Реферат: Стихи о Прекрасной Даме Блока - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Стихи о Прекрасной Даме Блока

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 207 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

23 М ИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МУНИЦИПАЛЬНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ГИМНАЗИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПРОФИЛЯ Экзаменационный реферат По литературе На тему ««Стихи о Прекрасной Даме» А.А.Блока и их философское содержание» Выполнил: Ученик 11 класса А Горлачев Б.М. Преподаватель-консультант: Урожаева Т.Н. Смоленск 200 5 / 2 00 6 План I . Введение. II . Случившееся – фило софия «Стихов о Прекрасной Даме» А.С.Блока. III . Философия Блока – ф илософия случившегося. IV . Истолкование «Случ ившегося», его онтологический и модальный статус. V . Пространственно-вре менные параметры случившегося VI . Заключение. I . Введение. С начала XX век а в литературную жизнь вошло второе поколение модернизма – символисты Александр Блок, Андрей Белый, Вячеслав Иванов, Максимилиан Волошин. Цент ральное место в символизме, во всем модернизме, во всей литературе двух п ервых десятилетий – серебряного века – занял Александр Александрович Блок (1880-1921), человек-эпоха, по словам Ахматовой. Блок стал человеком-эпохой потому, что его литерату рный путь и даже самый интимный опыт духовной и душевной жизни оказался нерасторжимо связан с путями России. Минуя декадентов, Блок продолжал литературное дело В.Соловьева. Он воспр инял его мистицизм, культ Вечной Женственности, Жены, облеченной в солнц е. Блок назвал ее Прекрасной Дамой и внес средневеко вый мотив рыцарского поклонения даме не только в свою поэзию, но и в драма тургию («Роза и Крест»). В символизме, по его собственным словам, он видел л итературное направление, связанное с вопросами религии, философии и общ ественности. Как раз насчет философии Блоковский цикл «Стихов о Прекрас ной Даме» наиболее интересен. Однако если не знать символики Блока, за ег о ассоциациями и философией уследить невозможно. Поэт создал цельную вс еобъемлющую систему символов. В ее основе лежит простой мотив: рыцарь (ин ок, юноша, поэт) стремится к Прекрасной Даме . Это стре мление имеет много важных знаний: и мистическое постижение Бога, и поиск жизненного пути, и порыв к идеалу, и еще бесконечное количество оттенков значений в зависимости от контекста – от смысла целого. Герой лирики Блока, какой бы облик он не прин имал, оставался близок к духовному облику самого поэта. Можно сказать, чт о на протяжении всего своего творческого пути Блок оставался единствен ным лирическим героем Блока. Заря, звезда, солнце, белый цвет – все это си нонимы Прекрасной Дамы. К важнейшим символам принадлежал образ размыкания кругов, он обозначал порыв к Ней. Ветер – знак ее приближения. Утро, весна – время, когда надежда на встречу наиболее сильна. Зима, ночь – разлука и торжество злого начала. Синие, лиловые миры или одежды символизируют кр ушение идеала, веры в возможность встречи с Прекрасной Дамой. Болото – с имвол обыденной жизни , не освящ енной ее мистическим присутствием. «Жолтые фонари», «жолтая заря» (Блок писал имя прилагательное «жолтый» через «о» и придавал этому важное зна чение: таким образом он подчеркивал, что ему важен не цвет сам по себе, а си мвол, который за ним стоит) символизирует пошлость п овседневности . Значение символов в большой степени зависит от кон текста. Например, слово «чорный» (опять-таки непременно через «о» по тем ж е причинам, что и «жолтый») – символ чего-то опасного, грозного: так цикл с тихотворений о жестокой, демонической любви поэт назвал «Чорная кровь». В другом контексте «чорный» может символизировать тоже нечто грозное, но в то же время и значительное, чреватое мистическим и отклонениями: Знаю я твое льстивое имя, Чорный бархат и губы в огне, Но стоит за плечами твоими Иногда неизвестное мне. (11,С.162) Блок писал нервами и кровью, отдавал литературе всего себя. Герой его по эзии, вечно стремящийся к Прекрасной Даме и никогда не достигающий ее, необыкновенно близок к нему самому; это – почти его двойник, его лирический гер ой. До конца понять поэзию «Стихов о Прекрасной Даме» одним умом, в спокойной обстановке, не заплатив переживаниями, сомнениями, страстями, надеждами , страхами, - невозможно. Именно потому, что «Стихи о Прекрасной Даме» очень сложны для восприятия , они и привлекают множество критиков, да и простых читателей. Но, не смотря на то, что критики по данному циклу написано достаточно много, на мой взгляд, белых пятен в «Стихах о Пр екрасной Даме» еще достаточно. Одним из этих пятен является философия ци кла, о которой мы и поведем речь. Меня всегда привлекала лирика, но я никогда не думал о философии лирической поэзии, поэтому мне понравилась тема «философи я «Стихов о Прекрасной Даме»». Основная цель моего реферата – выявление концепции, основной мысли, философии «Стихов о Прекрасной Даме», так как в дальнейшем при рассмотрении интересующих меня вопросов можно будет о пираться на эту самую основную мысль, а именно, меня интересует онтологический и модальный статус мы сли, ее феномена , художественны й метод Блока, влияние других п оэтов на философию поэзии А.Блока, принципы изображения Прекрасной Дамы . I I. Случившееся – философия «Стихов о Прекрасной Да ме» А.С.Блока. Достоевский с казал, что поэт сам создает свою жизнь – и при том такую, ка кой до него не было. Блок, не опровергая Достоевского, думал, что корень жизни поэта – в стихах, а сама по себе жизнь (личная) – это просто « кое-как». Между тем корень один: он прорастает в стихи из жизни, из личност и поэта – во всех ее исканиях, находках, потерях, надеждах, разуверениях, падениях и взлетах. В дневнике четырнадцатилетнего Саши корявым детск им почерком записаны (очевидно, по памяти) популярные в ту пору романсы: ап ухтинские «Ночи безумные, ночи бессонные …» и красовская «Я вновь пред т обою стою очарован …». (3,С.316) Выходит, Блок ошибся на год, когда заметил в автобиографии: «Лишь около 15 л ет родились первые мечтания о любви и рядом приступы отчаяния и иронии». (3,С.320) Мистиками не становятся – мистиками рождаются. Другое дело, что сама эп оха большого и с торического рубежа , лики старого общественного строя и зарождения нового, - эпоха, в которую выступали русские мистики,- в громадной мере способствовала возникнове нию и упрочнению подобных настроений и тенденций, создавала для них благ оприятную почву. Как и большинство произведений младших символистов цикл Алек с андра Блока «Ст и хи о Прекрасной Даме» последовательн о и поэтически соотнесен с многочисленными событиями внетекстовой реа льности. Как и во всех символистских произведениях, действительность эт а отображается в цикле сложно опосредовано. I II. Философия Блока – философия случившегося. 21 июля 1902 года Б лок записал в дневнике: «я хочу того, что будет. Все, что случится, того я и х очу. Это ужас, но правда. Случится, как уж – все равно, все равно что. Я хочу т ого, что случится. Поэтому это, что должно случиться и случится – то, чего я хочу». (4,С.53) Напряженно развивающая ся мысль отрывка допускает много трактовок. Но безу словно одно. Блок представляет себе мир как изменчивый поток – стихию, к оторой глубоко родственен «я» и все изменения которой («все, что случитс я») это «я» заранее принимает как выражение его собственной (хотя не проя сненной рассудочным знанием) воли. Высокая оценка роли Случившегося в пр едстоящем личности мире переносится в искусство. О сновные лирические персонажи, события, лейтмотивы «Стихов о Прекрасной Даме» всегда так или иначе связаны со Случившимся. И , хотя, безусловно, отнюдь не все события жизни Блока 1901-1902 годов отразились в его лирике, но все отраженное в его лирике – это прямые или опосредован ные отклики на случившееся. Мысли по поводу «Стихов о Прекрасной Даме» (СПД) , кажущиеся близкими к высказанной в критике и литературоведении, встречаются довольно часто. С наибольшей определенностью о «реальности» изображенного в блоковском цикле писа ли в начале века. В «Письмах о русской поэзии» о героине СПД категорическ и говорится: «Это просто девушка, в которую впервые был влюблен поэт». (5,С.61) Сходные мысли высказывались В.Бреховым, так же видевшим в ранней лирике Блока отражение лишь биографи чески реального и «не мистичность, а недосказанность» . Впоследствии эта (о чевидно односторонняя) точка зрения многократно повторялась исследова телями 1930-1950 годов, доходя до попыток либо вообще замолчать роль мистическ их умонастроений юного Блока для художественной структуры СПД, либо ист олковать «мистическое» как внешнюю форму выражения биографических пер еживаний. Значительно интереснее взгляд на СПД как на «лирический дневн ик». Если Л.И.Тимофеев считает этот «своеобразный лирический дневник» де фектным, так как он «крайне осложнен переключением в мистический план» (13,С.22) , то в книге Д.Е.Макимова связь лирики начала XX века, и лирики Блок а, в частности, с «автобиографическим документальным элементом» утверж дается как характерная и новая черта поэтического искусства эпохи. (7,С.18) Мысль о СПД как «лирическом дневни ке» помогает перейти от отвлеченных споров, «чего больше» в ранней лирик е Блока: «мистики» или «реальности», в план исследования художественног о отношения денотативной (14,С.127) дейс твительности к лирическому тексту СПД. Но все же вопрос о том, какие именн о реальные факты и события могли трансформироваться в символы СПД и по к аким законам осуществлялась эта трансформация, до сих пор не был предмет ом специального обсужд ения. Попробуем ответить на него, исходя из блоковского представления о смысле эстетической функци и Случившегося. I V . Истолкование «Случивше гося», его онтологический и модальный статус. Что такое Слу чившееся, каков его онтологический (14,С.262) и модальный (14,С.223) статус? Для Блока СПД – это подлинно бывшее, ряд реальных событий и вызванных им и, реально же имевших место душевных состояний. Для Блока вплоть до после дних дней его жизни необыкновенно важным было подчеркнуть истинность и зображенного в лирике 1901-1902 годов. В комментариях 1918 г. Блок пишет о 1901 г.: «Ноуме нальность (4,С.346) той силы, которая дае т печали процвести надеждой» . Но в то же время о Случ ившимся в жизни и отраженном в творчестве такого близкого ему художника , как Владимир Соловьев, Блок писал: «… образ – не мечта, а действительнос ть.» И пояснил: «Рыцарь – монах имел действительные видения». Это сужден ие из статьи «Рыцарь - монах» строится на образах пушкинского стихотворе ния «Легенда», слова из которого: Он имел одно виденье, Непостижное уму. (12,С.332) Блок в период создания СПД записал на обложке второй рукописной тетради , предназначая им, видимо, роль motto (14,С.5) ко всей своей поэзии1901-1902 гг. Как же соотносится понятие «о том, что случится », явно не совпадающее с бытовой реальностью, с этой самой «реальностью», к которой Блок апел л ирует. Случившееся получает истолкование в двух, во многом друг другу противор ечащих рядах представлений поэта: 1) в платоновско-ро мантической (выражаемой зачастую в терминах Канта) оппозиции подлинной ( идеальной) реальности мира ноуменов, и мнимой, «фантастической» реально сти земного мира феноменов; 2) в идущим от Владимира Соловьева представле нии о выполнимости идеального и его грядущем «синтезе» с материальным, о земном воплощении высшей крас оты. Это противоречивое миропонимание, по-видимому, подразумевает предполо жение о существовании двух типов «феноменального»: 1) явлений, отображаю щих сущности высшего порядка; 2) явлений, в которых воплощаются «идеи» мни мой «фантастической реальности». (последние могут пониматься либо как « пустые идеи» - болезненные фантазмы, иллюзии, имеющие лишь «душевную», су бъективно-психологическую реальность, либо как «идеи» мира, противостоящего божественному, - «демонического», «дьявольск ого» ) . И те, и другие, однако, - явления, «феномены», воплощенные в «земных» формах времени и пространства и чувственно воспринимаемые, «с озерцаемые». «Феномены» первого рода и составят тот мир «действ ительно Случившегося», который должен был быть отражен в стихах о «Деве, Купине» и который действительно составляет основное содержание стихот ворений в первых разделах цикла. (в сборнике 1904 г. образовавших ядро его пер вого раздела – «Неподвижность»). «Феномены» второго рода первоначальн о не имеют статуса «случившегося», однако постепенно получают его. Более узкое содержание «Случившегося» определено младосимволистским эсхатологическим индивидуали змом молодого Блока: именно «здесь и теперь» - в жизни лирического «я» - со вершается мистерия конца мировой истории и сотворения «новой земли и но вого неба». Блок уверен в единстве своей «личной и ми ровой жизни», считает необходимым понять «свой личный конец (или хотя бы неличный, конец известного духовного периода) как символ вселенского». О н постоянно ощущает себя не только библейским пророком, но и новозаветны м «свидетелем Случившегося». А само «Случившееся – это разные формы и ф азы приближающегося воплощения Красоты, которое реализуется в события х интимной жизни «свидетеля»». Блок пронзен не то л ько ощущением величия «того, что будет», но и своего нахождения в непосредственной близости от Случившегося – временной: … близко появленье – и пространственной: … И все что было невозможно Случится здесь – (10,С.94) Блок действительно не сомневался, что «вселенская мечта» воплотится на земле в начале XX века и где-то поблизости от Шахматова! Отсюда и проистекает очень важное для СПД стремление предельно точно от образить все «подробности , незначительные с виду » : ведь все, что воспринимается как знак будущего «воплощения», «получает смысл и высшее назначение». Це нность же поэтического текста определяется не только предполагаемым м асштабом Случившегося, но и точностью его фиксации. Это порождает соверш енно особое «отношение искусства к действительности» в цикле Блока – « точечное» соответствие данного в тексте образа какому-то единичному яв лению или событию реальности, (внешней или психологической), причем соот ветствие, фиксируемое с максимальной художественной и «сверххудожеств енной» тщательностью Свидетельства. V. Пространс твенно-временные параметры случившегося Художественный метод раннего Блока в известном смысле связан с традициями искусства Ренессанса, романтизма и, разумеется, лирики Вла димира Соловьева. В дальнейшем близкие к поэтике СПД стороны символизма отразятся в той ориентации на автобиографизм, о которой писал Д.Е.Максимов (8,С.50) – что, впроче м, станет хорошо заметным лишь в конце 1900-1910 гг. Для русской поэзии начала XX ве ка такой художественный метод довольно-таки уникален. Вместе с тем для самого символизма эта новая , но несомненная связь с реальн остью сыграет огромную роль в дальнейшем, когда встанет вопрос о « заземлении » универсальной проблематике младшего символизма в национальном и социа льно-историческом. Описанные особенности поэтики молодого Блока определяют многие важные черты СПД, в первую очередь – структуру художественного времени и прос транства в цикле. Кантианская традиция, важная для младших символистов, подвергалась в их системе переоценке с позиции платонизма. Это особенно резко проявлялось в трактовке времени – пространства. Трехмерная моде ль (небесный, земной миры и гряд ущий «синтез» ) давала три разных решения этой проблемы: про с транство и время не присущи «небесному» миру, но, в о тличие от Канта, онтологически свойственны земному, где этот небесный ми р отражается, не иллюзорны. Главная же сложность состояла в изображении мира чаемого идеала, «синтеза». В нем, по словам Апокалипсиса, «времени уж е не будет». Тем не менее, для символистов – «соловьевцев» начала века ре чь все же шла о земном «воплощении вневременного к формам пространства и времени» . Апоклиптическая фор мула, поэтому истолковывалась младшими символиста ми как желаемое исчезновение старого мира с его старыми пространствами и временами; сотворение же «новой земли и нового неба» представлялось в формах «нового» пространства и «нового» времени. В СПД именно указание на пространственно-временные параметры Случившегося гарантировало подлинность и точность изображе ния различных фаз и знаков зем ного воплощения идеала. С этим связана поэтика датировок в СПД. Уже в первом издании и порядок сле дования, и переход от одного раздела к следующему в целом подчеркивают п уть Блока от первых стихотворений 1901 года к лирике 1903-1904 годов. Основная конц епция, подчеркнутая композицией сборника 1904 г., - путь лирического «я» от Не подвижности, веры в вечное и неизменное, к разнонаправленным поискам Пер екрестков и Ущербу мистического чувства – соответствует общим контур ам реальной эволюции Блока в начале века. Но вот уже второе издание СПД не только располагает тексты в хронологическом поряд ке, но и - что гораздо интереснее – превращает датировки в часть художест венного текста, делая реальные годы создания произведений названиями р азделов тома. Начиная с третьего издания этот принцип трансформи руется. Названия трех циклов внутри «первого тома» лирики приобретают « канонические» очертания, но четыре раздела цикла СПД в третьем и четверт ом изданиях лирики 1898-1904 гг.: «I. Видение (Весна 1901 года)», «II. Ворожба (Лето 1901 года)» , «III. Колдовство (Осень и зима 1901 года)» и «IV. Свершение (1902 год)» - включают датир овки в своем заглавии. Последнее, пятое издание «первого тома» (вышедшее в 1922 году, после смерти Блока, но подготовленное в 1918-1922 гг.) выражает окончате льный взгляд Блока на представление своего раннего творчества: все цикл ы и все стихотворения датированы. Внешне такое офор мление текстов выглядит даже скорее « академически м ». Для Блока, однако, речь шла совсем о другом. Датиро вки, как и обозначаемые места создания (при каждом из шести разделов «Сти хов») мыслились как входящие в текст, а не обрамляющие его, как временно-пр остранственные характеристики того, что изображено в том или ином стихо творении. Исключения из этого принципа в тексте есть: таковы, например, «в оспоминательные» стихотворения, где художественное время текста настоящее или стихотворения «Не ты ль в моих мечтах, певучая про шла?...» и «За городом в полях весною воздух дышит …» (10,С.40) , написанные летом 1902 года в Петербурге и тематически связанные с кругом «городских» эмоций, но вошедшие в раздел «II. С. Шахматово». Однако число таких примеров на редкость мало. Обычно изображаемое с дневник овой точностью фиксирует Случившееся «здесь и теперь», а большая роль пр ошедшего времени в «Стихах» лишь резервирует возможность «растянуть э то «теперь»» от нескольких часов до нескольких суток. «Точечные» соответствия изобр а жаемого Случившемуся играют особенно большую роль в произведениях первых разделов, наиболее последовательно изображающи х «высокий» мир. Так, в стихотворениях первого раздела достаточно ярко п одчеркивается, что речь идет не о реальных встречах с «ты», а о «видениях» и воспоминаниях о «минувших днях». Психологические отражения бывшего и ли «являющегося» поэту в образах природы и составляют здесь фиксируемо е в тексте Событие. Биографически этому соответствует факт «разрыва отношений» Блока и Л.Д.Менделеевой осенью 1909 года. Но с лучайная встреча с будущей невестой на улице около Высших женских курсо в 7 марта 1901 года сразу же вызывает описание Случившегося не как «видения», а как реального события («Сбылось пророчество мое …»). В стихотворении «В день холодный, в день осенний …» поэтическая категория «реального» хара ктерно усложнена: говорится о будущем приходе «я» на место сегодняшних « видений». Это усложнение подчеркивает точность модальных характеристи к Случившегося. В этом же разделе образ города, где поэта посещают «виден ия», почти еще не очерчен, но в нем явно видны черты Петербурга. Второй (и пятый) разделы цикла запечатлевают «единс твенные» приметы шахматовских и бобловских пейзажей. (3, С.80) Многие из них хорошо известны исследователям, по стоянно указываются читателю комментаторами («зубчатый лес» над «высо кой горой» в Боблово, «белая церковь» села Тараканово, «холодные волны» реки Лутосни) и выделялись самим Блоком в автокомме нтариях 1918 г. (биографическая реальность впечатлений от «болотных огней» или «свечения гнилушек на деревенской улице ночью»). Отметим также точно сть символизированного рельефа: Боблово («верх» поэтического мира цикл а) представлено горой и «равниной» неподалеку от имен и я Менделеева , Шахма тово («низ» поэтического мира) – «родимая долина» - и близость художеств енного времени изображаемому. В дальнейшем такие «точечные» соответст вия реально бывшему по-прежнему играют важную роль в поэтике. Приведем н есколько примеров. Так, описание дома М.М.Читау в письме Блока Л.Д.Менделее вой от 29 августа 1902 года (завершающееся автокомментарием: «Все, что здесь о писано, было на самом деле») Блок А. Письма к жене. М., 1978. С. 49. до деталей совпадает с образами и более ранних («Там – в ул ице стоял какой-то дом …», 1 мая 1902 года) и позднейших («Его встречали повсюду …», октябрь 1902 года) стихотворений. В первом из них: «Там открылась дверь, зв еня стеклом» и «Свет от тусклой жолтой лампы» Там же. С. 48. Ср. комментарий В. Н. Орлов а (там же, с. 50). и так далее. В этом же письме упоминаетс я и «полумодная шубка с черным мехом», ставшая столь важным символом в ли рике Блока. Очень часто такие реалии менее заметны: соединяясь ( без отчетливых мотивировок в тексте стихотворений) с образами совершен но иной тональ ности, они участвуют в создании пресловутого колорита «з агадочности» ранней блоковской лирики. Но от этого их связь со Случившим ся не уменьшается. Так, в стихотворении «Тебя скрывали туманы...» (май 1902 г .; I, 195) «таинственные» стихи: Кто знает, где это было? Куда упала звезда? — оказываются отсылкой к эпизоду, которым завершилась постановка «Гамле та» 1 августа 1898 г. Ср. в воспоминаниях Л. Д. Блок: «Мы ушли с Блоком вдвоем <...> по сле спектакля <...> И было не страшно, когда прямо перед нами в широком небосв оде медленно прочертил путь большой метеор» Александр Блок в воспоминаниях со временников. Т. 1. С. 144— 145. . Эта деталь — ключ и к другим образам стихотворения, также оказывающимся реалиями, связанными с пост ановкой «Гамлета» («ступени трона») и ролью Офелии ((«лилий полны объятья », «белый речной цветок»). - Обрисованный способ отображения реальности связан, как уже говори лось , лишь с теми событиями, которые мифологизируются Блоком как формы и фазы «явления» Вечной Женственности. Круг этих реальных событий достаточно узок: это 1) различные перипетии и обстоятельства встреч с Менделеевой; 2) в нутренние состояния, связанные с этими встречами (или невстречами; ср. «С егодня шла ты одиноко...» - I, 102) и 3) некоторые события «ближнего мира» поэта, ос мысляемые в связи с основным Случив шимся (например, смерть деда Блока). Однако по мере изменений в поэтическом миросозерцании Блока в цикле поя вляется и отображение «случающегося» в том мире, куда не сходила «Дева» и который противопоставлен поэтическому идеалу «Стихов». Это царство « суетливых дел мирских» (I, 106). Первоначально оно изображается лишь суммарн о, как массовидный («Народы шумные» — I, 78), но иллюзор ный мир «теней». Но тр евоги предреволюционных лет уже начинают про никать в цикл — почти все гда в образах каких-то катастрофических проис шествий городской жизни. Метод изображения такого «случившегося» резко отличен от описанного в ыше. Правда, и среди урбанистических стихов встречаются произведения, «то че чно» соотнесенные с каким-то определенным реальным событием, — ср., напр имер, установленный Р. Заборовой факт отображения в стихотворении «Из га зет» происшествия, зафиксированного в газетах. Рукописи А. А. Блока. Каталог / Сост. Р. Заборова. Л., 1970. Но гораздо чаще соотношение со Случи вшимся здесь совершенно иное. Так, в стихотворении «Зарево белое, желтое, красное...» (б ноября 1901 г.; I, 136) упоминаются «тревога», «крики и шум» «на реке», «корабли». Эти образы естественно было бы сопоставить с сильным наводне нием, бывшим в Петербурге за два дня до написания стихотворения. Ср.: «В течен ие дня 4 ноября <...> подъем воды в городских каналах и на Неве все повышался. П ушечные выстрелы продолжались целый день до глубокой ночи. Наи более ни зменные места <...> были наполовину залиты водой» (Биржевые ведомости, 1901, 5 но яб. С. 2-3). Наводнение это Блок, живший на набе режной Невки, н е мог не заметить. Однако в самом стихотворении рисуется картина, скорее ассоциирующаяся с пожаром («зарево», «огни», «жги же свои корабли»). Сам же Блок в упоминавшемся автокомментарии 1918г. связывает текст не с какими-ли бо реальными событиями, а с мотивами двойничества (VII, 345). Такое построение весьма характерно для стихотворений об «инферналь но й» городской жизни: они могут быть вызваны какими-то реальными со бытиям и, а могут и не быть с ними связаны; могут соотноситься с какими-то единичн ыми, данными фактами, а могут возникать (и чаще всего возникают) как обобще нные урбанистические картины. Этот способ изображения перво начально м отивируется блоковским восприятием «дьявольского» мира как безликого , массовидного; детали, отличия одних «теней» от других — иллюзорны и не и меют «онтологической» (а следовательно, для раннего Блока и художествен ной) ценности. Тем не менее, именно от этого ме тода изображения городских «обманов» берет начало интерес Блока к «бол ьшому миру» «многих» и к тому, во многом порвавшему с поэтикой СПД, типу ху дожественной генерализации, который будет свойствен зрелому Блоку. Име нно он приведет поэта к ощу щению и показу своей судьбы как общей и опреде лит интерес к реалисти ческому искусству XIX в. Вернемся к пр инципам изображения «высокого». Единственность мира «Девы» подразумев ает одновременно «всемирный» смысл ее «явления». Если отнесение изобра жаемого к биографической реальности призвано гаранти ровать добросов естность «свидетельства о случившемся», то интерпретация — это указан ие на его «вселенский» и символический смысл. Механизм такой интерпрета ции, особенно в первых разделах «Стихов», основывается, в первую очередь, на мифологизирующем отождествлении изображаемого и его мис тических п рообразов, то есть связан с поэтикой цитат, перефразировок и мифологем. См. об этом в наст, издании: «Функция реминисценций в поэтике А. Блока». При этом многозначность символа гарантируется множестве н ностью отождествлений каждого из ведущих образов с различными культу рными прообразами. Так, лирический «я» цикла отождествляется с ветхоза ветным Моисеем (ср. описание ситуации стихотворения «Я шел — и вслед за м ною шли...» — I, 155, завершающееся цитатой из Книги Исход: «Передо мною шел огн истый столп». Ср.: «Господь же шел пред ними в столпе облачном, показывая им п уть, а ночью — в столпе огненном, светя им, дабы идти им и днем и ночью...» (Исх 13:21). Но он же — и Иоанн Предтеча: в стихотворении «Мы странствовали с Ним по городам...» (I, 176) и первая строка, и концовка: Я шел вперед: но позади — Он Сам, Подобный мне. Но — близкий к цели — это тоже достаточно близкий пересказ — на этот раз новозаветных тексто в. Ср.: Христос «проходил по городам и селениям» («весям» — церк.-слав. текс т, Лк 8:1), а также слова Иоанна Крестителя о Христе: «...Идущий за мною стал впе реди меня, потому что был прежде меня» (Ин 1:15). В конце цикла «я» поставлен в с итуацию пророка Даниила (см. ниже). Образ «Ты» также характеризуется в ряд у уподоблений: в ней опознается, как известно, и «душа мира» (сопоставленн ая Блоком со Святым Духом Оригена — VII, 347), и Вечная Женственность Гете и Сол овьева, и Дева («Закатная, таинст венная Дева», «Дева, Заря, Купина») — прич ем последнее «имя» отождест вляет «Ты» с Пречистой Девой («Заря» сопост авлена с Богородицей в тра диции русского фольклора; Купина — в европей ской и русской традиции, ср., в частности, опубликованный в 1886 г. перевод Вл. С оловьева из Пет рарки. Соловьев Bл. Стихотворения и шуточные пь есы. Л., 1974. С. 189. Одновременно «Ты» оказывается и апокалипсическо й Женой, обле ченной в солнце («Мы преклонились у завета...» и др.), и Прекрасн ой Дамой «бедного рыцаря» («Вхожу я в темные храмы...»). Поскольку и «я» и «Ты» СПД уже в разгар «мистического лета» 1901 г. наделяютс я признаками двойственности, изменчивости и получают «темных» двойник ов, средства истолкования Случившегося сразу же усложняются. Отсылки к « сакральным текстам» (Ветхий Завет, Евангелие, Апокалипсис) или к христиа нской культурной традиции (средневековый культ Богоматери, «Легенда» П ушкина) начинают соседствовать с образами фольклорно-«языческими» («Ро ссийская Венера», «Царь-Девица»), восходящими к европейской литературно й и театральной (Арлекин, Пьеро, Коломбина) традиции или связанными с наро дной или литературной демонологией («ты» — русалка, ушедшая «в речной к амыш», — I, 99). Такая «полигенетичность» образов создает, в частности, ту «кощунствен н ую», с точки зрения официального православия, тональность СПД, которую о стро чувствовали современники — от «влюбленного» в блоковскую лирику Перцова до цензоров. Ср. о первой публикации Блока в «Новом Пути»: «Менест релей Прекрасной Дамы не знают русские требники», и «отправляя стихи в ц ензуру, мы трепетали вероятного — минутами казалось — неиз бежного за прещения». Перцов П. Ранний Блок. М., 1922. С. 20. Ср. запрет на публикацию стихотворения «Мой любимый, мой княз ь, мой жених...» (I, 627), а также посылку сборника СПД на цензуру в Нижний Новгоро д к Э. К. Метнеру. См.: Лит. наследство. М., 1982. Т. 92. Кн. 3. С. 218— 219. Многообразие «имен» каждого образа создает характерный для всего твор чества «соловьевцев», но наиболее ярко воплощенный в СПД эффект неисчер паемости смыслов символа. Чувство это поддерживается высокой связанно стью текста: читатель ощущает, что «Российская Венера», «ты», выросшая «з а дальними горами», и «Закатная, Таинственная Дева» — один и тот же лирич еский персонаж (в частности, и потому, что он явно соотнесен с одним и тем ж е жизненным прообразом и переживанием). Но сложное переплетение Случивш егося и его нанизываемых друг на друга противоре чивых истолкований под держивает и другое постоянное ощущение от цикла — таинственности, непо лной разгадываемости изображения. О мировоззренчес ких истоках такого переживания жизни Блоком писалось не раз. Художест венный же механизм с оздания «таинственности» (как и затекстового пережи вания «тайн мира») состоит в том, что Случившееся и его интерпретации не отделены типом пов ествования (как в досимволистской лирике), а следуют друг за другом в един ом потоке переживаемого: культурные ассоциации «являются» поэту столь же неожиданно, спонтанно, как и события предсто ящего ему реального мира. И то и другое — «впечатления», в реальности которых поэт уверен. В тексте отсутствуют какие-либо прямые или косвенные (стилевые, композиционные и т. д.) указания на то, к чему относится изо бражаемое: к Случившемуся или к е го интерпретации, и разнородные по происхождению и функции образы сложн о и неразложимо сплетаются. Если Блок четко различает различные модальн ые формы Случившегося, то целостный модальный статус стихотворения пор ой неопределим, поскольку неясно, что изображается: мистическая сущност ь явления, раскрытая в рядах культурных уподоблений, или биографический «феномен» и его психологи ческое переживание. К тому же и те, и другие образы зачастую — метонимии : фрагменты Случившегося и обломки цитат (в свою очередь, замещающих цело стные тексты и культуры), по которым необходимо восстановить целое. Напр имер, в стихотворении «Не жаль мне дней ни радостных, ни зной ных...» (27 июля 1901 г.; I, 115) первые два стиха — лексико-интонационный и метрический отголосо к строки Фета «Не жаль мне детских игр, не жаль мне тихих снов...» (из програм мно важного для Блока стихотворения «Когда мои мечты за гранью прошлых д ней...»). Опознанная или неопознанная, эта реминисценция задает ключ истол кования текста как лирической исповеди-воспоминания. Но стихи 5— 6: Мне жаль, что день великий скоро минет, Умрет едва рожденное дитя — в этом ключе никак не могут быть поняты (если не воспринять слова о смерти «дитяти» как парафразу: «начавшиеся, но прерванные отношения» — соверш енно чуждый для «Стихов» стиль!). Зато смысл этих строк раскрывается при с опоставлении с эпизодом из Апокалипсиса (откуда взят и фразеологизм «великий день» — см. Ап 6:17, 16:14 и др.). «Жена, облеченная в солнце» (12:1) «родила <...> младенца мужеского пола <...> и восхищено было дитя ее к Богу и престолу Его» (12:5). Следующие две строки, эмоционально неразрывно связанные с предшествующими, — снова отклик на строки Фета ( из стихотворения «А. Л. Бржеской») Ср.: «О, жаль мне друг, — грядущий пыл остынет, / В прошедший мрак и в холод уходя» (I, 115) и: «Далекий друг <...> / Жаль того огня, / Что <...> / В ночь идет и плачет, уходя» (Фет А. А. Полн. собр. стихотворений. Л., 1959. С. 347; ср. перефра зировку этих же строк Фета в концовке стихотворения « Повесть» — II, 164). , а заключительные стихи: Не омрачить заветного свиданья Тому, кто здесь вздыхает обо мне — сливают спонтанное лирическое излияние с графической цитатой, ведущей к романтической антитезе «здесь — там» (ср. в переводе Жуковского из Шиллера «Путешественник»: «Там не буде т вечно здесь»). При этом обилие явных и скрытых цитат никак не заглушает н еповторимо блоковского зву чания текста, а само оно в большой степени оп ределено непрестанными «переливами» значений, спонтанной игрой «своих » и «чужих» слов Следует подчеркнуть, что «игра» здесь р езко отличается от намеренных и отстраненно-ироничных цитатных «стыко в», например, у Белого. Здесь перед нами — единый, почти не расчлененный п оток разнородных лирических впечатлений. , своих жизненных и культурных впечатлений. Такого рода смысловые построения становятся еще сложнее и напряженнее в последних разделах СПД, где сосредоточены наиболее «загадочные» сти х отворения цикла. Например, в стихотворении «Разгораются тайные знаки...» ( Г, 236) начальный образ «тайных знаков / На <...> стене» воссоздаст извест ную си туацию из Книги пророка Даниила: «Валтасар царь сделал большое пиршеств о <...> В тот самый час вышли персты руки человеческой и писали... на извести ст ены чертога царского <...> и вошли все мудрецы царя, но не могли прочитать нап исанного...» (Дан 5:1, 5, 8). Дальнейший текст — сложнейшее переплетение отсылок к фольклорно-мифологической традиции («маки... во сне», связанные и со сно м, и со смертью) и к новозаветному тексту. Первое послание к коринфянам апо стола Павла в стихотворении не цитируется, но сложно иллюстрируется: вет хозаветным «суровым чудесам» (ср.: «Иудеи требуют чудес» — 1 Кор 1:22) и антич ному «дневному» пафосу рационального познания («Эллины ищут мудрости» — там же), обнаружи вающему свою химеричность («На заре— голубые химеры ...»), противопо ставлена, как и в Послании к коринфянам, Любовь, ср.: «Если <...> н е имею любви, — то я ничто» — 1 Кор 13:2). Однако затем следует резкий смыслово й слом, придающий тексту (как и циклу в целом) характер почти кощунствен н ый, с точки зрения официальной церковности. Противопоставление «эллин с кой мудрости» и Любви: На листах холодеющей книги — Золотая девичья коса, — представляет христианскую любовь в облике, который навеян портретом Л. Д. Менделеевой, нарисованным с точностью «свидетельства о Случив шемся» (одновременно возникает еще более «кощунственный» ряд затекстовых ассоциаций: «коса » = Любовь Менделеева = Любовь; ср. прямую игру именем Л. Д. Менделеевой в - поз днейшем стихотворении «Стою у власти, душой одинок...» — I, 240). И наконец, пос ледняя строфа, включающая фольклорный (и трансформированный эсхатолог ически) образ падающего неба, возвращает нас к интерпретирующим символа м (сон) и цитатам начала стихотворения. Стих: Мой конец пре дначертанный близок — завершение ле генды из Книги пророка Данила: первое из слов, начертанных на стене, озна чало: «Исчислил Бог царство твое и положил конец ему» (Дан 5:26). Обилие и внут ренняя «диалогичность» явных и скрытых культурных уподоблений в основ ных символах цикла, причудливо переплетенных с наивной реальностью Слу чившегося, — основной художественный механизм, создающий сложные и мно гогранные символы в СПД. Он же помогает ощутить в образах и коллизиях цик ла одновременно и ярко эмоциональную напряженность живого чувства, и «в селенское» значение, масштаб переживаемого . VI . Закл ючение. Таким образом , мы изучили особенности философии «Стихов о Прекрасной Даме», выявили е е концепцию, которая во многом помогла нам раскрыть сущность онтологического и модального статуса СП Д, феномены поэтиче с кого ряда, худо жественный метод А.Блока в изображении «Прекрасной Дамы», влияние творч ества других поэтов на концептуальные особенности СПД, принципы изображения П.Д., пространственно-вр еменные рамки цикла и его основной мысли. Изучение данной темы помогло м не понять философию поэта, причем не только философию цикла, который мы и зучили, но и философию всей поэзии А.Блока. Список литерат уры 1. Аброщина,И. Учитель, увиден ный только раз.- М.: Народ. образов., 1992. 2. Баевский, В.С. История л итературы начала XX века.- М., 1999.- (Яз ыки русской культуры). 3. Банников,Н.В. Три века русской поэзии.- М .: Просвещение, 1979. 4. Дневник Александра Блока: VII т. 5. Аполлон: Журнал.- 1912.- №8. 6. Максимов,Д. Русские поэты начала XX века.- М.: Совет. писатель, 1986. 7. Максимов, Д.Е. Поэзия и проза А.Блока.- Л., 1981. 8. Максимов, Д.Е. О мифологическом начале в лирике Блока.- Л., 1980. 9. Орлов, В.Н. Жизнь А.Блока : В 2 т.- М.: Гамаюн, 1989. 10. Собрание сочинений А.Блока: В 6 т.- том 1. 11. Собрание сочинений А. Блока: В 6 т.- том 2. 12. Словарь иностранных слов.- М.: Знание, 1989. 13. Тимофеев, Л.И. Творчество А.Блока.- М., 1963. 14. Философский словарь/ Под ред. И.Т.Фроло ва.- М., 1980.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Детство - это время, когда еще не умеешь думать матом...
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Стихи о Прекрасной Даме Блока", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru