Реферат: Некоторые проблемы средневекового русского города - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Некоторые проблемы средневекового русского города

Банк рефератов / Искусство и культура

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 162 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Некоторые проблемы т опографии средневекового русского города Баталов А.Л., Л. А. Беляев “Наименее всего достойна доверия традиция, поскольку вечно она выступа ет под охраной невежества — и чем. больше оное невежество, тем древнее ок азывается здание” (Simpson F. A series of ancient baptismal fonts, chronologically arranged. 1828) Представления человека о том мире, в который он помещен неведомой ему си лой, материализуются множеством способов. Среди них — обязательная и вс еобщая сакрализация окружающей Среды, формирование особого, свойствен ного только данному социуму “священного пространства”. В структуре это го пространства выражаются фундаментальные представления народа. Конк ретными средствами воплощения служат организация религиозной (в средн евековой Европе — церковной) жизни, искусство и архитектура. Возникающие при этом системы могут быть описаны, — во-первых, как здания и специально организованные священные участки, а также как методы их раз мещения на местности и в конкретном ландшафте; — во-вторых, как смысловы е взаимосвязи религиозного и исторического характера, которыми их наде ляют создатели (заказчик и строители); — наконец, как способы функционал ьного ритуального использования систем в качестве искусственно создан ной сакральной среды. Взятые вместе, эти элементы и образуют сакральное пространство. Оно може т быть дискретным или сплошным; покрывать занимаемую этносом территори ю ровной сетью или формировать мощные семантические узлы (относительно независимые или собранные в жесткую иерархическую цепь). Человек, конечн о, всегда старается перекрыть всю занимаемую им территорию хотя бы систе мой зримых символов, а в идеале — незримым покровом сверхъестественной защиты. В полной мере это свойственно Руси и ее городам, изучение сакральной топ ографии которых отличается двумя главными особенностями. Это, во-первых , сравнительно молодые структуры, не опирающиеся на какой-либо местный а нтичный субстрат (что свойственно странам Средиземноморья). Во-вторых, н есмотря на свою молодость, — они довольно плохо обеспечены надежными пи сьменными источниками (особенно для раннего периода). Оба эти свойства п ривели к тому, что историю сакральной топографии многих русских городов , и в первую очередь — Москвы, стремились не столько исследовать, сколько моделировать, ориентируясь на существующие “образцы”. Конечно, известную роль здесь сыграла и западная традиция, где становлен ие “христианской городской среды” долго старались осмыслить как целен аправленный, рационально спланированный и осуществленный проект. Это, д ействительно, иногда оправдано при работе с такими моделями как города в новь возведенные (например, Константинополь) или существенно перестрое нные из старых, “языческих” центров (Рим, Милан, Аквилея, Аахен и др.) Но прям ое проецирование метода на русский материал было, конечно, методической ошибкой и приводило к строительству “иллюзорной истории”. Этот метод был в известной мере вынужденным и политически окрашенным. В условиях идеологического ограничения приоритет был отдан формальному анализу композиции города как сложившегося целого, оценке его силуэта, з акономерностей в распределении доминант. В 1970-х гг. возникло направление, рассматривавшее сакральную топографию средневекового города именно к ак взаимосвязанную систему высотных акцентов. Эти доминанты иерархиче ски дифференцировались на общегородские, уличные, внутриквартальные и т. д. Причем такой подход не всегда был исключительно рабочим, позволявши м, например, судить о пространственной структуре исторического города. В некоторых работах предполагалось, что подобный анализ дает возможност ь доказать закономерности именно такого, а не иного размещения храмов в городе. Более того — поскольку все храмы, независимо от времени их появл ения, воспринимались в рамках единой композиции, — то и их строительств о в городе рассматривалось как проявление одного композиционного замы сла. Важнейший вопрос, когда и почему сложились эти осмысленные градостроит ельные системы, определившие состав своих компонентов, оставался откры тым. Другой вытекавший отсюда вопрос — о константном для всей истории г орода принципе организации пространства, пытались решить, прибегая к са мым разным построениям. Так, Г. В. Алферова стремилась обнаружить его в сис теме наследованных от Византии градостроительных принципов, якобы заф иксированных в Кормчей книге(1). Другие авторы апеллировали к неким неизм еняемым, устойчивым представлениям профессиональных архитекторов о ко мпозиции. Ключевые же для понимания сакральной топографии понятия, напр имер, о храме как “loca sancta, “святом месте”, — уходили на второй план, уступая м есто формально-композиционному принципу организации сакрального прос транства. В ряде работ таких авторов как М. П. Кудрявцев, Г. Я. Мокеев, Р. М. Гаряев раскры тые закономерности градостроительной структуры получали значение нек их иконических знаков. Mосковские монастыри на плане города объединяли в пространственные кресты звезды или треугольники, — что должно было име ть тот или иной смысл (например, символизировать Святую Троицу). В другом с лучае очевидный и естетственный факт попадания в створ проемов яруса зв она колоколен других колоколен или храмов использовала для обосновани я семантической оправданности их пространственной взаимосвязи (наприм ер, в г. Суздале). Сегодня этот подход, подвергавшийся справедливой критик е, не оставлен, но изменил сферу и все больше захватывает популярные изда ния(2). В литературе по средневековому градостроительству обозначилась тенде нция напрямую связывать пространственные структуры Москвы с идейно-по литическими концепциями Московского государства XVI-XVII вв. и видеть в них до казательства средневекового осознания Москвы как Третьего Рима или Вт орого Иерусалима. В результате современные идейно-политические концеп ции произвольно “опрокидывают” на историческую архитектурную среду; и скусственно создается модернизированный образ сакрального пространс тва средневекового города. При этом происходит по-своему весьма остроум ная подмена общепринятых в исторической науке источников — идеализир ованными схемами композиции города, основанными на геометрических фор мах, которым присваивается выбранное авторами символическое значение. ( Работа эта временами достигает виртуозности, живо напоминая метод отца Тристрама Шенди. Позволим себе напомнить эпизод известного шедевра Лор енса Стерна, где папаша главного героя с помощью перочинного ножа экспер иментирует над фразами Эразма Роттердамского, пытаясь “врезать” в них с крытый якобы за неловкими словами и буквами сокровенный смысл, — но в ко нце-концов все портит и вырывает из книги целую страницу). Информационно й базой для подмены служит система мифолигизированных представлений, с формировавшаяся на протяжении XVII-XIX вв. Легендарные сведения и прямые домы слы, отложившись за два-три столетия в литературе, используются без крит ического анализа. Они не только публикуются как достоверные в современн ых краеведческих и научно-популярных работах, но и служат основанием для многочисленных обобщений, проникают в учебники, энциклопедии, общие ист ории культуры и архитектуры. В литературе последних двух-трех десятилетий, посвященной градостроит ельству средневековья, сложился уже целый пласт таких работ. Это явление в нашей историографии может объясняться прежде всего тем, что до сих пор не выработан подход к изучению сакральной топографии средневековья, не определен и не обработан круг источников, на которых подобное исследова ние может базироваться. В 1994 г. мы выступили с инициативным исследователь ским проектом для разработки такого подхода, поддержанным затем РГНФ (за что хотим выразить этому Фонду самую искреннюю признательность). Работа , проведенная по проекту “Сакральная топография Москвы”, легла в основу ряда книг, а также основной части исследований и публикаций, здесь предс тавляемых. Перед началом нашей работы мы определили три направления исс ледования. Во-первых, сопоставить нашу методику исследования сакральной топограф ии Москвы с принятой в зарубежной истории церковного строительства, при ведя обе системы в известное соответствие. Во-вторых, подготовить корпус документальных материалов, на основе которых можно приступить к создан ию достаточно надежной и конкретной истории посвящений позднесредневе ковых храмов Москвы. В третьих, рассмотреть хотя бы наиболее обеспеченны е источниками памятники и участки города с целью продемонстрировать ме тоды и первые результаты комплексного анализа письменных источников и археологических данных, восстановить некоторые элементы посвятительн ых программ, развития станциональной литургики, формирования сакральн ого городского пространства с хроно-топографической привязкой. Мы глубоко убеждены, что реконструкция сакрального пространства, может опираться только на точные сведения о развитии его конкретно-историчес ких элементов. В христианском мире они сохраняются не только в памятника х архитектуры, но и в динамике изменений посвящений престолов, в трансфо рмации чинопоследования церковных служб, в введении новых праздников, р азвитии системы приходских и частных храмов. Поэтому исследование сакр альной топографии должно базироваться прежде всего на выверке конкрет ных историй отдельных памятников и их престолов; системы служб и религио зных процессий; всех известных элементов церковной жизни и церковного у правления. При этом его нельзя отделить ни от общего изучения истории го рода, ни от общей истории зодчества. Такой подход — типичный методический признак, пр исущий всем серьезным трудам по истории сакрального пространства Сред невековья. Методами истории искусств, истории архитектуры и градострои тельства его начали изучать довольно давно. Особенно это касается сакра льной топографии города, хотя определенное внимание уделяется и формир ованию сельских церковных структур. Можно выделить несколько направлений, сложившихся в исследовании проц есса становления сакральной структуры христианского города. Первое на зовем литургической. Она базируется на изучении станционального богос лужения. Пример этого подхода, ставшего в западной науке уже традиционны м, — классический труд Джона Болдуина “Христианское богослужение в про странстве города. Происхождение, развитие и смысл станциональной литур гии”(3). Для осуществления подобной работы обязательным условием являетс я наличие большого количества надежно датируемых и весьма специфическ их по составу письменных источников церковно-служебного характера. Вто рое направление опирается на общую историко-художественную традицию и апеллирует к такому материалу как градостроительство и архитектура в и х непременной связи с историей отношений государства и церкви как орган изации, а значит — с историей политической, военной и экономической. Общ еизвестным и общепризнанным образцом в этой сфере стали работы Ричарда Краутхаймера, квинтессенция которых собрана, как в фокусе, в его знамени тых лекциях “Три христианские столицы. Топография и политика”(4). Третье н аправление исследований сакральной топографии христианских городов м ожно назвать археологическим. Оно ставит целью восстановление конкрет ной истории отдельных культовых структур и их систем, то есть стремится прежде всего восстановить реальное их положение во времени и пространс тве. Если два первых пути в качестве объекта исследований ориентируются прежде всего на мировые столицы или семантически-важные центры христиа нства — Рим, Константинополь, Иерусалим и им подобные, то археологическ ое охватывает и небольшие города, монастыри, отдельные сельские храмы с окружающими их ландшафтами, соотношение с хозяйственными и жилыми стру ктурами. Понятно, что такая работа ведется буквально всюду — от Англии, Г олландии, Швеции и других северных стран — до Италии, Африки и Центральн ой Азии(5). В результате этой деятельности конкре тная история сакральной топографии средневековых городов вообще и “хр истианских столиц” в частности была восстановлена на основе комплексн ого анализа письменных источников и археологии. Выяснилось, что сакраль ная структура городов средневековья складывалась далеко не одинаково. В качестве самого очевидного контраста служит различие церковного стр оительства в северной и южной областях Европы. В Италии каждый город име ет, по меньшей мере, один или два (зимний и летний) собора, а часто и отдельно стоящий баптистерий (характерный пример — Пиза, где приходы появились поздно, а центром церковной жизни горожан в течение всего средневековья оставался городской собор с баптистерием и кампаниллой). В Северной и Це нтральной Европе, наоборот, развивается сложная система приходских ком плексов, а “независимые” баптистерии сравнительно редки, да и городской собор имеет далеко не каждый город. Хорошо известный пример именно таког о развития — Лондон, где приходские церкви множились с невероятной быст ротой. Особый интерес у европейских исследователей вызвала тема “реликвии и г радостроительство” в средневековье, которой посвящены многочисленные конференции и сборники. Оказалось, что развитие почитания мощей и склады вание традиционных путей паломничества к ним были не только фактором фо рмирования “сакральной структуры” отдельных городов и целых областей — но и важным стимулом градообразования вообще. Установлено, что ориентация на какой-то церковный центр была изначально , генетически присуща целому ряду городов, особенно в Северной Европе. Та кой центр был как бы заранее задан тем, что город складывался вокруг мона стырского комплекса, построенного на loca sancta — “святом месте”. Например, анг лийский город с характерным названием “Бэттл” возник вокруг аббатства, на крайне неудобном месте. Это объясняется тем, что, согласно легенде, цен тральный алтарь монастырского собора построен над местом, где пал корол ь Гаральд. Более удобно стоящий на вершине холма Сент Альбанс также возн ик вокруг аббатства, основанного на предполагаемом месте мученичества святого Альбана (t 286 г.). Хорошо известны случаи, так сказать, вторичной и соз нательной сакрализации, или “оцерковления” городов, подчинения их епис копскому центру. Так сложилась судьба Олд Сарума (Англия), стоявшего на ме сте еще доримского поселка. При норманнах в его центре, на вершине холма, в ыросли символы власти, замок и храм, — но дома жителей остались в основно м за пределами стен. В результате, к началу XIII в., выбирая для нового соборно го участка самое выгодное место, епископ и клир вынуждены были перенести его в гущу застройки, так сказать, “на посад”, на берег реки, к подножию хол ма. (На Руси таким городом ряд исследователей считает Переяслав Южный). Материалы Западной Европы позволяют реконструировать не только связи архитектуры и планировки города с процессиональной литургией и развит ием почитания святых. Уже возникли методы, дающие ответ на такие наприме р вопросы, как история прихода и приходского строительства; развитие вза имоотношений соборного, частного и общинного церковного строительства . Особенно велик интерес к “приходской” сакральной топографии в Англии, г де он не ослабевает по конфессиональным мотивам (так же как интерес к рол и городского собора, традиционно господствующий в Германии и Франции, к епископской резиденции — в Италии, а, скажем, в Ирландии — к монастырски м структурам). Исключительную роль в этом сыграли раскопки средневековы х лондонских церквей, — они помогли определить границы приходов и даже составить их карты, восходящие к XII в., а может и раньше (например, работы Гра ймса 1968 года). Правда, аналогов крохотным городским приходам Англии нет больше нигде в Европе, — но подобные признаки ведь и важны для осознания различий, свое образия сакральной топографии разных городов и народов. Раскопки Лондона доказали, что приходские храмы развились из домашних ц ерквей: в результате очень известных работ Мартина Биддла на Сент-Мерис- Таннер-Стрит в Вестминстере была раскрыта церковь, единственная дверь к оторой выходила прямо в частный дом. Долго оставалось неясным, кому прин адлежали ранние лондонские храмы, землевладельцам и феодалам, богатым и влиятельным семьям, или группам соседей — по аналогии с церквями торгов ых корпораций в немецких городах (“кауфманскирхен”), кои известны и в рус ских торговых центрах. Благодаря возникшим картам средневековых прихо дов стало ясно, что земля небольших приходских комплексов находилась не в частных руках, а принадлежала корпорациям владельцев, — через них даж е проходили дороги. Изучение сакральной топографии актуализирует вопросы, связанные с ист орией прихода. Однако его происхождение как на Руси, так и в Европе оконча тельно не прояснено и нуждается в дополнительном исследовании. Схема устройства приходов была отработана в Европе только в течение XI-XII в в. Их правовой статус определился, — хотя корни этой системы уходят в ран нехристианский период, и каждая эпоха внесла свой вклад в природу и стру ктуру приходской жизни. Существенный шаг был сделан в XII в. с введением кан онического закона, требовавшего единообразия приходов. Теперь это слов о приблизилось к своему значению и стало означать конгрегацию, собирающ уюся по воскресеньям и праздничным дням для богослужений в приходской ц еркви, крестящую детей в церковной купели, хоронящую усопших на церковно м кладбище, определенным образом содержащую своего священника. В Северной и Центральной Европе основой для создания корпуса приходски х церквей служили небольшие храмы, оратории и часовни, множество которых было построено в раннем средневековье, которые по мере развития города превращали или заменяли приходскими. В конце XII в. в Париже епископ Морис д е Сюлли издал указ, которым пересмотрел все границы приходов, преобразов ав в приходские церкви разнообразные сакральные постройки. В Италии процесс был иным, поскольку здесь изначально различались прихо ды двух видов, городской приход с центром в соборе и деревенский приход, — столь же территориально и демографически обширный. Правда, в позднем средневековье города образовали и здесь множество приходов, но идея еди ного для всей конгрегации собора с баптистерием, где каждый горожанин пр ошел обряд крещения, дожила до наших дней. Анализ современных работ, посвященных сакральной топографии таких цен тров христианства как Иерусалим, Рим, Константинополь, Милан, Лондон и др угие не только показал, что у сакральной топографии русских средневеков ых городов с ними много общего, но и подтвердил, что единственно возможны й путь исследования таких систем — источниковедческий анализ их истор ии. Мы ежедневно убеждались, что фактологической основой исследования с акрального пространства средневекового города должна стать, в первую о чередь, история престолов его храмов, раскрывающая причины и время их во зникновения, восстанавливаемая при опоре на скрупулезно анализируемые материалы архитектурно-археологического и документального характера. На какой же круг источников мы должны опираться в первую очередь? Историография московских престолов достаточно обширна . Попытки систематизации сведений о времени основания московских церкв ей относятся уже к началу XIX в., когда в клировых ведомостях появилась граф а, в которой их составители должны были указывать время основания храма. При митрополите Филарете (Дроздове) включение в клировые ведомости исто рических сведений о храме стало обязательным. Уже в конце XVIII в. выходят спр авочники по московским храмам с перечислением основных и придельных пр естолов(6). Сведения из клировых ведомостей и первых путеводителей по Мос кве стали восприниматься как документально подтвержденные авторами це рковно-археологических трудов уже в середине-второй половине XIX в. Затем о ни проникли в литературу XX в., причем отношение к ним как к абсолютно надеж ным бытует и по сей день. Обоснованность приводимых и чрезвычайно обильных сообщений о посвящен ии престолов практически никогда не проверялась. А сделать это совершен но необходимо. Историография отдельных московских храмов показывает, ч то в большинстве случаев именно сообщения клировых ведомостей и путево дителей XVIII в. легли в основу устойчивых представлений о времени основани я московских престолов. В свою очередь, клировые ведомости, откуда в XIX-XX вв. заимствовали сведения о датах возведения московских церквей, повторял и сообщения более ранних, а приходские священники, составлявшие самые ра нние клировые ведомости с указанием даты постройки, часто использовали уже опубликованные сообщения о своих церквах. Таким образом, прослежива я цепочку опубликованных дат часто наблюдаешь, как она замыкается сама н а себя, не находя подтверждения в независимых источниках. В ряде случаев источники сведений, кото рыми пользовались авторы первых клировых ведомостей и путеводителей к онца XVIII в. просто невозможно реконструировать. Иногда, например, составит ели пользовались надписями на богослужебных предметах, в которых часто приводилась дата вклада в церковь, не имеющая отношения к ее строительст ву(7). Подчас источником служила вообще любая надпись, содержавшая конкре тную дату, — например, на колоколе. Конечно, использовались и храмозданные надписи, которые, тем не менее, мо гли создаваться не при строительстве, а после обновления церковного зда ния. Как храмозданная могла восприниматься белокаменная доска с эпитаф ией. Выяснилось, что храмозданные надписи нередко сочиняли поновители х рамов в середине XIX в. для того, чтобы “удревнить” памятник, связать его с из вестными историческими событиями. Систематизация исторических сведений о московских престолах, предвари тельное критико-историографическое исследование по каждому конкретно му храму и сбор материалов для этого составил вторую часть нашей задачи. Круг источников, к которым можно обратиться для проверки, достаточно огр аничен. Он резко сокращается, как только мы опускаемся за хронологически й рубеж последней трети — середины XVII в. Сообщения летописи позволяют в н екоторых случаях установить дату создания каменной церкви, но часто не р азрешают сделать вывод о времени появления на этом месте деревянной с те м же посвящением. О большинстве памятников можно судить как о существующ их только благодаря упоминанию при хроникальном описании того или иног о события. Это помогает определить (хотя и не полностью) время существова ния в Москве конкретного престола, но часто никак не уточняет его топогр афию. В идеальной моделе исследовательской работы данные летописей и актовы й материал должно сопоставить с результатами археологических и натурн ых архитектурных изысканий. Но проверка имеющихся материалов показала, что архитектурная археология не имела в Москве систематического харак тера, а застройка территорий снесенных в 1930-е гг. московских храмов не оста вляет надежды компенсировать отсутствие археологического надзора в пр ошлом. Возможности реконструкции сакральной топографии Москвы ограничены та кже и характером документального материала. Обоснованная реконструкци я возможна отчасти в отношении Москвы XVI в. благодаря экстраполяции докум ентальных сведений XVII в. Упорядоченность ведения документации Приказов в XVII в. создала основной круг источников, по которым можно судить о составе московских престолов. Среди них наиболее изучены Переписные и Строельн ые книги Москвы, частично опубликованные еще И. Е. Забелиным. Однако наибо лее ранние Переписные книги фрагментарны по своим топографическим гра ницам и не охватывают всей темы. Идеальным было бы, конечно, полное издание этих материалов. Однако в наст оящее время это невозможно из-за грандиозного размера документации. Поэ тому мы конкретизировали задачу, сформулировав ее как создание своего р ода “указателей” упоминаемых престолов. Для образца были привлечены “л аданные книги”. Их основной фонд был тщательно прочитан и сделаны выписк и по каждой отдельной выдаче (опуская сведения о количестве, стоимости, с орте ладана, а также именах священнослужителей, — кроме случаев, когда э ти тексты обладали особой информативностью для нашей темы). Затем информ ация по наиболее ранним и потому важным Ладанным книгам (1584/85; 1613/1614; 1617-1620 гг.) была обработана и составлен специальный корпус выдач, организованный топог рафически, снабженный указателем престолов и обратными отсылками, позв оляющими легко найти текст конкретной записи в подлинном архивном деле. Важность этого указателя для созданию фактологической базы изучения с акральной топографии Москвы не подлежит сомнению, так как данный актовы й материал наиболее объективно отражает состав московских престолов, — и, что особенно важно, позволяет наглядно представить их “движение”, — по крайней мере в пределах XVII в. Ладанные книги первых лет воцарения Мих аила Феодоровича Романова указывают на время освящения вновь построен ных при Михаиле Феодоровиче и Алексее Михайловиче храмов (или приделов, пристроенных к уже существующим), а также и более ранних. Достаточно упом януть, например, что только ладанные книги позволяют точно установить да ту основания Зачатиевского монастыря в Москве(8). Другим точным документом, указывающим время освящения престола, являет ся такой важный в “литургической археологии” предмет как антиминс. Изве стна практика сохранения, при переосвящении престолов, старых антиминс ов (некоторые из них были обретены в ножках алтарей в XIX в. и стали важным ис точником для датировки каменных храмов XVI в.). В XVIII — начале XX в. старые антим инсы сдавались приходами в епархиальные управления. Предпринимались п опытки поиска епархиальных списков с описаниями поступивших в консист орию антиминсов московских церквей. Некоторые из них, составленные по Ук азу императора Николая I “Об отыскании Святых Антиминсов древняго освящ ения”, были обнаружены в Центральном историческом архиве Москвы в резул ьтате обработки одного из наиболее обширных его фондов, фонда Московско й Духовной консистории(9). Однако и разработка по Ладанным книгам, и списки древних антиминсов и хр амозданных надписей, и исследование истории конкретных московских пре столов являются все же лишь материалом для изучения характера сакральн ой среды города и ее осмысления современниками. Изучение же представлен ий о сакральном пространстве города как целостности связано прежде все го с историей чина литийных богослужений или, пользуясь западной термин ологией, станциональной литургии (“the stational liturgy”)(10). Сведения о литийных службах в Москве, или крестных ходах из Успенского с обора к московским святыням содержатся как в летописных источниках, так и в описаниях иностранцев, посещавших Москву. Однако источник, по которо му можно судить не только об отдельных процессиях, а о всем чине городски х богослужений, относится уже к началу XVII в., ко времени патриарха Филарета . В более полном виде чин станционального богослужения известен по чинов нику Успенского собора 1634 г. Зафиксированный в чиновнике чин литийных богослужений относится к цар ствованию Михаила Феодоровича, однако в его тексте содержатся прямые ук азания на то, что описанный порядок богослужения существовал в Москве уж е на рубеже XVI-XVII вв." Было важно выяснить, когда появляется в Москве чин лити йных служб, сложился ли он “стихийно” или уже сформировавшийся устав был заимствован из какого-то источника? Описанный в чиновнике порядок литий , совершаемых в Москве около 1634 г., не уникален для первой половины XVII в. Полну ю аналогию мы находим в современном ему чиновнике новгородского Софийс кого собора, датированным А. П. Голубцовым между 1629 и 1634 гг. Здесь, также как и в Москве, в определенные дни совершаются литии к храмам, в которых были пр естолы праздника, или чудотворные иконы и мощи святых, прославляемые цер ковью на данной службе годичного круга. Обращает на себя внимание тот же порядок “хождения” “со кресты и образы” из городских церквей в Софийски й собор и торжественных процессий вокруг города. Оба чиновника в интересующей нас области обладают аналогичной структу рой. Различаются только дни совершения литий из Софийского собора в горо дские храмы, что обусловлено частной спецификой церковной жизни каждог о города, где существуют свои чудотворные иконы, мощи местных святых, осо бо чтимые престолы церквей. Порядок богослужения, зафиксированный в обоих чиновниках, определялся 35 главой Стоглава, носящей название “Указ соборным старостам поповским на Москве и по всем градом”. Однако, эта глава сама имеет новгородский ист очник — “Чин церковный архиепископа Великого Новагорода и Пскова” 1540-х г г. Его текст свидетельствует о том, что чин хождений “со кресты” к праздни кам из Софийского собора и к Софийскому собору от шести соборов в дни, ука занные и в Стошаве, и в московском и новгородском чиновниках 1630-х гг., уже су ществовал в Новгороде в 1540-е гг. Сам принцип соборного деления и обусловленный им порядок соборного чин а в неделю перед Воздвижением, в понедельник и другие дни Светлой седмиц ы, в неделю Всех Святых, заимствован отцами Стоглава из Новгорода. Из Новг орода перенесено и установление хождений из кафедрального собора к хра мовым праздникам городских церквей. Разумеется, хождение “со кресты и об разы” к некоторым соборам городских монастырей существовало в Москве и до постановления Стоглава, но именно Стоглав сделал их частью общерусск ого устава и распространил на все службы годичного круга. Обращение к новгородскому уставу соответствует общей ориентации эпохи на богослужебную практику Новгорода и Пскова. От части это может быть объяснено тем, что митрополит Макарий до своего пос тавления на московскую кафедру был архиепископом Великого Новгорода. Н о при этом именно новгородский устав более всего соответствовал темзад ачам по упорядочиванию церковной жизни, которые преследовал собор 1551 г. И менно такое объяснение причин введения семисоборного деления и учрежд ения соборных старост и десяцких содержится в шестой главе Стоглава. Новгородское богослужение наиболее ярко выражало идею соборности церк ви, ее единства. Сам чин хождения от соборов в кафедральный храм служит ак том собирания церкви воедино: к каждому из шести соборов собираются из в сех приписанных к нему посадских церквей священники, дьяконы и прихожан е, а затем возглавляемый старостой своего собора ход направляется к кафе дральному храму. То же единство городской общины знаменует и хождение к празднику из других церквей города, и литии, которые совершал святитель со властьми из соборной церкви к празднуемому престолу. Они устанавлива ют и единое богослужебное пространство, в которое включается весь город . Литии служат и освящением пространства города вне храма. Их кульминаци ей являются хождения “со кресты и образы” вокруг города, во время которы х носили хоругви и образы из городских соборов, монастырей и многих горо дских храмов. Введение новгородского чина означает не только факт его копирования в Москве, но и его новое осознание в середи не XVII в. Указания Стоглава о соборных богослужениях хронологически следу ют за макарьевской канонизацией новых русских чудотворцев и связанным с ней сооружением храмов-реликвариев над их мощами. Таким образом, общее внимание к собиранию реликвий русской церкви находит выражение и в конс труировании нового сакрального пространства города. История литийных богослужений важна и для раскрытия символического об раза конкретных храмов. Приведем только один пример, связанный с собором Покрова на Рву. .Суждение о том, что этот собор был символическим образом Иерусалима, стало общим местом (можно даже сказать — банальностью) в раб отах о градостроительстве Москвы или зодчестве XVI в. Но только рассмотрен ие этого памятника в контексте истории литии, совершаемой к нему в Вербн ое Воскресение, делает эту интерпретацию доказуемой. Так, то, что “иеруса лимская” идея присутствовала уже на уровне строительного замысла, можн о увидеть при сравнении хождения “на осляти”, совершаемого по Кремлю до возведения собора — с хождением, зафиксированным уже в начале 1560-х гг. из У спенского собора к собору Покрова на Рву. Только в этой редакции чина Вер бного Воскресения, просуществовавшей с 1560-х гг. до 1656 г. именно собор Покрова был целью шествия и становился в его контексте символическим образом ев ангельского Иерусалима. Согласно более поздней редакции, возникшей око ло 1656 г. целью процесии становится Успенский собор Кремля и символическое значение Покровского собора начинает забываться. Но это только один из примеров, показывающих возможности анализа семантики архитектурных фо рм в контексте городских богослужений. Примечания: 1. Алферова Г. В. Русские города XVI-XVII веков. М. 1989. 2. Древнерусское градостроительство X-XV веков. М., 1993 // Градостроительство Мо сковского государства XVI-XVII веков. М . 1994. 3. Baldovin J. F. The Urban Character of Christian Worship. The Origins, Development and Meaning of Stational Liturgy. Roma. 1987. 4. Krautheimer R. Three Christian Capitals. Topography and Politics. Berkeley-Los Angeles-London, 1983. 5. Об изучении городской сак ральной топографии средневековья Европы натурн ыми методами : Addyman P. V. York and Canterbury as Ecclesiastical Centres // ET. P. 499-509; Beresford М . W., Hurst J. G. Wharram Percy: a Case Study in Microtopography // Medieval Settlement: Continuity and Change / Ed. P. H. Sawyer. London. 1976. P. 114-143; BiddleM. Archaeology, Architecture and the cult of Saints in Anglo-Saxon England // CBA.RR. # 60. 1966; Biddle М . The archaeology of church: a widering horizon // Archaeological Study of Church. London. 1976. P. 65-71; Bound С . J. Church and Parish in Norman Worcestershire // Minsters and Parish Churches, the Local Church in Transition 950-1200. Oxford. 1988; Brooke С . N. L. The Medieval Town as an Ecclesiastical Centre: General Survey // ET. P. 59-473; Brooks N. P. The Ecclesiastical Topography of Early Medieval Canterbery // ET. Р . 487^*97; Butler L. A. S. Church dedication and the cult of Anglo-Saxon saints in England // The Anglo-Saxon Church. 1986. CBA.RR. # 60; Church archaeology: research directions for the future. London. 1996. CBA.RR. # 104; Hoekstra T. J. The Early Topography of the City of Utrecht and its Cross of Churches // JBAA. V. 141. 198 8 ; Morris R. The Church in British Archaeology. London. 1983. CBA.RR. # 47; Morris R. Parish churches // Urban Archaeology in Britain. London. 1987. CBA.RR. #61; Morris R. The church in the landscape. London. 1989; Ottaway P. Archaeology in British Towns. L ondon-New York. 1992; Stoepker H. Church archaeology in the Netherlands. Problems, prospects, proposals // Medieval Archaeology in the Netherlands. 1990. Assen-Maastricht / Studies, presented to H. H. van Retgeren Altena / Ed. J. C. Besteman, J. M.Bos, H. A. Heidinga. P. 199-218; Cagiano deAzevedo M. The Medieval Town as an Ecclesiastical Centre: Northern Italy // ET. P. 475-^85; Taker F. K. Early Medieval Florence Between History and Archaeology / / Medieval Archaeology. Papers of the Seventeenth Annual C onference of the Center for Medieval and Early Renaissance Studies. BinghamtonNY. 1989. / Ed. Ch. L. Redman. P. 261-283; Taker F. К . Krautheimer Made Me Do It: Solving the Toughest Archaeological Problem of Medieval Florence // Colledge Art Association. Abs tracts. New York. 1997. P. 190; WenbergJ. Medieval Tonsberg, the Church and the Hinterland // Region and Reflections: in honor of Marta Stromberg. Lind. 1991. P. 333-345. /Ed. K. Jen-nbert a. o. / Acta Archaeologica Lundensia. Ser. in 80. V. 20. 6. Напр.: Максимович Л. M. Путеводитель к древностям и достопамятностям моск овским... M., 1792-1793.4. 1-3; Историческое известие о всех церквах Москвы... M., 1796. и др. 7. Так, о церкви Всех Святых на Кулишках практически во всех путеводителях конца XVIII-XX вв. писали как о построенной в 7096 (1587/ 1588) г. Основанием этой даты была в кладная запись на хоругви, в которой упоминался не 7096, а 20 ноября 7196 (1687) г. Однак о дата 1588 г., являвшаяся результатом ошибочного прочтения вкладной записи встречается в краеведческой литературе до сих пор. Подробнее: Баталов А. Л. Московское каменное зодчество конца XVI в: Проблемы художественного мыш ления эпохи. M. 1996. С. 309-310. 7. Так, монастырское предание, вошедшее в церковно-археологическую и крае ведческую литературу, связывало основание монастыря с воцарением Феод ора Иоанновича, что подтверждает и грамота 1623 г., данная монастырю. Но основ ание монастыря между весной 1584 и летом 1585 гг. документально устанавливаетс я записью в Ладанной книге 7093 под 27 июля (1585 г.): “...в Зачатейский в новой девич м онастырь...” — РГАДА. Ф. 396. On. 2. Ед. хр. 198. Л. 108 об. 9. ЦИАМ. Ф. 203. On. 424. Ед. хр. 5. 10. Подробнее см.: Баталов А. Л. Указ. соч. 1996. С. 283-289. 11. Голубцов А. П. Устав церковных обрядов, совершавшихся в Успенском собор е около 1634 г. // РИБ. СПб. 1996. Т. 3. Стб. 143. Список литературы Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://archi.ru/
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Если чем дальше, тем хуже, то пора поменять направление.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по культуре и искусству "Некоторые проблемы средневекового русского города", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru