Реферат: Теория агрессии К.Лоренца - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Теория агрессии К.Лоренца

Банк рефератов / Психология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 231 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Столичный гуманитарный институт Сургутский филиал Реферат Дисциплина: Зоопсихология На тему: Теория агрессии К.Лоренца Факультет: психологический Курс: III Вариант №20 Выполнил: Богачёва А. 2003 г. Сод ержание: 1. Введение 2. «Пролог в море» 3. Для чего нужна агрессия? 4. Спонтанность агрессии 5. Ритуализация 6. Торможение 7. Заключение 3 4 5 9 10 12 14 Введени е В данной книге авто р прослеживает очень интересные аналогии в поведении различных видов п озвоночных и вида Homo sapiens . У твер ждая, что агрессивность является врожденным, инстинктивно обусловленн ым свойством всех высших животных и , доказывая это на мно жестве уб едительных примеров, автор подводит к выводу: "Есть веские осно вания считать внутривидовую агрессию наиболее серьезной опасностью, к акая грозит человечеству в современных условиях культурноисторическо го и технического развития." В книге речь идет об агрессии, то есть об инстинкте бор ьбы, направленном против собратьев по виду, у животных и у человека. Агрес сия, проявления которой часто отождествляются с пр оявлени ями "инстинкта смерти", это такой же инстинкт, как и все остальные, и в естественных условиях так же, как и они, служит сохранению ж изни и вида. У человека, который собственным трудом слишком быстро измен ил условия своей жизни, агрессивный инстинкт часто приводит к губительн ым последствиям; но аналогич но - хотя не столь драматично - обстоит дело и с другими инстинктами. Две первые главы начинаю тся с описания простых наблюдений типичных форм агрессивного пов едения; затем в третьей главе его значение для сохра нения вида, а в четвертой говорится о физиологии инстинктивных проявлений вообще и агресс ивных в частности - достаточно для того, ч тобы стала ясной спонтанность их неудержимых, ритмически повторя ющихся прорывов. В пятой главе разъясняется п роцесс ритуализации и обособления новых инстинктивных побуждений, во зникающих в ходе этого процесса. Той же це ли служит шестая глава, в которой дан общий обзор системы взаимодействий разных инстинктивных побуждений. В седьмой главе на конкретных примера х показано, какие механизмы "изобрела" эволюция, чтобы направить агресси ю в безопасное русло, какую роль при выполнении этой задачи играет ритуа л, и насколько похожи возникающие при этом формы поведения на те, которые у человека диктуются ответственной моралью. Эти главы создают предпосы лки для того, чтобы можно было понять функционирование четырех очень раз ных типов общественной организации. Первый тип - это анонимная стая, свободная от какой-либо агрессивност и, но в то же время лишенная и личного самосознания, и общности отдельных о собей. Второй тип - семейная и общественная жизнь, основанная лишь на локаль ной структуре защищаемых участков, как у кваквы и других птиц, гнездящих ся колониями. Третий тип - гигантская семья крыс, члены которой не различают друг др уга лично, но узнают по родственному запаху и проявляют друг к другу обра зцовую лояльность; однако с любой крысой, принадлежащей к другой семье, о ни сражаются с ожесточеннейшей партийной ненавистью. И наконец, четверт ый вид общественной организации - это такой, в котором узы личной любви и д ружбы не позволяют членам сообщества бороться и вредить друг другу. Эта форма сообщества, во многом аналогичного человеческому, подробно описа на на примере серых гусей. В пер вых одиннадцати главах К.Лоренц объясняет причины ряда нарушений инстинкта аг рессии у чел овека, 12-я глава - "Проповедь смирения" - должна создать дл я этого новые предпосылки, устранив определенное внутреннее сопротивл ение, мешающее многим людям увидеть самих себя как частицу Вселенной и п ризнать, что их собственное поведение тоже подчинено законам природы. Эт о сопротивление заложено, во-первых, в отрицательном отношении к понятию причинности, которое кажется противоречащим свободной воле, а во-вторых , в духовном чванстве человека. 13-я глава имеет целью объективно показать современное состояние человечества, примерно так, как увидел бы его, ска жем, биолог-марсианин. В 14-й главе К.Лоренц предлагает возможные меры против тех нарушений инстинкт а агрессии, причины которые ему кажутся уже понятными. « Пролог в море» В первой главе К.Лоренц о писывает свои наблюдения в природе: «У рыб тусклой или , как у красноротиков, пастельной окраски я почти всегда вижу многих или х отя бы нескольких представителей одного и того же вида одновременно, час то они плавают вместе громадными, плотными стаями. Зато из яркоокрашенны х видов в моем поле зрения лишь один синий и один черный "ангел", один "краса вчик" и один "самоцвет"; а из двух малюток "скальных красавиц", которые тольк о что промчались мимо, одна с величайшей яростью гналась за другой. Хотя вода и теплая, от не подвижной аэростатной жизни я начинаю замерзать, но наблюда ю дальше. И тут замечаю вдали, а это даже в очень прозр ачной воде всего 10-12 метров, еще одного красавчи ка, который медленно приближается, очевидно, в поисках корма. Местный кра савчик замечает пришельца гораздо позже, чем я со своей наблюдательной в ышки; до чужака остается метра четыре. В тот же миг местный с беспримерной яростью бросается на чужака, и хотя тот крупнее нападающего, он тут же раз ворачивается и удирает изо всех сил, дикими зигзагами, к чему атакующий в ынуждает его чрезвычай но серьезными таранны ми ударами, каждый из которых нанес бы серьезную рану, если бы попал в цель . По мень шей мере один все-таки попал; я вижу, ка к опускается на дно блестящая чешуйка, кружась, словно опавший лист. Когд а чужак скрывается вдали в сине-зеленых сумерках, победитель тотчас возв ращается к своей норке. Он мирно проплывает сквозь плотную толпу юных красноротиков, кормящихс я возле самого входа в его пещеру; и полнейшее безразличие, с каким он обхо дит этих рыбок, наводит на мысль, что для него они значат не больше, чем кам ушки или другие несущественные и неодушевленные помехи. Даже маленький синий ангел, довольно похожий на него и формой, и окраской, не вызывает у н его ни малейшей враждебности. Вскоре после этого я наблюдаю точно такую же, во всех деталях, стычку дву х черных рыбок-ангелов, размером едва-едва с пальчик. Эта стычка, быть може т, даже драматичнее: еще сильнее кажется ожесточение нападающего, еще оч евиднее панический страх удирающего пришельца, хотя, это может быть и потому, что мой медленный человеческий глаз лу чше уловил движения ангелов, чем красавчиков, которые разыграли свой спе ктакль слишком стремительно. Постепенно до моего сознания доходит, что мне уже по-настоящему холодно. И пока выбираюсь на коралловую стену в теплый воздух под золотое солнце Флориды, я формулирую все увиденное в нескольких коротких правилах: Ярк ие, "плакатно" окрашенные рыбы - все оседлые .» Только у них можно увидеть , что они защищают определе нный участок. Их яростная враждебность направлена только против им подо бных; трудно увидеть , чтобы рыбы разных в идов нападали друг на друга, сколь бы ни была агрессивна каждая из них. Напрашивается вопрос для чего все же рыбы такие яркие? Все великое множество сложных и целесообразных конст рукций животных и растений всевозможнейших видов обязано своим возник новением терпеливой работе Изменчивости и Отбора за многие миллионы ле т. Задавая этот вопрос, мы впр аве надеяться на разумный отве т. Кричаще яркие краски коралловых рыб т ребуют объяснения. Какая видосохраняющая функция вызвала их появление? Для ответа на этот вопрос исследователь купил самых ярких рыбок, каких толь ко мог найти, а для ср авнения - несколько видов менее ярких, в том числе и про стой маскировочной окраски. Тут он сдела л неожиданное открытие: у подавляющего большинства действ ительно ярких коралловых рыб - "плакатной", ил и "флаговой", расцветки - совершенно невозможно де ржать в небольшом аквариуме больше одной особи каждого вида. Стоило поме стить в аквариум несколько рыбок одного вида, как вскоре, после яростных баталий, в живых оставалась лишь самая сильная. В откр ытом море принцип "два сапога - не пара" осуществляется бескровно: побежденный бежит с террит ории победителя, а тот вскоре прекращает преследование. Но в аквариуме, г де бежать некуда, победитель часто сразу же добивает побежденного. По ме ньшей мере он занимает весь бассейн как собственное владение и в дальней шем настолько изводит остальных постоянными нападениями, что те растут гораздо медленнее, его преимущество стано вится все значит ельнее, и так до трагического исхода. Итак, в этот аквариум были запущены рыбешки - длиной от двух до четырех сантиметров - следующих видов: 7 разных видов рыб-бабочек, 2 вида рыб-ангелов, 8 видов группы "демуазе ль" (группа помацентров, к которой принадлежат "звездники" и "красавчики"), 2 вида спинорогов, 3 вида губанов, 1 вид "рыбы-доктора" и несколько других, не я рких и не агрессивных видов, как "кузовки", "шары" и т.п. Таким образом, в аквар иуме оказалось примерно 25 видов плакатно окрашенных рыб, в ср еднем по 4 рыбки каждого вида, из некоторых видов бо ль ше, из других всего по одной, а всего бол ьше 100 особей. Рыбки сохранились наилучшим образом, почти без потерь, прижились, воспрянули духом и в пол ном соответствии с программой начали драться. Теперь появилась возможность сделать определенные статистические под счеты. Результаты оказались следующими: для каждой рыб ки, живущей в аквариуме, вероятность случайно напасть на одну из трех сво их среди 96 других рыбок равна 3:96. Однако, количество укусов, нанесенных сор одичам, относится к количеству межвидовых укусов примерно как 85:15. И даже э то малое последнее число (15) не отражает подлинной картины, т. к. соответств ующие нападения относятся почти исключительно на счет "демуазелей". Они почти постоянно сидят в своих норках, почти невидимые снаружи, и яростно атакуют каждую рыбу, которая приближается к их убежищу. В свободной воде и они игнорируют любую рыбу другого вида. В тех случаях, когда спаривание сое диняло две рыбьих души в одну, в живых оставалась пара, как это было у коричневых и бело-желтых " бабочек". Известно великое множество случаев, когда животные, не только р ыбы, которым за неимением сородичей приходилось переносить свою агресс ивность на другие объекты, выбирали при этом наиболее близких родственн иков или же виды, хотя бы похожие по окраске. Эти наблюдения в аквариуме и их обобщение бесспорно подтвержд ают правило, установленное и наблюдениями в море: по отношению к своим со родичам рыбы гораздо агрессивнее, чем по отношению к рыбам других видов. Восхитительная красота и правильность рисунков, расц веток и движений наших рыб могут вызвать у нас лишь еще большее восхищен ие, когда мы узнаем, что они существенно важны для сохранения вида украше нных ими живых существ. Великолепная боевая раскраска коралловых рыб выполняет особую роль : она вызывает у сородича и только у него яростн ый порыв к защите своего участка, если он находится на собственной терри тории, и устрашающе предупреждает его о боевой готовности хозяина, если он вторгся в чужие владения. В обеих функциях это как две капли воды похож е на другое прекрасное явление природы на пение птиц; на пес ню соловья . Как расцветка коралловой рыбы, так и песня с оловья служат для того, чтобы издали предупредить своих со родичей - ибо обращаются только к ним, что здешний участок уже нашел себе крепкого и воинственно го хозяина. Для чего нужна агресс ия Для чего вообще борю тся друг с другом живые существа? Борьба - вездесущий в природе процесс; способы поведения, предназначенные для бо рьбы, как и оружие, наступательное и оборонительное, настолько высоко ра звиты и настолько очевидно возникли под селекционным давлением соотве тствующих видосохраняющих функций . Ф ормулу Дарвина "борьба за существование", пр евратившуюся в модное выражение, которым часто злоупотребляют, непосвя щенные ошибочно относят, как правило, к борьбе между различными видами. Н а самом же деле, "борьба", о которой говорил Дарвин и которая движет эволюцию - это в первую очередь конкуренция ме жду ближайшими родственниками. То, что заставляет ви д, како в он сегодня, исчезнуть или превращает ег о в другой вид - это какое-нибудь удачное "изобретение", в ыпавшее на долю одного или нескольких собратьев по виду в результате сов ершенно случайного выигрыша в вечной лотерее Изменчивости. Потомки эти х счастливцев, как уже говорилось, очень скоро вытеснят всех остальных, т ак что вид будет состоять только из особей, обладающих новым "изобретени ем". Функция сохранения вида гораздо яснее при любых межви довых столкновениях, нежели в случае внутривидовой борьбы. Взаимное вли яние хищника и жертвы дает замечательные образцы того, как отбор заставл яет одного из них приспосабливаться к развитию другого. Быстрота пресле дуемых копытных культивирует мощную прыгучесть и страшно вооруже нные лапы крупных кошек, а те, в свою очередь, ра звивают у жертвы все более тонкое чутье и все более быстрый бег. Впечатля ющий пример такого эволюционного соревнования между наступательным и оборонительным оружием дает хорошо прослеженная палеонтологически сп ециализация зубов травоядных млекопитающих - зубы станови лись все крепче - и параллельное развитие пищевых раст ений, которые по возможности защищались от съедения отложением кремнев ых кислот и другими мерами. Но такого рода "борьба" между поедающим и поеда емым никогда не приводит к полному уничтожению жертвы хищником; между ни ми всегда устанавливает ся некое равновесие, которое, если говорить о виде в целом , выгодно для обоих. Кто непосредственно угрожает существованию вида - это не "пожи ратель", а конкурент; именно он и только он. Ближе к подлинной агрессии, чем нападение охотника на добычу, интересный обратный случай "контратаки" добычи против хищника. О собенно это касается стадных животных, которые всем скопом нападают на х ищни ка, стоит лишь им его заметить. Напад ение на хищника-пожирателя имеет очевидный смысл для сохранения вида. Да же когда нападающий мал и безоружен, он причиняет объекту нападения весь ма чувствительные неприятности. Все хищники, охотящиеся в одиночку, могу т рассчитывать на успех лишь в том случае, если их нападение внезапно. Даж е когда нападающий мал и безоружен, он причиняет объекту нападения весьм а чувствительные неприятности. Когда лисицу сопровождает по лесу крича щая сойка, когда вслед за кобчиком летит целая стая предупреждающе щебеч ущих трясогузок охота у них бывает основательно подпорчена. С помощью тр авли многие птицы отгоняют обнаруженную днем сову так далеко, что на сле дующий вечер ночной хищник охотится где-то в другом месте. Особенно инте ресна функция травли у ряда птиц с высокоразвитой общественной организ ацией, таких, как галки и многие гуси. У первых важнейшее значение травли д ля сохранения вида состоит в том, чтобы показать неопытной молодежи, как выглядит опасный враг. Такого врожденного знания у галок нет. У птиц это у никальный случай традиционно передаваемого знания. Гуси, на основании с трого избирательного врожденного механизма, "знают": нечто пуши стое, рыже-кори чневое, вытянутое и п олзущее чрезвычайно опасно. Однако и у них видосохран яющая функция "мобинга" со всем его переполохом, когда от ов сюду слетаются тучи гусей, имеет в основном учебную це ль. О таких эффективных нападениях на де йствительного или мнимого хищника-пожирателя можно было бы рассказыва ть долго. У некоторых птиц и рыб специально для этой цели развилась яркая " апосематическая", или предупреждающая, окраска, которую хищник может лег ко заметить и ассоциировать с теми неприятностями, какие он им ел, встречаясь с данным видом. Ядовитые, противные на вкус или как-либо иначе защищенные животные самых различных групп по разительно часто "выбирают" для предупредительного сигнала соче тания одних и тех же цветов: красного, белого и черного. И чрезвычайно примечательны два вида, которые к роме "ядовитой" агрессивности не имеют ничего общего ни друг с другом, ни с упомянутыми я довитыми животными, а именно утка-пеганка и ры бка, суматранский усач. О пеганках давно известно, что они люто травят хищ ников; их яркое оперение настолько угнетает лис, что они могут безнаказа нно высиживать утят в лисьих норах, в присутствии хозяев. Как при нападении х ищника на добычу или при травле хищника его жертвами, так же очевидна вид осохраняющая функция третьего типа боевого поведения наз ываемое критической реакцией. Эта форма боевого пове дения, самая яростная, мотивируется страхом, сильнейшим стремлением к бе гству, которое не может быть реализовано потому, что опасность слишком б лизка. Нападение курицы-наседки или гусака на любой объект, слишком приб лизившийся к птенцам, тоже следует считать критической реакцией. При вне запном появлении опасного врага в пределах определенной критической з оны многие животные яростно набрасываются на него, хотя бежали бы с гора здо большего расстояния, если бы заметили его приближение издали. Это прежде всего потому, что там дистанция бегства особенно мала; зверь в чаще чувствует себя укрытым и рассчитывает на то, что челове к, продираясь сквозь заросли, не заметит его, даже если пройдет совсем бли зко. Но если при этом человек перешагнет рубеж критической дистанции зве ря, то происходит так называем ый несчастный случай на охот е быстро и трагично. В только что рассмотренных случаях борьбы между живо тными различных видов есть общая черта: здесь вполне ясно, какую пользу д ля сохранения вида получает или "должен" получить каждый из участников б орьбы. Но и внутривидовая агрессия - агре ссия в узком и с обственном смысле этого слова, тоже служит сохранению вида. Обычному цивилизованному человеку случается увидет ь подлинную агрессию лишь тогда, когда сцепятся его сограждане или домаш ние животные; разумеется, он видит лишь дурные последствия таких раздоро в. Здесь поистине устрашаю щий ряд постепенных переходов от петухов, подравшихся на помойке, через грызущихся с обак, через мальчишек, разбивающих друг другу носы, через парней, бьющих д руг другу об головы пивные кружки, через трактирные побоища, уже слегк а окрашенные политикой, приводит наконе ц к войнам и к атомной бомбе. Е сть веские основания считать внутриви довую агрессию наиболее серьезной опасностью, какая грозит человечест ву в современных условиях культурно-исторического и технического разв ития. В биотопах, заселенных не так густо, где такой же объем пространства предоставляет возможность для жизни лишь трем-четырем ви дам, оседлая рыба или птица может позволить себе держать от себя подальш е любых животных других видов, которые, вообще говоря, и не должны бы ей ме шать. Если бы того же захотела оседлая рыба на коралловом рифе -- она бы изв елась, но так и не смогла бы очистить свою территорию от тучи неконкурент ов различных профессий. Экологические интересы всех оседлых видов выиг рывают, если каждый из них производит пространственное распределение о собей самостоятельно, без оглядки на другие виды. Описанные в первой гла ве яркие плакатные расцветки и вызываемые ими избирательные боевые реа кции приводят к тому, что каждая рыба каждого вида выдерживает определен ную дистанцию лишь по отношению к своим сородичам, которые являются ее к онкурентами, так как им нужна та же самая пища. В этом и состоит совсем про стой ответ на часто и много обсуждавшийся вопрос о функции расцветки кор алловых рыб. Таким образом, принад лежащая животному территория - это лишь функция различий его агрессивно сти в разных местах, что обусловлено локальными факторами, подавляющими эту агрессивность. С приближением к центру области обитания агрессивно сть возрастает в геометрической прогрессии. Это возрастание настолько велико, что компенсирует все различия по величине и силе, какие могут вст ретиться у взрослых половозрелых особей одного и того же вида. Мы можем считать достоверным, что равномерное распре деление в пространстве животных одного и того же вида является важнейше й функцией внутривидовой агрессии. Но эта функция отнюдь не единственна ! Уже Чарлз Дарвин вер но заметил, что половой отбор - выбор наилучших, наиболее сильных животных для п родолжения рода в значительной степени определяется борьбой соперничающих животных, особенно самцов. Сила отца естественно обеспечивает потомству непосредственные преимущества у тех видов, где отец принимает активное участие в заботе о детях, прежде всего в их защит е. Тесная связь между заботой самцов о потомстве и их поединками наиболе е отчетливо проявляется у тех животных, которые не территориальны в выше описанном смысле слова, а ведут более или менее кочевой образ жизни, как, н апример, крупные копытные, наземные обезьяны и многие другие. У этих животных внутривидовая агрессия не играет сущ ественной роли в распределении пространства; в рассредоточении таких в идов, как, скажем, бизоны, разные антилопы, лошади и т.п., которые собираются в огромные сообщества и которым разделение участков и борьба за террито рию совершенно чужды, потому что корма им предостаточно. Тем не менее сам цы этих животных яростно и драматически сражаются друг с другом, и нет ни каких сомнений в том, что отбор, вытекающий из этой борьбы, приводит к появ лению особенно крупных и хорошо вооруженн ых защитников се мьи и стада, как и наоборот, в том, что именно видосохран яющая функция защиты стада привела к появлению такого отбора в жестоких поединках. Таким образом и возникают столь внушительные бойцы, как быки бизонов или самцы крупных павианов, которые при каждой опасности для соо бщества воздвигают вокруг слабейших членов стада стену мужественной к руговой обороны. Поединок служит полезному отбору лишь та м, где бойцы проверяются не только внутривидовыми дуэльными правилами, н о и схватками с внешним враго м. Важнейшая функция поединка это выбор боевого защитника семьи, таким образом еще од на функция внутривидовой агрессии состоит в охране потомства. сильнее. У колюшки это самцы; у многих мелких цихл ид - с амки. У кур и уток только самки заботятся о потомст ве, и они гораздо неуживчивее самцов, если, конечно, не иметь в виду поедин ки. Нечто подобное должно быть и у человека. Р оль агрессии в системе, которая порядком выше, однако для поним ания доступнее; а именно в сообществе социальных живо тных, состоящем из многих особей. Принципом организации, без которого, оч евидно, не может развиться упорядоченная совместная жизнь высших живот ных, является так называемая иерархия. С остоит она попросту в том, что каждый из совместно живущих индивидов зна ет, кто сильнее его самого и кто слабее, так что каждый может без борьбы от ступить перед более сильным и может ожидать, что более слабый в свою очер едь отступит перед ним самим, если они попадутся друг другу на пути. Широкое распространение иерархии, как уже указывалось, убедите льно свидетельствует о ее важной видосохраняющей функции, так что мы дол жны задаться вопросом, в чем же эта функция состоит. Сразу же напрашивается ответ, что таким образом избегается борьба между членами сообщества. Тут можно возразить следующим во просом: чем же это лучше прямого запрета на агрессивность по отношению к членам сообщества? И снова можно дать ответ, в о-первых, вполне может случиться, что сообществу (скажем, волчьей стае или стаду обезьян) крайне необходима агрессивност ь по отношению к другим сообществам того же вида, так что борьба должна бы ть исключена лишь внутри группы. А во-вторых, напряженные отношения, кото рые возникают внутри сообщества вследствие агрессивных побуждений и в ырастающей из них иерархии, могут придавать ему во многом полезную струк туру и прочность. У галок, да и у многих других птиц с высокой общественной организацией, иерархия непосредственно приводит к защите слабых. Так ка к каждый индивид постоянно стремится повысить свой ранг, то между непоср едственно ниже и вышестоящими всегда возникает особенно сильная напря женность, даже враждебность; и наоборот, эта враждебность тем меньше, чем дальше друг от друга ранги двух животных. А поскольку галки высокого ран га, особенно самцы, обязательно вмешиваются в любую с сору м ежду двумя нижестоящими - эти ступенчатые различия в н апряженности отношений имеют благоприятное следствие: галка высокого ранга всегда вступает в бой на стороне слабейшего, словно по рыцарс кому принципу "Место сильного на стороне слаб ого! ". Вообще, чем более развит вид животных, тем большее знач ение приобретает индивидуальный опыт и обучение, в то время как врожденн ое поведение хотя не теряет своей важности, но сводится к более простым э лементам. С общим прогрессом эволюции все более возрастает роль опыта ст арых животных; можно даже сказать, что совместная социальная жизнь у наи более умных млекопитающих приобретает за счет этого новую функ цию в сохранении вида, а именно традиционную пере дачу индивидуально приобретенной информации. Таким обр азом, при прочих равных условия х, возраст животного находится, как правило, в прямой з ависимости с тем рангом, который оно имеет в иерархии своего сообщества. И поэтому вполне целесообразно, что "конструкция" поведения полагается н а это правило: члены сообщества" которые не могут вычитать возраст своег о вожака в его свидетельстве о рождении, соизмеряют степень своего довер ия к нему с его рангом. Спонтанность аг рессии З нани е того, что агрессия я вляется подлинным инстинктом - первичным, напр авленным на сохранение вида, позволяет нам понять, насколько она опасна. Главная оп асность инстинкта состоит в его спонтанности. Если бы он был лишь реакци ей на определенные внешние условия, что предполагают многие социологи и психологи, то положение человечества было бы не так опасно, как в действи тельности. Тогда можно было бы основательно изучить и исключить факторы , порождающие эту реакцию. Фрейд заслужил себе славу, впервые распознав с амостоятельное значение агрессии; он же показал, что недостаточность со циальных контактов и особенно их исчезновение ("потеря любви") относятся к числу сильных факторов, благоприятствующих агрессии. Крэйг провел серию опытов с самцами горлицы, в которой он отбирал у них самок на ступенчато в озрастающие промежутки времени и экспериментально устанавливал, какой объект способен вызвать токование самца. Через несколько дней после исч езновения самки своего вида самец горлицы был готов ухаживать за белой д омашней голубкой, которую он перед тем полностью игнорировал. Еще через несколько дней он пошел дальше и стал исполнять свои поклоны и ворковань е пе ред чучелом голубя, еще позже - перед с мотанной в узел тр япкой; и наконец, через несколько недель одиночества стал адресовать свое токование в пустой у гол клетки, где пересечение ребер ящика создавало хоть какую-то оптическ ую точку, способную задержать его взгляд. В переводе на язык физиологии э ти наблюдения означают, что при длительном невыполнении какого -либо инстинктивного действия, в описанном случае токования , порог разд ражения снижается. Это явление настолько распространено и закономерно, что народная мудрость уже давно с ним освоилась и облекла в простую форм у поговорки: "При нужде черт муху слопает"; Гете выразил ту же закономернос ть словами Мефистофеля: "С отравой в жилах, ты Елену в любой увидишь непрем енно". Так оно и есть! А если ты голубь, то в конце концов увидишь ее и в старой пыльной тряпке, и даже в пустом углу собственной тюрьмы. Снижение порога раздра жения может привести к тому, что в особых условиях его величина может упа сть до нуля, т.е. при определенных обстоятельствах соответствующее инсти нктивное действие может "прорваться" без какоголибо видимого внешнего с тимула "Накопление" инстинкта, происходящее при дол гом отсутствии разряжающего стимула, имеет сл едствием не только возрастание готовности к реакции, но и многие д ругие, более глубокие явления, в которые вовлекается весь организм в цел ом. В принципе, каждое подлинно инстинктивное действи е, кот орое лишено возможности разрядиться, приводит животн ое в состояние общего беспокойства и вынуждает его к поискам разряжающе го стимула. Эти поиски, которые в простейшем случае состоят в беспорядоч ном движении (бег, полет, плавание), а в самых сложных могут включать в себя любые формы поведения, приобретенные обучением и познанием, Уоллэс Крэй г назвал аппетентным поведением. Ритуализация Смещение, переориентаци я нападения - это, пожалуй, гениальнейшее средство, изобретенное эволюци ей, чтобы направить агрессию в безопасное русло. Однако это вовсе не един ственное средство такого рода; великие конструкторы эволюции - Изменчив ость и Отбор очень редко ограничиваются одним-единственным способом. Сама сущность их экспериментальной "игры в кости" позволяет им зачастую натолкнуться на несколько вариантов и применить их вместе, удваивая и ут раивая надежность решения одной и той же проблемы. Это особенно ценно дл я различных механизмов поведения, призванных предотвращать увечье или убийство сородича. Этот загадочный эволюционный процесс, создающий пои стине нерушимые законы, которым социальное поведение многих высших жив отных подчиняется так же, как поступки цивилизованного человека - самым священным обычаям и традициям. Наиболее ярким примером последовательной дифференциации ритуализованных фо рм поведения является пример из жизни насекомых. Он иллюстрирует параллели между филогенет ическим возникновением церемоний ритуализации и культурно-историческим процессом символизации, и еще потому, что в этом случае символ не ограничив ается поведенческим актом, а приобретает материальную форму и превраща ется в фетиш, в самом буквальном смысле этого слова. У многих видов так называемых толкунчиков (немецкое название - "танцующие мухи"), стоящих близ ко к ктырям (немецкое название - "мухи-убийцы", "хищные мухи"), развился столь же красивый, сколь и ц елесообразный ритуал, состоящий в том, что самец непосредственно перед с париванием вручает своей избраннице пойманное им насекомое подходящих размеров. Пока она занята тем, что вкушает этот дар, он может ее оплодотво рить без риска, что она съест его самого; а такая опасность у мухоядных мух несомненна, тем более что самки у них крупнее самцов. Без сомнения, именно эта опасность оказывала селекционное давление, в результате которого п оявилось столь примечательное поведение. Но эта церемония сохранилась и у такого вида, как северный толкунчик; а их самки, кроме этого свадебного пира, никогда больше мух не едят. У одного из североамериканских видов са мцы ткут красивые белые шары, привлекающие самок оптически и содержащие по нескольку мелких насекомых, съедаемых самкой во время спаривания. Под обным же образом обстоит дело у мавританского толкунчика, у которого сам цы ткут маленькие развевающиеся вуали, иногда, но не всегда, вплетая в них что-нибудь съедобное. У веселой альпийск ой мухипортного, больше всех других заслуживающей названия "танцующей м ухи", самцы вообще никаких насекомых больше не ловят, а ткут маленькую, изу мительно красивую вуаль, которую растягивают в полете между средними и з адними лапками, и самки реагируют на вид этих вуалей. Из примеров натравливании у утиных само к, видно , что возникновение новой наследс твенной координации принимает весьма существенное участие в образован ии нового ритуала, и что таким образом возникает автономная и весьма жес тко закрепленная по форме последовательность движений, т.е. не что иное, к ак новое инстинктивное действие. Пример толкунчиков, танцевальные движ ения которых пока еще ждут более детального анализа, может быть, подходи т для того, чтобы показать нам другую, столь же важную сторо ну ритуализации; а именно - вновь возникающую реакцию, к оторой животное отвечает на адресованное ему символическое сообщение сородича. У тех видов толкунчиков, у которых самки получают лишь символи ческие шлейфы или шарики без съедобного содержимо го, они с очевидностью реагируют на эти фетиши ничуть не хуже ил и даже лучше, чем их прародительницы реагировали на сугубо материальные дары в виде съедобной добычи. Таким образом возникает не только несущест вовавшее прежде инстинктивное действие с определенной функцией сообще ния у одного из сородичей, у "действующего лица", но и врожденное понимание этого сообщения у другого, "воспринимающего лица". То, что нам, при поверхн остном наблюдении, кажется единой "церемонией", зачастую состоит из цело го ряда элементов поведения, взаимно вызывающих друг друга. Вновь возникшая моторика ритуализованных поведенче ских актов носит характер вполне самостоят ельного инстин ктивного действия. Иными словами, последовательность действий, первоначально служившая каким-то другим, объективным и субъек тивным целям, становится самоцелью, как только превращается в автономны й ритуал. Обособившееся инстинктивное действие - это не побочный продукт, не "эпифеномен" связи, соединяющей обои х животных; оно само и является этой связью. Постоянное повторение таких связывающих пару церемоний выразительно свидетельствует о силе автоно много инстинкта, приводящего их в действие. У животных нет символов, передаваемых по тр адиции из поколения в поколение . Впрочем, и у живо тных случается, что индивидуально приобретенный опыт передается от ста рших к молодым посредством обучения. Такая подлинная традиция существу ет лишь у тех форм животных, у которых высокая способность к обучению соч етается с высоким развитием общественной жизни. Явления такого рода док азаны, например, у галок, серых гусей и крыс. Однако эти передаваемые знани я ограничиваются самыми простыми вещами, такими как знание маршрутов, оп ределенных видов пищи или опасных врагов, а у крыс еще и знание опасности ядов. Необходимым общим элементом, который присутствует ка к в этих простых традициях у животных, так и в высочайших культурных трад ициях у человека, является привычка. Жестко закрепляя уже приобретенное , она играет такую же роль в становлении традиций, как наследственность в эволюционном возникновении ритуалов. Непосредственная причина всех изменений, за счет кот орых ритуалы, возникшие филогенетически и культурноисторически, ст али так похожи друг на друга это, безусловно, селекционное давление, формирующее сигнал: необходимо, чтобы посылаемы е сигналы соответствовали ограниченным способностям восприятия у того адресата, который должен избирательно реагировать на эти сигналы, иначе система не будет работать. А сконструировать приемник, избирательно реа гирующий на сигнал, тем проще, чем проще (а значит, однозначнее) сами сигна лы. Разумеется, передатчик и приемник оказывают друг на друга селекционн ое давление, влияющее н а их развитие, и таким образом во взаимном приспособлении оба могут стать в высшей степен и специализированными. Как при филогенетическ ой, так и при культурной ритуализации вновь развивающийся шаблон поведе ния приобретает самостоятельность совершенно особого рода. И инстинктивные и культурные ритуалы станов ятся автономными мотивациями поведения, потому что сами они превращают ся в новую цель, достижение которой становится насущной потребностью ор ганизма. Самая сущность ритуала как носителя независимых мотивирующих факторов ведет к тому, что он перерастает свою первоначальную функцию ко ммуникации и приобретает способность выполнять две новые, сто ль же важные задачи; а именно: сдерживание агрессии и ф ормирование связей между особями одного и того же вида. Любое отклонение от форм общения, характерных для определенно й группы, вызывает агрессию, и потому члены такой группы оказываются вын уждены точно выполнять все нормы социального поведения. Ритуал удерживает внутривидовую агресси ю от всех проявлений, которые могли бы серьезно повредить сохранению вид а, но при этом не выключает ее функций, необходимых для сохранения вида! Полезный, необходимый инстинкт вообще ост ается неизменным; но для особых случаев, где его проявление было бы вредн о, вводится специально созданный механизм торможения. И здесь снова куль турно-историческое развитие народов происходит аналогичным образом; и менно потому важнейшие требования Моис еевых и всех прочих скрижалей это не предтисания, а запреты. Торможение Т ормо жение, запрещающее убийство или ранение сородича, должно быть наиболее с ильным и надежным у тех видов, которые, во-первых, как профессиональные хи щники располагают оружием, достаточным для быстрого и верного убийства крупной жертвы, а во-вторых социально объ единены. У хищников-одиночек, например, у н екоторых видов куниц или кошек бывает д остаточно того, что сексуальное возбуждение затормаживает и агрессию, и охоту на такое время, чтобы обеспечить безопасное соитие полов. Но если к рупные хищники постоянно живут вместе, как волки или львы, надежные и постоянно действующие механизмы торможен ия должны быть в работе всегда, являясь совершенно самостоятельными и не зависящими от изменений настроения отдельного зверя. Таким образом возникает особенно трогательный парад окс: как ра з наиболее кровожадные звери, прежде всего волк, обладают самыми надежными тормозами против убийства, какие только есть на Земле. У разных живо тных механизмы социального торможения приводятся в действие очень раз ными признаками. Поскольку торможение э то активный процесс, который противостоит какому-то столь же активному п обуждению и подавляет его, или видоизменяет, то вполне правомочно говори ть, что процессы торможения высвобождаются, разряжаются, точно так же ка к при разрядке какого-либо инстинктивно го действия. Разнообразные передатчики стимулов, которые у всех высших ж ивотных включают в работу активное ответное поведение, в принципе не отл ичаются от тех, какие включают социальное торможение. В обоих случаях пе редатчик стимула состоит из бросающихся в глаза структур, ярких цветов и ритуализо ванных движений, а чаще всего из комбинации всех этих компонентов. Ритуализованные движения, обеспеч ивающие торможение агрессии у сородичей, обычно называют поза ми покорности или умиротворения. При исчезновении с игнала, призывающего к борьбе, поначалу избегается только выплеск внутр ивидовой агрессии; активное торможение уже начатого нападения еще не вк лючается. Однако совершенно очевидно, что с точки зрения эволюции здесь всего один шаг от первого до второго; и как раз возникновение умиротворя ющих жестов из сигналов борьбы "с обратным знаком" являет тому прекрасны й пример. Естественно, у очень многих животных угроза заключается в том, ч то противнику многозначительно "суют под нос" свое оружие, будь то зубы, ко гти, клюв, сгиб крыла или кулак. Поскольку у таких видов все эти прелестные жесты принадлежат к числу сигналов, "понимание" которых заложено в насле дственности, то в зависимости от силы адресата они вызывают у него либо о тветную угрозу, либо бегство; а способ возникновения жестов, предотвраща ющих борьбу, определен здесь однозначно: они должны состоять в том, что ищ ущее мира животное отворачивает оружие от противника. Среди различных и происходящих из различных источников церемоний умиротв орения наиболее важными являются ритуа лы умиротворения или приветствия, которые произошли в результате перео риентации атакующих движений. Они не зат ормаживают агресссию, но отводят ее от определенных сородичей и направл яют на других. Везде, где наблюдается переориентированный ритуал умиротворения, церемония связана с индивидуальностью партнеров , принимающих в ней участие. Агрессия некоего определенного существа отв одится от второго, тоже определенного, в то время как ее разрядка на всех о стальных сородичей, остающихся анонимными, не подвергается торможению. Так возникает различие между другом и всеми остальными, и в мире впервые появляется личная связь отдельных индивидов. Внутривидовая агрессия, разделяющая и отдаляющая сор одичей, по своему действию противоположна стадному инстинкту, так что само собой разумеется сильная агрессивн ость и тесное объединение несовместимы. Однако не столь крайние проявле ния обоих механизмов поведения отнюдь не исключают друг друга. И у многи х видов, образующих большие скопления, отдельные особи никогда не перест упают определенного предела: между каждыми двумя животными всегда сохр аняется какое-то постоянное пространство. Существует тип соци альной организации, характеризующийся такой формой агрессии, как коллективной борьбой одного сообщества прот ив другого. Н арушения именно этой, социал ьной формы внутривидовой агрессии в самую первую очередь играют роль "Зл а", в собственном смысле этого слова. Именно поэтому социальная организа ция такого рода представляет собой модель, на которой наглядно проявляю тся некоторые из опасностей, угрожающих нам самим. самим. В с воем поведении с членами собственного сообщества животны е , являются истинным образцом всех социальных добродетеле й. Но они превращаются в настоящих извергов, когда им приходится иметь де ло с членом любого другого сообщества, кроме своего. Сообщества такого т ипа всегда слишком многочисленны для того, чтобы каждое животное могло п ерсонально знать всех остальных; принадлежность к определенной группе узнается по определенному запаху, свойствен ному всем ее членам. Для чего же нужна эта партийная ненависть между стаями крыс? Какая задача сохранения вида породила такое повед ен ие? Так вот, самое ужасное и для нас, людей , в высшей степени тревожное состоит в том, что эти добрые, старые дарвинистские рассуждения применимы только там, где существует какая-то внешняя, из окружающих условий исходящая причина, которая и про изводит такой выбор. Только в этом случае отбор вызывается приспособлен ием. Однако там, где отбор производится соперничеством сородичей самим п о себе, там существует огромная опасност ь, что сородичи в слепой конкуренции загонят друг друга в самые темные ту пики эволюции. Таким образом, вполне вероятно, что партийная ненавист ь между стаями, царящая у крыс это на самом деле лишь "изобретение дьявола", совершенно ненужное виду. Внутривидовая агрессия на миллионы лет старше личной дружбы и любви. За время долгих эпох в истор ии Земли наверняка появлялись животные, исключительно свирепые и агрес сивные. Почти все рептилии, каких мы знаем сегодня, именно таковы, и трудно предположить, что в древности это было иначе. Однако личные узы мы знаем т олько у костистых рыб, у птиц и у млекопитающих, т.е. у групп, ни одна их кото рых не известна до позднего мезозоя. Так что внутривидовой агрессии без ее контр-партнера, без любви, бывает сколько угодно; но любви без агрессии не бывает. Ненависть, уродливую младшую сестру любви, необходимо четко отделять от внутривидовой агрессии. В отличие от обычной агрессии она бывает направ лена на индивида, в точности как и любовь, и по-видимому любовь является пр едпосылкой ее появления: по-настоящему ненавидеть можно, наверно, лишь т о, что когда-то любил, и все еще любишь, хоть и отрицаешь это. У животного, даже не принадлежащего к привилегированн ому классу млекопитающих, исследование обнаруживает механизм поведени я, который соединяет определенных индивидов на всю жизнь и превращается в сильнейший мотив, определяющий все поступки, который пересиливает все "животные" инстинкты -- голод, сексуальность, агрессию и страх -- и создает о бщественные отношения в формах, характерных для данного вида. Такой союз по всем пунктам аналогичен тем отношениям, какие у нас, у людей, складываю тся на основе любви и дружбы в их самом чистом и благородном проявлении. Вместо заключен ия СЕ ЧЕЛОВЕК Я на то, с ноги снимая свой сапог , ему ответил: "Это, Демон, страшный символ человека : вот нога из грубой кожи; то, что больше не природа, но и в дух не превратилось; нечто меж звериной лапой и сандалией Гермеса". Христиан Морг енштерн Использу емая литература: Конрад Лоренц, «Агрессия», http://lib.ru/PSIHO/LORENC/agressiya.txt
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Уникальная особенность путешествий по России: вы перемещаетесь не только в пространстве, но и во времени.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по психологии "Теория агрессии К.Лоренца", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru