Курсовая: Предпосылки французской буржуазной революции - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Предпосылки французской буржуазной революции

Банк рефератов / История

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 2255 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Содержание Введение 1. Идейные предпосылки революции 1.1. Идеи Просвещения во Франции 1.2. Демократическое настроение буржуазии 70-80-х гг. XVIII в. 2. Социально-экономические причины революции 2.1. Сословные противоречия во Франции во второй половине XVIII в. 2.2. Экономические предпосылки революции 2.3. Феодальная реакция 2.4. Усиление народного движения 60-80-х гг. 3. Политические причины революции 3.1. Неудачи реформ 3.2. Финансовый кризис конца XVIII в. 3.3. Крах абсолютизма Людовика XVI Заключение Литература 3 6 6 9 12 12 18 26 30 32 32 34 36 40 42 Введение Если мировая экономика XIX в. формировалась в основном под влиянием британской промышленной революции, его политика и идеология формировались под влиянием Франции. Франция совершила свою революцию и дала миру свои идеи, вот почему трех цветный флаг стал эмблемой фактически каждой рождающейся нации, а европейская и мировая политика между 1789 и 1917 гг. представляла собой борьбу за или против принципов 1789 г. или более радикальных принципов 1793 г. Конец XVIII в. эрой кризисов старых режимов Европы и их экономических систем, и его последние десятилетия изобиловали политическими катаклизмами, которые порой доходили до восстания; колониальными движениями за автономию, которые добивались отделения: не только в США (1776— 1783), но также в Ирландии (1782— 1784), в Бельгии и Лье же (1787— 1790), в Голландии (1783— 1787), в Женеве и даже в Англии (1779). Все кипение этого политического беспокойства настолько потрясает, что некоторые современные историки говорили об «эре демократической революции, на пути к которой французы находились одни, хотя и будучи наиболее решительными и более всех удачливыми». Французская революция не была изолированным феноменом, но она была куда более значительной, чем любая современная ей революция, и ее последствия из-за этого были гораздо глубже. Она была на втором месте среди всех революций до и после нее, как массовая социальная революция, она была всемирной и гораздо более радикальной, чем любая другая по сравнению с ней. Ее истоки потому должны быть рассмотрены не только исходя из общих условий Европы, но и из специфической обстановки во Франции. Ее специ фичность наиболее показательна в международных отношениях. В течение XVIIIв. Франция была главным международным эко номическим соперником Британии в мире. Ее иностранная тор говля возросла в 4 раза с 1720 по 1780 г., вызывая тревогу англи чан; ее колониальные владения располагались в более динамич но развивающихся районах (Вест-Индия), чем у Британии. И все же Франция не являлась такой мощной державой, как Британия, чья внешняя политика уже была направлена на обеспечение ка питалистической экспансии. Она была наиболее сильной и во многих отношениях наиболее типичной из всех старых аристо кратических абсолютных монархий Европы. Иначе говоря, кон фликт между официальной структурой и закрепленными зако ном имущественными правами старого режима и растущими новыми общественными силами был во Франции острее, чем где-либо еще. Цель работы: изучение причин революции во Франции в 1789 г. Задачи: 1) знакомство с идеями Просвещения и их влиянием на сословные настроения во Франции; анализ социальных и экономических явлений, сложившихся к концу XVIII в., ставших причинами революции; изучение развития политической обстановки, приведшей к революционной ситуации 1789 г. Для понимания и изучения данной темы использовались труды как отечественных, так и зарубежных авторов. В настоящее время существует очень много работ, посвященных французской буржуазной революции 1789-1794 гг., однако не все авторы рассматривают и анализируют причины революции. Выдающийся английский историк Т.Карлейль в своей книге «Французская революция. История» с художественным воображением описал события и участников той драмы, книга изобилует зарисовками быта, нравов и моральных оценок французского общества. В книге Арзаканян М.Ц. «История Франции» дано систематизированное изложение истории Франции, описаны ее главные вопросы на каждом этапе развития государства. Однако подробного изучения и анализа причин французской буржуазной революции нет. В своих трудах многие советские и российские историки (Виппер Р.Ю., Манфред А.З., Бадак А.Н.) дают, в основном, историческую хронику событий 1789-1794 гг. Бадак А.Н. кратко указывает причины революции без подробного анализа. Виппер Р.Ю. все внимание акцентирует вокруг буржуазии и ее роли в революционных событиях. Т.к. труд Манфреда А.З. вышел в советскую эпоху, то работа написана в марксистко-ленинском духе, поэтому причины буржуазных революций переходной эпохи от феодализма к капитализму автор связывал главным образом с конфликтом между развивающимися производительными силами и отсталыми производственными отношениями, которые можно было разрешить исключительно революционным путем. Очень интересны рассуждения Дубровского О. в статье «Четыре автора о причинах революции во Франции в XVIII в.». Им дан сравнительный анализ взглядов различных историков на причины французской буржуазной революции (Карлейля, Олара, Кропоткина, Жореса). 1. Идейные предпосылки революции 1.1. Идеи Просвещения во Франции Просвещение — широкое идейное движение и связанные с ним формы самодеятельности граждан, направ ленные на умственное и нравственное развитие личности, гуманизацию всех сторон общественной жизни, — стало явлением всемирной истории и важным этапом общественного развития Европы и Америки. Арзаканян М.Ц . История Франции . – М .: Чтиво , 2001. – С . 167 Первой страной на Европейском континенте, которая приобщилась к идеям британского (английского и шотландского) Просвещения, была Франция, где оно пустило глубокие корни. Возникла собственная просветительская мысль, сложились оригинальные формы просветительского движения. Это произошло еще в на чале XVIII в. Широкую известность среди просвещенных французов при обрела политическая теория англий ского философа Джона Локка, кото рый обосновал новые, либеральные принципы государственного устрой ства — правовое государство, разде ление властей, ограниченная монархия. Позднее, уже во второй полови не этого столетия, французы увлеклись экономической теорией шотландца Адама Смита, который утверждал, что только свобода тор говли и конкуренции создает наибо лее благоприятные условия для подъема промышленного и сельско хозяйственного производства. В теориях британских ученых и мыслителей просвещенные французы черпали аргументы для критики абсолютизма и остатков средневековой регламен тации экономической жизни у себя на родине. Еще более широкое применение нашел в Просвещении разработанный Декартом метод, предписывал философской мысли не преклоняться ни перед какими религиозными догмами и авторитетами. Просвещение ярко проявило себя во Франции в форме научной и научно-художественной деятельности, ставящей целью распространение научных знаний и осуществление реформ на благо общества и государства. Первым во Франции произведением литературы, написанным в духе идей Просвещения, считаются «Персидские письма» Шарль-Луи Мон тескье, опубликованные в 1721 г. Они появились вскоре после смерти Людовика XIV , когда произошло некоторое смягчение цензуры и ослабление бюрократического контроля за общественной жизнью. Годы Регентства с их еще большей свободой самовыражения способствовали оживлению кри тической мысли в обществе и зарождению просветительского движения. В сатирической, местами фривольной манере автор рисует нравы, царя щие при дворе восточного деспота. Однако вдумчивый читатель понимал, что в метафорической форме Монтескье обличает нравы и порядки фран цузского абсолютизма. В том же духе выдержаны многие произведения Вольтера (Франсуа-Мари Аруэ), в частности «Философские повести», опубликованные в се редине столетия. В них отразились события Семилетней войны, государственные перевороты и смены династий, общественная борьба. Просветительскими мотивами проникнуты произведения француз ского драматурга Пьера Бомарше, в особенности комедии «Севильский цирюльник» и «Свадьба Фигаро». Монтескье прославился и как глубокий полити ческий мыслитель, автор трактата «О духе законов». Вслед за Локком он выступал за разделение законодательной, исполнительной и судебной властей как политических сил, каждая из которых могла бы сдерживать другую. Судебная власть, по его мнению, должна была принадлежать не учреждению, а лицам, по установленному порядку привлекавшимся из народа в состав суда. Законодательную власть народ должен был осу ществлять через своих представителей. И лишь исполнительную власть Монтескье предполагал оставить в руках монарха. Разрабатывая свой конституционный проект, Монтескье исходил не из абстрактной природы человека, а из совокупности объек тивных предпосылок, определяющих «дух законов» того или иного народа. Почти все французские просвети тели подвергались разного рода пре следованиям. Дидро был заключен в Венсенский замок, Вольтер — в Бас тилию, Гельвеции был вынужден от речься от своей книге «Об уме». Борьба с правительством придала яр кое своеобразие французскому Про свещению, способствовала радикали зации его программы. Руссо и его последователи выделяло главным образом убеждение, что сам человек разрушил это гармоническое «естественное состояние» и окружил себя противоречащими закону природы учреждениями, которые извратили его собственную природу, обрекли его на бедствия и страдания, «...Исчезло равенство, появилась собственность... — писал Руссо, — и обширные леса превратились в радующие глаз нивы, которые надо было орошать челове ческим потом и на которых вскоре были посеяны и выросли вместе с уро жаем рабство и нищета». Цивилизация настолько изменила людей, что отказаться от нее они уже не могли. Но если нельзя было вернуться к «ес тественному состоянию», то еще можно было, устранив чрезмерное не равенство в обществе, восстановить утраченные добродетели как бы на новой основе. Сделать это неимовер но трудно, потому что на страже нера венства стоит деспотизм, силой удер живающий подданных в повинове нии. И чтобы низвергнуть его, тоже требуется сила: «Восстание, которое приводит к убийству или к свержению с престола какого-нибудь султана, — это акт, столь же закономерный, как и те акты, посредством которых он толь ко что распоряжался жизнью и иму ществом своих подданных». Этой мыслью вдохновлялось целое поколе ние революционеров конца XVIII в. Влияние идей Руссо было очень огромно. В подготовке идеологии французской буржуазной революции ему принадлежит важная роль, хотя сам он был далек от понимания неизбежности революционной борьбы. Кареев Н . И . Французская революция в истории философии . - Сыктывкар : Сыкт . ун-т , 1998. – С . 54-55. Особое место во французском Просвещении занимала школа экономистов-физиократов. Их общепризнанным главой был Франсуа Кенэ. Являясь личным врачом маркизы де Помпадур и одним из медиков короля Людовика XV , он четверть века прожил в Версальском дворце, где у него собирались ученые, философы, писатели. В дискуссиях с ними оформились экономические взгляды Кенэ. Основное внимание он уделял развитию сельскохозяйственного производства, считая, что «земля есть единственный источник богатств и что одно только земледе лие умножает последние». Поэтому Кенэ требовал всемерного поощре ния производительного класса, прежде всего богатых фермеров. «В дерев ни следует привлекать не столько людей, сколько богатство», — подчер кивал он. Ученый предлагал переложить основную тяжесть налогового бремени с производителей и потребителей на земельных собственников и ввести свободу внутренней и внешней торговли. Во второй половине XVIII в. монархи многих стран Европы, в том числе король Фридрих II , эрцгерцогиня австрийская Мария-Терезия и ее сын и соправитель император Иосиф II , Екатерина II , проявляли живой интерес к просветительской литературе. Они успешно проводили реформы в области законодательства, управления, народного образования, экономики и т.д. в соответствии с целями и ценностями Просвещения. Политику абсолютистских правительств, направленную на осуществление целей и идеалов Просвещения, обычно называют просве щенным абсолютизмом. Между тем во Франции политика просвещенного абсолютизма дала наименьшие результаты. Людовик XV не интересовался просветитель ской литературой. Длительный период его правления был безвозвратно упущен для реформ. Реформа парламентов, осуществленная в конце правления Людовика XV , оказалась половинчатой. Она не сопровождалась созывом нового представительного собрания, что могло бы удовлетворить против ников абсолютизма. В 1774 г. королем стал Людовик XVI (рис. 1) — - внук Людовика XV . Рис.1. – Людовик XVI Он был об разованным человеком и сочувствовал некоторым идеям Просвещения. Однако новый король был непоследователен. Неудачи в реформах фактически обрекли на поражение политику просвещенного абсолютизма во Франции. Арзаканян М.Ц . История Франции . – М .: Чтиво , 2001. – С . 167-175 1.2. Демократическое настроение буржуазии 70-80-х гг. XVIII в. Настроение большей части буржуазии в 70-х и 80-х годах было радикальное и народническое. Печатались листки, изображавшие трудового человека несущим всю тяжесть королевства, на которую еще воин надавил рукой сверху, или отверженного наземь закованного tiers etat , который пробуждается, сбрасывает цепи и берется за оружие в то время, как дворянин и аббат отскакивают в ужасе. Никому в такой мере не удалось схватить оппозиционные чувства буржуазии, как Бомарше в его комедии «Свадьба Фигаро» (1784). Действие будто бы происходит в Испании. Фигаро, бывший цирюльник, теперь лакей и фактотум сеньора, которому он схлопотал и брак, и богатство, хочет, наконец, устроить собственное счастье, но встречает сотню препятствий: ведь он бесправный мещанин, да еще, в частности, оказываются права и притязания па пего и на его невесту со стороны самого сеньора, которому он служит; но Фигаро бесконечно изворотлив и, в конце концов, торжествует над тупостью сеньора, беспомощного и невежественного во всех делах, как и подобает лицу благородного сословия. Вся пьеса построена на глупых преувеличениях, но ее очень хорошо поняли как аллегорию, и под этой маскировкой и прошло множество ядовитых замечаний. Между прочим, Фигаро замечает по поводу порядков в «Мадриде» (т.е. во Франции): «Говорят, установилась свобода печати под условием, чтобы я не касался ни властей, ни церкви, ни политики, ни чиновных лиц, ни религии, ни нравственности, ни Оперы или других театров, ни кого бы то ни было, кто с кем-нибудь имеет связи; я могу все печатать свободно под наблюдением двух или трех цензоров». Еще до своего появления на сцене пьеса вызвала разные толки, и ее сначала запретили ставить. Король Людовик XVI даже отозвался на случайный донос и посадил Бомарше в тюрьму, причем для скорости, чтобы не отрываться от карточного стола, написал приказ на пиковой семерке. Бомарше пришлось самому проявить всю изворотливость Фигаро, чтобы добиться у двора разрешения; он достиг еще большего: его ходатаями стали королева Мария Антуанетта и брат короля; придворные сыграли пьесу, и версальское барство смеялось, таким образом, над самим собой. В 50-х и 60-х годах XVIII в. Руссо стоял довольно одиноко со своим учением о народном верховенстве; притом он предлагал такую форму демократической республики, которая была пригодна только для маленьких швейцарских кантонов. Гораздо более распространены демократические идеи во Франции в 70-х и 80-х годах; Мабли, характерный их выразитель, предлагает передать высшую законодательную власть собранию народных представителей, что было уже вполне осуществимо в передовой стране. При таком устройстве главная роль в государстве должна была достаться многочисленному и зажиточному среднему классу, т.е. буржуазии. Мабли соединяет с этим устройством главное правило, предложенное Монтескье,— разделение властей: король и его советники, образуя исполнительную власть, не должны иметь никакого участия в законодательном деле народных представителей. Мабли выражает собой всю гордость вновь поднимающегося среднего класса; легкомысленным, праздным и развращенным высшим сословиям он хочет противопоставить идеал суровой добродетели; все счастье народа, по его мнению, зависит от чистоты нравов. Это убеждение, что буржуазия проникнута высшими нравственными началами и борется против эгоизма и произвола устарелой тирании, сильно звучит у молодого поколения. Когда перед революцией буржуазия в Бретани потребовала себе участия в местных штатах, а бретонское дворянство, одно из самых отсталых во Франции, отказалось удовлетворить требование, в главном городе провинции, Ренне, произошли уличные столкновения, среди которых были убиты дворянами два студента. Реннские студенты отправили делегата в многолюдный промышленный Нант, чтобы вызвать на помощь буржуазию этого города. Делегат в горячей речи приглашал «сплотиться против сословия, которое держит народ в рабстве, и безумный эгоизм которого видит в бедствии и слезах несчастных лишь ужасную повинность и хотел бы продолжить ее на будущие поколения». «Восстание во имя свободы и равенства должно занимать всякого истинного гражданина третьего сословия... но особенно молодых людей, это счастливое поколение, которому небо дало родиться достаточно поздно, чтобы насладиться плодами философии XVIII в.». Настроение буржуазии принимало тем более угрожающий характер против монархии, чем менее сама монархия склонна была к реформам и чем упорнее она держалась союза с привилегированными; но и среди последних были люди, вполне признававшие силу поднявшегося класса и разделявшие его взгляды и требования. Таков был маркиз Лафайет, участвовавший в американской войне, и граф Мирабо, порвавший прямо со своим сословием. На собрании штатов в Провансе, южной провинции, выдвинувшейся своей торговлей, Мирабо от имени третьего сословия бросил вызов «непроизводительному» классу: «Берегитесь и не пренебрегайте этой массой народа, которая все производит, — народа, который может показать всю страшную силу свою, перестав работать». Виппер Р.Ю . История нового времени . – М ., 1999. – С . 321-323 2. Социально-экономические причины революции 2.1. Сословные противоречия во Франции во второй половине XVIII в. Социальные причины французской революции следует искать в сословной системе Франции. Во второй половине XVIII в. все население Франции по-прежнему подразделялось на три сословия , причем первые два — духовенство и дворянство — сохраняли все свои старинные привилегии. Буржуазия , крестьянство , плебейские массы городов принадлежали к третьему сословию. Первое сословие страны - священники (1% населения) - имело 10 % земли. Священников в стране было около 100 000. Как ни ничтожен был численно весь контингент духовенства, социальные контрасты , характерные для всей страны, воспроизводились внутри этого сословия с поразительной резкостью. Многие деревенские священники были бедны, а по своему социальному происхождению они были непосредственно связаны с третьим сословием . Многие из них поддержали революцию. Совсем иным было положение церковной аристократии: архиепископов и епископов (всего 135 человек ), аббатов и аббатис, возглавлявших 1100 мужских к 678 женских монастырей (в общем к монашествующему духовенству принадлежало около 60 тыс. человек). Годовые доходы некоторых архиепископов доходили до 100-200 тыс. ливров. Архиепископы и епископы жили, как светские аристократы, в роскошных дворцах, часто устраивая пышные приемы и щедро одаряя своих фаворитов и фавориток. При Людовике XV среди епископов были еще выходцы из третьего сословия, однако в следующее царствование, в 80-х годах, лицам недворянского происхождения был полностью закрыт доступ не только в епископат, но и ко всем другим сколько-нибудь выгодным церковным должностям. Не доверяя низшему духовенству, Людовик XVI воспретил приходским священникам собираться на съезды без разрешения епархиальных властей. Епископы перемещали сельских священников из одного прихода в другой по своему произволу. Второе сословие представляло французское дворянство. Оно составляло 2-2,5% населения Франции, имея при этом 20% земли. Дворяне, как и священники, пользовались многочисленными налогами с крестьян. Дворянство состояло из двух различных групп: «дворянства шпаги» и «дворянства мантии». Главной обязанностью дворянства шпаги была военная служба. Однако в 1789 г., по подсчету Лавуазье, только 18 323 дворянина были действительно способны носить оружие . Дворянство шпаги, как и духовное сословие, не было однородно. Иным дворянам и шпагу купить было не на что. В одном и том же втором сословии были и безземельные, и мелкопоместные дворяне, и сеньоры , владевшие тысячами гектаров земли, преимущественно титулованная знать: герцоги , маркизы , графы и виконты . В 1771 г. во Франции было 70 тыс. дворян, из них 3 тыс. титулованных. Королевский двор — эта, по выражению передовых современников, « могила нации» — привлекал аристократов, покидавших свои поместья, чтобы вести паразитическое существование в Париже или в Версале за счет королевских милостей и субсидий. Король и принцы показывали пример расточительности. Состояние герцога Орлеанского, родственника короля по младшей линии Бурбонов, оценивалось в 114 млн. ливров, а его долги — в 74 млн. ливров. Угождая королю и его фаворитам, дворяне жили выше своих средств, делали долги и даже богатейшие из них нередко разорялись. Провинциальное дворянство относилось недружелюбно и даже враждебно к дворянству придворному, а старые аристократические семьи презирали выскочек-фаворитов, часто приобретавших титулы и влияние при дворе. Существовали, однако, и гораздо более важные различия в среде дворянства: независимо от древности рода одни дворяне были фанатическими защитниками феодальных порядков, другие склонялись к реформам , к капиталистическим, а не к феодальным методам эксплуатации крестьянства. Отдельные аристократы были причастии к колониальной торговле. Банкирские операции, ростовщичество , коммерческое домовладение, добывающая и обрабатывающая промышленность интересовали этих высокопоставленных дворян отнюдь не менее, чем коммерсантов, принадлежавших к бесправному третьему сословию. К дворянству мантии относилась судейская знать, члены высших судебных учреждений — парламентов и высших финансово-административных органов. В XVI— XVII вв. эта чиновная знать носила еще название люди мантии и резко отличалась от дворянства шпаги своим происхождением: люди мантии были выходцами из третьего сословия. Но постепенно их связи с третьим сословием утрачивались и они превращались в прослойку господствующего класса феодалов — дворянство мантии. Социальное лицо основной массы дворянства мантии и его реакционную роль в XVIII в. гневно характеризовали буржуазные просветители. «Высшая судебная магистратура, — писал Дидро, — нетерпима, ханжески лицемерна, глупа; она хранит свои готские и вандальские обычаи ... и жадно стремится вмешиваться во все — в религию, в государственные дела, финансы , искусство и науку и вследствие своего невежества, корысти и предрассудков всегда все запутывает». Всемирная история . Т . 16. Европа под влиянием Франции / Под ред . Бадак А.Н . – М .: Мысль , 1986. – С . 8-10. 95-97 % населения страны относилось к третьему сословию. В его рядах были французские буржуа, служащие, городской плебс (санкюлоты), крестьянство. Именно в этом сословии наблюдались признаки классового расслоения. Буржуазия во Франции к концу XVIII в. составляла 8% населения страны (примерно, 2,3 млн.), которой принадлежало 20% земли. Землю крупные французские буржуа предпочитали сдавать в аренду крестьянам, нещадно их эксплуатируя. За аренду земли последние отдавали половину своего урожая (отсюда название этой категории крестьян – «половники»). Королевский двор издавна поощрял развитие буржуазного класса в своей стране, пользуясь его богатством для пополнения французской казны. Так, реформы Кольбера закрепили политику меркантилизма во Франции, которая предполагала государственное вмешательство в экономику. Эта политика способствовала установлению в стране системы протекционизма и государственного долга; поощряла развитие мануфактур и внешнюю торговлю, колониальную экспансию, что, в конечном итоге, способствовало первоначальному накоплению капитала и вело к утверждению рыночных отношений и буржуазного класса. Соколов Н . Н . Великая французская революция конца XVIII в . Причины революции . / Вопросы истории . – 2002. - № 2. – С . 12-13. К крупной буржуазии принадлежали откупщики , банкиры, судовладельцы, купцы-оптовики, многие домовладельцы- коммерсанты , крупные промышленники— мануфактуристы. Возможностью быстрой наживы за счет бесправного и все более разоряемого народа особенно широко пользовались откупщики налогов. Прогрессивная часть французского общества относилась к откупщикам с нескрываемым презрением. В одном богатом доме, куда был приглашен Вольтер , все гости обязались рассказать что-нибудь о разбойниках. Когда дошла очередь до Вольтера, он сказал: «Жил-был один откупщик... Господа, остальное я позабыл». Увлечение Америкой, охватившее французское общество в конце 70-х годов XVIII в. показывало, что в нем самом совершается великая перемена: оно прониклось идеями демократии и политической свободы. Буржуазия, заключавшая в себе богатство и умственные силы страны, выдвинулась на первое место и потребовала себе участия в управлении. Промышленники и люди свободных профессий, ученые, техники, врачи, адвокаты, частью связанные интересами своих занятий с промышленной группой, частью близко к ней стоящие по характеру жизни, привыкли противопоставлять себя привилегированным, которые по преимуществу владели землей, и считали их «праздными и бесплодными» классами. Правда, королевское правительство притягивало буржуазию к делам: сбор налогов находился в руках откупщиков из ее среды, и это были богатейшие люди в стране; интендантов назначали преимущественно из числа непривилегированных. Но буржуазия была недовольна хозяйствованием правительства. В финансах не было порядка: масса денег тратилась на блеск двора, на бесчисленные подарки и пенсии дворянству, составлявшему свиту короля и заполнявшему бесполезные должности; на отдельные отрасли управления не ассигновывалось определенных сумм; постоянно оказывались недочёты, приостанавливались большие сооружения, и казалось, что новые займы идут на непроизводительные выдачи, против которых и бережливые министры ничего не могли поделать. Наконец, эти неумеренные займы приводили в смущение самих кредиторов: откуда возьмет двор средства платить по ним? Не прибегнет ли он к банкротству, которое разорит сотни тысяч зажиточных людей? Между тем, за несколько десятков лет французская буржуазия чрезвычайно разбогатела и усилилась. Это было особенно заметно в крупных приморских городах, Марселе, Бордо, Нанте, больших фабричных пунктах, как Лион, и в самой столице, Париже, представлявшем громадный, центр потребления. Виппер Р.Ю . История нового времени . – М ., 1999. – С . 325-328 Финансы правительства давно уже держались не на поступлении податей, а на непрерывно возраставшей ссуде, которую оно добывало продажей процентных бумаг: бумаги («рента») покупались преимущественно буржуазией и особенно парижской; это был способ помещения сбережений. К 80-м годам долг дорос до 4,5 миллиардов. Задолженность государства вполне отвечала интересам откупщиков, банкиров, всех правительственных кредиторов. Известно, что Маркс считал государственный долг одним из самых сильных рычагов первоначального накопления. Государственные кредиторы составляли наиболее верноподданническую часть буржуазии. Лишь с появлением опасности государственного банкротства отношение и этой части буржуазии к правительству изменилось. В его глазах выход из постоянных финансовых затруднений правительства был очень прост: отменить привилегии в отношении подати и продать огромные угодья, которые ускользали от повинностей, между ними особенно церковные земли — этим способом можно будет погасить государственный долг и, вместе с тем, передать землю в руки более производительных сил. Привилегии, отсутствие равенства прав — вот главная преграда, которая мешает людям проявить свободно свое умение, приложить свой капитал. Многочисленная мелкая буржуазия состояла из цеховых мастеров, лавочников, владельцев мелких мастерских капиталистического типа. К мелкой буржуазии относилась и часть работников рассеянной мануфактуры, например многие лионские шелкоткачи, имевшие по три- четыре станка, для обслуживания которых сами мастера постоянно нанимали ткачей-подмастерьев. Все эти прослойки мелкой буржуазии мало различались по материальному положению и были объединены ненавистью к засилью привилегированных. Предпролетариат еще не выделялся заметно из общенародной массы, был слаб и сравнительно немногочислен. К различным прослойкам этого класса принадлежали ремесленные подмастерья, поденщики, ученики , рабочие мануфактур, портовые грузчики, шахтеры. Уже задолго до революции происходила глубокая социальная дифференциация в среде французского крестьянства. Крестьянам во Франции принадлежало 40 % земли. Это было единственное в стране податное сословие. Крестьяне платили талью - прямой налог; косвенные налоги на продажу вина (эд) и соли (габель). При этом они обязаны были исполнять многочисленные государственные повинности. Церковь собирала с них десятину, которая попадала в основном в руки епископов и других высших церковных сановников, редко оседая в местных приходах. Подавляющую массу сельского населения составляла беднота . Ужасающая нищета широких слоев крестьянства засвидетельствована многими современниками, в том числе и представителями тогдашней администрации. В 1742 г. один чиновник из Фалеза писал своему начальнику , интенданту : «Некоторые приходы платят очень мало (налогов), другие же — чрезвычайно обременены, чтобы не сказать — раздавлены, и жители этих приходов погибают в нищете. Эти люди голы, как черви, черны, как негры , питаются всю свою жизнь впроголодь и самой дурной пищей». Многочисленные феодальные повинности: шампар - подушная подать; баналитетные права, «смехотворные повинности», «право первой ночи» и т.п. достались французским крестьянам из глубокой древности, кстати сказать, во многом благодаря усилиям февдистов. Бедность в стране была ужасающей, но её степень была разной по регионам. На Юге Франции, например, некоторые историки насчитывают полторы тысячи крепостных (крепостничество для Западной Европы, как социальный институт, большинство зарубежных и отечественных авторов вообще исключают). Крестьяне обладали землей, считали её своей собственностью, но это никак не было узаконено. Право частной собственности на землю стало главным требованием крестьян в революции. Непосредственно участвуя в ней, крестьяне добились этого права, превращаясь после этого во всё более консервативную силу - противников революции. Эта тенденция проявляла себя в настроениях крестьян на всём европейском континенте. Классовая дифференциация во Франции накануне революции конца XVIII в. была налицо, но не с ней было связано начало французской революции. Она началась как борьба за власть аристократов и короля. Соколов Н . Н . Великая французская революция конца XVIII в . Причины революции . / Вопросы истории . – 2002. - № 2. – С . 13-14. 2.2. Экономические предпосылки революции Буржуазной революции 1789 г. предшествовал целый исторический этап , характеризовавшийся значительным экономическим подъемом. Начиная приблизительно с 30-х годов XVIII в. развитие капиталистических отношений во Франции стало происходить быстрее, чем в предшествовавший период — в XVI и XVII вв. Всемирная история . Т . 16. Европ а под влиянием Франции / Под ред . Бадак А.Н . – М .: Мысль , 1986. – С . 11-12 По свидетельству Жореса, примерно за 25 лет до начала революции начался значительный прогресс в земледелии. Он проявлялся в переходе от экстенсивного земледелия к интенсивному за счет капиталовложений в орудия труда и постройки, за счет применения новых научных методов в сельском хозяйстве. Так, например, в 1785 году в Париже было основано Королевское общество земледелия. Его председатель, маркиз де Герш, говорит в 1786 году: «промышленность должна прийти на помощь запущенному земледелию отдаленных провинций», и требует «помощи химиков, механиков и натуралистов». В провинциях создаются подобные общества для применения научных знаний в сельском хозяйстве. Однако обновлению сельского хозяйства мешают старые феодальные порядки, и в частности налог под названием десятина, и сама манера его сбора. Вот наказ крестьян округа Шательро Генеральным Штатам: «все согласны с тем, что существует только одно эффективное средство против всех зол (низких урожаев с тощей почвы, малочисленности и дороговизны скота): оно заключается в расширении естественных лугов и травосеяния. Но если преимущества такого земледелия для плодородия земли беспредельны, то и затраты на него тоже беспредельно велики. К прямым расходам надо еще прибавить и отсутствие дохода в течение первых лет, очень стеснительное для тех, кто имел смелость пойти на подобные начинания. Мы видим, что некоторые получатели десятины торопятся задушить эти старания в кантонах, где десятина с лугов (зеленая десятина) не взималась. Они требуют уплаты десятины с новых и с искусственно созданных лугов. Они грозят и запугивают наиболее робких, заставляя их, таким образом, платить этот вид десятины... Между тем, последствия этих противозаконных поборов гибельны для земледелия. Легко доказать, что десятина из одиннадцатой дани с виноградников и новых лугов, очень дорогого вида хозяйства, не может быть меньше одной пятой, чаще всего - одной четвертой, а иногда и третьей части чистого дохода. Введение такого огромного налога на луга может лишь разорить земледельца и привести его в отчаяние. Это злоупотребление создает еще новые помехи, т.к. земледельцы считают невыгодным распахивать старые луга, с которых получатели десятины ее не взимают, и заменять их новыми, с которых они ее требуют. И как раз этой спасительной реформе противодействуют получатели десятины вопреки разуму, справедливости и своим собственным интересам.» После крушения банка Ло еще долго, в течение 40 лет, продовольственные цены неуклонно росли, что способствовало дальнейшей дифференциации среди крестьянства; Во второй половине XVIII в. посевная площадь заметно увеличилась, и арендная плата значительно возросла. Взоры наиболее просвещенных дворян-землевладельцев стали все чаще обращаться к Англии, где в XVIII в. уже сложилась система капиталистического фермерства. Во Франции капиталистическое фермерство тогда только еще начинало развиваться. Однако интенсификация земледелия неизменно сопровождалась резким ухудшением положения крестьянства в данном районе. Сеньоры сгоняли крестьян-издольщиков и других мелких арендаторов с земли, заменяя их капиталистическими фермерами. Землевладельцы лишали крестьян их древних общинных прав: права выпаса скота на сжатых полях, собирания хлебных колосьев, оставшихся на земле после уборки снопов, собирания сухих сучьев, прогона скота через владения соседних общин. С 1770 по 1789 г. в большинстве провинций производился так называемый триаж , формально означавший выделение в пользу землевладельца третьей части общинной земли; фактически же триаж был средством грабительского присвоения сеньорами большей части общинного земельного фонда . Перенесение во Францию английских аграрных порядков было невозможно без ломки феодальных порядков. Отделение крестьян от земли, создание широкого рынка свободной рабочей силы — таково было одно из самых главных условий развития капитализма в Англии. Во Франции же подавляющее большинство крестьян состояло из цензитариев — людей юридически свободных, но зависимых от сеньоров в поземельном и судебном отношениях. Крестьяне-цензитарии были обязаны особым актом подтверждать свою зависимость от сеньора-землевладельца. Все акты о купле-продаже земли крестьянами хранились у сеньора; при переходе этой земли — цензивы — из одних рук в другие сеньор взимал с крестьян пошлину, доходившую до двенадцатой и даже до шестой части стоимости участка. Установленный навечно ценз ( чинш ), выплачивавшийся обычно деньгами, представлял сравнительно легкую повинность. Но он соединялся с различными натуральными поборами. Наиболее тяжелым из них был шампар , хлебный оброк , размеры которого приближались иногда к четвертой или пятой части снятого урожая. Сверх того, крестьянин был обременен дорожными, мостовыми и прочими пошлинами в пользу сеньора. Особенно угнетали крестьян баналитетные права сеньора: монопольное право помола зерна, хлебопечения, пользования виноградным прессом, погребами, кузницей. Дворяне-виноделы пользовались монопольным правом продажи винограда в течение 30— 50 дней в году, когда складывались наиболее выгодные условия сбыта. Большой ущерб крестьянскому хозяйству причиняли и прочие дворянские привилегии, в частности исключительное право охоты. Наряду с цензивой существовали различные формы аренды сеньориальных земель, и почти все эти формы аренды препятствовали развитию сельского хозяйства. В XVIII в., особенно со времени банкротства Ло, сроки аренды во Франции все более и более сокращались. Но даже в тех случаях, когда сроки доходили всего до четырех лет, сеньор нередко отнимал досрочно землю у арендаторов и по своему произволу передавал ее в другие руки. Широко было распространено во Франции половничество — обработка сеньориальной земли крестьянами-издольщиками, отдававшими землевладельцу около половины снятого урожая. Вплоть до 1789 г. даже в смешанных формах аренды, где имелись элементы половничества и элементы фермерской аренды, преобладала натуральная, а не денежная плата. Крестьянин-испольщик находился в тяжелой, кабальной зависимости; гужевая повинность его в пользу сеньора была неограниченной. Ни полукрепостной крестьянин-цензитарий, ни арендатор, вечно зависимый от произвола сеньора, не были заинтересованы в улучшении методов земледелия. Большинство арендаторов не обладало и материальными средствами, необходимыми для перехода к более совершенной технике сельского хозяйства. Наряду с сеньориальными повинностями церковь и государство со своей стороны обременяли крестьянство все более возраставшими поборами и налогами. Уже в XVII в. каждое повышение налогов вызывало сильнейшее недовольство и нередко вооруженные выступления народа. В XVIII в. вопрос о налогах приобрел еще более острый характер . « Налог не должен быть разорительным и несоответствующим всей сумме дохода нации». Этими словами начинался рукописный текст, составленный экономистом Кенэ и врученный им Людовику XV для печатания на типографском станке. Всевозможные поборы, и в том числе церковная десятина, все более возрастали. Крестьян особенно возмущала претензия духовенства распространять десятину на вновь вводимые культуры, а также распространение десятинной повинности на овечью шерсть и поросят, что справедливо считалось двойной десятиной. Прямые и косвенные государственные налоги, как явствует из депутатских наказов 1789 г., были непомерно тяжелы. Крестьяне деревни Вильбужи, близ города Санса, заявляли в 1789 г. о главном прямом налоге ( талья ): «... Приход в такой степени задавлен непосильной тяжестью тальи, что почти половина жителей доведена до нищенства». Однако, кроме тальи, крестьяне платили капитацию — поголовный налог и так называемую двадцатину. Раскладка двадцатинного налога производилась произвольно. Дворянство было вовсе освобождено от уплаты тальи и платило лишь ничтожную часть капитации (например, в Бретани в 1789 г. только одну четырнадцатую часть этого налога). Тяжкий косвенный налог на соль — габель — уже сам по себе возбуждал временами крестьянские волнения. Торговля солью была государственной монополией, и правительство , не считаясь с действительной потребностью крестьян, заставляло их покупать соль в излишнем количестве и по повышенной цене. Размеры тальи с 1715 по 1789 г. значительно возросли. Постоянный рост и всех прочих налогов, злоупотребления при их распределении, равно как и постоянная неуверенность в доходах, отражались на покупательной способности крестьян. Феодальные повинности, государственные налоги и судебные злоупотребления ограничивали развитие внутреннего рынка и стесняли развитие промышленности. Недостаточное развитие промышленности в свою очередь задерживало развитие сельскохозяйственного производства. Урожайные годы постоянно чередовались с недородами и неурожаями, когда, как например в 1739 г., по выражению одного провинциального администратора, «люди умирали повально, точно мухи». Эпидемические болезни , связанные с бедствиями голода , распространялись среди крестьян с невероятной быстротой; дистрофия была известна тогда под характерным наименованием: «народная болезнь». Всемирная история . Т . 16. Европа под влиянием Франции / Под ред . Бадак А.Н . – М .: Мысль , 1986. – С . 13-15 В торговле и мануфактуре капиталистическое хозяйство вытесняет цеховое хозяйство. Об этом свидетельствует увеличивающийся объем торгового оборота. Оборот торговли ярмарки в Каннах, в 1715 году, составил 2500 тысяч ливров, а в 1767 году - 9 миллионов ливров. Оборот торговли ярмарки в Бокере, где главным товаром были текстильные изделия, в 1750 году равнялся 14 миллионов ливров, а в 1788 году 41 миллион ливров. В 1708 году из Марселя в Левант было вывезено 10700 штук сукна, а в 1750 уже 59000 штук. С другой стороны, феодальные порядки стесняют развитие мануфактур. Например, в кожевной промышленности Парижа камнем преткновения был королевский штемпельный сбор. Дюпон де Немур, депутат от третьего сословия, составил следующий наказ: «Этот налог несправедлив сам по себе, ибо он установлен в размере 15% общей стоимости товара, то есть более 50% прибыли, которую на нем можно получить. Он связан с теми же обысками и притеснениями, как и взимание косвенных налогов. Он связан с еще более жестокими притеснениями, потому что чиновники властны не только подозревать и обвинять в обмане, но и подозревать и обвинять в одном из самых позорных преступлений, в подделке! И когда им вздумается бросить столь жестокое обвинение, то даже самый честный человек не в силах убедить их в том, что они ошибаются. И для спасения своей чести ему остается только купить их молчание, как это мог бы сделать преступник. В самом деле, из всех возможных материалов кожа наиболее способна полностью деформироваться в результате смены влажности и сухости. Можно утверждать, что нет ни одного правильного клейма, которое по прошествии нескольких месяцев нельзя было бы счесть за фальшивое с большой долей вероятности, как и нет ни одного фальшивого клейма, тщательно сработанного, которое можно было бы по какому-либо признаку отличить от подлинного. Эта невозможность точного определения была признана даже в преамбулах ряда законов, изданных по этому вопросу. И тем не менее этими законами установлены наказания вплоть до каторжных работ для мужчин и кнута для их жен и дочерей... Сбор с клеймения кож ужасающим образом сокращает производство и торговлю. Даже реестры управляющих взиманием этих сборов, расчеты, представленные ими с целью доказать, что взимаемый ими о сбор не так пагубен, как это утверждают предприниматели, свидетельствуют о том, что работа кожевенных мастерских королевства сократилась вдвое за те 29 лет, что они обложены этим сбором...» Хобсбаум Э . Век революции . Европа 1789-1848. – Ростов-на-Дону : Феникс , 1999. – С .82-84. Множество феодальных препон стесняло или даже делало невозможной предпринимательскую деятельность купцов и промышленников, внедрение промышленных машин. Так, например, сеньориальные права затрудняли разработку каменноугольных копей буржуазными предпринимателями, вынужденными арендовать их за высокую плату. В то же время леса истреблялись, цены на древесное топливо возрастали, и металлургическая промышленность, лишенная дешевого сырья, не могла достаточно быстро развиваться. Хлопчатобумажное производство развивалось сравнительно быстро. Но руанских мануфактуристов не удовлетворяли размеры французского хлопкового импорта . Они просили правительство воспретить французским колониям продавать свой хлопок другим государствам. Между тем в колониальной торговле были заинтересованы некоторые влиятельные аристократы. Поэтому вместо воспрещения продажи французского хлопка иностранцам правительство Людовика XVI освободило английских купцов от каких бы то ни было стеснений при покупке хлопка во французских колониях и даже на территории самой Франции. Заключив в 1786 г. новый торговый договор с Англией, согласно которому импортные пошлины на английские товары были значительно снижены, французское правительство нанесло тяжелый удар по своей отечественной промышленности. Настоящие фабричные предприятия возникали, но за редчайшими исключениями, оказывались убыточными и погибали. Из хлопкопрядильных фабрик, строившихся по типу аркрайтовой прядильни, сохранилось в годы экономического кризиса 1787-1788 гг. и получило дальнейшее развитие только одно предприятие, учрежденное в городе Лувье и принадлежавшее акционерному обществу. Крушение финансовой системы Джона Ло подорвало во Франции доверие к государственному кредиту. Между тем государственные потребности и интересы частного капитала в XVIII в. требовали развития кредита и его удешевления. Процент по займам был чрезвычайно высок; правительство вынуждено было платить по своим займам 12%. С ростом торговли и промышленности особенно обострилась потребность в различных банковских операциях . Однако вплоть до 80-х годов XVIII в. в провинциальных городах, за редкими исключениями, банков не было; только в Париже число банков быстро возрастало: в 1703 г. их было 21, в 1786 г. — 66. Монополия парижских банкиров и богатейших откупщиков налогов наносила большой ущерб французским финансам и противоречила экономическим интересам торгово-промышленной буржуазии. Как в основной сфере хозяйства, так и во вторичных областях, революции предшествует значительный расцвет в развитии производства и экономики в целом. С другой стороны, старые общественные порядки тормозят этот расцвет, и временами просто душат всякие начинания. Жорес делает наблюдение об отношении технической революции и социальной: социальная революция не может произойти на базисе старых форм производства; нужно чтобы старые формы производства уже начали вытесняться новыми для того, чтобы потребовался переворот в общественных отношениях. С другой стороны, новые научно-технические формы не могут полностью развиться, без предварительного переворота в общественных отношениях. Итак, технический переворот может начаться без социальной революции, но он только подготовляет почву для нее; социальная революция необходима для того, чтобы технический переворот мог продолжаться. Целью социальной революции должно быть является «полная демократия», т.е. как мы бы сегодня сказали, самоуправление коллективов и масс, состоящих из самоуправляемых коллективов. Дубровский О . Четыре автора о причинах революции во Франции в XVIII в . / Вопросы истории . – 1998. - № 2. – С . 25. 2.3. Феодальная реакция Почему революция разразилась тогда и почему она пошла именно по этому пути. Для этого необходи мо прежде всего рассмотреть так называемую «феодальную ре акцию», которая на самом деле явилась во Франции искрой для бочки с порохом. Хобсб аум Э . Век революции . Европа 1789-1848. – Ростов-на-Дону : Феникс , 1999. – С .84-85. Во второй половине XVIII в. во Франции произошло важнейшее формационное изменение - обратимость капитализма. Начал развиваться процесс рефеодализации в форме так называемой «феодальной реакции» (в странах Южной Европы - в Италии, Испании, Португалии этот процесс происходил век назад - в середине XVII в.). Это явление, безусловно, повлияло на все сословия, но прежде всего сказался на дворянах, которые стремились, используя его, закрепить феодальные отношения в стране. Тема «феодальной реакции» вызывает много споров в мировой историографии. Зарубежные авторы и некоторые советские и российские (А. Д. Люблинская, например) расценивают этот процесс как ответную реакцию феодалов на генезис капитализма на европейском континенте. Дворяне всей Европы в разное время (учитывая асинхронность зарождающейся буржуазной цивилизации на европейском континенте) стремились приспособиться к развитию капиталистических отношений, используя, в частности, процесс рефеодализации как более доступное им средство первоначального накопления капитала. Соколов Н . Н . Великая французская революция конца XVIII в . Причины революции . / Вопросы истории . – 2002. - № 2. – С . 15. Среди 23 млн французов 400 тыс. принадлежали к знати, до статочно спокойно, бесспорно являвшейся высшим сословием на ции, хотя не так надежно защищенным от вторжения в ее ряды низших по социальному статусу слоев, как, например, в Пруссии или кое-где еще. Они пользовались значительными привилегия ми, включая освобождение от уплаты ряда налогов, а также име ли право собирать феодальные подати. Политически их положение было не столь блестящим. Абсолютная монархия, будучи арис тократической и феодальной по своему характеру, лишила дво рян политической независимости и ответственности и сократила их старые представительные институты — штатов и парламен тов — до минимума. Этот факт продолжал терзать высшую ари стократию и совсем недавних (noblesse de robe) дворян мантии, созданных королями для различных целей, главным образом финансовых и административных; новые дворяне из рядов сред него класса, вошедшие в правительство, выражали через суды и штаты двойное недовольство аристократии и буржуазии. Эконо мическое недовольство дворян никоим образом не оставалось без внимания. Более воины, чем владельцы по рождению и тради ции, они зависели от дохода со сво их имений или, если они принадлежали к избранному меньшин ству придворных, — от выгодного брака, придворных пенсий, подарков и синекур. Но расходы дворянского сословия были ве лики и постоянно росли, а их доходы — поскольку они не распо ряжались своим состоянием, как бизнесмены — уменьшались. Предприниматели, если отваживались на это, несли потери. Ин фляция резко сокращала ценность фиксированного дохода с рент. Поэтому естественно, что дворяне были вынуждены пользовать ся своим единственным главным достоянием — привилегиями своего сословия. На протяжении XVIII в. во Франции, как и в других странах, они постоянно стремились занять официальные посты, на которые абсолютная монархия предпочитала брать тех нически компетентных и искусных в политике представителей среднего класса. К 1780-м гг. все дворяне должны были купить патент на офицерский чин, все епископы были дворянами, и даже столпы королевской администрации, интенданты, в основном были дворяне. Соответственно дворянство раздражало стремле ние среднего класса бороться за официальные посты, дворянство просто разрушало само государство, занимая места в провинци альной и центральной администрации. Таким образом они, и осо бенно беднейшие провинциальные дворяне, у которых было мало источников доходов, старались остановить сокращение своих при былей, выжимая все возможное из своих феодальных прав, вы могая деньги (или, гораздо реже, повинности) у крестьян. Французский историк Шере удачно назвал возобновившееся в 70-80-х годах XVIII в. резкое усиление феодальной эксплуатации феодальной реакцией. Для возрождения абсолютных прав дворянства или максимальному выявлению существующих был создан институт «февдистов», который занимался поиском повинностей крестьян тысячелетней давности, и появилась специальная профессия feudist (февдисты). Наиболее выдающийся ее представитель Гракх Бабеф впоследствии стал вождем первого коммунистического выступления в современной истории в 1796 г. Шере писал, что в эти годы сеньоры «проверяли свои документы, возобновляли свои поземельные росписи, вынимали из-под спуда долговые обязательства, от которых их предшественники имели благоразумие отказаться, придумывали новые обязательства, старались сломить сопротивление своих должников и затевали с ними бесконечные судебные процессы и беспощадную борьбу». В результате дво рянство раздражало не только средний класс, но и кресть ян. Хобсбаум Э . Век революции . Европа 1789-1848. – Ростов-на-Дону : Феникс , 1999. – С .84-86 В происхождении феодальной реакции 70— 80-х годов большое значение имело также падение цен на сельскохозяйственные продукты. С 1770 по 1780 г. цены на пшеницу в общем, не считая коротких моментов подъема, падали, а с 1780 по 1787 г. оставались сравнительно низкими. Еще более резко в эти годы снизились цены на вино и с ними доходы виноделов. Неблагоприятная рыночная конъюнктура для важнейших отраслей сельского хозяйства в 70— 80-х годах XVIII в. была одной из причин того усиления феодальной эксплуатации, которое и составляет сущность происходившей в эти годы феодальной реакции. Между тем в предшествовавшие времена в условиях почти непрерывного роста продовольственных цен во Франции уже появились заметные элементы капиталистического фермерства. Интерес к передовым методам земледелия ранее никогда не приобретал во Франции такой остроты, как в 40— 60-е годы XVIII в. До середины века французские ученые общества почти не интересовались вопросами агрикультуры, а в 1762 г. сразу три провинциальные академии (в Руане, Бордо, Месе) объявили конкурс на лучшее сочинение о способах мелиорации земель. Стремлении к усовершенствованию сельского хозяйства внезапно проникло в различные слои французского общества. Среди «фанатиков агрикультуры» был, например, старый ученый Дюамель дю Монсо, член французской и пяти иностранных академий, аббат Розье, лауреат Лиможского сельскохозяйственного общества, аптекарь Пармантье, страстный пропагандист культуры картофеля (в те времена еще мало распространенной во Франции), и многие другие энтузиасты, встречавшие горячее сочувствие и поддержку среди французских просветителей. В этих условиях феодальная реакция приобретала особенно крупное политическое значение: вместо ожидавшихся реформ, которые содействовали бы распространению агрономических нововведений, повсеместно усилился феодальный гнет, и подавляющее большинство дворянства стало еще более ревностно, чем раньше, охранять неприкосновенность феодальных порядков. При таком резком обострении противоречий между капиталистическим укладом и феодально-абсолютистским строем стал неизбежным раскол в среде привилегированных. Новой и существенно важной объективной закономерностью в развитии французского общества на данном этапе было появление широкого либерального течения, а затем и либеральной политической группировки дворян, сторонников буржуазных преобразований. Кроме непосредственных экономических интересов, была и другая, отнюдь не менее важная причина, побуждавшая передовых, наиболее дальновидных представителей дворянства и духовенства думать и писать о безотлагательных реформах . Феодальная реакция крайне обострила недовольство широких крестьянских масс. С 1782 г. крестьянские волнения во Франции резко усилились. 2.4. Усиление народного движения 60-80-х гг. Во второй половине XVIII в. как в городе , так и в деревне почти не прекращались народные волнения. В одной Нормандии, где, по признанию местного парламента , голод заставлял целые деревни переходить «на пищу животных», крестьянские восстания вспыхивали шесть раз в течение небольшого периода — с 1752 по 1768 г. В годы феодальной реакции крестьянские волнения усилились, особенно в Пуату, Визилё, районе Севеннских гор, в Виварё, Жеводане. Движения городского населения были тоже довольно часты. Взрывы недовольства низов городского населения отмечались в 1770 г. в Руане и Реймсе. В XVIII в. в связи с ростом капиталистической мануфактуры массовое движение часто приобретало форму стачечной борьбы. В Невере рабочие стачки и восстания (по выражению местных властей, мятежи) происходили в 50-60-х годах почти регулярно через каждые два-три года. Значительный конфликт между трудом и капиталом вспыхнул в 1744 г. в Лионе. Это была хорошо организованная стачка лионских шелкоткачей. Местный интендант писал тогда о ткачах-стачечниках: «Они не грабили и не убивали. Но они насильно заставили купеческого старшину подписать приказ ... продиктованный ими самими». Речь шла об отмене только что введенного регламента , создававшего более тяжелые условия труда шелкоткачей. Жестокие репрессии, которым подверглись организаторы стачки, не прекратили стачечной борьбы. Восстания начинаются сразу после смерти короля Людовика XV в 1774 году. Народ ждет немедленных улучшений. Ведь число официально зарегистрированных нищих в этот период превышает один миллион человек, при общем населении в 25 миллионов. В апреле 1775 года начинаются бунты в Дижоне, Версале, Сен-Жермене, Понтуазе, Париже, в 1782 г. — в Пуатье . В Дижоне народ громит дома и мельницы хлеботорговцев. Затем тоже происходит в Оксере, Амьене и Лилле. Народ собирается в Понтуазе, в Пуасси, в Сен-Жермене, и направляется в Версаль с прошением к королю снизить цены на хлеб. Король конечно же это обещает, но не выполняет. Войска рассеивают «разбойников» которые вошли в Париж и разгромили булочные. «Двое бунтовщиков были повешены на площади Грэвы, и, умирая, они кричали, что умирают за народ.» С 1782 и 1783 гг. бунты, однако, возобновляются и идут, все усиливаясь, до самой революции. Стачки в Лионе возникали в 1752, 1759, 1771, 1774, 1778 и 1786 гг.; последняя из этих стачек называется в буржуазной исторической литературе «мятежом 1786 г.». Волнения начались со стачки каменщиков, потребовавших от подрядчиков упорядочения выдачи заработной платы . Затем в связи с ростом дороговизны началась совместная стачка шелкоткачей и шляпников, основная причина: несоответствие заработной платы и стоимости жизни, требование увеличения сдельных расценок. Стачечники-демонстранты двигались по городу стройными колоннами. После кровопролитной схватки с воинскими частями они окружили ратушу и заставили представителей местной власти подписать приказ о повышении сдельных расценок. Но вскоре это движение было подавлено. Руководитель стачечников-повстанцев Пьер Соваж был казнен. 1787 год - парижский парламент отказывается регистрировать указ короля о новых пошлинах. Парламент ссылают в Труа. Народ проводит бурные демонстрации в поддержку парламента, и, так как волнения усиливаются, то парламент возвращается в Париж. 1788 год - восстание в Бретане. Причина: конфликт между парламентом и королем. То же самое происходит в Гренобле. В этом же, 1788 году в Париже происходят столкновения между войсками и народом во время шествий и демонстраций где народ празднует отставку его кровососов, таких например как архиепископа Санса. Всемирная история . Т . 16. Европа под влияни ем Франции / Под ред . Бадак А.Н . – М .: Мысль , 1986. – С . 15-16 3. Политические причины революции 3.1. Неудачи реформ Политические причины революции были связаны с кризисом французского абсолютизма . Он зародился и расцвёл при Людовике XIV ( 1661 - 1715 гг .) Его преемник - Людовик XV (1715-1774 гг .) унаследовал власть в 5 лет . Был плохо образован . Жизнь потратил на многочисленных фавориток . Мадам де Помпадур (1721-1764 гг .) в течение 20 лет вместе с королём управляла страной . Дворяне в это время стали ук реплять своё политическое влияние в стране , утерянное ими при Людовике XIV. История великой революции начнется за 15 лет до взятия Бастилии, когда на французский престол в 1774-м вступит Людовик XVI. Предшественники оставят ему в наследство отработанную систему абсолютной власти: он может издавать и отменять любые законы, устанавливать и собирать любые налоги, объявлять войну и заключать мир, решать по своему усмотрению все административные и судебные дела. От двадцатилетнего короля ждут реформ, но он оказывается человеком бесхарактерным и нерешительным. Вот что говорят о Людовике в 1785-м: «его можно было склонить к реформам, но еще легче - отговорить от них; он постоянно метался от реформ к реакции и снова к реформам, чтобы в конце концов оставить все по-старому». Для многих эти слова, безусловно, напомнят другого исторического лидера - уже нашей эпохи... Людовик XVI (1774-1792 гг.) отличался многими добродетелями, был хорошо образован, но абсолютно не интересовался политикой. В день взятия Бастилии 14 июля 1789 г. он записал в своем дневнике: «Ничего». При Людовике XVI активизировались местные парламенты (их во Франции было 13). Особенно активным был Парижский. С древних времен местные парламенты обязаны были регистрировать королевские законы, но к концу XVIII в. они стали добиваться больших полномочий для себя: хотели, в частности, восстановить свое право вотировать королевские указы и законы. Герцог Орлеанский в период своего регентства при малолетнем Людовике XV дал им такое право. Повзрослев, Людовик XV в начале 1770 - х гг. не только его отнял, но и вообще разогнал местные парламенты. Придя к власти в 1774 г., Людовик XVI в. восстановил местные парламенты, стремясь использовать их для сбора налогов с населения. Однако местные парламенты не оправдали надежд королевского дома, все очевиднее превращаясь в центры сопротивления французской монархии (сказывался финансовый кризис в стране после поражения Франции в Семилетней войне 1756-1763 гг.) Соколов Н . Н . Великая французская революция конца XVIII в . Причи ны революции . / Вопросы истории . – 2002. - № 2. – С . 15-16. Чтобы успокоить страсти, кипевшие вокруг реформы парламентов, Людовик XVI просто ее отме нил. Первые годы царствования Людовика XVI ознаменовались, однако, такими реформами, которые могли бы способствовать развитию капитализма во Франции, если бы их вскоре не отменили. На пост генерального контролера финансов был призван Тюрго (рис. 2), крупный государственный деятель и выдающийся экономист-теоретик, физиократ. Ему и принадлежала инициатива реформ, проведенных в 1774-1776 гг. Тюрго отменил стеснения хлебной торговли, уменьшил пошлины с ввозимых в города продовольственных товаров, распространив одновременно этот налог на привилегированных. Привилегированные сословия были, кроме того, обложены дорожной пошлиной, а государственная крестьянская повинность — дорожная барщина — была упразднена. В 1776 г. Тюрго лишил сеньоров-виноделов важнейшего для них баналитетного права. Все это вызвало против него сильнейшее недовольство аристократии и всего дворянства. Рис. 2. - Анн Робер Жак Тюрго Тюрго восстановил против себя и часть буржуазии. По предложению Тюрго в январе 1776 г. король подписал указ, уничтоживший цеховые корпорации и гильдии. За исключением четырех-пяти профессий, все виды торгово-промышленной деятельности были освобождены от всяких ограничений и регламентов. Но часть французской буржуазии извлекала выгоды из монополий. Особенно сильно были возмущены так называемые шесть гильдий города Парижа (меховщики, торговцы колониальными товарами, галантерейщики и др.). По выражению историка Мишле, «надменная потомственная лавка была взбешена не менее, чем Версаль». Перечисленные реформы Тюрго были лишь первым шагом к намечавшимся им дальнейшим, не менее серьезным преобразованиям. Судебная аристократия знала, что Тюрго не сочувствовал восстановлению парламентов, ликвидированных в предшествовавшее царствование канцлером Мопу. Высшему духовенству было известно отрицательное отношение Тюрго к отмене Нантского эдикта. Вскоре после коронации Людовика XVI Тюрго вручил королю свой «Мемуар о веротерпимости». Привилегированная городская магистратура с тревогой ожидала административных преобразований Тюрго, который разработал план единого общинного и городского самоуправления. Органам самоуправления предполагалось передать распределение налогов и руководство местными общественными работами, в первую очередь дорожным строительством. Эти органы должны были состоять из лиц, выбираемых не по сословному принципу , без разделения граждан на курии. Избирательное право предполагалось предоставить землевладельцам с определенным размером дохода. Уничтожение цехов, слухи о муниципальной реформе и почти одновременное появление смелой брошюры «О неудобстве феодальных прав», написанной Бонсерфом, другом и единомышленником Тюрго, умножили число врагов реформатора, объединили против него князей церкви, сеньоров, дворянство мантии и финансистов. Брошюра Бонсерфа была сожжена палачом по приговору парламента. Враги Тюрго воспользовались продовольственными затруднениями 1775 г. и народными волнениями (так называемой мучной войной), чтобы свалить министра. В мае 1776 г. Тюрго получил отставку, все реформы были отменены. 3.2. Финансовый кризис конца XVIII в. Ф ранция при Людовике XVI, как никогда , столкнулась с массой острых проблем , прежде всего , финансовых . Церковь и дворянство не платили налогов , а основная масса французов , окончательно обнищав к концу XVIII в ., была не в состоянии это делать . Повсеместно сит уацию усугубляли таможенные барьеры на торговлю . Франция была разделена на синешальства , женералитеты , провинции ; каждая из этих административных единиц имела свою валюту , свои меры весов ; их разделяли таможенные границы . На содержание Версальского дворца и королевского дома приходилось тратить 4 - 5 % всех доходов казны . Финансовую ситуацию в стране усугубляли затраты королевского двора на помощь американским патриотам в их борьбе за независимость от Англии ( так Людовик XVI мстил англичанам за то , что те в ходе Семилетней войны отторгли у Франции часть её колониальных владений в Канаде .) К концу 80 - х гг . XVIII в . наступило банкротство французской казны . Половина всех королевских доходов уходила на оплату государственного долга - 126 млн . ливров ежегодно ( общий долг страны в это время составил 4 триллиона ливров ). Эта сумма долга не превышала значительно тех сумм , что была должна казна Англии , или , скажем , Голландии . Но беда французского правительства заключалась в том , что , в отличие , например , от английс кого правительства или правительства тех же голландцев , оно не могло собрать деньги на погашение своих долгов . Генеральные контролёры финансов ( министерская должность ), сменяя друг друга , пытались решить эту проблему , но безуспешно . Неккер (1732-1802 гг.) был одним из них. Он скрывал реальное положение дел в области финансов, поэтому его преемникам трудно было объяснить народу, почему власти в очередной раз повысили налоги. В частности, с этой проблемой столкнулся Шарль де Калонн, который в 1783 г. стал Генеральным контролёром финансов. Местные аристократы выражали свою готовность помочь в разрешении финансовых проблем, но только при условии расширения их политических прав. Таким образом, провинциальное дворянство, повторяя опыт дворянской Фронды в середине XVII в., пыталось ограничить абсолютную власть короля. Калонн в ответ выдвинул проект бессословного поземельного прямого налога. На практике это означало, что владельцы земли обязаны будут платить налоги. Как и следовало ожидать, местные парламенты не захотели брать на себя такую ответственность. «План Калонна» был сорван. Король отправил его в отставку. Виппер Р.Ю . История нового времени . – М ., 1999. – С . 347-353 Вместе с этим Францию поразили торгово-промышленный кризис 1787-1789 гг. и неурожай 1788 г. Масса малоимущих крестьян, работавших в деревнях на капиталистическую мануфактуру и скупщиков, лишилась из-за кризиса в промышленности своего приработка. Многие крестьяне-отходники, обычно уходившие в крупные города осенью и зимой на строительные работы, тоже не находили применения своему труду. В небывалых размерах возросли нищенство и бродяжничество; в одном Париже число безработных и нищенствующих составляло почти треть всего населения. Нужда и бедствия народа достигли предела. После неурожая 1788 г. народные восстания охватили многие провинции королевства. Восставшие крестьяне взламывали хлебные амбары и помещичьи закрома , заставляли торговцев хлебом продавать его по более низкой, или, как тогда говорили, «честной», цене. Характеризуя внутреннее положение Франции в начале XV II I в., маршал Вобан, военный инженер и экономист, писал, что десятая часть жителей Франции нищенствует, а половина населения по бедности лишена возможности подавать милостыню нищим. Национальное богатство Франции резко уменьшилось. Доведенные до отчаяния бременем налогов и злоупотреблениями местных властей, крестьяне и плебейские массы городов непрерывно поднимали восстания, для подавления которых использовались части регулярной армии. Всемирная история . Т . 16. Европа под влиянием Франции / Под ред . Бадак А.Н . – М .: Мысль , 1986. – С . 18 3.3. Крах абсолютизма Людовика XVI В 1787 г . был созван Совет нотаблей , который одобрил отставку Калонна . Кроме того , французские аристократы потребовали созыва Генеральных штатов , рассчитывая решением национальног о парламента при поддержке короля увеличить бремя налогов на третье сословие . Сменивший Калонна на посту Генерального контролёра архиепископ Тулузы Этьен Бринье (1724-1794 гг.) в изменившихся обстоятельствах попытался в очередной раз склонить местные парламенты принять «план Калонна» и обойтись таким образом без созыва Генеральных штатов. Их созыв окончательно подорвал бы абсолютную власть Людовика XVI, что, в свою очередь, способствовало бы усилению политического влияния аристократов в стране. В 1788 г. местные парламенты и, прежде всего, Парижский, под давлением Совета нотаблей, снова отклонили «план Калонна». В ответ король в очередной раз распустил местные парламенты. В стране наступила политическая анархия, что неизбежно вынудило королевский двор пойти на созыв национального собрания. Об этом было объявлено в июле 1788 г. 5 мая 1789 г. начались заседания Генеральных штатов. По - существу, этот факт означал крушение абсолютизма в стране. Вопреки воле короля Генеральные штаты вновь восстановили местные парламенты. При этом в сентябре 1788 г. аристократы решили, что голосование в Генеральных штатах будет проводиться по принципу: одно сословие - один голос. Третье сословие в результате противопоставлялось первому и второму и фактически обрекалось на поражение при голосовании по любому вопросу. Королевский Совет одобрил такой порядок голосования, что, безусловно, свидетельствовало о беспомощности королевского дома противостоять влиянию аристократов и церкви. Это, в свою очередь, настроило третье сословие и против короля. Не случайно перед этим решением, 25 сентября 1788 г., появился знаменитый памфлет аббата Сиейеса (1748-1835 гг.) : «Что такое Третье сословие?». "Hичто! - отвечал в памфлете Сиейес.- Чем оно является сегодня? Ничем! Чем оно хотело бы быть? Хоть чем - то!" Третье сословие в Генеральных штатах добивалось запрещения преследований со стороны властей без суда и следствия (letters de cartes); предлагало снизить налоги и собирать их со всех сословий; оно также настаивало на регулярном созыве национального парламента страны (через 4 года). Соколов Н . Н . Великая французская революция конца XVIII в . Причины революции . / Вопросы истории . – 2002. - № 2. – С . 16. Вопреки расчетам двора решение о созыве Генеральных штатов не принесло успокоения, а лишь способствовало усилению политической активности широких масс. Составление наказов депутатам, обсуждение этих наказов, сами выборы депутатов третьего сословия - все это в течение длительного времени накаляло политическую атмосферу. Весной 1789 г. общественное возбуждение охватило всю Францию. В Генеральных штатах 1789 г. большинство дворян и духовенство решило перейти в заседание третьего сословия, и соединенное собрание провозгласило себя Национальным. Двор принял это неожиданное для него решение за открытое неповиновение. и попробовал старые средства, применявшиеся против непослушных Генеральных штатов и парламента; залу заседания заперли на замок, но собравшиеся в парке Версаля вошли в случайно открытый гимнастический павильон и здесь, стоя, так как сидений не было, приняли торжественную клятву собираться непрерывно, где бы то ни было, и не расходиться до тех пор, пока не выработают для Франции конституцию. Немного позже собрание решило принять ввиду этого и другое имя — Учредительного ( constituante ) 1 . Людовик XVI между тем назначил «королевское заседание», чтобы личным проявлением и присутствием подействовать на непослушных. Но и это не помогло: депутаты третьего сословия остались молча на местах, а когда церемониймейстер, с уходом короля, повторил требование разойтись, Мирабо ответил, что собрание сошлось по воле народа и может быть разогнано только военной силой. На это последнее средство и решились при дворе. Король дал отставку Неккеру, приказал стянуть к Парижу войска, большей частью состоявшие из иностранных наемников. Тогда на защиту Учредительного собрания поднялось народное восстание в Париже. В огромном городе было множество безработных, после жестокой зимы грозил голод, и наступила дороговизна. Пропагандистская кампания и выборы придали людскому отчаянию политическую окраску. Они получили потрясающую и подобную землетрясению идею Свободы от привилегий и угнетения. Бунтующий народ стоял за депутатами третьего сословия. Зажиточные, богатые люди, особенно обладатели государственных обязательств, были потревожены тем, что с роспуском Учредительного собрания правительство замышляет банкротство. Массы народа собирались в саду Пале-Рояля, дворца популярных Орлеанских принцев, и здесь выступали перед большими сходками импровизированные ораторы. Господствующей мыслью было предотвратить грозящую реакцию захватом оружия. Под ее влиянием в старом здании ратуши собралось несколько сот горожан, которые выбрали новое управление, принявшее старинное гордое название Коммуны. Через два дня, 14 июля, огромная толпа захватила арсенал, вооружилась ружьями и пушками и взяла приступом укрепленную Бастилию, в которой видели символ всей прошлой эпохи произвола. На другой день утром Людовику XVI сообщили о случившемся; на его замечание: «Ведь это бунт!» придворный ответил: «Нет, государь, это — революция!» Виппер Р.Ю . История нового времени . – М ., 1999. – С . 358-364 Заключение Проблема соотношения феодального и капиталистического рядов во Франции накануне революции конца XVIII в. до сих пор является предметом острых дискуссий в мировой историографии, ибо от ее решения зависит понимание причин французской революции, ее буржуазного характера и итогов. Изучая взгляды различных историков на причины революции, можно резюмировать, например, что Карлейль видит причины революции в праздности и лжи, на уровне морального повествования. Олар пытается поднять историю до уровня науки, он видит Французскую революцию как воплощение Декларации Прав Человека. Кропоткин - анархист, теоретик революции; видит причину революций в союзе движения революционной мысли со стороны образованных классов и бунтарских выступлений, вызванных голодом, со стороны народа. Жорес причину революций видит в развитие производительных сил, и соответственно этому изменяются общественные и политические институты общества. Однако анализ наказов депутатам Генеральных штатов помогает оценить уровень реформаторских настроений во всех трёх сословиях Франции накануне революции. При этом становится понятным широкое участие в самой революции, по крайней мере на первых порах, либерально настроенных дворян и широких слоев крестьянства. Все сословия французского общества, судя по наказам, в той или иной степени были заражены идеями Просвещения, отстаивали на их основе (в годы революции с оружием в руках) права и свободы, включая право на свободное владение землей. При этом следует учитывать, что ни в одном из наказов от всех трёх сословий нельзя найти требования ликвидировать монархию и установить республику в стране. Большая их часть предлагала только ограничить власть короля, в частности, путём провозглашения в стране конституционной монархии. Крестьяне при этом выражали главным образом свою вековую мечту ликвидировать феодальные повинности во французской деревне и установить свободную продажу земли. Всё это в какой - то мере позволяет избежать упрощенного подхода в оценке причин французской революции, свойственного, в частности, марксистко- ленинской историографии, которая доминировала в советскую эпоху в нашей стране. Причины буржуазных революций переходной эпохи от феодализма к капитализму советские авторы связывали главным образом с конфликтом между развивающимися производительными силами и отсталыми производственными отношениями, которые можно было разрешить исключительно революционным путём. При этом подчёркивался производный (второстепенный) характер реформ. Межформационный переход в странах Европы и Америки, во Франции, в частности, объективно порождал буржуазные революции, хотя это вовсе не исключало возможности их избежать. Если бы, например, тот же Людовик XVI или, что более важно, все сословия этой страны объединились бы на основе идей Просвещения и реформировали бы «Старый порядок» во Франции по тому пути, что предлагали, каждый в своё время, Генеральные контролёры Кольбер и Тюрго, то вполне вероятно, что революции в этой стране не произошло бы. Но история, как известно, не терпит сослагательного наклонения: революция во Франции не только случилась, но и продемонстрировала классические образцы своего развития, под знаменем которой проходили, по - существу, все последующие революции XIX в. Литература 1. Арзаканян М.Ц. История Франции. – М.: Чтиво, 2001. – 517 с. 2. Виппер Р.Ю. История нового времени. – М.: Черо, 1999. – 624 с. Всемирная история. В 24 т. Т. 16. Европа под влиянием Франции / Под ред. Бадак А.Н. – М.: Мысль, 1986. – 412 с. Дубровский О. Четыре автора о причинах революции во Франции в XVIII в. / Вопросы истории. – 1998. - № 2. – С. 24-27. 3. Карлейль Т. Французская революция. История. – М.: Мысль, 1991. – 575 с. 4. Кареев Н. И. Французская революция в философии истории. - Сыктывкар: Сыкт. ун-т, 1998. - 216 с. 5. Краткая всемирная история. В 2 т. Т. 1. / Под ред. проф. А.З.Манфреда. – М.: Наука, 1966. – 592 с. 6. Местр Ж. Рассуждения о Франции. - М.: РОССПЭН, 1997. - 235 с. Соколов Н. Н. Великая французская революция конца XVIII в. Причины революции. / Вопросы истории. – 2002. - №2. – С. 12-16. 7. Хобсбаум Э. Век революции. Европа 1789-1848. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1999. – 480 с. 8. Юнг А. Путешествия по Франции, 1787, 1788 и 1789 гг. - СПб.: ИНАПРЕСС, 1996. - 428 с.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Руководство компании МТС боится сказать Николаю Валуеву, что он больше не будет сниматься в их рекламе.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по истории "Предпосылки французской буржуазной революции", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru