Реферат: Серебряный век. Черубина де Габриак. - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Серебряный век. Черубина де Габриак.

Банк рефератов / Литература

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 1899 kb, скачать бесплатно
Обойти Антиплагиат
Повысьте уникальность файла до 80-100% здесь.
Промокод referatbank - cкидка 20%!

Узнайте стоимость написания уникальной работы




























Подготовила

Ученица 11  класса

Макеева Татьяна.







Оглавление:



1. Силуэт «Серебряного века»……………………………… 3


2. Рождение новой поэтической школы…………………. 4

  • символизм………………………………………………...4

  • акмеизм……………………………………………………6

  • футуризм………………………………………………….7

  • имажинизм………………………………………………..7


3. Черубина де Габриак………………………………………..8

  • «Двойник»………………………………………………….13


4. Тень «Серебряного

века»…………………………………………………….. 17


5. Источники……………………………………………………….19














Силуэт “Серебряного века”.

Русский поэтический “серебряный век” традиционно вписывается в начало XX столетия, на самом деле его истоком является столетие XIX, и всеми корнями он уходит в “век золотой ”, в творчество А.С. Пушкина, в наследие пушкинской плеяды, в тютчевскую философичность, импрессионистическую лирику Фета, в некрасовские прозаизмы, в порубежные, полные трагического психологизма и смутных предчувствий строки К. Случевского. Иными словами, 90-е годы начинали листать черновики книг, составивших вскоре библиотеку 20-го века. С 90-х годов начинался литературный посев, принесший всходы. Сам термин “серебряный век” является весьма условным и охватывает собой явление со спорными очертаниями и неравномерным рельефом. Впервые это название было предложено философом Н. Бердяевым, но вошло в литературный оборот окончательно в 60-е годы нынешнего столетия. Поэзия этого века характеризовалась в первую очередь мистицизмом и кризисом веры, духовности, совести. Строки становились сублимацией душевного недуга, психической дисгармонии, внутреннего хаоса и смятения. Вся поэзия “серебряного века”, жадно вобрав в себя наследие Библии, античную мифологию, опыт европейской и мировой литературы, теснейшим образом связана с русским фольклором, с его песнями, плачами, сказаниями и частушками. Однако иногда говорят, что “серебряный век” – явление западническое. Действительно, своими ориентирами он избрал эстетизм Оскара Уайлда, индивидуалистический спиритуализм Альфреда де Виньи, пессимизм Шопенгауэра, сверхчеловека Ницше. “Серебряный век” находил своих предков и союзников в самых разных странах Европы и в разных столетиях: Вийона, Малларме, Рембо, Новалиса, Шелли, Кальдерона, Ибсена, Метерлинка, д` Аннуцио, Готье, Бодлера, Верхарна. Иными словами, в конце XIX – начале XX веков произошла переоценка ценностей с позиций европеизма. Но в свете новой эпохи, явившейся полной противоположностью той, которую она сменила, национальные, литературные и фольклорные сокровища предстали в ином, более ярком, чем когда-либо, свете. Это было полное солнечного сияния творческое пространство, светлое и жизнедающее, жаждущее красоты самоутверждения. И хотя мы зовем это время "серебряным", а не «золотым веком", может быть, именно оно было самой творческой эпохой в российской истории.


Рождение новой поэтической школы.

Итак, кончился XIX век, "золотой век" русской литературы, началось XX столетие. «Серебряный век» породил великий взлет русской культуры и стал началом ее трагического падения.

Как уже было сказано, начало "серебряного века" относят обычно к 90-м годам XIX столетия, когда появились стихи В. Брюсова, И. Анненского, К. Бальмонта и других замечательных поэтов. Расцветом "серебряного века" считают 1915 год – время его наивысшего подъема и конца. Общественно-политическая обстановка этого времени характеризовалась глубоким кризисом существующей власти, бурной, неспокойной атмосферой в стране, требующей решительных перемен. Может быть, поэтому и пересеклись пути искусства и политики. Так же, как общество напряженно искало пути к новому социальному строю, писатели и поэты стремились к освоению новых художественных форм, выдвигали смелые экспериментаторские идеи. Реалистическое изображение действительности перестало удовлетворять художников, и в полемике с классикой XIX века утверждались новые литературные течения: символизм, акмеизм, футуризм, имажинизм.

Они предлагали разные способы постижения бытия, но каждое из них отличалось необычайной музыкой стиха, оригинальным выражением чувств, переживаний лирического героя, устремленностью в будущее.


СИМВОЛИЗМ.

Одним из первых литературных течений стал символизм, объединивший таких разных поэтов, как К. Бальмонт, В. Брюсов, А. Белый и др. Теоретики символизма считали, что художник должен создавать новое искусство с помощью образов-символов, которые помогут более утонченно и обобщенно выразить настроения, чувства и мысли поэта. Причем истина, прозрение могут появиться у художника не в результате раздумий, а в момент творческого экстаза, как бы ниспосланного ему свыше. Поэты-символисты уносились мечтой ввысь, задаваясь глобальными вопросами о том, как спасти человечество, как вернуть веру в Бога, добиться гармонии, слившись с Душой Мира, Вечной женственностью, Красотой и Любовью.

Признанным метром символизма становится В. Брюсов, воплотивший в своих стихах не только формальные новаторские достижения этого течения, но и его идеи. Своеобразным творческим манифестом Брюсова стало небольшое стихотворение "Юному поэту", которое воспринималось современниками как программа символизма.

Юноша бледный со взором горящим,
Ныне даю я тебе три завета:
Первый прими: не живи настоящим,
Только грядущее - область поэта.

Помни второй: никому не сочувствуй,
Сам же себя полюби беспредельно.
Третий храни: поклоняйся искусству,
Только ему, безраздумно, бесцельно.


Конечно, провозглашенная поэтом творческая декларация не исчерпывается содержанием этого стихотворения. Поэзия Брюсова многогранна, многолика и многозвучна, как жизнь, которую она отображает. Он обладал редким даром удивительно точно передать каждое настроение, каждое движение души. Пожалуй, главный признак его поэзии заключается в точно найденном сочетании формы и содержания.

Символисты рассматривали жизнь как жизнь Поэта. Сосредоточенность на самом себе характерна для творчества замечательного поэта-символиста К. Бальмонта. Он сам был смыслом, темой, образом и целью своих стихов. И. Эренбург очень точно заметил эту особенность его поэзии: "Бальмонт ничего в мире не заметил, кроме собственной души". Действительно, внешний мир существовал для него лишь затем, чтобы он мог выразить свое поэтическое "я".

Я ненавижу человечество,
Я от него бегу, спеша.
Мое единое отечество -
Моя пустынная душа.


Поэт не уставал следить за неожиданными поворотами своей души, за своими переменчивыми впечатлениями. Бальмонт старался запечатлеть в образе, в словах бегущие мгновения, летящее время, возведя мимолетность в философский принцип.

Я не знаю мудрости, годной для других,
Только мимолетности я слагаю в стих.
В каждой мимолетности вижу я миры,
Полные изменчивой радужной игры.


Смысл этих строк, наверное, в том, что человек должен жить каждым мгновением, в котором выявляется вся полнота его бытия. И задача художника - вырвать этот миг у вечности и запечатлеть его в слове. Поэты-символисты сумели в стихах выразить свою эпоху с ее неустойчивостью, зыбкостью, переходностью.


АКМЕИЗМ.

Так же, как отрицание реализма породило символизм, новое литературное течение - акмеизм - возникло в ходе полемики с символизмом. Он отвергал тягу символизма к неведомому, сосредоточенность на мире собственной души. Акмеизм, по мысли Гумилева, не должен был стремиться к непознаваемому, а обращаться к тому, что можно понять, то есть к реальной действительности, пытаясь как можно полнее охватить многообразие мира. При таком взгляде художник-акмеист в отличие от символистов становится причастным мировому ритму, хотя и дает оценки изображаемым явлениям. Вообще, когда стараешься вникнуть в суть программы акмеизма, сталкиваешься с явными противоречиями и непоследовательностью. По-моему, прав Брюсов, который посоветовал Гумилеву, Городецкому и Ахматовой "отказаться от бесплодного притязания образовывать какую-то школу акмеизма", а вместо этого писать хорошие стихи. Действительно, сейчас, в конце XX столетия, имя акмеизма сохранилось только потому, что с ним связано творчество таких выдающихся поэтов, как Н. Гумилев, А. Ахматова, О. Мандельштам. Читая поэтов-акмеистов, замечаешь, что при всей виртуозности изображения действительности социальные мотивы встречаются крайне редко.

Для акмеизма была характерна крайняя аполитичность, полное равнодушие к злободневным проблемам современности.


ФУТУРИЗМ.

Наверное, поэтому акмеизму пришлось уступить дорогу новому литературному течению - футуризму, который отличался революционным бунтом, оппозиционной настроенностью против буржуазного общества, его морали, эстетических вкусов, всей системы общественных отношений. Недаром первый сборник футуристов, считающих себя поэтами будущего, носил явно вызывающее название "Пощечина общественному вкусу". С футуризмом было связано раннее творчество Маяковского. В его юношеских стихах чувствуется желание начинающего поэта поразить читателя новизной, необычностью своего видения мира. И Маяковскому это действительно удалось. Например, в стихотворении "Ночь" он использует неожиданное сравнение, уподобляя освещенные окна руке игрока с веером карт. Поэтому в представлении читателя возникает образ города-игрока, одержимого соблазнами, надеждами, жаждой наслаждений. Но рассвет, гасящий фонари, "цари в короне газа", рассеивает ночной мираж.

Багровый и белый отброшен и скомкан,
в зеленый бросали горстями дукаты,
А черным ладоням сбежавшихся окон
раздали горящие желтые карты.


Да, эти строки ничуть не похожи на стихи поэтов-классиков. В них явственно проступает творческая декларация футуристов, отрицающих искусство прошлого. Такие поэты, как В. Маяковский, В. Хлебников, В. Каменский, угадывали в союзе поэзии и борьбы особое духовное состояние своего времени и старались найти новые ритмы и образы для поэтического воплощения бурлящей революционной жизни.


ИМАЖИНИЗМ.

Последней сколько-нибудь заметно нашумевшей школой в русской поэзии XX века был имажинизм. Это направление было создано в 1919 году, следовательно, через два года после революции, однако по своей идеологии это течение ничего общего с революцией не имело.

Главой «имажинистов» стал Вадим Шершеневич – поэт, начавший с символизма, со стихов, подражающих Бальмонту, Кузмину и Блоку, писавший «поэмы» в духе Северянина и только в послереволюционные годы создавший свою «имажинистскую» поэзию. Шершеневичем течение было «перенесено» с Запада, но русский имажинизм уже значительно отличался от имажинизма его западных коллег.

Это направление явилось реакцией, как против музыкальности поэзии символизма, так и против вещественности акмеизма и словотворчества футуризма. Он отверг всякое содержание и идеологию в поэзии, поставив во главу угла образ. Он гордился тем, что у него «нет философии» и «логики мыслей». Свою апологию образа имажинисты ставили в связь так же с быстротой темпа современной жизни. По их мнению, образ - самое ясное, лаконичное, наиболее соответствующее веку автомобилей, радиотелеграфа, аэропланов. «Что такое образ? – Кратчайшее расстояние с наивысшей скоростью». Во имя «скорости» передачи художественных эмоций имажинисты, вслед за футуристами, - выбрасывают эпитеты, определения, предлоги, сказуемые и ставят глаголы в неопределённом направлении.

Черубина де Габриак.

(Елизавета Ивановна Дмитриева).


Когда произносят: «поэтессы «Серебряного века», вперед глазами возникают Анна Ахматова, Марина Цветаева, Зинаида Гиппиус, наконец, но мало кто вспоминает Черубину де Габриак. Хотя, именно её имя связано с самой уникальной и блистательной мистификацией XX века и именно в её честь это время Марина Цветаева определила как «эпоху Черубины де Габриак».

Итак, Елизавета Ивановна Дмитриева (в замужестве Васильева) родилась 31 марта 1887 года в Петербурге. Отец её был простым педагогом, а мать – акушеркой. Дмитриева: «Небогатая дворянская семья. Много традиций, мечтаний о прошлом и беспомощности в настоящем. Мать по отцу украинка,— и тип и лицо — все от нее — внешнее. Отец по матери — швед. Очень замкнутый мечтатель, неудачник, учитель Средней школы, рано умерший от чахотки».* Елизавета или просто Лиля, – как звали её близкие, – была младшей дочерью. С семи и до шестнадцати лет девочка практически всё время лежала, так как была больна туберкулёзом костей и лёгких, в последствии поэтесса всю жизнь хромала на одну ногу. «Мое первое воспоминанье в жизни: возвращенье к жизни после многочасового обморока — наклоненное лицо мамы с янтарными глазами и колокольный звон. Мне было 7 лет. Все, что было до 7 лет,— я забыла». В детстве от всех ее игрушек отламывалась одна нога, так как ее брат и сестра говорили: «Раз ты сама хромая, у тебя должны быть хромые игрушки». «Брат был очень странный и необыкновенный. Он рассказывал мне страшные истории из Эдгара По и за это заставлял меня выпрыгивать из слухового окна сеновала. Это было очень высоко и страшно, но я все-таки прыгала. Сестра тоже рассказывала, но всякий раз, когда рассказывала, разбивала мне куклу, чтобы ничего не делалось даром.

Когда мне было 10 лет, брат взял с меня расписку, что шестнадцати лет я выйду замуж, и что у меня будет 24 человека детей, которых я буду отдавать ему, а он будет их мучить и убивать. Тоня, сестра, сказала: «А если никто не возьмет ее замуж?» — «Тогда я найду человека, который совершил преступление, и под угрозой выдать его заставлю на ней жениться».

Однажды он сказал мне таинственно: «Я узнал необыкновенную вещь, которую не знает еще никто. Взрослые еще об этом и не подозревают. Дьявол победил Бога и запер его в чулан. Теперь нам надо подумать о том, не стоит ли перейти на сторону Дьявола, он всех тех, кто с Богом, будет мучить и убивать». Я была потрясена этим известием и несколько дней ходила сама не своя, а брат точно забыл обо всем этом. Наконец я спросила его: «А как же с Богом?» — «Ах, с Богом... Ему удалось спастись. Он удрал через форточку». На меня это произвело такое сильное впечатление, что я с тех пор перестала молиться Богу.

Брат страдал нервными припадками. Я помню, когда мы остались с ним одни, без старших в квартире, он, чувствуя приближение припадка, ложился на диван и заставлял меня смотреть на него. Это, по его мнению, укрепляло нервы. Он сам нюхал эфир и давал мне. Мне тогда становилось страшно и приятно, и я ложилась где-нибудь на пол. Когда однажды, после двухнедельного путешествия, взрослые вернулись, брат все ходил по квартире и резал какие-то невидимые нити. Его отправили на несколько месяцев в больницу. Я тоже вскоре заболела дифтеритом, после которого год была слепая. Тогда я утратила воспоминание о предыдущей жизни, которые у меня в раннем детстве были отчетливы и ярки».

* Здесь и далее отрывки из «Автобиографии» Елизаветы Дмитриевой.

В детстве, лет 14—15, Лиля мечтала стать святой и радовалась тому, что больна неведомым недугом и близка к смерти, вообще она хотела умереть, чтобы посмотреть Бога и Дьявола. «Тот мир для меня бесконечно привлекателен. Мне кажется, что вся ложь моей жизни превратится в правду, и там, оттуда, я сумею любить так, как хочу». В 1900 году Елизавета подвергается насилию со стороны знакомого матери и начинает писать стихи. «Мне кажется, что в 16—17 лет я знала больше и вернее. Мне кажется, что с 18-ти лет я пошла по пыльным дорогам жизни, и что постепенно утрачивалось мое темное ведение и вот сейчас я ничего не знаю, но только что-то слышу, и верю в то, что слышу, а им всем кажется, что у меня открытые глаза.

И мне хочется, чтобы кто-нибудь стал моим зеркалом и показал меня мне самой хоть на одно мгновенье. Мне тяжело нести свою душу».

В 1904 закончила с медалью Василеостровскую женскую гимназию, в которой училась с 1896 года. Потом поступила в Женский Императорский Педагогический институт и окончила его в 1908 г. по двум специальностям: средняя история и французская средневековая литература. В это же время была вольнослушательницей в Университете по испанской литературе и старофранцузскому языку. После была и училась в Париже, в Сорбонне, но бросила. В 1906 году знакомится со студентом В.Н. Васильевым, обещает даже выйти за него замуж, забегая вперёд, скажу – Дмитриева выполнила обещание. В 1907 году - снова знакомство, имевшее немалое значение, - на этот раз с Гумилёвым. В 1908 году происходят сразу два ужасных события – смерть сестры Антонины («Ужасное событие. Впечатление на всю жизнь») и самоубийство её мужа. Но в марте того же года Елизавета знакомится с человеком, много значившим и сильно повлиявшим на её судьбу, – Максимилианом Волошиным. В начале 1909 года – бурный роман с Гумилёвым. Дмитриева: «Много раз просил меня Николай Степанович выйти за него замуж, никогда не соглашалась я на это;— в это время я была невестой другого, была связана жалостью к большой, непонятной мне любви. В «будни своей жизни» не хотела я вводить Николая Степановича. Всей моей жизни не покрывал Николай Степанович, и еще: в нем была железная воля, желание даже в ласке подчинить, а во мне было упрямство — желание мучить. Воистину он больше любил меня, чем я его. Он знал, что я не его невеста, видел даже моего жениха. Ревновал. Ломал мне пальцы, а потом плакал и целовал край платья». Но волею судьбы летом 1909 в Коктебеле встречаются трое: Волошин, Гумилёв и, собственно, Дмитриева. Дмитриева: «Самая большая моя в жизни любовь, самая недосягаемая это был Макс Волошин». Вполне естественно, что, узнав о взаимности чувств со стороны Волошина, Дмитриева обрывает отношения с Гумилёвым, и уже с лета 1909 года начинается новая история, история Черубины де Габриак…

Итак, лето 1909, Коктебель… Лиля пишет в это лето милые простые стихи, и именно тогда Макс Волошин преподносит ей в подарок чорта Габриака. Габриак был морской чорт, найденный в Коктебеле, на берегу. Он был выточен волнами из корня виноградной лозы и имел одну руку, одну ногу и собачью морду с добродушным выражением лица. (Из «Истории Черубины» Волошина: «Мы долго рылись в чертовских святцах и, наконец, остановились на имени «Габриах». Это был бес, защищающий от злых духов. Такая роль шла к добродушному выражению лица нашего чорта»). В том же 1909 году создавалась редакция «Аполлона», первый номер которого вышел в октябре—ноябре. Редактором «Аполлона» становится Сергей Маковский. Говоря о журнале, стоит отметить, что «Аполлон» не принадлежал ни к одному из поэтических течений того времени и был ареной для выражения самых различных идей. В нем печатались произведения и символистов, и акмеистов, а также происходившие между ними дискуссии.

Волошин: «Маковский, «Papa Mako», как мы его называли, был чрезвычайно аристократичен и элегантен. Я помню, он советовался со мной — не внести ли такого правила, чтоб сотрудники являлись в редакцию «Аполлона» не иначе как в смокингах. В редакции, конечно, должны были быть дамы, и Papa Mako прочил балерин из петербургского кордебалета».*

Лиля — скромная, не элегантная и хромая, удовлетворить его, конечно, не могла, и стихи ее были в редакции отвергнуты. Тогда Лиля и Макс решают придумать псевдоним, взяв на удачу имя Чёрта Габриака, но для аристократичности прибавляют к фамилии французскую частицу «Де», при этом сокращая имя до одной, первой, буквы. Получилось: «Ч. де Габриак».

Впоследствии «Ч.» было раскрыто. Авторы мистификации долго ломали голову, ища женское имя, начинающееся на Ч., пока, наконец, Елизавета не вспомнила об одной героине, носившей имя Черубины. Чтобы окончательно очаровать Papa Mako, для такой светской женщины необходим был герб. И гербу было посвящено стихотворение «Наш герб»:

Червленый щит в моем гербе.
И знака нет на светлом поле.
Но вверен он моей судьбе,
Последней — в роде дерзких волей...

Есть необманный путь к тому.
Кто спит в стенах Иерусалима,
Кто верен роду моему,
Кем я звана, кем я любима:

И путь безумья всех надежд,
Неотвратимый путь гордыни;

В нем — пламя огненных одежд
И скорбь отвергнутой пустыни...

Но что дано мне в щит вписать?
Датуры тьмы иль розы храма?
Тубала медную печать
Или акацию Хирама?


Письмо было написано на бумаге с траурным обрезом и запечатано черным сургучом. На печати был девиз: «Vae victis!» (Горе побежденным! Лат.) Все это случайно нашлось у подруги Лили Лидии Брюлловой.

«Когда я на другой день пришел к нему, у него сидел красный и смущенный А.Н. Толстой, который выслушивал чтение стихов, известных ему по Коктебелю, и не знал, как ему на них реагировать. Я только успел шепнуть ему: «Молчи. Уходи». Он не замедлил скрыться».

* Здесь и далее отрывки из «Истории Черубины» Волошина.

Маковский был восхищён и убеждал Волошина, что и в светских дамах есть толк и именно такие поэты необходимы «Аполлону». Когда Маковский прочёл тетрадь Черубины с её стихами, узнал, что отец Черубины — француз из Южной Франции, мать — русская, что она воспитывалась в монастыре в Толедо, и потому она католичка и т.д., и т.д., - он был очарован. «Если бы у меня было 40 тысяч годового дохода, я решился бы за ней ухаживать». А Лиля в это время жила на одиннадцать с полтиной в месяц, которые получала как преподавательница приготовительного класса. Он требовал у Черубины свидания. Лиля выходила из положения просто. Она говорила по телефону: «Тогда-то я буду кататься на островах. Конечно, сердце Вам подскажет, и Вы узнаете меня». Маковский ехал на острова, узнавал ее и потом с торжеством рассказывал ей, что ее видел, что она была так-то одета, в таком-то автомобиле... Лиля смеялась и отвечала, что она никогда не ездит на автомобиле, а только на лошадях.

«Нам удалось сделать необыкновенную вещь — создать человеку такую женщину, которая была воплощением его идеала и которая в то же время не могла его разочаровать впоследствии, так как эта женщина была призрак».

В высших сферах редакции была учреждена слежка за Черубиной. В конце концов, однажды Маковский сказал Волошину: «Знаете, мы нашли Черубину. Она — внучка графини Нирод. Сейчас графиня уехала за границу, и поэтому она может позволять себе такие эскапады. Тот старый дворецкий, который, помните, звонил мне по телефону во время болезни Черубины Георгиевны, был здесь у меня в кабинете. Мы с бароном дали ему 25 рублей, и он все рассказал. У старухи две внучки. Одна с ней за границей, а вторая — Черубина. Только он назвал ее каким-то другим именем, но сказал, что ее называют еще и по-иному, но он забыл как. А когда мы спросили, не Черубиной ли, он вспомнил, что действительно Черубиной».

Лиля, которая всегда боялась призраков, была в ужасе. Ей все казалось, что она должна встретить живую Черубину, которая спросит у нее ответа. И в это время Черубина или Лиля, - Дмитриева сама не могла понять, кто из них двоих, - пишет стихотворение «Двойник»:


Есть на дне геральдических снов
Перерывы сверкающей ткани:
В глубине амфилад и дворцов
На последней, таинственной грани
Повторяется сон между снов.

В нем все смутно, но с жизнию схоже...
Вижу девушки бледной лицо,
Как мое, но иное и то же,
И мое на мизинце кольцо.
Это — я, и все так не похоже.

Никогда среди грязных дворов.
Среди улиц глухого квартала.
Переулков и пыльных садов —
Никогда я еще не бывала
В низких комнатах старых домов.

Но Она от томительных будней,
От слепых паутин вечеров —
Хочет только заснуть непробудней,
Чтоб уйти от неверных оков,
Горьких грез и томительных будней.

Я так знаю черты ее рун,
И, во время моих новолуний,
Обнимающий сердце испуг,
И походку крылатых вещуний.
И речей ее вкрадчивый звук.

И мое на устах ее имя,
Обо мне ее скорбь и мечты,
И с печальной каймою листы.
Что она называет своими,
Затаили мои же мечты.

И мой дух ее мукой волнуем...
Если б встретить ее наяву
И сказать ей: «Мы обе тоскуем,
Как и ты, я вне жизни живу»—
И обжечь ей глаза поцелуем.


С этого момента история Черубины начинает приближаться к концу. Прямое развитие темы делает крутой и неожиданный поворот. «Мы с Лилей стали замечать, что кто-то другой, кроме нас, вмешивается в историю Черубины. Маковский начал получать от имени Черубины какие-то письма, написанные не нами. И мы решили оборвать…»

Безусловно, стихотворение «Двойник» не последнее стихотворение Елизаветы Дмитриевой, ещё дальше будут стихи «О, если бы аккорды урагана...», «На земле нас было двое...», «Всё то, что я так много лет любила...», «Ты сам мне вырезал крестик...», «Где Херувим, свое мне давший имя...» и многие другие, но стихотворения Черубины де Габриак обрываются, наверное, именно на «Двойнике». Этим-то и уникально это стихотворение. Если же смотреть на него с точки зрения непосредственно литературы, то уникальность проявляется в другом – в стиле его написания, в некой «необычности» лирического героя. Но, конечно, рассматривать стихотворение всё же стоит, зная ту самую предысторию, ведь даже редактор Маковский не понял смысла этого последнего (или одного из последних) стихотворения. В нём автор не просто ведает нам о ком-то очень близком, не просто рассказывает о ком-то, кто занимает его разум… Здесь даже нет автора, а есть повествователь - тот самый объект мистификации, который смотрит со стороны на своего же выдумщика: «вижу девушки бледной лицо, как моё, но иное и то же…». Это, наверное, очень трудно понять. Ведь пишет стихотворение Дмитриева, но на место лирического героя ставится Черубина, Черубина не как имя мистификации, а Черубина как реально живущий человек, негодующий на поэтессу Дмитриеву за использование своего имени. Она как будто грустит о том, что не может быть ближе к предмету своего повествования («если б встретить её наяву <…> и обжечь ей глаза поцелуем»), но, между тем показывает нам, что знает всё о ней, вплоть да её мыслей и переживаний: «я так знаю черты её рун, и во время моих новолуний, обнимающий сердце испуг». Несмотря на то, что героиня говорит: «это – я», далее мы понимаем, что всё-таки автор мистификации и сам объект, то есть Черубина, совсем разные, и если повествующая «никогда ещё не бывала в низких комнатах старых домов», то Елизавета «хочет только заснуть непробудней, чтоб уйти от неверных оков, горьких грез и томительных будней». И трудно понять: какие всё-таки чувства испытывает Черубина к своему автору?!… Здесь и упрёк за использование имени «де Габриак», упрёк за, как будто украденные, мечты, стихи, мысли: «и с печальной каймою листы, что она называет своими, затаили мои же мечты», но, с другой стороны, прослеживаются чувства, близкие к родственным. Они, как две сестры, как близнецы, со схожей судьбой, мыслями и чувствами: «Мы обе тоскуем, как и ты, я вне жизни живу», недаром и название стихотворения «Двойник»…

Что же касается анализа художественной формы стихотворения, то начать, наверное, нужно с того, как оформлены все эти мысли и рассуждения Черубины, касательно Елизаветы. Всё повествование строится на основе сна, который видит лирический герой. Итак, «повторяется сон между снов. В нем все смутно, но с жизнию схоже...». Но это упоминание мы видим лишь в самом начале, поэтому, я считаю, не стоит акцентировать внимание на этом самом «сне». И здесь, наверное, стоит отметить, что люди, не знающие предысторию этого стихотворения, могут наивно полагать, что это просто описание сна автора, где он подвергается познанию собственного «я». Это лишний раз подтверждает, что не стоит делать поспешных выводов по поводу смысла стихотворений, не узнав его предысторию.

Так как Елизавета Дмитриева, так же как и Черубина де Габриак, (говоря об этом стихотворении, позволю себе говорить о них, как о двух разных людях), не относилась ни к какому определённому литературному течению «серебряного века», нельзя отнести стихотворение «Двойник» к чему-то определённому, будь то акмеизм, символизм или футуризм… Но если и говорить о «направленности» стихотворения, то, думаю, ближе всего оно стоит к символистам. Поскольку, тема, может быть, и не настолько философична, но элементы философии всё же присутствуют в нём, и если нет здесь «самопознания», то есть «взгляд со стороны» на себя же.

«Двойник» включает в себя семь пятистиший, написанных анапестом. Как мне кажется, размером меланхолии и подавленности. Если прочитать это стихотворение в его ритме, то сразу же чувствуется грусть пишущего, его внутренняя неудовлетворённость. В пятистишии рифмуются 1, 3 и 5 строчка, а также 2 и 4, причём, если первая группа относится к мужской рифме, то есть оканчиваются на ударный слог, то вторая – к женской, оканчивающейся на безударный слог.

Что касается изобразительно-выразительных средств,.. не хочется перечислять их, поскольку стихотворение, скажем прямо, не особо наделено такими прекрасными вещами как эпитеты, метафоры, сравнения… Но, согласитесь, стихотворение такого плана не только не портит отсутствие красот выразительных средств, но и вообще, мне кажется, все эти средства излишни здесь. С первого взгляда в стихотворении использованы простые слова, но сколько смысла несут они!


Возвращаясь к биографии Елизаветы Дмитриевой, стоит сказать, что решительный отказ Гумилёву породил ненависть с его стороны, а впоследствии ещё и дуэль с Максимилианом Волошиным. Слава богу, никто не пострадал, так как оба промахнулись (Волошин, стреляя со второго раза, в первый – пистолет дал осечку). После этого Дмитриева навсегда прощается с Гумилёвым, да и с Волошиным их отношения оборвались. 30 мая 1911 она обвенчалась с В. Н. Васильевым и стала Елизаветой Ивановной Васильевой. Но все прочитанные материалы по Дмитриевой заставляют меня поверить в то, что в её жизни были только двое, которых она действительно любила – Волошин и Гумилёв, а замужество… это, скорее, просто ответ за данное обещание.

Дальше жизнь Васильевой протекает обычно: стихи, переписка с друзьями, с 1920 года Васильева — член Союза работников искусств, в `21 году арест за дворянское происхождение (выпустили через неделю), в апреле `27 арест за «активную борьбу с рабочим классом при царском правительстве и при белых». Но, конечно же, неправильно полагать, что это банальная обыденность, ведь для каждого человека жизнь – по-своему удивительна, красива, интересна и знаменательна, думаю, и Елизавета Васильева не стала исключением, но всё же самым запоминающимся отрезком её жизни, кажется мне, была мистификация с Ч. де Габриак.

В августе 1928 Васильева заболевает. Первоначальный диагноз: воспаление желчного пузыря. В ночь на 5 декабря того же года поэтесса скончалась от рака печени.


Тень «Серебряного века».

Со смертью футуризма и скорой агонией имажинизма полотно серебряного века было окончено. Оно получилось ярким, сложным, противоречивым, но бессмертным и неповторимым. Оно отразило не только поэзию поколения, но и существующую действительность. По-разному сложились судьбы замечательных поэтов "серебряного века". Кто-то не смог вынести жизни на неприветливой родине, кто-то, был расстрелян без вины, кто-то до последних своих дней остался на родной земле, пережив с ней все беды и горести. Но все они создали в начале XX века настоящее чудо - "серебряный век" русской поэзии. Ну, а Черубина де Габриак?!.. Это была самая знаменитая, удивительная, захватывающая, интересная, запоминающаяся мистификация XX века! И пусть далеко не все знают о ней, и пусть даже те, кто знает, не очень любят её стихи, - всё равно это интереснейшая поэтесса с уникальнейшей судьбой!














































Источники:


  1. Русская поэзия серебряного века: 1890-1917 Антология. – Москва, 1993 год.


  1. Вспоминания о серебряном веке. Москва, 1993 год.



  1. Школа классики: Серебряный век. Поэзия. – Москва, 1998 год.


  1. Елизавета Васильева. «Две вещи в мире для меня
    всегда были самыми святыми: стихи и любовь».
     «Новый мир». №12, 1988.


  1. «История Черубины» Максимилиан Волошин.


  1. Черубина де Габриак «Исповедь».—  М.: Аграф, 1999.


1Авиация и космонавтика
2Архитектура и строительство
3Астрономия
 
4Безопасность жизнедеятельности
5Биология
 
6Военная кафедра, гражданская оборона
 
7География, экономическая география
8Геология и геодезия
9Государственное регулирование и налоги
 
10Естествознание
 
11Журналистика
 
12Законодательство и право
13Адвокатура
14Административное право
15Арбитражное процессуальное право
16Банковское право
17Государство и право
18Гражданское право и процесс
19Жилищное право
20Законодательство зарубежных стран
21Земельное право
22Конституционное право
23Конституционное право зарубежных стран
24Международное право
25Муниципальное право
26Налоговое право
27Римское право
28Семейное право
29Таможенное право
30Трудовое право
31Уголовное право и процесс
32Финансовое право
33Хозяйственное право
34Экологическое право
35Юриспруденция
36Иностранные языки
37Информатика, информационные технологии
38Базы данных
39Компьютерные сети
40Программирование
41Искусство и культура
42Краеведение
43Культурология
44Музыка
45История
46Биографии
47Историческая личность
 
48Литература
 
49Маркетинг и реклама
50Математика
51Медицина и здоровье
52Менеджмент
53Антикризисное управление
54Делопроизводство и документооборот
55Логистика
 
56Педагогика
57Политология
58Правоохранительные органы
59Криминалистика и криминология
60Прочее
61Психология
62Юридическая психология
 
63Радиоэлектроника
64Религия
 
65Сельское хозяйство и землепользование
66Социология
67Страхование
 
68Технологии
69Материаловедение
70Машиностроение
71Металлургия
72Транспорт
73Туризм
 
74Физика
75Физкультура и спорт
76Философия
 
77Химия
 
78Экология, охрана природы
79Экономика и финансы
80Анализ хозяйственной деятельности
81Банковское дело и кредитование
82Биржевое дело
83Бухгалтерский учет и аудит
84История экономических учений
85Международные отношения
86Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
87Финансы
88Ценные бумаги и фондовый рынок
89Экономика предприятия
90Экономико-математическое моделирование
91Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Мужчину поймали за незаконную вырубку леса и приговорили к 5 годам законной вырубки леса.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по литературе "Серебряный век. Черубина де Габриак.", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2017
Рейтинг@Mail.ru