Реферат: Архитектоника русской культуры - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Архитектоника русской культуры

Банк рефератов / Культурология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 346 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Архитектоника русской культуры Интенсивное типологическое изучение культур в посл еднее время свидетельствует о том , что каж дой национальной культуре , а еще в большей степени каждому региональному типу культуры и типу цивилизации свойственна своя логи ка исторического развития и соответственно ст роения , логика , отнюдь не и с черпыв аемая простой стадиальностью (формационного типа или более дифференцированной ). Речь идет о том , что каждая историческая парадигма д анной культуры имплицитно содержит в себе предпосылки формирования следующей парадигмы и в какой-то степени "программ и рует " (шаг за шагом ) все историческое развитие этой культуры , не совпадающее с логиками других культур . В результате складывается неповторимая конфигурация национальной культурной истории , наглядно представимая не только 'в виде линейной "цепочки " сменяющ и х друг друга парадигм (парадигмальной "эстафет ы "), но и в форме ступенчатой "пирамиды ", в конструкции которой каждая последующая пара дигма "наслаивается " на предшествующую , одновременн о и продолжая , и преодолевая ее . Историчес кое строение такой парадигмал ь ной "пирамиды " (в соответствий с заданной логико й культурной конфигурации или с определенным цивили-зационным алгоритмом ) и образует нацио нальную архитектонику той или иной культуры . Здесь и далее мы будем исходить и з представления об архитектонике культу ры как смысловой конструкции , органически связу ющей культурную семантику и социо-динамику , ра скрывающей внутреннее единство ценностно-смыслового и социально-исторического аспектов национальной (в данном случае - русской ) культуры как целого и объясняющей е е историю исходя ; из ее феноменологии как имманентную логику поступательного становления и развития во времени и пространстве . Архитектонические различия культур становятс я до известной степени очевидными при сра внительном изучении националыю-культурных э кв ивалентов стадиального развития (например , западно европейского и русского Просвещения , романтизма , символизма , авангарда и т.п .). Типология нацио нально-культурных эпох , а также соответствующих направлений и стилей объясняется не только различной интерпр е тацией исходных стадиальных принципов в культурах , но и различным историческим опытом национальных кул ьтур , шедших к той или иной стадии раз личным путем . В конечном счете архитектоничес кие различия культур вызваны вариативной комб инаторикой социокультурны х механизмов , л ежащих в основании параллельных культурно-историч еских процессов , подчас далеко "разводящих " тип ологически близкие парадигмы . Исторические превра щения каждой культурной парадигмы зависят не только от того , какой регулятивный механи зм породил это развитие , но и о т того , какой конфигуратор 'обусловил возникно вение данной парадигмы в рамках предшествующе й как некой цивилизациотюй программы . Число социокультурных регулятивных механизмо в , составляющих в своей последовательности дл я каждой конкретно й культуры определенную (линеарную ) композицию - логику культурно-историчес кого развития , цивилизационный алгоритм , - в мир овой культуре относительно невелико : весь тез аурус подобных конфигураторов , вероятно , не пр евышает одного-двух десятков названий . В р амках одной национальной истории культур ы их действует еще меньше . Так , для пон имания имманентной логики развития русской ку льтуры на протяжении одиннадцативековой истории можно выявить закономерность последовательного восхождения надстраивающихся друг на д другом и в то же время сменяющи х друг друга пяти основных регулятивных м еханизмов (конфигураторов ): кумуляция , дивергенция , культурный синтез , селекция и конвергенция . Дл я большинства культур мира (в том числе большей части западноевропейских и восточных культур ) подобная конфигурация истори и , выраженная в данной последовательности рег улятивных механизмов , вовсе не характерна , хот я эти механизмы , взятые в отдельности , изв естны и легко обнаружимы в разных национа льно-культурных историях . Архитектоника русс кой культуры в своем историческом становлении претерпевает три этапа смыслового конфигурирования . Первый из них , самый длительный (X-XVII века ), связан с первичной конфигурацией русской культуры и образован действием двух регулятивных механизм ов , следующи х друг за другом (отч асти параллельно ), - кумуляции и дивергенции . Вт орой этап (XVIII - середина XX века ) представляет собо й совокупность явлений и процессов вторичной конфигурации , надстраивающихся над смысловыми структурами , образовавшимися в результате п ервичной конфигурации русской культу ры ; этот этап связан с действием развитой дивергенции и возникновением в результате ее кризиса механизмов культурного синтеза и селекции . Третий этап , получивший импульс своего развития по окончании Второй мирово й войны и продолжающийся вплоть до настоящего времени , составляют процессы трет ичной конфигурации , связанные с блокированием механизма селекции и формированием нового ин тегративного механизма - конвергенции . Логика архит ектонического развития состоит в том , что н и один из конфигураторов социокуль турного целого не мог утвердиться (а во многих случаях и возникнуть ) ранее предшест вующего ему как своей предпосылке . Но ни один из регулятивных механизмов не выпад ает из архитектоники целого культуры , служа основанием ("н и зшее ") для следующих механизмов более высокого порядка и подспу дно влияя на их организационный потенциал и функции ("высшее "), а также на архитекто ническое строение культурно-исторического целого . Кумулятивн ое развитие русской культуры Механизм кумуляции (от лат . cumulatio - скопление ) господство вал в древнерусской культуре почти на все м протяжении ее существования - с доисторическ их времен до XVII века . Кумулятивное развитие культуры , по-видимому , широко распространенное на начальных этапах истории боль ш ин ства культур мира (особенно различных типолог ических вариантов первобытной культуры ), характери зуется неупорядоченностью , спонтанностью , случайностью составляющих его процессов ; при этом прои сходит простое присоединение структурно самостоя тельных единиц. Простота и стихийность к умулятивных процессов в культуре придают куму ляции черты универсальности как первичной фор мы организации хаоса . Так , в древнерусской культуре это - смешение природного и социально го , традиций язычества и христианства , кочевни честв а и оседлости , скифо-сарматского , хазарского , варяжского , византийского , половецкого , южнославянского , монгольского , финно-угорского , а позднее и западного (польского , немецкого и т.п .) влияний на исходный восточнославянский субстрат . Целое древнерусской к у л ьтуры постепенно "слепляется " из совершенно ра знородных компонентов , подобно "снежному кому ". Однако этот процесс , аккумулирующий культуру по принципу соборности , родовой общины , возвед енной в ранг культурного эталона , стихиен и внеисторичен ; он способен продолжать ся до тех пор , пока мера сложности цел ого не превысит возможности накопления и сохранения единства культуры , т.е . интегра-тивные возможности самого механизма кумуляции (в э том отношении довольно вялого и аморфного ). После этого начинается неудер ж имый распад социокультурной целостности на всех уровнях ее самоорганизации и семантики , и кумуляция как механизм самоорганизации культ уры сменяется дивергенцией , регулятивным механизм ом , столь же тотальным и универсальным , но противоположным по своей напр а вл енности и смыслу . Ни христианизация Руси , ни монголизация , ни государственная раздробленность в период удельного размежевания , ни процесс "собирания русских земель " московскими князьями не изм енили характера древнерусской культуры и не содействовали фор мированию на основе кумуляции какого-либо иного регулятивного механ изма (вроде агона в античной культуре , рел игиозной селекции , характерной для ветхозаветной истории Израиля , или схоластического универс ализма , сложившегося в готический период запа дноевроп е йского средневековья ). Кумуляция , соответствовавшая первобытному синкретизму , была одинаково успешной и в доисторический (яз ыческий ) период Древней Руси , и в период монголо-татарского ига (когда оседлая и коче вая культуры особенно интенсивно ассимилировал и сь ), и в эпоху "русского средн евековья " (по существу , национального варианта восточной деспотии ), хотя каждый из названных исторических периодов мог бы , по идее , потребовать особого конфигуратора.-Однако глубоко укорененный традиционализм древнерусской ку л ьтуры не допускал смены регуляти вного механизма иначе как в условиях циви лизационной катастрофы , в результате спонтанного культурного взрыва . С возникновением культур ного плюрализма (включая плюрализм религиозный , политический , нравственный , эстетический и др .) механизм кумуляции , аналогичный "сил овому полю ", уже не смог выполнять прежних регулятивных функций по удержанию культурног о целого , само существование которого оказало сь невозможным в ситуации нарастающего раскол а древнерусской культуры и самого ее носителя - древнерусского общества . Отсюда - неконтролируемое распространение ересей , бунтов , самозванств , народных брожений , религиозного раско ла , т.е . всяческой "смуты ". Дивергентн ое развитие русской культуры Именно раскол сложного социокультурного цел ого ( во всех сферах и на всех уровнях русс кой культуры ) послужил началом складывающегося нового регулятивного механизма — дивергенции (от лат . divergere - обнаруживать расхождение ), означающ его раздвоение , расщепление единого на против оположности , в то же время понимае мые как смысловые полюса противоречивого цело го . Расхождение в понимании святости между последователями Иосифа Волоцкого и Нила Со рского и возникновение соответствующих идейных течений в православии (культурно-исторически во сходящих к смыслов о й структуре дв оеверия и в конечном счете стимулировавших раскол ); рождение "самозванства " как смысловой антитезы самодержавию и установление националь ной традиции двоевластия , впоследствии постоянно воспроизводимой в истории России и русск ой культуры ; обо с трение отношений между светской и духовной властью , борющимися за самоутверждение и возвышение одной за счет другой , и следующее отсюда размежева ние между верой и культурой , до того с инкретически взаимосвязанными и неотделимыми дру г от друга , появление на ц ионально- русского феномена "светской святости " (см . об этом в трудах А . Панченко ); выделение офи циальной , государственной культуры ("Стоглав ", "Лицев ой летописный свод ", "Степенная книга ", "Великие Четьи-Минеи ", "Домострой "), противопоставляемой культ уре ч астной , демократической , "самочинной "; наконец , русский религиозный раскол последне й четверти ХУЛ века , завершивший распад др евнерусской культуры и цивилизации , - все это характерные проявления становящегося на рубеже XVI-XVII веков механизма дивергенции, в дальнейшем , на протяжении по меньшей мере трех веков , бывшего ведущим в истории русс кой культуры . Важно подчеркнуть , что "детонатором " цепног о процесса социокультурной дивергенции каждый раз выступал один и тот же механизм насильственной централизации к ультуры и общественной жизни (неотделимый от их унифи кации и монополизации государством ), называвшийся в XVI веке "грозой ". Этот механизм не обр азовывал особой культурной парадигмы и выполн ял компенсаторную функцию : нараставшая плюрализац ия культурной реа л ьности , вступавшая в противоречие с кумулятивным принципом " единопоточности ", казалось , не может быть преод олена иначе как силой государства , подавляюще го любое инакомыслие или "отклоняющееся " от жестких общеобязательных нормативов поведение . Однако чрезм е рное социальное и по литическое давление на культуру ("гроза ") не только не сплачивало ее в монолитное ц елое (хотя в равной мере не способствовало дальнейшему развитию культурного плюрализма ), но вело к неизбежно углублявшемуся расколу (по формуле : противо д ействие , равное действию ). В результате культура поляризовала сь в соответствии с антиномией "подчинение — сопротивление ", и любые процессы в не й принимали последовательно дивергентный характе р ("третьего не надо "). Спасительные в условиях тотального раско ла культуры тринитарные интенции , исходив шие от преп . Сергия Радонежского и его ближайших последователей и сподвижников (в том числе Андрея Рублева ) и выражавшиеся в апологии Троицы и принципа троичности , ма ксимально способствующего консолидации разобщенн о го общества и аморфной культуры , к этому времени постепенно угасли , форма лизовались , а потому не могли противостоять наступлению сплошной дивергентности русской ку льтуры , а тем более способствовать становлени ю иного регулятивного механизма — объедините льн о го , а не разделительного (ср . "троеперстие "). Подобные интенции возобновятся ли шь к концу дивергентной парадигмы - в фило софии В . Соловьева и творчестве русских си мволистов рубежа XIX-XX веков , с характерной триадо й "Истинь ! - Добра - Красоты " и Представл е нием "трех сил " мировой истории , действ ующих в России и в масштабах всего че ловечества (Восток - Запад - Славянство /Россия ). В то же время и сама дивергенция как конфигуратор русской культуры несла в себе не только функцию дифференциации , и ли разделения н адвое , но и специфическ и понятую интегративную цель-смысл - задачу пер вичного структурирования аморфного целого : ведь дивергенция в русской культурной истории "н адстраивалась " над кумуляцией , логически следовала за ней и вытекала из нее . Поэтому дивергент н ое развитие русской куль туры не вело ее к распаду , расщеплению или взрыву , но удерживало возникшие (в р езультате инверсионного разделения исходного еди нства ) противоположности в рамках противоречивой , бинарной целостности (амбивалентных фреймов , складываю щ ихся и сопрягающихся между собой по принципу "взаимоупора "). Дивергентное развитие русской культуры в XVIII — XIX веках привело к кристаллизации усто йчивого российского феномена бинарности ; непримир имые оппозиции составляли первоначально неотдели мые друг от друга и генетически еди ные интенции отечественной культуры : реформизм и традиционализм ; либерализм и консерватизм ; западничество и славянофильство ; космополитизм и почвенничество ; материализм и идеализм ; атеи зм и религиозные искания ; естествознание и гум а нитарные науки ; радикализм и охранение ; действительность и искусство , и т .п . История культуры и культурная жизнь в России благодаря господству дивергенции прев ратились в перманентный спор , незавершенный и в принципе незавершимый диалог , полифоническ ое соч е тание несводимых друг к другу и полемически заостренных явлений . Со ответственно (дихотомично ) определилась и концепци я цивилизационной вненаходимости России (Россия как "своеобразная цивилизация ", не принадлежащая ни Западу , ни Востоку , у П . Чаадаева ; "Ро с сия и Европа " Н . Данилевског о ; "Византизм и славянство " К . Леонтьева ; Рос сия и "всемирность " у Ф ; Достоевского и т.д .). В 60-70-е годы XIX века в русской культур е восторжествовал лозунг и принцип "Примирени я нет !", одинаково поддержанный радикалами и конс ерваторами , правительственным официозом и оппозицией и приведший к трагически безысходному взаимному непониманию , даже взаимной неуслышанности различных течений , пластов и явлений русской культуры . Апофеозом радикаль ной непримиримости в обществе стал расц в ет терроризма в России - не то лько социального и политического экстремизма и криминализации общественной жизни , но мощно го и своеобразного культурного явления , сочет авшего в себе идеологическую модель , нравстве нное самооправдание , религиозное подвижничест в о , эстетизацию личной жертвенности и героизма во имя великих общественных целей (благо народа ) и гуманистических (в конечном счете ) идеалов . Помимо демонстративной нравст венной , религиозной , политической , эстетической и т.п . амбивалентности русский террор и зм как феномен культуры (характернейшими его представителями стали В . Засулич и Б . Савинков [В . Ропшин ]) знаменовал собой исчерпанность "собственно культурных " в традиционн ом понимании (т.е . духовных ) средств убеждения и воздействия на общество (например л итературы , публицистики , критики , иску сства , философии ) и выдвижение на первый п лан культуры социально-практических , экстремистских , а потому сильнодействующих благодаря своей нравственно-религиозной "недозволенности ", политической и правовой "запрещеннос т и " поступ ков , ненормативных актов , а именно - непосредств енного и ничем не ограниченного насилия , п ервоначально индивидуального , а затем и массо вого , даже тотального . Если бы в основании , дивергентных проц ессов русской культуры лежал какой-то более "сильн ый " интегративный механизм , нежели кумуляция (например универсализм возрожденческого типа , в свою очередь апеллировавший к с редневековому схоластическому универсализму и по дражавший античной агональности ), то механизм дивергенции приобрел , бы игровой или р иторический характер стилевой "соревно-вательн ости " (как в западноевропейском барокко ) или конфессионально-бытовой селекции (как в эпоху западной Реформации ). Однако вялая и слабая интеграция культуры , осуществляемая в рамках кумулятивных процессов , не мо г ла эффективно сопротивляться дивергенции , сплошь принимавшей формы раскола , к тому же ос ложненного взаимным ожесточением сторон и соц иокультурной легитимацией насилия . Отсюда - тотальн ый характер дивергенции в русской культуре XVII-XIX веков , охватывающей самые тонкие смысловые структуры - вплоть до конфронтации л итературы и литературной критики , гуманитарных наук и естествознания , психологии и физиоло гии , философии культуры и философской антропо логии , эстетизма и утилитаризма в искусстве и т.п . Дивергентн ое развитие в течение т рех веков вывело русскую культуру на гран ь революционного взрыва» экстремальность и ус пешность которого в истории определяется остр отой противостояния нормативных состояний культу ры и ее антинормативных устремлений , взаимоис ключение м утверждающих и отрицающих ее интенций . Причем это амбивалентное состо яние , дуализм проникали в каждое отдельное явление , в каждую творческую индивидуальность , в каждый процесс ; дивергенция была чрева та расщеплением каждой личности и каждого смысла культу р ы на антиномичные нормативные и антинормативные компоненты , диаме трально противоположные оценки одних и тех же явлений . Бердяев отмечал , что все дея тели культуры Серебряного века были людьми "двойных мыслей "; двоемыслие укоренялось и в массовом общественн о м сознании : в се важные слова и понятия , нормы и цен ности обретали двойное , нередко взаимоисключающее значение . Глубина и универсальность диверген тных процессов в русской культуре рубежа XIX-XX веков выражались в том , что дивергенцией были охвачены самые г л убинные ментальные структуры культуры - расщеплялось ее , казалось бы , далее не разложимое смысловое "ядро ". Подобным восстанием культуры против собственной традиционности и самоидентичности был ознаменован Серебряный век , закономерно р азразившийся революц и ей . Попытка культурного синтеза в истории русской куль туры Вместе с тем аналогии Серебряного века с эрохой Возрождения (ср . концепцию "культурного ренесс анса " Бердяева ) при всей своей метафоричности и условности вполне правомерны : преобладающи м в культур е этого времени становится конфигуратор культурного синтеза , затронувший не только различные виды искусств , но и другие специализированные культурные формы ( науку , философию , религию ), а также специализиро ванные формы культуры (политическую , правовую , хоз я йственную культуру России этого времени ). Более того , русская культура Сер ебряного века стремилась интегрировать в себе и социальную действительность (социум ), и личную жизнь деятелей культуры , и повседневно е поведение простых людей как специфические фено м ены культуры . Был вЫработан универсальный символический язык культуры , "с нимавший " в себе антиномии онтологического и эпистемологического , эмпирического и трансценден тного , социального и культурного , образно-ассоциати вного и понятийно-дискурсивного и т.п., не только позволявший интегрировать морфологически различные феномены русской и мировой кул ьтуры этого времени , но и сближать явления далеких в стадиальном и региональном отн ошении культур (древности , средневековья . Просвещен ия , романтизма и модерна , кла с сики и современности , Запада и Востока ). Однако культурный синтез , к которому с тремился русский Серебряный век , был противор ечив и неограничен (подтверждением служат так ие его культурные плоды , как русский аванг ард , русский неопозитивизм , русский революци онный марксизм и его крайнее , экстреми стское течение - большевизм ). В отличие от з ападноевропейского Ренессанса , в основании которо го лежали культурно-регулятивный механизм универс ализма и принцип индивидуалистического гуманизма , русский "культурный ренес с анс " ос уществлял семантический синтез , предполагавший вз аимодополнительность двух "нижележащих " механизмов - кумуляции и дивергенции , во многом взаимои сключающих , а потому , в случае интеграции , " взрывоопасных ". Отсюда кратковременность Серебряного века ка к парадигмы , системная н естабильность его выдающихся культурных достижен ий (в области литературы и искусства , фило софии , общественно-политической и религиозной мысл и ), а главное - его внутренняя противоречивость в социально-политической и морально-этическо й сферах , остроконфликтная анти-номичнос ть нравственного и эстетического , политического и религиозного , социального и философского , личностного и коллективного , массового и элит арного . Культурный синтез в Серебряном веке был осложнен дивергентностью , приоб р етавшей все более жесткий и безальтер нативный характер , и в конечном счете оказ ался вытеснен ею как эпохальный конфигуратор русской культуры и российской истории . Од нако это не было простым возвратом к прежнему конфигуратору дивергенции . Нараставшая внутр енняя поляризация ру сской культуры конца XIX - начала XX века приводила к "расщеплению " культурного ядра , выразившемус я в наполнении ключевых понятий и предста влений культуры противоположными и нередко вз аимоисключающими смыслами , полярными оценками (дос т а точно вспомнить осмысление различны ми идейными течениями в это время таких явлений , как "революция " и "реформы ", "либерали зм " и "демократия ", "социализм " и "капитализм ", "материальность " и "духовность ", "наука " и "религи я ", "нравственность " и "польза ", "л и чно сть " и "массы ", "хулиганство " и "рутина ", "хамст во " и "творческая активность ", "мещанство " и " интеллигенция " и т.д .). Дивергентный qomioKynbTypHbra процесс перерос в революционный , взрывной тип социо культурной динамики , в котором процессы качес твенного размежевания и борьбы различ ных ценностей , норм и тенденций в русской культуре заслонили собой , а затем и о становили объединительные , синтезирующие ее тенде нции и процессы . Русская революция (в том числе "культу рная революция ", расцвет "левого ", авангарди стского искусства , рост насилия и его апол огии как особых феноменов культуры и т.п .) знаменовала собой осуществление такого инно вационного синтеза предшествовавших тенденций и форм , который решительно порывал и с ними , и со всем культурным наследием прошл о го , выступая как их последователь ное отрицание . В то же время дивергенция , положенная в фундамент этого синтеза , ра спространилась на целое культуры и не тол ько осуществила миссию гражданской войны в культуре с делением на "красных ", "белых " и разного рода "попутчиков " (идея Л . Троцкого ), но и привела к трагическому распаду русской культуры на две -советскую и культуру русского зарубежья (в результа те чего реализовалась ленинская концепция "дв ух культур в одной " - правда , применительно только к национальной культуре , русско й , в течение более чем трех веков разв ивавшейся в русле дивергентных процессов , а потому в принципе чреватой расколом ). Отныне уже не одна , а две русские культуры существовали в мировой культуре , притом не только в разных смысловых пр остра нствах , с различными идеологическими (в том числе политическими , философскими , религ иозными , художественно-эстетическими и этическими ) установками , но в разных географических ареал ах . Впрочем их своеобразие и пути дальнейш его развития определяли не стольк о их культурный контекст и исторические условия развития (асимметричные по отношению друг к другу ), но их взаимоотношения , выливавшиеся в идейную конфронтацию , огульную критику и жесткое обличение , игнорирование и замалчивание друг друга , непримиримое отчу ж дение , последовательно проводимый см ысловой контрапункт , т.е . в различные формы антидиалога . Селективно е развитие русской культуры Регулятивны м механизмом каждой из двух оппозиционных русских культур XX века , с одной стороны , поддерживавшим единство и це лостность каж дой из них , с другой - укреплявшим их в заимное противостояние (являя собой своего ро да формулу строгого "взаимоупора " как воплощен ной бинарности и амбивалентности самой русско й культуры как целого ), стал механизм селе кции . Механизм селекции в общем ви де известен практически в каждой культуре ; он служит самоограничению и сохранению сам оидентичности той или иной культурной системы за счет отсечения , изъятия тех компоненто в и форм , которые противоречат принципам д анной системности . Однако здесь р е чь идет об особом конфигураторе , направленном на искусственное , целевое "выведение " качестве нно новой , улучшенной культуры (революционной , пролетарской , социалистической , советской ), не толь ко порывающей со своим культурным прошлым и современным окружение м , не толь ко пересматривающей с точки зрения классовост и , партийности , народности , революционности , коммун истической идейности , воинствующего безбожия (атеи зма ), всемирно-исторических задач (пролетарского ин тернационализма и перманентной мировой революции ) все национальное и всемирное к ультурное наследие , но и создающей нечто , никогда не существовавшее , — должное , будущее (например изображение жизни в ее "революц ионном развитии " как сверхзадача соцреализма ). Тоталитарная культура , постепенно формировавш аяся в СССР путем последовательного изъ ятия , запрещения и уничтожения актуально или потенциально "чуждых " идее социализма и "в раждебных " феноменов культуры , стремилась к со вершенной целостности и абсолютному синтезу , но достигала этого , в отличие от "культурн о го ренессанса " начала XX века , средс твами перманентного насилия над культурой , св оего рода социокультурной вивисекцией над сам ой собой и своим историческим прошлым , бес пощадно устраняя все , мешающее целостности : "ли шние " культурные формы , оппозиционные те н денции , любые проявления инакомыслия , внут ренние противоречия , критическую рефлексию систем ы , несанкционированные инновации или неэталонные интерпретации и оценки "разрешенных " явлений и т.п ., и тем самым добиваясь подчинен ия основного массива культурных ф ен оменов политически заданной матрице культурного целого (строгая селекция ). В то же время эмигрантская культура (культура русского зарубежья ) - правда , с гора здо меньшей последовательностью , целеустремленностью и планомерностью , нежели тоталитарная культ ура , - добивалась "чистоты " от тоталитарных тенденций , с различной степенью осознанности и ригористичности отмежевываясь от большевиз ма , революции , социализма , советской власти , ате изма , советской культуры и ее деятелей , да же новой орфографии , а также от а налогичных тенденций в своей собственной среде . Таким образом она осуществляла сво ю селекцию , зеркально обращенную относительно тоталитарной селекции и принципиально вялую ( а потому апеллирующую одновременно к ценностя м либерализма и демократии , к монархи з му и парламентаризму , к общечеловеческому опыту и национальному менталитету , к фило софии свободного духа и православной церковно сти , к жестким лозунгам Белого движения и интеллигентским идеалам гуманизма , к модерни стским исканиям и сохранению , даже "охран е нию " культурного наследия - национальн ого и мирового ). Однако русская эмиграция была слишком разнородной в политическом , рели гиозном и культурном отношениях , чтобы достиг нуть ' полного синтеза , подобного тоталитарному . Более того , она сознательно противопо с тавляла свою "неорганизованность ", "мягкость ", спонтанность , идейный и стилевой плюрализм (внутреннюю "кумулятивность ") советскому "монизму " ка к свободу - порабощению , демократию - деспотии , л ичное творчество - унификации и общей дисципли не . Эмигрантская и советская культура складывались в XX веке как единство асимме тричное , гетероморфное , внутренне антитетичное . При всем принципиальном отличии двух видов селекции , по-разному регулировавших самосохр анение и развитие двух противостоящих друг другу русских к ультур , а также их антиномичность , взаимоотталкивание , - это был оди н тип культурной регуляции , успех которой во многом зависел от возможности самоизоляции (и взаимоизоляции ) двух конфронтирующих между собой культур в рамках одной конфигураци и национально й культуры . Одновременно обе русские культуры методом селекции отст аивали свою национальную самоидентичность в к онтексте европейской и мировой культур , подде рживая в себе диссимилятивные тенденции . Сове тская культура , проводившая и в этом плане очень строг у ю селекцию , сочетала классово-партийный подход (мания классового а нтагонизма , пролетарская солидарность , антибуржуазност ь , коммунистическая целеустремленность и т.п .) и национально-радикалистские установки (антиимпериализм и антиколониализм , помощь национ а льно-освободительным движениям , социалистический патри отизм , борьба с космополитизмом и др .). Куль тура же русского зарубежья , развивавшаяся в инокультурном , иноязыковом , '"йноконфес-сиональном ок ружении , сохраняла свою самобытность (и ментал ьную преемстве н ность по отношению к национально-культурному прошлому России ), дейс твуя гораздо менее жесткими средствами ; она стремилась не к самоизоляции в мире (ка к тоталитаризм ), а наоборот , к достижению о ткрытости и культурной консолидации с Европой и миром . Поэтому диссимилятивные тенденции эмигрантской культуры не исключали ее адаптации к западной культуре и сочета лись с ассимилятивными процессами , а механизм селекции в русской зарубежной культуре п о отношению к контексту западноевропейской и мировой культур работа л вяло (п о сравнению с советской тоталитарной культуро й ). Обе русские культуры XX века , возникнув из единой , хотя и противоречивой культуры Серебряного века , представляли собой две разн ые системы смысловых структур и ценностей русской культуры , существующи е во взаим онепроницаемых смысловых пространствах , отталкиваясь друг от друга , бескомпромиссно разделенные "железным занавесом " взаимных табу и запрето в . Однако их многое и объединяло -структур но-функциональное сходство селективных процессов и общая устано в ка на поддержание неравновесного состояния социокулыпурной неполн оты (во многом противопвложная конфигуратору " культурного синтеза "). Советская культура была отделена от Серебряного века социокультурным "взрывом " - революцией ; культура русского зарубежья б ыла отрезана от своего дорево люционного прошлого территориальным отчуждением - эмиграцией . Двойная , притом крайне резкая ценн остно-смысловая метаморфоза ("революция + эмиграция "), произошедшая с русской культурой Серебряного века после революционного "взр ы ва ", суммарно выразилась в формировании "железного занавеса " — символического "разделителя " поля ризованных ценностей , смыслов , норм и традиций . "Железный занавес " не только отделил советскую культуру от культуры русского за рубежья , послереволюционную дейс твительность от дореволюционного прошлого , но и тоталитарн ую Россию от всей остальной мировой культ уры и иных цивилизаций . В отношениях между "двумя русскими культурами " начал действовать регулятивный механизм селекции , констатировавший не только различие двух культурны х систем , но и их непримиримую конфронтаци онность , бескомпромиссное размежевание и смыслову ю взаимоисключаемость . Его парадоксальность заклю чалась в том , что практически все реальные субъекты русской культуры в условиях соц иально-политическо г о и культурно-историчес кого раскола страны не могли и не хот ели слышать своих оппонентов , слушая исключит ельно самих себя ; не могли и не хотели видеть какой-либо иной системы норм и ценностей , кроме той , которую исповедовали с ами , искренно считая ее единс т венн о правильной , исторически закономерной , соответств ующей самой природе русской культуры , ее м ентальным основаниям . Утопизм , самодовлеющий монол огизм , взаимная непримиримость двух русских к ультур XX века , объективно приводившие недавних соотечественнико в к "культурной глухоте и слепоте ", делали невозможным на протяже нии многих десятилетий какой-либо диалог межд у двумя русскими культурами XX века , игнорировав шими сам факт существования друг друга . Об е русские культуры - в своей обоюдной необ ъективности -м и фологизировали противника , а затем беспощадно боролись с созданными собственным больным воображением тенденциозными образами друг друга . Тем самым обе ку льтурные системы оказывались взаимонепроницаемыми для враждебной критики , "параллельными " мирами . Расч ет на "силовые " методы (включая не только идеологический диктат и полити ческие табу , но подчас прямой массовый тер рор ), на полную автономность каждой из дву х культур от посторонних влияний , на спаси тельное ограждение "железным занавесом ", на пас сивную под а тливость культурного матер иала , капитулирующего перед насилием , - все это делало механизм селекции , и связывающий , и разделяющий две русские культуры , крайне хрупким , нестабильным , целиком зависящим от спонтанных социально-исторических процессов . Его п ост е пенная эрозия (начиная со Втор ой мировой войны и затем , после смерти Сталина , все углубляющаяся ) была исторически закономерной , а последующая интеграция двух русских культур -неотвратимой , хотя и сложно реализуемой . Эта хрупкость и явная нестаб ильность се л екции как культурного конфигуратора стала очевидной чуть ли не в самом начале размежевания двух русских культур : уже авторы сборника статей "Из глубины " (1918; опубл . 1921) доказывали органичность революции русской истории и культуре и неизбежность возрож дения /воскресения новой России после ее падения /гибели ц революционной смуте ; а авторы эмигрантского сборника "Смен а вех " (Прага , 1921) "зеркально " утверждали , что н е только русская революция и советская вл асть , но и сам большевизм суть последние плоды ру с ской культуры , не то лько не губительные для России , но и п рямо спасительные для нее - как великой де ржавы и мировой империи . Оппозиционные , а затем диссидентские наст роения и творческие интенции внутри советской культуры сопровождали практически всю ее ис торию ("другая " литература , философия , м узыка , театр и т.п .); в рамках культуры р усского зарубежья все более отчетливо заявлял и о себе то конструктивная критика , то сочувственный интерес , то одобрительный анализ , а то и восторженная апология советизма , ск в озившие не только в "смено веховстве ", но и в концепциях евразийцев , в движении "младороссов " и русских фашистов , наконец , в признаниях убежденных либералов из числа идейных лидеров русской эмиграции ( П . Милюков ). В этом же ряду следует рас сматривать и тай н ый интерес русск их эмигрантов к итальянскому и немецкому фашизму (Д . Мережковский , И . Ильин , П . Красно в и др .). Все это означало , что механизм селекции , не ограничиваясь взаимным разделен ием и "очищением " двух оппозиционных русских культур , был каждой из н их инт ериоризирован в качестве конфигуратора начавшихс я подспудно дивергентных процессов внутри как советской , так и эмигрантской культур . Од нако при господстве селекции дивергентные про цессы не могли стать самодовлеющими механизма ми культурной регуляции, но служили задачам отбора и противоречивого синтеза р усской культуры как целого . В обеих русских культурах XX века выявлялись и вычл енялись тоталитарное и антитоталитарное начала , взаимно поляризовавшиеся и вступавшие между собой в безостановочную борьбу. В сов етской культуре тоталитарное начало составляло ее основу и смысловое ядро , тем самым определяя ее центростремительный вектор , в то время как антитоталитарные тенденции форми ровались на периферии советской культуры , сре ди ее изгоев и "отщепенцев " в к а честве духовно-нравственной стихийной оппозиц ии тоталитаризму как ее центробежные тенденци и (Е . Замятин , Б . Пильняк , М . Зощенко , М . Булгаков , А . Платонов , Г . Шпет , А . Лосев , М . Бахтин , О . Мандельштам , А . Ахматова , Б . Пастернак , В . Шаламов , В . Гроссман , А. Солженицын , А . Сахаров и др .). В культуре русского зарубежья ядерные смысловы е структуры , напротив , образовывали антитоталитарн ые силы , обладавшие центростремительной энергией (именно они фундировали целое эмигрантской культуры ), а на ее периферии обретал и жизнь разрозненные оппозиционные , прототал итарные тенденции (как правило , совершенно соз нательные и рациональные ) социалистической или националистической ориентации , обладавшие центробе жным импульсом , а потому размывавшие целое зарубежной русской культур ы (косвенно - Н . Устрялов и Ю . Ключников , П . Савицкий и Н . Трубецкой , Н . Бердяев и И . Иль ин ). Таким образом , прототалитарные силы в СССР и в русском зарубежье заключали межд у собой духовный альянс ; аналогичным образом (во многом бессознательно ) складывался духовный союз антитоталитарных сил по ту и по эту сторону политико-идеологической границы двух культур . При этом сохранялас ь общая социокультурная асимметрия русской ку льтуры как 'целого : тоталитарные и антитоталит арные силы "перекрестно " выступали то как " ядро ", то как "периферия " одной и той же культуры . В результате русская культура XX века исподволь "стягивалась " воедино вокруг общего бинарного фрейма : "тоталитаризм - антитоталитаризм ", основная коллизия которого не могла быть разрешена при господстве се лекции ни в метрополии , ни в диаспоре . Парадоксальный характер механизма селекции может быть объяснен его сложной многососта вностью и многоуровневостью . В самом деле , ближайший к поверхности смысловой уровень эт ого конфигуратора - синтез , и этот синтез в истории русской культуры XX века противо речиво осуществляется сначала в процесс конст руирования асимметричной диады : тоталитарной и антитоталитарной социокультурной консолидации (соо тветственно — советской и эмигрантской культ ур ); затем — "поверх барьеров " - вс ей русской культуры XX века как расколотого сложного целого . Это связано с тем , что в основании данного синтеза лежит механи зм дивергенции , по своей сути аналитический , а не синтетический и по преимуществу д ифференциальный , а не интегральный . Наконец, глубинный пласт селективных процессов , генетически и структурно предшествующий и див ергенции , и .синтезу в составе культурной селекции , -кумулятивное ядро русской культуры и ее истории — порождает стихийность и аморфность тех интегративных процессов , кот о рые имели место и в советско й , и в эмигрантской культурах , а также в складывающейся к концу XX века русской по сттоталитарной культуре , объединяющей явления и черты как советской , так и зарубежной р усской культуры ; как прототалитарные , так и антитоталитарн ы е особенности той и другой (в каждом отдельном случае несущие своеобразную тенденциозность , идеологию , символик у , стилистику ); а также национальный эгоцентриз м и "всемирную отзывчивость "; имперские амбиции и жажду свободы ; социальную мечтательность и "поч в енную " укорененность ; утопизм и утилитарно-практическую заземленность и т.д . Синтез , осуществляемый посредством селекции , носил заведомо ущербный характер : модель со циокультурной неполноты была представлена здесь наиболее последовательно и демонстративно , ведь именно неполнота социокультурной системы , достигаемая искусственно и насильственно , является необходимым условием ее (системы ) цельности и внутренней непротиворечивости . Нов ый тип культуры целенаправленно "выращивался " путем жесткого отбора элемент о в и свойств , соответствующих нормативно-эталонной мод ели культуры ''социалистической " ("революционной ", "пр олетарской " и т.п .), неполнота которой была т еоретически заданной . Столь же противоречиво использовались в селекции конструктивные особенн ости дивер г енции и кумуляции , на которые в "снятом " виде она опиралась в своих дифференцирующих и интегрирующих куль туру актах , поскольку эти механизмы оказывали сь вспомогательными и подчиненными задачам це нностно-смыслового отбора . Собственно ущербностью селекции к а к таковой (ее неполното й , искусственной неравновесностью смысловых струк тур , прямой политизированностью целей и средс тв , сочетанием грубого утилитаризма и утопизм а , деструктивными функциями синтеза и непредс казуемостью получаемых результатов ) и объясняетс я относительная недолговечность селекти вных процессов в русской культуре XX века . Конвергент ное развитие русской культуры Начиная с эпохи "оттепели " в русской культуре прои сходит медленное , но неуклонное восстановление социокультурной полноты - за счет ра зреш ения ранее табуированных смыслов ; реабилитации ценностей , репрессированных за годы сталинизма (в дальнейшем кругозор возвращаемой культуры распространился на все время советской в ласти ); за счет включения в культуру прежд е изъятых из нее компонентов и н ых культурных систем (казавшихся прежде несовместимыми с советской культурой и опа сными для ее конституирован™ как принципиальн о новой культурной системы ) и т.д . Возвраща ется в советскую культуру прежде исключенное из нее наследие (русская классика ,'неорт о доксальная советская культура , культ ура русского зарубежья ); расширяется кругозор советских людей в отношении западноевропейской и мировой культуры . Эталону непротиворечивой целостности культуры , явно обеднявшему и ис кажавшему ее действительное состояние в угоду упрощенному теоретическому представл ению о ее должной сущности , все более настойчиво противостоял желанный идеал социокуль турной полноты , достигаемый ценой утраты цело стности и монистичности тоталитарной культуры (принципы дополнительности , мозаичн о сти , открытости и т.п .). Никакие гонения режима и усилия офици альной пропаганды не могли остановить или блокировать диссидентское и правозащитное движ ения в СССР , ориентировавшиеся на либеральные , общечеловеческие ценности и противостоявшие тоталитаризму, искоренить андеграунд (например рок-культуру ). Вместе со второй и третьей "волнами " русской эмиграции произошло внутренне е сближение культуры русского зарубежья с советской культурой ; этому способствовала взаим ная дополнительность "Самиздата " и "Тамиздат а ", действовавших по принципу сообщаю щихся сосудов . В итоге расширились и конкр етизировались представления Запада об СССР , р азмылась смысловая граница между русской куль турой XX века и ее европейским или всемирны м контекстом . Коллизия тоталитаризма и антит о талитаризма в русской 'культуре р азрешалась посредством нового для нее складыв авшегося во второй половине XX века регулятивно го механизма конвергенции (от лат . convergere - приближа ться , сходиться ), стоявшего за этими постепенны ми и не заметными , с точки з рения современников , социокультурными процессами . Механизм конвергенции , направленный на ин теграцию разнородных ценностей , взаимоисключающих тенденций , полярных смыслов в рамках единог о , сложного и отнюдь не монолитного по своей структуре целого , был прот ивополо жен дивергенции , с одной стороны , и селекц ии - с другой , поскольку те различно решали задачи дифференцирования культуры . В отличие же от механизма кумуляции , дорефлексивного , стихийного и спонтанного , способного организов ать культурный и цивилизаци о нный хаос лишь на ранних ступенях развития общ ества , конвергенция была призвана связать про тивоположности средствами развитой рефлексии (в том числе в формах специализированной куль туры ). Между тем внутренне конфликтная интегра ция тоталитарного и антитота л итарного культурного наследия (а именно об этой интеграции , в первую очередь , должна идти речь в связи с кризисом селекции ) в принципе не могла проходить легко , органично , безболезненно . Для подобной интеграции необх одимы особые условия (в некотором смысл е искусственные , порожденные волевым импульсом самой культуры ), которые позволили бы вместо идейной и стилевой конфронтации , взаимного отталкивания и полемики , "фильтраци и " ценностей и смыслов совместить до этого несовместимое в качестве амбивалентного или "мозаичного " смыслового единства . Эт и условия и порождает конфигуратор конвергенц ии . Наиболее оптимальными здесь оказываются с ознательный эклектизм и самодовлеющий эстетизм ("снимающие " в себе мировоззренческие антиномии философского , религиозного , этичес кого ил и политического порядка ), преобладание игрового подхода к реальности (включая иронию , гротес к , мысленный эксперимент над жизненным и с обственно культурным материалом ) - столь распростра ненные в постмодерне средства культурного пре одоления неразреши м ых противоречий де йствительности . Важным для понимания генезиса российского постмодерна (в этом отношении отл ичного от западного ) является все более ши роко распространяющееся и глубоко укореняющееся в индивидуальном и массовом сознании пос ттоталитарной эп о хи противостояние по литически нейтральной культуры повседневности - ку льтурно-политической ангажированности любого толка (про - или антитоталитарной ). Выращенный искусственно продукт (тоталитарная советская или антитоталитарная эмигрантская культура ) контр астировал со своим контекс том , который составляла культура повседневности (в одном случае российская , в другом - за падная ), и неизбежно вступал с ними во взаимодействие . В результате контаминации текста и контекста культуры складывался новый т екст , отлича в шийся гораздо меньшей ценностно-смысловой и формальной определенностью , структурной четкостью , мировоззренческой ясностью , что как раз и свидетельствовало о пр еодолении селек-ционности в развитии русской культуры . В этих условиях оказалось возможным и вза и мопроникновение , и смешение советской и русской зарубежной культур в кол-лажной , пародийной , гротескной , игровой и т.п . интертекстуальной форме (ср .:соцарт , тр авестия классики , литературная мистификация , научн ый розыгрыш , соединение документа и вымысла , э п атирующее нарушение этических и эстетических норм актуальной культуры , смеше ние смехового и серьезного начал ). Несмотря на преобладание стихийно-хаотических тенденций в развитии русской культуры на постмодернистском этапе ее истории — те нденций , явно подв ергающих испытанию един ство и целостность ее смыслового ядра , - ко нвергентные процессы в современной русской ку льтуре все же выдвигаются на первый план ее развития и придают ей устойчивость и стабильность , в значительной мере восстан авливая утраченную за д есятилетия к онфронтации тоталитарных и антитоталитарных сил социокультурную полноту . В Отличие от див ергентных и селективных процессов , различными путями приводящих русскую культуру к расколу , конвергенция позволяет перейти от культурно й дихотомии к трихо т омии , от б инарных смысловых структур к тернарным . Так , рядом с классическими компонентами тоталитарно й и антитоталитарной культурных традиций появ ляются компоненты культуры повседневности , "снимаю щие " политизированную антиномию "двух культур " обыденностью и самоочевидностью житейског о опыта , не укладывающегося в "прокрустово ложе " жесткой дихотомии . Тем „самым размываетс я смысловая граница не только между тотал итарным и антитоталитарным началами в русской культуре XX века , но и между высоким и низким , серь е зным и смеховым , вымыслом и реальностью , религией и атеизмом , искусством и китчем , элитарным и массовым , культурой и социальной действительностью . Русская культура к концу XX века обрела единство и цельность , далекие от тех , что были результатом действия механизма кумуляции : ее монизм прямо предполагает нео граниченный плюрализм ; диалог различных и про тиворечивых тенденций не исключает их напряже нной борьбы и взаимной нетерпимости ; интеграц ия полярных и антиномичных сил и процессо в в нормативном поле едино й кул ьтуры не препятствует их взаимной автономии и вседозволенности при самоутверждении . Это - сложно структурированная и внутренне динами чная цельность ; это - мучительно трудное обрете ние единства в противостоянии "порядка " и " хаоса ". Многое сближает совр е менный , конвергентный этап в истории русской культ уры с Серебряным веком ("русским культурным ренессансом "), также искавшим и находившим ф ормы социо-культурного синтеза , также стремившимся к идеалу социокультурной полноты . Однако синтетичность Серебряного века была р езультатом и попыткой преодоления дивергентных процессов , лишь чреватых будущим расколом к ультуры , общества и страны ; что же касаетс я посттоталитарной конвергентности , то это - пр оцесс компенсации уже произошедшего социокультур ного раскола Росс и и со всеми вытекающими из него селективными эксцессами и необратимыми разрушениями культуры и цивилиз ации . Вообще , в процессе архитектонического ст роения русской культуры интегративные ее возм ожности и устремления усиливаются пропорциональн о имманентно на р астающим сложностям в процессе интеграции . Если культурный си нтез конца XIX - начала XX века добивался единства (всеединства ) культурных форм и цивилизационн ых достижений , то конвергенция в России ко нца "XX века претендует на межкультурный и и нтерцивилиза ц ионный синтез , а также тяготеет к метаистори-ческому "свертыванию " и обобщению национальной истории культуры в единой интерпарадигмальной топологии . Усвоение почти векового трагического опыт а становления , расцвета и гибели тоталитаризм а , а вместе с тем кр ушение иллюзий относительно искусственного "выведения " принципиа льно новых типов культур и цивилизаций ме тодом бескомпромиссной селекции не могли прой ти бесследно . Новая полоса интегративных соци о-культурных процессов в России под эгидой конвергенции как к онфигуратора исклю чительной сложности и культурно-исторической судь бы обладает более высоким "запасом прочности " и более мощной энергией созидания , нежел и культурный синтез 'Серебряного века или тем более древнерусская кумулятивность . Этому есть в свете и з лагаемой нами концепции свое теоретическое объяснение . Каждая цивилизация (особенно исторически и территориально значительная ) обладает своей неповторимой логикой культурно-исторического становле ния и развития ; при этом любая ее сема нтически завершенная п арадигма , с одной стороны , обусловлена наличным цивилизационным н аследием (фактически аккумулирующим и обобщающим все предшествующее историческое развитие это й культуры ), а с другой — сама програм мирует последующее ее развитие . Смена культур ных парадигм п р оисходит исторически закономерно , в соответствии со смысловой преемственностью лежащих в основе каждой пара дигмы регулятивных механизмов (конфигураторов ), сос тавляющих в своей последовательности алгоритм данной цивилизации . История каждой культуры (а вмес т е с нею и цивилизац ии ) носит нелинейный характер : вместе со с меной парадигм происходит не только трансформ ация культурной семантики , но и ее сохране ние на новом смысловом уровне . Исторически сменяя друг друга , культурно-исторические парад игмы не уходят из актуальной культ уры , но "надстраиваются " друг над другом (в соответствии с вырабатываемым алгоритмом ), со ставляя архитектонику культуры , т.е . такую смыс ловую конструкцию , в которой топологический и динамический аспекты культуры взаимообусловлены . В ходе и сторического развития каж дой национальной культуры происходит ее содер жательный "рост " и семиотическое усложнение . В этом отношении каждый следующий этап раз вития является сложной суммой (но не механ ической и не линейной ) содержания всех пре дшествующих эт а пов в их определен ной последовательности . Отсюда каждый раз нов ые , никогда не повторяющиеся задачи инте-грати вного или дифференциального характера , стоящие перед культурой в отношении структурирования ценностно-смыслового мира той или иной исто рической эп о хи , которые находят св ое воплощение в культурно-исторически обусловленн ом типе конфигурации культуры и ее регуля тивного механизма (конфигуратора ). Отсюда порождени е на каждом решающем этапе национального развития особой культурно-исторической программы , в о многом предопределяющей конфигурацию последующей социокультурной истории и в конечном счете — смысловой "каркас " данной цивилизации . Из последовательной и закономерной смены таких культурно-исторических программ (и их конфигураторов ) складывается общая п оступат ельная логика каждой национальной культуры и истории , несущая на себе печать неповтори мой культурно-цивилизационной "индивидуальности " и волевой импульс определенного национального мент алитета . СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Баглай М.В ., Габричидзе Б.Н. Конс титуционное право Российской Ф едерации . М ., 1996. С . 130. 2. Тихомиров Ю.А. Государство на рубеже столетия // Госуда рство и право . 1997. № 2. С . 30. 3. Чиркин В.Е. Президентская власть // Государство и право . 1997. № 5. С . 16, 17. 4. Косонкин А.С ., Нефе до ва Т.И. Президент , конгресс , закон одательство // Государство и право . 1998. № 1.С . 85-91. 5. Парламентаризм в России : Федера льное Собрание 1993-1995 гг . V Государственная Дума , Со вет Федерации первого созыва . М ., 1996.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Разрываясь между стиркой, уборкой и готовкой, выбрала поспать.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по культурологии "Архитектоника русской культуры", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru