Реферат: Древнейший общественный строй германцев - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Древнейший общественный строй германцев

Банк рефератов / История

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 491 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

ДРЕВНЕЙШИЙ ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ ГЕРМАНЦЕВ Содержание ПЛОТНОСТЬ НАСЕЛЕ НИЯ В ГЕРМАНИИ КНЯЗЬЯ И ХУННИ СМЕНА ПОСЕЛЕНИЙ И ПАШЕН ВЕЛИЧИНА ДЕРЕВЕНЬ ТУНГИН НОВЕЙШАЯ ЛИТЕРАТУРА Чтобы понять организацию военного дела германцев , необходимо сперва изучить социально- политические условия жизни это го народа. Германцы , подобно галлам , не знали пол итического единства . Они распадались на племе на , из которых каждое занимало в среднем область с площадью , равной приблизительно 100 кв . милям 1 . Пограничные части области не были населены из опасения неприятельского нашеств ия . Поэтому можно было даже из самых о тдаленных посел ков достигнуть расположенного в центре области места народного собрани я в течение однодневного перехода. Так как очень большая часть страны была покрыта лесами и болотами и поэто му жители ее лишь в очень незначительной степени занимались земледелием , питая сь главным образом молоком , сыром и мясом , то средняя плотность населения не могла превышать 250 человек на 1 кв . милю . Таким о бразом , племя насчитывало приблизительно 25.000 челове к , причем более значительные племена могли достигать 35.000 или даже 40.000 человек . Это дает 6.000 — 10.000 мужчин , т.е . столько , сколько в самом крайнем случае , учитывая 1.000 — 2.000 отсутс твующих , может охватить человеческий голос и сколько может образовать целостное и спо собное обсуждать вопросы народное собрание . Э то всеобщее н ародное собрание облад ало высшей суверенной (верховной государственной ) властью. Племена распадались на роды , или сотни . Эти объединения называются родами , так к ак они были образованы не произвольно , а объединяли людей по естественному признаку кровной свя зи и единства происхожден ия . Городов , в которые могла бы отливать часть прироста населения , образовывая там н овые связи , еще не было . Каждый оставался в том союзе , внутри которого он родил ся . Роды назывались также сотнями , ибо в каждом из [10] н их насчитыв алось около 100 семей или вои нов 2 . Впрочем эта цифра на практике час то бывала больше , так как германцы употребляли слово “сто , сотня” в смысле вообще большого округленного числа . Цифровое , количественное наименование сохранялось наряду с патриархальным , так как фактическое род ство между членами рода было очень далеки м . Ро д ы не могли возникнуть в результате того , что первоначально жившие по соседству семьи в течение столетий образовали крупные роды . Скорее следует счита ть , что слишком разросшиеся роды должны бы ли разделиться на несколько частей для то го , чтобы прокормиться н а том ме сте , где они жили . Таким образом , определен ный размер , определенная величина , определенное количество , равное приблизительно 100, являлись об разующим элементом объединения наряду с проис хождением . И то и другое давало свое н азвание этому союзу . Ро д и сотня тождественны. Род (или сотня ), в состав которого входили , как мы можем предположить , от 400 до 1000, а иногда , может быть , и до 2000 человек , владел округом площадью , равной одной ил и нескольким кв . милям , и населял деревню . Германцы строили свои хижины не ст ена к стене , не фасадом к фасаду , а так , как они это находили удобным , в зависимости от места расположения леса или ручья . Но в то же время это не были и отдельные хутора , подобно тем , ко торые теперь преобладают во многих частях Вестфалии . Это были скорее общие поселки с отдельно стоящими и широко р азбросанными постройками . Земледелие , которым глав ным образом занимались женщины и те из мужчин , которые не годились для охоты и для войны , имело очень незначительное рас пространение . Чтобы иметь воз м ожность обрабатывать нетронутую и плодородную почву , германцы часто переносили свои поселки с одного места на другое внутри своего округа . Даже в более поздние времена ге рманское право относило дом не к недвижим ости , а к движимому имуществу . Хотя , как мы э то уже видели выше , на 250 человек населения приходилось в среднем 1 к в . миля площади , а на одну деревню с населением в 750 человек 3 приблизительно 3 кв . мили , тем не менее не было никакой возможности использо вать очень много пахотной земли иначе , как посредством этих переносов . Германцы не б ыли уже кочевниками , но все же о ни были очень слабо связаны с землей и с почвой. Члены рода , являвшиеся в то же вре мя соседями по деревне , образовывали во вр емя войны одну общую группу , одну орду . Поэтому еще теперь на севере называют военный корпус “ thorp” , а в Швейцарии гов орят “деревн я” — вместо “отряд” , “ dorfen” — вместо “созывать собрание” , да и теперешнее немецкое слово “войско” , “отряд” (Truppe) происходит от этого же самого корня . Перенесенное франками к романским народам , а [11] от них в ернувшееся в Германию , оно до сих пор храни т воспоминание об общественном строе наших предков , уходящем в такие древние времена , о которых не свидетельствует ни один письменный источник . Орда , которая ш ла вместе на войну и которая вместе с елилась , была одной и той же ордой . Поэ тому из одного и тог о же сло ва образовались названия поселения , деревни и солдат , войсковой части 4 . Таким образом , древнегерманская община яв ляется : деревней — по типу поселения , окр угом — по месту расселения , сотней — по своим размерам и родом — по сво им внутренним связям . Земля и недра не составляют частной собственности , а принадлежат совок упности этой строго замкнутой о бщины . Согласно более позднему выражению , она образует областное товарищество (Markgenossenschaft). Римляне не имели в своем языке со ответствующих слов , которые могли бы целиком выразить все эти понятия , поэтому они были прин уждены прибегать к описательн ым оборотам . Латинское слово “род” (gens), которое ближе всего подошло бы для этой цели , уже превратилось в почти лишенную всяког о содержания форму и потому не могло вызвать в римлянах никакого представления . По этому германски е роды Цезарь называ ет “роды и родственные союзы людей , совмес тно обрабатывающих землю” , для того чтобы выразить мысль , что в этих поселениях имее тся налицо подлинная кровная связь . Тацит говорит , что “семьи и близкие родственники” стояли в поле всегда ряд о м и что “совокупности” (universi) совместно владели пах отной землей . Равным образом и Павел Диако н еще ясно чувствовал , что это явление германской жизни не может быть точно п ередано никаким латинским словом . Поэтому он сохранил германское слово “ fara” (ро д , того же корня , что латинский глагол “ pario” , “ peperi” — рождаю ) в с воей книге , написанной по-латински , причем он прибавил к нему три латинских перевода : “роды” , “линии родства” , “фамилии” (generationes, lineas, prosapias) 5 . Также трудно было перевести и германское слово “деревня” . Римская деревня б ыла маленькой и замкнуто й , построенной наподобие города . Поэтому , для того чтобы дать представление о более разбросанных и более обширных германских поселениях , занима ющих большую территорию , Тацит называл их “деревни и сельские округа”. Во главе каждой общины стоял избираем ый чи новник , который носил название “а льдерман” (старейшина ), или “хунно” , подобно том у как община называлась либо “родом” , либо “сотней” . Ульфила называет евангельского сот ника (центуриона ) “хундафат” . У англо-саксов мы встречаем аналогичный термин “эльдермен ” , а в Норвегии — “ Herredsonige” , “ Hersen ” . В Германии слово “хунно” сохранялось в течение всех Средних веков в названиях “хунне” , “хун” , “хундт” , обозначающих сельского старосту . Это слово существует еще и поныне в Семиградье в своей современной ф орме “хо н ”. Альдерманы , или хунни , являются начальника ми и руководителями общин во время мира и предводителями мужчин во время войны . Но они живут с народом и в народе . В социальном отношении они такие же св ободные члены общины , как и все другие . Их авторитет не на столько высок , чт обы сохранить мир при крупных распрях или тяжелых преступлениях . Их положение не на столько высоко , а их кругозор не настолько [12] широк , чтобы руководить политикой . В каждом племени бы ли один или несколько благородных родов , с тоявших высо ко над свободными членами общины , которые , возвышаясь над массой насел ения , образовывали особое сословие и вели свое происхождение от богов . Из их среды общее народное собрание выбирало нескольких “князей” , “первейших” , “ principes” , которые долж ны были ез д ить по округам (“по деревням и селам” ), чтобы творить суд , вести переговоры с иноземными государствами , совместно обсуждать общественные дела , привлекая к этому обсуждению также и хунни , для того чтобы затем вносить свои предложени я на народных собраниях. Во время войны один из этих князей в качестве герцога облекался верховным командованием. В княжеских родах , — благода ря их участию в военной добыче , дани , п одаркам , военнопленным , которые им отбывали ба рщину , и выгодным бракам с богатыми семьям и , — сосредо точились крупные , с точки зрения германцев , богатства 6 . Эти богатства дали возможность князьям окружить себя свитой , состоящей из свободных людей , храбрейших воинов , которые поклялись в верности своему господину на жизнь и на смерть и которые жили вм есте с ним в качестве его сотрапезников , обеспечивая ему “во время мира пы ш ность , а во время войны защиту” . И там , где выступал князь , там его свита усиливала авторитетность и значение его слов. Конечно , не было такого закона , которы й категорически и положительно требовал бы , чтобы в князья выбирался лишь отпрыск одного из благор одных семейств . Но фак тически эти семьи настолько отдалились от массы населения , что не так-то легко был о человеку из народа перешагнуть эту черт у и вступить в круг благородных семейств . И с какой стати община выбрала бы в князья человека из толпы , которы й ничем не возвышался бы над всяким другим ? Все же нередко случалось , что те хунни , в семьях которых в течение н ескольких поколений эта должность сохранялась и которые благодаря этому достигли особого почета , а также и благосостояния , вступал и в круг князе й . Именно так шел процесс образования княжеских семейств . И то естественное преимущество , которое имели при выборах чиновников сыновья отличившихся отцов , постепенно создало привычку выбирать на место умершего — при условии соо тветствующей квалификации — е г о сына . А преимущества , связанные с положением , настолько возвышали такую семью над общим уровнем массы , что остальным становилось все труднее и труднее с нею конкурировать . Если мы теперь в общественной жизни ощущаем более слабое действие этого социально - психологического процесса , то это объясня ется тем , что другие силы оказывают значит ельное противодействие такому естественному обра зованию сословий . Но нет никакого сомнения в том , что в древней Германии из пе рвоначально выбираемого чиновничества постепен н о образовалось наследственное сослов ие . В покоренной Британии из древних князе й появились короли , а из эльдерменов [13] — эрли (графы ). Но в ту эпоху , о которой мы сейчас говорим , этот процесс еще не закончился . Хотя княжеское сословие уже отделилось о т ма ссы населения , образовав класс , ху нни все еще принадлежат к массе населения и вообще на континенте не обособились еще в качестве отдельного сословия. Собрание германских князей и хунни называлось римлянами сенатом германских племен . Сыновья самых благородн ых семей облекались уже в ранней молодости княжес ким достоинством и привлекались к совещаниям сената . В остальных случаях свита была школой для тех из юношей , которые пытал ись вырваться из круга свободных членов о бщины , стремясь к более высокому положению. Правление князей переходит в королевскую власть , когда имеется налицо лишь один князь или когда один из них отстраняет или покоряет других . Основа и сущность государственного строя от этого еще не изменяются , так как высшей и решающей инс танцией все еще , как прежде , остается общее собрание воинов . Княжеская и королевс кая власть еще принципиально так мало дру г от друга отличаются , что римляне иногда применяют титул короля даже там , где имеются налицо даже не один , а два кня зя 7 . И королевская власть , так же ка к и княжеская , не передается по одному лишь наследству от одного е е носит еля к другому , но народ облекает этим достоинством имеющего наибольшие на это права посредством выборов иди называя его имя криками (par acclamation, durch Zuruf). Физически или умственно несп особный для этого дела наследник мог быть и был бы при э т ом обойде нным . Но хотя , таким образом , королевская и княжеская власть прежде всего отличались друг от друга лишь в количественном от ношении , все же , конечно , имело громадное з начение то обстоятельство , находилось ли нача льство и руководство в руках одного или нескольких . И в этом , несомненно , скрывалось очень большое различие . При нали чии королевской власти была совершенно устран ена возможность противоречия , возможность предлаг ать народному собранию различные планы и делать различные предложения . Суверенна я власть народного собрания все больше и больше превращается в одни лишь воск лицания . Но это одобрение восклицанием остает ся необходимым и для короля . Германец сохр анил и при короле гордость и дух неза висимости свободного человека . “Они были коро лями , — го в орит Тацит (13, 54), — н асколько вообще германцы позволяли собою прав ить”. Связь между округом-общиной и государство м была довольно свободной . Могло случиться , что округ , меняя место своего поселения и перемещаясь все дальше и дальше , мог постепенно отдели ться от того госуда рства , к которому он ранее принадлежал . По сещение общих народных собраний становилось в се более и более затруднительным и редким . Интересы уже изменились . Округ находился лишь в своего рода союзных отношениях с государством и образовал с о вр еменем , когда род количественно возрастал , сво е особое государство . Прежняя семья хунно превращалась в княжескую семью . Или же слу чалось так , что при распределении между ра зличными князьями судебных округов князья орг анизовывали свои округа в качестве отдельных единиц , которые они крепко д ержали в своих руках , постепенно образуя к оролевство , и затем отделялись от государства . На это нет прямых указаний в источни ках , но это отражается в неопределенности сохранившейся терминологии . Херуски и хатты , к отор ы е являются племенами в смысл е государства (civitates), владеют настолько широкими территориями , что мы скорее должны видеть в них союз государств . Относительно многих [14] племенных назван ий можно сомневаться , не являются ли они простыми названиями округов . И опять слово “округ” (pagus) может применяться часто не к сотне , но к княжескому округу , котор ый охватывал несколько сотен . Наиболее крепки е внутренние связи находим мы в сотне , в роде , который вел внутри себя полуком мунистический образ жизни и который не так легко распадался под влиянием внутренних или внешних причин. Моя концепция социально-политического строя германцев , которая существенно отличае тся от господствующих взглядов , мною впервые изложена и подробно обоснована в 81-м томе “Прусского ежегодн ика” (3-й вып ., 1895 г .). Я приведу здесь еще раз наиболее с ущественные моменты моей аргументации. Решающим пунктом является тождество между родом и сотней . То , что сотня является округом , по моему мнению , уже достаточно хорошо доказано Вайцем . Новейшие ис сл едователи — Зибель , Зикель , Эрхардт , Бруннер , Шредер — приняли вместо этого за окру г область , в состав которой входило не менее 2000 воинов . Однако , такое положение нель зя доказать . Слово “округ” (pagus), о котором пр ежде всего здесь идет речь , является в римском смысле вообще территориальным округом , подразделением какой-либо страны или местности неопределенных размеров . Цезарь де лит гельвециев на четыре “округа” . Ясно , ч то эти округа не только не могли быть сотнями , но даже должны были быть зна чительно больше тысячи . Поэтому мы должны признать число гельвециев настолько в озросшим , что они уже не могли управляться одним общим народным собранием и распали сь на четыре обособленные единицы которые объединялись вместе посредством союзных устано влений . Так ка к эти четыре едини цы во внешних сношениях всегда выступали в качестве единого целого , то римлянин и назвал государства гельвециев простыми округ ами . Для разрешения нашего вопроса эти вид ы округов совершенно исключаются , так же к ак и “округа” Средних веков, котор ые приблизительно соответствовали древним племен ам. Максимальной величиной , которую можно при нять для древнегерманских округов , является т ысяча . О ней можно было говорить до те х пор , пока не было точных представлений о численности и плотности населени я германского племени . Если же правильно то , что при тех культурных и экономических условиях , в которых находилась древняя Ге рмания , на одной кв . миле не могло жить в среднем больше , чем приблизительно 250 чел овек , то тем самым отпадает и тысяча . К онечно, мы можем себе представить , что племя , имевшее трех или четырех князей определяло каждому из них в качестве судебного округ , насчитывавший приблизительно 1200 — 2000 воинов , причем вполне возможно , что да же такой округ порой назывался “ pagus” 8 . Но если мы уясним себе существ о сотни и характер ее поселения , то уж е не сможем сом неваться в том , что римляне , когда они говорили о германских округах , преимущественно имели в виду сот ни . И так как саксы даже в позднее Средневековье употребляли для этой же цели слово “го” , то мы с полным правом можем применить это же слово в техниче ско м его смысле для обозначения сотен уже в глубокой древности , не отрица я в то же время возможности того , что германцы могли его употреблять в таком же общем смысле , в каком мы теперь употребляем слово “округ”. Мы подходим , таким образом , к сотне . Новейшая ги потеза Бруннера , к которой присоединился и Рихард Шредер , гласит , чт о сотня являлась персональным союзом , войсков ой частью , находившейся под начальством вождя , которая хотя и не всегда точно соотв етствовала цифре 100, потому что роды должны были всегда , с о храняя свое единств о , находиться вместе , однако же время от времени из военных соображений подвергалась регулированию своего численного состава. [15] Эта гипотеза вызывает против себя следующие возражения . Твердо установлено , что германцы шли на во йну , сгр уппированные по родам . Но нет никаких оснований предполагать , что эти р оды были искусственно сформированы в сотни . Город-государство , подобно Риму , должен был искусственно разделить своих воинов на центур ии (сотни ) ради поддержания порядка , так ка к уже не существовало подходящих е стественных союзов . Роды же ни при каких обстоятельствах не могли быть столь мало численны . И если бы роды все же были слишком малы , то деревни во всяком случ ае дали бы германцам прекрасное основание для подразделения их войска ; по э тому совершенно непонятно , почему в те чение долгого времени и повсеместно среди всех германцев на протяжении многих столет ий должен был укрепляться и окончательно утвердиться искусственный способ персонального д еления на сотни. И это тем более невероятно , что , как мы уже видели , предводителем такого отряда являлся хунно , бывший чиновником , который всегда выступал в этой роли и который , очевидно , был искони существовавшим и собственно предназначенным для этой цели предводителем этой маленькой части . Как м ог л о бы это быть , если бы он стоял во главе менявшегося обычно перс онального объединения , если бы сотня не бы ла как раз чрезвычайно прочным и длительн ым союзом и если бы в этом союзе собственно корпоративная жизнь не пульсировала в нем самом , а пульсировала б ы лишь в его подразделениях , в родах ? Наконец — самое решающее соображение : невозможно себе представить , что несколько родов образовывали вместе одну сотню , так как род был для этого слишком велик . Д ион Кассий (кн . 71, гл . II) сообщает нам , что германцы за ключили мир с Марком Аврел ием частично в качестве родов , а частью в качестве племен . Эти роды никак не могли быть маленькими корпорациями , состоявшими из 10 — 20 семей . Об этом же самом го ворит цитированный нами выше рассказ , приведе нный Павлом Диаконом (II, 9). Но если мы будем принуждены представить себе , что роды являлись союзами , состоявшими из 100, а част о и из нескольких сотен воинов , то отс юда само собой будет проистекать , что опят ь-таки и сотня не могла быть подразделение м рода , а что род и сотня был и тождественны . Именно этим и только этим объясняется постоянное и длительно сущес твовавшее положение хунно у всех германских народов в качестве начальника рода , или альдермана. К тому же самому выводу мы приход им , исходя из хозяйственных отношений . Твердо установлено , что именно роды совместно владели землями и раздавали пахотные уча стки отдельным лицам , причем отсюда не про истекала частная собственность . Помимо приведенны х выше свидетельств Диона Кассия и Павла Диакона , совершенно ясно , что в одной деревн е не могло жить одновременно несколько родов , ибо это привело бы к установлению не только излишней , но и совершенно невыносимой посредствующей инстанции между отдельной семьей и деревней . Даже еще в более поздние времена 9 деревни в источниках называются “р одословиями” ; “триба” в древнем верхненемецком переводится через “хунн и” , а “принадлеж ащие к одной трибе члены трибы” — сл овом “хунилунга” 10 , что означает “родственники” , “члены рода” , “родичи” . У англо-саксов слово “мегд” (род ) имеет значение территории , провинции , родины . Таким образом , род и деревня был и тождественны , причем не исключается возможн ость того , что подчас многие из них со стоя ли из довольно далеко отстоящих д руг от друга поселений . Но и это на практике случалось редко , так как в инт ересах взаимной помощи поселки не должны были быть слишком маленькими , причем политиче ски во всяком случае существовал лишь оди н союз , а именно тот, который смотрел на себя как на господина всей земель ной территории и который ее распределял м ежду отдельными лицами. Этот союз или эта деревня должны были иметь для своего хозяйственного управлен ия начальника , который был значительной и авторитетной лично стью , так как общинная пашня , луга , лес , выгон и охрана стад , посев и жатва , пожарная опасность и в заимная помощь , [16] будучи объектами его деятельности , непрерывно требовали ее проявления . Не только ничем и нигде не доказано , что существовал чиновник , по дчиненный хунно , но и без того совершенно ясно , что начальник дерев ни , которая одновременно являлась и родом , был слишком значительной личностью , чтобы име ть близко над собой власть хунно , который к тому же не так уже высоко стоя л на социальной лестнице . С тарейшина рода и начальник деревни неизбежно вытес нили бы должность хунно . Оба стояли бы слишком близко друг к другу , чтобы терп еть один другого близ себя . К тому же совершенно ясно , что хунно был бы сла бейшим . Таким образом , это деление является невозмож н ым . Военачальник , иногда им евший под своим начальством несколько деревен ь или родов , мог существовать , но власть хунно , которая в качестве общегерманского у становления утвердила себя на протяжении мног их столетий и которая постоянно снова поя влялась , была далеко не временным являнием и должна была стоять в тесной зависимости от очень прочной корпорации . По этому хунно ни в коем случае не мог стоять наряду с начальником деревни или старейшиной рода , имевшим в своих руках хозяйственное руководство союзом , а к а к раз им-то и являлся . Тождество до лжностных лиц указывает на тождество корпорац ий : род совпадает с деревней , а деревня с сотней. ПЛОТНОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ В ГЕРМАНИИ Теперь уже всеми признано , что указания римлян от носительно численности населения Германии , кот орые еще совсем недавно доверчиво пов торялись , не имеют никакой цены . Насколько трудно определять количество населения , совершенн о освободившись от какого-либо тенденциозного преувеличения , ясно показывают нам описания т ех стран , которые только теперь вст у пили в круг зрения культурного мира. В области Урунди Стэнли определил пло тность населения в 75 человек на 1 км 2 , позднее Бауманн опре делил ее лишь в 7 человек . Реклю считал возможным принять для Уганды плотность насел ения в 5000 человек на 1 кв . милю (что гораздо больше , чем во Франции ), Ратцель сн изил эти 5000 до 670, а Яннаш однажды сказал , что ему , несмотря на все его старания , никак не удалось установить более или ме нее надежную цифру количества населения какой -либо африканской области . И если Фирканд т , несмотря на это , исчисляет пло тность населения различных областей восточной части Центральной Африки от 0,85 до 6,5 человек на 1 км 2 , а в среднем для области с площадью в 5.010.000 к м 2 устанавливает п лотность населения 4,74 человека на 1 км 2 (приблизител ьно 250 на 1 кв . милю ), то ему удается сделать это лишь при помощи многочисленных взаимно кон тролирующих данных и действительно надежных п одсчетов 11 . Каким же образом можем мы , хотя бы с некоторой степенью точности , вычисли ть количество насления древней Германии , если у нас нет ни одной действительно над ежной цифры , на кот орую мы могли б ы с уверенностью положиться ? И все же это возможно , так как теперь мы можем пользоваться такими масшта бами , о которых несколько десятков лет том у назад мы не имели даже приблизительного представления . Я имею в виду способ о пределения плотнос ти населения , исходя из продовольственной продукции в различных стра нах при различных культурных условиях . Этот способ дает , — правда , не всегда , но все же во многих случаях , — очень твердые опорные точки . Он дает нам возможн ость утверждать , что в древней Гер мании было очень редкое население , так как германцы в те времена еще не имели городов , мало занимались земледелием , питались главным образом молоком , сыром и мясом , продуктами охоты и рыболовства и жили в стране , которая в своей большей части была покр ы та лесами и болотами. Арндт некогда определил плотность населен ия древней Германии в 800 — 1000 жителей на 1 км 2 , исходя , однако , из того , что рассказы римлян о незнач ительном земледелии германцев были неправильны . Теперь же все ученые признали , что опис ания германского земледелия у Цезаря и Тацита правильны . Поэтому мы должны отдат ь долг справедливости прекрасной наблюдательност и знаменитого писателя древности , отвергая , од нако , его вывод о значительной плотности н аселения и о наличии больших народных мас с, о которых так [17] любят рассказывать римляне . Осн овываясь на сравнении с вычислениями Белоха относительно Галлии , я определил в уже цитированной мною статье в “Прусском ежего днике” плотность населения в 4 — 5 человек на 1 км 2 , (250 на 1 кв . милю ). Принцип о пределения с того времени несколько изменился , так как я те перь потерял веру в те указания Цезаря относительно гельвециев , из которых исходил Белох . Однако , само определение плотности на селения следует сохранить неизмененным. Сравнительные цифры , из которы х следует иходить для того , чтобы прежде всего установить приблизительную опорную точку , теперь уже прекрасно сопоставлены у Шмоллера в его “Основах всеобщего учени я о народном хозяйстве” (Политическая экономи я , т . I, стр . 158 и след .). Шмоллер устанавлив а ет здесь для Германии к нача лу нашей эры 5 — 6 человек на 1 км 2 ; в другом месте (с тр . 169) он пишет , что мое определение в 25.000 человек на племя (4 — 5 на 1 км 2 ) кажется ему скорее пре увеличенным , нежели преуменьшенным . Однако , это не является коренным проти воречием , так как здесь может идти речь лишь о весьма приблизительных определениях . Жило ли 4 или 6 человек на 1 км 2 , общее число германцев , живших в дре вности между Рейном и Эльбой , не могло превысить приблизительно одного миллиона . Эту цифру мы может опр еделить точнее , принимая во внимание площадь расселения и организацию отдельных племен. Мы достаточно хорошо знаем географию древней Германии для того , чтобы довольно точно установить , что на пространстве между Рейном , Северным морем , Эльбой и линией , пров еденной от Майна у Ханау до в падения Зааля в Эльбу , жили приблизительно 23 племени , а именно : два племени фризов , к анинефаты , батавы , хамавы , амсивары , ангривары , тубанты , два племени хавков , усипеты , тенхтеры , два племени бруктеров , марсы , хасуарии , ду ль г ибины , лангобарды , херуски , хатты , хаттуарии , иннерионы , интверги , калуконы 12 . Вся эта область занимает около 2300 км 2 , так что в среднем на каждое племя приходилось приблизительно около 100 км 2 . Верховная власть у каждого из этих племен принадлежала общему народному соб ранию или собранию воинов . Так было и в Афинах , и в Ри ме , однако , промышл енное население этих культурных государств ли шь в очень незначительной своей части пос ещало народные собрания . Что же касается г ерманцев , то мы действительно можем признать , что очень часто почти все воины быва ли на собрании . Именно поэ т ому государства были сравнительно небольшими , так как при более чем однодневном расстоянии самых дальних деревень от центрального п ункта подлинные всеобщие собрания стали бы уже невозможными . Этому требованию соответствуе т площадь , равная приблизительно 10 0 кв . милям . Равным образом вести более или мене е в порядке собрание можно лишь при м аксимальном количестве в 6000 — 8000 человек . Если эта цифра была максимальной , то средней цифрой была цифра немного более 5000, что д ает 25.000 человек на племя , или 250 н а 1 кв . милю (4 — 5 на 1 км 2 ). Следует отметить , что это является прежде всего максимальной цифрой , верхней границей . Но сильно понижать эту цифру нельзя из других соображений — из соображений военного характера . Военная деятельность древних германцев против миров ой римской державы и ее испытанных в боях легионов была настолько значительной , чт о она заставляет предполагать определенное ко личество населения . А цифра в 5000 воинов на каждое племя кажется по сравнению с этой деятельностью настолько незначительно й , что , пожалуй , никто не будет склонен эту цифру еще уменьшить. [18] Таким образом , — несмотря на полное отсутствие положител ьных сведений , которые мы могли бы использ овать , — мы все же находимся в состоя нии с достаточной уверенностью установить пол ожитель ные цифры . Условия настолько прост ы , а хозяйственные , военные , географические и политические факторы настолько тесно между собой переплетены , что мы теперь , пользуясь твердо установленными методами научного иссл едования , можем восполнить пробелы в дошедши х до нас сведениях и лучше о пределить численность германцев , чем римляне , которые их имели перед своими глазами и ежедневно с ними общались. Зеринг указывает , что в сельских округ ах к востоку от Эльбы плотность населения доходила до 4 человек на 1 км 2 . КНЯЗ ЬЯ И ХУННИ То , что германские должностные лица распадались на две различные группы , вытекает как из природы вещей , политической организации и р асчленения племени , так и непосредственно из прямых указаний источников. Цезарь (b.G.IV, 13) рассказывает , что к нему пришли “князья и старейшие” усипетов и тенхтеров . Говоря об убиях (VI, 11), он упоминает не только об их князьях , но и об их сенате и рассказывает о том , что сенат нервиев , которые хотя и не были германцами , однако , по своему общественному и государс т венному строю были к ним очень близки , состоял из 600 членов . Хо тя мы здесь и имеем несколько преувеличен ную цифру , все же ясно , что римляне мог ли применить название “сенат” лишь к дово льно большому совещательному собранию . Это не могло быть собранием одн и х л ишь князей , это было более широким собрани ем . Следовательно , у германцев был помимо князей еще другой вид органов общественной власти. Говоря о землепользовании германцев , Цеза рь не только упоминает (VI, 22) о князьях , но указывает также на то , что “дол жнос тные лица и князья” распределяли пашни . Пр ибавку “должностью лица” нельзя считать прост ым плеоназмом : такому пониманию противоречил бы сжатый стиль Цезаря . Было бы очень странно , если бы Цезарь ради одного лишь многословия прибавлял дополнительные сло в а именно к совсем простому по св оему смыслу понятию “князья”. Эти две категории должностных лиц выс тупают у Тацита не так ясно , как у Цезаря . Как раз в отношении понятия “со тни” Тацит допустил роковую ошибку , которая доставила ученым впоследствии много хло пот . Но и из Тацита мы все же можем извлечь с уверенностью тот же факт . Если бы у германцев была лишь од на категория должностных лиц , то эта катег ория должна была бы во всяком случае быть весьма многочисленной . Но мы постоянно читаем о том , что в каждом п л емени отдельные семьи настолько возвышали сь над массой населения , что другие не могли с ними сравниться , и что эти отдельные семьи определенно называются “королевс ким родом” (Тацит , “Анналы” , II, 16; “История” , 4, 13). Совр еменные ученые единогласно устан о вили , что у древних германцев не было мелк ого дворянства . Дворянство (nobilitas), о котором посто янно идет речь , было княжеским дворянством . Эти семьи возводили свой род к богам 13 , а “царей из дворянства брали” ( “Германия” , гл . 7). Херуски выпрашивают себе у императора Клавдия племянника Арминия как единственного члена царс кого рода , оставш егося в живых (“Анналы” , II, 16). В северных госу дарствах не было никакого другого дворянства , помимо царских родов. Такая резкая дифференциация между дворянс кими родами и народом была бы невозможной , если бы на каждую сотню приходился д во рянский род . Для объяснения этого фа кта , однако , недостаточно признать , что среди этих многочисленных семей вождей некоторые достигли особого почета . Если бы все де ло сводилось лишь к такому различию в ранге , то на место вымерших семей , несом ненно , выдвин у лись бы другие семьи . И тогда название “королевский род” присв аивалось бы не только немногим родам , а , наоборот , число их было бы уже не с толь малым . Конечно , различие не было абсо лютным , и здесь не было непроходимой [19] пропасти . Старая хунно-семья могла порой проникнуть в сре ду князей . Но все же это различие было не только ранговое , но и чисто специф ическое : княжеские семьи образовывали дворянство , в котором значение должности сильно отст упало на задний план , а хунни принадлежали к свободным членам общи н ы , пр ичем их звание в значительной степени зав исело от должности , которая все же могла приобретать в некоторой степени наследственн ый характер . Итак , то , что Тацит рассказыва ет о германских княжеских семьях , указывает , что их число было весьма ограничено, а ограниченность этого числа в свою очередь указывает на то , что ниже князей находился еще разряд низших должн остных лиц. И с военной точки зрения было небходимо , чтобы крупная воинская часть распадалась на более мелкие подразделния , с числом людей не свыш е 200 — 300 че ловек , которые должны были находиться под начальством особых командиров . Германский континг ент , состоявший из 5000 воинов , должен был име ть по крайней мере 20, а , может быть , даже и 50 низших командиров . Совершенно невозможно , чтобы число княз е й (principes) было с толь велико. К тому же заключению приводит изучени е хозяйственной жизни . В каждой деревне об язательно должен был быть свой собственный староста . Это вызывалось потребностями аграрног о коммунизма и теми многообразными мероприяти ями , кото рые были необходимы для выгон а и охраны стад . Общественная жизнь деревн и каждое мгновение требовала наличия распоряд ителя и не могла ждать прибытия и при казов князя , жившего на расстоянии нескольких миль . Хотя мы должны признать , что дер евни были довольно обширными , все же деревенские старосты были очень незначител ьными должностными лицами . Семьи , происхождение которых считалось королевским , должны были обладать более значительным авторитетом , причем число этих семей гораздо меньше . Таким образом , князья и деревенские старосты являются существенно различными должностными лицами. СМЕНА ПОСЕЛЕНИЙ И ПАШЕН Цезарь указывает на то , что германцы ежегодно мен яли как пашни , так и места поселений . О днако , этот факт , переданный в такой общей форме , я считаю спорным , та к как ежегодная смена места поселения не наход ит себе никаких оснований . Если даже можно было легко переносить избу с домашним скарбом , с припасами и скотом , все же восстановление всего хозяйства на новом ме сте было связано с определенными трудностями . А о собенно трудно было выкапыв ать погреба при помощи тех немногих и несовершенных лопат , которыми могли располагать в те времена германцы . Поэтому я не сомневаюсь в том , что “ежегодная” смена мест поселений , о которой рассказывали Цеза рю галлы и германцы , яв л яется либо сильным преувеличением , либо недоразумением. Что касается Тацита , то он нигде п рямо не говорит о перемене мест поселения , а лишь указывает (“Германия” , 26) на смену пашен . Это различие пытались объяснять боле е высокой степенью хозяйственного раз вити я . Но я с этим в корне не согласен . Правда , весьма возможным и вероятным явл яется то , что уже во времена Тацита и даже Цезаря германцы жили прочно и о седло во многих деревнях , а именно там , где имелись плодородные и сплошные земельн ые угодья . В таких м естах достат очно было каждый год менять пахотные земл и и земли , лежащие под паром , расположенны е вокруг деревни . Но жители тех деревень , которые находились в областях , покрытых по большей части лесами и болотами , где почва была менее плодородной , уже этим не могли довольствоваться . Они бы ли принуждены полностью и подряд использовать все отдельные пригодные для обработки по ля , все соответствующие части обширной террит ории , а потому должны были для этой це ли время от времени менять место поселени я . Как уже п р авильно заметил Т удихум (Thudichum), слова Тацита абсолютно не исключаю т факта подобных перемен мест поселения , и если они на это прямо и не указы вают , то все же я почти убежден в том , что именно об этом думал Тацит в данном случае . Его слова гласят : “Цел ы е деревни занимают попеременно т акое количество полей , которое соответствовало бы числу работников , а затем эти поля распределяются между жителями в зависимости от их общественного положения и достатка . Обширные размеры полей облегчают раздел . Па шни ежего д но меняются , причем оста ется излишек полей” . Особенный интерес в э тих словах [20] пре дставляет указание на двойную смену . Сперва говорится о том , что поля (agri) занимаются или захватываются попеременно , а потом , что пашни (arvi) ежегодно меняются . Если бы реч ь шла лишь о том , что деревня (или деревенская община . — Перев. ) попеременно определяла под пашню более или менее значительную часть террито рии и что внутри этой пахотной земли опять ежегодно менялись пашня и пар , то это описание было бы слишком подроб ным и не соответствовало бы обычной сжатости стиля Тацита . Данный факт был бы , так сказать , слишком скуден для столь большого количества слов . Совсем иначе об стояло бы дело в том случае , если бы римский писатель вложил в эти слова од новременно и мысль о т о м , что община , которая попеременно занимала целые территории и вслед за тем делила эти земли между своими членами , вместе с пе ременой полей меняла и места поселений . Та цит нам об этом прямо и точно не говорит . Но как раз это обстоятельство лег ко объясняет с я чрезвычайной сжатостью его стиля , причем , конечно , ни в коем случае нельзя считать , что это явление наблюдается во всех деревнях . Жители дереве нь , обладавших небольшими , но плодородными зем лями , не нуждались в переменах мест своих поселений. Поэтому я не сомневаюсь в том , что Тацит (“Германия” , 26), делая некоторое раз личие между тем , что “деревни занимают пол я” , и тем , что “пашни ежегодно меняются” , вовсе не имеет в виду изобразить новую ступень в развитии германской хозяйственной жизни , а скорее делает молчаливую поправку к описанию Цезаря . Если мы п римем во внимание , что германская деревня с населением в 750 человек обладала территориаль ным округом , равным 3 кв . милям , то это у казание Тацита получает для нас тотчас же совершенно ясный смысл . При сущест в овавшем тогда первобытном способе обработ ки земли было совершенно необходимо ежегодно обрабатывать плугом (или мотыгой ) новую п ашню . А если исчерпывался запас пахотных з емель в окрестностях деревни , то было прощ е перенести всю деревню в другую часть округ а , чем обрабатывать и охраня ть поля , лежащие вдали от старой деревни . После ряда лет , а , может быть , и п осле многочисленных кочевок , жители снова воз вращались на свое старое место и снова имели возможность пользоваться своими прежними погребами. ВЕЛИЧИНА ДЕ РЕВЕНЬ Существенны м пунктом моей концепции является признание , что германские деревни обладали довольно значительными размерами . На первый взгляд л егко себе представить , что сотня (округ ) со стояла из ряда совсем маленьких деревень , и это является до настоя щего времени даже общепризнанным положением . Однако , источ ники и факты дают возможность легко опров ергнуть это представление. 1. Григорий Турский , согласно Сульпицию А лександру , рассказывает в 9-й главе II книги о том , что римское войско в 388 г ., во время своего похода в страну франков , обнаружило у них “огромные селения” (ingentes vicos). 2. Тождество деревни и рода не подлеж ит никакому сомнению , причем положительным об разом доказано , что роды были довольно кру пными (см . выше ). 3. В соответствии с этим Кикебуш (см . выше ), пользуясь данными доистории , установил количество населения германского поселения в первые два века н.э . по крайней мере в 8 00 человек . Дарцауское кладбище , соде ржавшее около 4000 погребальных урн , существовало в течение 200 лет . Это дает в среднем приблизительно 20 смертных случаев в год и указывает на количество населения по меньшей мере в 800 человек. 4. Рассказы о смене паш ен и м ест поселений , дошедшие до нас , может быть , с некоторыми преувеличениями , все же сод ержат в себе зерно истины . Эта смена в сей пахотной земли и даже перемена мест поселения приобретают смысл лишь в больших деревнях , обладавших большим территориальным округом . Маленькие деревни с небо льшими земельными угодьями имеют возможность менять лишь пашню на пар . Большие деревни не имеют для этой цели в своих о крестностях достаточного количества пахотной зем ли и потому принуждены искать землю в отдаленных частях своего округа , а это в свою очередь влечет за собой перенос всей деревни в другие места . Хе ттнер в “Европейской России” (“ Geogr. Zeitschr.” , Bd. 10, Н . 11, S. 671) пишет , что в русских степях деревни обладают очень большим количеством [21] полей и что пото му жители их во время полевых раб от покидают деревню и живут среди полей в наскоро построенных избах. 5. Каждая деревня должна была обязательно иметь старосту . Общее владение пахотной з емлей , общие выгон и охрана стад , частая угроза неприятельских нашестви й и опас ность со стороны диких зверей — все это непременно требовало наличия носителя мес тной власти . Нельзя ждать прибытия вождя и з другого места , когда требуется немедленно организовать защиту от стаи волков или охоту на волков , когда бывает нужно отраз и ть неприятельское нападение и ук рыть от врага семьи и скот или же оградить плотиной разлившуюся речку , или поту шить пожар , разобрать споры и мелкие тяжбы , объявить о начале пахоты и жатвы , что при общинном землевладении происходило однов ременно . Если все э то происходит так , как следует , и если , следовательно , деревня имела своего старосту , то этот ста роста , — так как деревня была в то же время и родом , — являлся родовладык ой , старейшиной рода . А этот в свою оче редь , как мы уже видели выше , совпадал с хунно. Следовательно , деревня являлась сотней , т.е . насчитывала 100 или больше воинов , а потому была не такой уже маленькой. 6. Деревни меньшего размера обладали тем преимуществом , что в них легче было д обыть пропитание . Однако , большие деревни , хотя и вызывали необходимость более частой перемены места поселения , были все же наиболее удобны для германцев при тех постоянных опасностях , среди которых они жили . Они давали возможность противопоставить угр озе со стороны диких зверей или еще б олее диких людей сильный о тряд воинов , всегда готовых встретить опасность ли цом к лицу . Если мы у других варварски х народов , — например , позднее у славян , — находим небольшие деревни , то это об стоятельство не может ослабить значения приве денных нами выше свидетельств и аргументов. Славяне не принадлежат к германца м , и некоторые аналогии еще не указывают на полное тождество остальных условий ; к тому же свидетельства , касающиеся славян , относятся к настолько более позднему времени , что могут обрисовывать уже иную стадию развития . Впр о чем и германская большая деревня позднее , — в связи с ростом населения и большей интенсивностью обработки почвы , когда германцы уже перестали менять места своих поселений , — распалас ь на группы маленьких деревень. ТУНГИН Мое пре дставление о сущности должно сти хунно подтверждается данными , относящимися к франкско й эпохе . Мы должны будем вернуться к э тому вопросу позднее , когда коснемся распада древнегерманского общественного строя после переселения народов . Однако , я хочу уже се йчас сделать несколько специа л ьных замечаний по вопросу о должности хунно в более позднее время , так как установлен ие непрерывной связи явится существенным подк реплением нашей точки зрения , в то время как все еще необъясненное разногласие в характеристике и различии франкских должност е й неминуемо окажет неблагоприятное обратное влияние на достоверность нашей реконструкции условий древнейшего времени. Если мое представление о должности ху нно правильно , то из него само собой в ытекает , что часто упоминаемый в варварских правдах “сотник” (c entenarius), как указывает сам о это название , есть не кто иной , как хунно , и что в том случае , когда п рименяется формула “тунгин или сотник (tunginus aut centenarius) ” , оба названия обозначают одно и то ж е лицо , так что одно название лишь раз ъясняет друго е . Граф являлся королев ским должностным лицом , сотник же , или тун гин , являлся народным должностным лицом . Он не пользовался преимуществом тройной денежной виры , он не назначался и не отстранял ся графом . Лишь в эпоху Каролингов он превратился в низшего граф с кого ч иновика . Граф обладает основными функциями др евнего князя (princeps). Разница лишь в том , что он выполнял эти функции , не исходя из правовых представлений древнего времени , но в качестве чиновника , действовавшего во имя и по поручению недавно появив ш егося великого короля . Этот великий ко роль впитал в себя древний принципат . Он один лишь остался из среды прежних к нязей (principes). Постепенно все большее и большее количество племен подчинилось его власти . И эти племена управлялись им посредством н азна ч енных им графов . Но хунни , эти древние старейшины [22] общин , сохранялись и существовали в течение многих поколений , так же пови нуясь графам , как до того они повиновались князьям , являясь народными должностными лица ми . В романских областях , где не существо вало замкнутых германских племенных общин , сотник (centenarius) с самого начала , под именем “наместника” , “викария” (vicarius), являлся должностным лицом , подчиненным графу , т.е . тем , чем сотни к на германской почве стал лишь позднее. Бруннер и Рихард Шреде р считают , что существовал такой переходный период , ко гда граф был исключительно управленческим дол жностным лицом , а высшие судебные функции выполнялись тунгином , который стоял выше хунн о . Таким образом , тунгин в эту эпоху по своим судебным обязанностям в ы по лнял должность древнего князя (princeps), который , буд учи избираем народом , управлял более крупным округом . Лишь позднее должность графа впи тала в себя эту функцию тунгина. Бруннер пытается доказать эту точку з рения некоторыми местами из Салического зако на . Амира высказался против (“ Gott. Gel. Anz.” 1896, S. 200), а Рихард Шредер присоединился к Брунне ру (“ Hist. Zeitechr.” . Bd. 78, S. 196 — 198). Я не имею возможности вникнуть в исследование собственно историко-правовых вопросов , но все же мне кажется ясным , что положения , выдвинутые Амира , не поколеблены соображениями Шредера . Сам Шредер не идет дальше предположения вероятности того , “что поставленное наряду с королевским судом об щенародное законное судебное собрание тунгина не совпадало с тем общенародным судебным собранием , которое должен был созывать тунгин или сотник” . Таким образом , подлинного доказательства , опровергающего положе ние Амира , здесь не приведено. Остается еще аргумент Бруннера , что ес ли бы тунгин не являлся судьей в боле е крупном округе , т о , кроме короля , существовали бы лишь сотенные судьи . Но э тот аргумент исчезает , если мы внимательнее отнесемся к хронологии. Шредер сам пишет (“ Hist. Zeitschr.” . Bd. 78, S. 200), что “первый салический капитулярий , который с бол ьшой долей вероятности прип исывается еще Хлодвигу , знает в качестве обычного судьи округа уже не тунгина , а графа” . Так как Хлодвиг первый сам организовал велик ую королевскую власть , которая уже больше не давала возможности королю лично выполнять функции странствующего судьи , то не т никаких оснований предполагать , что до этого времени между королем (как наследни ком власти древних князей ) и хунно должен был стоять еще один судья . Нам даже кажется совершенно невозможным , чтобы именно в эту эпоху подымающаяся королевская власт ь требова л а от народа или лиш ь ему позволяла выбирать себе высшее долж ностное лицо , которое неминуемо должно было бы стать естественным и необходимым соперн иком графа , назначенного королем на графство . Ведь известно , каким образом преследовал и устранял со своего п у ти Хло двиг соперников своей власти . Мне кажется совершенно ясным , что графы превратились в обычных судей округов как раз в тот момент , когда Хлодвиг организовал собственно франкскую великую королевскую власть , которая делала невозможным выполнение королем функций высшего странствующего судьи . Но если отпадает потребность , равно как и необходимость существования высшего судьи окру га , избираемого населением , то тунгин Салическ ого закона должен был быть не кем ины м , как сотником , т.е . древним хунно . Поэтому о ш ибка этих двух ученых закл ючается в том , что они недостаточно высоко оценивали положение этого должностного лица в древнейшие времена и что , сосредоточив все свое внимание на тысячном округе , они недооценили значение и сущность сотни (сотенного округа — Ре д. ). Насколько мне известно , еще не дано исчерпывающего этимологического объяснения слова “тунгин” . Ср . недавнюю работу ван-Хельтена (van Helten, “ Beitrage zur Gesch. der deutsch. Sprache und Liter.” , herausg. von Sievers, Bd. 15, S. 456, § 145). Ван-Хельт е н дает для этого слова , наряду со знач ением “превосходный” , “почтенный” , также и зна чение “заведующий” , “управляющий” (rector), но выдвигает против этого последнего значения существенны е возражения , вытекающие из существующих исто рико-правовых представле н ий . Если же изложенная мною точка зрения правильна , то эти возражения отпадают сами собой. НОВЕЙШАЯ ЛИТЕРАТУРА В 1906 г . вышло второе издание “Истории немецкого пр ава” (“ Deutsche Rechtsgeschichte” , Bd. I) Бруннера . Различия между его и моим пониманием обще ственного с троя древних германцев затронуты им в это й книге лишь применительно к некоторым вт оростепенным пунктам , так что вся резкость этих различий в этой книге не выявлена. Так как эти различия имеют основное значение для понимания всей европейской ис то рии в различных отношениях , то я должен здесь коснуться наиболее существенных пунктов. Бруннер делит германское племя на тыс ячные округа (стр . 158); округа состоят из ряда деревень ; наряду с этим существует чисто личный союз сотен , предназначенный для во ен ных и судебных целей (стр . 159); наконец , группы из нескольких семей образуют очен ь важный союз родичей или рода , который по мужской линии восходит к одному общ ему родоначальнику (стр . 111). Во главе округов стоят князья , правители округов , а во гл аве сот е н — начальники , которые , может быть , уже в древности носили на звание хунни (стр . 163). О деревенских старостах , которые также должны были существовать , так как деревни являлись аграрными хозяйственным и единицами , здесь ничего не сказано . Так же мало сказа н о и о стар ейшинах рода , хотя и их нельзя было пр опустить , так как на них , при еще больш ом значении рода , возлагались многочисленные обязанности . Впрочем сам Бруннер принужден о них упомянуть (стр . 119, заключение первого а бзаца ). Этому сложному сооружению, отдельные части которого несколько раз перекрещиваются как в территориальном , так и в персонал ьном отношении , я противопоставляю простое ра зделение на округа-сотни ; каждый такой округ обладает большим поселением ; жители его воз водят свой род к одному род о н ачальнику и поэтому называются родом . Начальн иком этого рода , который в то же время может быть деревней , округом или сотней , является хунно или альтерман (эльдермен ). Доказательством моей точки зрения я с читаю то , что , без всякого сомнения , сперва деревня и род были тождественны . Са м Бруннер твердо устанавливает (стр . 90, 117), что существовало такое время , когда род был владельцем пахотной земли , но что в то же время и деревня владела пахотной землей . Кто же был в таком случае влад ельцем ? Род или деревня ? Свидетельств а источников как в первом , так и во втором случае дают одинаково ясные и м ногочисленные утвердительные ответы . Бруннер не делает никакой попытки разрешить это проти воречие . Но нет никакой другой возможности объяснить это противоречие , как пре д положить тождество рода и деревни. Теперь ясно доказано , что деревни были очень большими (см . выше ); это явствует также и из того , что обычай перенесения деревни в другое место имеет смысл л ишь при наличии больших деревень , о чем , впрочем , нами уже сказано выше . Этот обычай теряет свой смысл при маленьких деревнях с небольшими землями. Если же деревня очень велика , то о на насчитывает по меньшей мере 100 семей и , следовательно , должна быть тождественна с с отней . Таким образом , отпадает необходимость п редполо жить существование искусственно постр оенного личного союза , не совпадающего с п оселением. Теперь встает вопрос , могла ли над этими сотнями существовать охватывающая их организация тысячных округов . Она могла сущ ествовать в отдельных случаях , — именно т огда , когда князья , противостоявшие в сво ей совокупности всему народу , таким образом делили между собой управление , в особенност и же суд , что каждый из князей получал группу сотен , причем подобная группа , так им образом , превращалась в некоторую определе нную е д иницу . Однако , это не яв ляется , как признает и Бруннер , собственным и первоначальным делением племени ; притом д аже само название “тысяча” едва ли употре блялось в древности. Разбирая вопрос об отношении сотни и рода к военному устройству , Бруннер запут ывает ся в том же самом противоречии , в котором он запутался при разборе воп роса , кто является владельцем земли — дер евня или сотня . Сотня , по его мнению яв лялась личным союзом , группой из 100 (или 120) во инов , находившихся под начальством начальника сотни (стр. 162). Но в другом месте (стр . 118) рядом весьма ценных цитат доказывается во енное значение [24] рода , причем отсюда делается тот вывод “что были такие времена и такие условия , когда роды , составляя часть войска , совмест но дрались , находясь под общим коман до ванием” . Это не будет противоречием сказанном у выше и даже будет с ним хорошо согласовываться , если предположить , что роды б ыли подразделениями сотни . Но Бруннер это совсем не так воспринимает . Он пишет лишь (стр . 118), “что при группировке войска прини м ались во внимание родовые объеди нения” или (стр . 163) “что сотни не точно отсчитывались , так как нельзя было разделять родовые объединения” . Автор принужден был здесь прибегнуть к неопределенным выражениям , так как если бы он высказал то пол ожение , что ро д ы были подразделени ями сотни , то это придало бы совсем др угое , чем он предполагал , содержание изображен ной им картине сотни . Здесь уже не мог ла бы идти речь о “точном отсчитывании” . Либо нужно совсем исключить числовое значе ние из понятия “сотни” , либо сл е дует сделать тот вывод , что сотни всегда образовывались из таких родов , которые насчитывали приблизительно 100 воинов . И здесь видна невозможность , впрочем показанная и нами выше , предположить , что роды составляли часть сотни. В защиту своей теории Бруннер п ишет (стр . 195): “Кто для того , чтобы спасти сотенный округ , объявляет его тождественным с римским pagus (округ ), тот принужден признать недостоверными указания Цезаря на большие размеры германских округов (pagi), признать недоразуме ниями свидетельства Т ацита о сотне и отказаться учесть те выводы , которые вытекают из факта кельтского округа (pagus)”. На это я могу лишь ответить : почем у же нет ? Для того чтобы спасти те 2000 воинов , которые , по Цезарю , мог выставить каждый округ свевов , Бруннер должен был с перва опровергнуть мою теорию плотнос ти населения древних германцев . Но он даже не сделал ни одной попытки для того , чтобы ее опровергнуть . Всем хорошо извес тно , что здесь у Цезаря имеется преувеличе ние , и к тому же еще не самое груб ое . Цезарь преувеличив а ет здесь , м ожет быть , в 10 раз ; а как часто в ег о труде были доказаны преувеличения даже в 100 раз ! Далее , тот факт , что свидетельства Тац ита о сотнях основываются на недоразумениях , доказан таким крупным авторитетом , как В айц , и принят столь многими иссле доват елями , что он не может уже больше счит аться лишь априорно абсурдным. Наконец , аналогия с кельтским округом (pagus) ничего не доказывает , так как римляне п ользовались своим термином “ pagus” в таком же широком и растяжимом смысле , как и мы нашим “округ”. Возражая против моего отождествления сотн и , округа , рода и деревни , Бруннер указывае т (стр . 160, примечание ) на то , что “в таком случае все эти названия и понятия , за исключением одного , были бы излишни , их наличие уже само по себе указывает на некоторую дифференциацию” . Но этого выв ода я не могу принять . Ведь если о ком-нибудь было один раз сказано , что у него есть сын , в другой раз — чт о у него есть парень , в третий раз — что у него есть мальчик , а в четвертый раз — что у него есть маль чишка , то разве э то указывает , чт о данный человек имеет четырех сыновей ? Основная ошибка Бруннера заключается в том , что он пытается восстанавливать формы государственного , общественного и хозяйственного строя , совершенно не учитывая количественных соотношений . Ведь если т олько уяснить себе , сколько максимально людей , сколько мужчин и сколько кв . миль падает на од но германское племя , то этим самым тотчас же разрешается спор между наличием тысяч ного или сотенного округа. Следующая ошибка Бруннера заключается в том , что он не делает различия между родом той эпохи , когда он еще пр едставлял собой некоторую хозяйственную единицу (общинное землевладение ), и родом , уже прев ратившимся в одно лишь правовое установление . Этот последний мог отграничиваться от сл учая к случаю с зависим о сти о т степени родства , так что исчезала границ а между отцом и сыном . Если следовало уплатить или получить штраф , то для того чтобы установить , кто в нем должен уч аствовать , а кто нет , высчитывали степень родства . Но такое текучее отграничение невозм ожно п ри существовании рода , имеющег о общинное земельное владение . Если мы , на пример , скажем , что род доходит лишь до седьмого поколения , что же будет в том случае , если члены рода будут между с обой стоять в родстве лишь в восьмом поколении ? Будут ли дети каког о -ни будь определенного поколения еще [25] принадлежать к роду ? Б удут ли они иметь право , когда подрастут и захотят основать свое хозяйство , на часть общинной земли ? Нужно только поставит ь эти вопросы , чтобы тотчас же на них ответить в том смысле , что род , в ладеющий общинной землей , никогда не м ожет быть ограничен каким-либо определенным ч ислом поколений. Род , владеющий общинной землей , может быть ограничен лишь таким образом , что сем ьи , сыновья и отцы остаются в нем вмес те . Поэтому род , который высчитывается ли шь до шестого или седьмого колена , уже есть не что иное , как тот древнейший род , который существовал во времена Цезаря и Тацита . Бруннер не заметил того , что между этими двумя видами рода находится целая эпоха развития , и не учел того обстоятельства , ч т о при определен ии понятия рода следует различать отдельные этапы его развития. При изучении этого развития следует и меть в виду , что граница древнейшего рода не была генеалогической границей , но что она определялась фактом действительного совм естного жител ьства ; другими словами , род древнейшего времени был деревней. Рахфаль (Schmoller's “ Jahrbuch fur Gesetzgebung” , Bd. 31, S. 1739) разобрал теорию Бруннера и на стр . 1751, исходя из тех же оснований , что и я , защитил теорию существования сотенного округа. Те аргументы , которые привел Краммер в защиту “тысячи” (Krammer, “ Neues Archiv der alteren Gesch.-Kunde” , Bd. 32, S. 538, 1907), не имеют никакой действительной доказательной силы. Рихард Шредер в пятом издании своего “Учебника истории немецкого права” (R. S chroeder, “ Lehrbuch der deutschen Rechtsgeschichte” , 1907) признает сущестование тройного подразделения : тысяча , сотня , род-деревня . Хотя он и отождествляет род с деревней , од нако , по его мнению , сотня является с т очки зрения публичного права низшим видом общины . В качестве таковой она не могла образовывать округа , но являлась чисто персональным союзом , во главе которог о стоял хунно . Этот союз образовывал отдел ьную воинскую часть , имея в то же врем я свой собственный суд , который находился в твердо установл е нном месте . Лишь позднее эти персональные сотни превращаются в местные округа . Каждую тысячу возглавля ет князь. Эта концепция ближе к моей , чем эт о может показаться на первый взгляд , так как : а ) род отождествляется с деревней ; б ) проводится различие между двумя ка тегориями должностных лиц : хунни и князьями (principes) 14 ; в ) признается , что князь ст оял над группой сотен , на что я , впроче м , не смотрю как на принципиальное и с ущественное явление ; эту группу сотен я не называю тысячей , однако , признаю , что она на практике часто совпадала с тысячей (ср . выше ). Для того чтобы прийти от шреде ровской концепции к моей , следует только с ебе представить , ч то деревни состояли не из 10 — 30 дворов , а из 100 — 200. Тогда непонятный и неясный “персональный союз” сотн и станет совершенно излишним . Деревня есть сотня . Это есть естественное первоначальное поселение . От тысячи остается лишь соответс твующий должностям о т дельных князей округ , меняющийся в зависимости от обстоя тельств. Зигфрид Ритшль (Siegfr. Rietschi, “ Savigny-Zeitschr.” , 27, 234 und 28, 342) еще раз исследовал вопрос о сотне и тысяче , основываясь на широком использовании источнико в , и равным образом прише л к тому выводу , что тысяча не есть древнегерманск ое установление , а что необходимо признать древнейшим общегерманским установлением сотню . Также и англо-саксонскую сотню (hundred) относит он ко времени переселения. Неясной остается у Ритшля сущность ро да, хотя он имеет перед другими иссл едователями то преимущество , что подошел впло тную к постановке этого вопроса . Он призна л , что при обычном понимании рода , как некоторой суммы потомков одного общего родона чальника , [26] нельзя установить какого-либо общего состава род а и что род будет большим или меньшим союзом в зависимоси от того родоначальни ка , который взят в качестве исходной точки (стр . 423, 430). Эта возможность совершенно различным образом ограничить род служит ему вспомо гательным средством для того, чтобы вдвинуть роды в строго количественную схем у регулярной сотни , состоящей из 100 земельных участков . Но при этом он не принял во внимание того , что этим он упраздняет значение рода как правового института . Со юз , который в одном случае охватывает брат ь е в , в другом — двоюродных бр атьев , в третьем — троюродных братьев , да лее родственников в четвертой , пятой и шес той степенях , ни в коем случае не може т признаваться одним и тем же союзом в каждом из этих случаев. Если мы вслед за Ритшлем будем ограничивать п оселение определенным числом , то мы тем самым исключим из него всякое понятие рода . Тогда останется лишь то , что при распределении земель агн атические родственники 15 должны были бы оставляться вместе — практика , в которой уже не может больше быть никакого правового содержания . С точки зрения рода правовое содержание з аключа ется лишь в таком поселении (сот не ), которое в своей совокупности может ра ссматриваться в качестве рода . Так , без вс якого сомнения , и было на самом деле. Одновременно с Ритшлем выступил , основыва ясь на источниках , в защиту сотни Клавдий фон Шверин в своей работе “Древнег ерманская сотня” (Claudius Freih. v. Schwerin, “ Die altgermanische Hundertschaft. Untersuchungen. Herausgegeben von Giercke. 90 Heft, 1907). Шве рин придает особенное значение тому , что с отня не имеет ничего общего с числом 100, но обозначае т вообще лишь множеств о . Его этимологическое обоснование , как на то указывает Ритшль (стр . 420), ошибочно , но на самом деле он мог бы оказаться правы м , — впрочем лишь в том случае , если бы он не оставлял совершенно неопределен ной величину группы , так что о н а с равным успехом могла бы равня ться и 20 и 10.000. Мы же со своей стороны можем и должны указать , что на самом деле эти группы могут быть прекрасно с вязаны с числом 100, если мы примем , что о ни состояли из 100 семей или из 100 воинов , что и в том и в др у гом случае , как мы это уже показали выше , дает приблизительно один и тот же резу льтат. Ошибка исследования Шверина (не считая того , что и у него также недостает ясного представления о роде ) заключается в том , что он не уяснил себе количественн ых соотношени й . Он отклоняет мою попыт ку установить соответствующие цифры для герма нского племени и для сотни , не подвергая ее даже какой-либо проверке . Я же , нао борот , осмеливаюсь утверждать , что самым тверд ым и самым надежным способом определения численности населен и я древней Германи и является способ использования всех тех камней , из которых построено здание древнегер манского государственного и общественного строя . Каждое отдельное свидетельство , взятое либо из одного лишь античного писателя , либо из одного раннего с р едневекового сборника законов , будет недостоверным или же может быть различно истолковано . Один вместе с Цезарем верит в то , что ок руг у свевов насчитывал 2000 воинов , другой ж е это отрицает ; один считает свидетельство Тацита о сотнях за недоразумение , др у гой же с этим не согласен и так далее . Но совершенно бесспорно то , что область между Рейном и Эльбой ох ватывает пространство в 2300 км 2 , что здесь жило около 20 племен и что плотность насления здесь была очень незначительной. Если бы Шверин уяснил себе все эти факты со всеми вытекающими из них последствиями , то он ни в коем случае не мог бы отождествить хунно ил и альтермана с князем (princeps) (стр . 109), тем более что он , так же как и я , пришел к тому заключению (стр . 128), что хунно , фран кский сотник (ce n tenarius) и тунгин тождест венны. Шверин резко возражает против того , чт обы сотню называли округом ; это , по его мнению , может только запутать (стр . 109, прим . 4). Но так как он сам доказывает , что саксонское [27] “го” является сотней и в то же время окр угом (pagus), ибо мы только этим словом мо жем перевести латинское слово “ pagus” , то после этого уже невозможно возражать проти в применения слова “округ” по отношению к сотне . Правда , вполне справедливо , что в более позднее время слово “округ” обознача ет такую же большую область , как и древнее “государство” (civitas), и что применени е того же самого слова для обозначения столь различных величин может внести путан ицу и действительно вносит таковую . Но то же самое применимо и к слову “ pagus ” (округ , см . выше ), и м ы должн ы примириться с тем , что в источниках не сохранилось более точного различия в т ерминологии . Тацит даже однажды (“Анналы” , IV, 45) уп отребляет слово “ pagus” в таком смысле , ч то его по контексту можно перевести лишь словом “деревня” (ср . Gerber, “ Lex i con Taciteum ” , S. 1049). Первым исследователем , принявшим в основе установленные мною цифры населения древней Германии , был Людвиг Шмидт в своей “И стории немецких племен до конца переселения народов” , вышедшей в серии “Источники и исследования по древней и стории и географии” , издававшейся В . Зиглином (Ludwig Schmidt, “ Geschichte der deutschen Stamme bis zum Ausgange der Volkerwanderung. Quellen und Forschungen zur alten Geschichte und Geographie. Herausgegeben von W. Sieglin). Ср . с этим т акже и рецензию н а “Историю вое нного искусства” (“ Historische Vierteljahrsschrift” , 1904, S. 66). Впрочем Шмид т возражает против моего отождествления рода с сотней и признает тысячу исконным германским установлением . Мне кажется совершенно ясным , что в данном случае он неп о следователен . Если правильно то , что германское племя насчитывало в среднем не более 5000 — 6000 воинов , а меньшие и с амые маленькие племена лишь 3000 и даже того менее , то тем самым является несомненным , что племя делилось не на отряды в 1000 человек , кото р ые сами по себе были бы слишком неповоротливыми и слишко м близко подходили бы по своей численност и к общей совокупности воинов в племени . К тому же главный аргумент в пользу существования тысячи , — а именно — ук азания Цезаря на то , что у свевов было 100 о к ругов по 2000 воинов в каждом , — следует считать уже отпавшим. Шмитд признает также и то положение , что деревня и род тождественны , однако стоит за небольшие размеры родов (деревень ), состоявших из 10 — 20 семей . Он совершенно не касается вопроса о том , како й с мысл могло иметь перенесение местоположения д еревни при небольших размерах деревень и поэтому небольших размерах находящися при них земель , которые он устанавливает . С друго й же стороны , он пытается истолковать в свою пользу положительные указания исто ч ников на то , что германские д еревни достигали довольно значительных размеров , но эта его попытка оказывается совершенн о неудачной . Он полагает (“ Hist. Vierteljahrsschrift” , S. 68), что при разбросанности построек германские дерев ни со своими 10 — 20 избами м огли показаться римлянам “необычайно обширными” , а те роды (g]nh) германцев , которые , по Диону Кассию , заключили мир с Марком Аврелием , были чем-то иным , чем то , что обычно называется родом . Эти были слишком малы дл я того , чтобы с ними одними можно было з а ключить мир . Следовательно , мы должны представить себе здесь самостоятельны е ответвления больших племенных групп или благородные роды , окруженные многочисленной сви той и челядью . Как велика могла бы быт ь свита такого благородного рода ? Конечно , не больше н ескольких сотен воинов в максимальном случае . Это и будет пр иблизительно той цифрой , которая , по моему мнению , может характеризовать германский род . Следовательно , факт небольших размеров деревни даже в изложении самого Шмидта не дает никаких оснований дл я того , что бы возражать против буквального истолкования этого места , а так как во всех источни ках нигде и ничего не говорится о мал еньких деревнях или маленьких родах , то бы ло бы совершенно неправильным и произвольным отвергнуть столь положительное указани е Диона , к тому же подкрепленное Суль пицием Александром 16 . [28] Я зак анч иваю эти полемические анализы тем , что к ним еще добавляю (забегая несколько впере д в содержание следующей главы и указывая на значение этой главы ), почему я прид аю такое значение установлению , — вернее сказать , отстаиванию , — правильного исторического построения общественного и государст венного строя в настоящем труде , посвященном истории военного искусства . Дело в том , что , по моему мнению , без такого изложен ия государственно-правовых основ военные достижен ия германцев останутся просто-напросто непоня т ными . Дикая храбрость отдельных в оинов не сможет нам объяснить этих успехо в , тем более что мы уже твердо установ или , что их число было весьма незначительн о . Поэтому внутри массы германцев должно б ыло необходимым образом существовать очень уд обное и твердо функционирующее делени е на воинские части , дающее возможность ос уществлять командование . Для этой цели соверш енно не годятся текучие “персональные союзы” , так как в них совершенно отсутствует дисциплинарная спайка . Из отдельных песчинок нельзя скатать шар а . Тождество же деревни и рода , рода и сотни во г лаве с ее альтерманом (хунно ) дает ей е стественную связь и прочность , что делает ее способной отвечать самым высоким требовани ям . К этим положениям следует прибавить та кже и то , что содержится в 5-й главе 2- й части “Народные войска во вре мя своих переселений” и в особенности “Со тня во время переселения народов”. Литература Текст приводится по изданию : Г . Дельбр юк "История военного искусства в рамках по литической истории " т . II "Наука " "Ювента " СПб , 1994 Перево д с немецкого и примечания пр оф . В.И . Авдиева . Публикуется по изданию : Дел ьбрюк Г . "История военного искусства в рам ках политической истории ". в 7-ми тт . М ., Гос . воен . изд-во , 1936-1939
1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
- Ты кто?
- Кризис среднего возраста.
- A че тебе в 20 лет от меня надо?
- Да ты все равно до 40 не доживешь.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru