Реферат: Культура Древней Руси в "Повести временных лет" - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Культура Древней Руси в "Повести временных лет"

Банк рефератов / Культурология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 266 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Культура Древней Руси в "Повести временны х лет" Содержание: I. Древнерусская литература. 1. Её особенности. 2. Основные темы. II. "Повесть временных лет". 1. Формирование летописи. 2. Основные идеи начальной летописи. 3. Жанры, вошедшие в состав летописи. а) связь летописи с фольклором; б) исторические повести и сказания в составе летописи; в) элементы агиографического стиля; г) общая характеристика стиля летописи. 4. Значение "Повести временных лет". ОСОБЕННОСТИ ДРЕВНЕРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Характерной особенностью древнерусской литературы является р у к о п и с н ы й характер ее бытования и распространения. При этом то или иное произведение существовало не в виде отдельной, само стоятельной рукописи, a входило в состав различных сборников, преследова вших определенные практические цели. "Все, что служит не ради пользы, а рад и прикрасы, подлежит обвинению в суетности". Эти слова Василия Великого в о многом определяли отношение древнерусского феодального общества к п роизведениям письменности. Значение той или иной рукописной книги оценивалось с точки зрения ее пра ктического назначения, полезности. "Велика бо бываеть полза от ученья книжного, книгами бо кажеми и учими есм ы пути покаянью, мудрость бо обретаем и въздержанье от словес книжных; се бо суть рекы, напаяюще вселеную, се суть исходищя мудрости, книгам бо есть неищетная глубина, сими бо в печали утешаеми есмы, си суть узда вьздержан ью... Аще бо поищеши в книгах мудрости прилежно, то обрящеши велику ползу д уши своей..." – поучает летописец под 1037 г. Другой особенностью нашей древней литературы является а н о н и м н о с т ь, имперсональность ее произведений. Это было следствием религиозно-хрис тианского отношения феодального общества к человеку, и в частности к тру ду писателя, художника, зодчего. В лучшем случае нам известны имена отдел ьных авторов, "списателей" книг, которые скромно ставят свое имя либо в кон це рукописи, либо на ее полях, либо (что гораздо реже) в заглавии произведе ния. При этом писатель не приминет снабдить свое имя такими оценочными э питетами, как "худый", "недостойный", "многогрешный". В большинстве же случае в автор произведения предпочитает оставаться неизвестным, а порой и скр ыться за авторитетным именем того или иного "отца церкви" - Иоанна Златоус та, Василия Великого и др. Биографические сведения о известных нам древнерусских писателях, объе ме их творчества, характере общественной деятельности весьма и весьма с кудны. Поэтому если при изучении литературы ХVIII - ХХ вв. литературоведы шир око привлекают биографический материал, раскрывают характер политичес ких, философских, эстетических взглядов того или иного писателя, использ уя авторские рукописи, прослеживают историю создания произведений, выя вляют творческую индивидуальность писателя, то к памятникам древнерус ской письменности приходится подходить по-иному. В средневековом обществе не существовало понятия авторского права, инд ивидуальные особенности личности писателя не получили такого яркого п роявления, как в литературе нового времени. Переписчики зачастую выступ али в роли редакторов и соавторов, а не простых копиистов текста. Они изме няли идейную направленность переписываемого произведения, характер ег о стиля, сокращали или распространяли текст в соответствии со вкусами, з апросами своего времени. В результате создавались новые редакции памятников. И даже когда перепи счик просто копировал текст, его список всегда чем-то отличался от ориги нала: он допускал описки, пропуски слов и букв, невольно отражал в языке ос обенности своего родного говора. В связи с этим в науке существует особы й термин - "извод" (рукопись псковско-новгородского извода, московского, ил и - шире - болгарского, сербского и др.). ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ДРЕВНЕРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Древнерусска я литература, неразрывно связанная с историей развития Русского госуда рства, русской народности, проникнута героическим и патриотическим паф осом. Тема, красоты и величия Руси, родины, "светло светлой и украсно украш енной" Русской земли, которая "знаема" и "ведома" во всех концах мира, - одна и з центральных тем древнерусской литературы. Она прославляет созидател ьный труд отцов и дедов наших, самоотверженно защищавших великую землю Р усскую от внешних врагов и крепивших могучее суверенное государство "ве лико и пространно", которое сияет "светло", "аки в небе солнце". В ней звучит резкий голос осуждения политики князей, сеявших кровавые фе одальные раздоры, ослаблявших политическое и военное могущество госуд арства. Литература прославляет моральную красоту русского человека, сп особного ради общего блага поступиться самым дорогим - жизнью. Она выраж ает глубокую веру в силу и конечное торжество добра, в способность челов ека возвысить свой дух и победить зло. Древнерусский писатель менее всег о был склонен к беспристрастному изложению фактов, "добру и злу внимая ра внодушно". Любой жанр древней литературы, будь то историческая повесть и ли сказание житие или церковная проповедь, как правило, включает в себя з начительные элементы публицистики. Касаясь преимущественно вопросов государственно-политических или мор альных, писатель верит в силу слова, в силу убеждения. Он обращается не тол ько к своим современникам, но и к далеким потомкам с призывом заботиться о том, чтобы славные деяния предков сохранились в памяти поколений и что бы потомки не повторяли горестных ошибок своих дедов и прадедов. Литература Древней Руси выражала и защищала интересы верхов феодально го общества. Однако она не могла не показать острой классовой борьбы, кот орая выливалась либо в форму открытых стихийных восстаний, либо в формы типично средневековых религиозных ересей. В литературе ярко отразилас ь борьба прогрессивных и реакционных группировок внутри господствующе го класса, каждая из которых искала опоры в народе. И поскольку прогресси вные силы феодального общества отражали интересы общегосударственные , а эти интересы совпадали с интересами народа, мы можем говорить о народн ости древнерусской литературы. "ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ" "Повесть временных лет" - выдающийся исторический и литературный памятни к, отразивший становление древнерусского государства, его политически й и культурный расцвет, а также начавшийся процесс феодального дроблени я. Созданная в первые десятилетия ХII в., она дошла до нас в составе летописн ых сводов более позднего времени. Самые старшие из них - Лаврентьевская л етопись - 1377 г., Ипатьевская, относящаяся к 20-м годам ХV в., и Первая Новгородска я летопись 30-х годов ХIV в. В Лаврентьевской летописи "Повесть временных лет" продолжена северорус ской Суздальской летописью, доведённой до 1305 г., а Ипатьевская летопись по мимо "Повести временных лет" содержит летопись Киевскую и Галицко-Волынс кую, доведенную до 1292 г. Все последующие летописные своды ХV - ХVI вв. непремен но включали в свой состав "Повесть временных лет", подвергая ее редакцион ной и стилистической переработке. ФОРМИРОВАНИЕ ЛЕТОПИСИ Г и и о т е з а А. А. Ш а х м а т о в а История возникновения русской летописи привлекала к себе внимание не о дного поколения русских ученых, начиная с В.Н. Татищева. Однако только А.А. Шахматову, выдающемуся русскому филологу, в начале нынешнего столетия у далось создать наиболее ценную научную гипотезу о составе, источниках и редакциях "Повести временных лет". При разработке своей гипотезы А.А. Шахм атов блестяще применил сравнительно-исторический метод филологическо го изучения текста. Результаты исследования изложены в его работах "Разы скания о древнейших русских летописных сводах" (Спб., 1908) и "Повесть временн ых лет", т. 1 (Пг., 1916). В 1039 г. в Киеве учредили митрополию - самостоятельную церковную организац ию. При дворе митрополита был создан "Древнейший Киевский свод", доведенн ый до 1037 г. Этот свод, предполагал А.А. Шахматов, возник на основе греческих п ереводных хроник и местного фольклорного материала. В Новгороде в 1036 г. со здается Новгородская летопись, на ее основе и на основе "Древнейшего Кие вского свода" в 1050 г. возникает "Древний Новгородский свод". В 1073 г. монах Киево -Печерского монастыря Никон Великий, используя "Древнейший Киевский сво д", составил "Первый Киево-Печерский свод", куда включил также записи истор ических событий, происшедших после смерти Ярослава Мудрого (1054). На основа нии "Первого Киево-Печерского свода" и "Древнего Новгородского свода" 1050 г. создается в 1095 г. "Второй Киево-Печерский свод", или, как его сначала назвал Шахматов, "Начал ьный свод". Автор "Второго Киево-Печерского свода" дополнил свои источник и материалами греческого хронографа, Паремийника, устными рассказами Я на Вышатича и житием Антония Печерского. "Второй Киево-Печерский свод" и п ослужил основой "Повести временных лет", первая редакция которой была со здана в 1113 г. монахом Киево-Печерского монастыря Нестором, вторая редакци я – игуменом Выдубицкого монастыря Сильвестром в 1116 г. и третья – неизве стным автором - духовником князя Мстислава Владимировича. Первая редакция "Повести временных лет" Нестора основное внимание в пове ствовании об исторических событиях конца ХI – начала ХII в. уделяла велико му киевскому князю Святополку Изяславичу, умершему в 1113 г. Владимир Моном ах, став после смерти Святополка великим киевским князем, передал ведени е летописи в свой вотчинный Выдубицкий монастырь. Здесь игумен Сильвест р и осуществил редакторскую переработку текста Нестора, выдвинув на пер вый план фигуру Владимира Мономаха. Не сохранившийся текст первой Несто ровой редакции "Повести временных лет" А. А. Шахматов реконструирует в сво ей работе "Повесть временных лет" (т. 1-й). Вторую редакцию, по мнению ученого, лучше всего сохранила Лаврентьевская летопись, а третью - Ипатьевская. Гипотеза А. А. Шахматова, столь блестяще восстанавливающая историю возни кновения и развития начальной русской летописи, однако, пока остается ги потезой. Ее основные положения вызвали возражения В.М. Истрина. Он считал, что в 1039 г. при дворе митрополита-грека путем сокращения хроники Георгия Амартола возник "Хронограф по великому изложению", дополненный р усскими известиями. Выделенные из "Хронографа" в 1054 г., они составили первую редакцию "Повести временных лет", а вторая редакция создана Нестором в на чале второго десятилетия ХII в. Г и п о т е з а Д. С. Л и х а ч ё в а Интересные уточнения гипотезы А. А. Шахматова сделаны Д. С. Лихачевым 1. Он о тверг возможность существования в 1039 г. "Древнейшего Киевского свода" и св язал историю возникновения летописания с конкретной борьбой, которую п ришлось вести Киевскому государству в 30 - 50-е годы ХI столетия против полити ческих и религиозных притязаний Византийской империи. Византия стреми лась превратить русскую церковь в свою политическую агентуру, что угрож ало самостоятельности древнерусского государства. Притязания империи встречали активный отпор великокняжеской власти, которую в борьбе за по литическую и религиозную самостоятельность Руси поддерживали широкие массы населения. Особого напряжения борьба Руси с Византией достигает в сер. ХI в. Великому князю киевскому Ярославу Мудрому удается высоко подня ть политический авторитет Киева н Русского государства. Он закладывает прочные основы политической и религиозной самостоятельности Руси. В 1039 г . Ярослав добился учреждения в Киеве митрополии. Тем самым Византия приз нала известную самостоятельность русской церкви, хотя во главе ее остав ался митрополит-грек. Кроме того, Ярослав добивался канонизации Ольги, Владимира и своих брать ев Бориса и Глеба, убитых Святополком в 1015 г. В конце концов в Византии выну ждены были признать Бориса и Глеба русскими святыми, что явилось торжест вом национальной политики Ярослава. Почитание этих первых русских свят ых приобрело характер национального культа, оно было связано с осуждени ем братоубийственных распрей, с идеей сохранения единства Русской земл и. Политическая борьба Руси с Византией переходит в открытое вооруженно е столкновение: в 1050 г. Ярослав посылает войска на Константинополь во глав е со своим сыном Владимиром. Хотя поход Владимира Ярославича и закончилс я поражением, Ярослав в 1051 г. возводит на митрополичий престол русского св ященника Илариона. В этот период борьба за самостоятельность охватывае т все области культуры Киевской Руси, в том числе и литературу. Д.С.Лихачев указывает, что летопись складывалась постепенно, в результате возникше го интереса к историческому прошлому родной земли и стремления сохрани ть для будущих потомков значительные события своего времени. Исследова тель предполагает, что в 30 - 40-е годы ХI в. по распоряжению Ярослава Мудрого бы ла произведена запись устных народных исторических преданий, которые Д. С. Лихачев условно называет "Сказания о первоначальном распространении христианства на Руси". В состав "Сказания" входили предания о крещении Оль ги в Царьграде, о смерти двух мучеников-варягов, об испытании вер Владими ром и его крещении. Эти предания носили антивизантнйский характер. Так, в сказании о крещении Ольги подчеркивалось превосходство русской княгин и над греческим императором. Ольга отвергла притязания императора на св ою руку, ловко "переклюкав" (перехитрив) его. Сказание утверждало, что русс кая княгиня не видела особой чести в предлагаемом ей браке. В своих отнош ениях с греческим императором Ольга проявляет чисто русскую смекалку, у м и находчивость. Она сохраняет чувство собственного достоинства, отста ивая честь родной земли. Предание об испытании вер Владимиром подчеркивает, что христианство бы ло принято Русью в результате свободного выбора, а не получено в качеств е милостивого дара от греков. В Киев, согласно этому преданию, являются по сланцы различных вер: магометанской, иудейской и христианской. Каждый из послов расхваливает достоинства своей религии. Однако Владимир остроу мно отвергает и мусульманскую, и иудейскую веры, поскольку они не соотве тствуют национальным традициям Русской земли. Остановив свой выбор на х ристианстве, Владимир, прежде чем принять эту религию, отправляет своих посланцев испытать, какая же вера лучше. Посланные воочию убеждаются в к расоте, пышности и великолепии церковного христианского богослужения, они доказывают князю преимущества православной веры перед другими рел игиями, и Владимир окончательно останавливает свой выбор на христианст ве. Д. С. Лихачев предполагает, что "Сказания о первоначальном распространен ии христианства на Руси" были записаны книжниками киевской митрополии п ри Софийском соборе. Однако Константинополь не был согласен с назначени ем на митрополичью кафедру русского Илариона (в 1055 г. на его месте видим гре ка Ефрема), и "Сказания", носившие антивизантийский характер, не получили з десь дальнейшего развития. Центром русского просвещения, опозиционно н астроенным против митрополита-грека, с середины ХI в. становится Киево-Пе черский монастырь. Здесь в 70-х годах Х1 в. происходит оформление русской ле тописи. Составитель летописи - Никон Великий. Он использовал "Сказания о р аспространении христианства", дополнил их рядом устных исторических пр еданий, рассказами очевидцев, в частности воеводы Вышаты, историческими сведениями о событиях современности и недавних дней. Очевидно, под влиян ием пасхальных хронологических таблиц - пасхалий, составлявшихся в мона стыре, Никон придал своему повествованию формулу погодных записей - по "л етам". В созданный около 1073 г. "Первый Киево-Печерский свод" он включил большое кол ичество сказаний о первых русских князьях, их походах на Царьград. Им же, п о-видимому, была использована и Корсунская легенда о походе Владимира Св ятославича в 933 г. на греческий город Корсунь (Херсонес Таврический), после взятия которого Владимир потребовал себе в жены сестру греческих импер аторов Анну. Благодаря этому свод 1073 г. приобрел резко выраженную антивиз антийскую направленность. Никон придал летописи огромную политическую остроту, историческую широту и небывалый патриотический пафос, что и сд елало это произведение выдающимся памятником древнерусской культуры. Свод осуждал княжеские усобицы, подчеркивая ведущую роль народа в защит е Русской земли от внешних врагов. Таким образом, "Первый Киево-Печерский свод" явился выразителем идей и на строений средних и даже низших слоев феодального общества. Отныне публи цистичность, принципиальность, широта исторического подхода, патриоти ческий пафос становятся отличительными чертами русской летописи. Посл е смерти Никона работа над летописью продолжалась в Киево-Печерском мон астыре. Здесь велись погодные записи о текущих событиях, которые затем б ыли обработаны и объединены неизвестным автором во "Второй Киево-Печерс кий свод" 1095 г. "Второй Киево-Печерский свод" продолжал пропаганду идей един ства Русской земли, начатую Никоном. В этом своде также резко осуждаются княжеские крамолы, а князья призываются к единству для совместной борьб ы со степными кочевниками-половцами. Составитель свода ставит четкие пу блицистические задачи: воспитывать патриотизм, примером прежних князе й исправить нынешних. Автор "Второго Киево-Печерского свода" широко привлекает рассказы очеви дцев событий, в частности рассказы сына Вышаты Яна. Составитель свода ис пользует также греческие исторические хроники, в частности хронику Гео ргия Амартола, данные которой позволяют ему включить историю Руси в общу ю цепь событий мировой истории. "Повесть временных лет" создается в период, когда Киевская Русь испытыва ет на себе наиболее сильные удары степных кочевников-половцев, когда пер ед древнерусским обществом встал вопрос о сплочении всех сил для борьбы со степью, с "полем" за землю Русскую, которую "потом и кровью стяжали отцы и деды". В 1098 г. великий киевский князь Святополк Изяславич примиряется с Кие во-Печерским монастырем: он начинает поддерживать антивизантийское на правление деятельности монастыря и, понимая политическое значение лет описи, стремится взять под контроль ведение летописания. В интересах Святополка на основе "Второго Киево-Печерского свода" и созд ается монахом Нестором в 1113 г. первая редакция "Повести временных лет". Сохр анив идейную направленность предшествующего свода, Нестор стремится в сем ходом исторического повествования убедить русских князей покончит ь с братоубийственными войнами и на первый план выдвигает идею княжеско го братолюбия. Под пером Нестора летопись приобретает государственный официальный характер. Святополк Изяславич, поставленный Нестором в центр повествования о соб ытиях 1093 - 1111 гг., не имел большой популярности в обществе того времени. После его смерти великим киевским князем стал в 1113 г. Владимир Мономах - "добрый с традалец за русскую землю". Понимая политическое и юридическое значение летописи, он передал ее ведение в Выдубицкий монастырь, игумен которого Сильвестр по поручению великого князя в 1116 г. составляет вторую редакцию " Повести временных лет". В ней на первый план выдвинута фигура Мономаха, по дчеркиваются его заслуги в борьбе с половцами и в установлении мира межд у князьями. В 1118 г. в том же Выдубицком монастыре неизвестным автором была создана тре тья редакция "Повести временных лет". В эту редакцию включено "Поучение" Вл адимира Мономаха, изложение доведено до 1117г. Г и п о т е з а Б. А. Р ы б а к о в а Иную концепцию развития начального этапа русского летописания развива ет Б.А. Рыбаков 1. Анализируя текст начальной русской летописи, исследоват ель предполагает, что погодные краткие записи стали вестись в Киеве с по явлением христианского духовенства (с 867 г.) при княжении Аскольда. В конце Х столетия, в 996 - 997 гг., был создан "Первый Киевский летописный свод", обобщивш ий разнородный материал кратких погодных записей, устных сказаний. Свод этот был создан при Десятинной церкви, в его составлении приняли участие Анастас Корсунянин - настоятель собора, епископ Белгородский и дядя Вла димира, Добрыня. Свод давал первое историческое обобщение полуторавеко вой жизни Киевской Руси и завершался прославлением Владимира. В это же в ремя, предполагает Б. А. Рыбаков, оформляется и Владимиров цикл былин, в ко тором давалась народная - оценка событий и лиц, тогда как летопись знаком ила с придворными оценками, с книжной культурой, дружинным эпосом, а такж е с народными сказаниями. Разделяя точку зрения А. А. Шахматова о существовании Новгородского свод а 1050 г., Б. А. Рыбаков считает, что летопись была создана при деятельном участ ии новгородского посадника Остромира и эту "Остромирову летопись" следу ет датировать 1054 - 1060 гг. Она была направлена против Ярослава Мудрого и варяг ов-наемников. В ней подчеркивалась героическая история Новгорода и прос лавлялась деятельность Владимира Святославича и Владимира Ярославича , князя новгородского. Летопись носила чисто светский характер и выражал а интересы новгородского боярства. Б. А. Рыбаков предлагает интересную реконструкцию текста "Повести времен ных лет" Нестора. Выдвигает гипотезу об активном личном участии Владимир а Мономаха в создании второй, Сильвестровой, редакции. Третью редакцию "П овести временных лет" исследователь связывает с деятельностью сына Мон омаха Мстислава Владимировича, который попытался противопоставить Кие ву Новгород. В дальнейшем исследовании этапов формирования древнерусской летописи Б. А. Рыбаков разделяет точки зрения А. А. Шахматова и современных советски х исследователей. Таким образом, вопрос о начальном этапе русского летоп исания, о составе, источниках "Повести временных лет" является весьма сло жным и далеко не решенным. Несомненно, однако, то, что "Повесть временных лет" – результат большой св одческой редакторской работы, обобщивший труд нескольких поколений ле тописцев. ОСНОВНЫЕ ИДЕИ НАЧАЛЬНОЙ ЛЕТОПИСИ Уже в самом названии - "Се повести времяньных лет, откуду есть пошла Руская земля, кто в Киеве нача первее княжити, и откуду Руская земля стала есть" - с одержится указание на идейно-тематическое содержание летописи. Русска я земля, ее исторические судьбы, начиная с момента возникновения и конча я первым десятилетием ХII в., стоят в центре внимания летописи. Высокая пат риотическая идея могущества Русской земли, ее политической самостояте льности, религиозной независимости от Византии постоянно руководит ле тописцем, когда он вносит в свой труд "преданья старины глубокой" и подлин но исторические события недавнего прошлого. Летописные сказания необычайно злободневны, публицистичны, исполнены резкого осуждения княжеских усобиц и распрей, ослабляющих могущество Р усской земли, призыва блюсти Русскую землю, не посрамить земли Русской в борьбе с внешними врагами, в первую очередь со степными кочевниками - печ енегами, а затем половцами. Тема родины является определяющей, ведущей в летописи. Интересы родины диктуют летописцу ту или иную оценку поступко в князя, являются мерилом его славы и величия. Живое чувство Русской земл и, родины и народа сообщает русскому летописцу ту небывалую широту полит ического горизонта, которая не свойственна западноевропейским историч еским хроникам. Вдумаемся в заглавие, данное начальной русской летописи, "Повести времян ьных лет". Ведь слово "повести" означает здесь рассказ, т.е. то, что поведано о прошлом Русской земли с целью установить "откуду есть пошла Руская зем ля, кто в Киеве нача первее княжити..". Если работа по составлению летописи началась в 30 - 40-е годы ХI в., то ее создат ели выступили не только в качестве историков-исследователей, но и в каче стве первых историков-писателей. Им прежде всего нужно было добыть матер иал о прошедших годах, отобрать его, литературно обработать и систематиз ировать - "положить по ряду". Таким материалом, видимо, являлись устные ист орические предания, легенды, эпические героические песни, затем письмен ные источники: греческие, болгарские хроники, агиографическая литерату ра. Из письменных источников летописцы заимствуют историческую христианс ко-схоластическую концепцию, связывая историю Русской земли с общим ход ом развития "мировой" истории. "Повесть временных лет" открывается библей ской легендой о разделении земли после потопа между сыновьями Ноя - Симо м, Хамом и Яфетом. Славяне являются потомками Яфета, т. е. они, как и греки, пр инадлежат к единой семье европейских народов. Летописцев интересуют судьбы славянских народов в далеком прошлом (V - VI в в.), расселение восточных славянских племен в бассейне Днепра и его прито ков, Волхова и озера Ильменя, Волго-Окского междуречья, Южного Буга и Днес тра; нравы и обычаи этих племен, из которых по развитию культуры выделяет ся племя полян. Летописцы ищут объяснения происхождения названий как от дельных племен, так и городов, обращаясь к устной легенде. Они соотносят с обытия, происшедшие в Русской земле, с событиями греческими и болгарским и. Ими осознаётся великая культурная миссия первых славянских "учителей " и "философов" Кирилла и Мефодия, и в летопись заносятся сведения о деятел ьности этих великих братьев, связанной с изобретением азбуки "словенско й". Наконец, им удается "установить" первую дату - 636О г. - (852 г.) 1 - упоминания в "летоп исаньи гречьстемь" "Руской земли". Эта дата даёт возможность положить "чис ла по ряду", т. е. приступить к последовательному хронологическому изложе нию, точнее, расположению материала "по летам" - по годам. А когда они не могу т прикрепить к той или иной дате никакого события, то ограничиваются про стой фиксацией самой даты (например: "в лето 6368","в лето 6369"). Хронологический принцип давал широкие возможности свободного обращен ия с материалом, позволял вносить в летопись новые сказания и повести, ис ключать старые, если они не соответствовали политическим интересам вре мени и автора, дополнять летопись записями о событиях последних лет, сов ременником которых был ее составитель. В результате применения погодно го хронологического принципа изложения материала постепенно складыва лось представление об истории как о непрерывной последовательной цепи событий. Хронологическая связь подкреплялась генеалогической, родовой связью, преемственностью правителей Русской земли начиная от Рюрика и к ончая (в "Повести временных лет") Владимиром Мономахом. В то же время этот принцип придавал летописи фрагментарность, на что обр атил внимание И. П. Ерёмин. ЖАНРЫ, ВОШЕДШИЕ В СОСТАВ ЛЕТОПИСИ Хронологический принцип изложения позволял летописцам включать в лето пись разнородный по своему характеру и жанровым особенностям материал. Простейшей повествовательной единицей летописи является лаконичная п огодная запись, ограничивающаяся лишь констатацией факта. Однако само в несение в летопись той или иной информации свидетельствует о ее значите льности с точки зрения средневекового писателя. Например: "В лето 6377 (869). Кре щена бысть вся земля Больгарьская..."; "В лето 6419 (911). Явися звезда велика на зап аде копейным образом..."; "В лето 6481 (973). Нача княжити Ярополк" и т.п. Обращает на с ебя внимание структура этих записей: на первое место, как правило, ставит ся глагол, который подчеркивает значимость действия. В летописи представлен также тип развернутой записи, фиксирующей не тол ько "деяния" князя, но и их результаты. Например: "В лето 6391. Поча Олег воевати деревляны, и примучив а, имаше на них дань по черне куне" и т. п. И краткая пог одная запись, и более развернутая - документальны. В них нет никаких украш ающих речь тропов. Она проста, ясна и лаконична, что придает ей особую знач имость, выразительность и даже величавость. В центре внимания летописца - событие - "што ся здея в лета си". Тематически эти события могут быть класс ифицированы следующим образом. Сообщения о военных походах князей занимают более половины летописи. За ними следуют известия о смерти князей. Реже фиксируется рождение детей, их вступление в брак. Потом информации о строительной деятельности княз ей. Наконец, сообщения о церковных делах, занимающие весьма скромное мес то. Летописец пользуется средневековой системой летосчисления от "сотворе ния мира". Для перевода этой системы в современную необходимо из даты лет описи вычесть 5508. Правда, летописец описывает перенесение мощей Бориса и Глеба, помещает с казания о начале Печерского монастыря, смерти Феодосия Печерского и рас сказы о достопамятных черноризцах печерских. Это вполне объяснимо поли тическим значением культа первых русских святых Бориса и Глеба и ролью К иево-Печерского монастыря в формировании начальной летописи. Важную гр уппу летописных известий составляют сведения о небесных знамениях - зат мениях солнца, луны, землетрясениях, эпидемиях и т. п. Летописец усматрива ет связь между необычными явлениями природы и жизнью людей, исторически ми событиями. Исторический опыт, связанный со свидетельствами хроники Г еоргия Амартола, приводит летописца к выводу: "Знаменья бо в небеси, или зв ездах, ли солнци, ли птицами, ли етеромь чим, не на благо бывають; но знамень я сиця на зло бывають, ли проявленье рати, ли гладу, ли смерть проявляють". Р азнообразные по своей тематике известия могут объединятъся в пределах одной летописной статьи. Материал, входящий в состав "Повести временных лет", позволяет выделить историческую легенду, топонимическое предание, историческое предание (связанное с дружинным героическим эпосом), агиог рафическую легенду, а также историческое сказание и историческую повес ть. С в я з ь л е т о п и с и с ф о л ь к л о р о м О событиях далекого прошлого летописец черпает материал в сокровищниц е народной памяти. Обращение к топонимической легенде продиктовано стр емлением летописца выяснить происхождение названий славянских племен , отдельных городов и самого слова "Русь". Так, происхождение славянских пл емен радимичей и вятичей связывается с легендарными выходцами из ляхов - братьями Радимом и Вятко. Эта легенда возникла у славян, очевидно, в пери од разложения родового строя, когда обособившаяся родовая старшина для обоснования своего права на политическое господство над остальными чл енами рода создает легенду о якобы иноземном своем происхождении. К этом у летописному сказанию близка легенда о призвании князей, помещенная в л етописи под 6370 г. (862 г.). По приглашению новгородцев из-за моря княжить и волод еть" Русской землей приходят три брата-варяга с родами своими: Рюрик, Сине ус,Трувор. Фольклорность легенды подтверждает наличие эпического числа три - три б рата. Сказание имеет чисто новгородское, местное происхождение, отражая практику взаимоотношений феодальной городской республики с князьями. В жизни Новгорода были нередки случаи "призвания" князя, который выполня л функции военачальника. Внесенная в русскую летопись, эта местная леген да приобретала определенный политический смысл. Она обосновывала прав а князей на политическую власть над всей Русью. Устанавливался единый пр едок киевских князей - полулегендарный Рюрик, что позволяло летописцу ра ссматривать историю Русской земли как историю князей Рюрикова дома. Лег енда о призвании князей подчеркивала абсолютную политическую независи мость княжеской власти от Византийской империи. Таким образом, легенда о призвании князей служила важным аргументом для доказательства суверенности Киевского государства, а отнюдь не свидет ельствовала о неспособности славян самостоятельно устроить свое госуд арство, без помощи европейцев, как это пытается доказать ряд буржуазных ученых. Типичной топонимической легендой является также сказание об ос новании Киева тремя братьями - Кием, Щеком, Хоривом и сестрой их Лыбедью. Н а устный источник внесенного в летопись материала указывает сам летопи сец: "Ини же, не сведуще, рекоша, яко Кий есть перевозник был". Версию народно го предания о Кие-перевозчике летописец с негодованием отвергает. Он кат егорически заявляет, что Кий был князем, совершал успешные походы на Цар ьград, где принял великую честь от греческого царя и основал на Дунае гор одище Киевец. Отзвуками обрядовой поэзии времен родового строя наполнены летописные известия о славянских племенах, их обычаях, свадебных и похоронных обря дах. Приёмами устного народного эпоса охарактеризованы в летописи перв ые русские князья: Олег, Игорь, Ольга, Святослав. Олег - это прежде всего муж ественный и мудрый воин. Благодаря воинской смекалке он одерживает побе ду над греками, поставив свои корабли на колеса и пустив их под парусами п о земле. Он ловко распутывает все хитросплетения своих врагов-греков и з аключает выгодный для Руси мирный договор с Византией. В знак одержанной победы Олег прибивает свой щит на вратах Царьграда к вящему позору враг ов и славе своей родины. Удачливый князь-воин прозван в народе "вещим", т.е. в олшебником (правда, при этом летописец-христианин не преминул подчеркну ть, что прозвище дали Олегу язычники, "людие погани и невеголоси"), но и ему н е удается уйти от своей судьбы. Под 912 г. летопись помещает поэтическое пре дание, связанное, очевидно, "с могилой Ольговой", которая "есть... и до сего дн и". Это предание имеет законченный сюжет, который раскрывается в лаконич ном драматическом повествовании. В нём ярко выражена мысль о силе судьбы , избежать которой никто из смертных, и даже "вещий" князь, не в силах. В неск олько ином плане изображен Игорь. Он также мужествен и смел, одерживает п обеду над греками в походе 944 г. Он заботлив и внимателен к нуждам своей дру жины, но, кроме того, и жаден. Стремление собрать как можно больше дани с др евлян становится причиной его гибели. Жадность Игоря осуждается летопи сцем народной пословицей, которую он вкладывает в уста древлян: "Аще ся вь вадить волк в овце, то выносить все стадо, аще не убьють его..." Жена Игоря Ол ьга - мудрая женщина, верная памяти своего мужа, отвергающая сватовство н е только древлянского князя Мала, но и греческого императора. Она жесток о мстит убийцам своего мужа, но жестокость ее не осуждается летописцем. В описании четырех местей Ольги подчеркивается мудрость, твердость и неп реклонность характера русской женщины, Д. С. Лихачев отмечает, что основу сказания составляют загадки, которые не могут разгадать незадачливые с ваты-древляне. Загадки Ольги строятся на ассоциациях свадебного и похор онного обрядов: несли в лодках не только почетных гостей, но и покойников; предложение Ольги послам помыться в бане - не только знак высшего гостеп риимства, но и символ похоронного обряда; направляясь к древлянам, Ольга идет творить тризну не только по мужу, но и по убитым ею древлянским посла м. Недогадливые древляне понимают слова Ольги в их прямом значении, не по дозревая о другом, скрытом смысле загадок мудрой женщины, и тем самым обр екают себя на гибель. Все описание мести Ольги строится на ярком лаконич ном и сценическом диалоге княгини с посланцами "Деревьской земли". Герои кой дружинного эпоса овеян образ сурового простого и сильного, мужестве нного и прямодушного воина Святослава. Ему чужды коварство, лесть, хитро сть - качества, присущие его врагам-грекам, которые, как отмечает летописе ц, "лстивы и до сего дни". С малой дружиной он одерживает победу над превосх одящими силами врага: краткой мужественной речью воодушевляет своих во инов на борьбу: "...да не посрамим земле Руские, но ляжем костьми, мертвыи бо срама не имам". Святослав презирает богатство, он ценит только дружину, оружие, с помощь ю которых можно добыть любое богатство. Точна и выразительна характерис тика этого князя в летописи: "..легько ходя, аки пардус, войны многи творяще. Ходя, воз по собе не возяше, ни котьла, ни мяс варя, но потонку изрезав конин у ли, зверину ли или говядину на углех испек ядише, ни шатра имяше, но подьк лад послав и седло в головах; такоже и прочии вои его вси бяху". Святослав ж ивет интересами своей дружины. Он даже идёт наперекор увещеваниям матер и - Ольги и отказывается принять христианство, боясь насмешки дружины. Но постоянное стремление Святослава к завоевательным войнам, пренебрежен ие интересами Киева, его попытка перенести столицу Руси на Дунай вызывае т осуждение летописца. Это осуждение он высказывает устами "киян": "...ты, кня же, чюжея земли ищеши и блюдеши, а своея ся охабив (оставил), малы (едва) бо на с не взяша печенези...". Прямодушный князь-воин гибнет в неравном бою с печенегами у днепровских порогов. Убивший Святослава князь печенежский Куря, "взяша главу его, и во лбе (черепе) его сьделаша чашю, оковавше лоб его, и пьяху из него". Летописец не морализует по поводу этой смерти, но общая тенденция все же сказывает ся: гибель Святослава является закономерной, она следствие его ослушани я матери, следствие его отказа принять крещение. К народным сказаниям восходит летописное известие о женитьбе Владимир а на полоцкой княжне Рогнеде, о его обильных и щедрых пирах, устраиваемых в Киеве, - Корсунская легенда. С одной стороны, перед нами предстает князь- язычник с его необузданными страстями, с другой - идеальный правитель-хр истианин, наделенный всеми добродетелями: кротостью, смирением, любовью к нищим, к иноческому и монашескому чину и т.п. Контрастным сопоставление м князя-язычника с князем-христианином летописец стремился доказать пр евосходство новой христианской морали над языческой. Княжение Владимира было овеяно героикой народных сказаний уже в конце Х - начале ХI в. Духом народного героического эпоса проникнуто сказание о по беде русского юноши Кожемяки над печенежским исполином. Как и в народном эпосе, сказание подчеркивает превосходство человека мирного труда, про стого ремесленника над профессионалом-воином - печенежским богатырем. О бразы сказания также строятся по принципу контрастного сопоставления и широкого обобщения. Русский юноша на первый взгляд - обыкновенный, ниче м не примечательный человек, но в нем воплощена та огромная, исполинская сила, которой обладает народ русский, украшающий своим трудом землю и за щищающий ее на поле брани от внешних врагов. Печенежский воин своими гиг антскими размерами наводит ужас на окружающих. Хвастливому и заносчиво му врагу противопоставляется скромный русский юноша, младший сын кожев ника. Он совершает подвиг без кичливости и бахвальства. При этом сказани е приурочивается к топонимической легенде о происхождении города Пере яславля - "зане перея славу отроко ть", но это явный анахронизм, поскольку П ереяславль уже не раз упоминался в летописи до этого события. С народным эпосом связано также сказание о Белгородском киселе. В этом с казании прославляется ум, находчивость и смекалка русского человека. И с казание о Кожемяке, и сказание о Белгородском киселе - законченные сюжет ные повествования, строящиеся на противопоставлении внутренней силы т руженика бахвальству страшного только на вид врага, мудрости старца - ле гковерию печенегов. Кульминацией сюжетов обоих сказаний являются поед инки: в первом - единоборство физическое, во втором - единоборство ума и на ходчивости с легковерием, глупостью. Сюжет сказания о Кожемяке типологи чески близок сюжетам героических народных былин, а сказания о Белгородс ком киселе - народным сказкам. Фольклорная основа явно ощущается и в церк овной легенде о посещении Русской земли апостолом Андреем. Помещая эту л егенду, летописец стремился "исторически" обосновать религиозную незав исимость Руси от Византии. Легенда утверждала, что Русская земля получил а христианство не от греков, а якобы самим учеником Христа - апостолом Анд реем, некогда прошедшим путь "из варяг в греки" по Днепру и Волхову, - было пр едречено христианство на Русской земле. Церковная легенда о том, как Анд рей благословил киевские горы, сочетается с народным сказанием о посеще нии Андреем Новгородской земли. Это сказание носит бытовой характер и св язано с обычаем жителей славянского севера париться в жарко натопленны х деревянных банях. Составители летописных сводов ХVI в. обратили внимание на несоответствие первой части рассказа о посещении апостолом Андреем Киева со второй, он и заменили бытовой рассказ благочестивым преданием, согласно которому Андрей в Новгородской земле оставляет свой крест. Таким образом, большая часть летописных сказаний, посвященных событиям IХ - конца Х столетий, свя зана с устным народным творчеством, его эпическими жанрами. И с т о р и ч е с к и е п о в е с т и и с к а з а н и я в с о с т а в е л е т о п и с и По мере того как летописец переходит от повествования о событиях давно м инувших лет к недавнему прошлому, материал летописи становится все боле е исторически точным, строго фактическим и официальным. Внимание летопи сца привлекают только исторические личности, находящиеся на вершине фе одальной иерархической лестницы. В изображении их деяний он следует при нципам средневекового историзма. Согласно этим принципам в летопись до лжны заноситься события лишь сугубо официальные, имеющие историческое значение для государства, а частная жизнь человека, окружающая его бытов ая обстановка не интересует летописца. В летописи вырабатывается определенный и четкий идеал князя-правителя. Этот идеал неотделим от общих патриотических идей летописи. Идеальный п равитель выступает живым воплощением любви к родной земле, ее чести и сл авы, олицетворением ее могущества и достоинства. Все его поступки, вся ег о деятельность определяются благом родины и народа. Поэтому князь в пред ставлении летописца не может принадлежать самому себе. Он в первую очере дь исторический деятель, который появляется всегда в официальной обста новке, наделенный всеми атрибутами княжеской власти. Д. С. Лихачев отмеча ет, что князь в летописи всегда официален, он как бы обращен к зрителю и пр едставлен в наиболее значительных своих поступках. Добродетели князя я вляются своего рода парадной одеждой; при этом одни добродетели чисто ме ханически присоединяются к другим, благодаря чему стало возможно совме щение идеалов светских и церковных. Бесстрашие, храбрость, воинская добл есть сочетаются со смирением, кротостью и прочими христианскими доброд етелями. Если деятельность князя направлена на благо родины, летописец в сячески прославляет его, наделяя всеми качествами наперёд заданного ид еала. Если деятельность князя идет вразрез с интересами государства, лет описец не жалеет черной краски и приписывает отрицательному персонажу все смертные грехи: гордость, зависть, честолюбие, корыстолюбие и т. п. При нципы средневекового историзма получают яркое воплощение в повестях "О убьеньи Борисове" (1015 г.) и об ослеплении Василька Теребовльского, которые м огут быть отнесены к жанру исторических повестей о княжеских преступле ниях. Однако по своему стилю это совершенно разные произведения. Повесть "О убьеньи Борисове" излагает исторические факты убийства Святополком б ратьев Бориса и Глеба с широким использованием элементов агиографичес кого стиля. Она строится на контрасте идеальных князей-мучеников и идеал ьного злодея - "окаянного" Святополка. Завершается повесть похвалой, прос лавляющей "христолюбивых страстотерпцев", "сияющих светильников", "светл ых звезд" - "заступников Руской земли". В ее концовке звучит молитвенный пр изыв к мученикам покорить поганых "под нозе князем нашими и избавить их "о т усобныя рати", дабы пребывали они в мире и единении. Так в агиографической форме выражена общая для всей летописи патриотич еская идея. В то же время повесть "О убьеньи Борисове" интересна рядом "док ументальных" подробностей, "реалистических деталей". Написанная попом Ва силием и помещенная в летописи под 1097 г., "Повесть об ослеплении Василька Те ребовльского" выдержана в стиле историко-документальном. Экспозицией с южета является сообщение о съезде князей "на устроенье мира" в Любече. Еди нодушие собравшихся выражено речью, сказанной якобы всеми князьями: "Поч то губим Руськую землю, сами на ся котору деюще? А половци землю нашю несут ь розно, и ради суть, оже межю нами рати. Да ноне отселе имемся в едино сердц е, и блюдем Рускые земли; кождо да держить отчину свою...". Устанавливаемый новый феодальный порядок взаимоотношений ("кождо да де ржит отчину свою") князья скрепляют клятвой - крестоцелованием. Они дают д руг другу слово не допускать распрей, усобиц. Такое решение встречает од обрение народа: "и ради быша людье вси". Однако достигнутое единодушие ока залось временным и непрочным, и повесть на конкретном, страшном примере ослепления Василька двоюродными братьями показывает, к чему приводит н арушение князьями взятых на себя обязательств. Мотивировка завязки сюж ета повести традиционная, провиденциалистическая: опечаленный "любовь ю", согласием князей дьявол "влезе" в сердце "некоторым мужем"; они говорят "л живые словеса" Давыду о том, что Владимир Мономах якобы сговорился с Васи льком о совместных действиях против Святополка Киевского и Давыда. Что э то за "некоторые мужи" - неизвестно, что в действительности побудило их соо бщить свои "лживые словеса" Давыду - неясно. Затем провиденциалистская мо тивировка перерастает в чисто психологическую. Поверив "мужам", Давыд се ет сомнения в душе Святополка. Последний, "смятеся умом", колеблется, ему н е верится в справедливость этих утверждений. В конце концов Святополк со глашается с Давыдом в необходимости захватить Василька. Когда Василько пришел в Выдубицкий монастырь, Святополк посылает к нему гонца с просьбо й задержаться в Киеве до своих именин. Василько отказывается, опасаясь, ч то в его отсутствие дома не случилось бы "рати". Явившийся затем к Васильку посланный Давыда уже требует, чтобы Василько остался и тем самым не "ослу шался брата старейшего". Таким образом, Давыд ставит вопрос о необходимо сти соблюдения Васильком своего долга вассала по отношению к сюзерену. Заметим, что Борис и Глеб гибнут во имя соблюдения этого долга. Отказ Васи лька только убеждает Давыда, что Василько намерен захватить города Свят ополка. Давыд настаивает, чтобы Святополк немедленно отдал Василька ему . Вновь идет посланец Святополка к Васильку и от имени великого киевског о князя просит его прийти, поздороваться и посидеть с Давыдом. Василько с адится на коня и с малой дружиной едет к Святополку. Характерно, что здесь рассказ строится по законам эпического сюжета: Василько принимает реше ние поехать к брату только после третьего приглашения. О коварном замысл е брата Василька предупреждает дружинник, но князь не может поверить: "Ка ко мя хотять яти? оногды (когда недавно) целовали крести. Василько не допус кает мысли о возможности нарушения князьями взятых на себя обязательст в. Драматичен и глубоко психологичен рассказ о встрече Василька со Святоп олком и Давыдом. Введя гостя в горницу, Святополк еще пытается завязать с ним разговор, просит его остаться до святок, а "Давыд же седяше, акы нем", и э та деталь ярко характеризует психологическое состояние последнего. На тянутой атмосферы не выдерживает Святополк и уходит из горницы под пред логом необходимости распорядиться о завтраке для гостя. Василько остае тся наедине с Давыдом, он пытается начать с ним разговор, "и не бе в Давыде г ласа, ни послушанья". И только теперь Василько начинает прозревать: он "ужа слься", он понял обман. А Давыд, немного посидев, уходит. Василька же, оковав в "двою оковы", запирают в горнице, приставив на ночь сторожей. Подчеркивая нерешительность, колебания Святополка, автор рассказывает о том, что тот не решается сам принять окончательного решения о судьбе Ва силька. Святополк созывает наутро "бояр и кыян" и излагает им те обвинения , которые предъявляет Васильку Давыд. Но и бояре, и "кыяне" не берут на себя м оральной ответственности. Вынужденный сам принимать решение, Святопол к колеблется. Игумены умоляют его отпустить Василька, а Давыд "поущает" на ослепление. Святополк уже хочет отпустить Василька, но чашу весов переве шивают слова Давыда: "...аще ли сего (ослепления. - В. К.) не створишь, а пустишь й , то ни тобе княжити, ни мнем. Решение князем принято, и Василька перевозят на повозке из Киева в Белгород, где сажают в "истобку малу". Развитие сюжет а достигает своей кульминации, и она дана с большим художественным масте рством. Увидев точащего нож торчина, Василько догадывается о своей участ и: его хотят ослепить, и он "вьзпи к богу плачем великим и сиенаньем". Следуе т обратить внимание, что автор повести - поп Василий - не пошел по пути агио графической литературы. Согласно житийному канону здесь должно было по местить пространный монолог героя, его молитву, плач. Точно, динамично ав тор передает кульминационную сцену. Основная художественная функция в этой сцене принадлежит глаголу - своеобразному "речевому жесту", как пони мал его А.Н. Толстой. Входят конюхи Святополка и Давыда - Сновид Изечевич и Дмитр: "и почаста простирати ковер, и простерша, яста Василка и хотяща й поврещи; и борящется с нима крепко, и не можаста его поврещи. И се влезше друзии повергоша й, и связаша й, и снемше доску с печи, и вьзложиша на перси его. И седоста обаполы Сновид Изечевичь и Дмитр, и не можаста удержати. И приступиста ина два, и сняста другую дску с печи, и седоста, и удавиша й рамяно, яко персем троскотати." Вся сцена выдержана в четком ритмическом строе, который создается анафо рическим повтором соединительного союза "и", передающим временную после довательность действия, а также глагольными рифмами. Перед нами нетороп ливый рассказ о событии, в нем нет никакой внешней эмоциональной оценки. Но перед читателем - слушателем с большой конкретностью предстает полна я драматизма сцена: "И приступи торчин... держа ножь и хотя ударити в око, и г решися ока и перереза ему лице, и есть рана та на Василке и ныне. И посем уда ри й в око, и изя зеницю, и посем в другое око, и изя другую зеницю. И том часе б ысть яко и мертв". Потерявшего сознание, бездыханного Василька везут на повозке, и у Здвиже нья моста, на торгу, сняв с него окровавленную рубашку, отдают ее помыть по падье. Теперь внешне бесстрастный сказ уступает место лирическому эпиз оду. Попадья глубоко сострадает несчастному она оплакивает его, как мерт веца. И услышав плач сердобольной женщины, Василько приходит в сознание. " И пощюпа сорочкы и рече: "Чему есте сняли с менее да бых в той сорочке крова ве смерть принял и стал пред богомь". Давыд осуществил свое намерение. Он п ривозит Василька во Владимир, "акы некак улов уловив". И в этом сравнении з вучит моральное осуждение преступления, совершённого братом. В отличие от агиографического повествования Василий не морализует, не приводит б иблейских сопоставлений и цитат. От повествования о судьбе Василька он п ереходит к рассказу о том, как это преступление отражается на судьбах Ру сской земли, и теперь главное место отводится фигуре Владимира Мономаха . Именно в нем воплощается идеал князя. Гиперболически передает Василий чувства князя, узнавшего об ослеплении Василька. Мономах "..ужасеся и вспл акав и рече: "Сего не бывало есть в Русьскей земьли ни при дедех наших, ни при, отцих наш их, сякого злам. Он стремится мирно "поправить" это зло, чтобы не допустить гибели земли Русской. Молят Владимира и "кыяне" "творить мир" и "блюсти земл ю Русскую", и расплакавшийся Владимир говорит: поистине отци наши и деди н аши зблюли землю Русьскую, а мы хочем погубити". Характеристика Мономаха приобретает агиографический характер. Подчеркивается его послушание о тцу и своей мачехе, а также почитание им митрополита, сана святительског о и особенно "чернеческого". Обнаружив, что он отступил от основной темы, р ассказчик спешит "на свое" возвратиться и сообщает о мире со Святополком, который обязывался пойти на Давыда Игоревича и либо захватить его, либо изгнать. Затем автор рассказывает о неудавшейся попытке Давыда занять В асилькову волость благодаря вмешательству брата Василька Володаря и в озвращению Василька в Теребовль. Характерно, что в переговорах с Володар ем Давыд в свою очередь пытается свалить свою вину в ослеплении Василька на Святополка. Мир затем нарушают Василько и Володарь. Они берут копьем г ород Всеволож, поджигают его и "створи мщенье на людех неповинных, и проль я кровь неповинну". Здесь автор явно осуждает Василька. Это осуждение уси ливается, когда Василько расправляется с Лазарем и Туряком (подговоривш их Давыда на злодеяние); "Се же 2-е мщенье створи, его же не бяше лепо створит и, да бы бог отместник был". Выполняя условия мирного договора, Святополк И зяславич изгоняет Давыда, но потом, преступив крестное целование, идет н а Василька и Володаря. Теперь Василько вновь выступает в ореоле героя. Он становится во главе войска, "вьзвысив крести. При этом и над воинами амноз и человеки благовернии видеша крести. Таким образом, повесть не идеализи рует Василька. Он не только жертва наветов, жестокости и коварства Давыд а Игоревича, легковерия Святополка, но и сам обнаруживает не меньшую жес токость как по отношению к виновникам зла, так и по отношению к ни в чем не повинным людям. Нет идеализации и в изображении великого князя киевског о Святополка, нерешительного, доверчивого, слабовольного. Повесть позво ляет современному читателю представить характеры живых людей с их чело веческими слабостями и достоинствами. Повесть написана типично средневековым писателем, который строит ее на противопоставлении двух символических образов "креста" и "ножа", лейтмот ивом проходящих через все повествование. "Крест" - "крестное целование" - си мвол княжеского братолюбия и единомыслия, скрепленных клятвой. "Да аще к то отселе на кого будеть, то на того будем вси и крест честный",- этой клятво й скрепляют князья свой договор в Любече. Василько не верит в коварство б ратьев: "Како мя хотять яти? оногды целовали крест, рекуще: аще кто на кого б удеть, то на того будеть крест и мы вси". Владимир Мономах заключает мир со Святополком "целоваше крест межю собою". Василько, отмщая свою обиду Давы ду, поднимает "крест честный". ""Нож" в повести об ослеплении Василька - не то лько орудие конкретного преступления - ослепления Василька, но и символ княжеских распрей, усобиц. "...Оже ввержен в ны нож!" – восклицает Мономах, у знав о страшном злодеянии. Затем эти слова повторяют послы, направленные к Святополку: "Что се зло створил еси в Русьстей земли и ввергл еси ножь в н ы?" Таким образом, "Повесть об ослеплении Василька Теребовльского" резко о суждает нарушение князьями своих договорных обязательств, приводящих к страшным кровавым преступлениям, приносящим зло всей Русской земле. Описания событий, связанных с военными походами князей, приобретают хар актер исторического документального сказания, свидетельствующего о фо рмировании жанра воинской повести. Элементы этого жанра присутствуют в сказании о мести Ярослава Окаянному Святополку 1015 - 1016 гг. Завязкой сюжета я вляется весть Ярославу из Киева от сестры Предславы о смерти отца и гибе ли Бориса; Ярослав начинает готовиться к походу, собирает войска и идет н а Святополка. В свою очередь Святополк, "пристрои бе-щисла вой, Руси и пече нег", идет навстречу к Любечу. Противные стороны останавливаются у водно й преграды - на берегах Днепра. Три месяца стоят они друг против друга, не р ешаясь напасть. И только насмешки и укоры, бросаемые воеводой Святополка в адрес Ярослава и новгородцев, вынуждают последних на решительные дейс твия: "...аще кто не поидеть с нами, сами потнем его". На рассвете Ярослав со св оими войсками переправляется через Днепр и, оттолкнув ладьи, воины устре мляются в бой. Описание битвы - кульминация сюжета: "...и сступишася на месте . Бысть сеча зла, и не бе лзе озером печенегом помагати, и притиснуша Свято полка с дружиною ко озеру, и вьступиша на лед и обломися с ними лед, и одала ти нача Ярослав, видев же Святололк и побеже, и одоле Ярослав". При помощи п остоянной стилистической формулы "бысть сеча зла" дана оценка битвы. Поб еда Ярослава и бегство Святополка - развязка сюжета. Таким образом, в данном летописном сказании уже наличествуют основные с южетно-композиционные элементы воинской повести: сбор войск, выступлен ие в поход, подготовка к бою, бой и развязка его. Аналогично построены сказ ания о битве Ярослава со Святополком и польским королем Болеславом в 1018 - 1019 гг., о междоусобной борьбе Ярослава с Мстиславом в 1024 г. Здесь следует отмет ить появление ряда новых стилистических формул: враг приходит "в силе тя жце", поле боя "покрыша множество вой"; битва происходит на рассвете "вьсхо дящую солнцю", подчеркнута ее грандиозность "бысть сеча зла, яка же не была в Руси", воины "за рукы емлюче сечахуся", "яко по удольем крови тещи". Символи ческий образ битвы-грозы намечен в описании сражения у Листвена между во йсками Ярослава и Мстислааа в 1024 г.; "И бывши нощи, бысть тма, молонья, и гром, и дождь... И бысть сеча силна, яко посветяше молонья, блещашеться оружье, и бе гроза велика и сеча силна и страшна". Образ битвы-грома использован в сказ ании 1111 г. о коалиционном походе русских князей на половцев, здесь же враже ские войска сравниваются с лесом: "вьуступиша аки борове". В описание сраж ения вводится мотив помощи небесных сил (агелов) русским войскам, что сви детельствует, по мнению летописца, об особом расположении неба к благоче стивым князьям. Все это позволяет говорить о наличии в "Повести временных лет" основных к омпонентов жанра воинской повести. В рамках исторического документаль ного стиля выдержаны в летописи сообщения о небесных знамениях. Э л е м е н т ы а г и о г р а ф и ч е с к о г о с т и л я Составители "Повести временных лет" включали в нее и произведения агиогр афические: христианскую легенду, мученическое житие (сказание о двух вар ягах-мучениках), сказание об основании Киево-Печерского монастыря в 1051 г., о кончине его игумена Феодосия Печерского в 1074 г. и ряд сказаний о черноризц ах печерских. В агиографическом стиле написаны помещенные в летописи ск азания о перенесении мощей Бориса и Глеба (1072) и Феодосия Печерского (1091). Летопись возвеличивала подвиги основателей Киево-Печерского монастыр я, который был "поставлен" ни "от царей, и от 6ояр, и от богатства", а "слезами, и п ощением, и бдением" Антония и Феодосия печерских. Под 1074 г. вслед за рассказ ом о преставлении Феодосия летописец повествует о печерских черноризц ах, которые всяко светила в Руси сьяють". Прославляя христианские доброд етели печерских иноков, прорицателя Еремея, прозорливого Матвея и черно ризца Исакия, летопись в то же время отмечает и отдельные теневые сторон ы монастырского быта. Попытка некоторых монахов покинуть печерскую оби тель вернуться "в мир" отмечена в рассказе об Еремее. Рассказ о Матвее проз орливом в сказочной форме показывает, что длинная церковная служба утом ляет многих монахов и они под разными предлогами покидают церковь и идут спать, а некоторые, как Михаил Тольбекович, даже убегают из монастыря. Конечно, слабости монахов объясняют в летописи "кознями бесовскими". Так, Матвей прозорливый, находясь в церкви, видит беса, принявшего облик ляха. В поле своего плаща этот лях носит цветы репейника и бросает их в монахов. За монахом же Михаилом Тольбековичем бес приезжает в монастырь на свинь е, и, подстрекаемый бесом, монах после заутрени, перескочив через ограду, б ежит из монастыря. Так прославление святости черноризцев печерских соч етается с правдивым отражением некоторых сторон монастырского быта, чт о уже явно выходит за рамки агиографического стиля. Одной из форм просла вления князей в летописи являются посмертные некрологи, связанные с жан ром надгробных похвальных слов. Первым таким похвальным словом являетс я некролог княгине Ольге, помещенный под 969 г. Он начинается рядом метафор ических сравнений, прославляющих первую княгиню-христианку. Метафорич еские образы "денницы", "зари", "света", "луны", "бисера" (жемчуга) заимствованы л етописцем из византийской агиографической литературы, но использованы они для прославления русской княгини и подчеркивают значение для Руси е е подвига - принятия христианства. Некролог-похвала Ольге стилистически близка похвале Владимиру, помеще нной в летописи под 1015 г. Умерший князь получает оценочный эпитет "блаженн ый", т. е. праведный, и его подвиг приравнивается подвигу Константина Велик ого. Некрологи Мстиславу и Ростиславу могут быть отнесены к жанру словес ного портрета, в котором дана характеристика внешнего облика и нравстве нных качеств князей: "Бе же Мьстислав дебел теломь, чермен лицем, великыма очима, храбор на рати, милостив, любяше дружину по велику, именья не щадяше , ни питья, ни еденья браняше". В агиографическом стиле выдержан некролог Глебу (1078): "Бе же Глеб милостив у богым и страннолюбив, тщанье имея к церквам, тепл на веру и кроток, взором кресен". Таков же некролог Ярополку Изяславичу (1086). Некрологи Изяславу и Всеволоду наряду с агиографической идеализацией этих князей касаются конкретных моментов их деятельностй, а в некрологе Всеволоду звучит голос осуждения, поскольку Всеволод под старость нача л "любити смысл уных, свет творя с ними". Весьма сдержанна летопись по отно шению к митрополитам, только один из них Иоанн удостоен панегирической х арактеристики, данной под 1089 г. Свидетельства о смерти князя, как правило, сопровождаются сообщениями о плаче над телом покойника и месте его погребения. Из христианской литера туры летописец черпал нравоучительные сентенции, образные сравнения. С вои рассуждения он подкреплял цитатами из текста "священного писания". Т ак, например, повествуя о предательстве воеводы Блуда, летописец ставит вопрос о верности вассала своему сюзерену. Осуждая изменника, летописец подкрепляет свои мысли ссылками на царя Давыда, т. е. на Псалтырь: "О злая ле сть человеческа! Якоже Давыд глаголет: Ядый хлеб мой, вьзвеличил есть на м я лесть..." Довольно часто летописец прибегает к сравнению событий и исторических деятелей с библейскими событиями и персонажами. Функция библейских соп оставлений и реминисценций в летописи различна. Эти сопоставления подч еркивают значимость и величие Русской земли, ее князей, они позволяют ле тописцам перевести повествование из "временного" исторического плана в " вечный", т. е. Они выполняют художественную функцию символического обобщ ения. Кроме того, эти сопоставления являются средством моральной оценки событий, поступков историческими лиц. О б щ а я х а р а к т е р и с т и к а с т и л я л е т о п и с и Таким образом, все вышеизложенное позволяет говорить о наличии в "Повест и временных лет" эпического повествовательного стиля, связанного с устн ой поэзией, стиля историко-документального, который преобладает в описа нии исторических событий, и стиля агиографического, который служит важн ым средством утверждения нравственных идеалов князя-правителя, защитн ика интересов Русской, земли и осуждения князей-крамольников. Разнородный в жанровом и стилистическом отношении материал объединен в летописи единой патриотической мыслью, последовательным хронологиче ским принципом изложения, единой историко-философской, моральной конце пцией. Летописец убежден, что история имеет начало и конец во времени. Ее п оступательное движение к концу - "страшному суду" - направляется волею бож ества. Однако поведение человека зависит и от него самого, его волеизъяв ления, зависит от выбора пути добра или зла. История, по мнению летописца, и являет собою арену постоянной борьбы добра и зла. Он оценивает деяния к нязей как с позиций вечных моральных истин, так и с позиции общественной морали своего времени. Летописец судит исторических деятелей не стольк о "божиим судом", сколько судом людским, судом "киян", "мужей смысленных". Он н е только прославляет добрые, но и не утаивает темных деяний. Двойственно, например, в летописи изображение Владимира Святославича. Он жестоко рас правляется с полоцким князем Рогволодом и его сыновьями, убивает брата Я рополка, выступает в роли гонителя первых христиан, побежден похотью жен скою. Однако после принятия христианства его облик резко меняется: на пе рвый план выдвигаются черты христианской кротости и смирения, благочес тия. Но и здесь сквозь идеализированные представления о князе-христиани не проступают живые человеческие черты: Владимир трусливо прячется под мост, испугавшись натиска печенегов у Василева, ссорится с сыном Ярослав ом. Отнюдь не идеальным правителем предстает и Ярослав: он готовится вступи ть в борьбу с отцом, жестоко расправляется с новгородцами, поднявшими во сстание против насильников-варягов; проявляет нерешительность в борьб е со Святополком, в панике готов бежать за море после поражения. Далеко не в привлекательном виде предстает Ярослав и в своей междоусобной борьбе со Мстиславом. Клятвопреступниками по отношению к Всеславу Полоцкому я вляются сыновья Ярослава. За властолюбие осуждается Святослав, изгнавш ий Изяслава и прельстивший Всеволода. Осуждается летописцем Олег Черни говский, который "земле Русьскей много зло створше, проливше кровь хрест ьяньску". Летописец выступает в роли проповедника-учителя: история – эт о наглядный урок "нынешним князьям", поучительный пример современникам. По-видимому, от античных авторов через Византию им был унаследован принц ип историков, сформулированный Цицероном: "Historia est magistra vitae" - "История - учительниц а жизни". История в "Повести временных лет" предстает в качестве поучения, данного не в виде общих сентенций, а в виде конкретных ярких художествен ных сказаний, повестей, фрагментарных статей, положенных "по ряду" "времен ных лет". Летописец глубоко убежден в конечном торжестве добра и справедливости, отождествляя добро и красоту. Он выступает в роли страстного публициста , выражающего интересы всей Русской земли. Язык "Повести временных лет" ши роко отражает устную разговорную речь своего времени. Почти каждое изве стие, прежде чем оно было записано летописцем, отложилось в устной речи. П рямая речь исторических лиц занимает существенное место в стиле летопи си. С речами обращается князь к своей дружине, послы ведут дипломатическ ие переговоры, речи произносятся на вече, пиршествах. Они свидетельствую т и необычайно выразительны. При этом летописец почти никогда не прибега ет к вымьшленным речам, - он всегда точен и строго фактографичен в передач е "речей" своих героев. В летописи широко представлена специальная терми нология; военная, охотничья, юридическая, церковная. Вырабатываются четк ие, выразительные, образные фразеологические сочетания, как, например:"в зять град копьем" - захватить город приступом, "сесть на конь" - выступить в п оход, "утереть поту" - вернуться с победой, "есть хлеб деден" - княжить на стол е предков, "целовать крест" - давать клятву, "ввергнуть нож" - начать раздоры. Часто летописец использует народные пословицы, поговорки: "Погибоша аки обре", "Беда, аки в Родне", "Русй есть веселье питье не можем бес того быти". Язы к "Повести временных лет" свидетельствует о необычайно высоком уровне ра звития культуры устной и письменной речи в ХI - ХIIвв.. ЗНАЧЕНИЕ "ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ" "Повесть временных лет" сыграла важную роль в развитии областных летопис ей и в создании общерусских летописных сводов ХV – ХVI вв.: она неизменно вк лючалась в состав этих летописей, открывая собой историю Новгорода, Твер и, Пскова, а затем и историю Москвы и Московского государства. В литератур е ХVIII-ХIХ вв. "Повесть временных лет" служила источником поэтических сюжето в и образов. Так, А. П. Сумароков, создавая свои классицистические трагедии , обращался не к античным сюжетам, а к событиям русской национальной исто рии (см. его трагедии "Синав и Трувор", "Хорев"), Я. Б. Княжнин свою тираноборчес кую трагедию "Вадим Новгородский" строит на материале летописи. Большое место занимают образы Владимира, Святослава, Олега в романтических "Дума х" К.Ф. Рылеева, проникнутых пафосом свободолюбивых идей. Поэтичность летописных сказаний прекрасно почувствовал, понял и перед ал А. С. Пушкин в "Песне о вещем Олеге". В летописях старался он "угадать обра з мыслей и язык тогдашних времен" для своей исторической трагедии "Борис Годунов". Созданный поэтом величавый по своей духовной красоте образ лет описца Пимена явился, по словам Ф. М. Достоевского, свидетельством "того мо щного духа народной жизни, который может выделять из себя образы такой н еоспоримой правды". И в наши дни летопись не потеряла своего большого не только историко-поз навательного, но и воспитательного значения. Она продолжает служить вос питанию благородных патриотических идей, учит глубокому уважению к сла вному историческому прошлому нашего народа. Список литературы: 1. "История древнерусской литературы", Кусков В.В., М., "Высшая школа", 1982 2. "Живая древняя Русь", Осётров Евг., М., "Просвещение", 1984 3. "Древняя Русь и Киев в летописных преданьях и легендах", Котляр Н.Ф., К., "Нау кова думка", 1986 4. "Великое наследие: Классические произведения литературы Древней Руси", Лихачёв Д.С., М., 1980
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Куда бы ни попал русский человек, гречку он все равно найдет.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по культурологии "Культура Древней Руси в "Повести временных лет"", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru