце января 1877 г. в Пешаваре начались переговоры представителя Шер Али афганского сановника Hyp Мухаммед-хана с уполномоченным вице-короля Индии Льюисом Пелли, которого его соотечественник характеризовал как «настоящий тип всего того, что делает британских резидентов наиболее страшными для азиатских владетелей, желающих удержать за собой хоть тень независимости». Льюис Пелли прибыл на конференцию в Пешавар с проектом кабального договора, разработанного советниками Литтона, и заявил, что единственной базой, на которой могут вестись какие-либо переговоры, является принятие афганским правительством требования о размещении британских офицеров в Афганистане и на его границах56.

Отклоняя это требование, Hyp Мухаммед напомнил, что Афганскому государству было твердо обещано невмешательство в его внутреннюю жизнь, и просил о соблюдении ранее заключенных соглашений. Он передал слова эмира, что тот скорее погибнет, чем уступит несправедливым настояниям. Таким образом, планы расчленения Афганистана вынашивались англичанaми задолго до открытого нападения на эту страну. Они не прекращали своих попыток подорвать изнутри и ослабить стойкость афганского народа и его волю к борьбе против порабощения. В связи с этим они привлекли к себе на помощь правящую верхушку Османской империи. Турецкий султан отправил к Шер Али несколько писем, приглашая его «соединиться с англичанами для общих военных действий против русских». Султан рекомендовал эмиру укреплять отношения с Англией и разрешить ей «строить крепости» в Афганистане57. В Кабул прибыло турецкое посольство, пытавшееся добиться от Шер Али согласия на совместное выступление против России. Все расходы по разъездам турецких послов оплачивали английские власти. Этот всесторонний нажим оказал определенное воздействие на Шер Али. Он готов был пойти на некоторые уступки, но против этого начали протестовать широкие народные массы. Как стало известно туркестанскому генерал-губернатору, «под давлением народного движения... Шер Али должен был покориться воле населения, не желавшего допустить английского вмешательства в дела Афганистана». Эмир отклонил все притязания Англии.

Дальнейший ход событий был предопределен. Не добившись результатов «мирным», дипломатическим путем, британское правительство решило вести политику иными средствами. К середине 1877 г. были завершены все приготовления к войне с Афганистаном, и англичаны выжидали удобного предлога для начала военных действий. Таким предлогом послужило посещение Кабула летом 1878 г. русской дипломатической миссией во главе с генералом Н. Столетовым58. Миссия должна была подчеркнуть дружественное расположение России к Афганистану. В обстановке неуклонно возраставшей открытой враждебности Англии к Афганскому государству посланцы северного соседа были встречены исключительно торжественно и тепло. В Кабуле начались переговоры о заключении русско-афганского договора. Этого, однако, не произошло в связи с тем, что на Берлинском конгрессе (13 июня -13 июля 1878 гг.) было достигнуто встревожившее якобы Англию. Парламенту была представлена Переписка59 об отношениях между британским правительством и правительством Афганистана со времени вступления на престол эмира Шер Али-хана. Эта «Синяя книга», как и аналогичное издание, выпущенное за 40 лет до того, в 1839 г., основывалась на подтасованных документах, искажавших истинный ход событий. Утверждения экспансионистов о причинах войны Англии против Афганистана полностью опровергались заявлениями некоторых представителей авторитетных кругов Британской империи. Так, лорд Лоуренс 28 октября 1878 г. поместил в газете «Дейли ньюс» статью, в которой обосновывал проводившуюся им на посту вице-короля Индии политику по отношению к Афганистану.

В полемическом пылу Лоуренс дал относительно правильное освещение вопроса. Он писал, что «недовольство эмира возникло по ряду обстоятельств.., таких, как оккупация Кветты, как давление на него по поводу принятия посольства в Кабуле.., вооружение кашмирских войск... и директивы, данные их вождям, об охране проходов, ведущих к Читралу, эмбарго, наложенное на экспорт оружия и др. из Индии в Кабул.., ущемление интересов Афганистана в разрешении сеистанского вопроса» и т. д.

Бывший вице-король Индии сознательно умолчал о многих других факторах, но даже отмеченные им причины ухудшения англо-афганских отношений очень показательны; среди них нет и упоминания об «интригах России». Англию интересовала не столько ликвидация призрачного «русского влияния» в Афганистане, сколько закабаление этой страны и превращение ее в военно-политический плацдарм на Востоке60. Орган британской военщины газета «Пайонир» в статье, опубликованной 4 сентября 1878 г., откровенно писала, что во время борьбы России за освобождение Болгарии лорд Литтон предпринял настойчивую попытку принудить афганское правительство заключить с Англией наступательный союз. При этом в Афганистане предполагалось разместить 30-тысячное английское войско, предназначенное для военных операций против России в Средней Азии.

Агрессивные планы британского правительства характеризует письмо премьер-министра Биконсфильда королеве Виктории, написанное еще 22 июня 1877 г.: «Лорд Биконсфильд считает, что если Россия должна быть атакована из Азии, то войска должны быть отправлены в Персидский залив, и императрица Индии должна приказать своим армиям очистить Среднюю Азию от московитов и загнать их в Каспий. Мы имеем хороший инструмент для осуществления этого в лице лорда Литтона, который и послан туда с этой целью». Почти в тот же день «инструмент» английских экспансионистов лорд Литтон предложил статс-секретарю по делам Индии три способа решения «афганской проблемы»:

1. Обеспечить посредством страха или надежды такой союз с нынешним эмиром, который эффективно и навсегда устранит русское влияние из Афганистана.

2. Если это не удастся, следует быстро и публично лишить нынешнего эмира всякой поддержки, разгромить Афганское государство... и на место его теперешнего правителя посадить властителя, более дружественно настроенного к нашим интересам и более зависящего от нашей поддержки.

3. Захватить и удержать такую часть афганской территории, какая в случае провала обеих изложенных выше мер предосторожности будет совершенно необходима для постоянного сохранения нашей северо-западной границы». В том же документе Литтон писал, что считает «хорошей границей» для британских владений хребет Гиндукуш61. От слов британское правительство перешло к делу и в конце лета 1878 г. стало особенно настойчиво добиваться приема Афганистаном военно-политической миссии, которая должна была потребовать от эмира разрешения спорных вопросов в желательном для Англии духе. 17 августа 1878 г. Шер Али получил письмо Литтона о подготовке к отправке такого посольства. Как видно, ни одна из предложенных им мер предосторожности не сулила ничего хорошего Афганскому государству, в этот день умер наследник престола Абдулла Джан сын эмира, и Шер Али просил отсрочить выезд миссии. Эта просьба не была принята во внимание.

Во главе посольства был поставлен генерал Невиль Чемберлен, активный участник первой войны против Афганистана и руководитель многих карательных экспедиций в земли афганских племен 7 сентября 1878 г. Чемберлен получил инструкции, связанные с отправкой посольства в Афганистан. Попирая элементарные принципы международного права, британские завоеватели совершенно не интересовались, желает ли афганское правительство принять миссию и разрешить въезд в независимую страну непрошенным и нежданным послам62. Чемберлену предлагалось выехать еще до получения формального ответа эмира на письмо вице-короля об отправке миссии и направиться в Кабул, игнорируя какие бы то ни было требования афганских властей. Предписание, врученное послу секретарем английского правительства А. Ляйолем, гласило: «...Если местными офицерами или начальством дороги будут сделаны попытки замедлить или приостановить ваш проезд, вы будете совершенно оправданы при невнимании к требованиям афганских властей, даже если они будут ссылаться на отсутствие приказаний или на отказправительства Кабула принять миссию». Чемберлену предоставлялось право продолжать путь, невзирая на запрет афганских властей. Только вооруженное сопротивление продвижению миссии должно было считаться серьезным фактором, могущим помешать ее дальнейшей поездке. Перед Чемберленом были поставлены две задачи: добиться обязательства эмира о разрыве отношений с Россией и высылке членов русского посольства, а также получить разрешение на пребывание в Кабуле, Балхе и Герате английских офицеров с правом выезда в любой пункт афганской границы, «где их пребывание может быть полезным».

Со своей стороны Англия готова была предоставить эмиру субсидию в 12 лаков рупий и признать назначенного им наследника престола. Британские правящие круги стремились навязать Афганистану и «военную помощь», что должно было сопровождаться усилением контроля над его внешней политикой63. В случае, если бы эмир настаивал на увеличении субсидии, Чемберлену поручалось выдвинуть дополнительное требование о полном открытии для англичан доступа в Афганистан. Послу надлежало отклонять всякие претензии афганского правительства по поводу захвата Кветты под тем предлогом, что «время для обсуждения этих дел уже прошло». Таковы были формальные установки, на которых базировалось посольство Чемберлена. Они в свою очередь опирались на политическую программу британского правительства. 8 апреля 1878 г. Литтон излагал наметки своих планов в письме статс-секретарю по делам Индии Крэнбруку. Он писал, что оружие, которым Англия более сильна, это меч. «Пока продолжается мир, мы не можем пользоваться мечом, а наша дипломатия несостоятельна. Поэтому объявление войны явилось бы случаем, который может никогда не повториться, если мы его упустим... Я убежден, что политика создания в Афганистане сильного и независимого государства, над которым мы не можем осуществлять никакого контроля, является ошибкой64. Если вследствие войны Меймене, Балх, Кандагар и Герат, под властью какого-нибудь избранного нами правителя, который зависел бы от нашей поддержки. При наличии созданного таким образом западно-афганского ханства и нашей небольшой базы подле границы в Курамской долине судьбы самого Кабула были бы для нас вопросом, не имеющим значения».

Эти экспансионистские взгляды Литтон развивал в специальном меморандуме от 4 сентября 1878 г., предлагая занять новую границу, которая должна была идти от Памира по Гиндукушу и Паропамизу на Герат, а затем вдоль западной границы Афганистана и Белуджистана к Аравийскому морю. Иными словами, Литтон предлагал захватить весь Афганистан. Наиболее действенным путем для осуществления этого вице-король считал сговор с правящими кругами Афганистана, предоставление эмиру личных выгод денежных средств, территориальных и других льгот. В случае отказа Шер Али принять английские требования вице-король предлагал лишить его престола и заменить английским ставленником.

Наиболее подходящим лицом в этом отношении Литтон считал находившегося под арестом в Кабуле Якуб-хана. В случае неудачи миссии Чемберлена вице-король намеревался аннексировать Курамскую долину, сосредоточить в Кветте крупную армию для угрозы Кандагару и установить связи с пограничными племенами, чтобы поссорить их с кабульским правительством. Занятие долины Курама должно было дать возможность угрожать Кабулу, Газни и Джелалабаду и содействовать появлению на эмирском престоле английского ставленника. Это могло избавить от необходимости прямых военных действий: хотя Литтон неустанно призывал готовиться к войне, англичанам был памятен печальный опыт 1838–1842 гг. При отклонении эмиром требований Англии и после захвата Курамской долины меморандум предусматривал подготовку восстания в Кабуле для свержения Шер Али. Британские власти считали, что занявший престол эмира в данной обстановке не сможет удержаться на нем без их поддержки.

Одной из важных целей войны с точки зрения Литтона должно было явиться создание в Герате британского резидентства, поддерживаемого крупным военным отрядом. Меморандум Литтона, как видно из изложенного, представлял собой детально разработанную программу захвата Афганистана и превращения его в вассальное княжество. Сопоставление инструкции, данной Чемберлену, и меморандума Литтона убедительно доказывает провокационный характер планировавшегося посольства. Этому посольству было поручено идти напролом, не считаясь ни с чем, выдвинуть перед независимым правительством позорные требования ликвидации суверенитета Афганистана65. Правящие круги Англии почти не сомневались в том, что посольство Чемберлена обречено на неуспех, и были готовы использовать это обстоятельство в качестве предлога для начала военных действий.



II.3 Вторая англо-афганская война (1878–1881) и ее последствия

Вторая англо-афганская война началась в конце 1878 вторжением англичан на территорию Афганистана одновременно по трем направлениям: через Хайберский и Боланский проходы и Куррам. Планом британского командования предусматривалось быстрое продвижение на Кабул с расчетом окончить войну взятием столицы. К середине января 1879 г. войска генерала Броуна, двигавшиеся через Хайберский проход, овладели Джелалабадом. На юге английские войска вступили в г. Кандагар, заняв также ряд местностей в Кандагарской области66. Заняв Кандагар и Джелалабад, завоеватели выступили на Кабул. Они действовали и штыком и золотом, подкупая сановников и военачальников.

Среди афганской знати возник заговор, участники которого решили добиваться прихода к власти одного из сыновей Шер Али-хана Якуба, претендента, угодного англичанам. Оставив в руках Якуба столицу, Шер Али-хан 13 декабря 1878 г. с членами русской миссии, остававшимися еще в Афганистане, выехал в Мазари-Шариф. Эмир не терял надежду апелляцией к международному общественному мнению добиться прекращения неспровоцированной агрессии Англии и намеревался отправиться в Петербург для созыва международного конгресса по афганскому вопросу. Но вскоре после прибытия в Мазари-Шариф Шер Али-хан тяжело заболел и 20 февраля 1879 года скончался. Русская миссия выехала из Афганистана. Уже в начале 1879 года выяснилось, что намеченный британским командованием план быстрого окончания войны оказался невыполненным; положение вторгшихся в Афганистан войск было весьма непростым. Однако эмир Якуб, пытавшийся закрепиться с помощью англичан на троне, распорядился прекратить сопротивление. 22 мая 1879 г. его с большой пышностью принимали в лагере генерала Броуна. Эмир оказался сговорчивым и 26 мая 1879 г. заключил с английским уполномоченным Луи Каваньяри очень тяжелый для Афганистана Гандамакский мирный договор. Гандамакский договор означал грубое нарушение английских обязательств о сохранении независимости и целостности Афганистана67. Английское правительство не без оснований рассчитывало на то, что Россия ослаблена войной с Турцией, запугана тяжелым дипломатическим поражением на Берлинском конгрессе и поэтому не рискнет оказать Англии в Афганистане противодействие вооруженной силой.

Русское правительство вынуждено было теперь думать об ограждении себя от английского проникновения хотя бы в Туркмению, на которую, впрочем, и без того были направлены его собственные захватнические замыслы68. Оно приступило к подготовке экспедиции в Ахал-Текинский оазис В силу условий этого договора Афганистан фактически терял независимость. В Кабуле для контроля над деятельностью эмира и над расходованием назначенной ему ежегодной английской субсидии должен был постоянно находиться английский резидент со своей вооруженной охраной. Якуб признал за Англией «права на управление» районами Сиби, Пишин, Куррам, а также на контроль над Хайберским и Мичнийским горными проходами. Глава консервативного правительства Великобритании Дизраэли заявил, что Гандамакский договор «обеспечил научную и отвечающую требованиям границу для ... Индийской империи». Английским резидентом в Афганистане был назначен Луи Каваньяри, прибывший 24 июля в Кабул. Он повел себя как в завоеванной стране, бесцеремонно вмешиваясь в дела управления.

Среди народов Афганистана, в армии с каждым днем усиливалось возмущение иностранцами и шедшим у них на поводу эмиром. В сентябре 1879 г. в Кабуле вспыхнуло восстание, поднятое афганскими солдатами. К ним присоединились горожане. Повстанцы атаковали здание английского резидентства и перебили всех находившихся в нем людей. Происшедшие в столице события всколыхнули всю страну. Наряду с афганцами против завоевателей выступили таджики и другие народы. Во многих местностях создавались добровольческие отряды.
Завоеватели, которые после Гандамакского договора отвели почти все свои военные силы в Индию, удерживались только в Кандагаре. Усиленные подкреплениями из метрополии и Южной Африки, они предприняли новый поход на Кабул. Возглавил поход генерал Роберте. Эмир Якуб, сдавшийся англичанам в плен, приказал гарнизону Кабула сложить оружие. Но солдаты отказались выполнить этот приказ. После упорных боев англичане в октябре 1879 г. овладели столицей и начали жестокую расправу над ее защитниками и городским населением. Многие жители Кабула были арестованы и казнены. Месть завоевателей обрушилась не только на жителей столицы, но и на сам город.

Сильно пострадала цитадель Бала-Хисар с примыкавшими к ней жилыми кварталами. Тяжелый удар был нанесен культурным начинаниям Шер Али-хана. Погибло, в частности, оборудование созданной при нем литографии, после чего развитие афганской прессы надолго затормозилось (она, смогла возродиться только в начале XX в.). Эмир Якуб был обвинен англичанами в непринятии действенных мер помощи Каваньяри.

В октябре 1879 г. генерал Роберте специальной прокламацией оповестил жителей Афганистана об отречении Якуба от престола. Низложив эмира, английские власти отправили его под конвоем в Индию. Однако население Афганистана по-прежнему давало отпор попыткам оккупантов взять в свои руки управление страной69. Правда, при помощи денег английским властям удалось привлечь на свою сторону некоторых феодалов. Но назначенных британцами должностных лиц для управления отдельными округами из числа местных князей народ встречал с непримиримой враждебностью. Некоторые из таких администраторов вскоре были убиты, другие поспешили убежать под защиту английских штыков. Активное участие в освободительной борьбе приняли ополчения афганских племен и таджики Кохистана. Они нашли себе умелого руководителя в лице афганского генерала Мухаммад Джан-хана Вардака. Осенью 1879 г. он прибыл в район Газни, склонив предварительно к участию в предстоявших военных действиях ополчения племени вардак. В это время к «священной войне» против англичан призывал и мулла Дин Мухаммад, который вместе с Мухаммад Джан-ханом и муллой Абдул Гафуром Лангари собирал ополчения племен, стекавшихся в Газнийскую область.

В конце ноября повстанческие отряды из Газни и других районов повели наступление на Кабул. Генералу Робертсу не удалось воспрепятствовать соединению этих отрядов. Решающие бои между отрядами повстанцев и войсками Робертса развернулись за высоту Кох-и Асмаи и завершились победой афганцев на подступах к Кабулу. Генерал Роберте с войсками вынужден был укрыться в шерпурском укрепленном лагере. 15 декабря 1879 г. отряды повстанцев вошли в Кабул. Волна народного гнева была направлена и против сардаров приспешников англичан70. Кабульские дома этих сардаров были сожжены и разграблены. Освобождение столицы было результатом не только доблести воинов, собравшихся из различных частей страны под знамена Мухаммад Джан-хана Вардака, Гулам Хайдар-хана Чархи и других вождей народных ополчений, но и активного участия местного населения горожан Кабула и жителей окрестных районов.
Дальнейшие действия афганцев против войск Робертса были неудачными. Неблагоприятное соотношение сил в связи с подходом вражеских подкреплений побудило через некоторое время Мухаммад Джан-хана отступить. Он направился в долину Майдана (в районе Газни). В январе 1880 г. англичане вновь заняли Бала-Хисар, разрушенную цитадель Кабула. В конце 1879 начале 1880 г., несмотря на захват Кабула, положение завоевателей в Афганистане было непрочным. Не прекращалась народная партизанская война. Британские правящие круги, в конце концов, убедились в провале своих планов превратить Афганистан в колонию силой оружия71. Намечая вывод оккупационных войск, они стали искать пути к возможно более выгодному окончанию затянувшейся войны, стоившей много денег и не сулившей благоприятных перспектив. Некоторые руководители английской политики стали склоняться к тому, чтобы, посадив на трон покорного эмира и оставив в отдельных пунктах Афганистана свои гарнизоны, превратить его в зависимое государство. Наряду с этими планами создавались проекты расчленения страны на несколько зависимых от Англии владений. Низложив Якуба, английские завоеватели увидели, насколько трудно управлять оккупированной, но непокоренной страной, и вспомнили об Абдуррахман-хане – одном из легитимных претендентов на местный трон. Вернувшись на родину в конце 1879 г., он своими действиями и сам напомнил англичанам о своем существовании. На первых этапах англо-афганской войны царское правительство не разрешало Абдуррахман-хану выехать в Афганистан. Будучи заинтересованным в неудачах в этой войне своего соперника Англии, оно считало, что появление в Афганистане опасного для Шер Али-хана, а затем для Якуба претендента на трон может, внести разлад в силы сопротивления, ослабить афганцев, боровшихся против завоевателей. Однако к осени 1879 г. в результате изменения обстановки в Афганистане соответственно изменилось и отношение царских властей к вопросу об отъезде Абдуррахман-хана, и ему было разрешено выехать на родину.
Оккупировав страну, англичане распространили свой контроль лишь на часть ее территории. В соседний со среднеазиатскими владениями России Афганский Туркестан им проникнуть, еще не удалось. Царское правительство предпочитало иметь по соседству со своими владениями в Средней Азии не английскую колонию, а самостоятельное афганское государство72. Способствуя выходу на политическую арену нового претендента, оно рассчитывало на то, что, если Абдуррахман-хану удастся утвердиться только в Афганском Туркестане, он создаст здесь независимое владение. В случае же если он станет эмиром всего Афганистана, царские власти надеялись приобрести в его лице дружественного соседа. Чтобы не давать английской дипломатии вывода обвинить Россию во вмешательстве в афганские дела, они позволили Абдуррахман-хану лишь беспрепятственно бежать из Ташкента.

После вступления в пределы Бадахшана Абдуррахман-хан повел политику ласкового обхождения с еще не подчинившимися ему представителями местной знати, которых он старался принимать, хорошо угощать и всячески задабривать. Следствием обхаживания влиятельных и нужных ему людей стало повышение личного престижа Абдуррахмана. Главным соперником Абдуррахман-хана в борьбе за власть в северной части страны выступал Гулам Хайдар-хан Вардак, афганский генерал, получивший от эмира Якуба в 1879 г. пост наместника в Чар-вилайете и утвердившийся в Мазари-Шарифе и других городах на левобережье Амударьи. Гулам Хайдар-хан замышлял стать правителем всей северной части Афганистана и вступил в контакт с бухарским эмиром Музаффаром с целью обеспечить себе его поддержку. Генерал Гулам Хайдар-хан Вардак направил крупные силы из подчиненных ему регулярных войск в Каттаган, намереваясь распространить свою власть на эту провинцию и на соседний с ней Бадахшан. Однако посланные им афганские войска признали своим главой Абдуррахман-хана и присоединились к нему. Это сразу изменило в пользу Абдуррахман-хана обстановку в северных провинциях73. Гулам Хайдар-хан бежал в Бухару, где впоследствии был убит. Утвердившись в Ханабаде, Талукане и Кундузе, Абдуррахман-хан, продолжая вести осторожную и выжидательную политику, стараясь избегать шагов, которые могли бы привести его к столкновению с Англией, начал путем переписки переговоры с приехавшим в Кабул из Индии английским политическим представителем Л. Гриффином.
Руководители британской политики разрабатывали в это время проекты расчленения Афганистана на «самостоятельные владения» под протекторатом Англии. Одним из главных звеньев плана руководителей английской политики было найти подходящего претендента из афганской знати на пустовавший эмирский престол в Кабуле74. На состоявшемся в столице Афганистана 13 апреля дурбаре Л. Гриффин объявил, что английские войска очистят страну, как только вожди Афганистана придут между собой к соглашению о выборе эмира, дружественно расположенного к британскому правительству; при этом оговаривалось, что из Кандагарской области будет образовано «самостоятельное государство».Большое влияние на английскую политику в отношении Афганистана оказывало положение в Индии.

Конец 70-х начало 80-х годов XIX в. были переломным периодом во внутренней истории этой крупнейшей британской колонии75. В эти годы резко обострилось недовольство колониальным режимом среди различных слоев населения Индии. Английские власти стремились вести войну в Афганистане за счет народов Индии, возлагая на население этой колонии дополнительное налоговое бремя. В Индии стали широко распространяться слухи о неудачах англичан, о неминуемости столкновения Англии с Россией, в случае которого народная молва предсказывала победу России. А в поражении англичан многие индийцы видели средство избавления от колониального ига. Именно в это время, весной 1880 г., одновременное наступление на Кабул отрядов Абдуррахман-хана с севера и газнийских ополчений с юга могло поставить войска генерала Робертса в самое критическое положение.

В Кабул был направлен с семитысячным отрядом генерал Дональд Стюарт из Кандагара. Несмотря на это, уже в начале лета 1880 г. общая обстановка в стране стала весьма угрожающей для оккупантов. Им не удавалось обеспечивать контроль над коммуникациями. Из Афганистана в Индию стали поступать сведения о сборе в Газнийской области афганских ополчений численностью до 20 тыс. человек. В такой обстановке английское правительство сочло самым приемлемым для себя путем выхода из тупика возведение на престол Абдуррахман-хана. Руководители британской политики рассчитывали, что Абдуррахман-хан пойдет на существенные уступки. Эти расчеты, в конце концов, оправдались, хотя переговоры и были длительными76. 14 июня 1880 г. англичане послали Абдуррахман-хану свои ультимативные условия, а 16 июня в Кабуле было получено известие, что Абдуррахман-хан идет к столице во главе двухтысячного отряда с 12 орудиями.

Страна в целом оказалась на стороне вчерашнего эмигранта; афганская традиция указывает общую численность поддерживавших его воинов в 3 лакха (300 тыс.) человек. 26 июня в Кабуле был получен ответ Абдуррахман-хана, в котором заявлялось, что он должен владеть полностью территорией, находившейся в прошлом под властью его деда Дост Мухаммад-хана. Формально в этом ответе был обойдён вопрос о Кандагаре, хотя требования Абдуррахман-хана на владение этой провинцией ранее были высказаны вполне определенно. Вице-король Рипон, несмотря на советы со стороны подчиненных прекратить переговоры, не принял поспешного решения.

Обстановка побуждала английскую дипломатию пойти на признание Абдуррахман-хана эмиром. При содействии Л. Гриффина на сторону Абдуррахман-хана перешел мулла Мушк-и Алам, пользовавшийся большим авторитетом в стране и влиянием на других руководителей «национальной партии», находившихся во главе собранных в районе Газни ополчений. Соглашаясь принять престол и столицу от англичан, Абдуррахман-хан постарался сгладить, насколько это было возможно, то невыгодное впечатление, которое произвел этот шаг на население Афганистана. 20 июля провозгласил себя эмиром в Чарикаре. 22 июля состоялся дурбар в Кабуле, на котором собравшимся представителям афганской знати было объявлено, что королева-Виктория признает Абдуррахман-хана эмиром Кабула и что английские войска вскоре будут выведены из его владений77. Англичане передали ему столицу, оказали помощь вооружением и снаряжением, а в дальнейшем стали выплачивать крупную ежегодную субсидию. В ходе переговоров Абдуррахман-хану удалось добиться согласия Англии на отмену предусмотренного Гандамакским договором требования о пребывании в Афганистане постоянного английского резидента с вооруженной охраной78. Вместо этого в Кабуле должен был находиться агент из индийских мусульман для связи Абдуррахман-хана с английскими властями в Индии. Однако обязательство Абдуррахман-хана вести дипломатические переговоры с другими государствами только через вице-короля Индии ставило внешнюю политику Афганистана под английский контроль. В целом условия, на которых Абдуррахман-хан вступил в соглашение с англичанами, были очень тяжелыми для Афганистана.

Эмир обязался обеспечить безопасное отступление английских оккупационных войск. Это развязало британскому командованию руки и дало ему возможность использовать наличные силы для операций в Кандагарской области. Английское правительство, намереваясь отторгнуть от афганского государства Кандагарскую область, выделило ее в «независимое владение» во главе со своим ставленником сардаром Шер Али-ханом Кандахари. В то время как переговоры Абдуррахман-хана с англичанами о признании его эмиром уже вступали в завершающую фазу, правивший в Герате Аюб-хан предпринял поход на Кандагар с целью изгнать оккупантов из Афганистана. Располагая находившимися в Герате регулярными полками афганской армии и несколькими артиллерийскими батареями, Аюб-хан мог бы с большей вероятностью рассчитывать на успех, выступив против Абдуррахман-хана, когда тот только что появился в Афганском Туркестане и еще не успел собрать большое войско. Однако в силу ряда причин Аюб-хан не мог претендовать на власть в Афганистане целиком, предоставив Абдуррахман-хану действовать беспрепятственно. Зато рассчитывал укрепить свои позиции, выбив англичан из Кандагара. В ответ на просьбу кандагарского «правителя» о срочной помощи его войскам, расположенным в районе Гиришка, англичане отправили туда бригаду под командованием генерала Бэрроуза из состава оккупационных войск, находившихся в Кандагаре.

Руководители английской политики опасались, что Аюб-хан в случае пассивных действий английских войск в Кандагаре сможет предпринять наступление на Газни. Такая возможность рассматривалась британскими властями в Индии как угроза полного краха их планов в Афганистане. При приближении Аюб-хана солдаты войск кандагарского «правителя» стали переходить на его сторону. Кроме того, войско Аюб-хана пополнилось многочисленными добровольцами из местного населения. В результате военная и политическая обстановка в Кандагарской области резко изменилась не в пользу англичан. 27 июля 1880 г. произошла битва около селения Майванд (в 55 км от Кандагара), в которой афганцы, сражавшиеся под командованием Аюб-хана, одержали решительную победу, разгромив бригаду регулярных войск противника. Однако затем английскому командованию при вынужденном содействии Абдуррахман-хана удалось быстро и беспрепятственно перебросить в Кандагарскую область свежие силы из-под Кабула.

Располагая теперь перевесом в численности и в вооружении, англичане нанесли поражение Аюб-хану и вынудили его отступить в Герат. В то же время результаты Майвандского сражения стали определяющими для судеб Кандагара, похоронив вынашивавшиеся руководителями британской колониальной политики планы отторжения этого города от Афганистана79. Убедившись в непримиримом отношении населения Кандагара к оккупантам, они сочли за благо уйти из города, а через некоторое время (в апреле 1881 г.) полностью вывели еще остававшиеся там войска в Индию. Английские завоеватели вынуждены были признать, что все их усилия, направленные на превращение Афганистана в колонию, были напрасны80. Лишь соглашение с Абдуррахман-ханом дало им возможность более или менее удовлетворительно закончить бесперспективную войну. Годы второй англо-афганской войны вместили в себя многое и захват Англией южного Афганистана и подписание тяжелого для страны Гандамакского договора, превращавшего Афганистан по сути дела в британскую колонию и антианглийское восстание в Кабуле, и историческую победу афганцев над английскими войсками в битве при Майванде неподалеку от Кандагара, и возвращение в страну из России Абдуррахман-хана, и передачу ему власти, и уход англичан из страны. Когда сведения о начале войны достигли России, то ее правительство, используя дипломатические каналы, пыталось остановить продвижение английских войск. Однако эти меры не увенчались успехами. Афганский эмир Шер Али-хан, зарекомендовавший себя как друг России, продолжал рассчитывать на содействие со стороны Александра Второго81.

Передав власть в Кабуле своему сыну, он с оставшимися все еще в Кабуле членами русской миссии Столетова выехал в Санкт-Петербург, где намеревался созвать международную конференцию по Афганистану, которая должна была осудить британское вторжение в эту страну82. Однако на севере Афганистана он тяжело заболел и умер.
Незадолго до ухода английской армии из Афганистана туда из России прибыл упоминавшийся нами выше Абдуррахман-хан, которому за короткий промежуток времени удалось установить свой контроль над северными районами Афганистана, не оккупированными Англией83. Он вступил в контакт с английскими представителями. После переговоров и ряда встреч, проведенных с ним, Англия, учитывая его происхождение (он был внуком эмира Дост Мухаммад-хана и происходил из правящей династии), влиятельность, а также свои военно-политические неудачи в стране, приняла решение вывести свои войска и передать Абдуррахман-хану власть в Афганистане.
Не останавливаясь на внутренней политике Абдуррахман-хана, правившего вплоть до 1901 г., отмечу то, что его правление прошло под знаком: подчинения отдельных, отколовшихся в ходе второй англо-афганской войны, районов (Кандагарская и Гератская области); завоевательных походов (захват Хазараджата и Кафиристана), подавления бунтов и восстаний (мятеж Исхак-хана, вооруженное выступление гильзайских и ряда других племен); шагов по усилению личной власти эмира и афганского государства; ряда военных, административных и отчасти экономических преобразований. В сентябре 1881 г. Абдуррахман-хан, завершая объединение Афганистана под своей властью, предпринял наступление на Герат.

Период правления эмира Абдуррахман-хана (1880-1901 гг.) был временем укрепления центральной власти и настойчивой борьбы эмира против мятежных феодалов и проявлявшихся с их стороны сепаратистских тенденций. Абдуррахман-хан жестоко расправлялся с феодалами, не желавшими подчиняться центральной власти, отправлял их в изгнание, конфисковывал принадлежавшие им земли. В целом, однако, Афганистан конца XIX в. был одним из самых отсталых государств. Сказывалась потеря большого числа человеческих жизней и огромных материальных ресурсов в борьбе против английских колонизаторов.

Действия Англии, стремившейся законсервировать Афганистан как свою колонию, проявлялись, в частности, в политике внешней изоляции и военных провокаций, какую проводили в отношении афганского народа британские правящие круги. Английские завоеватели прилагали вместе с тем настойчивые усилия для того, чтобы втянуть Афганистан в военные столкновения, а то и вызвать войну с Россией. Как и в прошлые годы, британские агенты старались активизировать действия Афганистана в долине Аму-Дарьи против узбекских, таджикских и туркменских областей. Эта политика была призвана создать на русско-афганской границе состояние постоянной и острой напряженности, давая возможность Англии отвлекать внимание Афганского государства от своей грабительской деятельности среди захваченных ею афганских племен, а также вести подрывные действия в русском Туркестане и среднеазиатских ханствах84.

Уже в конце 1880 г. эмиру Абдуррахман-хану по указанию вице-короля Индии лорда Рипона было отправлено письмо, гласившее, что британское правительство будет всемерно поддерживать внешнюю политику Афганистана, если «эмир будет неуклонно следовать советам правительства Британской империи в своих внешних сношениях». Выплачивая «субсидию» эмиру, империалисты добивались того, чтобы она расходовалась всецело на военные нужды. Они надеялись широко использовать афганскую армию в войне против России по своему излюбленному рецепту борьбы «чужими руками». Под предлогом уточнения северных границ Афганистана сюда прибыла британская военно-дипломатическая миссия во главе с генералом П. Лэмсденом. Топографические партии англичан под ширмой изучения направления афганской границы исследовали переправы через Аму-Дарью. «Дипломатическая» миссия Лэмсдена, которую сопровождал конвой, насчитывавший около 5 тыс. вооруженных солдат, еще до начала переговоров объехала многие города и селения Северного Афганистана.

Основные усилия английских правящих кругов были направлены на то, чтобы возбудить в Афганистане вражду к России. Но именно этого британской агентуре не удалось добиться. Сообщение о конфликте в Пендинском оазисе застало эмира Абдуррахман-хана в индийском городе Равалпинди, куда он был приглашен для встречи с новым вице-королем лордом Дафферином. Здесь во время переговоров английское правительство все с той же провокационной целью подарило эмиру 10 лаков рупий, 20 тыс. ружей, 3 артиллерийских батареи и различное военное снаряжение. Оно всячески старалось втянуть Афганское государство в войну против России. Эмиру представляли искаженные и извращенные сведения о столкновении в районе Кушки, требовали его согласия на немедленный ввод в Афганистан британских войск.

Однако Абдуррахман-хан категорически отказался от каких-либо действий, которые могли привести к обострению отношений с Россией. В то же время представители английских экспансионистских кругов продолжали настаивать на полном поглощении Афганистана или, по крайней мере, на подавлении противодействия афганского правительства планам и замыслам Англии. Лепель Гриффин, участвовавший со стороны британского военного командования в переговорах с Абдуррахман-ханом в 1880 г., через 13 лет писал: «Афганистан представляет собой самый важный внешний оплот нашей Индийской империи, и мы не можем допустить, чтобы он оставался для нас закрытым, как в настоящее время. На первое место следует выдвинуть допуск британского министра-резидента в Кабул с английскими офицерами в качестве агентов в Кандагаре и Герате.

В 1893 г. британское правительство направило в Кабул для переговоров с Абдуррахман-ханом специальную миссию, во главе которой был поставлен секретарь вице-короля Индии по иностранным делам Мортимер Дюранд85. Перед посольством были выдвинуты важные задачи: урегулирование англо-афганских отношений, достижение договоренности по «памирскому вопросу» и разрешение искусственно создававшейся колонизаторами «проблемы» афганских пограничных племен, которые населяли земли в районе Сулеймановых гор. В ноябре 1893 г. Абдуррахман-хан и Мортимер Дюранд подписали соглашение о «достижении взаимопонимания» по поводу индо-афганской границы. По его условиям, Афганистан должен был «отказаться от каких бы то ни было претензий на Сват, Баджаур и Чит-рал, а также от прав на Вазиристан и Чагай».

Новая граница, обеспечивавшая свободный доступ британским вооруженным силам в Афганистан, проходила в основном по Сулеймановым горам и получила название «линии Дюранда». Афганский историк С. К. Риштия отмечал, что отторжение Англией восточно-афганских земель «до сих пор остается незаживающей раной на теле Афганского государства»86. Уже в 1894 г., через год после установления новой границы, на активную вооруженную борьбу против империалистов выступили афганские племена момандов, вазиров и афридиев.

Русский военный агент в Лондоне полковник Ермолов, внимательно следивший за высказываниями британской печати по поводу англо-афганских взаимоотношений, подчеркивал особое значение захвата Англией «всей долины Курама с Пейвар-Коталом, командующим путями на Кабул и Газни, и всего Вази-ристана». Он отмечал, что предлог для посылки британской военной экспедиции в Вазиристан был найден «в результате деятельности местных английских агентов-провокаторов».

В результате второй англо-афганской войны окончательно оформился статус Афганистана на последующие семьдесят лет как страны буфера. Эта формально независимое государство разделяло колониальную Британскую Индии от азиатских владений Российской империи. Таким образом, обе великие державы получали достаточно весомые гарантии безопасности в этом стратегическом для обоих стран регионе Евразии.

Благодаря взвешенному курсу в отношениях с великими державами, проводимому Абдуррахман-ханом в качестве правителя, Афганистану удалось избежать больших внешнеполитических обострений. Хотя периодически обстановка как на англо-афганской, так и русско-афганской границах складывалась драматически. Эмир, в основном, не отступал от англо-афганских договоренностей, превративших эту страну в закрытое государство, поддерживавшее отношения только с Англией. Однако дипломатическая игра в этом регионе по-прежнему была активной.



















ГЛАВА III

БОРЬБА АФГАНИСТАНА ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА

III.1 Внутреннее и внешнеполитическое положение Афганистана в начале XX в.

К началу XX в. Афганистан продолжал оставаться отсталой, слабо развитой в экономическом отношении страной87. Это было обусловлено ослаблением его производительных сил в ходе упорной борьбы с британскими агрессорами, длившейся, как мы видели, на протяжении почти всего истекшего века, а также в результате полуколониальной эксплуатации, которой он подвергался со стороны Англии.
Не добившись успеха в попытках полного захвата этой страны, английские колонизаторы смогли все же расчленить афганский народ, изолировать его от внешнего мира и установить над Афганистаном свой контроль. Они и в дальнейшем продолжали стремиться к полному уничтожению Афганистана как самостоятельного государства. Однако на пути к этому на рубеже XIX и XX вв. имелись серьезные препятствия. Наряду с ожесточенным сопротивлением афганского народа для Англии в этот период серьезно ухудшилась международная обстановка.

В Южной Африке она вела тяжелую и бесславную войну с бурами. В Европе вырастал грозный соперник «молодой» хищный германский империализм. Для борьбы с этим врагом, которая постепенно принимала все более решающее значение в мировой политике, британские правящие круги искали сильных союзников и не прочь были использовать в своих интересах царизм, особенно, после того как русское самодержавие потерпело поражение в войне с Японией88.
Новая попытка захвата Афганистана могла серьезнейшим образом обострить отношения между Англией я Россией, нарушить определенную стабилизацию положения на Среднем Востоке и в Центральной Азии, в чем не были заинтересованы руководящие круги Британской империи. Все это определило «афганскую» политику Англии в начале XX в. Она сводилась к политическому и экономическому закабалению Афганистана мирными методами: дипломатическими интригами, сопровождавшимися военным нажимом, навязыванием кабальных договоров, усилением британского влияния в господствующих кругах страны, наводнением афганского рынка английскими товарами.

Афганистан втягивался в мировой рынок в качестве зависимой сферы сбыта и источника колониального сырья. Эти стремления, однако, не встречали поддержки в эмирском дворце. После смерти в 1901 г. Абдуррахман-хана на престол вступил его сын Хабибулла-хан. Слабовольный человек и недалекий политик, Хабибулла-хан окружил себя корыстолюбивыми и продажными дельцами, опирался на реакционное духовенство и всячески сопротивлялся прогрессивным политическим преобразованиям. Правда, в первые годы после прихода к власти Хабибулла-хан занял выжидательную позицию в своих отношениях с Англией и некоторое время отказывался от получения «субсидии», предоставленной Абдуррахман-хану89. Когда англо-бурская война была завершена, британские завоеватели предприняли ряд дипломатических маневров, чтобы восстановить свои позиции на Востоке, ослабевшие в годы этой не совсем удачной для Англии войны.

В связи с этим английские власти в Индии, которые возглавлял один из наиболее активных лидеров британских империалистических кругов лорд Керзон, осенью 1904 г. отправили в Кабул новое посольство. Его руководителю Льюису Дэну было поручено добиться принятия эмиром ряда требований. Среди них были передача афганской армии под британский контроль, маскировавшаяся планами реорганизации этой армии под наблюдением британских офицеров, проведение английской железной дороги из Пешавара до Дакки, а телеграфной линии до Кабула, а также ограничение ввоза в Афганистан оружия, которое было заказано эмиром Хабибуллой в Германии.

В ноябре 1904 г. миссия Дэна двинулась через Пешавар в Кабул. Одновременно с этим на границах Афганистана были сосредоточены английские войска, «если понадобится поддержать требования посольства силой», как сообщал В. Клемм из Бомбея. Шантаж тем не менее не дал особых результатов. Проведя 5 месяцев в Афганистане (декабрь 1904 - апрель 1905 г.), миссия Дэна после долгих споров смогла лишь добиться подтверждения статус-кво: в марте 1905 г. между эмиром и британским представителем был подписан трактат, которым предусматривалось, что Хабибулла-хан будет всецело придерживаться соглашений, заключенных его отцом с английским правительством90.

Эмир Хабибулла в свою очередь не считал себя скомпрометированным в глазах патриотически настроенной афганской общественности, поскольку он лишь подтвердил существовавшие до него соглашения. В то же время эмира устраивало возобновление выплаты ему английской денежной «субсидии». События тем временем как в области международных отношений, так и во внутренней жизни Афганистана продолжали развиваться по направлениям, наметившимся уже в конце XIX - начале XX в. Хотя в начале XX века англо-русские отношения на Ближнем и Среднем Востоке продолжали оставаться напряженными, уже тогда появились некоторые признаки переворота в политике Англии связанного с резким усилением ее соперничества с Германией который готовя большое наступление против Англии на Ближнем Востоке начинала уделять внимание не только Ирану но и Афганистану рассматривая его как ворота в Индию91. Сооружения Багдадской дороги подготавливало почву для ожесточенных сваток Германии и Англии за Средний Восток. Новая международная обстановка сложившаяся в результате обострения противоречий между Англией и Германией а также революции в Иране развития национально освободительного движения в Индию пробуждало британские правящие круги искать соглашения с Россией92. 31 августе 1907 г. проявлявшееся между Англией и Россией сближение на почве борьбы против Германии нашло свое выражение в заключении «Конвенции по делам Персии, Афганистана и Тибета».


III. 2 Третья англо-афганская война (1919 г.)

и завоевание Афганистаном независимости

В ночь с 20 на 21 февраля 1919 г., в результате очередного покушения Хабибулла-хан был застрелен в своем шатре неподалеку от Джелалабада. Власть в стране попытался захватить руководитель группировки староафганцев реакционер Насрулла-хан, провозгласивший себя эмиром.

Приход к власти вызвал протест прогрессивных кругов афганской общественности. Находившийся в Кабуле Аманул-ла-хан отказался признать права лидера «староафганцев» на эмирский престол, обвинил его виновным в убийстве Хабибуллы-хана и принял на себя функции эмира. Новое правительство стремилось ликвидировать внешнеполитическую зависимость Афганистана. В публичных выступлениях эмир Аманулла неоднократно заявлял о своей решимости добиться независимости афганского народа.

Опубликованное им 27 февраля 1919 г. обращение к населению, в частности, гласило: Афганистан должен быть свободным и независимым; он должен пользоваться всеми правами, которыми обладают другие самостоятельные государства...» Через несколько дней, 3 марта 1919 г., Аманулла-хан отправил специальное послание вице-королю Индии лорду Челмсфорду, в котором сообщал о происшедших в Афганистане событиях. Подчеркивая стремление афганского народа к полному освобождению от иностранного контроля, он писал, что «независимое и свободное правительство Афганистана» готово заключить с Англией такие соглашения, какие могут быть полезными и выгодными для обеих сторон. Британскому правительству было дано понять, что Афганское государство больше не считает себя связанным теми договорами, какие оно было вынуждено подписать ранее под военным нажимом. Вместе с письмом эмира до британских властей в Индии дошло недатированное воззвание Амануллы-хана к народам Афганистана, в первом же пункте которого провозглашалось стремление Афганистана к полной независимости. Эти документы имели большое значение.

Общая политическая обстановка складывалась благоприятно для успеха борьбы Афганистана за независимость93. В апреле 1919 г. английские войска под командованием генерала Дайера устроили дикое побоище в городе Амритсаре Пенджаб, расстреляв мирный митинг на пустыре Джалианвала Баг. Несколько сот человек было убито, до двух тысяч ранено. Амрит-сарский расстрел не оправдал надежд колонизаторов. В ответ на это кровавое злодеяние в Пенджабе началось массовое восстание.

Военные действия против Афганистана были развернуты Англией на нескольких фронтах: Северном, или Хайберском, Центральном Вазиристан, долины Курама и Точи, Южном Белуджистан, район Чамана) и в районе Зхоба между Центральным и Южным фронтами. Британское правительство срочно предприняло переброску на северо-запад Индии кадровых войск, участвовавших в сражениях в Месопотамии. Английское командование, учитывая опыт борьбы против афганского народа, подчеркивало, что «реальная военная сила Афганистана основывается больше на вооруженном народе, чем на регулярных войсках».

Третья кампания британских империалистов против Афганистана ничем не отличалась от предшествующих. Она была спровоцирована колонизаторами, которые стремились укрепить и расширить свое господство над афганским народом, подавить его стремление к свободе.Третья англо-афганская война была самой короткой: она продолжалась всего пятьдесят дней. В ее начальной стадии основные бои происходили на Центральном и Южном фронтах. Афганскими войсками в районе Хайберского прохода руководил главнокомандующий Салех Мухаммед-хан. Это был безынициативный военачальник, который не смог оказать должного отпора интервентам.

Используя свое подавляющее численное и техническое превосходство, англичане оттеснили разрозненные афганские части и заняли узкую полосу пограничной территории, а также город Дакку. В этих условиях британские правящие круги начинали постепенно понимать бесперспективность своих попыток вооруженным путем вернуть Афганистан в состояние полуколониальной зависимости и решили применить дипломатическое давление94. Поскольку афганское правительство еще 15 мая 1919 г. предложило начать переговоры о мире, английские власти отправили в Кабул своего представителя. Он прибыл туда 21 мая и выполнял роль не только дипломата, но и военно-политического разведчика. Вместе с тем, чтобы подкрепить свои позиции во время переговоров, британское командование с 17 по 24 мая предприняло три воздушных налета на, Джелалабад. 23 мая 1919 г. оно организовало авиационную бомбардировку афганской столицы. Эта бомбардировка (одна из первых, которую колонизаторы предприняли в странах Востока) города, где не было почти никаких военных объектов, должна была оказать моральное воздействие на население и правительство Афганистана.

Воодушевляя жителей столицы, Мухаммед Надир-хан писал, что «случай слабой воздушной бомбардировки Кабула и убийство нескольких лошадей бомбами в Арке (дворец эмира.) не должны испугать короля и двор настолько, чтобы они просили о бесчестном мире». Несмотря на начавшиеся переговоры о перемирии, английские империалисты пытались вести наступательные операции на фронте, чтобы предпринять нажим на афганское правительство. В октябре 1921 г. оно заключило окончательный мирный договор с правительством Афганистана и признало его полную самостоятельность. 22 ноября 1921 г. договор был ратифицирован в Кабуле.

Выпадение Афганистана из британской зоны влияния стало возможно, благодаря изменившейся международной обстановке, в данном случае, социально-политическому кризису в Британской Индии и опасениям британских имперских кругов потерять весь южно-азиатский регион. Столь высокие ставки на новом витке "Большой игры" в Азии предопределили кратковременность третьей англо- афганской войны 1919 г. и ликвидацию прямого британского контроля над внешней политикой Афганистана. Подписание осенью 1919 г. прелиминарного, а в 1921 г. и полноформатного мирного договора юридически закрепило новый международный статус Афганистана как независимого государства.





ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Афганистан, на протяжении почти всего XIX века и вплоть до завоевания этой страной своей политической независимости в 1919 г., стал объектом англо-русского колониального противостояния («холодной войне XIX века»), по сути, «передовой линией» противоборства. Однозначно, это соперничество и состоявшееся в ходе него превращение Афганистана в политически зависимое от Англии государство оказало длительное и глубокое влияние на многие стороны жизни его народа.

Именно на территории Афганистана англичане впервые, в ходе продвижения в Южной Азии, столкнулись с активным противодействием со стороны России. Соперничество великих держав за сферы влияния в Центральной Азии и Южной Азии в XIX веке привело к превращению Афганистана в «буферное государство», занимавшее промежуточное место между Британской и Российской империями. Этот статус был предопределен компромиссом интересов великих держав, закрепленным англо-российскими соглашениями 1873 и 1887 гг. По ним были установлены границы Афганистана с российскими территориями в Центральной Азии, а в 1893 г. создана «линия Дюранда», определившая южную и юго-восточную границу Афганистана. Эта формально независимое государство разделяло колониальную Британскую Индию от азиатских владений Российской империи. Таким образом, обе великие державы получали достаточно весомые гарантии безопасности в этом стратегическом для обеих стран регионе Евразии. По мнению автора, колониальная политика Британской империи наглядно отразилась в этническом факторе в Афганистане. Примером тому стало разделение территории традиционно независимых восточных пуштунских племен и включение их в состав индийских владений. Разрезав надвое этническую территорию пуштунского народа, включив земли восточных пуштунов в пределы английской империи, соглашение 1893 г. создало серьезные искусственные препятствия на пути их национальной консолидации. Оно породило также (вместе с аннексией Англией в 1849 г. равнинных восточнопуштунских территорий) комплекс сложных международных проблем, получивших уже в новейшее время наименование «пуштунский вопрос».

По нашему мнению, ущерб, причиненный Афганистану английскими вторжениями, оказался столь значительным, что последствия его реально ощутимы вплоть до сегодняшнего дня. Невосполнимые на протяжении длительного времени затраты материальных и человеческих ресурсов привели к катастрофическому упадку экономики страны и всеобщему обнищанию населения. Фактически, афганское общество оказалось отброшено в своем развитии назад даже не на десятилетия, а на целые столетия.

Исследование англо-афганских войн XIX в. позволяет выявить, что в ходе первой англо-афганской войны основным консолидирующим фактором становится исламский, в виде джихада против «неверных». Таким образом, англо-афганские войны заложили основу появления в Афганистане исламского фундаментализма, носители которого впоследствии чрезвычайно быстро превратились в мощнейшую и прекрасно организованную политическую силу.

Процесс консолидации афганского общества проходил под воздействием великих держав, заинтересованных в своем присутствии в данном регионе. Англо-афганские войны сыграли определяющую роль в этом процессе. В исследуемый период Афганистан представлял собой слабое государство, включавшее разрозненные племена и этнические группы. Между ними происходили постоянные конфликты, из-за чего эту страну с трудом можно было назвать государственным объединением. Однако, перед лицом внешней опасности различные племена и народы Афганистана сумели консолидироваться и выступить единым фронтом.

В 1919 г., Афганистан завоевал независимость в результате длительной, тяжелой и упорной борьбы, которую вели народы Афганистана против Англии на протяжении почти целого столетия. Несмотря на огромное экономическое превосходство Британской империи над Афганистаном, несмотря на гораздо лучшую материально-техническую оснащенность и обученность английских войск по сравнению с афганским народным ополчением, несмотря на предательство отдельных представителей феодальных кругов Афганистана, британские завоеватели потерпели серьезное поражение в развязанных ими войнах. Провал попыток установления английского господства над Афганистаном объясняется тем, что движение против британцев приобрело в Афганистане подлинно всенародный характер.













БИБЛИОГРАФИЯ:

A. МОНОГРАФИИ

  1. Barthorp, M., Afghan Wars and the North-West Frontier 1839-1947, London: Cassell, 2002, 304 с.

  2. Berstein, S., Milza, P., Istoria Europei, Т. 4, Ia?i: Institutul European, 1998, 237 с.

  3. Grierson, Ed., The imperial dream: The British Commonwealth and Empire: 1775-1969, Durham: Newton Abbot, 1973, 378 с.

  4. Lord El., Imperial Commonwealth, London: Collins, 1945, 228 с.

  5. McDonough, Fr., Imperiul Britanic: 1815-1914, Bucure?ti: ALL, 1998, 286 с.

  6. Vogelsang, W., The Afghans, London: Blackwell Publishers, 2002, 334 с.

  7. Абаева, Т., Памироиндушский регион Афганистана в конце XIX - начале XX, Ташкент: Госиздат УзССР, 1987, 321 c.

  8. Англия и раздел мира в последней трети XIX века. Проблемы историографии, Саратов: Издательство Саратовского университета, 1978, 184 c.

  9. Бабаходжаев, М., Очерки социально-экономической и политической истории Афганистана (конец XIX в.), Ташкент: Госиздат УзССР, 1975, 196 с.

  10. Британская экспансия в Средней Азии, Ташкент: Госиздат УзССР, 1981, 237 c.

  11. Виноградов, К., Мировая политика 60-80-х гг. XIX в., Москва: Наука, 1991, 412 c.

  12. Ганковский, Ю., Империя Дуррани. Очерки административной и военной системы, Москва: Наука, 1958, 170 с.

  13. Головин, Ю., Афганистан: экономика и внешняя торговля, Москва: Наука, 1962, 168 с.

  14. Губар, М., Ахмад - шах основатель афганского государства, Москва: Наука, 1959, 217 c.

  15. Гуревич, Н., Внешняя торговля Афганистана до второй мировой войны, Москва: Наука, 1959, 223 с.

  16. Давыдов, А., Афганистан, Москва: Наука, 1996, 271 c.

  17. Ерофеев, Н., Английский колониализм в середине XIX века. Очерки, Москва: Наука, 1977, 256 с.

  18. Ерофеев, Н., Очерки по истории Англии 1815-1917 гг., Москва: Наука, 1956, 231 c.

  19. Жигалина, О., Великобритания на Среднем Востоке. XIX - нач. XX в. Анализ внешнеполитических концепций, Москва: Наука, 1990, 251 c.

  20. Игнатьев, В., Краткий очерк племен, населяющих Афганистан, Ашхабад: АПН, 1985, 204 c.

  21. История Афганистана с древнейших времен до наших дней, Москва: Наука, 1982, 321 c.

  22. История вооруженных сил Афганистана, Москва: Наука, 1985, 120 c.

  23. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века (Движущие силы, формы и методы), Москва: Наука, 1991, 194 c.

  24. Коргун, В., Афганистан в 20-30-е годы XX века: страницы политической истории, Москва: Наука, 1979, 160 с.

  25. Массон, В., Ромодин, В. А., История Афганистана, Т II, Москва: Наука, 1965, 351 c.

  26. Независимый Афганистан, Москва: Наука, 1958, 241 c.

  27. Новая история стран Азии и Африки, Москва: Наука, 2005, 236 c.

  28. Нухович, Е., Внешняя политика Афганистана, Москва: Наука, 1962, 108 с.

  29. Очерки по новой истории Афганистана, Ташкент: Госиздат УзССР, 1966, 196 c.

  30. Очерки по новой истории стран Среднего Востока, Москва: Наука, 1951, 325 c.

  31. Очильдиев, Д., Очерки борьбы афганского народа за независимость и внутренние реформы(1900-1914), Ташкент: Госиздат УзССР, 1967, 253 c.

  32. Парфенов, И., Колониальная экспансия Великобритании в последней трети ХIХ - начале ХХ в., Москва: Наука, 1981, 142 c.

  33. Пикулин, М., Афганистан. (Экономический очерк), Ташкент: Госиздат УзССР, 1956, 302 с.

  34. Покровский, М., Дипломатия и войны царской России в XIX столетии, Лондон: Изд-во ЛГУ, 1991, 275 c.

  35. Ромодин, В., Афганистан во второй половине XIX - начале XX в.: официальная история и историография, Москва: Наука, 1990, 141 с.

  36. Ромодин, В., Очерки по истории и истории культуры Афганистана, середина XIX - первая треть XX в., Москва: Наука, 1982, 191 с.

  37. Россия и Афганистан, Москва: Наука, 1989, 197 c.

  38. Риштия, С., Афганистан в XIX в., Москва: Наука, 1958, 192 c.

  39. Сили, Дж., Р., Крэмб, Дж., Британская империя, Москва: Наука, 2004, 386 c.

  40. Халфин, Н., Провал британской агрессии в Афганистане в конце XIX - начале XX в., Москва: Наука, 1959, 272 c.

  41. Харюков, Л., Англо-русское соперничество в Центральной Азии и исмаилизм, Москва: Наука, 2004, 199 c.

  42. Хвостов, В., Проблемы истории внешней политики России и международные отношения в конце 19 - нач. 20 вв., Москва: Наука, 1977, 257 c.

  43. Хидоятов, Г., Из истории англо-русских отношений в Средней Азии в конце XIX в. (60-70-е гг.), Ташкент: Изд-во «Фан», 1969, 238 c.

  44. Штейнберг, Е., История британской агрессии на Среднем Востоке, Москва: Наука, 1951, 185 c.

  45. Шумов, С., Андреев, А., История Афганистана, Москва: Наука, 2002, 321 c.     

  46. Юлдашбаева, Ф., Из истории английской колониальной политики в Афганистане и Средней Азии (70-80-е годы XIX в.). Ташкент: Госиздат УзССР, 1963, 191 с.


В. СТАТЬИ

  1. Абаева Т., Кафиристан в агрессивных планах Англии в конце XIX века, В: Страны Ближнего и Зарубежного Востока в международных отношениях, Ташкент: Госиздат УзССР, 1984, c. 34-67.

  2. Бабаходжаев, М., Английская агрессивная политика в Афганистане и борьба афганского народа за независимость в 70-е гг. XIX в. В: Независимый Афганистан. Москва: Издательство МГУ, 1959, с. 219 - 244.

  3. Гордон, Л., Борьба Афганистана против английской агрессии в конце XIX в., В: Очерки по новой истории стран Среднего Востока, Москва: Изд. МГУ, 1951, с. 125 - 154.

  4. Новая модель Британской экспансии XIX века? В: Новая и новейшая история, Саратов: Издательство Саратовского университета, 2000, c. 104-110.

  5. Штейнберг, Е., Война Афганистана за независимость в 1878-1880 гг. В: Исторический журнал, Москва: Издательство МГУ № 2, 1941, c. 56-67.












КЛЮЧЕВЫЕ – СЛОВА


Афганистан, Британская империя, Россия, «наступательная политика», колониальная политика, экспансионизм, «политика дружественного сближения», англо-афганские войны, политика «закрытой границы», протекторат, исламский фундаментализм, повстанческие отряды, консолидация афганского общества, независимость, движение «Талибан».


1 Н. Халфин, Провал британской агрессии в Афганистане в конце XIX - начале XX в., Москва: Наука, 1959, с. 272.

2 Л. Харюков, Англо-русское соперничество в Центральной Азии и исмаилизм, Москва: Наука, 2004, с. 199.


3 М. Губар, Ахмад - шах основатель афганского государства, Москва: Наука, 1959, c. 53.

4 В. Игнатьев, Краткий очерк племен, населяющих Афганистан, Ашхабад: АПН, 1985, c. 78.

5 С. Шумов, А. Андреев, История Афганистана, Москва: Наука, 2002, с. 73. 

6 Ю. Ганковский, Империя Дуррани. Очерки административной и военной системы, Москва: Наука, 1958, с. 26.

7 Там же, с. 38.


8 История вооруженных сил Афганистана, Москва: Наука, 1985, c. 63.

9 Британская экспансия в Средней Азии, Ташкент: Госиздат УзССР, 1981, c. 128.


10 Edwards Grierson, The imperial dream: The British Commonwealth and Empire: 1775-1969, Durham: Newton Abbot, 1973, c. 69.

11 Англия и раздел мира в последней трети XIX века. Проблемы историографии, Саратов: Издательство Саратовского университета, 1978, c. 41.



12 Edwards Grierson, The imperial dream.., с. 93.

13 Н. Ерофеев, Очерки по истории Англии 1815-1917 гг., Москва: Наука, 1956, c. 165.

14 Elton Lord, Imperial Commonwealth, London: Collins, 1945, с. 73.

15 М. Покровский, Дипломатия и войны царской России в XIX столетии, Лондон: Издательство ЛГУ, 1991, c. 138.



16 М. Пикулин, Афганистан. (Экономический очерк), Ташкент: Госиздат УзССР, 1956, с. 231.


17 Новая модель Британской экспансии XIX века? В: Новая и новейшая история, Саратов: Издательство Саратовского университета, 2000, c. 105.

18 М. Покровский, Дипломатия и войны царской России.., с. 202.

19 Н. Гуревич, Внешняя торговля Афганистана до второй мировой войны, Москва: Наука, 1959, с. 105.


20 Е. Штейнберг, История британской агрессии на Среднем Востоке, Москва: Наука, 1951, c. 88.

21 Россия и Афганистан, Москва: Наука, 1989, c. 58.



22 Л. Харюков, Англо-русское соперничество в Центральной Азии.., с. 37.

23 Elton Lord, Imperial Commonwealth.., с. 97.

24 Л. Харюков, Англо-русское соперничество.., с. 59.

25 В. Массон, В. Ромодин, История Афганистана, Т. II, Москва: Наука, 1965, c. 131.


26 Michael Barthorp, Afghan Wars and the North-West Frontier 1839-1947, London: Cassell, 2002, c. 24.

27 Н. Халфин, Провал британской агрессии в Афганистане.., с. 45.

28 Сеид Риштия, Афганистан в XIX в., Москва: Наука, 1958, c. 62.

29 Ю. Головин, Афганистан: экономика и внешняя торговля, Москва: Наука, 1962, с. 75.

30 История Афганистана с древнейших времен до наших дней, Москва: Наука, 1982, c. 172.

31 В. Ромодин, Афганистан во второй половине XIX – начале XX в.: официальная история и историография, Москва: Наука, 1990, c. 56.

32 Там же, с. 81.

33 М. Бабаходжаев, Очерки социально-экономической и политической истории Афганистана (конец XIX в.), Ташкент: Госиздат УзССР, 1975, с. 83.


34 История Афганистана с древнейших времен.., с. 195.

35 В. Ромодин, Очерки по истории и культуры Афганистана, середина XIX - первая треть XX в., Москва: Наука, 1982, с. 91.


36 Н. Ерофеев, Английский колониализм в середине XIX в. Очерки, Москва: Наука, 1977, с. 174.

37 Ю. Головин, Афганистан: экономика и внешняя торговля.., с. 105.

38 В. Ромодин, Афганистан во второй половине XIX - начале XX в.., с. 127.

39 О. Жигалина, Великобритания на Среднем Востоке. XIX - нач. XX в. Анализ внешнеполитических концепций, Москва: Наука, 1990, c. 189.


40 Дж. Сили, Р. Крэмб, Британская империя, Москва: Наука, 2004, c. 302.

41 К. Виноградов, Мировая политика 60-80-х гг. XIX в., Москва: Наука, 1991, c. 233.

42 Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX в. (Движущие силы, формы и методы), Москва: Наука, 1991, c. 93.


43 Г. Хидоятов, Из истории англо-русских отношений в Средней Азии в конце XIX в. (60-70-е гг.), Ташкент: Издательство «Фан», 1969, c. 139.

44 И. Парфенов, Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX – начале XX в., Москва: Наука, 1981, c. 83.


45 Serge Berstein, Pierre Milza, Istoria Europei, Т. 4, Ia?i: Institutul European, 1998, с. 86.

46 В. Хвостов, Проблемы истории внешней политики России и международные отношения в конце 19 - нач. 20 вв., Москва: Наука, 1977, c. 107.

47 Е. Нухович, Внешняя политика Афганистана, Москва: Наука, 1962, с. 83.


48 Н. Халфин, Провал британской агрессии в Афганистане.., с. 93.

49 Г. Хидоятов, Из истории англо-русских отношений.., с. 201.

50 М. Бабаходжаев, Английская агрессивная политика в Афганистане и борьба афганского народа за независимость в 70-е гг. XIX в. В: Независимый Афганистан, Москва: Издательство МГУ, 1959, с. 224.


51 М. Покровский, Дипломатия и войны царской России в XIX столетии.., с . 237.

52 Ф. Юлдашбаева, Из истории английской колониальной политики в Афганистане и Средней Азии (70-80-е годы XIX в.), Ташкент: Госиздат УзССР, 1963, с. 123.

53 W. Vogelsang, The Afghans, London: Blackwell Publishers, 2002, с. 245.

54 Н. Ерофеев, Английский колониализм в середине XIX в.., с. 69.

55 Е. Штейнберг, Война Афганистана за независимость в 1878 – 1880 гг., В: Исторический журнал, Москва: Издательство МГУ № 2, 1941, с. 56 – 67.

56 Л. Гордон, Борьба Афганистана против английской агрессии в конце XIX в., В: Очерки по новой истории стран Среднего Востока, Москва: Наука, 1951, с. 125.

57В. Хвостов, Проблемы истории внешней политики России.., c. 162.

58 Л. Гордон, Борьба Афганистана против английской агрессии.., с. 134.

59 И. Парфенов, Колониальная экспансия.., с. 104.

60 Дж. Сили, Р. Крэмб, Британская империя.., с. 336.


61 Т. Абаева, Памироиндушский регион Афганистана в конце XIX - начале XX, Ташкент: Госиздат УзССР, 1987, c. 278.

62 С. Шумов, А. Андреев, История Афганистана.., с. 179.


63 Е. Нухович, Внешняя политика Афганистана.., с. 95.

64 Колониальная экспансия Великобритании.., с. 197.


65 Н. Халфин, Провал британской агрессии.., c. 121.

66 С. Риштия, Афганистан в XIX в.., с. 72.

67 Е. Штейнберг, История британской агрессии.., с. 118.

68 Г. Хидоятов, Из истории англо-русских отношений.., с. 225.


69 Fr. McDonough, Imperiul Britanic: 1815-1914, Bucure?ti: ALL, 1998, с. 237.

70 А. Давыдов, Афганистан, Москва: Наука, 1996, c. 197.

71 Н. Ерофеев, Английский колониализм.., с. 205.

72 М. Покровский, Дипломатия и войны царской России., с. 251.

73 В. Ромодин, Афганистан во второй.., с. 91.

74 Ф. Юлдашбаева, Из истории английской колониальной политики в Афганистане.., с. 157.

75 Serge Berstein, Pierre Milza, Istoria Europei.., с. 103.


76 А. Давыдов, Афганистан.., с. 203.

77 Очерки по новой истории Афганистана, Ташкент: Госиздат УзССР, 1966, c. 95.

78 История Афганистана с древнейших времен.., с. 301.


79 Очерки по новой истории стран Среднего Востока, Москва: Наука, 1951, c. 293.

80 В. Массон, В. Ромодин, История Афганистана.., с. 213.

81 Н. Гуревич, Внешняя торговля Афганистана.., с. 127.

82 М. Покровский, Дипломатия и войны царской России.., с. 260.

83 Новая история стран Азии и Африки, Москва: Наука, 2005, c. 149.


84 Парфенов, И., Колониальная экспансия.., с. 119.


85 Т. Абаева, Кафиристан в агресивных планах Англии в конце XIX века, В: Страны Ближнего и Зарубежного Востока в международных отношениях, Ташкент: Госиздат УзССР, 1984, c. 36.

86 С. Риштия, Афганистан в XIX в.., с. 93.


87 Д. Очильдиев, Очерки борьбы афганского народа за независимость и внутрение реформы (1900-1914), Ташкент: Госиздат УзССР, 1967, с. 132.

88 Н. Ерофеев, Английский колониализм.., с. 172.


89 Независимый Афганистан, Москва: Наука, 1958, c. 7.

90 В. Ромодин, Афганистан во второй.., с. 112.


91 Л. Харюков, Англо-русское соперничество в Центральной Азии.., с. 98.

92 Британская экспансия.., с. 143.

93 В. Коргун, Афганистан в 20-30-е годы XX века: страницы политической истории, Москва: Наука, 1979, с. 93.

94 Н. Халфин, Провал британской агрессии., с. 268.


1Авиация и космонавтика
2Архитектура и строительство
3Астрономия
 
4Безопасность жизнедеятельности
5Биология
 
6Военная кафедра, гражданская оборона
 
7География, экономическая география
8Геология и геодезия
9Государственное регулирование и налоги
 
10Естествознание
 
11Журналистика
 
12Законодательство и право
13Адвокатура
14Административное право
15Арбитражное процессуальное право
16Банковское право
17Государство и право
18Гражданское право и процесс
19Жилищное право
20Законодательство зарубежных стран
21Земельное право
22Конституционное право
23Конституционное право зарубежных стран
24Международное право
25Муниципальное право
26Налоговое право
27Римское право
28Семейное право
29Таможенное право
30Трудовое право
31Уголовное право и процесс
32Финансовое право
33Хозяйственное право
34Экологическое право
35Юриспруденция
36Иностранные языки
37Информатика, информационные технологии
38Базы данных
39Компьютерные сети
40Программирование
41Искусство и культура
42Краеведение
43Культурология
44Музыка
45История
46Биографии
47Историческая личность
 
48Литература
 
49Маркетинг и реклама
50Математика
51Медицина и здоровье
52Менеджмент
53Антикризисное управление
54Делопроизводство и документооборот
55Логистика
 
56Педагогика
57Политология
58Правоохранительные органы
59Криминалистика и криминология
60Прочее
61Психология
62Юридическая психология
 
63Радиоэлектроника
64Религия
 
65Сельское хозяйство и землепользование
66Социология
67Страхование
 
68Технологии
69Материаловедение
70Машиностроение
71Металлургия
72Транспорт
73Туризм
 
74Физика
75Физкультура и спорт
76Философия
 
77Химия
 
78Экология, охрана природы
79Экономика и финансы
80Анализ хозяйственной деятельности
81Банковское дело и кредитование
82Биржевое дело
83Бухгалтерский учет и аудит
84История экономических учений
85Международные отношения
86Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
87Финансы
88Ценные бумаги и фондовый рынок
89Экономика предприятия
90Экономико-математическое моделирование
91Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
1. Связать Змею Горынычу лапы и крылья...
2. Набить Змею Горынычу морду...
3. Добить Змея Горыныча до конца.
Это инструкция по изготовлению детской плюшевой игрушки, если что.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2017
Рейтинг@Mail.ru