Реферат: От "патриотизма" к национальному самоуничтожению - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

От "патриотизма" к национальному самоуничтожению

Банк рефератов / Философия

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 427 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

От "патриотизма " к национальном у самоуничтожению Впервые пришло мне в голову , что идеи убиваю т , лет тридцать назад , причем в обстоятель ствах , нисколько для трагических размышлений не подходящих . Может быть , кому-то эта мысл ь покажется тривиальной , меня она , я хорош о это помню , потрясла . Нет , конечно , прямой наводкой убит ь человека идеи не могут , не пушки все- таки . Они убивают косвенно - разрушая вековые империи и политические режимы , утвердившийся строй жизни , одним словом , цивилизации . А потом уже очередь доходит и до людей . И тогда безобидные , не начиненные ни вз рывчат к ой , ни смертоносными микробами , вроде бы бесплотные идеи оказываются вдр уг страшнее ураганов , смерчей и землетрясений . Под обломками убитых ими цивилизаций гиб нут миллионы . Потрясла меня , однако , в ту пору во все не абстрактная мысль о разрушительной • сил е идей , но вполне конкретный с лучай убийства цивилизации . Я говорю о "па триотической " Русской идее , как было названо впоследствии учение славянофилов о культурном превосходстве России над Европой , о той самой идее , что , столкнув страну в про пасть мировой в ойны , убила ее . Но сначала об обстоятельствах , при кот орых пришла ко мне эта горестная мысль , противоречащая буквально всему , чему учили нас в школах и в университетах - в СССР и на Западе . 1 Где-то осенью 1967 года , когда я был разъездным спецкором "Ли т ературной газеты " и "Комсомолки " и до третьего христианского тысячелетия было еще невообразимо далеко - пережить бы как-нибудь второе ! - приключилась со мной необыкновенная история . Сознаюсь , я не придал ей тогда особого значения , хотя эта история и опред е лила всю мою жизнь на д есятилетия вперед . На самом деле она показ алась мне престранным курьезом , которыми полн а была та короткая пора междуцарствия , ког да динамический импульс , заданный СССР хрущев ским десятилетием реформ , уже агонизировал , но страна еще н е решалась поверит ь , что стоит на пороге беспросветного тупи ка брежневизма . Короче , фоном моей истории было время , когда возможность пойти по то му , что нынче зовется "китайским путем ", был а в России упущена безвозвратно . Но вот сама история . Главный редак тор "Литературной газеты " А . Чаковский , с которым я и знаком-то не был , вдруг пригласил меня к себе и предложил на писать статью на полосу (!) о В . Соловьеве . Чтобы представить себе , насколько странны м было это предложение , надо знать , конечн о , кто был Сол овьев и кто Чаковски й . И почему , собственно , обратился он с такой неожиданной просьбой именно ко мне . Соловьев умер в 1900 году , на сорок во сьмом году жизни . Был он сыном знаменитого историка и основателем русской школы фил ософии . В 1880-е он пережил мучи тельную духовную драму , сопоставимую разве что с аналогичной драмой безвестного сборщика налого в Савла , внезапно обратившегося по дороге в Дамаск в пламенного апостола христианства Павла . Бывший славянофил Соловьев не толь ко превратился в западника и жест о чайшего критика покинутого им "патриотиче ского " кредо , но и предсказал , что именно от этого кредо Россия и погибнет . Случа ев , когда ¦ крупные умы обращались из западников в славянофилов , было в прошлом веке предостаточно . Самые знаменитые примеры , конечно, Ф . Достоевский и К . Леонтьев . Однако никто , кроме Соловьева , не прошел э тот путь в обратном направлении . В истории русской мысли остался он фигурой трагической . Но и монументальной . Ес ли его идеи воссоединения христианских церкве й или всемирной теократии не нашли последователей , то предложенное им учение , ост авшееся в истории под именем "философии вс еединства ", вдохновило блестящую плеяду российских мыслителей Серебряного века . Н . Бердяев , С . Булгаков , Е . Трубецкой , С . Франк , Г . Фед отов считали его своим учителем . Он и Л . Толстой - лишь два человека нашлись в тогдашней России , публично восс тавшие против казни цареубийц в 1881 году . Го ворили они одно и то же : насилие порож дает насилие . Оба пророчили , что страшную цену заплатит Россия за эту кровавую мест ь. Леонтьев однажды назвал Соловьева "сат аной ", но тут же с необыкновенной откровен ностью добавил : "Возражая ему , я все-таки бл агоговею " [I]. Другое дело Чаковский , Сатаной его вря д ли кто назвал бы , но и благоговения он тоже ни у кого не вызывал . О духовны х драмах и говорить нечего . Был он средне-советским писателем и важным литературным бюрократом ; одно время даже , ка жется , кандидатом в члены ЦК КПСС . Что мог он знать о Соловьеве ? Ровно ничего . Кроме того , разумеется , что был тот "тип ичным представителем р еакционной идеали стической философии ", славянофилом и националистом . Имея , впрочем , в виду , что никаких ант ибольшевистских акций Соловьев - по причине пр еждевременной кончины -не предпринимал , имя ег о вполне уместно было упомянуть в каком-ни будь заштатном узкоспециализированном изд ании . Но посвятить ему полосу в "газете советской интеллигенции " с почти миллионным т иражом - событие , согласитесь , экстраординарное . Так зачем же могла столь экзотическая акция понадобиться партийному прагматику Чаковскому ? У ме ня и по сию пору нет то чного ответа на этот вопрос . Хотя некоторы е (и весьма даже правдоподобные ) догадки , о пирающиеся на компетентные редакционные источник и , есть . С ними я , однако , повременю . Хот я бы потому , что нужно еще объяснить ч итателю , почему я та к ое невероятно е предложение принял . И почему оно не показалось мне неисполнимым . В двух словах : потому , что мне в ту странную пору все казалось возможным . Я только что объехал полстраны , и отчая нная картина жизни крестьянской России потряс ла меня . Но удиви тельнее всего было то , что мне разрешили честно , т.е . практи чески без какого бы то ни было вмешат ельства цензуры , рассказать о ней в серии очерков на страницах самых популярных га зет с миллионными тиражами , наделавшей когда-т о много шума [2-5]. Едва ли мо жно сомневаться , что кому-то на самом верху жестокая правда о положении колхозного крестьянства была в тот момент почему-то выгодна . И я со своими очерками по какой-то причине пришелс я кстати одному из тех бульдогов , что яростно дрались под кремлевским ко в ром . Во всяком случае В . Сырокомский , тогдашний зам . главного "Литературной газеты ", сообщил мне конфиденциально , что опубликованны й в июле 1966 года в двух номерах газеты социологический очерк "Тревоги Смоленщины " се рьезно заинтересовал кого-то в Политбю р о . И будто бы этот кто-то пожелал со мною встретиться , чтобы обсудить пробл ему , так сказать , персонально . Никакой встречи , впрочем , не было . Но удивительное ощущени е , что я могу писать без оглядки на цензуру , кружило мне голову . Тем более что еще охотнее печат али меня в "Комсомолке ", где собралась тогд а сильная команда , проталкивавшая так называе мую звеньевую реформу в сельском хозяйстве и в особенности замечательный эксперимент И . Худенко . с которым я долгие годы был дружен . Верховодил там В . Чикин (да-д а , тот самый нынешний редактор "С оветской России ", которому тоже в ту пору случалось ходить в подрывниках советской власти ). Комсомольская команда , надо полагать , тоже имела своего патрона в Политбюро , для которого страшная картина нереформированной советс к ой деревни стала козырной картой в драке за власть . "Колхозное с обрание ", например , -мой очерк , опубликованный п очти одновременно с "Тревогами Смоленщины ", где банкротство "колхозной демократии " описано бы ло так рельефно , что звучало ей смертным приговоро м , - стал на время своег о рода манифестом комсомольской команды . Как видит читатель , было от чего г олове закружиться . И мое тогдашнее впечатлени е , что я могу все , по-видимому , совпало с впечатлением Чаковского . Ему я тоже , нав ерное , должен был казаться "во сходящей звездой " советской журналистики , за которой ст оит кто-то недосягаемо высокий и которой п озволено то , что запрещено другим . (Добавлю , что точно такое же впечатление сложилось почему-то , как пришлось мне узнать позже , когда я уже оказался в Америке, и у аналитиков ЦРУ. Во всяком случае они долго и въ едливо допытывались , кто именно стоял за м ною в Политбюро в 1960-е годы ). Потому-то , я думаю , и возник , в голове у Чаковского план коварного спектакля , где я , согласно редакционным источникам , должен был нев ольно сыграть главную - предательскую - роль . Как это ни невероятно , ни о чем таком я не догадывался . И воспринял нов ое задание с таким же воодушевлением , как если бы мне , например , предложили снова съездить в Казахстан и еще раз рассказ ать миру , как з амечательно идут дела у Худенко - на фоне кромешной тьмы в соседних совхозах-доходягах . И , говоря по совести , новое задание мне показалось даже более интересным . Я ведь историк по образованию , и м ощная , трагическая фигура Соловьева давно мен я занимала . Че стно рассказать о его судьбе , о его драме и монументальном от крытии , о котором , кажется , не писал еще никто ни до меня , ни после (да и моя рукопись давно куда-то задевалась , то ли в спешном и катастрофическом отъезде и з России , то ли в бесконечных переезд а х по Америке ), казалось мне оч ень важным . Это сейчас , когда сочинения Со ловьева давно переизданы и доступны каждому , рассказ о его духовной драме никого , наверное , не удивит (впрочем , и в наши дни едва ли посвятит ему полосу популярна я газета ). Но в 1967 г оду , после п роцесса над А . Синявским и Ю . Даниэлем , такая полоса была бы без преувеличения с обытием беспрецедентным . А для меня вся разница была лишь в том , что командировка на этот раз оказалась не в забытые богом колхозы А мурской или Пензенской областей , но во вполне комфортабельную Ленинку , где и переч итывал я несколько месяцев подряд тома Со ловьева . 2 Я не могу , к онечно , воспроизвести здесь то , что тогда написал . И память не та , да и давно уже не пишу я так темпераментно , как в те далекие годы . Все-та ки полжизни прошло с тех пор . Впрочем , в книге "После Ельцина " я о Соловьеве упомянул . Предложенная им формула , которую я называю "лестницей Соловьева ", - открытие не менее замечательное , я думаю , чем периодическая таблица Менделеева . А по силе и смелости предвидения даже боле е поразительное . Вот как выглядит эта форм ула : "Национальное самосознание - национальное само довольство - национальное самообожание -национальное самоуничтожение " [6J. Вчитайтесь и вы увидите : содержится зд есь нечто и впрямь неслыхан ное . А именно , что в России естественный , как дых ание , и высоко положительный патриотизм (нацио нальное самосознание ) может оказаться смертельно опасным . Неосмотрительное обращение с ним неизбежно развязывает , утверждал Соловьев , цепн ую реакцию , при которо й человек или общественное движение и сами не замеч ают происходящих с ними губительных метаморфо з . Нет , Соловьев нисколько не сомневался в жизненной важности патриотизма , столь же нормального - и необходимого - для народа , как , допустим , любовь к детям или к родителям . Опасность , по его мнению , была л ишь в том , что в России граница между национальным самосознанием и второй ступенью это страшной лестницы , "национальным самодово льством " (или , говоря современным языком , умерен ным национализмом ), не очевидна , а мор фна , размыта . И "проскочить " ее легче легког о . Но стоит культурной элите страны и впрямь оказаться на этой коварной второй ступени , как дальнейшее ее скольжение к пр опасти становится необратимым . И тогда "национ альное самоуничтожение " - гибель цивилиза ц ии - оказывается неминуемым . Короче говоря , Соловьев предсказал , что славянофильство убь ет Россию . 3 Пришел он к своей роковой формуле , наблюдая деградацию этой националистической утопии 1830-х годов , суме вшей , разлагаясь , заразить "патриотическим " ядом к ультурную элиту страны на много п околений вперед . Объяснялось это просто . Декабристам , которые были господствующим идейным движением после Отечественной войны 1812 года и в рядах которых сосредоточилось все думающее , талантливое и блестящее в ее европеизи рованной культурной элите , не приходила в голову идея какого бы то ни было превосходства России . Для них о на просто была неотъемлемой частью Европы . Им , однако , было стыдно за российское кр епостничество и самодержавие , за отсталость с воей страны по сравне н ию с ос тальной Европой . И потому патриотизм их вд охновлялся жестокой национальной с амокритикой, а не провинциальной мечтой о величии , не говоря уже о м ессианстве России . Но в середине 1820-х декабризм был ра згромлен . Образовался гигантский идейный вакуум, когда , как вспоминал впоследствии А . Герцен , не только "говорить было страшно ", но и "сказать было нечего ". Короче , разра зилась интеллектуальная катастрофа . Подрастающее поколение русской интеллигенции оказалось в и дейной пустыне . Оглушенная и растерянна я , зажатая в железных тисках николаевской цензуры , молодежь была неспособна сопротивля ться какой бы то ни было идейной фант асмагории . Вот в этот вакуум в конце 1830- х и вторглось славянофильство . Вдохновляли ег о идеи немецких романтиков . Простую и раци онал ь ную декабристскую мысль славяноф илы заменили пропагандой культурного превосходст ва России над Европой , именно тем , что Соловьев назвал впоследствии "национальным самодо вольством ". Достаточно сказать , что самодержавие , проклятое декабристами , то самое , рад и свержения которого согласились они рис кнуть не только благополучием , но и жизнью , славянофилы провозгласили "самой свободной ф ормой правления ". 4 Порвав с полити ческой традицией декабризма , основоположники слав янофильства остались , однако , верны его соци альной программе . Они были искренними и страстными противниками угнетения во всех его формах - крепостного права , цензуры и полицейского надзора за мыслью страны - с ловом , голубой воды либералами . Николаевский р ежим называли они "деспотизмом " и "полицейск и м государством " и боролись против него всеми доступными им средствами . Тем не менее их примирение с самодержавием как "национальной " политической формой Русской идеи и червоточинка "национального самодовол ьства " сделали дальнейшее скольжение славянофильс т в а по лестнице Соловьева неминуе мым . Никто не сказал об этом лучше нег о самого : "Внутреннее противоречие между требо ваниями истинного патриотизма , желающего , чтобы Россия была как можно лучше , и фальшивы ми притязаниями национализма , утверждающего , что она и так всех лучше , - это пр отиворечие погубило славянофильство " [7]. В таких условиях оно не могло в конечном счете не оказаться главным против ником декабристской традиции . Роковую роль в деградации славянофильства сыграло то обстоя тельство , что "национальн ое самодовольство " оно распространило не на одну Россию , н о и на всю славянскую расу . Не только собственно российская , но и славянская ку льтура , полагали они , выше западной . Даже п озднейшие их апологеты не решались отрицать эту странную расистскую черту в славянофильстве . Нет , говорил , например , в попытке оправдать его Н . Бердяев , славяно филы , в отличие от националистов обскурантист ского типа , никогда не были ненавистниками Запада . Они всего лишь считали славянскую культуру высшей ступенью по сравнению с з а падной . Бердяев даже не заметил , что из эт ого невинного , на первый взгляд , признания логически вытекало представление о миродержавной роли России как верховного защитника это й высшей культуры , надежды человечества . Именн о этим ведь и объяснялось знаменито е изречение Н . Данилевского : "Идея славянства должна быть [для русских ] высшей идеей , в ыше свободы , выше науки , выше просвещения " [8]. Да разве и сам Бердяев не провозгласил в канун войны 1914 года , ничего кроме Стр ашного суда России не сулившей , что "бье т тот час , когда славянская раса во главе с Россией призывается к опр еделяющей роли в жизни человечества " [9, с . 10]. К сожалению , Бердяев был не единственн ым западником , который в решающую для стра ны минуту встал на сторону славянофильской традиции против декабристской . Такую же позицию заняла практически вся московская интеллигенция . Бердяеву принадлежала лишь одна из восьми брошюр , выпущенных по этому с лучаю издательством И . Сытина в серии "Вой на и культура ". Остальные вышли из-под пера самых блестящих и нтеллектуалов Сер ебряного века С . Булгакова , Е . Трубецкого а втора двух брошюр ), И . Ильина , В . Эрна , С . Дурылина , А . Глинки-Волжского . В . Розанов о публиковал по этому случаю целый сборник восторженных статей "Война 1914 года и русское возрождение ". Чем , кр о ме влияния славянофильской традиции , объясните вы , что са мые преданные сыны отечества с таким воод ушевлением тащили родину на заклание , под нож , на гибель ? И как должен был рассуж дать о войне тогдашний средний славянофильств ующий интеллигент , если звали е г о на смерть самые тонкие и авторитетные мыслители России ? Точнее всех , пожалуй , объяснил их тогд ашнюю логику замечательный современный знаток славянофильских древностей С . Хоружий : «Кровавы й конфликт между ведущими державами Запада означал [для них ] явное банкротство ег о идеалов и ценностей и с большим вер оятием мог означать также и начало его конца , глобального и бесповоротного упадка ... Напротив , Россия ... явно стояла на пороге с ветлого будущего . Ей предстоял расцвет , и роль ее в мировой жизни и культур е должна была стать главенствующей . "Ex oriente lux. Теперь Россия п ризвана духовно вести европейские народы ", - [пр овозгласил Сергий Булгаков ]. Жизнь , таким образ ом , оправдывала все ожидания , все классические положения славянофильских учении . Крылатым с лов ом момента стало название брошюры Эрна "В ремя славянофильствует "» [10]. Поистине , как говор или древние римляне , тех , кого бог хочет погубить , он вначале лишает разума ... 5 Как именно прои зошла эта потрясающая аберрация , как на пр отяжении трех поколений п ревращалось слав янофильство из умеренного романтического национа лизма в то , что по аналогии с крайними радикалами времен Французской революции умес тно назвать национализмом "бешеным ", как превра щалось оно из преемника декабристов в нас ледника их палачей , п одробно рассказ ано в книге . А сейчас пора нам вернуть ся к Соловьеву . Больше всего его удручало , что культур ная элита России уже в конце XIX века ок азалась не в состоянии освободиться от ги пноза славянофильских идей . Даже самые решите льные их противники , л ибералы и западн ики , жестоко высмеивавшие "славянофильскую мякину ", как окрестил ее впоследствии П . Струве , были тем не менее уязвимы для ее а ргументов . Деятели Великой реформы поверили в славянофильскую апологию самодержавия . Герцен и народники соблазнил и сь их ги мнами крестьянской общине . Серьезные политики и мыслители рассуждали в их терминах о российском мессианстве и об органической с вязи судеб России и "братьев-славян ", даже е сли те , подобно полякам или чехам , ховатам или словенцам , были католиками и з нать этого "братства " не хотели . Короче , русская интеллигенция при всем своем вне шнем европеизме оказалась в плену у идей антиевропейских , с точки зрения Соловьева , языческих , антихристианских . Забыла о том , ч то , по выражению его ученика Г . Федотова , "в о т личие от мессианства еврей ских пророков , русское мессианство лишено эти ческого содержания . [И потому ] способно обернут ься и вовсе антихристианским имморализмом " [II]. И вытащить культурную элиту России из этого славянофильского морока оказалось прак тическ и невозможно . Впереди , как смертельн о боялся Соловьев , зияла бездна . И тем не менее он боролся , сколько хватало сил , с бешеным национализмом , не щадя при этом и национализма умеренного , который , с его точки зрения , был лишь пусковым крючк ом всего процесса вырождения , лишь трамплином для рокового скольжения к пропаст и , остановить которое он не мог . В этом и состояла его драма . 6 Как видит читат ель , в своем эссе для Чаковского я даж е и не коснулся сложнейших проблем соловь евской "философии всеединства ". Они уже и вовсе были неуместны в газетной статье . И потому сосредоточился я лишь на обще доступной стороне дела , тем более что драм а здесь бросалась в глаза . Упомянул , конеч но , и о недостатках его формулы , которые были , как я тогда думал , лишь продолжени ем ее д остоинств . Начну с того , что , описывая драму п атриотизма в России , Соловьев так никогда и не объяснил , почему начинается его роков ая трансформация в национализм , как именно заражается им образованное общество . В этом смысле оставил он нам в наследство з аг адку . Конечно , найдись у него ученик и , которых интересовала бы не только филос офия всеединства , но и духовная драма учит еля , они , надо полагать . отыскали бы ключ к этой загадке , расшифровали бы то , что осталось в ней темным . Но не нашлось таких учеников - ни в России , ни на Западе (кроме , конечно , Федотова , к оторого так и не услышали из его эмиг рантского далека в России , не услышали и на Западе ). Тем более странно , что ско льжение по лестнице Соловьева продемонстрировали миру - много лет спустя после его см е рти - Тевтонская и Синтоистская и деи (аналоги Русской идеи в Германии и Японии ). Они ведь тоже привели свои стра ны к национальному самоуничтожению . Иначе гов оря , описанная Соловьевым драма патриотизма в стране , пораженной тем , что я называю "имперской бол е знью ", имела на само м деле смысл универсальный . Конечно , "национальное самоуничтожение " не следует понимать буквально . И у России , и у Германии , и у Японии была еще , т ак сказать , жизнь после смерти . Но цена , уплаченная за национальное выздоровление , оказ а лась , как и предвидел Соловьев , непом ерной , катастрофической , просто уничтожающей . И подумать только , что предсказал это все человек за десятилетия до Первой , не говоря уже о Второй , мировой войны , когда сама возможность такого развития соб ытий никому , кр оме него , даже и в голову не приходила . Поистине неблагодарное потомство ... 7 Такой вот приме рно текст и принес я зимой 1967 года в "Литературную газету ". Что произошло дальше ? А ничего . Статью не отвергли , но и не опубликовали . И никаких объяснений , не г оворя уже об извинениях , не последовал о . Чаковский просто исчез с моего горизонт а . И двери "Литературной газеты " стали медл енно , но неумолимо передо мной затворяться . Редакционные старожилы разъяснили мне подоплек у . Оказалось , что Соловьев сочувственно ци т ировался в самиздатском романе А . Солженицына "Раковый корпус ". Замысел Чаковско го состоял в том , чтобы я , ничего не подозревая (романа я не читал ), уличил Со лженицына в невежестве , показав , что ничего он на самом деле о Соловьеве не зна ет , либо скомпроме т ировал его в глазах либеральной интеллигенции как поклонник а реакционного националиста . А еще лучше и то и другое . Одним словом , чепуха какая-то . Ни малей шего представления о Соловьеве Чаковский , как я и думал , не имел . О его духовной драме не подозревал. Интриговал вслепую . Но , даже сознавая непристойность интриги , от которой тошнило даже его подчиненных , я все-таки ему благодарен . Кто знает , выпал а ли бы мне в горячке тех дней , ме жду командировками на Кубань и в Киргизию , другая возможность так близко п р икоснуться к делам и заботам одного из титанов русской мысли ? Остановиться , огля нуться , задуматься над судьбами страны и м ира , которыми жил Соловьев . Научиться у не го , как это делается . Сейчас , три десятилетия спустя , я пони маю , что научил меня Соловьев н е т олько подходу к жизни . И не только нео бходимому масштабу размышлений о ней , благода ря которому все , чем я до тех пор занимался , встало вдруг на свое место , обр ело контекст и перспективу . Нет , судя по тому , что всю последующую жизнь я строг о , не отклоня я сь следовал идеям , открывшимся ему в его духовной драме , б ольшему , неизмеримо большему научил меня Соло вьев . Он передал мне свой страх , что пр и определенных обстоятельствах даже самый нор мальный патриотизм вызывает в России цепную националистическую реакц и ю . И что умеренный национализм обязательно раньше или позже превращается в бешеный , чреватый в ядерном веке буквальным уничтожением страны , небытием . Что может быть страшнее этого ? 8 Этот страх Соло вьева преследовал меня всю жизнь . Я написа л о грозном фен омене русского патриот изма /национализма много книг , переведенных на многие языки и опубликованных во многих странах . И ни разу за все время н е усомнился в аргументах учителя . Хотя гов орил о слабостях аргументации Соловьева еще в той , несостоявшейся полосе для "ЛГ ". И все-таки принял ее без сомнения ... Но вот пришел час - и я усомнился . Не знаю , почему это произошло именно сейчас . Может быть , потому , что -вопреки всякой логике - я тоже переживаю крушение российской сверхдержавности как унижение . Умом- то по нимаю - я ведь ученик Соловьева , что крушение это на самом деле величай шее благо , которое только могла подарить Р оссии история после четырех столетий блуждани я по имперской пустыне . В каком-то интервь ю после своей отставки с поста А . Лебе дь сказал : "А чем в конце концо в кончила Россия ? У нас четыреста лет Смутное время " [12]. И он , значит , это понимает . И у него ум с сердцем не в л аду (вспомните название его книги "За держ аву обидно "). Но именно в момент мучительной раздво енности как раз и важно чувство па триотизма , лояльности , верности отечеству . И именно в такую минуту , когда патриотизм оказывается единственным , быть может , якорем гражданина России , подозрительность по отнош ению к нему начинает вдруг выглядеть кощу нственно . 9 Между тем Солов ьев , как мы з наем , так никогда и не определил точно ту грань , за которой появляется националистическое наваждение , ведуще е к бездне . Нелепо же отрицать : в том виде , в каком она есть , формула его учит подозрительности ко всяком у патриотизму . А это ведь не только неверно по существу , это - гре х . Чем в самом деле отличается человек , отрекшийся от родины , от того , кто отрек ся от собственных родителей ? Неверна , стало быть , здесь аргументация учителя , требует ут очнения , дополнения , выяснения того , что он опустил . Требует , ко р оче , защиты патриотического чувства от жупела национализма . И , следовательно , от формулы Соловьева . А ведь у нас сколько угодно и других свидетельств ее неточности . Не объясни л , например , Соловьев , почему именно в Росс ии грозит патриотизму предсказанная и м деградация . Ведь мы вправе спросить , что конкретно в ее политической истории спрово цировало это вырождение и сделало его неи збежным ? Что происходит с патриотизмом в с опоставимых с Россией великих державах , во Франции , допустим , или и в Америке ? Иначе го в оря , как выглядит его форм ула на фоне мирового опыта национализма ? И наконец , нельзя же пройти мимо т ого , что все альтернативы вырождающемуся наци онализму , предложенные Соловьевым , оказались на удивление неработающими -и воссоединение христи анских церквей , и всемирная теократия , и даже философия всеединства . Не смогли они остановить скольжение страны в пропасть . И ничего в результате не изменило его открытие в ходе истории - ни российской , ни мировой . Это , конечно , делает его судьбу еще более , трагичной , но ясности в главном , волновавшем его как политического мыслителя вопросе тоже ведь не прибавляет . Вот этот вопрос : а существует ли вообще в России (и в сопоставимых с нею великих державах ) жизнеспособная альтернатива бешеному национализму ? Или обречены о н и нес ти его в себе как вечное проклятие ? Ко роче , если это действительно болезнь , излечима ли она ? И если да , то как ? 10 Ничего этого не найдет читатель в книгах Соловьева . И , боюсь , не найдет и в моих . Это ведь я на самом деле не его так жесто ко критикую, а себя . В конце концов ему не пришлось увидеть последнюю трагичес кую победу славянофильства над декабризмом , п обеду , которая окончательно трансформировала пред революционных российских либералов в славянофильствующую интеллигенцию и тем самым убила Россию. Конечно , он предсказал эту цивилизационну ю катастрофу . И , конечно , был уверен , что придет она как результат националистического наваждения . Фатально ослабив и деморализовав страну , выродившийся патриотизм и сделает е е , думал учитель , легкой добычей перво го же захватчика . Только конкретный механизм этого национального самоуничтожения представлял он себе иначе : как китайское нашествие , как новую волну "панмонголизма ". Тут художес твенное прозрение Достоевского , связавшего наступ ающую катастрофу с нашествием русских "бесов ", было ближе к истине . В главном , однако , прав оказался Солов ьев , а не Достоевский . "Бесы "-то пришли на готовое . Самим по себе никогда бы и м с Россией не совладать . Расчистили "беса м " дорогу , построили для своей страны эшаф от "патриоты ", вт янув ее в бессмысленну ю мировую бойню , обескровив ее и положив , таким образом , обессиленную к ногам пала чей . Действительная проблема была , однако , в другом . Интернационализм победивших бесов на поверку оказался столь же негодным лекарст вом от имперской бо лезни , на протяжени и четырех столетий мучившей Россию , как и предложенные Соловьевым экуменизм и философи я всеединства . Разве что обошелся стране э тот обманный бесовский интернационализм несоизме римо дороже , поразив ее дух ужасами гражда нской войны и терр о ра и - что бесконечно важнее - на три поколения сбив ее со столбовой дороги мирового развития . Вот тут-то и подходим мы к главном у вопросу этой книги . Чем важно для на с прозрение Соловьева сегодня , столетие спуст я после его смерти ? Ведь живем мы , по-в идим ому , в совершенно ином мире , ничут ь не похожем на тот , в котором воевал он с вырождающимся славянофильством , когда , как мы помним , само "время славянофильствов ало ". Я имею в виду , конечно , не только ракеты и компьютеры , которые во времена Соловьева и пред с тавить себе было немыслимо . Говорю я о куда более важном для нас . Россия больше не импери я , а федеративная республика . Каждый может в ней теперь писать , что хочет , ездить по миру , куда ему вздумается , одним словом , свободно дышать . Так что же , значит , про йдя чере з гибельную трясину имперского национализма и бесовства , усеяв ее болотные проселки кос тями стольких обездоленных поколений , вернулась Россия окончательно на ту самую цивилизаци онную стезю , что прочили ей еще декабристы ? Значит , не противопоставит уже он а себя Европе и миру , и восторжествовала в ней наконец бесповоротно декабристская традиция ? .Но почему в таком случае , даже в момент , когда я пишу эти строки , я этому не верю ? И мало кто из моих соотечественников верит ? И почему героями ее культурно й элиты опять оказались проповедники Русской идеи , а не "декабристы ", жизни свои полож ившие за то , чтобы Россия из империи п ревратилась в федерацию ? Почему та самая Р усская идея , однажды уже убившая Россию , п о-прежнему , как и при жизни Соловьева , возв ышае т ся над памятью о них ? И опять , пренебрегая страшным предостережением мо его учителя , патриотизм на глазах перерастает в то самое национальное самодовольство , и з трясины которого обессилевшей стране не вырваться . Прислушайтесь к голосам профессиональных "па триотов ", и у вас не останется с омнений , что , вопреки всему неизбывно горестно му историческому опыту , опять "славянофильствует время ". Вот вам А . Подберезкин , серый кар динал Народно-патриотического союза : "Россия не может идти ни по одному из путей , п рием л емых для других цивилизаций и народов " [13]. Вот руководитель КПРФ Г . Зюган ов , формулирующий исторический выбор России : "Л ибо мы сумеем ... восстановить контроль над геополитическим сердцем мира , или нас ждет колониальная будущность " [14]. Вот главный теор е тик нового бесовства А . Дугин : "Россия немыслима без империи " [15J. А вот г лавный практик этого бесовства А . Баркашов : "В мире останется только одно самое мог учее во всех отношениях государство - это будет наше государство ... Впереди эра России - и она уж е началась !" [16]. Отличаются они от "патриотов " прошлого века ? Отличают ся . Тем нужны были Сербия , Константинополь и Галиция , а этим Сербия , Севастополь и Казахстан . Ничего не мог знать Соловьев об э том возрождении демонов "национального .амообожани я ". Но я-то знаю . И все-таки не пош ел существенно дальше учителя , не .опытался ответить на вопросы , на которые он не ответил . Не предложил патриотам 'оссии никак ой новой альтернативы национализму взамен тех непрактичных , пред ->женных Соловьевым . Иначе говоря , не сделал того , что сдела л бы учитель , доживи • л до наших дней . 11 Соловьев был бо льшим мыслителем , и я не знаю , по силам ли мне подобная задача . Но ведь требу ет этого не только долг по отношению к учителю , которому я стольким обязан . Как и в его время , стои т Россия н а пороге решающего в ее истории перелома . Как и прежде , озабочена большая часть ее либеральной публики вовсе не той мо нументальной проблематикой , о которой он разм ышлял . Сейчас занимают ее борьба нефтяных кланов , титанический передел собственнос т и и естественно сопровождающий его вз рыв коррупции и преступности , министерская че харда , одним словом , "реальные процессы ". Но ведь и тогда было вокруг чего суетиться прессе , волноваться политикам , ахать и охать публике . Такие же "реальные процессы " бурл и л и и тогда . Было , например , от чаянное разочарование результатами нелепой русск о-турецкой войны 1877 года в которую опять-таки втравило страну славянофильство . Или моровой голод 1891 года и Ходынка , и "бессмысленные мечтания " либералов , сходу отвергнутые мо л одым императором , и та же баснословная коррупция , и та же министерская чехарда . Все было . Только о зловещей драме рус ского патриотизма /национализма , которой суждено было закончиться убийством России , размышлял тогда один Соловьев . Опаснее всего , однако , ч то , как и в его время , культурная элита страны раскололась сегодня надвое . Покуда одна ее часть с головой ушла в суетные и преходящие "реальные процессы ", другая постепенно дезертирует в "патриотический " стан . И не странно уже видеть бывших лябералов Г . Т р офименко и А . Нагорного , серье зно обсуждающих с "конспирологом " Дугиным в газете "Завтра " американскую агрессию против России . Или слышать бывшего либерального фи лософа А . Гулыгу , всерьез убеждающего публику , что "национально-патриотическая диктатура " пре д почтительней демократии . Или наблюда ть В . Межуева и Б . Ерасова , серьезных у ченых и тоже бывших либералов , провозглашающи ми , что Россия не страна , а Идея . Да ведь их не перечесть , этих либеральных перебежчиков . Почитайте на досуге хоть НГ-сцен арии , приложе н ие к "Независимой га зете ", и у вас не останется сомнений , ч то , как и тогда , время и впрямь "славян офильствует ". Нет , не намерен я отрекаться от св оих книг , написанных в ключе его формулы . И тем более от учителя . Просто попыта юсь пойти дальше него - и себя прежне го . 12 Помимо всего пр очего , возьму на себя смелость заранее уве рить читателя , что предстоящее нам путешестви е по двум столетиям истории патриотизма /н ационализма в России обещает быть необыкновен но увлекательным . Хотя бы потому , что полн а она гиган тских загадок - интеллектуальны х , психологических , не говоря уже об актуа льно-политических . На самом деле от того , с умеем ли мы вовремя разгадать их . вполне может зависеть само существование России как великой державы . Между тем нет у нас сегодня не тольк о разгадок . Самые даже вопросы , на которые попытаемся мы здесь ответить , и поставлены-то по сию пору не были . Кто и когда , например , спросил себя , почему четырежды на протяж ении двух столетий значительную часть российс кой культурной элиты охватывало вдруг н епреодолимое националистическое наваждение , с илу которого почувствовал на себе Соловьев ? И принималась она страстно доказывать , что Россия не государство , а Цивилизация , не страна , а Континент , не народ , а Идея , которой предстоит спасти мир на краю пропас т и , куда влечет его "декад ентский " Запад . И что истина открыта ей одной . Откуда эта средневековая страсть к Русской идее ? И почему , даже когда рухнули вокруг России обе последние континентальные империи . Оттоманская и Австро-Венгерская , умудрилась она снов а бросить вызов истории , продолжа я свое одинокое путешествие в средневековом пространстве . по-прежнему уверенная , что "не может идти ни по одному из путей , п риемлемых для других цивилизаций и народов "? Почему , короче говоря , затянулась в ней имперская аго н ия на два столетия , если уже в 1820-е декабристы были соверш енно уверены , что империя обречена ? Если П . Чаадаеву десятилетие спустя очевидно было , что "присоединение к человечеству " для Росс ии неизбежно ? Или вот еще вопрос , тоже никем ник огда не поставлен ный . Все знают о культе простого народа , зачаровавшем поколения российской интеллигенции , начиная от славянофил ов , свято веровавших , что "вся мысль страны сосредоточена в простом народе " и что именно крестьянскому "миру " принадлежит будущее . От них унасле д овали эту веру социалисты-западники , за ними народники и марксисты , всей учености которых хватило лишь на то , чтобы на месте славянофильского кумира , крестьянства , воздвигнуть кумир индустр иального "простого народа ", пролетариата . Всем известно , что блюст ители этог о культа обратились против интеллектуальной э литы страны . Но кто спрашивает , откуда име нно в России такая воинствующая средневековая провинциальность , породившая тысячу мифов , пр изванных оправдать свирепый антиинтеллектуализм ? Причем не только о п равдать , но и воспеть его как знак первородства , по добный , по выражению М . Бакунина , "свежим ве сенним сокам ", которые предстоит России "перели ть в жилы окоченевший европейской жизни "? Откуда он , объясните мне , у одного из с амых интеллектуально одаренных н а родо в ? И как связан он с "национальным само обожанием ", о котором говорил Соловьев ? Уж настолько ясным и беспощадным умом обладал Достоевский , но и для него си ла националистического наваждения оказалась необ оримой . И видим мы его вдруг в плену идей , вполне вроде бы безумных . Вот они в изложении Шатова из "Бесов ": "Если великий народ не верует , что в нем одном истина (именно в нем одном и именно исключительно ), если не верует , что он один способен и призван всех воскресит ь и спасти своею истиной , то он тотч а с же перестает быть великим народом и тотчас же обращается в этнограф ический материал ... Истинный великий народ нико гда не может примириться со второстепенной ролью в человечестве и даже с первосте пенною , а непременно и исключительно с пер вою . Кто теряет э ту веру , тот уже не народ . Но истина одна , а , стал о быть , только единый из народов может иметь Бога истинного ... Единый народ-богоносец - это русский народ " [17, т . 10, с . 199, 200]. И не просто ведь перед нами монол ог персонажа . В "Дневнике писателя " Дос тоевский возвращается к этой идее , формулируя ее - теперь уже от собственного имени -точно таким же образом и защищая ее п равильность , ее истинность [17, т . 25, с . 17]. Так не ярчайший ли перед нами при мер "национального самообожания ", описанный Соловье вы м как предпоследняя , третья ступень вырождения патриотизма ? Что должно было проис ходить в голове у человека , во всех ос тальных отношениях замечательно тонкого и глу бокого , чтобы он мог искренне в такое поверить ? Не заметить даже , что проповедь его - верней ш ий путь к конфронтации с миром и , стало быть , залог националь ной трагедии ? 13 Но разве об одном Достоевском речь ? Ведь говорю я о своего рода коллективном помешательстве , охв атывавшем вдруг целые интеллектуальные течения и общественные движения . Причем эт а страшная волна накрывала их с головою и в моменты упадка империи , и в минуты величайших , казалось бы , ее триумфов . Вспо мним , как декламировал в одну из таких минут знаменитый историк М . Погодин : "Спраши ваю , может ли кто состязаться с нами и кого не прин у дим мы к по слушанию ? Не в наших ли руках судьба м ира , если мы только захотим решить ее ?" [18]. Откуда эти средневековые наваждения ? Не странно ли , что никому до сих пор не приходило в голову даже постави ть такой вопрос , не говоря уже о том , чтоб на него о тветить ? Более того , и сейчас не приходит , хотя налицо , казал ось бы , все признаки того , что созревает страна для нового "патриотического " приступа , который на этот раз может привести к окончательному самоуничтожению . Ведь не в т ом только дело , что и сегод н я массовое общественное движение , которое мы по старой памяти продолжаем называть комму нистическим и которое в действительности вопл ощает то же "национальное самообожание ", что поразило в свое время славянофилов и Д остоевского , опять планирует "обвал Запа д а " и новое продвижение России к ве ршинам сверхдержавности . Действительная опасность в другом . 14 Я не говорю уже , что три из пяти возможных кандидат ов в преемники Б . Ельцина -Ю . Лужков , Г . Зюганов и А . Лебедь - выступают за пер едачу Севастополя России , т. е . за откры тую конфронтацию с Украиной ; четвертый , В . Черномырдин , заявляет публично : "Россия - не стр ана , а континент " (другими словами , сам того не замечая , начинает изъясняться на "патр иотическом " канцелярите ), а пятый , Б . Немцов , на глазах у изумленно й публики приглашает в качестве политического советника печально известного "патриота " В . Аксючица . Г оворю я о куда более поразительном факте . Рассуждения об "идеологическом вакууме ", ну ждающемся в заполнении , давно уже стали ст андартным припевом на любой тусовке мос ковских интеллектуалов . Важно , однако , что под "заполнением вакуума " имеется в виду вовс е не свободное соревнование исторически сложи вшихся идеологий , либеральной , консервативной и социал-демократической , как происходит во всех современных стра н ах , но непременн о некая всеобъемлющая моноидея (одни лукаво называют ее Национальной , другие откровенно Русской ), т.е . нечто вполне средневековое , вро де северокорейского "Чучхе ". И добро бы занимались этим одни п роповедники "Русского пути ", как Зюганов ил и Подберезкин . Но ведь даже либеральне йшие из либералов - и те туда же . Два примера . Тот же Гулыга , замечательный знаток немецкой классической философии (я сам ко гда-то напечатал в "Новом мире " похвальную рецензию на его книгу о Гегеле ). О чем пишет он се г одня ? Конечно , о Русской идее (естественно , попадает при э том и мне как "тенденциозному ее интерпрет атору "). Пишет очень искренне и как всегда устрашающе эрудированно , но совершенно не понимая , что к чему , даже не задаваясь вопросом , отчего такие разные и уважаемые люди , как А . Валицкий или Д . Драгунский , могли отзываться о его предмете таким образом : "Когда говорят о Русской идее , у меня по коже пробегает легкий мороз . Потому что на самом деле это пр осто идея российской империи , не более тог о и не менее " [ 19]. Отвергает их всех Гулыга как "тенденциозных интерпретаторов " - и баста . Против них выдвигает он Достоевского , который писал , что "Русская идея , может быт ь , будет синтезом всех тех идей , которые ... развивает Европа в отдельных своих национ альностях " [ 17, т . 18, с . 37]. И , более того , "Р оссия живет решительно не для себя , а для одной лишь Европы " [17, т . 13, с . 377]. Или , ка к добавляет Гулыга , "все ответственны за в сех " [20]. Говорил это Достоевский ? Конечно . Но и другое ведь он говорил . Например , что " Константинополь должен быть наш, завоеван нами, русскими , у турок и остаться нашим навеки " [17, т . 26, с . 83]. Да еще и яростно спорил с Н . Данилевским , кот орый тоже , разумеется , был убежден , что зав оевание Константинополя - наша судьба , но счита л все-таки необходимым поделить его посл е захвата с другими славянами . Очень рассе рдился тогда Достоевский : "Какое может быть сравнение между нами и славянами ?.. Как м ожет Россия участвовать во владении Константи нополем на равных основаниях со славянами , если Росси я им не равна во всех отношениях - и каждому народу порознь и всем им вместе взятым ?" [17, т . 26. с . 83]. Все , конечно , "ответственны за всех ", и про Россию , которая "живет для одной л ишь Европы ", тоже красиво сказано . Но наше (т.е ., собственно , даже не на ше , чужо е , то , что нам еще предстоит захватить ) не трожь ! И не только с Европой , но и с братьями , славянами не поделимся . Да тот ли , помилуйте , перед нами Достоевский , которого представил нам Гулыга как певца и пророка "всечеловечества "? Да , конечно • хр И знал это о нем еще Бердяев : "Тот же Достоевс кий , который проповедовал всечеловека и призы вал к вселенскому духу , проповедовал и сам ый изуверский национализм , травил поляков и евреев , отрицал за Западом всякие права быть христианским миром " [9, с . 16]. Но если так , чем же была в прошлом веке Русская идея ? Абстрактной слащ авой риторикой о "всечеловечестве ", как пытаетс я внушить читателям Гулыга ? Или конкретной и жесткой имперской политикой , которой , межд у прочим , предстояло сдать Россию "бесам "? Очевидно , ч то для либерала-перебежчика Гулыги , ставящего на одну доску как "т ворцов Русской идеи " проповедника "национально-патр иотической диктатуры " И . Ильина и В . Соловь ева , при том что для последнего понятие национальной идеи имело смысл чисто религи озный ("идея н ации есть не то , что она сама думает о себе во врем ени , но то , что Бог думает о ней в вечности " [7, т . 1, с . 220]), риторика важнее политик и . Но определяет-то судьбы страны политика . И именно поэтому , несмотря на все красивы е абстракции . Русская идея по-п р еж нему способна убить Россию . И , следовательно , выбирать нужно между Ильиным и Соловьевым , а не смешивать в одну кучу яростного националиста и человека , видевшего в наци онализме гибель отечества . Еще хуже , однако , что и не переметн увшиеся в "патриотически й " лагерь либералы стараются как-то адаптироваться к веянием времени и тоже взять на вооружение ту же Русскую идею . Об этом второй приме р . 15 Доклад № 31 Российского научного фонда толкует об интеллектуальном потенциале страны и способах его реализации . Но озаглавлен он "Русс кая идея : демократическое развитие России " [21]. По милуйте , по пути демократии идут уже 117 стра н мира . Что же в нем специфически русс кого ? И ведь умные же писали это люди , а вот даже самые простые , на поверхно сти лежащие вопросы в г о лову им почему-то не пришли . Чем , спрашивается , отличаются они от "п атриотов ", которые объявляют главным принципом Русской идеи , скажем , коллективизм , даже не подозревая , что глашатаи так называемой А зиатской идеи в Куала Лумпуре или в С ингапуре давно уже провозгласили его своей монополией . Ведь до последнего времени азиатские "патриоты " объясняли свой стремительный экономический усп ех именно коллективизмом , который отличает , по их мнению , Азию от индивидуалистической б елой Европы , включающей , естественно, и Р оссию . (Поразительно и другое "патриотическое " с овпадение . При первых же признаках экономичес кой катастрофы , постигшей Азию в 1997 году , ве дущий идеолог "азиофильства " премьер-министр Малайз ии М . Мохамед тотчас обвинил в ней тех самых злодеев , которых винят в экономических невзгодах России Зюганов или Баркашов - евреев .) То же самое происходит , впрочем , и с другим отличительным свойством , приписываемым "патриотами " Русской идее , - с духовностью . И тут ведь они опоздали . На самом деле идеологи воинствую щ ег о индуизма давно уже убеждают мир , что как раз в духовности всегда и состояла Индийская идея , принципиально отличающая их как от мусульман , так и от христиан (опять-таки , разумеется , включая православных рос сиян ). Короче говоря , в провинциальном своем с амодовольстве "патриоты " даже и не за метили : решительно все , что пытаются приписать они Русской идее , давно уже присвоено националистами других стран . И тем не м енее в России дело дошло до того , что президент страны обязал своих аппаратчиков к такому-то с р оку положить ем у на стол Национальную идею . Родимые мои , и десятилетия не прошло , как вырвалась страна из удушающих объятий государственной моноидеи , а вы опять , словно загипнотизирова нные , тянетесь к еще одной . Ведь очевидно же , что как национальную идею ни назови - "идеологией патриотизма " (Зюганов ) ил и "демократического развития " (авторы доклада № 31), ничем , кроме государственной монополии , стат ь она не может . И уже поэтому никак не вяжется с реальностью современного госу дарства . 16 Совсем не удиви тель но , однако , что на таком фоне п ророчества А . Панарина , либерального профессора , заведующего кафедрой политологам Московского у ниверситета , звучат вполне естественно . Говорит он по сути то же , что Достбевский , п усть и не так ярко : "Любая партия в России ра н о или поздно обнаруж ивает - для того , чтобы сохранить власть , ей необходима государственная и даже мессианска я идея с провозглашением мирового величия и призвания России " [22, с . 137]. И предсказывает поэтому : "Главный парадокс нашей новейшей полити ческой истории в том , что основателям нынешнего режима для сохранения власти пре дстоит уже завтра занять позиции , прямо пр отивоположные тем , с которых они начинали свою реформаторскую деятельность . Либералы , адепты теории "государство-минимум ", они превратятся в законченных этатистов . Критики имп ерии , они станут централистами-державниками , наслед никами традиции Ивана IV" [22, с . 38]. Понимаете , о ч ем речь ? Ельцину предстоит обратиться в Зю ганова . Неминуемо . Короче , синдром мессианства и сверхдержав ности вечен в России , нормален в ней , естествен , она всегда будет больна импер ской болезнью - вот о чем говорит Панарин , полагая , вероятно , что таким образом устр аняет загадку , о которой я веду речь . Т ак , мол , устроена российская политическая куль тура , такова ее традиц и я . О чем тут рассуждать ? Но ведь по сути он делает решение нашей загадки еще более насущным . Ибо вопросы , вправду ли именно так устроена наша политическая культура или почему устроена она так , а не и наче , остаются . И от того , что они даже не поставлены , за гадка становится еще "загадочнее ". Между тем вопрос о природе русской политической культуры , который , сам того не заметив , поставил Панарин , и впрямь захва тывающе интересен . В начале своего государств енного существования , в ее досамодержавное , до кре постн ическое , доимпер-ское столетие (я посвятил ему целую книгу ) политическая ку льтура России начисто лишена была мессианских идей , не говоря уже о "провозглашении мирового величия " [23]. Тогда на протяжении четыре х поколений вся международная стратегия Росси и строилась как раз на противопост авлении ее этнической однородности соседним п олиэтническим империям . Вся эта имперская пом па с "мировым величием " начинается с Ивана Грозного . И была она тогда совершенно новым (и чуждым ) элементом в составе рус ской политич е ской культуры . Она прижилась в России , это правда . Но реформаторы , А . Курбский , например , в XVI или М . Салтыков в XVII, или Д . Голицын в XVIII веке , никогда легитимной ее не признавали . Декабристское поколение русской культурной элиты вообще отвергло ее с порога . Т ак на каком же основании Панарин считает , что именно к ней весь смысл русской политической культуры и сводится ? Почему , собственно , руководители постимперской России дол жны обязательно стать наследниками традиции И вана Грозного , а не , допустим , д ои мперской традиции Ивана III или антиимперской тр адиции декабристов ? Ведь это же все равно , что сказать , будто руководители сегодняшней федеративной Германии непременно станут "цен тралистами-державниками " и наследниками традиции О тгона Великого . В сегодн яшней России такое может случиться , не спорю . Но только если ее культурная элита окажется столь же беспо мощной перед лицом "патриотической " атаки , как Панарин , Гулыга или авторы доклада № 31. Декабристское поколение сумело противопоставить имперской болез н и идею новой н еимперской России , поколение Серебряного века не сумело . Каков будет выбор нынешнего ? 17 Это , конечно , вс его лишь малая доля тех загадок , что п редстоит нам с читателем разгадывать на с траницах этой книги . Разумеется , здесь я м огу упомянуть л ишь некоторые из них . Ну вот еще одна : загадка А . Солженицына . В 1974 году он только что вырвался из коммунистической клетки , и Америка великодуш но приняла его , приветствуя как героя . Чем же ответил он на этот прием ? Беспощад ным обличением бесхребетного л иберального декадентства Запада . Уверенностью , что уже и з-за своего , так сказать , западничества америка нские интеллектуалы чужды истине и не спо собны понять , как "каждую минуту , что мы живем , не менее одной страны (иногда сра зу две-три ) угрызаются зубами т оталит аризма . Этот процесс не прекращается никогда , уже 40 лет ... Всякую минуту , что мы живем , где-то на земле одна-две-три страны внове перемалываются зубами тоталитаризма ... Коммунисты везде уже на подходе - и в Западной Европе , и в Америке . И все сегод н яшние дальние зрители скоро всё увид ят не по телевизору и тогда поймут на себе - но уже в проглоченном состоянии " [24]. Я как-то подсчитал , что если принять грубо число минут в сорока годах за 20 миллионов , а число стран в тогдашнем м ире за 150, то окажет ся , если Солженицын прав , что каждая из них была уже " угрызена " и даже "внове перемолота зубами " коммунистов по крайней мере 133 333 раза . Удивитель на здесь , однако , не эта смехотворная рито рическая арифметика . Удивительна бесшабашность ег о обвинений . Отк у да , в самом де ле , эта уверенность , что истина одна и она именно у него в кармане ? Откуда эт от пророческий пыл у выходца из средневек овой державы ? Не от того ли "национального самообожания ", которое так страшно подвело Достоевского ? Во мгновение ока растра н жирил Солженицын громадный героический ка питал , с которым прибыл в Америку . Местные интеллектуалы тотчас же перестали принимать его всерьез . Так оскандалился . Загадка ? 18 Все это , однако , лишь загадки частные , можно сказа ть , производные от одной решающей , монуме нтальной и страшной загадки , о которой гов орил в 1884 году Соловьев . Загадки самоуничтожени я России . Как , действительно , могло случиться , что культурная элита великой страны единодушно и даже с энтузиазмом столкнула ее в пропасть ? Что собственными руками губила она на протяжении целого столетия все , что любила и ценила в этой жизни , в ключая родину и самое себя , и своих де тей ? Обычно когда историки (или политики ) р ассуждают о внезапной гибели четырехсотлетней российской монархии , то в зависимости о т личных или партийных пристрастий пр иписывают ее либо ошибкам императорского прав ительства , либо козням большевиков . В тени при этом остается роль культурной элиты Р оссии , ее образованного сообщества , того самог о , что создавало не только идейную атмосфе р у , но и политическое давление , н епреодолимое даже для царей.-Александр II не хот ел турецкой войны 1877 года , но не смог ус тоять перед мощным славянофильским нажимом об щества . Точно так же , как Николай П, капитулировавший перед ошеломляющим и единодушным нап ором славя нофильствующей интеллигенции в канун Первой м ировой войны . Так что ошибки императорского правительст ва не с неба , как видим , упали . Они коренились в самоубийственных настроениях культу рной элиты , в идеях , ее одушевлявших , в атмосфере , которую он а создала . А уж о большевистских интригах и говорить нечег о . Просто не способны были маргиналы-большевик и втянуть Россию в пагубную для нее в ойну , не предвидели ее и на нее не рассчитывали . А не увязни в ней Россия , не было бы у них ни малейшего ша нса под н яться на поверхность поли тической жизни , не говоря уже о том , чт обы претендовать на власть . Другими словами , что-то явно не в п орядке с конвенциональными объяснениями историче ской катастрофы России в 1917 году . Ничего он и на самом деле не объясняют . И пок уда не обратимся мы к тому , о чем говорил Соловьев , т.е . к генезису идей , обусловивших именно те настроения образован ного общества , которым суждено было убить Россию , нет у нас никакой надежды даже просто представить себе действительные причины этой цивил и зационной катастрофы . Вот почему именно происхождению и развитию этих идей посвящен первый том моей кни ги . Из него читатель узнает лишь первую часть одного из возможных решений главной загадки русской истории двух последних с толетий : как убивали Россию . В торая ча сть , связанная с эмигрантским и постсоветским инобытием старой России , часть , которую у местно скорее назвать "Как убивают Россию ", - предмет второго тома . Посвящен он главным образом неожиданному возрождению той самой старой драмы имперского патри о тизм а /национализма , о смертельности которой преду преждали еще Соловьев и Федотов . Тому , иначе говоря , поразительному феномен у , что , в отличие , допустим , от Франции после наполеоновской катастрофы или Германии после гитлеровского катаклизма , российское обр азованное общество , похоже , ничему нс научилось на страшном опыте самоуничтожения с тарой России . Что по-прежнему корчится оно в судорогах все той же имперской болезни . По-прежнему не готово сделать то , на что оказались способны после наполеоновского и гит л еровского опыта Франция и Германия : признать себя частью Европы . По-пр ежнему , наконец , уверено , что Россия не мож ет идти ни по одному из путей , приемле мых для других народов и цивилизаций . То есть добивает Р оссию . 19 Другое дело , что главный герой первог о тома - славянофильство, ст авшее , по словам Соловьева , "первой систематиче ской формой нашего национализма ", отошло тепер ь на задний план , сменившись евразийством. Принято считать и в российской , и в западной литературе , что евразийство - всего лишь славян оф ильство XX века , что разница между ними пренебрежимо мала . В действительности она огромна . Ибо евразийств о на самом деле - саморазоблаче ние славянофильства и в этом смысле его отрицание . Не утратившее еще корневых связей с идеями декабризма , славянофиль ство начинало сь как проповедь всеобщего спасения . "Спасать надо не человека , а человечество ",- говорил один из его отцов-основателей А . Хомяков . Постулировалось , конечно , что спасение придет из России и что возможно оно лишь благодаря уникальным качествам русского духа , но при всем том Европа была для провозвестников славянофильства "второй род иной ". Евразийство же начиналось с проповеди ненависти к Европе как исконному врагу России . И ни о каком спасении человечеств а речи в нем не было . И самого чел овечес т ва в том смысле , в како м понимали это славянофилы , т.е . как семьи народов , не было тоже . Были ощетинившиеся друг против друга "цивилизации ", готовые р азорвать противника на части . Славянофильство было ориентировано на про шлое . Его идеалом была патриархаль ная допетровская Русь . В политике стояло оно з а архаическое самодержавие , в социальной сфер е - за столь же архаическую крестьянскую о бщину , в культурной -за раннюю версию "соци алистического реализма ", во внешней политике , н асколько оно вообще ею интересов а лось , - за мир . Евразийство обращено в будущ ее , его идеал-всемирная "идеократия ", т.е . диктату ра моноидеи . Его страсть-футуризм , его душа - геополитика . А "кто говорит геополитика , тот говорит война " - провозглашает один из апо логетов современного евразий с тва А . Дугин [25]. Славянофильство , как мы знаем , боготворило "простой народ ", в котором пребывала для него "вся мысль страны ". Оно презирало "п ублику ", не доверяло элите . Евразийство вызываю ще элитарно , оно проповедует "Государство Прав ды ", управляемое " избранными ". С самого сво его начала , с 1920-х , когда возникло оно с реди переживших шок русской катастрофы изганн иков , вдохновляла его странная амальгама идей , заимствованных из ленинского большевизма и муссолиниевского фашизма (к концу столетия усвоило он о еще более парадоксаль ную смесь сталинизма с нацизмом . Наконец , для славянофильства было аксиомо й , что "мир спасется любовью ". О "всемирной отзывчивости русской души " говорил Достоевск ий , о том , что "Бог есть любовь ". В о снове евразийства-ненависть : к Зап аду , к демократии , к свободе , даже к "простому н ароду ". Это ли не отрицание славянофильства ? На самом деле , конечно , соотношение ме жду ними еще более сложно . Как всякий " национальный эгоизм ", славянофильство , по словам Соловьева , вырождалось. Уже во второ м его поколении увидит читатель таких персонажей , как Данил евский и Леон-тьев , которых по праву можно назвать буревестниками евразийства . И не случайно , разумеется , в апологетической книге Гулыги "Русская идея и ее творцы ", где содержится 13 биографий гла в ных , по его мнению , создателей националистического кредо России , оказались даже С . Франк и Б . Вышеславцев , но нет титанов , нет ни Дани левского , ни Леонтьева , а идеи Достоевского тщательно , как мы видели , профильтрованы : ни какой политики , одна риторика . Се крет тут , очевидно , заключался в том , что славянофильство было националистиче ской утопией прошлого века . Первоначально уда рение здесь ставилось на утопии . Но по мере приближения XX столетия постепенно спадали с него элегант ные утопические одежды , обнажая ж естокое и беспощадное имперско-националистическое ядро . Короче , как во всякой утопии , заложено б ыло в славянофильстве семя саморазрушения , де генерации . Точно так же , как конечным прод уктом дегенерации марксистской утопии оказался сталинизм , результатом выр ож дения славянофильства стало евразий ство . И точно так же , как сталинизм был на самом деле жесточайшим отрицанием мар ксистской утопии , евразийство оказалось отрицание м славянофильской . Вот почему основное содержание второго тома будет уже не столько истор иче ским , сколько политическим . И главный вопрос , который будет в нем поставлен : удастся ли евразийцам совершить то , что так трагич ески удалось в свое время славянофилам , т. е . послужить инструментом убийства России ? Но это уже другая история . У нее иные че р ты и иные герои . 20 Четырежды на протяжении последних двух столетий исто рия предоставляла России возможность подняться с одра имперской болезни . В первый раз в 1825 году , когда декабристы пытались сдела ть это силой ; во второй-между 1855-м и 1863 го дами , в эпоху Великой реформы , когда ничто не мешало это сделать по-доброму ; в третий -в 1917 году , в разгар мировой вой ны , и в четвертый - в 1991-м . Три шанса из четырех по разным причинам были безнад ежно , бездарно загублены . Евразийская судорога "национального самообожания ", если удастс я ей снова поразить культурную элиту Росс ии после 2000 года , может загубить и последни й . Не случайно начал я эту статью со встречи лицом к лицу с монументальной и трагической фигурой Соловьева . В момент , когда страна снова накрен илась над пропастью , пробил , я думаю , час для росси йской интеллигенции посмотреть на судьбы стра ны и мира глазами великих предшественников , мыслителей масштаба Соловьева и Федотова . Ибо именно этого масштаба , этой потряс ающей исторической ретроспективы пр ошлых эпохальных поражений и недостает нам сегодня , чтобы избежать еще одного . Без нее и спорим мы не о том , и воюем не за то . Вот эту ретроспективу и предлага ю я здесь читателю в надежде , что , несм отря на сегодняшние шатания , даст она ему силу устоять са м ому и удержа ть страну от падения в бездну . По край ней мере увидит он здесь совершенно ясно , что все это уже с нами было . Увид ит , как однажды убивали - и как убили - Р оссию . СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Русское обозрение . 1897. № 3. С . 452. 2. Янов А . Л. Тревоги Смоленщины // Литературная газе та . 1966. 23 и 26 июля . 3. Янов А . Л. Колхозное собрание // Комсомольская правда . 1966. 5 июля . 4. Янов А.Л. Р ационалист поднимает перчатку // Литературная газет а . 1967. 5 апреля . 5. Янов А.Л. К остромской эксперимент // Л итературная газета . 1867. 17 декабря . 6. Янов А . Л. После Ельцина . М ., 1995. С . 5. 7. Соловьев B.C. С оч . В 2 т . Т . 1. М ., 1989. С . 444. 8. Данилевский Н.Я. Россия и Европа . СПб ., 1895.
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Во время антикоррупционного заседания президента с министрами неожиданно произошло самовозгорание всех 13-ти шапок.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по философии "От "патриотизма" к национальному самоуничтожению", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru