Реферат: Молекуляризм М.Даммита - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Молекуляризм М.Даммита

Банк рефератов / Философия

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 135 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Молекуляриз м М.Даммита Блинов А.К. Возможные аргументы против холистической семантики будут направлены п режде всего на само понимание природы связи между истиной и значением. В озможна позиция, состоящая в том, что метафизическое понятие истины, буд ь оно реалистским или антиреалистским, не может играть никакой роли в те ории того, как мы понимаем языковые выражения. В пользу этого представле ния свидетельствует то, что никакой действительный психологический ме ханизм не способен выполнять требуемую задачу сравнения высказываний с неконцептуализованной действительностью. В основанной на усорвиях и стинности семантике предлагается сохранить вербальную формулу, соглас но которой для того, чтобы знать значение, скажем, выражения "Снег бел", над о знать, при каких условиях это предложение является истинным. Можно ска зать, что независимо от того, чт ? именно требуется для того, чтобы понять п редложение, это должно быть названо неявным знанием условий, при которых предложение является истинным. Но если мы принимаем этот способ, то буде т тавтологией считать, что "Если X понимает предложение "Снег бел", то X знает (неявно) условия истинности предложения "Снег бел"". Если это тавтология, т о нельзя утверждать, что это — серьезная и общезначимая теория понимани я, обладающая реальной объяснительной силой. Но если представление о том , что истина есть соответствие с действительностью, не может нам ничем по мочь, то как мы должны объяснить понятие истины? Формальная семантика по нятия "истинный" (особенно дефляционный принцип эквивалентности: сказат ь о предложении, что оно является истинным, эквивалентно утверждению это го предложения) позволяет нам определить столько предложений формы " S ис тинно", сколько имеется предложений S , которые мы хотим утверждать или отр ицать. Но как мы можем объяснить то, что мы делаем, когда мы утверждаем и от рицаем? Мы можем сказать, что когда мы делаем утверждения, мы надеемся, что они будут истинны, и стремимся к тому, чтобы это было так. Однако это практ ически пустое заявление, поскольку нет и не может быть независимых прове рок ни истины, ни обоснованной утверждаемости. Рассмотрим подробнее, как может выглядеть такая позиция, на примере аргу ментов Майкла Даммита, поскольку они чрезвычайно важны для понимания су ти холистической критики эмпиризма. Даммит характеризует смысл ( sense ) как тот аспект значения ( meaning ), "который опре деляет условие, при котором предложение является истинным"[33] . Семантичес кое значение ( semantic value ) атомарного предложения Даммит характеризует как то т признак, обладание которым является [для атомарного предложения] необх одимым и достаточным, если каждое сложное предложение должно быть опред елено как истинное или иначе в соответствии с его составом из атомарных предложений... Семантическое значение атомарного предложения (и, следова тельно, любого предложения) является именно его истинностным значением — истинно оно или нет... Сначала мы устанавливаем, что семантическое знач ение сингулярного термина — это тот конкретный объект, к которому он им еет референцию: тогда из этого следует, что семантическое значение одном естного предиката дается, устанавливая, для каких объектов он является и стинным, двухместного предиката — для какой пары объектов он является и стинным, и т.д.[34] . Это предполагает, что для каждого объекта язык содержит сингулярный тер мин, указывающий на него. Смысл выражения — это компонент его значения, к оторый является релевантным для определения истинности того предложен ия, в которое оно входит; именно этот компонент его значения определяет с емантическое значение выражения. Даммит разъясняет понятие семантичес кого значения, когда заявляет, что семантические значения слов, составля ющих предложение, в совокупности определяют его как истинное или ложное : когда мы говорим, что смысл слова определяет его семантическое значени е, то это подразумевает, что во внимание принимается вклад внеязыковой д ействительности. Возможность такого объяснения понятия семантическог о значения зависит от предположения, воплощенного в фундаментальном пр инципе классической семантики, согласно которому условие истины каждо го предложения либо выполнено, либо невыполнено. Это может быть расценен о как метафизическое допущение (о том, что имеется внеязыковая действите льность, независимая от нашего знания о ней), а также как теория значения ( мы успешно приписываем нашим предложениям смысл, который делает их дете рминированно истинными или ложным). С такой точки зрения, фрегеанское по нятие референции выражения и есть понятие семантического значения — п о крайней мере, в контексте классической семантики. Даммит описывает различие между смыслом и референцией, заявляя, что смыс л есть компонент значения, и поэтому дать теорию смысла выражения значит дать (частично) некоторую теорию того, что знает говорящий, когда он поним ает это выражение. Рассматривая смысл как определение референции, мы тем самым предполагаем, что таким образом принят во внимание вклад внеязыко вой действительности. Так, Фреге расценивал различие между смыслом и реф еренцией как одно из своих фундаментальных открытий — смысл выражения не может состоять только в его наличии у него референции, какой бы она ни б ыла. С такой точки зрения, смысл определяет референциальное/семантическ ое значение. Последнее представляет собой признак, который является нео бходимым и достаточным для определения истинности предложения: для тог о, чтобы предложение имело семантическое значение, оно должно быть спосо бно быть истинным или ложным, и оно должно в самом деле быть или истинным, или ложным. Смысл выражения определяет его семантическое значение и, пос кольку семантическое значение является или истинным, или ложным, опреде ляет его как истинное или ложное. Референция есть семантическое значени е, поэтому смысл выражения определяет его референцию и, поскольку рефере нция указывает только на истинность или ложность, определяет его как ист инное или ложное. Эта теория смысла определяет референцию слов (это — ос новополагающий тип теории, построенный на сингулярных терминах и остен сивном определении) при условии, что внеязыковая действительность прин ята во внимание и отношение языковых выражений к ней служит предметом эт ой теории. Такое различение между смыслом и референцией очевидно может быть рассм отрено как направленное против стандартной семантики Дэвидсона. Здесь два отправных пункта. Тарский стремился произвести преобразование неформальной классическ ой семантики в формальное определение истины для формализованного язы ка. В результате мы имеем предметом два формализованных языка — объектн ый язык и метаязык, в котором мы определяем истину для объектного языка. Референция выражения (в духе Фреге) — это внеязыковая сущность. Наприме р, в неформальной семантике интерпретация связывает с каждой языковой и ндивидуальной константой, предикатом и т.д. нелингвистическую сущность соответствующего типа. Когда мы пытаемся построить определение истины для объектного языка, то наше внимание переходит с вещей в мире, связанны х с выражениями объектного языка, на средства, доступные нам в метаязыке для определения связей между объектным языком и вещами в мире. Так, когда мы строим определение истины, мы должны показать, что метаязык способен к определению ассоциаций между элементами объектного языка (например, с ингулярными терминами, предикатами и т.д.) и теми вещами в мире, на которые эти элементы предназначены указать. Суть определения истины тогда сост оит в том, чтобы удостовериться, что нелингвистическая сущность, референ ция, дает правильную ассоциацию между элементом объектного языка и вещь ю в мире, на которую этот элемент предназначен указать. Это означает, что Ф реге и Тарского интересует истина simpliciter , а не понятие истины в произвольно й интерпретации. Даммит полагает, что аргументы Фреге в пользу различия между смыслом и р еференцией уже содержат демонстрацию неадекватности теории Дэвидсона [35] . Теория, которую предлагает Дэвидсон, согласно Даммиту, состоит в том, ч то если мы рассматриваем систему Тарского как аксиоматическую теорию и принимаем понятие истины за уже данное, то мы будем иметь теорию значени я для объектного языка. Другими словами, знание этого повторно рассмотре нного определения понятия "истинный", в дополнение к адекватному схватыв анию понятия истины, дало бы понимание языка. Это понимание и знание не мо гут зависеть от носителя языка, дающего философски адекватную теорию то го, чт ? он понимает. Скорее проблема состоит в том, какие факторы участвую т в приписывании говорящему неявного знания такой теории Задача Даммита — защитить и развить позицию Фреге (так, как он ее понимае т), показав, что схватывание смысла простого выражения нельзя приравнива ть к знанию его референции. Для этого он вводит различие между "знанием че го-то" ( " knowing - what ") и "знанием, что" ( " knowing - that ") следующим образом: пример " X знает, чем яв ляется Р" приписывает субъекту "знание чего-то", в противоположность "знан ию, что", который приписывается примером " X знает, что P ", полученным заменой " P " на полное предложение, которое могло бы использоваться независимо. Та ким образом, "знание, что" имеет форму " X знает, что кошка находится на коври ке", в то время как "знание чего-то" — форму " X знает, что такое кошка". Оба эти р ода знания отличны от знания референции (например, X знает референцию р ил и X знает референцию термина "кошка"). Аргумент Фреге в пользу различия между смыслом и референцией имеет две п редпосылки. Все теоретическое знание является пропозициональным знанием (это полн остью предикативное знание, которое опирается на некоторое пропозицио нальное знание). Для любой данной части предикативного зн ания никогда нельзя обнаружить единственную (уникальную) пропозицию, зн ание которой подразумевало бы владение этой частью предикативного зна ния. Предикативное знание — более ограниченн ая форма знания, чем пропозициональное знание. Следовательно, одно (само по себе) знание референции слова невозможно, потому что приписывание дан ной части предикативного знания никогда не будет полностью характериз овать то знание, которое имеет субъект. Последнее всегда может далее хар актеризоваться цитированием пропозиционального знания, на которое опи рается предикативное знание. Цитирование пропозиционального знания су бъекта показывает смысл, который говорящий связывает со словом в том слу чае, если он знает референцию этого слова. Мы можем отклонять вторую пред посылку, и аргумент здесь может быть таков. Если в схеме ( X знает, что w имеет референцию к b ) мы заменяем переменную w выражением, указывающим на имя со бственное (например, "Валенсия"), то трудно увидеть, чт ? могло бы потребоват ься как единственная замена b в ( X знает, что "Валенсия" имеет референцию к В аленсии), которая обосновала бы ( X знает то, к чему "Валенсия" имеет референц ию), кроме непосредственно самой Валенсии. Обосновать это может только с ама Валенсия, т.е. только сам носитель этого имени собственного. Тогда зна ть то, к чему "Валенсия" имеет референцию, значит просто знать, что "Валенси я" имеет референцию к Валенсии. Однако это бессодержательное и неправоме рное отождествление, потому что здесь знание конкретной референции сло ва смешивается со знанием того, что это слово вообще имеет некоторую реф еренцию. Человек с достаточным схватыванием грамматики может признава ть, что "Валенсия" — имя собственное, что имена собственные имеют референ ции, что, как имя собственное, "Валенсия" будет иметь референцию к Валенсии , чем бы это ни было, — и при этом все еще не иметь представления о том, что э то такое. Смешение, произошедшее в этом неправомерном отождествлении — это смешение дискурса, который не выходит за границы языка, с дискурсом, к оторый выходит за его границы. Аналогичный случай представляет собой оп исание вымышленных персонажей: у него нет референции к чему-либо в мире, н о формы языка, в котором это описание имеет место — те же, что и при описан ии вещей в мире. Возможный контраргумент здесь будет заключаться в различении между зн анием истинности предложения ( X знает, что S истинно) и знанием пропозиции, выраженной этим предложением ( X знает, что P ). Если некто знает, что предлож ение истинно, то это знание требует знания пропозиции, которую выражало бы это истинное предложение, и полного понимания этой пропозиции. Однако это не всегда имеет место. Например, если мы не знаем, кто такой Криспин Ра йт или что такое эпистемология, а только знаем о слове "Валенсия", что это — название некоторого места в Испании, где Криспин Райт читает лекцию п о эпистемологии 15-ого июля, то мы имеем "знание, что", но не "знание чего-то", пр едикативное, но не пропозициональное знание. Итак, возражение семантике Дэвидсона, с такой точки зрения, может состоя ть в том, что она смешивает знание референции слова со знанием того, что он о вообще имеет референцию. Контраргумент может состоять в том, что если о предложении известно, что оно истинно, то это знание требует знания проп озиции, которую это предложение выражает, и возможности различить, какая именно пропозиция выражена этим предложением. У этого последнего услов ия, как представляется, есть три неявных критерия. Предложение (например, "кошка на коврике") является истинным. Для знания истинности предложения "кошка на коврике" требуется знание пр опозиции, выраженной этим предложением. Говорящий должен быть способен выбирать пропозицию, выраженную предло жением "кошка на коврике", среди других. Третий критерий предназначается для проверки второго. Важно, что говоря щий должен знать пропозицию, выраженную предложением "кошка на коврике", в достаточной степени для того, чтобы он мог сказать, которая это из пропо зиций — ведь в наличии у нас всегда имеется некоторое их множество и то, ч то от нас, собственно, требуется — это различать их. Это подразумевает сп особность различать между конкурирующими пропозициями и выбирать прав ильную. В свою очередь, на этот контраргумент возможно возражение, состоящее в с ледующем. Если различие между ( X знает, что истинно, что w имеет референцию к b ) и ( X знает, что w имеет референцию к b ) должно защитить тезис о том, что знать референцию "Валенсия" значит знать, что "Валенсия" имеет референцию к Вале нсии, то нам нужно сказать, чт ? именно требуется, чтобы знать пропозицию, в ыраженную этим предложением. Мы видели, что понимание предложения — это не требование знать пропозицию, выраженную предложением. Некто мог бы с толкнуться с предъявлением предложения на языке, ему неизвестном, и, соо тветственно, ничего в нем не уразуметь, но при этом понять перевод этого п редложения на язык, в котором он сведущ, и таким образом узнать, что предло жение истинно. Наше гипотетическое возражение аргументу Фреге не может отрицать, что е сть нечто связанное с именем, что субъект должен схватить, — если он пола гается знающим пропозицию, выраженную предложением, в котором использу ется это имя, — удерживая при этом различение, для такого предложения, ме жду знанием этой пропозиции и знанием истинности этого предложения. Есл и он теряет эту дистинкцию, он беззащитен против обвинения в том, что он пе репутал знание референции имени со знанием того, что оно вообще имеет ре ференцию. То, что субъект должен ухватить — это, точно говоря, смысл имени [36] . В наиболее общей форме мы можем сказать, что структура теории языка Дамм ита и Фреге такова: пропозиции — > язык — > мир/истина. Смысл здесь — компонент перекрытия, который определяет всю эту схему: о н ответствен за то, правильна эта схема или неправильна. Различение смыс ла и референции требуется потому, что мы должны определить ассоциацию ме жду элементами объектного языка и вещами в мире, которые эти элементы пр едназначены выбирать. Любая теория, которая не позволяет своему метаязы ку быть способным к определению ассоциации между элементами объектног о языка (например, сингулярными терминами, предикатами и т.д.) и теми вещам и в мире, на которые эти элементы предназначены указать, будет неадекват на — именно потому, что метаязык не будет позволять нам проверить, что не- лингвистическая сущность, референция, дает правильную ассоциацию межд у элементом объектного языка, и вещью в мире, на которую этот элемент пред назначен указать. И Даммит обвиняет в такой неадекватности теорию Дэвид сона. Дэвидсон утверждает, что знание пересмотренного им определения предик ата "истинный", в дополнение к адекватному схватыванию понятия истины, пр иводит к адекватному пониманию языка. Однако это не так для сингулярного термина "Валенсия", и это не так для сложного утверждения о предполагаемо й лекции Криспина Райта. В случае с "Валенсией" некто с достаточным схваты ванием грамматики может признавать, что "Валенсия" — имя собственное, что имена собственные имеют референции, что как имя собственное, "Валенсия" будет иметь референцию к той вещи, кото рой является Валенсия, и все же он не будет знать, что это за вещь. Этот недостаток понимания на ур овне сингулярных терминов только умножается, когда предложение станов ится более сложным, как в примере с лекцией Криспина Райта. Семантика усл овий истинности не дотягивается до мира, останавливаясь на его границе. Это — следствие того, что такая семантика может быть рассмотрена как не различающая знание референции слова со знанием того, что у этого слова в ообще есть референция. Основа претензий здесь состоит в различении межд у знанием истинности предложения и знанием пропозиции, выраженной пред ложением. Знание истинности предложения требует знания пропозиции, кот орая нашла бы выражение в этом истинном предложении, однако это не одно и то же. Знание истинности предложения и знание пропозиции, которая находи т выражение в этом истинном предложении, в совокупности дают достаточно понимания, чтобы различить, какую именно пропозицию мы знаем. Этот факт п онимания не объясняется в концепции значения как условий истинности, та к как она еще не дает нам объяснение того, что требуется, чтобы знать пропо зицию, выраженную предложением. В любом случае сторонник концепции знач ения как условий истинности должен признать, что имеется нечто связанно е с именем, что субъект должен схватить, если он хочет поддержать различи е между знанием истинности предложения и знанием пропозиции, выраженно й этим предложением. Если же это различие не поддерживается, то концепци я значения как условий истинности уязвима к обвинению в смешении знания референции имени со знанием того, что имя вообще имеет референцию. Можно утверждать, что эти аргументы метод ологически основаны на отклонении Даммитом тезиса Витгенштейна о том, ч то философия языка — это не общая теория значения, а исследование того, к ак язык используется в специфических языковых играх. Иными словами, Дамм ит фактически пересматривает концепцию "значение как употребление". Сво й критический анализ этого положения Витгенштейна он базирует на фреге анского типа различии между "силой" ( force ) и "смыслом" ( sense ). Даммит признает, что в различных языковых играх одно и то же лингвистическое выражение может иметь различную силу, например в приказе в отличие от утверждения. Однак о выражение "Закрыть окно!", используемое как императив, все же имеет тот ж е самый смысл, что и в составе выражения "Я забыл закрыть окно", будь то изви нение, оправдание, напоминание или что бы то ни было еще. Иначе, по мнению Д аммита, мы никогда не смогли бы выучить язык. Хотя Витгенштейн был безусл овно прав, утверждая (в противовес Фреге), что язык является социальным и к оммуникативным феноменом, а не только выражением мысли — т.е. был прав, св язывая значение выражения с его использованием, но отсюда вовсе не следу ет, что каждое нумерическое или типологическое различие в использовани и влечет за собой полное различие в значении. Систематическая теория значения, по мнен ию Даммита (и в этом состоит еще одно его разногласие с Витгенштейном, отр ицавшим возможность подобной теории) должна эксплицировать то неявное знание используемого нами языка, которым мы располагаем. Поскольку это з нание проявляется в нашей практике, постольку теория значения должна по казать, каким образом это происходит. Как и Хомский, Даммит предполагает, что наше проявление лингвистической компетентности опирается на неявн ое знание некоторых семантических принципов (подобно тому, например, как мы располагаем неявным знанием определенных физических принципов, кот орые проявляются в нашем умении ездить на велосипеде), и именно эти принц ипы наша теория значения и должна прояснить. Эти принципы не обязательно должны быть менталистскими: например, если бы робот мог разговаривать, т о это демонстрировало бы неявное знание лингвистических принципов, но о тсюда еще никак не следовало бы, что он обладает психологическими состоя ниями. В итоге, согласно Даммиту, конце пция значения как условий истинности неприемлема, поскольку она не прив одит к удовлетворительному объяснению феномена понимания языка; любая теория значения, которая не является теорией понимания или не дает ее в и тоге, не удовлетворяет той философской цели, для которой нам требуется т еория значения — а следовательно, теория значения должна включать, поми мо стержневой теории референции, еще некоторую теорию иллокуции — т.е. т еорию смысла и теорию силы. Адекватная теория значения — это теория тог о, что знает человек, когда он знает язык. Таким образом, концепция "значен ие как употребление" удовлетворяет такой теории только в том случае, есл и мы рассматриваем неявное или явное знание значения выражения как знан ие о его употреблении. С такой точки зрения, концепцияя значения как усло вий истинности не может дать полноценную теорию значения, поскольку исх одит из предположения, что мы уже понимаем некоторые основные концепты, на которых основано значение других понятий. Это ведет к известному возр ажению концепции значения как условий истинности, согласно которому зн ачение предложения состоит в его переводимости в некоторое другое пред ложение — а именно, что мы можем знать, что одно предложение правильно пе реводится как другое без того, чтобы знать, что это предложение означает ( аргумент "китайской комнаты" Серля). Точно так же знание того, что значение предложения является функцией значений некоторых базовых лингвистиче ских выражений, дает нам собственно значение этого предложения только в том случае, если мы уже понимаем эти основные выражения. Полноценная же т еория значения должна дать теорию понимания любого выражения, базового или деривационного. Здесь целесообразно привлечь различение между носителями истинности ( truth - bearers ) и истинностными факторами ( truth - makers ), согласно которому, если утвержде ние является истинным, то должно иметься нечто, в силу чего оно истинно. Та к, утверждения наблюдения могут быть истинны просто в силу того, что мы не посредственно воспринимаем, что это — именно так, а не иначе. Но с контрфа ктуалами и другими классами предложений, перечисленных выше, это не сраб атывает. Известны попытки преобразовать их в предложения квази-наблюде ния (программа логического позитивизма), однако это явно паллиативная ме ра, и для большинства контрфактуалов это принципиально невозможно. Выхо д здесь может состоять в том, чтобы отказаться от представления о том, что предложение должно быть либо истинно, либо ложно независимо от того, что мы можем или не можем знать, даже если у нас нет никакого возможного спосо ба проверки — подобно тому, как математический интуиционизм отверг пре дположение, что математическая пропозиция должна быть или истинна, или л ожна даже тогда, когда у нас нет никакого способа доказать ее истинность или ложность ее отрицания. Для интуициониста правильное утверждение ма тематической пропозиции состоит в истинном требовании, что ее доказате льство либо существует, либо может быть создано, и понимание такой пропо зиции состоит в способности распознать ее доказательство, когда оно буд ет предъявлено. При экстраполяции этого подхода на естественноязыковы е контексты понятие доказательства может быть заменено на то или иное бо лее широкое понятие — например, проверки. Мы можем говорить, что утвержд ение P должно быть или истинно, или ложно, что должно быть нечто, в силу чего оно или истинно, или ложно, только тогда, когда P — утверждение такого род а, что мы можем на протяжении некоторого конечного промежутка времени за нять такую позицию, в которой утверждение или отрицание P было бы для нас о босновано. Так, в верификационистской семантике Даммита понятие правил ьности высказывания ( correctness of assertion ) получает более важную роль, чем истина и счи тается им — опять-таки, вслед за Витгенштейном или, по крайней мере, за од ной из возможных его интерпретаций — более базовым и первичным понятие м. Мы правильно высказываем утверждение, когда получаем нечто, в силу чег о оно истинно или ложно, и неправильно высказываем утверждение, когда эт ого не происходит. И мы знаем значение предложения только тогда, когда мы знаем, каково это "нечто", которое могло бы считаться окончательным устан овлением правильности нашего утверждения. Такая позиция может быть рассмотрена как имеющие общие основания с логи ческим позитивизмом, но вслед за Куайном Даммит, в отличие от позитивист ов, отклоняет представление о том, что проверка будет обычно иметь форму указания последовательности эмпирических данных: она может располагат ься в диапазоне от эмпирических данных до математического доказательс тва, посредством различных логически выведенных отношений. Согласно ко нцепции верификационизма, познавательно ценные высказывания можно отл ичить от познавательно не ценных с помощью формализуемых критериев: пер вые, в отличие от вторых, верифицируемы, т.е. могут быть соотнесены с опыто м — от эмпирического до интеллектуального, а их истинность может быть п роверена в результате такого соотнесения. Вторые же никак не связаны с о пытом: они либо аналитичны, т.е. всегда истинны, либо просто не имеют истин ностного значения. Такой подход имеет выраженные семантические обязат ельства: если значение предложения есть его истинностное значение, то, п о крайней мере, для познавательно значимых высказываний, знать их значен ие значит знать условия, при которых они могут быть проверены — условия их верификации. Мы можем принимать или не принимать верификационистскую семантику, пре дложенную Даммитом. Самое верификация также не является базовым, прозра чным понятием; например, одним из конститутивных для нее требований може т являться требование не-аналитичности, и в зависимости от того, какую фо рму будет иметь это требование, различным будет эпистемологический смы сл верификации. Однако суть верификационистской критики условие-истин ностной семантики как холистической направлена не просто на определен ный тип семантики, но на само понимание природы связи между истиной и зна чением: второе, с такой точки зрения, не может быть сведено к первому в при нципе, поскольку в естественном языке наличествуют семантически релев антные эпистемические элементы, не зависящие от обычных сфер действия п ропозициональных истинностных факторов; а традиционные методы устране ния неоднозначностей, связанных со сферами действия истинностных факт оров, не всегда помогают нам найти правильную интерпретацию естественн оязыкового предложения, выражающего эту пропозицию. Итак, условие-истинностная холистическая семантика синтезировала инту иции как раннего, так и позднего Витгенштейна — раннего потому, что она р еализует идею о том, что базовыми примитивами языка являются не термины, а предложения (представление, в укоренении которого очень важную роль сы грал "Трактат"), и позднего потому, что она реализует концепцию "значение к ак употребление", отождествляя значение с введеным прагматистами понят ием "условий утверждаемости" ( justified assertibility ). В таком случае к концепции значения как условий истинности может быть пр иложим скептический аргумент, неоднократно эксплицировавшийся при обс уждении проблем следования правилу и индивидуального языка. Примените льно к концепции значения как условй истинности он оказывается направл ен на утверждение связи между знанием значения предложения и знанием ус ловий его истинности: как утверждает Даммит, первое не требует второго. Семантика Дэвидсона должна была стать онтологически строгой теорией: Подобно тому, как Лир черпает мощь в отсутствии Корделии, так и теории язы ка, на мой взгляд, процветают, когда избегают некритического привлечения понятий конвенции, лингвистического правила, лингвистической практик и или языковых игр[37] . Однако искомая строгость в отношении онт ологических обязательств теории не была достигнута: поскольку концепц ия значения как условй истинности (по крайней мере, в варианте Дэвидсона) претендует на то, чтобы быть именно теорией значения для естественных яз ыков, постольку всякий раз, когда она пытается ответить, каким образом он а может объяснить понимание выражений этих языков, она сталкивается в чи сле прочих и с онтологическими проблемами, которые показал, в частности, Даммит. Их первым и, по всей вероятности, главным источником является сам а базовая для концепции значения как условй истинности теория Тарского, так как заявленное в ней требование метафизической нейтральности не вы полняется; для того, чтобы уяснить другие источники, следует далее прояс нить сам принцип онтологической нейтральности семантической теории, п оскольку он далеко не однозначен и может включать в себя различные позиц ии по отношению к различным структурным элементам понятий истины и знач ения. [33] Dummett M. Truth and Other Enigmas. Cambridge MA, 1978. P. 118. [34] Ibid, p. 120. [35] Ibid, p. 124. [36] Ibid, p. 128. [37] Davidson D. Reply to Foster. — In: Davidson D. Inquiries into Truth and Interpretation. Ox ., 1984. P . 171.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Ссора в дружной семье:
— Пошла ты!
— Сам пошел!
— Пошли вместе?!
— Пошли!
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по философии "Молекуляризм М.Даммита", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru