Курсовая: Дефальсификация истории - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Дефальсификация истории

Банк рефератов / История

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Прислал: Вадим Емельянов
Дата создания: 2012
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 466 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы
Текст
Факты использования курсовой

Узнайте стоимость написания уникальной работы

 

Когда на трон в Московском княжестве посадили Романовых, началось планомерное искажение истории Славяно-Арийской Империи и всей земной цивилизации. Иудеи уже тогда сумевшие покорить всю западную Европу, старались изо всех сил...

Один из «немецких» учёных Август Людвиг Шлёцер

В посте «Академики» от истории, или Кто создавал русскую историю? я приводил список академиков РАН, из которого однозначно следовало, что процесс создания русской истории (точнее, той её версии, которая ныне считается общепринятой) целиком и полностью находился в руках иностранцев, преимущественно немцев. Сам по себе этот факт не мог бы служить основанием для сомнения в написанной ими истории Руси, если бы эти немцы были добросовестными учёными, для которых научная истина выше политической конъюнктуры. Однако, факты говорят иное.

Далее приводится отрывок из книги «Новая хронология Руси, Англии и Рима», который показывает, какими высоконаучными методами действовали эти «русские историки немецкого происхождения». – Mollari

Ранее было продемонстрировано то поразительное обстоятельство, что принятая сегодня версия русской истории была создана в XVIII веке, причём исключительно иностранцами. А именно, немцами Миллером, Байером, Шлёцером и др. Возникает естественный вопрос: куда же смотрели русские учёные? Как русское образованное общество могло позволить столь бесцеремонное вмешательство в такую важнейшую область науки и культуры как отечественная история? Ведь ясно, что разобраться в отечественной истории иностранцу труднее, чем своему.

Поэтому полезно приподнять завесу над сегодня уже почти забытой историей яростной борьбы, которая велась в XVIII веке в академических кругах вокруг отечественной истории. Воспользуемся уже редкой сегодня книгой М.Т.Белявского «М.В. Ломоносов и основание Московского университета», изданной Московским университетом в 1955 году к 200-летию его основания [215]. Оказывается, борьба за русскую историю была существенной частью борьбы русского общества XVIII века за право иметь отечественную науку. В ту эпоху это право было под большим вопросом. Во главе движения русских учёных стоял знаменитый М.В. Ломоносов. Во главе иностранцев, желавших, – при нескрываемой поддержке романовского императорского двора, – подавить русскую национальную научную школу, стоял историк Миллер.

В 1749-1750 годах Ломоносов выступил против новой в то время версии русской истории, создаваемой на его глазах Миллером и Байером [215, с.60]. Он подверг критике только что появившуюся диссертацию Миллера «О происхождении имени и народа российского». Ломоносов дал уничтожающую характеристику трудов Байера по русской истории: «Мне кажется, что он немало походит на некоторого идольского жреца, который, окурив себя беленою и дурманом и скорым на одной ноге вертением, закрутив свою голову, даёт сумнительные, тёмные, непонятные и совсем дикие ответы». Так началась борьба за русскую историю.

C этого времени занятия вопросами истории становится для Ломоносова такой же необходимостью, как и занятия естественными науками. Более того, в 1750-х годах в центре занятий Ломоносова оказываются гуманитарные науки и в первую очередь история. Ради них он идёт даже на то, чтобы отказаться от обязанностей профессора химии... В переписке с Шуваловым он упоминал свои работы «Описание самозванцев и стрелецких бунтов», «О состоянии России во время царствования государя царя Михаила Фёдоровича», «Сокращённое описание дел государевых» (Петра Великого. – М.Б.), «Записки о трудах монарха».

Однако ни этих трудов, ни многочисленных документов, которые Ломоносов намеревался опубликовать в виде примечаний, ни подготовительных материалов, ни рукописи II и III части I тома (имеется в виду труд Ломоносова «Древняя Российская История») до нас не дошло. Они были конфискованы и исчезли бесследно» [215, с.63].

Правда, первая часть «Древней Российской Истории» Ломоносова была всё же опубликована. Но история её публикации чрезвычайно странная. «Издание её всячески тормозилось, и, начав печататься в 1758 году, книга вышла из печати лишь после смерти Ломоносова» [215, с.63]. То есть, по крайней мере, через семь лет. Напомним, что Ломоносов умер в 1765 году.

В обстановке борьбы такого накала не исключено, что под именем Ломоносова на самом деле было издано нечто совсем другое. В лучшем случае, его труд был урезан и отредактирован. Если не переписан целиком заново. Такая мысль тем более вероятна, что практически то же самое и в то же время происходит с трудами русского историка Татищева... Их издаёт Миллер после смерти Татищева по каким-то «черновикам Татищева». А сам труд Татищева загадочно исчезает.

Кто мог помешать торжествовавшему Миллеру, – под полный контроль которого Романовы отдали русскую историю, – издать труды Ломоносова в искажённом виде? Надо сказать, что этот приём, – «заботливая» публикация трудов своего научного оппонента после его смерти, – показывает характер борьбы того времени вокруг русской истории. Русская история была в ту эпоху предметом отнюдь не чисто академического интереса. Как Романовым, так и западноевропейским правителям была необходима искажённая русская история. Известные нам сегодня публикации трудов Татищева и Ломоносова по русской истории, скорее всего – подделки.

Вернёмся к началу борьбы Ломоносова с Миллером. Немецкие профессора-историки решили добиться удаления Ломоносова и его сторонников из Академии. Эта «научная деятельность» развернулась не только в России. Ломоносов был учёным с мировым именем. Его хорошо знали за границей. Были приложены все усилия, чтобы опорочить Ломоносова перед мировым научным сообществом. При этом в ход были пущены все средства. Всячески старались принизить значение работ Ломоносова не только по истории, но и в области естественных наук, где его авторитет был очень высок. В частности, Ломоносов был членом нескольких иностранных Академий – Шведской Академии с 1756 года, Болонской Академии с 1764 года [215, с.94].

«В Германии Миллер инспирировал выступления против открытий Ломоносова и требовал его удаления из Академии» [215, с.61]. Этого сделать в то время не удалось. Однако противникам Ломоносова удалось добиться назначения академиком по русской истории Шлёцера [215, с.64]. «Шлёцер... называл Ломоносова “грубым невеждой, ничего не знавшим, кроме своих летописей”» [215, с.64]. Итак, как мы видим, Ломоносову ставили в вину знание русских летописей. (Чисто для примера «научного» подхода «по Шлёцеру»: оный великий филолог производил славянское слово: «дева» от германского «Tiffe» (сука) – Mollari).

«Вопреки протестам Ломоносова, Екатерина II назначила Шлёцера академиком. При этом он не только получал в бесконтрольное пользование все документы, находящиеся в Академии, но и право требовать всё, что считал необходимым, из императорской библиотеки и других учреждений. Шлёцер получал право представлять свои сочинения непосредственно Екатерине... В черновой записке, составленной Ломоносовым «для памяти» и случайно избежавшей конфискации, ярко выражены чувства гнева и горечи, вызванной этим решением: «Беречь нечево. Всё открыто Шлецеру сумасбродному. В российской библиотеке несть больше секретов» [215, с.65].

Миллер и его соратники имели полную власть не только в самом университете в Петербурге, но и в гимназии, готовившей будущих студентов. Гимназией руководили Миллер, Байер и Фишер [215, с.77]. В гимназии «учителя не знали русского языка... ученики же не знали немецкого. Всё преподавание шло исключительно на латинском языке... За тридцать лет (1726-1755) гимназия не подготовила ни одного человека для поступления в университет…» [215, с.77]. Из этого был сделан следующий вывод. Было заявлено, что «единственным выходом является выписывание студентов из Германии, так как из русских подготовить их будто бы всё равно невозможно» [215, с.77].

«Ломоносов оказался в самой гуще борьбы... Работавший в академии выдающийся русский машиностроитель А.К. Нартов подал в Сенат жалобу. К жалобе Нартова присоединились русские студенты, переводчики и канцеляристы, а также астроном Делиль. Смысл и цель их жалобы совершенно ясны... – превращение Академии Наук в русскую не только по названию... Во главе комиссии, созданной Сенатом для расследования обвинений, оказался князь Юсупов... Комиссия увидела в выступлении А. Нартова, И.В. Горлицкого, Д. Грекова, П. Шишкарева, В. Носова, А. Полякова, М. Коврина, Лебедева и др... “бунт черни”, поднявшейся против начальства» [215, с.82].

Надо сказать, что А.К. Нартов был выдающимся специалистом в своей области, «создателем первого в мире механического суппорта – изобретения, сделавшего переворот в машиностроении» [215, с.83].

Русские учёные, подавшие жалобу, писали в Сенат: «Мы доказали обвинения по первым 8 пунктам и докажем по остальным 30, если получим доступ к делам» [215, с.82]. «Но... за "упорство" и "оскорбление комиссии" были арестованы. Ряд из них (И.В. Горлицкий, А. Поляков и др.) были закованы в кандалы и «посажены на цепь». Около двух лет пробыли они в таком положении, но их так и не смогли заставить отказаться от показаний. Решение комиссии было поистине чудовищным: Шумахера и Тауберта наградить, Горлицкого казнить, Грекова, Полякова, Носова жестоко наказать плетьми и сослать в Сибирь, Попова, Шишкарева и других оставить под арестом до решения дела будущим президентом Академии.

Формально Ломоносов не был среди подавших жалобу на Шумахера, но всё его поведение в период следствия показывает, что Миллер едва ли ошибался, когда утверждал: «господин адъюнкт Ломоносов был одним из тех, кто подавал жалобу на г-на советника Шумахера и вызвал тем назначение следственной комиссии». Недалёк был, вероятно, от истины и Ламанский, утверждающий, что заявление Нартова было написано большей частью Ломоносовым. В период работы комиссии Ломоносов активно поддерживал Нартова...

Именно этим были вызваны его бурные столкновения с наиболее усердными клевретами Шумахера – Винцгеймом, Трускотом, Миллером и со всей академической конференцией... Комиссия, приведённая в ярость поведением Ломоносова, арестовала его... В докладе комиссии, который был представлен Елизавете, о Шумахере почти ничего не говорится. «Невежество и непригодность» Нартова и «оскорбительное поведение» Ломоносова – вот лейтмотив доклада.

Комиссия заявила, что Ломоносов «за неоднократные неучтивые, бесчестные и противные поступки как по отношению к академии, так и к комиссии, и к немецкой земле подлежит смертной казни, или, в крайнем случае, наказанию плетьми и лишению прав и состояния. Почти семь месяцев Ломоносов просидел под арестом в ожидании утверждения приговора... Указом Елизаветы он был признан виновным, однако «для его довольного обучения» от наказания «освобождён».

Но одновременно с этим ему вдвое уменьшилось жалование, и он должен был «за учиненные им предерзости» просить прощения у профессоров... Миллер составил издевательское “покаяние”, которое Ломоносов был обязан публично произнести и подписать... Это был первый и последний случай, когда Ломоносов вынужден был отказаться от своих взглядов» [215, с.82-84].

Эта борьба продолжалась в течение всей жизни Ломоносова. «Благодаря стараниям Ломоносова в составе академии появилось несколько русских академиков и адъюнктов» [215, с.90]. Однако «в 1763 году по доносу Тауберта, Миллера, Штелина, Эпинусса и других Екатерина даже совсем уволила Ломоносова из академии» [215, с.94]. Но вскоре указ об его отставке был отменён. Причиной была популярность Ломоносова в России и признание его заслуг иностранными академиями [215, с.94]. Тем не менее, Ломоносов был отстранён от руководства географическим департаментом, а вместо него туда был назначен Миллер. Была сделана попытка «передать в распоряжение Шлёцера материалы Ломоносова по языку и истории» [215, с.94].

Последний факт очень многозначителен. Если даже ещё при жизни Ломоносова были сделаны попытки добраться до его архива по русской истории, то что уж говорить о судьбе этого уникального архива после смерти Ломоносова.

Как и следовало ожидать, архив Ломоносова был немедленно конфискован сразу после его смерти и бесследно пропал. Цитируем: «Навсегда утрачен конфискованный Екатериной II архив Ломоносова. На другой день после его смерти библиотека и все бумаги Ломоносова были по приказанию Екатерины опечатаны гр. Орловым, перевезены в его дворец и исчезли бесследно» [215, с.20]. Сохранилось письмо Тауберта к Миллеру. В этом письме «не скрывая своей радости, Тауберт сообщает о смерти Ломоносова и добавляет: “на другой день после его смерти граф Орлов велел приложить печати к его кабинету. Без сомнения в нём должны находиться бумаги, которые не желают выпустить в чужие руки”» [215, с.20].

Таким образом, «творцы русской истории» – Миллер и Шлёцер – всё-таки по-видимому добрались до архива Ломоносова. После чего эти архивы, естественно, исчезли. Зато, после семилетней проволочки был, наконец, издан – и совершенно ясно, что под полным контролем Миллера и Шлёцера, – труд Ломоносова по русской истории. И то лишь первый том. Скорее всего, переписанный Миллером в нужном ключе. А остальные тома попросту «исчезли». Наверное, с ними возиться не захотели.

Так и получилось, что имеющийся сегодня в нашем распоряжении «труд Ломоносова по истории» странным и удивительным образом согласуется с миллеровской точкой зрения на историю. Даже непонятно – зачем тогда Ломоносов так яростно и столько лет спорил с Миллером? Зачем обвинял Миллера в фальсификации русской истории, [215, с.62], когда сам, в своей опубликованной «Истории» так послушно соглашается с Миллером по всем пунктам? Угодливо поддакивает ему в каждой своей строчке.

Наше мнение таково. Под именем Ломоносова было напечатано совсем не то, что Ломоносов на самом деле написал. Надо полагать, Миллер с большим удовольствием переписал первую часть труда Ломоносова после его смерти. Так сказать, «заботливо подготовил к печати». Остальное уничтожил. Почти наверняка там было много интересного. Такого, чего ни Миллер, ни Шлёцер, ни другие «русские историки» никак не могли выпустить в печать.

P.S.

Вот такие были эти «корифеи». Ну, а далее в книге показывается, что имеющаяся ныне «Древняя история...», приписываемая М.В. Ломоносову, является несомненной фальшивкой, представляющей собой, в лучшем случае, существенно отредактированный первоначальный текст… Mollari

Как рождаются либеральные мифы

Нехорошее слово «фуфло» имеет в словарях основное значение как ложь обман. Власть вкладывает огромные деньги в искажение и стирание советской истории в сознании жителей России. Сегодня, пожалуй, не осталось, ни одной страницы советской истории, по поводу которой не высказались бы ревизоры и обновители из числа публицистов, срочно ставших самодельными либеральными историками, и перекрасившихся советских историков, срочно ставших либеральными публицистами. Именно они составляют передовой отряд властного агитпропа, отрабатывающий по команде и на средства сильных мира сего свои 30 серебренников из государственной кормушки.

В пылу борьбы с советскими мифами родилось столько черных либеральных мифов, что не могло в страшном сне присниться работникам советской идеологической машины. Идёт самая настоящая идеологическая война против уже не существующего советского государства. А на войне, как известно, все средства хороши. В ходе этой борьбы используются тяжёлые снаряды – мифы о «преступном режиме» и репрессиях, о бездарно одержанной Победе, о народе, который роптал, но подгоняемый «голодом, страхом и плеткой» сражался с врагом или трудился в тылу, о злодеях - вождях и кровавых деяниях в период коллективизации и индустриализации и многом другом. Горы лживых сочинений, активная деятельность средств массового оболванивания, откровенные фальшивки, безответственное жонглирование цифрами и односторонняя подтасовка фактов – все направлено на то, чтобы превратить историю СССР в сплошной негатив.

Надо признать, что все эти изыскания либеральных клеветников желаемого результата не достигли в силу того, что значительная часть населения сравнивает то, что было в СССР с тем, что происходит в сегодняшней России и по большинству позиций сравнение не в пользу существующего режима.

На войне и поросёночек божий дар. За неимением должного эффекта от крупных исторических снарядов в ход пошли пули из исторического дерьма.

Несколько дней назад на Портале «Newsland» был размещён, мягко говоря, забавный материал под претенциозным названием «О льготах и привилегиях отцов-основателей СССР». Автор - доктор исторических наук Александр Данилов, видимо, долго размышлял, как ему встроиться в тесные ряды властного агитпропа и вставить свои 5 копеек в разоблачения кровавого советского режима. Ну не давали ему покоя лавры успешных демократических историков-мутантов современности Волкогонова, Бунича, Сванидзе, Млечина, Суворова, и многих других. И вот наконец-то повезло: нашёл где- то в архивах справочку большевика Муранова (на тот период работника ЦК партии), на которой построил целое исследование о неслыханных льготах и привилегиях отцов-основателей СССР в сфере питания и распределения жилья. При этом автор даже не удосужился задаться вопросом, а кто и зачем разрешил в разгар Гражданской войны, в эпоху всесилия ВЧК, чтобы комиссия проверяла условия проживания высших руководителей государства, начиная с Ленина.

И вообще, кто это – Александр Анатольевич Данилов? Такого историка до недавнего времени мы не знали. И вдруг он прославился. Для того, чтобы понять ценность и актуальность его исследований достаточно узнать о его научных трудах. В 1985 году, когда перезрелые комсомольцы массово рванули в бизнес, он защищает кандидатскую диссертацию на тему «Комсомол — активный помощник КПСС в воспитании рабочей молодежи в ходе социалистического соревнования. 1966—1980 гг.», а в 1990 году накануне кончины КПСС и докторскую: «Партийное руководство развитием творческой активности работающей молодежи. 1960—1980-е гг.». Из чего видно, что автор - типичный перевёртыш, которых ныне не счесть.

Открытие первое - продовольственное.

Плоды этого изыскания господина Данилова принадлежат к нескончаемой саге о кремлёвских и обкомовских пайках. Казалось бы, в условиях всеобщего продовольственного благоденствия, наступившего в России, эту тему можно не мусолить. Однако нет- для властного агитпропа она как хлебные карточки в блокаду. Вывод Данилова незатейлив и прост: оказывается, что отцы-основатели СССР ели. Далее цитирую автора: « В их рацион включались мясо, дичь, рыба, крупы, картофель, сало и т. п. Для дежурных и лиц, занятых сверхурочно (а таковыми считались почти все члены руководства), дополнительно выдавались сливочное масло, мясо, сыр, ветчина, колбаса, икра (зернистая чёрная), яйца и сардины. Со складов ВЦИКа только за ноябрь 1920 г. семье Ленина было отпущено 24,5 кг мяса, 60 яиц, 7,2 кг сыра, около 1,5 кг сливочного масла, 2 кг зернистой икры, 4 кг огурцов, более 30 кг муки и круп, 5 кг сахара и 1,2 кг монпансье, килограмм сала и даже 100 папирос. На его фоне Сталин выглядел аскетично: в том же ноябре 1920 г. будущий вождь получил на семью всего 4 кг муки, 2 кг мяса, 800 г соли, 2 кг сахара, 1,6 кг масла, 1,2 кг сыра, 1,2 кг риса и 50 г перца».

История вообще ценна сравнениями и связью с современностью.

Весьма остроумно по первому преступлению Ленина написал пользователь sakhalin64:« И теперь понятны глубинные причины всего происходящего в 20-30-х годах. Ленину давали 4 килограмма огурцов. Сталину - нет!»

 Следует сделать вывод о том, что именно недополученные «4 килограмма огурцов и 1,2 кг монпансье, килограмм сала и даже 100 папирос» так испортили характер Сталина, что он организовал 37-ой год и до конца жизни не мог простить стране эту обиду.

Лично я тоже грешен - в детстве видел и принимал участие в поедании пресловутого обкомовского пайка. Вожделенная коробка содержала редкие тогда в продаже продукты: колбасу твёрдого копчения, югославскую ветчину в банке, банку икры и крабов, индийский кофе и чай «Три слона». Причём всё это оплачивалось из личного кармана получателя.

И ещё позже я и моя семья 20 лет на Севере получала паёк Министерства обороны, по ассортименту и количеству продуктов явно превосходящий паёк отцов–основателей СССР.

 Сегодня я, простой обыватель, ранее прослуживший четверть века на подводных лодках СССР, представляю в какой раж бы вошёл историк Данилов, раскопав в Военно-Морском архиве дело 26 (Ф. Р-1789. Оп. 1.), где хранится донесение командира ПЛ «Щ-423» капитана 2 ранга И. М. Зайдулина по итогам плавания в1940 г., и где пишется: «Считаю, что питание было очень хорошее. Был, однако, и ассортимент продуктов, которые краснофлотцы совсем не ели: 1) паюсная икра, 2) Московская колбаса, 3) шпроты были низкого сорта, сладостей было очень мало. Выдали витаминизированные конфеты-драже, которые никто в рот не брал. Так и сдали их в порт. Разной водки 50 гр. и 50 гр. красного вина считаю весьма полез-ным в тех условиях. Следует вино типа «Портвейн» заменить сухим вином типа «Кахетинское» или «Саперави», хотя бы на 50 %. Дорогостоящие колбасные изделия в ход не идут. Полагаю, в счет их стоимости лучше давать больше варенья, конфет и шоколада. Недостатком являлось также отсутствие лимонов, апельсинов, хотя бы в засахаренном виде. Количество галет и сухарей следует сократить на 50 %. Почему-то вовсе отсутствовали кон-сервы вроде куриного филе, рагу и т. д. Вовсе отсутствовала рыба типа «балык». Ее иметь желательно».

А ведь в 30-40 годы в некоторых регионах страны был голод.

Теперь о современности.… Наложим исторические изыски господина Данилова на дела нынешние и посмотрим за сколько банок варенья и корзин печенья продался современный Мальчиш - Плохиш? С точки зрения современности, пайки отцов-основателей СССР не идут ни в какое сравнение с рационом сегодняшних вождей и слуг народа всех мастей.

Смею даже подумать, что кремлёвские стерхи питаются лучше, чем основатели СССР. Питание их альфа - самца обсуждать не буду – это государственная тайна. Еды теперь навалом, и кремлёвских пайков, наверное, не существует. Любой каприз за Ваши деньги. И всё равно мне непонятно, чего можно было наесть на 13 тысяч рублей на одну жующую персону на приёме по случаю воцарения Путина или на саммите АТЭС, закончив поглощение пищи салютом за 275 миллионов рублей и, пустив на ветер годовой бюджет 20-ти малых городов России.

И ещё я не знаю, что сделает Христос, наблюдая сверху за аскезой господина Гундяева и его толстопузых приспешников из ЗАО РПЦ, о лица которых после длительных постов можно убивать шестимесячных поросят. Но могу предположить, что сделал бы с Сердюковым горячий кавказский характер товарища Сталина после того, как он узнал бы, что солдат его армии некое близкое к министру предприятие ООО «Агропром» накормило собачьими консервами.

Открытие второе - жилищный вопрос

Исходя из справки Муранова, дотошный господин Данилов в отношении квартиры (5 комнат) изобличил Ленина в том, «что в ней помимо вождя проживали его жена, два брата и прислуга. Но, как известно, одного брата, Александра, повесили ещё в 1887 году, а другой, Дмитрий, в Москве тогда не жил. И вряд ли это была чья-то оплошность - видимо, речь идёт о подлоге, попытке показать, что в квартире главы правительства число комнат совпадало с численностью проживающих...».

Научное открытие Данилова налицо, или как пишет в комментарии пользователь Леонидиванович : «Короче, брат Ленина - Александр Ульянов не был повешен в 1887 году за революционную деятельность, а тайно прожил, по крайней мере, ещё 34 года (в 1921 г. был случайно опрошен жилкомиссией, когда Ленин находился на работе). Он всё это время жил с Лениным! Я удовлетворен: ещё одна советская историческая легенда – разоблачена».

Добавлю, теперь стало ясно, для кого некурящие Ленин и Крупская в составе ранее упомянутого пайка брали по 100 папирос в месяц.

Глядя на жизнь сегодняшнего истэблишмента, понятно, что бессмысленно сравнивать несравнимые величины и на фоне жилищного благополучия российской элиты отцы основатели СССР выглядят нищими побирушками. Жилищные стандарты нынешних, как правило, малосемейных правителей России и их челяди превосходят все мыслимые и немыслимые фантазии. Десятки дворцов в стране, недвижимость заграницей, неподдающаяся учёту масса квартир закупленных про запас как средство вложения ворованных денег. В этом преуспели все: и первые лица государства, министры и депутаты, чиновники всех рангов и служители культа. Громкие жилищные скандалы сопровождают их жизнь и дают пищу обывателям для обсуждений на тему «Живут же люди» и социального неравенства в обществе, где с выполнением гарантированного права на жильё граждан не всё благополучно. Последние примеры из ведомства Сердюкова, когда 33-летняя одинокая чиновница среднего уровня проживает в 13-комнатной квартире элитного дома, утопая в роскоши, наводит на мысль, что отцы - основатели СССР в действительности были аскетами в сравнении с нынешними отцами России, потому как сравнение по любому поводу показывает, что ныне страной правят воры и антигосударственники.

Требовал ли Ленин изъятия церковных ценностей?

Внимательно прочитал в N21 вашей газеты большую статью Е. Шефер «Свобода совести», где она защищает и оправдывает В.И. Ленина за его жесткое и даже жестокое отношение к «черносотенному православному духовенству», которое в 1922 г. не только сопротивлялось изъятию церковных ценностей в пользу голодающих, но и призывало к открытому вооружённому сопротивлению против большевиков и Советской власти. Вроде бы написано всё убедительно и логично. Но стал вспоминать: когда-то давно в каком-то печатном издании уже читал про те драматические события, но в иной трактовке.

Поднапряг свою память, порылся в подшивках оппозиционных газет и нашёл! Это статья В. Черкашина «Нет ни автографа, ни подписи», опубликованная в новосибирской газете «Память», N4 1992 г., где разоблачается, по-моему, довольно убедительно, «секретное письмо» В.И. Ленина «Об изъятии церковных ценностей» В.М. Мо-лотову от 19 марта 1922 г. как грубая и подлая фальшивка, сфабрикованная не то в Париже еще в 70-е годы в среде белоэмигрантов, не то ранее - в 1964 г. в дружном творческом коллективе (под эгидой ЦК КПСС) издателей «Полного собрания сочинений» В.И. Ленина. Прочтите внимательно сами и оцените. Похоже, что фальсификаторы советской истории из числа сионистско-троцкистской «пятой колонны» внутри СССР - РСФСР - РФ состряпали не только «Катынское дело», но и другие немаловажные документы, например, «письмо В.И. Ленина В.М. Молотову», «Завещание И.В. Сталина» и др. Специально данной темой не занимался, но, работая над кандидатской диссертацией, «прошерстил» практически все тома ПСС В.И. Ленина. От себя могу добавить следующее.

Если вырвать (или отксерокопировать) по одной странице из произведений, например, Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого,

А.П. Чехова и т.д., причем малоизвестных работ, то любой более или менее грамотный, образованный и неглупый человек сразу скажет, что эти фрагменты написаны родными людьми. Опытный же профессиональный литературовед-филолог-лингвист (а не те, что пишут свои «научные» заключения-рецензии на работы «русских экстремистов» и подводят их под 282 ст. УК РФ) легко определит авторов написанного. Так вот В.И. Ле-нин никогда так не писал, это не его стиль изложения материала. У каждого человека есть свой неповторимый словарный запас, подобный отпечаткам пальцев или рисунку ушных раковин, отражающий сугубо индивидуальный ход мыслей. Да, есть талантливые подражатели, фальсификаторы, фабриковавшие произведения других людей, но в данном «письме В.И. Ленина В.М. Молотову» даже это не соблюдено! Скорее всего, они сделали стилизацию под Лейбу Давидовича Бронштейна - Льва Троцкого, а приписали её В.И. Ульянову (Ленину). Хотелось бы узнать мнение на этот счет профессиональных лингвистов-филологов из числа тех, кто способен научно доказать, что «Тихий Дон» написал М. Шолохов, а не Ф. Крюков. Сам же я по образованию историк, занимавшийся русским народничеством XIX в., а диссертацию в 1988 г. защитил по теме: «Народные массы - субъект нравственного прогресса». И.С. Виноградов

 «Секретное письмо» Ленина об изъятии церковных ценностей - фальшивка

За последние два года получило широкое распространение так называемое секретное письмо Ленина об изъятии церковных ценностей, адресованное В.М. Молотову для членов Политбюро ЦК РКП (б) от 19 марта 1922 года (в дальнейшем - «письмо»). Из текста этого «письма» перед читателем предстает ранее неизвестный, новый образ Ленина - образ лживого, жестокого, коварного политика, образ человека-чудовища.

Мы покажем, что «письмо» является фальшивкой, которую не подписывал и даже никогда не видел В.И. Ленин. Для этого мы воспользуемся публикацией документа, хранящегося в Центральном партийном архиве Института марксизма-ленинизма под шифром: ЦПА ИМЛ, фонд 2, опись 1, документ 22947. Опубликован он в журнале «Известия ЦК КПСС», 1990, N4, с. 190-193, под названием «Письмо В.М. Молотову для членов Политбюро ЦК РКП (б) от 19 марта 1922 г.».

Из последних строк документа следует, что это машинописный текст без подписи В.И. Ленина, который под диктовку Ленина приняла по телефону М.А. Володичева. Поясним, что М.А. Володичева - личный секретарь В.И. Ленина (см. Полн. собр. соч., т.45, с.602). Ленин с 6 по 25 марта 1922 года жил в Корзинкине близ села Троицкое-Лыково Московского уезда. Там он готовился к XI съезду РКП (б), оттуда руководил работой Политбюро по подготовке XI съезда (ПСС, т.45, с.663).

Письмо В.М. Молотову для членов Политбюро от 19 марта 1922 года упоминает среди работ Ленина и ПСС, т.45, с.666, но не числится среди неразысканных писем В.И. Ленина (т.54, с.534-535). Это, по-видимому, единственное «письмо Ленина» большого объёма (2,5 страницы), которое почему-то не вошло в ПСС. Наверное, некоторым работникам ЦПА ИМЛ было очевидно, что это подделка, - например, из архива В.М. Молотова, который ушел на пенсию только в 1962 году, за два года до выпуска 45-го тома ПСС.

На «письме» нет пометок ни одного члена Политбюро ЦК РКП (б), есть только пометка В.М. Молотова: «Согласен. Однако предлагают... 19.III. В. Молотов» («Известия ЦК КПСС», 1990, N4, с. 193, примеч. 2). Но в 1922 году (В.М. Молотов не был членом Политбюро, и его согласия, следовательно, и не требовалось. Членом Политбюро он стал в 1926 году (ПСС, т. 45, с. 643). Членом Президиума ЦК КПСС Молотов был до 1957 года, умер в 1986 году.

Согласно тексту «письма», Ленин просит «копий с письма ни в каком случае не снимать», а также поясняет: «...поэтому изложу свои соображения письменно». Но это нелепость: Ленин «письма» не писал, оно было якобы продиктовано им по телефону М.А. Володичевой (которая, кстати, могла напечатать на машинке сразу несколько копий без уведомления об этом Ленина).

Вопрос об изъятии церковных ценностей вообще не беспокоил Ленина. Ему не нужно было расстреливать представителей реакционного духовенства, поскольку вредители и саботажники засели в наркоматах, Совнаркоме, ЦК РКП(б) и даже в Политбюро (например, Троцкий, Зиновьев, Каменев). Не В.И. Ленина, а Л.Д. Троцкого волновал вопрос об изъятии церковных ценностей. Л.Д. Троцкий разработал проект директивы об изъятии церковных ценностей, который с поправками был принят на заседании Политбюро ЦК РКП(б) 20 марта 1922 года. На заседании присутствовали члены Политбюро Л.Д. Троцкий, Л.Б. Каменев, И.В. Сталин и кандидат в члены Политбюро В.М. Молотов («Известия ЦК КПСС», 1990, N4, с.194, примеч.4).

Текст директив Политбюро от 20 марта об изъятии церковных ценностей приведен на с. 194-195. Сравнивая эти директивы (Л.Д. Троцкого) с текстом «письма», можно увидеть много общего. Например, наличие секретных и официальных комиссий по изъятию церковных ценностей, а также требование, чтобы национальный состав официальных комиссий не давал повода для шовинистической пропаганды (иначе: поменьше евреев!). В обоих документах требуется не допустить черносотенной агитации, но «письмо» приписывает Ленину большую, чем у Троцкого, ненависть к черносотенному духовенству и большую, чем у Троцкого, жестокость по подавлению черносотенного духовенства (расстрелами!).

Содержание «письма» кричаще противоречит духу всех писем, статей и выступлений Ленина в этот период.

В частности, 18 марта 1922 г. В.И. Ленин посылает письмо В.М. Молотову (ПСС, т.45, с.53), где требует суровых уголовных наказаний для «преступников-коммунистов, коих надо вешать». Ленин требует: «Коммунистов суды обязаны карать строже, чем некоммунистов». Это письмо Ленина заканчивается фразой: «Верх позора и безобразия: партия у власти защищает «своих» мерзавцев!!».

Вот кто для Ленина был опаснее черносотенного духовенства!

6 марта 1922 года В.И. Ленин говорит: «После того, как мы начали чистку партии и сказали себе: «Шкурников, примазавшихся к партии, воров - долой!», - стало у нас лучше».

Но ярче всего показывает, чем жил В.И. Ленин в марте 1922 года, его «Политический отчет ЦК XI съезду РКП(б)». В этом докладе Ленин рассказывает о том, как нарком внешторга Л.Б. Красин саботировал закупку продовольствия в «страшно, ужасно голодную» зиму 1922 г. В конце доклада Ленин говорит, что 99 из 100 коммунистов не умеют вести дело и должны сейчас учиться, что из 120 различных комиссий после чистки было оставлено только 16, что из 18 наркоматов 15 никуда не годны.

Именно вредительство в руководстве и управлении страной, а не изъятие остатков уже разграбленных ранее (в 1918-1920 годах) церковных ценностей беспокоило В.И. Ленина.

И именно из-за его стремления очистить партию от шкурников и воров личные врачи Ленина вели в это время систематическое отравление его организма с целью окончательного подрыва здоровья Ленина и отстранения его от руководства страной, что и было успешно осуществлено к 5 марта 1923 г.

А «письмо об изъятии церковных ценностей» было сфабриковано, по-видимому, позже. Во всяком случае оно было готово к 1964 году, когда был выпущен 45-й том ПСС Ленина, где специально для заметки об этом «письме» было выделено место на с. 666. Но число 666 - число Сатаны-Люцефера, привлекает внимание всех каббалистов, иудеев и масонов: «Здесь тайна, здесь ложь, здесь наше присутствие!».

Ради размещения заметки о существовании «письма» на с. 666 большое количество писем из тома 45 было перенесено в том 54, в результате чего том 54 распух до 864 страниц. Для сравнения: в томе 53 всего 546 страниц, на 36% меньше, чем в томе 54.

Добавим, что впервые «письмо» было опубликовано в Париже в «Вестнике русского студенческого христианского движения», N98 в 1970 году - к 100-летию со дня рождения В.И. Ленина (см. «Известия ЦК КПСС»,1990, N4, с.174; журнал «Наш современник», 1990, N4, с.169 указывает, что это письмо опубликовано под редакцией М.Л. Струве в 1970 году в N97 - а не в N 98! - на с.54-57).

Следующая публикация «письма» состоялась в парижской газете «Русская мысль» 1 апреля 1971 года («Первый апрель - никому не верь!»).

И, наконец, в 1990 году к 120-летию со дня рождения В.И. Ленина в апрельских номерах сразу два журнала - «Известия ЦК КПСС», N4 с.190-193 и «Наш современник», N4, с.167-169 опубликовали «письмо» под наименованием «Письмо В.И. Молотову для членов Политбюро ЦК РКП(б) от 19 марта 1922 г.» Публикация в «Известиях ЦК КПСС» вместе с дополнительными примечаниями позволяет легко понять, что этот документ - фальшивка.

Вопреки истине «Наш современник» в лице В. Кожинова усиливает клевету «письма» дополнительным заявлением, что голод 1922 года был сознательно организован большевиками во главе с В.И. Лениным. Для убедительности В. Кожинов приводит три цитаты из работ Ленина.

В. Кожинов пишет: «Ленин открыто писал, что хлеб в стане есть: «Недалеко от Москвы, в губерниях, лежащих рядом: в Курской, Орловской, Тамбовской мы имеем по расчетам осторожных специалистов еще и теперь до 10 миллионов пудов избытка хлеба»... Вопрос стоял не о продовольствии, а только о политике. Так заявляет В. Кожинов, но не сообщает, что Ленин говорил это в «Докладе о борьбе с голодом 4 июня 1918 года (ПСС, т.36, с.412), а вовсе не во время голода 1922 года! И чтобы читателю невозможно было найти эту фразу Ленина, В. Кожинов даёт ложную на неё ссылку - «т.36, с.369» - вместо правильной ссылки - «т.36, с.412».

Другую длинную выписку В. Кожинов делает из работы В.И. Ленина «Удержат ли большевики государственную власть?», написанной тоже не в 1922 году, а 1 октября 1917 года. В. Кожинов не только не называет заглавия цитируемой работы Ленина, но и указывает другой номер тома в ПСС - т.36, с.269. Правильная ссылка: т.34, с.310-411. При выписывании цитаты В. Кожинов опустил значительные куски текста, что исказило смысл. Кроме того, в выражении «всесилие пролетарского государства» слово «всесилие» оказалось замененным на «все насилие».

В третьей цитате из Ленина: «Потому что, распределив его правильно, мы будем господствовать над всеми областями труда» (ПСС, т.36, с.449) В. Кожинов опустил слово «правильно», что, естественно, исказило смысл всей фразы в нужную В. Кожинову сторону.

Но благодаря журналу «Известия ЦК КПСС», 1990, N4, мы знаем теперь правду о «подлинности» «письма Ленина об изъятии церковных ценностей». То, что это «письмо» - фальшивка, должны знать все! В. Черкашин, Новосибирск

От редакции. В проводимой более ста лет политике уничтожений Русского государства и русской нации важнейшую роль сионо-масонская мафия отводит задаче разобщения русских. Осуществляется оно как путем территориального раздела государства, так и путем создания многочисленных борющихся друг с другом течений, партий и т.д.

Ещё недавно мы наблюдали специально разжигаемый процесс разделения русского народа на сталинистов и антисталинистов, сопровождавшийся выливанием невообразимой грязи на нашу историю и на И.В. Сталина. Сейчас наступила очередь В.И. Ленина.

Опять, когда оккупация и грабёж России - в полном разгаре, русских делят на белых, красных, зеленых и коричневых, на шахтёров и пенсионеров, тальковых и малаховых, стравливают между собой, а осуществляющие грабёж и геноцид шляфманы ускользают от общественного внимания!

Ситуация же с «письмом об изъятии церковных ценностей», приписываемым В.И. Ленину, очень напоминает ту, что сложилась со стихотворением «Прощай, немытая Россия», приписываемым М.Ю. Лермонтову, - там тоже автограф отсутствует, первые публикации тоже появились через полвека после смерти Лермонтова «по записи со слов поэта современником».

Мы считаем, что самое правильное - относить подобные материалы к разделу «Dubia», «Приписываемое». И уж во всяком случае они не должны служить поводом для раскола русских патриотов на взаимно уничтожающие друг друга группировки: приняв к сведению разные точки зрения, сосредоточимся на конструктивной работе.

А людей будем оценивать по делам их. Сейчас нас убеждают, например, что при Сталине пол-России сидело по лагерям.

Как же «страна-концлагерь» смогла стать и в течение десятилетий быть второй по мощи державой мира и выиграть Вторую мировую войну? А при «демократических свободах» превратилась в полуколонию?

Выключите сионистское радио и телевизор, прервите одесскую скороговорку вчерашних троцкистов, нынешних «демократов», оглянитесь по сторонам: не сегодня ли мы, русские, сидим в концлагере?

Над трупами тешит самолюбие слабый.

Сильный противостоит живым.

Сильный берёт на себя ответственность за сегодняшнюю Россию.

Уничтожали ли большевики русскую культуру?

Культурная утонченность дореволюционной эпохи и бесчинства большевиков, хотевших "до основанья" разрушить старый мир, в том числе и классическую русскую культуру, - таков образ эпохи, который нам навязывают уже более двадцати лет. Однако соответствует ли он действительности? Не более чем другие истасканные мифы, сочиняемые для дискредитации советского строя. В реальности большевики не только не уничтожили русскую культуру - они заложили основу для ее истинного и широкомасштабного распространения.

Мифология, замешанная на лжи

Легитимность режима, чья власть установилась в России после 1991 года, имеет в своей основе ложь. Именно на лжи была построена пропагандистская кампания конца 1980-х - начала 1990-х годов, в результате которой миллионы людей поверили, что их Родина-мать, еще вчера вызывавшая чувство любви и гордости, "на самом деле" злая мачеха, от которой лучше избавиться. Ложь продолжает поддерживать устойчивость власти и сейчас, когда Советского Союза давно нет на карте.

Ничего удивительного в этом нет. Несмотря на чудовищные удары, нанесенные за последние двадцать с лишним лет по образованию, культуре и в целом по сознанию людей, большинство жителей России и других республик постсоветского пространства считают ценности советского жизнеустройства правильными, можно даже сказать - родными. Главная среди этих ценностей - уверенность в том, что каждый человек (вне зависимости от социального происхождения и статуса) имеет право на жизнь и полноценное развитие. Для режима, наоборот, нацеленного на все более углубляющуюся кастовость и последовательно внедряющего принципы платного образования, платной медицины и пр., подобные установки смертельно опасны. Ведь они угрожают его легитимности, уважению в глазах народа. Вот почему сейчас, когда пресловутая "красная угроза", которой пугали обывателей в 1990-е годы, казалось бы, осталась в прошлом, советская эпоха продолжает всячески очерняться. Какой период ни взять - первые годы советской власти, время правления Сталина, "брежневский застой" или даже Великую Отечественную войну - для каждого из них у журналистов и псевдоисториков, обслуживающих интересы власти и капитала, есть внушительный ушат грязи, помоев и самой низкопробной лжи.

Мы постарались разоблачить один из мифов, давно, еще с перестроечных времен, являющийся важным кирпичиком в той стене, которая ограждает сознание многих людей от исторической правды, не позволяет им объективно оценить прошлое страны. Данный миф заключается в следующем: якобы советская власть, особенно в первые годы после своей победы, с ненавистью и подозрением относилась к классической русской культуре, пыталась искоренить ее и поставить на место Пушкина и Достоевского новых "пролетарских классиков" вроде Демьяна Бедного и Владимира Маяковского. Ситуация, если верить создателям этой ложной концепции, стала понемногу исправляться лишь перед войной, хотя и после этого тот же Достоевский якобы продолжал находиться под запретом у "беспощадных" советских идеологов.

Данный миф, ничего общего не имеющий с реальностью, остается тем не менее одним из самых живучих. По мнению его распространителей, большевики всеми силами старались уничтожить "старую" российскую культуру, отправив в запасники и архивы всех, кто не укладывался в их классовую теорию. К числу тех, кто подпадал под это "очищение от гнилого наследия", новая власть якобы относила и таких писателей и поэтов, как Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Достоевский...

В качестве подтверждения своих сомнительных идей сторонники данного мифа любят приводить стихи малоизвестного поэта Владимира Кириллова, написавшего в 1918 году:

Во имя нашего Завтра -

сожжем Рафаэля,

разрушим музеи,

растопчем искусства цветы.

При всем уважении к поэту считать, что он - единственный! - выражал культурную специфику первых лет советской власти, по меньшей мере неправильно даже с логической точки зрения (к слову, уже через год Кириллов написал совсем другие стихи, в которых были следующие строки: "Он с нами, лучезарный Пушкин, и Ломоносов, и Кольцов"). Да, подобная позиция имела место быть. И что же? Такие скептики, ниспровергатели и нигилисты существуют в любую эпоху.

А нынешние нигилисты из правительства вырезают из школьной программы Крылова и Гоголя. Причем если современные противники русской классики сидят на самом верху и проводят политику, которая затронет миллионы людей на многие годы вперед, то активисты "нового искусства" времен "военного коммунизма" оставались, по сути, маргинальной группой. Напротив, именно благодаря большевикам русские писатели превратились в действительно народных и общеизвестных классиков. Это подтверждают факты.

Кого читали в России до революции?

Взять, к примеру, тиражи изданий русских классиков до Великой Октябрьской революции. Показатель, как говорится, "железный" и довольно легко проверяемый. Так вот, даже самые массовые тиражи редко доходили до 10 тысяч, а книги были чем-то вроде предметов роскоши, доступных лишь самым привилегированным слоям населения. Как писал в своем очерке "Пушкин и массовый читатель" Василий Страхов, в начале XIX века в Москве было две книжных лавки с дневной выручкой в 12-15 рублей. Если учесть, что цена небольшой книжки составляла 3-5 руб., нетрудно посчитать, сколько книг покупали москвичи!

На протяжении XIX столетия ситуация практически не менялась. Ближе к середине века месячное жалованье чиновника не превышало 60-80 руб. в месяц (Акакий Акакиевич из гоголевской "Шинели" получал 33 руб.). При средней цене книги 10 руб. мало кто мог позволить себе купить хотя бы одну книгу в год, не говоря уже о крестьянах и рабочих...

Неудивительно, что крупнейшие прижизненные тиражи произведений Пушкина не превышали 1200 экз., да и те залеживались годами. Интересна судьба основанного Пушкиным журнала "Современник". Как отмечает Страхов, в переписке Грота с Плетнёвым имеется указание, что "уже в 40-х годах он печатался всего в 600 экз., из которых расходилось 200, так что издание было явно убыточным".

Красноречивым показателем является празднование столетнего юбилея Пушкина в 1899 году. Юбилейное академическое (но так и неоконченное) полное собрание сочинений поэта уже в момент своего появления стало библиографической редкостью. Пара тысяч экземпляров на страну со 140-миллионным населением - это даже меньше, чем капля в море. Что касается юбилейных пушкинских брошюр "для народа", то их тираж доходил аж до 10 тысяч. Однако неряшливая печать, дешевая бумага и тенденциозно отобранные тексты, показывавшие Пушкина аполитичным поэтом, сводили на нет даже эти попытки донести классика до массового читателя.

Крупнейшим дореволюционным изданием Пушкина стал 10-томник, выпущенный Сувориным. При тираже в 15 тыс. экз. стоил он полтора рубля. В целом же, как резюмирует Страхов, "дальше города и глубже интеллигенции эти книги все же не шли". На схожую участь быть авторами "для узкого круга" были обречены до Октябрьской революции и большинство других русских классиков. Единственным исключением был, пожалуй, Лев Толстой. Тираж его Полного собрания сочинений, изданного в качестве приложения к журналу "Вокруг света" в 1913 году, достиг астрономических по тем временам 100 тыс. экз.

Кого же читал обычный читатель (если конечно, он был обучен грамоте!) в Российской империи, которую нам рисуют в образе "оплота русской культуры и русского духа"? Когда подобный вопрос задали Льву Толстому, он ответил:

- Матвея Комарова.

Кем же был этот таинственный Матвей Комаров? А был он автором лубочных книжек, таких, например, как "Славный мошенник и вор Ванька Каин". Подобная примитивная (но весьма доступная - ценой всего лишь 3 коп.!) литература расходилась в народе миллионными тиражами вплоть до 1917 года, формировала вкусы и ценности.

Поднимать народ до высокого культурного уровня никто тогда всерьез не брался. Неудивительно, что один французский журналист, спросив в 1911 году у крестьянина, знает ли тот Пушкина, получил в ответ:

- Нет, барин, это, должно, не нашей волости.

Впрочем, низкопробная литература была востребована не только на селе. В городах наиболее распространенными изданиями были песенники, сонники, письмовники и всевозможная "сыщицкая" литература.

После начала Первой мировой войны ситуация еще более ухудшилась. Вдвое (с 2 до 1 тыс.) сократилось число книжных магазинов, а объем издававшихся книг снизился до 50% от довоенного уровня. Свою роль сыграло и то, что российские издательства закупали оборудование и комплектующие к нему за границей (внутри страны они не выпускались), а война перекрыла поставки. "Спрос на художественную литературу резко падал, несмотря на то, что это был "серебряный век" русской литературы, - признают авторы исследования "История русской книги".

К Великой Октябрьской революции русская классика и вовсе оказалась на задворках. Война и экономический кризис, довольно быстро переросший в политический, нанесли сильнейший удар и по книгоизданию, и в целом по культуре. Винить в этом большевиков абсурдно. К моменту установления советской власти ситуация в этой сфере была, мягко говоря, плачевной.

Достаточно вспомнить, что представляла собой страна во второй половине 1917-1918 годов. Не монолитное государство, а конгломерат областей и территорий, раздробленных и связанных в единое целое, пожалуй, только на старых географических картах. На все это накладывалась иностранная интервенция, эпидемии, голод и кризис всех систем жизнеобеспечения.

В этих тяжелейших условиях спасителями русской культуры стали вовсе не поручики голицыны и корнеты оболенские. Ее возрождением занялись большевики.

Большевики и русские классики

Прежде чем перейти к конкретным примерам, подтверждающим этот факт (к сожалению, сегодня далеко не общеизвестный), следует вспомнить о том, как относились вожди молодой советской республики к русской культуре. Вопреки досужим домыслам руководители большевистской партии не только не были чужды русской культуре - они прекрасно знали ее и жили в ее пространстве. Это нетрудно понять, почитав сочинения В.И. Ленина. Стараясь выразить те или иные свои идеи, Ленин прибегал к образам из произведений Некрасова, Салтыкова-Щедрина, Пушкина, Чехова, Тургенева, Чернышевского... По воспоминаниям Н.К. Крупской, она "привезла с собою в Сибирь Пушкина, Лермонтова, Некрасова. Владимир Ильич положил их около своей кровати, рядом с Гегелем, и перечитывал их по вечерам вновь и вновь. Больше всего он любил Пушкина".

Льву Толстому Лениным были посвящены несколько статей, в которых есть и такие строки: "Л. Толстой сумел поставить в своих работах столько великих вопросов, сумел подняться до такой художественной силы, что его произведения заняли одно из первых мест в мировой художественной литературе". Даже о Достоевском, к которому Ленин относился скептически, он однажды заявил, что это "действительно гениальный писатель, рассматривавший больные стороны современного ему общества... у него много противоречий, изломов, но одновременно - и живые картины действительности".

Особым было отношение Ленина к поэзии Ф.И. Тютчева. Видный деятель большевистской партии П.Н. Лепешинский, знавший Ленина еще с 1890-х гг., характеризовал его как "большого любителя поэзии, и именно поэзии классической".

Ленин не только сам оперировал идеями и образами русской классики, но и требовал от товарищей внимательного отношения к литературе. Например, в 1912 году Владимир Ильич советовал редакции газеты "Правда" время от времени вспоминать, цитировать, растолковывать в газете М.Е. Салтыкова-Щедрина и других писателей. Артист Василий Качалов вспоминал: "В артистической комнате оживление: Владимир Ильич с Горьким. Алексей Максимович поворачивается ко мне и говорит: "Вот спорю с Владимиром Ильичём по поводу новой театральной публики... что ей нужно? Я говорю, что ей нужна только героика. А вот Владимир Ильич утверждает, что нужна и лирика, нужен Чехов, нужна житейская правда".

Можно ли представить современных российских чиновников высшего уровня, столь же свободно оперирующих хрестоматийными образами? Вопрос риторический. Классическая русская культура не просто изгнана из нынешнего политического лексикона, но и последовательно вытравливается из общественного сознания.

Кстати, именно Ленин вскоре после Октябрьской революции выступил против идеологии Пролеткульта, чьи сторонники считали, что вся старая культура должна быть предана забвению, а на смену ей должна прийти особая пролетарская культура. В своей статье "О пролетарской культуре" Владимир Ильич писал: "Марксизм завоевал себе свое всемирно-историческое значение как идеология революционного пролетариата тем, что марксизм отнюдь не отбросил ценнейших завоеваний буржуазной эпохи, а, напротив, усвоил и переработал все, что было ценного в более чем двухтысячелетнем развитии человеческой мысли и культуры. Только дальнейшая работа на этой основе... может быть признана развитием действительно пролетарской культуры".

К счастью, тогда, почти сто лет назад, России повезло с правителями, и одной из задач новой власти было провозглашено культурное строительство. Напомним, что происходило это в тяжелейших условиях хозяйственной разрухи и Гражданской войны. Достаточно сказать, что производство бумаги уменьшилось к 1921 году в 10 раз. Несмотря на это, в кратчайшие сроки была создана разветвленная сеть книгоиздания и книгораспространения. Причем в свет выходили не только агитационные издания и периодическая печать. Уже в 1918-1919 годах в Советской России был налажен выпуск художественной литературы. По воспоминаниям Бонч-Бруевича, занимавшего тогда должность управляющего делами Совета народных комиссаров, вскоре после Октябрьской революции В.И. Ленин предложил наркому просвещения А.В. Луначарскому организовать при Наркомпросе издательский отдел и напечатать в большом количестве сочинения классиков.

Такие известные писатели, как В. Брюсов, В. Вересаев, Е. Лундберг и др., организовали в 1918 году серию "Народная библиотека", в которой вышли произведения Льва Толстого, Достоевского, Островского, Чехова, Герцена, Лермонтова. Кроме того, переизданием произведений русских классиков занялся непосредственно Госиздат. В двух сериях ("Избранные произведения классиков" и "Библиотека русских романов") вышли произведения Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Тургенева, Чехова, Горького.

В 1919 году создается издательство "Всемирная литература". Участие в его работе принимали Максим Горький, Александр Блок, Николай Гумилёв, Корней Чуковский и многие другие писатели и литературоведы. Главной задачей издательства стал выпуск ведущих произведений мировой литературы XVIII-XX веков. С этой целью было намечено издание двух серий книг: основной и народной библиотек. Однако по оформлению эти две серии разнились не сильно. В этом, кстати, состояло отличие от царских времен, когда литература четко делилась на литературу для элиты и простонародья. Все выпускаемые книги сопровождались вступительными очерками, историко-литературными примечаниями и т.п.

По первоначальному плану ожидался выпуск 4 тыс. томов. И хотя достигнуть этой цели в полной мере не удалось, за время существования издательства (до 1924 г.) в свет вышли книги таких авторов, как Вольтер, В. Гюго, Стендаль, Г. Флобер, Дж. Г. Байрон, Ч. Диккенс, Дж. Лондон, В. Скотт, Эдгар По, Ф. Шиллер и многих других, которых, право, трудно причислить к разряду "пролетарских писателей".

В эпоху Гражданской, не говоря уже о НЭПе, широкое распространение получила сеть частных и кооперативных издательств. Наряду с государственными издательствами они также внесли свой вклад в популяризацию художественной и научной литературы. Открывшееся в 1918 году в Петрограде издательство "Алконост" издавало произведения писателей-символистов - А. Блока, А. Белого, А. Ремизова, В. Иванова, К. Эрдберга и др. "Научное книгоиздательство", "Наука и школа", "Начатки знания" занимались выпуском научной и учебной литературы. Союз "Кооперация" печатал брошюры по сельскому хозяйству. Книгоиздательство "Былое" еще в 1917 году начало издание исторических произведений, таких как "Николай I и декабристы" Щёголева, работы профессора Тарле и т.п.

Литература для народа

Приведем конкретные примеры изданий русских классиков, предпринятые в первые годы советской власти. Уже в 1918 году одно из двух государственных издательств - издательство литературного отдела Наркомпроса - провело массовое (тиражом 25-50 тыс. экз. и по дешевой цене) издание книг Салтыкова-Щедрина, Чехова, Белинского, Г. Успенского и ряда других авторов.

В 1919 году Государственное издательство начало работу над выпуском в свет Полного собрания сочинений Пушкина. Редактором, автором вступительной статьи и комментариев стал Валерий Брюсов. В предисловии он писал: "Новое издание "Полного собрания сочинений" А.С. Пушкина... имеет целью удовлетворить насущную потребность русских читателей - получить сочинения величайшего из наших поэтов в издании, позволяющем не только читать, но и изучать его произведения".

К сожалению, из намеченного собрания сочинений вышел только первый том: свои коррективы внесли трудности военного времени. Однако в том же году в уже упомянутой нами серии "Народная библиотека" были изданы сразу несколько книг Пушкина.

Также в 1919 году в той же серии вышел сборник стихотворений Тютчева. В том же году в Петрограде было осуществлено издание Полного собрания сочинений Гоголя.

В 1924-м вышли избранные сочинения Лермонтова в четырех книгах, а спустя два года - Полное собрание сочинений писателя, где тексты произведений были проверены полностью по всем доступным источникам. За последующие 6 лет вышло пять переизданий собрания сочинений.

Особое значение советской властью придавалось изданию сочинений Л.Н. Толстого. В 1928 году, когда в стране отмечался юбилей писателя, было начато сразу три издания: Полное собрание художественных произведений в 12 томах (вышло в том же году приложением к журналу "Огонек"); Полное собрание художественных произведений в 15 томах (завершено в 1930 г.) и Полное собрание сочинений в 90 томах, давшее исчерпывающий свод сочинений, дневников и писем Толстого (завершено в 1958 г.).

Одним из устойчивых мифов, с помощью которых очерняется советская эпоха, является якобы непримиримая позиция, занимаемая большевиками по отношению к Ф.М. Достоевскому. Согласно этому мифу Достоевский в советском литературоведении всячески поносился, а некоторые его произведения (например, "Бесы") были запрещены "советской цензурой". Это не так. Да, часть литературного наследия Достоевского считалась "реакционной" (правда, этот шаблон возник не после 1917 г., а гораздо раньше, еще при жизни писателя), однако произведения писателя печатались в советское время огромными тиражами и без изъятий. В том числе и в первые годы после Октябрьской революции. Например, начатое в 1911 году 23-томное Полное собрание сочинений Достоевского было завершено уже при советской власти (последние тома вышли в 1918 г.). В 1926-1930 годах было осуществлено первое издание художественных произведений и писем писателя на научной основе, включавшее, к слову сказать, и пресловутых "Бесов". А уже в 1935-м этот роман Достоевского вышел отдельным изданием в издательстве "Academia". Всего же в СССР по состоянию на 1981 год произведения Достоевского издавались 428 раз суммарным тиражом более 34 млн экз.

Но главное, что издания русских писателей становились действительно массовыми и доступными не узкому кругу читателей, а широким слоям населения. Конечно, достичь этого моментально было невозможно: еще раз напомним об огромных экономических трудностях, которые испытывала в то время страна. Однако уже в первые годы после Великой Октябрьской революции тираж изданий сначала догнал дореволюционные показатели, а затем многократно их превысил.

В итоге уже в 1927 году книжная продукция советских издательств по тиражу превзошла 1913 год (наиболее высокий по показателям) в 2,8 раза, а по числу названий - в 1,4 раза. Вопреки сложившемуся стереотипу, издания партийной литературы в СССР вовсе не составляли львиной доли публикаций. Да, на первом месте среди авторов находился Ленин (592 млн экз. на 120 языках за 1917-1982 гг.). Однако второе место с не столь существенным разрывом занимал Л.Н. Толстой: 323 млн на 112 языках. Далее следует Пушкин (301 млн на 102 языках), А.М. Горький (208 млн на 98 языках), С.Я. Маршак (202 млн на 96 языках), А.Н. Толстой (167 млн на 80 языках), В.В. Маяковский (144 млн на 84 языках), А.П. Чехов (142 млн на 90 языках) и только потом - произведения Маркса и Энгельса (131 млн экз. на 97 языках). Как видим, среди произведений художественной литературы в Советском Союзе лидировали творения русских классиков.

Необходимо отметить еще один важный факт: если до 1917 года русские классики издавались почти полностью на русском языке, то с приходом советской власти познакомиться с их произведениями смогли и представители других народов, населявших страну (и, кстати, составлявших больше половины ее населения!). Если в период с 1899 по 1916 год тираж сочинений Пушкина на языках нацменьшинств составил всего-навсего 23 тыс. экз., то за 1918-1937 годы их было выпущено более 2 млн на 50 с лишним языках!

И количество, и качество

Важно отметить, что советская власть уделяла внимание не только количеству издаваемых книг, но и их качеству. Уже 29 декабря 1917 года специальным Декретом ВЦИК о Государственном издательстве были определены два типа изданий русских классиков: полные, академического характера, и избранные, массового типа, которые должны подготавливаться на основе критически установленного текста, тем самым сближаясь с научными.

К изданию книг привлекались виднейшие литературоведы, библиографы, текстологи и комментаторы. Издательское дело впервые стало основываться именно на научных принципах. В этом отличие советских изданий от дореволюционных, большинство из которых отличались небрежностью в плане текстологии. Издатели нередко произвольно изменяли тексты произведений писателей, пользовались сомнительными вариантами рукописей. В советских изданиях эти недостатки последовательно исправлялись.

Если издания первых лет советской власти отличались скромностью, то с начала 1920-х годов большое внимание стало уделяться улучшению художественных качеств книг. Над оформлением изданий работали лучшие представители тогдашнего русского искусства. Среди них - М.В. Добужинский, создавший рисунки к повести "Белые ночи" Ф.М. Достоевского (1923), Д.Н. Кардовский - иллюстрации к поэме "Русские женщины" Н.А. Некрасова (1922), Б.М. Кустодиев - акварели к "Ревизору" Н.В. Гоголя.

Помимо сочинений русских классиков в первые годы советской власти активно публиковались воспоминания их современников, членов их семей, а также критические исследования их твочества.

Приобщение к культуре

Однако массовое издание произведений русской классической литературы было бы бессмысленным, если бы, как и в царской России, читать и понимать их мог ограниченный круг - аристократия, интеллигенция, часть мещанства. Огромная заслуга советской власти заключается в том, что она приобщила к русской литературе (да и культуре в целом!) миллионы людей, имевших прежде весьма смутное понятие о Пушкине, Толстом, Достоевском... Распространение грамотности сделало русскую культуру по-настоящему всенародной.

Форсированными темпами ликвидировалась неграмотность. За два года (1918-1920) число школ в стране увеличилось почти наполовину, а учащихся в них - на 3 млн человек. Впервые в истории страны базовое образование не только стало общедоступным, но было объявлено обязательным. Уже в первой Конституции Советской России, принятой в 1918 году, было законодательно закреплено право для всех на "полное, всестороннее и бесплатное образование". В результате в середине 1920-х годов в начальных и средних школах РСФСР обучалось более 10 млн человек. Это на треть больше, чем в 1914 году.

Однако огромной проблемой было то, что неграмотной, либо полуграмотной оставалась значительная часть взрослого населения, особенно в национальных окраинах (доля неграмотных таджиков и киргизов, к примеру, превышала 99%). Для исправления ситуации был запущен механизм ликвидации неграмотности. Согласно декрету Совнаркома, выпущенному в 1919 году, все население в возрасте от 8 до 50 лет обязывалось обучаться грамоте на родном или русском языке. Была создана Всероссийская чрезвычайная комиссия по ликвидации безграмотности. Обучение велось за счет государства, а всех слушателей ликбезов освобождали от работы на два часа с сохранением заработной платы.

За 20 лет - к 1940 году - грамоте было обучено 50 млн мужчин и женщин. Подобных примеров, когда столь огромное число людей было обучено грамоте и смогло приобщиться к культуре, история не знает.

Доступным для всех слоев населения стало и высшее образование. Была отменена плата за обучение для большинства студентов, ликвидировались вступительные экзамены, что позволило получать знания выходцам из рабочей и крестьянской среды, были введены государственные стипендии. При этом учащиеся вузов пользовались значительными льготами при пользовании коммунальными услугами, транспортом, медицинским и курортно-санаторным лечением. Уже к 1920 году число вузов по сравнению с дореволюционным временем выросло в 2,5 раза, а общее количество студентов удвоилось. При этом профессорско-преподавательский костяк на первых порах составляли ученые, получившие признание еще до революции, но признавшие советскую власть (Н.Е. Жуковский, Н.Д. Зелинский, А.П. Карпинский, Н.С. Курнаков и др.).

С каждым годом увеличивалось число библиотек. До революции библиотечная сеть была развита слабо, в 1913 году в России было немногим более 12 тыс. публичных библиотек. Существовали они на добровольные пожертвования и нередко находились в неприспособленных помещениях. Уже к 1922 году число библиотек увеличивается почти до 18 тыс., а к 1925 году - до 29 тысяч. При этом они выходят за пределы города. В виде изб-читален библиотеки становятся обыденной реальностью и сельской местности. В 1939 году в СССР было уже около 250 тыс. библиотечных точек всех типов.

Вскоре после Октябрьской революции создается сеть музеев, сыгравшая важную роль в популяризации наследия русских писателей. В январе 1918-го Третий съезд Советов принял специальное постановление о развитии музейного дела в стране. В документе особо подчеркивалось значение сохранения культурного наследия и необходимость превратить культурные ценности "в музеи для общенародного пользования и сделать их источником воспитания". В этом же году открылись музей-усадьба С.Т. Аксакова в подмосковном Абрамцеве, музей И.С. Тургенева в Орле. В 1920 году Ленин поддержал решение об открытии музея-усадьбы имени Ф.И. Тютчева в подмосковном селе Муранове.

В 1921 году открывается музей Л.Н. Толстого в Ясной Поляне. Интересно отметить, что подобная инициатива до революции была сорвана: вскоре после смерти писателя его вдова и сыновья обратились к властям с просьбой приобрести усадьбу в государственную собственность. На заседании Совета министров было решено выкупить Ясную Поляну, однако верх взяла позиция обер-прокурора синода В.К. Саблера и министра просвещения Л.А. Кассо, которые находили недопустимым, чтобы правительство "прославляло своих врагов и обогащало их детей за счет государства". В итоге император Николай II наложил свою резолюцию: "Нахожу покупку имения гр. Толстого правительством недопустимою".

В самое тяжелое для страны время не прекращалась театральная жизнь. Вот что писал английский писатель Герберт Уэллс, побывавший в Советской России в 1920 году: "Поистине, это поразительно, но русская драма и опера выжили среди жестоких бурь и живы до сих пор. Как выяснилось, в Петрограде каждый вечер ставится более сорока спектаклей; в Москве - примерно столько же. Мы слышали Шаляпина, этого величайшего певца и актера, в "Севильском цирюльнике" и в "Хованщине"... мы побывали на "Садко", видели Монахова в "Царевиче Алексее" и в роли Яго в "Отелло".

Еще одним важным шагом, свидетельствующим об уважительном отношении большевиков к русской культуре, стал план монументальной пропаганды. Ее автором был Ленин, который предложил украсить города памятниками революционерам, гуманистам, писателям, художникам. В результате уже 12 апреля 1918 года был подписан первый декрет Совнаркома о монументальной пропаганде. Утвержденный Лениным список включал 63 имени. Среди них были не только деятели освободительного и революционного движения, но и великие русские писатели и поэты (Пушкин, Лермонтов, Толстой, Тютчев), ученые (Ломоносов и Менделеев), актеры (Мочалов и Комиссаржевская), художники (Андрей Рублёв и Александр Иванов). Претенденты на увековечивание отбирались не по партийным или революционным заслугам (какие революционные заслуги у писавшего иконы Рублёва или автора "Явления Христа народу" Иванова?), а по их гениальности и вкладу в культуру - в том числе русскую культуру!

К сожалению, сложные условия, в которых находилась страна, и начавшаяся Гражданская война, не позволили плану осуществиться в полном объеме. Однако даже достигнутые результаты впечатляют. В 1918 году на Цветном бульваре в Москве появляется замечательный памятник Ф.М. Достоевскому (сейчас он находится в сквере у больницы, названной именем писателя), на Серпуховской площади - памятник М.Е. Салтыкову-Щедрину, на Театральной площади - поэту А.В. Кольцову. А еще памятники Радищеву, Никитину, Шевченко, Герцену...

Примеры можно продолжать. Но все они в конечном итоге подтверждают: единственным периодом, когда русская культура была действительно массовой и общедоступной, является советская эпоха. Ни до нее, когда она была привилегией элиты и признаком кастового превосходства, ни тем более после, когда из миросозерцания людей выхолащиваются духовные ценности, культура не играла той созидательной роли, какой была наделена в период с 1917 по 1991 год. Об этом нужно помнить всегда, когда речь заходит о культуре и ее кризисе в современной России. Возрождение культуры возможно только при условии смены курса с капиталистического на социалистический.

Лживые мифы

Более чем 80 лет назад в своем выступлении 9 июля 1928 г. на Пленуме ЦК ВКП(б) Сталин заявил: «По мере нашего продвижения вперед, сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться». Последующие события показали, что классовая борьба усиливалась не только в ходе уверенной поступи нашей страны вперед, но и в тех случаях, когда движение тормозилось, разворачивалось вспять.

В 20-е годы идейно-политическая борьба в СССР, имевшая классовую подоплеку, происходила между силами, выступавшими за социалистическое преобразование нашей страны во главе с И.В.Сталиным, и их противниками. Осознавая ключевую роль Сталина в руководстве партии и страны, вожди оппозиционных группировок в партии избрали его в качестве основной мишени своих яростных атак. Их идейно-политическое банкротство проявилось, в частности, и в том, что они подменяли вопросы теории и практики социалистического строительства жалобами на характер Сталина, не гнушаясь прибегать к сфальсифицированным обвинениям. Особенно в этом преуспел Л.Д.Троцкий.

После смерти Сталина на последующих исторических поворотах классовая борьба не раз обострялась в форме столкновения между противоположными оценками сталинского периода развития страны. В середине 50-х годов, когда страна стояла перед необходимостью разработки политического курса, отвечавшего тогдашним условиям, бывший троцкист Н.С.Хрущёв, пытаясь скрыть свое презрение ко всякой теории и отход от научного коммунизма, прибег к интерпретации советского прошлого на обывательском уровне и огульному перечеркиванию положительной роли Сталина в истории нашей страны. Это положило начало новому, широко эшелонированному наступлению на социализм. Хотя доклад на закрытом заседании ХХ съезда КПСС был озаглавлен «О культе личности и его последствиях», его содержание вопреки названию сводилось к нападкам на личные черты характера Сталина, которые, по оценке Хрущёва, были чуть ли не главной причиной многих бед Советской страны. Так на государственном уровне было положено начало не только очернению Сталина, но также искажению и опошлению советской истории.

Антинаучные, обывательские домыслы Хрущёва были активно поддержаны западными державами, распространявшими через средства массовой информации в течение нескольких десятилетий клевету на советскую историю и лично Сталина.

Крушению социализма в СССР и ряде европейских стран, развалу нашей страны в конце 80 – начале 90-х гг. предшествовала широкая кампания клеветы на советское прошлое и особенно на все, что было связано с деятельностью И.В.Сталина. Нынешний кризис, начавшийся в 2008 г., и связанное с ним обострение классовых противоречий во всех странах мира сопровождаются активизацией нападок правящих кругов капиталистических стран на идеи и опыт социализма.

Горы голословной лжи

Идейная беспомощность клеветников и отсутствие у них реальных фактов, которыми они могли бы подкрепить клевету на Сталина, неизбежно приводили к тому, что фабриковались фантастические мифы. Антисталинисты старались создать образ безумного тирана, одержимого жаждой личной власти, непримиримого к любым возражениям, маниакально подозрительного и крайне мстительного. Одни из них (прежде всего Троцкий) уверяли, что отсутствие у Сталина интеллектуальных и моральных качеств, необходимых для руководителя страны, компенсировались им коварством, жестокостью и применением преступных методов. Такие объяснения позволяли Троцкому и другим объяснять свое политическое поражение, выставлять себя политиками высоких моральных и интеллектуальных качеств.

Другие же, как Хрущёв, с помощью подобных же обвинений в адрес Сталина пытались уйти от необходимого серьезного анализа противоречий советского общества, а заодно скрыть собственные ошибки и преступления. Объявляя, что все беды страны объяснялись деятельностью Сталина, Хрущёв демонизировал его. Он уверял, что любая позитивная инициатива подавлялась Сталиным. Поэтому, мол, Хрущёву и его коллегам не оставалось ничего другого, как одобрять существующее положение вещей и всемерно восхвалять Сталина.

Усилиями Троцкого, Хрущёва и их многочисленных последователей постепенно была навалена целая гора антисталинской лжи. Ныне выпущено немало книг с разоблачением десятков и даже сотен антисталинских мифов. На самом деле таких мифов, распространенных письменно и устно, значительно больше. Например, поклонник антисталинских сочинений, названных им «фольклором городской интеллигенции», Юрий Борев собрал в своей книге «Сталиниада» более 1000 фантастических баек о Сталине. Сам факт существования такого количества антисталинских сочинений свидетельствует о степени ненависти к Сталину как олицетворению борьбы народов нашей страны за создание общества социальной справедливости. В то же время они ярко свидетельствуют об интеллектуальной и моральной деградации антисталинистов.

Некоторые из этих мифов были заведомо голословными, так как их создатели руководствовались лишь желанием как можно сильнее опорочить Сталина, шокируя публику леденящими душу историями о мнимых чудовищных преступлениях. Примером этого может служить опубликованная в майском номере журнала «Новый мир» за 1926 г. сочинение Бориса Пильняка «Повесть непогашенной луны». Хотя в предисловии автор утверждал, что в повести не следует искать аналогий с обстоятельствами смерти М.В.Фрунзе, сходство между историей болезни Предреввоенсовета и сюжетом произведения Пильняка было очевидным. Фактически Пильняк возлагал ответственность за смерть Фрунзе на Сталина, который якобы принудил пойти Председателя Реввоенсовета на операцию, а затем с помощью верных ему врачей умертвил его.

Помимо того, что версия об убийстве Фрунзе не была подтверждена никакими фактами, устранение человека, который полностью поддерживал Сталина и других советских руководителей в их борьбе против Троцкого, было бы нелепо. На самом деле Фрунзе был тяжело больным человеком, но он упорно не слушал врачей, давно настаивавших на интенсивном лечении, а потом по мере ухудшения его состояния предлагавших операцию. В 1925 г. Политбюро в специальном решении обязало Фрунзе согласиться с мнением врачей (помимо Сталина за это решение голосовали и его другие члены, включая Зиновьева и Каменева).

Лживость этой версии была очевидна для всех серьезных исследователей, включая многих западных советологов. Так автор биографии Сталина американский историк Адам Улам писал: «Это было клеветой, и возможно, что Пильняку кто-то подсказал эту историю, чтобы нанести удар по Сталину». Сам Улам объяснял смерть Фрунзе плохим состоянием тогдашней медицины, ссылаясь на многочисленные примеры неудачных операций и ошибочных диагнозов. (К сожалению, и ныне медицина не свободна от подобных ошибок. Сейчас только в США ежегодно 160 тысяч смертей объясняют неверными диагнозами врачей и ненужными операциями.)

Однако эта клеветническая история не уникальна. Были сочинены байки об ответственности Сталина за смерть известного революционера С.А.Камо (Тер-Петросяна), который погиб в дорожно-транспортном происшествии в Тифлисе в 1922 г. Утверждалось, что Камо ехал на велосипеде, чтобы освободить Ленина из плена, в котором тот якобы в это время пребывал под Москвой в Горках. На Сталина возложили вину за то, что бывший заместитель Председателя Реввоенсовета Эфраим Склянский утонул во время прогулки на лодке по американскому озеру Лонг-Лейк в 1925 г., когда там неожиданно поднялся сильный ветер. Сталина винят и в смерти Г.И.Котовского в 1925 г. Эти злобные наветы имели целью создать впечатление о том, что Сталин «шел к высшей власти по трупам» и они не отличались от тех, что сочиняли клеветники всех времен и народов.

С 1956 г. предпринимались неоднократные попытки доказать ответственность Сталина за гибель одного из ближайших его соратников – С.М.Кирова. Свидетельства того, что убийство Кирова могло быть выгодно лишь врагам Сталина, а убийство Кирова стало личной трагедией для Сталина, отвергались. Не принимались во внимание и многие обстоятельства, предшествовавшие трагедии. А они свидетельствовали об ответственности за это преступление наркома внутренних дел Г.Г.Ягоды и других связанных с ним людей. Даже факт того, что свидетель по делу охранник Кирова М.В.Борисов погиб по пути на допрос, который лично вел И.В.Сталин в Ленинграде, использовали против Сталина. Даже провал усилий многочисленных комиссий, созданных ЦК КПСС для расследования этого убийства, не прекратил попыток реанимировать это чудовищное обвинение. Лживую версию повторяли и повторяют в книгах, фильмах, телепередачах.

Примером голословной антисталинской лжи является байка, изложенная Боревым и повторенная в книге Э.Радзинского, о том, что к концу своей жизни Сталин готовил массовое выселение лиц еврейской национальности из Москвы и других крупных городов, а также казнь «кремлевских врачей» на Лобном месте. При этом Борев ссылался на показания некоего «старого железнодорожника из Ташкента», который будто бы запомнил присутствие многочисленных пустых эшелонов на московских вокзалах в конце февраля 1953 года. Эти эшелоны с теплушками были подогнаны якобы для вывоза евреев из Москвы в Сибирь. Писали также о якобы подготовленной брошюре члена Президиума ЦК КПСС Д.И.Чеснокова «Почему необходимо было выселить евреев из промышленных районов страны», будто уже отпечатанной миллионным тиражом. В подтверждение своих слов сочинители не могли предъявить ни одного документа, ни странички из неведомого сочинения Чеснокова, ни списков «высылаемых», ни даже «старого железнодорожника из Ташкента», то есть ничего, кроме Лобного места.

Лопнувшие пузыри

Многие безапелляционные лживые обвинения в адрес Сталина были разоблачены, как только обнаруживались противоречившие им убедительные свидетельства. Так, в течение нескольких лет в СМИ распространялось утверждение о том, что Сталина якобы обследовал известный психиатр В.М.Бехтерев, который поставил ему диагноз – наличие паранойи. Подчеркивалось, будто вскоре после постановки этого диагноза в 1927 г. выдающийся ученый скончался при загадочных обстоятельствах. При этом ссылались на внучку ученого – академика Н.П.Бехтереву. Однако в третьем номере за 1995 г. газета «Аргументы и факты» опубликовала беседу с Н.П.Бехтеревой, в которой последняя сообщала: «Это была тенденция объявить Сталина сумасшедшим, в том числе с использованием якобы высказывания моего дедушки, но никакого высказывания не было, иначе бы мы знали. А кому-то понадобилась эта версия. На меня начали давить, и я должна была подтвердить, что это так и было. Мне говорили, что они напечатают, какой Бехтерев был храбрый человек и как погиб, смело выполняя врачебный долг».

Многократно повторялась ложь Хрущёва о том, что Сталин не принимал во внимание сведений о возможности нападения Германии на СССР 22 июня. Уверяли, будто Сталин сурово наказывал всех, кто говорил о скором нападении Германии. В передаче «К барьеру!» весной 2005 г. режиссер Марк Розовский с пафосом рассказывал, как Сталин якобы приказал расстрелять немецкого перебежчика, который 21 июня сообщил о вероятности германского нападения. Однако эта лживая версия была убедительно опровергнута в опубликованной еще в 1960 г. книге генерала армии И.В.Тюленева «Через три войны». В июне 1941 г. Тюленев возглавлял Московский военный округ. В своих мемуарах генерал армии рассказал о том, как 21 июня ему позвонил Сталин и, предупредив его о возможности военного нападения, приказал привести противовоздушную оборону Московского округа в боевую готовность. О том, что накануне 22 июня Сталин принимал действенные меры для предотвращения нападения на страну, свидетельствовали также воспоминания Г.К.Жукова и А.М.Василевского.

Наконец, Хрущёва опровергал сам... Хрущёв. Об этом написал видный деятель югославской Компартии Милован Джилас в своей книге «Беседы со Сталиным». Говоря о своем пребывании в Киеве весной 1945 года, Джилас сообщал, что тогда в беседе с ним Хрущёв, который в 1941 году был Первым секретарем Компартии Украины, «вспомнил, как накануне нападения Германии Сталин позвонил ему из Москвы и предупредил о том, что надо быть начеку. Сталин получил информацию о том, что немцы могут начать операцию на следующий день – 22 июня».

Убедительно был разоблачен и миф о том, что в первые же часы войны Сталин, который якобы не ожидал нападения гитлеровских войск, пребывал в состоянии паники и растерянности и, покинув Кремль, находился у себя на даче, никого не принимая до последнего дня июня 1941 года. Как только была рассекречена книга посетителей сталинского кабинета в Кремле, стало ясно, что Сталин постоянно находился у пульта управления страны с раннего утра 22 июня.

А затем в книге Г.А.Куманева «Рядом со Сталиным» была опубликована беседа автора с бывшим управляющим делами СНК СССР Я.Е.Чадаевым, который вел протокольные заседания правительства во главе со Сталиным в первые дни войны. Чадаев подчеркивал четкость принимавшихся решений, отсутствие каких-либо свидетельств растерянности или паники.

Многократно был опровергнут миф, созданный Хрущёвым о том, как руководил Сталин боевыми действиями Красной Армии в годы Великой Отечественной войны. В своем докладе на ХХ съезде КПСС Хрущёв заявлял: «Сталин был далек от понимания развивавшихся на фронте действительных событий... Следует заметить, что Сталин разрабатывал операции на глобусе... Да, товарищи, он обычно брал глобус и прослеживал на нем линию фронта».

Позже появилось множество мемуаров советских военачальников, которые не оставляли камня на камне от этой лжи. Комментируя высказывание Хрущёва, Маршал Советского Союза К.А.Мерецков в своей книге воспоминаний «На службе народу», опубликованной после отставки Н.С.Хрущёва, писал: «Ничего более нелепого мне никогда не приходилось читать. За время войны, бывая в Ставке и в кабинете Верховного Главнокомандующего с докладами, присутствуя на многочисленных совещаниях, я видел, как решались дела. К глобусу И.В.Сталин тоже обращался, ибо перед ним вставали задачи и такого масштаба. Но вообще-то он всегда работал с картой и при разборе предстоящих операций порой, хотя далеко не всегда, даже «мельчил». Последнее мне казалось излишним... Но неверно упрекать его в отсутствии интереса к деталям. Даже в стратегических военных вопросах И.В.Сталин не руководствовался ориентировкой «по глобусу». Тем более смешно говорить это применительно к вопросам тактическим, а они его тоже интересовали, и немало».

Воспоминания очевидцев опровергли и одно из главных положений антисталинского доклада Хрущёва на ХХ съезде – утверждение о нетерпимости Сталина к иным мнениям. Хрущёв утверждал, что Сталин «абсолютно не терпел коллективности в руководстве и в работе», что он «практиковал грубое насилие не только по отношению ко всему, что противоречило его мнению, но также и по отношению к тому, что, по мнению его капризного и деспотического характера, казалось, не соответствовало его взглядам. Сталин действовал не методами убеждения, разъяснения и терпеливого сотрудничества с людьми, а путем насильственного внедрения своих идей и требования безусловного к себе подчинения. Тот, кто выступал против такого положения вещей или же пытался доказать правоту своих собственных взглядов, был обречен на удаление из числа руководящих работников, на последующее моральное и физическое уничтожение».

В противовес этому Маршал Советского Союза И.Х.Баграмян писал: «Мне частенько самому приходилось в роли командующего фронтом разговаривать с Верховным Главнокомандующим, и я убедился, что он умел прислушиваться к мнению подчиненных. Если исполнитель твердо стоял на своем и выдвигал для обоснования своей позиции веские аргументы, Сталин почти всегда уступал... Зная огромные полномочия и поистине железную властность Сталина, я был изумлен его манерой руководить. Он мог кратко скомандовать: «Отдать корпус!» – и точка. Но Сталин с большим тактом и терпением добивался, чтобы исполнитель сам пришел к выводу о необходимости такого шага».

Существуют многочисленные свидетельства о том, что государственные решения Сталин принимал непременно в ходе коллективных обсуждений, в которых каждый имел полную возможность высказать свое мнение. При этом Сталин нередко поощрял творческие споры по обсуждаемым вопросам.

О том, что Сталин не только не подавлял инакомыслие в процессе обсуждения различных вопросов, но активно его поощрял, признавал даже такой его противник, каким стал после его смерти А.И.Микоян. Описывая ход заседаний Политбюро при Сталине, он в своих мемуарах «Так было» свидетельствовал: «Каждый из нас имел полную возможность высказать и защитить свое мнение или предложение. Мы откровенно обсуждали самые сложные и спорные вопросы (в отношении себя я могу говорить об этом с полной ответственностью), встречая со стороны Сталина в большинстве случаев понимание, разумное и терпимое отношение даже тогда, когда наши высказывания были ему явно не по душе. Он был внимателен и к предложениям генералитета. Сталин прислушивался к тому, что ему говорили и советовали, с интересом слушал споры, умело извлекая из них ту самую истину, которая помогала ему потом формулировать окончательные, наиболее целесообразные решения, рождаемые, таким образом, в результате коллективного обсуждения. Более того, нередко бывало, когда убежденный нашими доводами Сталин менял свою первоначальную точку зрения по тому или иному вопросу».

И опять-таки хрущёвскую ложь разоблачал сам Хрущёв в своих мемуарах. Он писал о Сталине: «Когда доказываешь свою правоту и если при этом дашь ему здоровые факты, он в конце концов поймет, что человек отстаивает полезное дело и поддержит... Бывали такие случаи, когда настойчиво возражаешь ему, и если он убедится в твоей правоте, то отступит от своей точки зрения и примет точку зрения собеседника. Это, конечно, положительное качество».

Документы и свидетельства очевидцев не раз полностью опровергали голословные антисталинские сочинения, и те лопались как мыльные пузыри.

Разоблачение фальшивок

Для того чтобы не допустить разоблачения голословных утверждений, их сочинители стараются подкрепить их фальшивками. Среди них были поддельные документы и сфабрикованные воспоминания, разоблачение лживости которых часто требовало от историков немалых усилий.

Весной 1956 г. в США, сразу после публикации там антисталинского доклада Хрущёва на ХХ съезде, появились заявления о наличии сведений, якобы свидетельствующих о сотрудничестве Сталина с царской полицией в дореволюционные годы. 18 апреля 1956 года в Нью-Йорке на своей пресс-конференции дочь Льва Толстого Александра Львовна огласила содержание письма, из которого следовало, что Сталин якобы был агентом царской полиции. В тот же день вышел в свет журнал «Лайф», в котором была опубликована статья Исаака Дона Левине, вкратце излагавшая содержание вышедшей вскоре в свет книги этого автора «Величайший секрет Сталина». Ссылаясь на якобы обнаруженное им письмо полицейского чиновника царской полиции в Санкт-Петербурге Еремина от 23 июля 1913 года, Дон Левине утверждал, что Сталин «дал ценные сведения» царской полиции во время ареста в 1906 году и был завербован охранкой в 1908 году.

Версия И.Д.Левине была подвергнута острой критике вскоре после выхода в свет его книги. Доказывая поддельный характер «письма Еремина», Г.Аронсон в журнале «Нью Лидер» от 20 августа 1956 г. обращал внимание на несоответствие «письма Еремина» стилю, «который обычно использовался в царском департаменте полиции». Заявляя о фальшивом характере «письма», видный советолог Дэвид Даллин в еженедельнике «Нью-Йорк таймс бук ревью» за 21 октября 1956 года указал, что 23 июля 1913 г. Еремин уже не работал в Санкт-Петербурге, что в полиции никогда не именовали революционеров по их псевдонимам. Д.Даллин даже высказал предположение, кто мог быть автором этого «письма». Сотрудник же Нью-Йоркского университета штата Нью-Йорк М.Титтел, который специализировался на изучении машинописных шрифтов, доказал, что машинка, на которой была отпечатана фальшивка была изготовлена значительно позже 1913 года.

Эту фальшивку успели забыть, когда в «Московской правде» от 30 марта 1989 г. появилась статья Г.Арутюнова и Ф.Волкова, в которой утверждалось, что один из авторов статьи (Арутюнов. – Авт.) обнаружил в 1961 году в Центральном государственном архиве Октябрьской революции и социалистического строительства «письмо Еремина». В ответ на просьбы показать «письмо» авторы статьи молчали, так как фальшивка хранилась в США и обнаружить ее в московском архиве было невозможно.

Однако Волков и Арутюнов упорно распространяли антисталинские материалы, используя старую подделку. Тогда еще раз и еще более тщательно содержание «письма Еремина» было проанализировано директором Центрального государственного архива Октябрьской революции Б.Каптеловым и сотрудницей этого же архива З.Перегудовой в статье, опубликованной в журнале «Родина» (1989, №5). Они обратили внимание на то, что «письмо Еремина» составлено с грубыми нарушениями правил делопроизводства тех лет. Они указали и на ряд других ошибок, позволяющих уверенно говорить о поддельном характере «письма». Авторы статьи указали и на то, что пропагандисты фальшивки проявили элементарное невежество, не учтя разницу между григорианским и юлианским календарным стилем.

Еще более грубое невежество обнаруживается при знакомстве с поддельными воспоминаниями о Сталине. Примером этого является книжка «Исповедь любовницы Сталина», представленная как обработка воспоминаний солистки Большого театра В.А.Давыдовой неким «Леонардом Гендлином». С первых же страниц книжки, на которых утверждается, что весной 1932 г. в правительственной ложе Большого театра вместе со Сталиным и другими членами Политбюро находились Зиновьев, Каменев, Бухарин, Рыков (к этому времени исключенные из партийного руководства, а потому не допускавшиеся в правительственные ложи), ясно, что ее автор понятия не имеет об истории партии. Когда же героиня книги «зарывается в песок» на пляже в Сочи, ясно, что автор не в ладах и с географией и слыхом не слыхал про пляжи из гальки этого южного города. Очевидно, что авторы фальшивки – иностранцы, знания которых о нашей стране убоги или покоятся на примитивных стереотипах. А поэтому в заключении книги Давыдову на санях с бубенцами увозил в зимнюю даль Г.М.Маленков, спасая ее от писателей Пастернака и Пильняка, а также Вышинского, Тухачевского, Ягоды, Зиновьева, Берии и Сталина, якобы домогавшихся любви певицы. Удивительно, но это «чтиво» у кого-то вызвало доверие…

Еще одной фальшивкой, использованной для дискредитации Сталина, стали опубликованные «воспоминания» Бориса Георгиевича Бажанова, который в 1928 году бежал из СССР, а до этого работал в секретариате Политбюро ЦК ВКП(б). С первой же главы воспоминаний возникают подозрения, что автор книги не имеет элементарных знаний о нашей стране. Он путает события, в которых подлинный Бажанов принимал самое активное участие, неверно называет фамилии участников этих событий. И хотя в книге указано, что Бажанов не владел английским языком, многие корявые и бессмысленные фразы безошибочно свидетельствуют о том, что они представляют собой воспроизведение русскими буквами английских слов и выражений. Очевидно, что подлинными авторами книжки были англоговорящие лица, плохо знающие советскую историю. А затем книжка была переведена на русский язык лицами, не очень хорошо владеющими навыками перевода.

Лживость авторов книги проявляется также в сочинении ими совершенно невероятных историй. Например, в книге говорится, что Бажанов в одиночку написал в 1922 году устав РКП(б), который был без поправок единодушно принят съездом партии. Утверждается, будто Бажанов в течение ряда лет фактически руководил партией и страной за Сталина, так как последний был занят подслушиванием телефонных разговоров своих политических противников. Бегство же Бажанова и его спутника из СССР на верблюдах в Британскую Индию поразительно напоминает путешествие Бендера и Корейко по пескам Средней Азии.

И тем не менее эта бредовая поделка, скорее всего произведенная в США или Англии 30 лет назад, была рекомендована старшим научным сотрудником ИРИ РАН В.А.Шестаковым. В предисловии к книге Шестаков уверял, что это сочинение «представляет несомненный интерес и для историков, и особенно для широкой аудитории, представителей нового поколения». Известно, что благодаря такой рекомендации немало читателей приняли грубую подделку за документ, правдиво и точно описывающий Сталина и его время.

Спекуляции на всенародных трагедиях

Горы лживых сочинений используются для обвинений Сталина во всех трагедиях, которые случились с нашей страной в первой половине ХХ века. При этом многие авторы сознательно преувеличивают количество людских потерь того времени. Авторы школьного учебника «История России. XX – начало XXI века» Н.В.Загладин, С.И.Козленко, С.Т.Минаков, Ю.А.Петров уверяют, что «потери Красной Армии составили около 12 млн человек». Филолог же Б.Соколов уверяет, будто потери Красной Армии в 8–10 раз превышали потери войск Германии и ее союзников, которые, как известно, составляли 8 649 500 человек. В этих потерях винят Сталина, который якобы призывал военачальников не считаться с жертвами.

На самом деле на основе подсчетов, осуществленных специальными комиссиями Генштаба Министерства обороны СССР и Отделения истории АН СССР и с привлечением подлинных статистических данных, в 1990 году было установлено, что человеческие жертвы в Вооруженных силах СССР, а также пограничных и внутренних войсках страны в ходе Великой Отечественной войны составили 8 миллионов 668 тысяч 400 человек, что лишь ненамного превышает число потерь вооруженных сил Германии и ее союзников, сражавшихся против СССР.

Обвиняя Сталина в стремлении «заваливать трупами» немецко-фашистские войска, фальсификаторы истории сознательно скрывают многочисленные требования Сталина в его приказах, директивах и письмах к военачальникам о необходимости «воевать не числом, а умением».

Наконец, обвинения Сталина и советских военачальников в гибели солдат и офицеров на фронте фактически снимают с гитлеровской Германии вину за развязывание агрессивной войны против нашей страны, оправдывают политику геноцида, проводившуюся гитлеровскими оккупантами на нашей земле.

Антисталинисты существенно преувеличивают число людей, погибших от голода в начале 30-х годов в разных областях и республиках СССР. Характерно, что для составления списка «жертв голодомора» на Украине ныне прибегают к использованию имен и фамилий ныне живущих людей, включая целые списки жителей отдельных районов в так называемые «Книги памяти», лиц, якобы умерших в начале 30-х гг. При этом полностью игнорируют объективные условия, вызвавшие голод, в том числе вечную сильную зависимость сельского хозяйства в нашей стране от превратностей погоды. Полностью замалчиваются усилия, предпринятые советским руководством во главе с И.В.Сталиным по облегчению участи людей, пострадавших от голода. Не вспоминают и переписки И.В.Сталина с М.И.Шолоховым, следствием которой была отправка продовольствия голодавшим колхозникам Верхнедонского района.

Многократно преувеличенными являются и сведения о числе лиц, подвергнутых репрессиям. Так, советологи Р.Конквест и Т.Клифф уверяли, что в 30-е – начале 50-х годов репрессиям подверглось 40–60 млн советских людей. В своем заявлении в 1976 году для испанского телевидения А.И.Солженицын утверждал, что число жертв репрессий в СССР составило 110 млн человек. В своей книге «Сталинские репрессии». Великая ложь ХХ века» историк Дмитрий Лысков отметил, что «демократические историки насчитали не менее четырехсот миллионов жертв коммунизма, исходя из данных о числе населения на 1913 год и прогнозов его линейного роста». Видимо, ориентируясь на эти сведения, президент РФ Д.Медведев недавно говорил о «миллионах и миллионах» жертв репрессий.

Этому противоречат данные, представленные автором книги «Поверженная держава» М.И.Кодиным, который в 1992 году «в течение нескольких недель» изучал бывшие архивы Политбюро и Секретариата ЦК КПСС и «просматривал том за томом огромное количество секретных документов, касающихся репрессий в 1930–1950 годы». Ссылаясь на данные ЦГАОР, Кодин указывал, что «с 1921 по 1952 г. «за контрреволюционные преступления» (в т.ч. воинские) были осуждены 3,7 млн человек. Число же казненных за период с 1921 г. по 1953 гг. составило 799 455 человек. Эти данные были многократно подтверждены и многими другими исследователями.

Следует также учесть, что даже в период репрессий 1937–1938 годов немало людей было освобождено из мест заключения. Ссылаясь на данные, взятые им из ЦГАОР, фондов ГУЛАГа и Верховного суда СССР, Кодин писал: «в 1937 г. из лагерей и колоний освобождено 32% заключенных, в 1938-м – 27%». В 1939–1940 гг. освобождение из мест заключения было продолжено.

Безответственно жонглируя миллионными цифрами, обвинители Сталина, очевидно, не задумываются о том, что напрасная гибель даже одного человека – это трагедия. Нет сомнений в том, что многие невиновные люди, пострадавшие в те годы, стали невольными заложниками тяжелых исторических испытаний, выпавших на долю нашей страны. Глубочайшие революционные преобразования, потрясшие страну до основания, Гражданская война и Мировые войны, разорившие ее, постоянная угроза нападения извне ставили наш народ перед крайне острыми альтернативами. Однако уровень знаний и культуры многих советских людей, а также их жизненный опыт не всегда позволял им разработать адекватные решения и пути их реализации в этой непростой обстановке. К тому же осуществляя беспрецедентное по своей сложности строительство нового, невиданного в мировой истории общества, советские люди не могли не совершать ошибок, которые вели к потерям, в том числе и человеческим.

Над многими советскими людьми, особенно из руководящего состава, не получившими ни достаточного образования, ни опыта работы на современном производстве, довлели усвоенные методы Гражданской войны, такие, как склонность к непримиримым суждениям и чрезвычайным решениям. Не были свободны от ошибок и высшие советские руководители, включая Сталина. Об этом не раз говорил и сам Сталин.

Сложную и противоречивую историю внутриполитической жизни в СССР 30-х годов, фальсификаторы объясняют стремлением Сталина уничтожить всех своих противников и запугать население страны невиданным террором. При этом полностью игнорируются усилия Сталина по политическому реформированию страны, направленному на ее демократизацию. Это особенно проявилось в ходе работы Сталина по созданию Конституции СССР. А.И.Лукьянов, долго изучавший архивные материалы, относящиеся к подготовке Конституции, писал: «Когда члены редакционной комиссии приносили Сталину очередной вариант так называемого «чернового» наброска проекта Конституции, он вновь и вновь правил ее статьи. Всего Сталину принадлежит одиннадцать наиболее существенных статей Основного закона СССР».

Между тем в общественное сознание внедрено ложное представление, будто автором Конституции СССР был Н.И.Бухарин, который являлся лишь одним из 12 председателей подкомиссий по ее разработке. Лукьянов подчеркивал, что когда «Н.И.Бухарин предложил предпослать тексту Конституции «Декларацию прав и обязанностей граждан СССР», Сталин не согласился с этим и настоял, чтобы права советского гражданина были закреплены непосредственно в статьях Конституции. Причем не просто провозглашены, но и самым подробным образом гарантированы. Так, впервые в мировой практике в Основном законе страны появились права на труд, отдых, на бесплатное образование и здравоохранение, на социальное обеспечение в старости и на случай болезни».

Игнорируются факты о том, что Сталин был инициатором введения в нашей стране тайных, прямых, равных и альтернативных выборов. Он настаивал на отмене всевозможных ограничений по отношению к тем, кто прежде был лишен права голоса. Одновременно Сталин предложил план переподготовки всех партийных кадров и выдвижения к руководству более образованных людей, имеющих опыт работы на современном производстве. Эти люди были в меньшей степени отягощены отжившими методами Гражданской войны, привычками к властному положению и связями с группировками из своих друзей и родственников.

Однако, как убедительно показал в своей книге «Иной Сталин» историк Юрий Жуков, эти усилия Сталина и его сторонников встретили сопротивление тех, кто опасался утратить свое властное положение в результате политических реформ. Одни из них (Енукидзе, Тухачевский, Ягода и другие) встали на путь военно-политического заговора и подготовки государственного переворота.

Другие уверяли, будто политическими реформами воспользуются те, кто прежде был лишен права голоса. На самом деле такие руководители стремились обезопасить себя, боясь расплаты за свое неумелое руководство. Поэтому они стали сочинять версии о контрреволюционных заговорах, которые якобы готовились в различных областях. В конце июня – начале июля 1937 года Эйхе, Варейкис, Багиров, Хрущёв и многие другие секретари обкомов партии представили квоты на высылки и расстрелы потенциальных врагов. В этом они получили поддержку со стороны наркома внутренних дел СССР Н.И.Ежова. Оказавшись в меньшинстве, Сталин и его сторонники старались добиться проведения альтернативных выборов в стране и тем самым привести к власти новых достойных руководителей, но и здесь они потерпели поражение накануне октябрьского

(1937 г.) Пленума ЦК ВКП(б).

Об этом писал не только Юрий Жуков. Однако попытки этих историков донести правду до широких масс были встречены заговором молчания или злобными нападками в современных средствах массовой информации.

Несмотря на неудачи своих политических реформ, Сталин до конца своей жизни предпринимал усилия по обновлению партийных кадров, стараясь выдвигать к руководству наиболее компетентных людей, глубоко знающих научную теорию коммунизма и преданных трудовому народу. Сталин предвидел опасность отрыва партии от трудящихся народных масс. Не случайно «Краткий курс истории ВКП(б)», постоянно высмеиваемый ныне средствами массовой информации, завершался словами Сталина: «Я думаю, что большевики напоминают нам героя греческой мифологии, Антея. Они так же, как и Антей, сильны тем, что держат связь со своей матерью, с массами, которые породили, вскормили и воспитали их. И пока они держат связь со своей матерью, они имеют все шансы на то, чтобы остаться непобедимыми. В этом ключ непобедимости большевистского руководства».

Смерть Сталина помешала ему продолжить начатые перед XIX съездом, в ходе него и после него новые усилия по реформированию советской политической системы. Эти усилия полностью отрицаются господствующими СМИ. Напротив, распространяются бредни о том, что Сталин в последние дни своей жизни готовил новые, еще более жестокие репрессии. Так, Борис Илизаров сочинил миф о том, что Сталин раз в 10 лет, начиная с 1927 года, предпринимал массовые репрессии. И хотя нет оснований говорить о массовых репрессиях в 1927 и 1947 годах, Илизаров упорно твердит о некоей цикличности, о том, что новые аресты и казни должны были произойти в 1957 году.

Усилия клеветников принесли свои плоды. Еще со времен Хрущёва было исключено из употребления понятия «сталинская конституция», «сталинские пятилетки», «десять сталинских ударов» в Отечественной войне». Зато словосочетания «сталинские лагеря», «сталинские репрессии» не сходят ныне с уст дикторов телевидения.

Разоблачение, уничтожение антисталинских мифов – гарантия движения страны вперед.

Теперь на фоне 18-летнего периода провала в развитии нашей страны особенно впечатляющи великие деяния сталинских лет. Не случайно в своем послании Федеральному собранию Д.Медведев объявил достижения по экономическому преобразованию нашей страны в предвоенный период образцом для нынешней России. Он признал, что экономический потенциал, созданный в советские годы, еще служит основой жизнедеятельности страны. Завершил же Медведев свое выступление призывом стать достойными наследниками Великой Победы 1945 года. Однако при этом президент РФ умолчал о том, что во главе страны во время этих величайших свершений в ее истории стоял Сталин.

В школьных учебниках, в которых освещается советская история, нельзя найти ни единого слова, которое бы свидетельствовало о руководстве Сталина грандиозным предвоенным преобразованием нашей страны, его усилиях по возрождению и развитию науки, образования и культуры, его ведущей роли в руководстве страной в годы Великой Отечественной войны. Замалчивается и роль Сталина в организации послевоенного восстановления народного хозяйства нашей страны и создании ее ракетно-ядерного щита.

В то же время подавляющее большинство учебников убеждают школьников в исключительно негативной роли Сталина в ходе предвоенного и послевоенного строительства, а также во время войны. Сталина изображают разрушителем народного хозяйства, губителем миллионов жизней и постоянно повторяют, что победа в Великой Отечественной войне была достигнута вопреки ему.

Говоря о необходимости развивать интеллектуальный потенциал России и одновременно осуждая фальсификацию истории, нынешнее руководство страны ничего не делает для того, чтобы сбросить шоры антисталинизма. Более того, фразы президента РФ о «тоталитаризме» и «миллионах жертв» советского времени лишь закрепляют господство антисталинских представлений.

Между тем очевидно, что без справедливой оценки Сталина невозможно правильно понять многие самые главные события ХХ века. Сохранение же антисталинских мифов консервирует ложные представления о прошлом нашей страны, сохраняет торжество ущербного обывательского вымысла над историческими фактами. Сохраняя деформированное общественное сознание, нельзя добиться движения вперед, к которому призывают нынешние руководители России. Только сбросив «мусор» с могилы Сталина, можно добиться верного понимания нашего прошлого. А это является единственно верной гарантией успешного движения к будущему.

Юрий ЕМЕЛЬЯНОВ

Афёра с Катынью тоже лопнула

В апреле 2012 года Европейский Суд по Правам Человека в Страсбурге принял решение, из которого следует, что СССР не расстреливал польских военнопленных в Катыни. Эта сенсация замалчивается всеми российскими СМИ до сих пор!...

Россия не несёт ответственности за массовый расстрел польских офицеров в Катыни - такое решение принял недавно Европейский суд по правам человека. Решение сенсационное: выходит, что последние 20 лет руководство нашей страны неустанно каялось в преступлении, которое в 40-е годы совершил кто-то другой. Выходит, что документы о катынском расстреле, которые появились в конце 80-х из рукава члена Политбюро ЦК КПСС Александра Яковлева, не более чем фальшивка - суд даже не принял их к рассмотрению.

Кому-то в окружении президента СССР Михаила Горбачёва нужно было скомпрометировать отечественную историю и лично Иосифа Сталина накануне распада СССР. Может быть, именно по этой причине решение суда, сформулированное совершенно однозначно, в России пытаются трактовать двояко - мол, убийц-то в итоге так и не установили, а вдруг это всё-таки Сталин?..

Вначале несколько слов о том, кто и из-за чего, собственно, судился. В 2007 и 2009 году в Страсбург обратились с жалобами родственники польских офицеров, расстрелянных в Катыни якобы по приказу Сталина. Жаловались они на то, что наша страна в 2004 году прекратила расследование обстоятельств катынского расстрела на основании пункта 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса РФ (за смертью виновных).

Считалось, что массовые казни польских граждан, большинство из которых были пленными офицерами польской армии, совершали с санкции высшего руководства СССР сотрудники НКВД. Если верить архивам, всего в лесах под Смоленском расстались с жизнью 21 857 пленных поляков.

Естественно, ЕСПЧ принял жалобы к рассмотрению: появилось на свет дело «Яновец и другие против России». И вот тут-то и начались нестыковки. Дело в том, что европейские судьи привыкли верить не столько громким публичным обвинениям, сколько документам. И расхожий тезис о том, что-де Сталин - палач, санкционировавший массовые казни, требовал документального подтверждения. А подтверждения не находилось: представленные польской стороной свидетельства не несли прямых доказательств того, что поляков расстреливали русские. А со свидетельствами российской стороны и того хуже - наши архивные документы после недолгих проверок судьи стали попросту игнорировать. Громких заключений на сей счёт они себе не позволяли - реноме как-никак, - но и к делу такие документы подшивать не спешили. Уж не потому ли, что фальшивки, всплывшие из небытия в конце 80-х, в состоянии убедить только нас с вами, но никак не европейских судей?

К чему же в итоге пришёл Европейский суд?

Малая палата ЕСПЧ в составе семи судей в резолютивной части постановления по делу «Яновец и другие против России» четырьмя голосами против трёх решили, что в отношении двенадцати заявителей - родственников расстрелянных польских офицеров - представителями СССР не нарушалось право на жизнь. Основной вывод такой: наша страна не несёт ответственности за массовые расстрелы в Катыни. Для России этот вывод означает следующее: материальные компенсации, о которых тайно мечтали потомки расстрелянных и которые, если верить их адвокатам, могли составить астрономическую сумму - 2 млрд. долларов, платить полякам будем точно не мы с вами. Кстати, вчинить иск собиралась и Польша - на сумму 100 миллиардов!

Из основного вывода следуют и другие: архивные документы, касающиеся катынского расстрела, требуют немедленной ревизии на предмет их возможной фальсификации, отечественная история 40-х, написанная в начале 90-х годов, должна быть переписана начисто. Ещё неплохо бы в судебном порядке установить виновных в фальсификации, хотя на самом деле это давно уже секрет Полишинеля. Также суд установил, что расстрел поляков - военное преступление. Но с этим уже давно никто не спорит: военным преступлением расстрел под Смоленском в разное время признавали не только американские конгрессмены и беглые поляки в Лондоне, но также Сталин и Гитлер. Трупы-то налицо.

Вопрос лишь в том, кто убивал?

Однозначно определиться не смог и Европейский суд - судьям не хватило документальных подтверждений, хотя на изучение всяческих исторических бумаг и архивных свидетельств они потратили не один год. Можно сказать следующее: примерно до 1990 года весь мир был убеждён в том, что поляков расстреляли немцы. После 1990-го - с подачи Михаила Горбачёва и Александра Яковлева - что расстреливали русские.

Теперь, после суда, ясности нет вообще, и знаем мы лишь то, что погибли действительно поляки. Вот только, от чьих рук?

А начиналось всё следующим образом: в феврале 1990 года Михаил Горбачёв получил докладную записку от заведующего международным отделом ЦК КПСС Валентина Фалина, в которой шла речь о том, что в архивах якобы были найдены документы, подтверждающие связь между отправкой поляков из лагерей весной 1940 года и их расстрелом. Фалин высказал Горбачёву свои сомнения в происхождении этих документов. Но Горбачёв был иного мнения, и весть об «истинных виновниках» катынского расстрела разлетелась по миру.

На чём базировались доказательства причастности немцев к катынскому расстрелу до 1990 года?

Поляков убили из оружия немецкого производства - это легко установить и по пулям, и по гильзам. Расстрельные команды НКВД убивали своих жертв из револьверов, а польских офицеров расстреливали, в том числе, и из крупнокалиберных пулемётов, чего энкавэдэшники никогда не практиковали. Немцы, составившие в 1943 году первые документы о казнённых поляках, указывали в них, что убитых они идентифицировали по знакам различия польской армии.

Советское «Положение о военнопленных» образца 1931 года, которым в нашей стране руководствовались до лета 1941 года, устанавливает, что пленные не могут носить знаков различия. Но на убитых эти знаки различия имелись. Значит, если это были военнопленные, то содержались они в плену у страны, соблюдавшей Женевскую конвенцию. А СССР на тот момент её не соблюдал.

Ещё одна деталь, весьма существенная. Массовые расстрелы в СССР не практиковались с тех пор, как наркома внутренних дел Николая Ежова сменил Лаврентий Берия, - с осени 1938 года. А к 1940 году от них отказались вообще. Вопреки расхожему мнению, Берия был противником «высшей меры социальной защиты».

Наши эксперты-историки признавали, что полной ясности с катынским расстрелом после публикации якобы открывшихся в 1990 году новых данных у них нет: с одной стороны, имелись бумаги, свидетельствующие о том, что польским военнопленным было вынесено 14 542 смертных приговора. Называлась и другая цифра - 21 857 убитых. С другой стороны, удалось достоверно установить гибель лишь 1803 человек.

Куда подевались остальные - если они вообще были?

Есть и другие занятные факты: среди пленных поляков были молодые офицеры Армии крайовой Войцех Ярузельский и Менахем Бегин - спустя десятилетия они станут соответственно польским лидером и израильским премьером. Ни тот, ни другой ни разу и словом не обмолвились о причастности советских руководителей к организации расстрела. Даже ярый антисоветчик Бегин утверждал, что поляков казнили не представители советского НКВД, а германского гестапо.

Не слишком ли много нестыковок?

В 2010 году депутату Госдумы Виктору Илюхину и экспертам-историкам Сергею Стрыгину и Владиславу Шведу стало известно, как готовилась фальсификация «письма Берии № 794/Б» в Политбюро ВКП (б) от марта 1940 года, в котором предлагалось расстрелять более 20 тыс. польских военнопленных. Илюхин обнародовал информацию о том, что в начале 90-х годов одним из высокопоставленных членов Политбюро ЦК КПСС была создана группа специалистов высокого ранга по подделке архивных документов. Фамилию этого высокопоставленного партийца Илюхин назвал позже, летом того же года - Александр Яковлев, «архитектор перестройки».

«Группа Яковлева» работала в структуре службы безопасности российского президента Бориса Ельцина, территориально размещаясь в посёлке Нагорное Московской области (до 1996 года), а потом была перебазирована в другой населённый пункт - Заречье. Оттуда в российские архивы были вброшены сотни фальшивых исторических документов, и ещё столько же было сфальсифицировано путём внесения в них искажённых сведений, а также путём подделки подписей. Илюхин потребовал начать масштабную работу по проверке архивных документов и выявлению фактов дискредитации советского периода отечественной истории.

«В 1943 году Геббельс, пытаясь разрушить антигитлеровскую коалицию и поссорить СССР с США, распространил ложь о том, что Сталин и Берия приказали расстрелять 10 тыс. польских офицеров, - писал Виктор Илюхин. - Эту ложь поддержало польское правительство в эмиграции, которое больше всего руководствовалось чувством злобы на Советский Союз за разгром польской армии в западной Белоруссии и на Украине и присоединение этих территорий к СССР. Небезызвестный Александр Яковлев фактически ратовал за такую компрометацию СССР, чтобы от нашей страны отвернулся весь мир. После этого состоялась величайшая подтасовка и фальсификация архивных документов ЦК КПСС».

До самой смерти Илюхин считал, что фальшивки были изготовлены с целью дискредитировать Сталина «в русле той оголтелой пропагандистской кампании охаивания советского руководства, которая особо цинично и откровенно велась в начале 90-х годов прошлого столетия».

Алексей Середин, Георгий Филин

Приказа Сталина о репрессиях военнопленных нет!

Утверждения о том, что все вернувшиеся из фашистского плена по указанию Иосифа Сталина были репрессированы, не соответствует действительности, заявил начальник управления Минобороны РФ по увековечению памяти погибших при защите Отечества генерал-майор Александр Кирилин.

"Почему-то стало нормой считать, что якобы был приказ Сталина всех военнопленных считать предателями, а их семьи – репрессировать. Никогда не видел таких документов. Из 1 млн 832 тыс. советских воинов, вернувшихся из плена, были осуждены за сотрудничество с немцами 333 400 человек", – сказал А. Кирилин на встрече с журналистами в Фонде содействия научным исследованиям проблем безопасности "Наука-ХХI".

По словам А. Кириллина, нет документальных подтверждений заявления Сталина: "У нас нет военнопленных, а есть предатели"*.

Генерал отметил, что исследования западных ученых, в частности, известного историка Хоффманна "История власовской армии", в котором он пишет, что в СССР существовал такой жуткий режим, что все вернувшиеся из плена были уничтожены, являются фальшивкой.

"Да, была тотальная проверка, были фильтрационные пункты и лагеря, где людей проверяли, но сознательно и целенаправленно военнопленных никто не уничтожал", – утверждал начальник управления Минобороны.

"То, что было негативное отношение власти, в том числе Сталина, к людям, попавшим в плен, это правда. Это вызвано, безусловно, крупнейшими неудачами, военной катастрофой начала войны, когда сотни тысяч наших людей попали в плен. В этом была вина и Сталина, и военного руководства, и всех командиров до командира отделения включительно. И то, что тогда сотни тысяч людей погибли от отсутствия воды, питания, медицинского обеспечения, это тоже огромная трагедия. Но какого-то нормативного документа (считать всех военнопленных предателями – ИФ) никогда не было", – сказал А. Кирилин.

Он отметил, что о попавших в плен солдатах командиры, как правило, подавали сведения как о пропавших без вести. "По официальным донесениям, за всю войну у нас из пяти с лишним миллионов пропавших без вести как военнопленные записаны от силы 100 тысяч. Де факто – это 4, 5 млн человек. То есть большая часть пропавших без вести – военнопленные. Все это знали, я уверен, что знал и Сталин, знал и Молотов, Шапошников, Жуков, Антонов, Василевский... Тем не менее, существовал приказ Верховного главнокомандующего, в соответствии с которым в похоронках, которые направлялись жене, писалось, что ваш муж, Иванов Иван Иванович, верный присяге, воинскому долгу и социалистической Родине, пропал без вести тогда-то и тогда-то, там-то и там-то. А снизу написано, что в соответствии с приказом наркома обороны номер такой-то эта справка является основанием для возбуждения ходатайства о выплате пособия семье", – сказал А. Кирилин.

По его словам, сегодня важно разобраться, за что конкретно были осуждены 333 400 репрессированных, разобраться, какова их судьба. "То, что тогда к ним отнеслись с особой жестокостью, от этого это никуда не денешься. Но надо не забывать, что у них были семьи, которые хотя бы сейчас должны получить какую-то весточку. Если эти люди были осуждены законно, мы закроем эту информацию и поставим ссылку, что семья может получить ее отдельно. Если они были осуждены несправедливо, то мы должны добиться реабилитации и написать, что человек был осужден незаконно. Мы планируем заняться этой работой. Потому что люди были призваны на войну, и мы должны выяснить их судьбу", – сказал А. Кирилин.

Выражение "У нас нет военнопленных, а есть предатели", приписываемое Сталину впервые появилось в СССР в киноэпопее Озерова "Освобождение" в сцене, где генерал-предатель Власов агитирует узников концлагеря вступить в РОА. С некоторых пор эта фраза гуляет по СМИ, как "доказательство" отношения Сталина к военнопленным. Надо сказать, что киноэпопея "Освобождение", помимо своих достоинств несла в себе немало живучих мифов о Войне – например "взятие городов к праздникам" (прим. – Автор сайта)

Николай Сологубовский

"Факты против фальши"

Сталин стратегически оказался на голову выше тогдашних политиков всего мира

У меня всегда было отрицательное отношение к Сталину, особенно после прочтения книг Солженицына. Регулярно разъезжая с лекциями по Союзу, я с возмущением выслушивал вопросы о том, когда же реабилитируют Сталина. Причем задавали этот вопрос не только пожилые люди, прошедшие войну, но и немало людей моего возраста, т. е. родившихся после Великой Отечественной. В то время я их совершенно не понимал. «Как же так? - думалось мне. - Столько людей было уничтожено, столько ошибок наделано...»

Мое отношение к Сталину стало меняться только в Канаде, после прочтения книг о сталинском периоде, написанных в 70-90-е годы. Раньше я и представить не мог, до какой степени можно фальсифицировать историю. В большинстве из «научных» книг Сталин изображался почти недоумком, зато западные политики - великими стратегами и тактиками.

После чтения всей этой абракадабры встреча с книгой Людо Мартенса «Другой взгляд на Сталина» развернула мое отношение к «отцу народов» на 180 градусов. Да, автор - председатель Рабочей партии Бельгии, т. е. человек левых взглядов. Но надо иметь в виду, что даже лидеры многих левых партий Запада (даже тех, что называются коммунистическими) избегают затрагивать тему Сталина, чтобы не испугать свой «электорат», оболваненный буржуазными пропагандистами. Мартенс этого не боится, поскольку его интересует правда о Сталине. Мне было легко перепроверить цитаты и цифры, обращаясь к источникам, которыми он пользовался. И я нигде не нашел фальсификаций. Более того, аналогичные оценки и факты я смог обнаружить в работах других авторов, не упомянутых в книге Мартенса.

Наконец, у каждого на плечах, все-таки, смею надеяться, есть своя голова, внутренности которой предполагают умение отличать правду от безмозглой пропаганды. Например, два профессора, М.Геллер и А.Некрич, когда-то написали книгу «Утопия во власти. История Советского Союза с 1917 г. по настоящее время». В ней есть такое место: в 1939 г. «по оценкам, 8 млн советских граждан, или 9% от общего взрослого населения, находились в концентрационных лагерях». В сноске - «уточнение»: «Оценки советских заключенных в лагерях в 1939 г. варьируются от 8 до 17 млн человек. Мы взяли низкую цифру, возможно, слишком низкую, хотя, несмотря на это, все равно красноречивую». При обилии всевозможных источников, на эту цифру источника не нашлось. Откуда она взята, по чьим оценкам, - не сказано. Естественно, таким авторам верить нельзя. Они просто зарабатывали на антикоммунизме, за счет этого и жили. Мартенсу же его книга вряд ли принесла хоть один цент, поскольку на Западе она запрещена к продаже, и «вытащить» ее можно было тогда (в 1995 г.) только из Интернета.

Я подробно остановился на источниках не потому, что собираюсь много писать о Сталине. А для того, чтобы неискушенный читатель не поддавался на магию опубликованных цифр, в частности, о сталинском периоде, поскольку многие из них - идеологическое вранье.

'''Коллективизация'''

Российский читатель знаком с эпохой коллективизации по учебникам и книгам. Тем не менее, в двух словах хочу напомнить, с чего это Сталину «взбрело в голову» начать коллективизацию.

Необходимость ее диктовалась как внешними, так и внутренними причинами, причем среди последних громадную роль играла не только социальная сторона (обострение классовой борьбы в деревне), но и сторона чисто экономическая. Хотя в период нэпа, в 1922-1926 гг., продукция сельского хозяйства достигла предреволюционного уровня, однако ситуация в целом была крайне удручающая. В результате спонтанно возникшего свободного рынка 7% крестьян (2,7 млн человек) вновь оказались без земли. В 1927 г. 27 млн крестьян были безлошадными, в целом 35% относились к категории наиболее бедных крестьян. Большая часть (средние крестьяне, около 51-53%) имели допотопные орудия труда. Количество богатых крестьян («кулаков») составляло от 5 до 7%. Кулаки контролировали около 20% рынка зерна. По другим данным, на кулаков и верхний слой середняков (около 10-11% крестьянского населения) в 1927-1928 гг. приходилось 56% продаж сельскохозяйственной продукции. В результате «в 1928-1929 гг. вновь пришлось нормировать хлеб, затем - сахар, чай и мясо. Между 1 октября 1927 г. и 1929 г. цены на сельхозпродукты выросли на 25,9%, цены на зерно на свободном рынке выросли на 289%». Экономическую жизнь страны, таким образом, начал определять кулак.

О кулаках современная «демократическая» печать в России пишет как о «лучшей части российского крестьянства». Иное представление о них вынес профессор Е.Дилон, проживший несколько десятков лет в России. Он пишет: «Из всех человеческих монстров, которых мне приходилось когда-нибудь встречать во время путешествия (по России), не могу вспомнить более злобных и отвратительных, чем кулак».

Естественно, после начала коллективизации началось раскулачивание, оцененное антикоммунистической печатью как «сталинский геноцид» в отношении кулаков и «хороших крестьян». Р.Конквест в своих работах называет такое число жертв: 6,5 млн кулаков было уничтожено во время коллективизации; 3,5 млн погибло в сибирских лагерях.

Многие историки, в т. ч. немецкий ученый Стефан Мерл, в своих работах вскрыли фальсификации Конквеста, «источником» которых были эмигрантские круги, на которые и ссылался англо-американский идеолог. После рассекречивания гулаговских архивов была опубликована реальная статистика «жертв сталинизма», в т. ч. и относительно кулаков. Мартенс, ссылаясь на Николаса Берта, В.Земскова, Арка Гетти, Габора Риттерспорна и др., приводит следующие цифры. Оказалось, что в наиболее ожесточенный период раскулачивания (1930-1931 гг.) крестьянами было экспроприировано имущество 381 026 кулаков, которые вместе со своими семьями (а это уже 1 803 392 человека) были отправлены на Восток (т. е. в Сибирь). Из них до мест поселения к 1 января 1932 г. доехало 1 317 022 человека, остальные 486 тыс. человек по пути сбежали. Это вместо 6,5 млн Конквеста.

Что касается «3,5 млн, погибших в лагерях», то общее число раскулаченных никогда не превосходило цифры в 1 317 022 человека. Причем в 1932-1935 гг. количество покинувших лагеря превосходило количество прибывших на 299 389 человек. С 1932 до конца 1940 гг. точное число умерших по естественным причинам было равно 389 521 человек. В это число входили не только раскулаченные, но и «другие категории», прибывшие туда после 1935 г.

В целом же только часть из 63 тыс. кулаков «первой категории» была расстреляна «за контрреволюционную деятельность». Количество умерших во время депортации (большей частью - от голода и эпидемий) составляло около 100 тыс. человек. За 1932-40 гг. около 200 тыс. кулаков умерло в лагерях по естественным причинам.

Еще более наглое вранье - цифры о «голодоморе» на Украине в 1932-34 гг. Разброс такой: Дейл Далримпл называет цифру в 5,5 млн человек, Николай Приходько (сотрудничавший с нацистами в годы войны) - 7 млн, У.Х. Гамберлен и Е.Лионс - от 6 до 8 млн, Ричард Сталет - 10 млн, Хосли Грант - 15 млн человек. В двух последних случаях надо иметь в виду, что население Украины в 1932 г. было равно 25 млн человек.

Анализ источников этих цифр показал, что часть ее пришла из херстовской печати, известной пронацистскими симпатиями, часть была сфабрикована в период маккартизма (1949-1953 гг.), часть пришла из фашистских «источников» и от украинских эмигрантов, сотрудничавших с нацизмом.

К примеру, очень многие специалисты по «украинскому голоду» часто ссылались на данные, приводимые в статьях Томаса Уолкера, публиковавшихся в херстовских газетах в феврале 1935 г. Этот журналист «давал» цифру в 7 млн умерших и множество фотографий умирающих детей. Канадский журналист Дуглас Тоттл в работе «Фальшивка, голод и фашизм: миф об украинском геноциде от Гитлера до Гарварда» вскрыл массу фальсификаций по поводу всех названных цифр, в т. ч. и приводимых Уолкером. Оказалось, что это - никакой не журналист, а преступник, сбежавший из Колорадской тюрьмы, отсидев 2 года вместо накрученных 8 лет. Решил подзаработать на фальшивках об СССР (спрос был большой), каким-то путем получил в Англии транзитную визу для переезда из Польши до Маньчжурии, и таким образом провел в Советском Союзе 5 дней. По возвращению на родину через некоторое время все-таки был арестован, а на суде признался, что на Украину «его нога вообще никогда не ступала», и его настоящая фамилия - Роберт Грин. На фотографиях же изображались умирающие дети голодного 1921 г. И таких «источников» херстовские газеты в свое время наплодили немало.

Ситуация на Украине была действительно непростая. В 1932-33 гг. голод унес от 1 до 2 млн жизней в республике. При этом добросовестные ученые называют четыре причины тогдашней трагедии. Первая связана с оппозицией кулаков, которые в преддверии коллективизации уничтожали скот и лошадей (чтобы не досталось «коммунякам»). По данным Фредерика Шумана, в период 1928-1933 гг. количество лошадей в СССР сократилось с 30 млн до менее чем 15 млн, рогатого скота - с 70 млн (включая 31 млн коров) до 38 млн голов (включая 20 млн коров), овец и коз - со 147 до 50 млн, свиней - с 20 до 12 млн. Вторая причина - засуха в ряде районов Украины в 1930-32 гг. Третья - эпидемия тифа, свирепствовавшая на Украине и Северном Кавказе в то время (на тиф указывает даже Хасли Грант - автор цифры в 15 млн человек). Кроме того, перестройку сельского хозяйства на коллективистский лад вели неграмотные и в то же время обозленные на кулаков крестьяне, которые, естественно, не могли не наломать дров.

Конечно, цифры в 1-2 млн человек - не 5-15 млн, хотя тоже немалые. Но не надо забывать, что это был период жесточайшей классовой борьбы с обеих сторон: и со стороны беднейших крестьян, и со стороны кулаков. «Кто кого» не только в смысле «эксплуататоры или эксплуатируемые», но и в смысле «прошлое или будущее». Потому что победа сталинской линии на коллективизацию вытащила 120 млн крестьян из средневековья, неграмотности и тьмы.

'''"Великая чистка" 1937-1939 гг.'''

Антикоммунисты могут поупражнять свои мозги на причинах голода в капиталистической России 1891 г., который охватил 40 млн человек (из них, по официальным данным, умерло более 2 млн), голода 1900-1903 гг. (охвачено тоже около 40 млн человек, умерло 3 млн взрослых), голода 1911 г. (тогда умерло, правда, меньше - 2 млн человек). Хотя я понимаю: антикоммунистам эти «голодоморы» неинтересны. За них не платят.

Платят за другое. Например, за страшные басни о «необоснованных репрессиях сталинского режима» против троцкистов и бухаринцев, о «сталинском терроре» во время «Великой чистки», в частности, в отношении военной верхушки, включая Тухачевского. Однако воспоминания самих участников различных заговоров весьма красноречиво опровергают мифы, созданные во время Хрущева. Среди них, к примеру, выделяются откровения сбежавшего в 1948 г. в Англию Г.А. Токаева, полковника Советской армии, партийного секретаря Военно-воздушной академии им. Жуковского в 1937-48 гг., весьма откровенно описавшего цели, методы и способы свержения военной верхушкой «сталинского режима».

Одним из мощных пропагандистских мифов на Западе, равно как и в нынешней России, является миф о терроре в 1937-1939 гг. Уже упоминавшийся Конквест в своих работах приводит цифру арестованных от 7 до 9 млн человек. Она взята из воспоминаний бывших заключенных, утверждавших, что от 4 до 5,5% советского населения находилось в тюрьмах или было депортировано. Правда, другой профессиональный антикоммунист - Збигнев Бжезинский в одной из своих работ оговаривал, что точных оценок быть не может, и ошибка способна варьироваться в пределах нескольких сотен тысяч и даже миллиона.

Более подробная информация Конквеста выглядит следующим образом: к началу 1934 г. в «гулаги» загнано 5 млн человек, в течение 1937-38 гг. - более 7 млн, т. е. набирается 12 млн человек. Из них 1 млн расстреляно, а 2 млн умерло по различным причинам в течение двух лет. В результате к 1939 г. в Гулаге находилось 9 млн человек, «не считая тех, кто сидел там по уголовным статьям». Последующая калькуляция приводит Конквеста к таким цифрам: в течение 1939-53 гг. средняя смертность в «гулагах» была равна 10%. А количество заключенных было постоянным, в среднем - около 8 млн человек. Следовательно, за это время было уничтожено около 12 млн человек. Братья Медведевы увеличивают эти цифры: в «гулагах» находилось от 12 до 13 млн человек.

После публикации гулаговских материалов оказалось: в 1934 г. в системе ГУЛАГ находилось от 127 до 170 тыс. человек. Более точная цифра - 507 307 человек, если иметь в виду и неполитических заключенных. «Политические» составляли 25-35%, т. е. около 150 тыс. человек. Конквест к ним «добавил» еще 4,85 млн человек.

В 1934 г. там находилось на самом деле 127 тыс. человек, и максимум 500 тыс. - в 1941-1942 гг. Во время «Великой чистки» количество заключенных выросло с 1936 по 1939 гг. на 477 789 человек. По Конквесту, в год в Гулаге умирало около 855 тыс. человек (если иметь в виду его цифру в 12 млн человек), на самом деле в мирное время умирало 49 тыс. человек. Аналогичные фальшивки сфабрикованы и в отношении «старых большевиков» и других «жертв сталинского террора».

Как видно из приведенных цифр, жертв сталинизма оказалось в десятки раз меньше, чем их представляют в антикоммунистической пропаганде. Но они были. Можно ли было обойтись без них? Конечно, можно... теоретически. Если бы:

а) кулаки не сопротивлялись коллективизации;

б) бухаринцы их не защищали бы;

в) Троцкий не организовывал бы заговоры и не связывался бы с гитлеровской Германией (о чем сообщал еще Черчилль);

г) Тухачевский не готовил бы антисталинский заговор;

д) охамевшие советские бюрократы больше бы думали о деле, а не о своем кармане, и т. д.

А все вместе - не выступали бы против социализма, за который бился Сталин со своими соратниками. Не будь Сталин умнее и хитрее всех их - большой вопрос, что стало бы с СССР, да и со всем миром. Но тогдашние советские люди (и прежде всего коммунисты), в отличие от нынешних демократов, вряд ли стали бы лизать немцам сапоги, как это делали европейцы. Так что во всех этих «чистках» был большой резон не только с точки зрения интересов советского государства, но и с точки зрения всей Европы, а может быть, и всего мира.

Американские ученые очень много пишут о сталинском тоталитаризме. Могу им предложить тему для дальнейших сочинений: сколько евреев осталось бы на земле, не будь этого «тоталитаризма». Порассуждайте, ребята, на досуге...

Сталин, безусловно, был диктатором, но не только в силу своего характера, на что указывал еще Ленин. Диктатором его делали время и обстоятельства. Необходимо представить себе то время, например, конец 20-х годов. В Италии - фашизм, в Германии гитлеровцы рвутся к власти с антикоммунистической и антисоветской программой. Демократические державы, Англия и Франция, науськивают и поддерживают этот фашизм против СССР. На Востоке Япония готовится к войне то ли с Китаем, то ли с СССР. Внутри страны - НЭП. Хотя в экономическом плане происходит некоторое улучшение, вновь возрождаются враждебные классы, что ведет к «обострению классовой борьбы», особенно в деревне. Экономика - аграрная. Внешняя угроза - реальная. Старые большевики все еще грезят мировой революцией. Враги всех мастей начинают активизироваться. Какая может быть в этих условиях демократия? При таких обстоятельствах могла быть только жесткая диктатура, которая и сформировалась в 30-е годы.

Сталин оказался проницательным стратегом и тактиком в реализации цели «построения социализма в одной стране». Еще до революции он был единственным из ленинской гвардии, кто не исключал возможности того, что «Россия будет единственной страной, идущей по пути социализма», в то время как большинство в партии рассчитывали на «соцреволюции» в европейских странах. При Сталине были заложены основы социализма в СССР. Сам процесс закладки происходил в чрезвычайных обстоятельствах, требовавших жестких мер в отношении всех врагов социализма, внутренних и внешних. Однако жесткость против врагов нового общества в конечном счете оборачивалась благом для основной массы населения, а также для укрепления советского государства.

За время сталинского руководства (неполных 30 лет) аграрная, нищая, зависимая от иностранного капитала страна превратилась в мощнейшую военно-индустриальную державу мирового масштаба, в центр новой социалистической цивилизации. Нищее и неграмотное население царской России стало одной из грамотнейших и образованнейших наций в мире. Несмотря на относительную потерю интеллектуального потенциала в связи с эмиграцией процарской и буржуазной интеллигенции в годы революции и гражданской войны, возникла новая советская творческая и научная интеллигенция, не уступавшая предыдущему поколению. Иначе говоря, даже начальный этап социализма, с его ошибками и трагедиями в процессе складывания нового общества, продемонстрировал колоссальный внутренний потенциал социализма как системы, которая освободила социалистические гены российского человека от прежних оков и цепей европейской модернизации, в т. ч. в виде капитализма. Произошла простая вещь: освобожденная внутренняя суть российского человека наконец-то обрела свою опору, т. е. внешнюю форму в виде социалистической надстройки и базиса, внедренную Лениным и укрепленную Сталиным.

Сталин, конечно же, допускал немало тактических ошибок, но стратегически оказался на голову выше тогдашних политиков всего мира. Он их всех обыграл и выиграл не только войну, но и отстоял социализм, распространившийся впоследствии на одну треть мира. При Сталине Советский Союз стал сверхдержавой. Какой ценой? Страшной. Но я хотел бы знать, как поступили бы нынешние критики Сталина в то время... Впрочем, наверное, знаю. Продали бы Россию - хоть Гитлеру, хоть Черчиллю, хоть Рузвельту. Потому что им-то как раз этот самый народ и ненавистен.

Олег Арин

Эдвард Радзинский оболгал отца народов

При упоминании имени СТАЛИНА сегодня сразу вспыхивают страсти. И спустя 60 лет после смерти Иосифа Виссарионовича мы пытаемся понять, кем был этот человек - кровавым тираном, безжалостно уничтожавшим элиту гигантской империи, или мудрым правителем, чье имя стало символом мощи советской державы и Великой Победы ее народа над фашизмом. Драматург Эдвард РАДЗИНСКИЙ тоже решил внести свой вклад в этот спор и за год опубликовал три книги биографического романа о вожде. Оценить детище телеведущего мы попросили историка Александра ДУГИНА, проработавшего свыше 30 лет в архивах.

- Александр Николаевич, чем вас более всего удивил Радзинский?

- Воинствующей некомпетентностью. И тем, что честен он в своем романе только в одном - в патологической ненависти к личности Сталина. Не постыдился даже представить Иосифа Виссарионовича Джугашвили отцеубийцей. С этого навета только начинается трехглавый роман-монстр Радзинского. Автор и не думал подкреплять его фактами, хотя и заявляет, будто имел доступ даже к президентскому архиву. Но ни в одном государственном архиве, включая архив КГБ, на учетных листах использования архивных дел нет его подписи. А без нее ни одну папку на руки никому не выдадут. Радзинский просто использовал наработки своих коллег по цеху - антисталинистов. Это целая плеяда историков, выискивающих документы, которые хотя бы косвенно могут подтвердить самые черные версии, порочащие Сталина. Сами же версии последние годы забрасывают к нам с Запада, чаще из США. Но до отцеубийства даже тамошние мастера компромата не додумались. Вбросил драматург эту мысль в умы молодежи и потирает руки в предвкушении щедрых политических дивидендов.

В конкурсе «Имя Россия» И. В. СТАЛИН занял первое место, но власти испугались и подвинули его на второе место

- Сегодня ему даже подстраховываться не нужно: внук Сталина тщетно пытается судиться со Сванидзе...

- Ну что вы! Радзинский подстраховался. По его утверждению, в 1976 году он получил в Париже машинописный текст дневниковых записей некоего Фудзи, якобы детского друга Сосо, так мальчиком звали Сталина, и соратника Кобы - это первый псевдоним Иосифа Виссарионовича. Все слова от автора Радзинский и приписал этому Фудзи. А он-то со Сталиным везде и всегда: до октября 1917 года, и во время Октябрьской революции, и после нее, и во время Гражданской войны, и в годы внутрипартийной борьбы, и в конце 20-х, и в 30-е годы. Фудзи - в одной камере на Лубянке вместе с Бухариным, он - организатор секретной встречи Сталина и Гитлера, он контролирует расстрел польских офицеров в Катыни... И между этими делами Фудзи умудряется организовывать на Западе нелегальную сеть советских разведчиков - ай да Эдвард Станиславович! Взращенная на голливудском Бонде молодежь запросто поверит и в такую ахинею. Как литературный, прием не нов, но Радзинский настаивал на историчности своего детища и лишь недавно в интервью признался, что Фудзи - «образ собирательный». И вот как он говорит об отце Сталина Бесо и матери Кэкэ на «собирательном» русском языке, цитирую: «...пил мрачно, страшно, быстро пьянел и вместо грузинского застольного славословия тотчас лез в драку - гнев сжигал этого человека. Был он черен, среднего роста, худощав, низколоб, носил усы и бороду. Очень похож будет на него Коба... Первые годы после замужества Кэкэ исправно рожает, но дети умирают. В 1876 году в колыбели умирает Михаил, затем Георгий. Мертвые братья Сосо... Природа будто противится рождению ребенка у мрачного сапожника».

Историк Александр ДУГИН готов каждое своё слово подтвердить архивными документами

Но он рождается, к ужасу всего человечества. И далее Фудзи вспоминает, что навело его на мысль об отцеубийстве Сталина: «Нам уже было тогда по четырнадцать лет. Я отчетливо помню голос его отца в тот день. Слышал их обычную перебранку с матерью: - Митрополитом хочешь сделать выблядка! В семинарию определила. Нет уж! Работать он пойдет. Вот я читать и писать не умею, а вас содержу. - Он схватил ее шкатулку, всегда стоявшую под иконой... Резную шкатулку из ее родительского дома. Выгреб ассигнации, смял в кулаке.- Положи на место. Не твои! Свои ты уже пропил. Эти заработала я!- Ты как говоришь с мужчиной? Чем заработала? П...здою? (Отточие ред.) Но она тоже принадлежит мне! Они уже стоят во дворике дома у зарослей кустарника. Матерясь, отец засовывает ассигнации в карман... Она молча ударила его в пах крепким кулачком. Он согнулся. А когда разогнулся - в руке, как всегда, нож из сапога. Но она все так же молча бросилась на него, выкрутила руку. И нож полетел в кусты.Отец сидел на земле и пьяно плакал:- Все равно прирежу. И тебя, и его...Я заметил, как метнулась в кусты фигурка Сосо».Через дней десять Сосо скажет Фудзи, что его отца будто бы убили в пьяной драке. Только неискушенный юный читатель, к тому же не знающий законов Грузии в начале прошлого века, этим словам, вслед за Фудзи, уже вряд ли поверит: драматург Радзинский - признанный профессионал.

Не работал на охранку

- Что же тогда вас больше всего возмутило?

- Наплевательство автора на историю в принципе. В полной мере это проявилось в его заявлении, будто Сталин был агентом царской охранки. То есть сдавал своих соратников. Этот миф появился на рубеже 1920 - 1930-х годов в период острой политической борьбы против Сталина. И был неоднократно развенчан. Но при Хрущеве его вновь пытались реанимировать для полномасштабной компрометации Иосифа Виссарионовича на XX съезде КПСС. Народу стремились внушить, что сотрудничество с охранкой было величайшей тайной Сталина, из-за которой будто бы и начались репрессии 1937 года. Он, дескать, истреблял всех, кто мог знать о его прошлом платного провокатора. Первым публично «изобличил» вождя американский журналист Исаак Дон Левин, автор первой подробной биографии Сталина, вышедшей на Западе в 1931 году.

СТАЛИН, он же Иосиф Виссарионович ДЖУГАШВИЛИ, возглавлял СССР три десятилетия и сделал Россию сверхдержавой

Он придал огласке документ, который нужно привести с точностью до буквы:

«МВД Заведывающий особым отделом Департамента полиции 12 июля 1913 года №2898 Совершенно секретно Лично Начальнику Енисейского охранного отделения А.Ф. Железнякову (Штамп «Енисейское охранное отделение») Вх. №51223 июля 1913 года

Милостивый государь Алексей Федорович!Административно-высланный в Туруханский край Иосиф Виссарионович Джугашвили-Сталин, будучи арестован в 1906 году, дал начальнику Тифлисского губернского жандармского управления ценные агентурные сведения. В 1908 году начальник Бакинского охранного отделения получает от Сталина ряд сведений, а затем, по прибытии Сталина в Петербург, Сталин становится агентом Петербургского охранного отделения.Работа Сталина отличалась точностью, но была отрывочной. После избрания Сталина в Центральный Комитет партии в г. Праге Сталин, по возвращении в Петербург, стал в явную оппозицию правительству и совершенно прекратил связь с охранкой.Сообщаю, милостивый государь, об изложенном на предмет личных соображений при ведении розыскной работы.Примите искренние уверения в совершенном к Вам почтении.Еремин».

- И в чем подвох?

- Якобы в 1936 году МВД обнаружило подлинник этого документа, и он был передан Косиору и Якиру, а от них попал к маршалу Тухачевскому и лежал в основе «заговора Тухачевского». Однако эта версия - блеф. Даже самые ярые противники Сталина сразу встретили эту фальшивку в штыки. Известный русский эмигрант, дотошный ученый-историк Николай Владиславович Вольский, писал своему другу, тоже противнику Сталина: «От документа, пущенного в оборот Дон Левином, за десять километров несет такой фальшью, что нужно быть просто слепым или дураком, чтобы ее не заметить. Неужели департамент полиции не знал, что нет «Енисейского охранного отделения», а есть «Енисейское губернское жандармское управление»? Ротмистр Железняков действительно существовал, но не был начальником...»

Похороны СТАЛИНА 9 марта 1953 года в Москве. В этот день плакали все: миллионы ненавидящих его - от радости, десятки миллионов - от горя

Вольский не верил Дон Левину еще по ряду причин. Во-первых, он знал, что Левин является старым агентом британской разведки! Во-вторых, помнил, что псевдоним Сталин Иосиф Джугашвили стал использовать лишь с января 1913 года, когда им впервые была подписана работа Сталина «Марксизм и национальный вопрос». И, по состоянию на 1906 и 1908 годы, служащие охранки упоминать агента как Джугашвили-Сталин не могли - это абсолютнейший подлог. Но допустим, что к лету 1913 года Еремин уже привык к псевдониму Сталин и просто докладывал начальству об этапах сотрудничества строптивого агента. И тут возникает «в-третьих»: в царской России полиция не оперировала ныне общепринятой формой написания отчества - в дореволюционном правописании вместо Виссарионович писали Виссарионов, что и означало - речь идет о сыне Виссариона. В январе 1914 года царской охранкой были перехвачены письма Сталина из ссылки, и во всех документах полиции по этому поводу Сталин назывался «гласно-поднадзорный Иосиф Виссарионов Джугашвили», а вовсе не Сталин.

Не встречался с Гитлером

- Радзинский настаивает на тайной встрече Сталина и Гитлера. Что вы можете ему возразить?

- Согласно легендам, Сталин и Гитлер встречались три раза. Первый - в 1913 году, когда оба жили в одном городе, в Вене. Второй раз - якобы в 1931 году на Черноморском побережье. Обе версии были настолько основательно разбиты, что даже Фудзи-Радзинский о них не пишет. Но третью легенду - тайную встречу во Львове 17 октября 1939 года - поп-историк и драматург все-таки вытащил из небытия. Думаю, по двум причинам. Во-первых, запустил ее директор ФБР, а как Эдварду Станиславовичу не поддержать американскую разведку? Во-вторых, он придумал, как ее было можно осуществить по времени - отправил Сталина во Львов поездом, а назад самолетом.Итак, пишет Радзинский, Национальный архив США рассекретил следующий документ:«19 июля 1940 года. Лично и конфиденциально уважаемому Адольфу Берлу-младшему, помощнику государственного секретаря... По только что поступившим данным из конфиденциального источника информации, после немецкого и русского вторжения в Польшу и ее раздела Гитлер и Сталин тайно встретились во Львове 17 октября 1939 года.

Запорожские ветераны Великой Отечественной войны были готовы стрелять на поражение, защищая восстановленный памятник генералиссимусу, который попытались взорвать украинские националисты в декабре 2010 года. Фото: newzz.in.ua

На этих тайных переговорах Гитлер и Сталин подписали военное соглашение взамен исчерпавшего себя пакта... Искренне ваш Дж. Эдгар Гувер». С сенсационным документом, подписанным знаменитым шефом ФБР, должны были ознакомить Рузвельта. И Радзинский начинает игру:«Нет, 16 октября Сталин был в своем кабинете в Москве. И 17 октября у него - длинный список посетителей. Я уже хотел оставить свое занятие, но все-таки взглянул на 18 октября... В этот день приема не было! Сталин в Кремле не появился! И это не был выходной, обычный рабочий день - четверг. ...Отсутствует он и весь день 19 октября и только поздним вечером в 20 часов 25 минут возвращается в свой кабинет и начинает принимать посетителей. ...Неужели действительно эта встреча была? Тайная встреча века! Как ее можно написать! Они сидели друг против друга - вожди, земные боги, столь похожие и столь различные. Клялись в вечной дружбе, делили мир, и каждый думал, как он обманет другого...»

Слушался потомственную ведьму

- Что вас опять не устраивает?- Из всех возможных версий - заболел человек, тайно встречался с женщиной, просто раз в жизни позволил себе отдохнуть - Радзинский выбирает самую несуразную, но наиболее выгодную всем ненавистникам советской страны. И, цитируя документ, скрывает за многоточием от читателя самое главное. Гувер обязан сообщить о неожиданной информации, но сам он ей не верит. О чем и пишет: «...Вряд ли у Сталина и Гитлера была необходимость в личной встрече через три недели после подписания в Москве Договора о дружбе с Германией»...

Наталья ЛЬВОВА в годы Первой мировой войны служила сестрой милосердия

- На секунду оставим политику. С какой женщиной мог тайно встречаться вождь?

- Ну, хотя бы со знаменитой Натальей Львовой. Как человек, учившийся в семинарии, он знал о существовании людей, наделенных, как сейчас говорят, паранормальными способностями. И знал, что к их услугам прибегают многие разведки мира. Поэтому как-то попросил Кирова подыскать ему потомственную ведьму. Сергей Миронович нашел Львову - одну из близких знакомых поэтессы Анны Ахматовой, которая оставила ряд свидетельств о необычных возможностях приятельницы. В 1930 году Львова переехала в Москву, где ей выделили хорошую квартиру в центре. Она выполняла секретные поручения Сталина, но какие именно - все еще не известно. Считают, что она отслеживала попытки совершить метафизическое покушение на Сталина. И не без ее влияния Сталин изменил дату своего рождения, чтобы астрологи не выявили его слабости и не придумали методы воздействия на его психику. Консультировала она вождя и по способам защиты от возможной экстрасенсорной атаки во время деловых встреч. Как сложилась ее судьба, я не интересовался.- Так где же был Сталин 18 октября 1939 года?- Согласно архивным документам - на ближней даче рядом с селом Волынское. Но чем занимался, расскажу где-то через полгода, когда с материалов снимут гриф «совершенно секретно».

Елена КРЕМЕНЦОВА

Миф о голодоморе – изобретение манипуляторов сознанием

В диапазон тем, используемых манипуляторами сознанием, прочно вошел миф о «голодоморе», который Мирослава Бердник справедливо квалифицирует как «пляски на костях». Миф «о голодоморе» - составная часть «гарвардского спецпроекта», созданного для информационно-психологических диверсий против Советского Союза, а затем и России. В нем четко просматривается направленность – разжигание националистических страстей и прежде всего вражды и ненависти к России и русскому народу. Творцом «гарвардского спецпроекта» был и ныне остается один «из умнейших и коварнейших врагов нашей страны» Збигнев Бжезинский.

«Гарвардский спецпроект» пользовался особым вниманием у правящих кругов и спецслужб США. Он щедро финансировался и постоянно дополнялся новыми научными разработками. В 1983 г. в издательстве Гарвардского университета была опубликована работа Джеймса Мейса «Коммунизм и дилеммы национального освобождения: национальный коммунизм в Советской Украине в 1919 – 1933 гг.». Ранее эта робота Д.Мейса не получила признания в кругу американских ученых. Однако должных выводов из этого Мейс не сделал и, на потребу организаторов холодной войны, начал формировать миф о стремлении Москвы в интересах укрепления своей власти «погубить украинское крестьянство, украинскую интеллигенцию, украинский язык, украинскую историю в понимании народа, уничтожить Украину как таковую». Д.Мейс не удосужился объяснить или не смог объяснить, почему в интересах политической власти в стране необходимо было уничтожить целый народ вместе с его историей. И, тем не менее, автор был замечен режиссерами холодной войны и определен на должность профессора Украинского исследовательского института Гарвардского университета.

Д.Мейсу приписали и авторство в изобретении термина «голодомор» (вместо «голод»). Однако, как утверждают историки, подлинными авторами этой подмены понятий были украинские националисты, эмигранты второй волны, которые во времена гитлеровской оккупации Украины «прославились» на поприще коллаборационистов, прислужников нацистов, а с 1945 по 1952 гг. – «пятой колонны» США и Англии, совершали кровавые акции на территории Западной Украины. По современной терминологии деяния оуновцев попадают в категорию международного терроризма. И, тем не менее, украинские националисты, как пишет американский истории Кристофер Симпсон в книге «Blowback», найдя убежище за океаном, стали использоваться правительством США «в качестве экспертов в пропагандистской и психологической войне» против СССР. В первом ряду таких экспертов находился Дмитро Соловей (1888-1966). В 1944 г. он вместе с гитлеровцами бежал с территории Советской Украины, освобожденной от оккупации. Позднее перебрался в США и стал прислуживать новым хозяевам, провозгласившим, подобно нацистам Германии, свои претензии на мировое господство. Содержание его труда «Голгота України» (1953), в котором затронуты проблемы «голодомора» на Украине, убеждает читателя в том, что автор руководствовался нравственно-психологической установкой Адольфа Гитлера: «чем больше ложь, тем больше ей верят». В таких «экспертах», вскормленных на идеологической кухне Геббельса, и нуждается дядя Сэм.

Проблемой голода и террора в УССР, рядом с Джеймсом Мейсом, занимался и Роберт Конвест, начинавший свою карьеру в качестве сотрудника британской разведки – Информационного исследовательского отдела (IRD), в обязанности которого входило изготовление специальных информационных материалов для политиков и журналистов. Свою известность Конквест приобрел благодаря книгам «Великий террор» (1969), изданной в США по заказу ЦРУ, и «Жатва скорби» (1966). Автор получил за книгу гонорар (80 тыс. долларов) от Организации украинских националистов (ОУН).

Специалисты, исследовавшие книги Конквеста, утверждают, что в числе источников, откуда автор заимствовал аргументы о голодоморе и репрессиях в СССР, оказались художественные произведения В.Астафьева, Б.Можаева и В.Гроссмана, украинских коллаборационистов Х.Костюка, Д.Соловья, а также американца Ф.Била, который в 1931 – 1933 гг. работал на Харьковском тракторном заводе. Вернувшись в США, он был посажен в тюрьму, но после выхода книги о голоде в издательстве известного антисоветчика Херста его незамедлительно выпустили на свободу.

Прогрессивные зарубежные ученые – советологи Арч Гетти, Герберт Хертле, Олег Арин, Александр Даллин и другие подвергли острой и аргументированной критике фальшивые конструкции Конквеста о голоде. К примеру, профессор университета в Стэнфорде Александр Даллин назвал исследования Конквеста «бессмыслицей» и не нашел свидетельств того, что голод «был намеренно направлен против украинцев». А канадский журналист Дуглас Тоттл в книге «Фальшивки, голод и фашизм: миф об украинском геноциде от Гитлера до Гарварда», опубликованной в Торонто (1987), раскрывая историческую фальшь книги Конквеста и фильма «Жатва отчаяния», доказал, что авторы книги и фильма использовали устрашающие фотографии голодных детей из хроники Первой мировой войны и голода 1921 г.

Еще один пример фабрикования фальсификации Конквеста – использование в качестве «свидетельств» о масштабах голода На Украине материалов Томаса Уолкера, которые в 1935 г. публиковались в профашистской херстовской прессе. Позднее выяснилось, что журналист Томас Уолкер – это уголовник Роберт Грин, осужденный в Колорадо на 8 лет лишения свободы, который вскоре странным образом по чьей-то воле исчез из тюрьмы, совершил поездку из Польши в Маньчжурию и в течение этого времени пять дней провел в Москве. Позднее Грин был снова арестован. На суде он признался, что на Украину «его нога вообще никогда не вступала». А теперь «свидетельства очевидца» Уолкера – Грина оказались востребованными американо-натовскими глобалистами и их прислужником оранжевыми. В.Ющенко, став президентом, не замедлил наградить Конквеста орденом Ярослава Мудрого V степени за «привернення уваги міжнародної спільноти до визначення голодомору 1932-1933 років актом геноциду українського народу».

В сфере информационно-психологических диверсий Р.Конквест и Д.Мейс – близнецы-братья. И хотя их разделяет Атлантический океан (Конквест - британец, Мейс - американец), они были порождены «холодной войной», которую начали правящие круги США и Англии. И Конквест и Мейс – антикоммунисты, славянофобы и русофобы. В философско-мировоззренческом отношении оба – идеалисты и метафизики, которые на «древе познания» плодят пустоцвет, а вторгаясь в политическую сферу – ядовитые плоды: апологетику расизма, фашизм (неофашизм) и милитаризм. У обоих однотипный характер источников: представители украинской диаспоры, ранее сотрудничавшие с нацистами. У них близкое родство и в методе «научного творчества». Суть «научного» метода Конквеста (по его собственному выражению) такова: «Правда может быть установлена исключительно в форме молвы. Самый лучший, хотя и не безупречный, источник - слухи». «Научный» метод Мейса определился «Гарвардским проектом устной истории». Возглавляя комиссию конгресса США по расследованию голода На Украине, Мейс устные свидетельства записывал, обрабатывал и публиковал. В завершении эти свидетельства становились официальными документами конгресса США.

Специалисты, исследуя технологию фабрикации представителями комиссии конгресса США информации о голоде На Украине, обнаружили, что 80% свидетельств проходят с отметкой «Анонімна жінка», «Анонімне подружжя», «Анонімний чоловік», «Марія №» и т.д.

Шаткость и весьма сомнительная историческая достоверность источников, на базе которых формировались документы комиссии, не остановила американских правителей от того, чтобы эти документы представить мировой общественности под грифом «Комиссия конгресса США».

Американская академическая общественность увидела в «научном» творчестве Д.Мейса наследие времен «холодной войны» и продолжение идеологического противостояния с Россией, а, следовательно, оно выходит «за пределы научного знания». Перед Мейсом закрылись двери академических институтов США. Оскорбленный и обиженный «ученый» назвал своих оппонентов «сталинистами», «украинофобами» и переехал на Украину. Здесь он попал в теплые объятия «оранжевых»: стал преподавать в Киево-Могилянской академии. Перед ним открылась «зеленая улица» издательств газеты «День», журнала «Політична думка» и других. Мейс был обласкан и госпожой Чумаченко-Ющенко, которая, кстати, тоже имеет пристрастие к исследованию «голодомора» на Украине.

Клич к созданию мифа о голодоморе и его «виновнике» – России, прозвучавший за океаном, был услышан и понят в нашем «суверенном» государстве. За его формирование активно взялись Виктор Ющенко, представитель президентской рати Б.Тарасюк и привыкшие обслуживать власть предержащих (независимо от смены политического режима) С.Кульчицкий, П.Панченко, В.Даниленко и им подобные. В публикации профессора Кульчицкого по исследованию голода На Украине, по сути, вместо ориентации на поиск истины содержится установка на достижение политической целесообразности. (Зеркало недели, 2003, 22 августа). Кульчицкий отмечает, что «довести, що голод 1932-1933 рр. справді був геноцидом, важко». Однако он далее пишет: «Є аргументи на підтвердження геноциду у вигляді терору голодом... Варто лише прочитати ці документи під потрібним кутом зору».

Не трудно понять, что нужным «углом зрения» для Кульчицкого и его единомышленников является апологетика бандеровщины, русофобия и угодничество перед заокеанскими геостратегами, которые задают политическую направленность и тон риторики официальным идеологам Украины. К примеру, в резолюции палаты представителей Конгресса от 22 октября 2003 г. утверждается, что признание голодомора на Украине необходимо для «восстановления украинской идентичности». В унисон утверждениям конгресса США прозвучали слова церковного иерарха американского происхождения, главы украинской греко-католической церкви Любомира Гузара: «Память о голодоморе – это нациотворческий элемент», который представляет собой «фундаментальную ценность, объединяющую общество…».

Для воплощения своей идеи – сплочения Украины на основе западных политических и нравственно-психологических ценностей, носителями которых в прошлом были бандеровцы, а сегодня являются «оранжевые», и перевел свою резиденцию глава униатов Любомир Гузар в столицу Украины – Киев. Сердцевину этих ценностей составляет русофобия (славянофобия). Политическая установка на ее проведение наиболее четко была сформулирована еще Даллесом в известной доктрине по развалу СССР, в которой он призвал сеять «национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу».

Наследники антикоммуниста и русофоба Даллеса ретиво пытаются реализовать его геополитические установки. К примеру, Иосиф Свирский (Житомир) утверждает: «Голодомор 1932-1933 гг. – это геноцид против целого народа, был задуман и осуществлен руководством СССР, находившимся в Москве. А так как Россия была колонизатором Украины…, то многие у нас отождествляют это преступление с Россией». И далее: голодомор – это геноцид и его «цель выморить побольше украинцев, а на их место заселить русских…».

В этом же номере газеты Иосифу Свирскому вторит Антон Турчак, который в голодоморе также усмотрел проявление «преступного интернационал-большивистского режима». Заметим, что в лексике Свирского и Турчака, а также в манере их мышления проявилось много тождества с содержанием письма Я.Стецько рейхминистру фашистской Германии А.Розенбергу. «Москва и жидовство, - писал Я.Стецко (правая рука С.Бендеры), - это самые большие враги Украины и носители разлагающих большевистских интернационалистических идей… ».

Поиском виновников «голодомора» На Украине озабочены и президент В. Ющенко. Голодомор, заявил он, был «преступлением против человечества, у которого были свои исполнители». Виновников «голодомора» ищут и представители официальной науки. Так, П.П.Панченко и М.М.Вивчарик в одном научно-популярном издании написали: среди пролетариев, «направляемых в украинское село за хлебом», большинство составляли этнические русские, что «для проведения насильственной коллективизации, раскулачивания, реквизиции продовольствия Украины в период голодомора привлекались воинские подразделения и другие силовые структуры, в состав которых входили преимущественно этнические русские».

Проблема виновников «голодомора» вышла и на страницы школьных учебников по истории. На это обстоятельство обратила внимание Мирослава Бердник. В одном из учебников записано: «Еще не развеялся трупный смрад в опустевших украинских домах, а из других республик СССР, в особенности из России, уже направлялись эшелоны с переселенцами. К концу 1933 г. в Донецкую, Днепропетровскую, Одесскую и Харьковскую области переселилось около 117,1 тыс. человек».

Похоже, что наши «ученые» - хранители чистоты расовой (национальной) крови пренебрегли тем фактом, что на Украине, как и во всей великой стране – СССР, осуществлялась реконструкция народного хозяйства на базе новой техники: строились машиностроительные заводы, доменные печи, прокатные станы, шахты и рудники. Украина испытывала все возрастающую потребность в высококвалифицированных кадрах. Чтобы утолить кадровый голод на Украине, по примеру комсомольцев Уралмашзавода, развернулось массовое движение молодежных организаций по повышению квалификации рабочих путем подготовки и сдачи государственного технического экзамена. Особое внимание уделялось техническому переоснащению и кадровому обеспечению черной металлургии и угольной промышленности Донбасса. В 1933-1934 гг. только по путевкам комсомола в промышленные регионы приехали тысячи молодых патриотов, угольный Донбасс пополнился 13600 высококвалифицированных механизаторов. Разумеется, много специалистов приехало и из России. И это положительно сказалось на результатах труда. Если в первом квартале 1933 г. шахтеры Донбасса добыли 10366 тыс. тонн угля, то в четвертом квартале года – 12089 тыс. тонн. В 1934 г. угольный Донбасс после длительного перерыва перевыполнил план добычи угля на 104%. Представляется, что творцов учебника почему-то не волнует то обстоятельство, что ежегодно из западных областей Украины уходит в чужеземные страны 500 тыс. молодых женщин и к тому же не все возвращаются обратно. Их не волнует и то, что около 7 млн. человек постоянно работает за пределами Украины на рабских условиях. Их не волнует и то, что украинская нация превратилась в вымирающую нацию. За 15 лет «суверенной» Украины нас убавилось на 5 млн. и стало меньше 47 млн. человек.

Известно, что голод, как следствие засухи и недорода хлебов поразил многие регионы Советского Союза – Украину, Северный Кавказ, Западную Сибирь и Казахстан. Повсюду эта тема осталась лишь предметом научных исследований узкого круга специалистов и воспоминаний старожилов, переживших те трагические дни. На Украине же она прочно вошла в идейный арсенал манипуляторов сознания, с помощью которой формируется национальная подозрительность, пугающий образ внешнего врага и которая помогает обманывать и грабить доверчивый народ.

Устраивая «пляски на костях», каждый специалист по «голодомору» торопится утвердить свою версию численности жертв. И как замечает известный канадский профессор политологии Олег Арин в «Письме из Ванкувера», их диапазон вранья весьма широк: Дейл Даримал называет цифру «голодомора» 5,5 млн. человек, Николай Приходько (сотрудничавший с фашистами в годы войны) – 7 млн. человек, У.Х.Гамберлен и Е.Лионе – 6-8 млн., Ричард Сталет - 10 млн., Хосли Грант – 15 млн. человек. Канадский политолог подчеркнул также, что прогрессивные журналисты западных стран не оставляли без внимания идеологические спекуляции вокруг голода На Украине, вскрыли многочисленные фальсификации по поводу масштабов так называемого «голодомора» На Украине и показали идеологическую «кухню», где и как варили свое чтиво антисоветчики.

Недавно в СМИ появилось новое число жертв «голодомора» - 25 млн. человек. Если принять во внимание, что кампания по «голодомору» на Украине продолжает набирать обороты, то можно предположить, что упомянутая величина жертв, достойная занесения в книгу рекордов Гинесса, будет перекрыта. Отвергая факты о фантастических жертвах «голодомора», никто из добросовестных ученых и политиков не утверждает, что голода на Украине не было. Он был и были жертвы. Признание этой реальности с болью отзывается в сердце каждого честного человека. Однако спекулировать на народной трагедии могут только циничные люди, с неуемным карьеризмом, эгоизмом и одержимостью к стяжательству. Это как раз те характерные черты, которые и определяют нравы столпов мафиозно-«демократических» режимов.

Статистические данные по Украине таковы: в 1932 году умерло 668 тыс. человек, в 1933 году 1309 тыс. человек, то есть 2 млн. человек. Если при этом исключить число умерших по естественным причинам, то жертвами голода стали 640-650 тыс. человек, а не 9-10 млн. и тем боле 15 млн., как об этом вещают «независимые» СМИ. Известно и другое, голод 1932-1933 годов не был единственным голодным периодом в нашей стране. Неурожаи и голод повторялись, как правило, через одно – полтора десятилетия. На этот счет существуют многочисленные объяснения. В 1891 году от голода, охватившего 40 млн., умерло более 2 млн.; от голода 1900-1903 годов умерло 3 млн., 1911 года – 2 млн. человек. Разумеется, воспоминания о трагедиях тех лет мало дают «навара» антикоммунистам и русофобам. Вот и хватаются они за интерпретацию тех исторических событий, за которые получают, надо полагать, щедрое вознаграждение от «хозяев» современной жизни, и врут, не зная меры. Разумеется, абсолютно точные цифры жертв голода сегодня назвать вряд ли возможно. Однако нас приблизит к истине, если мы в этой весьма печальной статистике примем во внимание цифры, приведенные, кстати, одним из лидеров украинского национализма В.Кубийовичем, который в своей работе „Зміни в стані населення Советської України в рр.. 1927-1958”, опубликованной в 1959 г. в Мюнхене, оценил потери в 2-3 млн. человек. У Кубийовича величина жертв голода меньше, чем у других авторов (его современников). Эта величина, по нашему убеждению, приближена к реальным потерям. Заметим, что статья была опубликована в 1959 г., когда информационно-психологическая война против СССР и России лишь набирала свои обороты.

В поисках истинной величины людских потерь от голода наибольшую ценность представляют данные, приводимые в содержательной и аргументированной статье Мирославы Бердник «О голоде и жертвах». Число жертв голода 33-го года на Украине и в России превышает 3 млн. человек, из которых 2 млн. человек приходится на село. На Украине погибли украинцы, русские, греки, немцы, татары. Заметим, что масштабы жертв, вызванных голодом, дополнились эпидемией тифа, поразившего в 1932-1933 годах Украину и Северный Кавказ.

Непосредственное отношение к проблеме «голодомора» и человеческих потерь имеет демографическая динамика на Украине и в России. Мирослава Бердник, ссылаясь на статью «Малороссия» из энциклопедического словаря Южакова, приводит такие данные: в 1897 г. малороссов проживало 20 млн. в Малороссии и 3 млн. в Галичине, входившей в состав Австро-Венгрии. Великороссов, проживавших в России, было 60 млн. Общая численность населения (без Финляндии) составляла 125. В 1980 г., по данным Большой Советской энциклопедии, украинцев насчитывалось – 43 млн., русских – 137 млн. Общая численность населения СССР составляла 210 млн. Коэффициент прироста населения: украинцы – 1,87, русские – 2,28, всего населения СССР – 1,68. Как видно, коэффициент прироста украинцев был выше, чем по СССР, и несколько ниже, чем у русских. В анализе демографической эволюции следует принимать в расчет и тот факт, что по территории Украины «прокатились» две чрезвычайно разрушительные мировые войны, вызвавшие многомиллионные человеческие жертвы.

Был ли голод в 1932-1933 г.г. неотвратим?

Ответ на этот сакраментальный вопрос дают данные, приводимые в таблице.

Валовой сбор зерна и величина хлебозаготовок на Украине в 1930-1933 г.г. (в млн.пудов)

1930

1931

1932

1933

Валовой сбор зерна

1431,3

1100,0

918,8

1412,5

Сдано государству

487,5

431,3

255,0

317,0

В % к валовому сбору

34

39,2

27,8

22,4

Данные таблицы свидетельствуют: на Украине от урожая 1932 г. зерна оставалась 663,8 млн. пудов, а в 1933 – 1 млрд. 95,5 пудов. Если учесть, что на Украине в это время проживало несколько менее 30 млн. человек (по переписи 1926 г. – 29 млн.), то на душу населения приходилось в 1932 г. 21,1 пуда, а в 1933 г. 36,5 пуда. Количество оставшегося в хозяйствах зерна соответствовало научно обоснованным нормам: 20-25 пудов (320-400 кг.) на человека.

Каковы же причины голода?

Общей причиной голода в стране вообще, на Украине - в частности явился низкий уровень развития производительных сил, доставшийся в наследство от царской России, к тому же основательно разрушенный в годы Первой мировой войны, иностранной военной интервенции и гражданской войны. Засуха и другие капризы природы поражают больше всего страны со слабой или недостаточно развитой экономикой. И в наши дни, к примеру, многие регионы Африки, дают нам веские аргументы, подтверждающие достоверность этой печальной истины.

Однако объективный фактор – засуха, обусловившая недобор хлеба, был дополнен и усилен субъективными факторами, главным из которых стали экономические диверсии кулачества – класса сельской буржуазии.

До осуществления массовой коллективизации кулак определял в основном экономическую жизнь страны. К 1930 г. в СССР насчитывалось 5-7% кулаков, которые контролировали около 20% рынка зерна, в целом 56% продажи сельскохозяйственной продукции. Рядом с кулаком находилось 27 млн. безлошадных крестьян. Из них – 2,7 млн. (27%) крестьян, вообще оказались без земли и, чтобы жить, вынуждены были батрачить на кулака, для которого и национализированная земля не являлась препятствием для расширения своего хозяйства и сохранения хищнического образа жизни.

«Свободные» СМИ характеризуют кулачество как лучшую часть крестьянства. Справедлива ли такая оценка? Да, кулаки – это весьма энергичные, деловые и работоспособные люди. Они были несколько выше основной массы крестьян и по уровню образования. Однако современные СМИ, обслуживающие «прихватизаторов», закрывают глаза на то, что кулак – это эксплуататор, чаще злобный и беспощадный стяжатель. На эту сторону (нравственно-психологическую) обратил внимание в последней трети XIX века весьма наблюдательный российский помещик Энгельгард (по всей вероятности, входивший в родню известного помещика – крепостника, которому принадлежала семья Тараса Шевченко). В своих письмах-заметках Энгельгард выделял в социальной психологии кулака властность, жестокость, эгоизм, необузданную страсть к стяжательству.

В таком же нравственно-психологическом ключе рисует образ кулака профессор Е.Дилон, проживший несколько десятков лет в России. Ученый писал, что «из всех монстров, которых мне приходилось когда-нибудь встречать во время путешествия (по России), я не могу вспомнить более злобных и отвратительных, чем кулак». Кулаки прятали хлеб, а часто и гноили, ждали момента, когда его можно было бы продать по бесконтрольным ценам. Своим примером они заражали других, зажиточных крестьян и середняков. Хотя удельный вес кулачества среди крестьянства была незначительный (5-7%), однако сила его политического и психологического влияния на односельчан становилась неизмеримо выше их численности. Следуя примеру и призывам кулаков, сопровождаемым террором, многие крестьяне отказывались сдавать хлеб государству. Так, крестьянин П. Васильевского сельсовета (Харьковская обл.), не сдав ни одного килограмма, спрятал хлеб в ямы. Там его было обнаружено, около 2 тонн.

В справке информационного сектора оргинструкторского отдела ЦК КП(б)У от 9 февраля1933 г. приводятся данные о том, что в Васильковском сельсовете (Харьковская область) крестьянин-единоличник Яковец Влас, «имея в пользовании 4,45 га посевной площади, не сдал ни одного килограмма хлеба, но бросил детей, которые сейчас нищенствуют».

Бригада по хлебозаготовкам обнаружила в его хозяйстве 19 центнеров зерна, закопанного в яму.

Аналогичные факты были выявлены и в других регионах республики. К примеру, в Донецкой области, в селе Алексеевка кулак Нешерет Трохим умер от голода, но вскоре у него нашли яму с зерном кукурузы, большая часть которого погибла. В селе Макартянино у единоличника Стрельцова Самена, заявлявшего, что голодает, было обнаружено 8 пудов ржи и 3,5 пуда кукурузы. У колхозницы Юрченковой, которая жаловалась на то, что пухнет от голода, было обнаружено 8 пудов ржи… О характере диверсионных методов кулака на селе поведал другой свидетель – М.Казак с Тернопольщины: «Помню ТСОЗ (товарищество по совместной обработке земли) – самые бедные люди объединились, посевного материала было мало. Кулаки же… спрятали зерно, не хотели помочь бедному крестьянину выбраться из нищеты. Наша сваха, например, три бочки зерна закопала в землю, а соседская семья, жившая в доме напротив, от голода вся вымерла… Враги коллективного хозяйства отравляли колодцы, из которых поили коней… В снопы втыкали железные зубья борон. Вот молотилка и испорчена… А пока починят ее, проходили месяцы. Урожай же оставался зимовать необмолоченным. Вот вам и еще одна причина голода… Я хотела бы посмотреть в глаза тому невежде, который с чужого голоса говорит, что голод специально спланировали, чтобы уничтожить украинский народ».

Экономическая диверсия кулачества, по утверждению зарубежных и ответственных историков, проявилась с особой наглядностью в сфере животноводства. Чтобы сорвать или скомпрометировать социалистические преобразования на селе, кулаки прибегли к массовому уничтожению скота, чтобы не достался коммунякам. В 1928-1933 г.г., по данным Фредерика Шумана, поголовье лошадей в СССР сократилось с 30 млн. до менее чем 15 млн., крупного рогатого – с 70 млн. до 38 млн., в том числе коров – с 31 млн. до 20 млн., овец и коз – со 147 млн. до 50 млн., свиней – с 20 млн. до 12 млн.

Кулачество, чтобы сорвать коллективизацию, прибегло к методам физического и психического террора, направленного прежде всего против организаторов и активистов колхозного строительства. Сложнее складывалась ситуация На Украине, где кулачество выступало в единстве с буржуазными националистами, которые по природе своей запрограммированы на насилие.

В 1928 г. На Украине было совершено около 500 террористических актов. В 1929 г. активность подрывных сил не убавилась. Только во второй половине года правоохранительные органы республики зарегистрировали 290 террористических актов.

Действия кулачества представляли собой большую социальную опасность, несли угрозу реставрации прежних, эксплуататорских порядков, на него рассчитывал буржуазный Запад, готовя агрессию против СССР. И неслучайно говорил В.И.Ленин, что «если кулак останется нетронутым, если мироедов мы не победим, то неминуемо будет опять царь и капиталист».

Итак, главная причина голода в начале 30-х годов прошлого столетия – диверсии кулачества.

В поисках выхода из трагической ситуации, организации хлебозаготовок и осуществления коллективизации в сельские регионы направлялись специальные уполномоченные. В Одесскую область в 1932 г. приезжал уполномоченный ЦК КП(б)У В.П.Затонский. Несколько ранее в Одесскую область приезжали В.М.Молотов, Л.М.Каганович, С.В.Косиор.

Решением продовольственной проблемы на Украине основательно, но, видимо, с некоторым опозданием, занялись П.Постышев, П.Петровский, В.Чубарь и другие партийные и государственные деятели. И хотя в 1932 г. на Украине недосдача хлеба государству составила более 100 млн. пудов, руководство СССР и Украины изыскали возможность для борьбы с голодом использовать стратегические резервы. П.Постышев, которому националисты успели налепить ярлык «Кат Украины», убедил Якира в необходимости выделить из скудных армейских запасов 700 т. муки, 170 т. сахара, 100 000 банок консервов, 500 пудов масла и другой продукции. В феврале 1933 г. был создан продовольственный фонд для питания 600 тыс. детей.

Помогает прояснить характер рассматриваемых событий письмо А.Кучеренко, пережившего в 1932 – 1933 годах голод, а позднее ставшего участником боевых действий в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг. «В моем большом селе Белуховке (Полтавщина) в 1930 г., - пишет Алексей Николаевич, - было создано три колхоза им. В.И.Ленина, им. Парижской Коммуны и им. Первого Мая. Стихия голода не обошла и наше село, но сельсовет и правление колхозов делали все, чтобы помочь односельчанам пережить лихолетье.

Для детей создали в колхозах патронаты (по лат. - покровительство), там детей кормили и присматривали за ними.

Эти годы я хорошо помню, хотя мне было 5 – 6 лет (Родился в 1927 г.).

Злопыхатели – антисоветчики кричат о геноциде, они не знают нашей истории и извращают ее. Могу сказать, что из моих многочисленных родственников (их было около 50-ти человек) никто от голода не умер, а в годы Великой Отечественной войны 15 моих ближайших родственников сражались с фашистами, находясь в рядах Красной Армии или в партизанских отрядах, 11 из них погибли.

И таких примеров в нашем селе множество.

Я очевидец жизни села в тот период и потому глубоко убежден, что крики современных правителей о голодоморе и геноциде – это вранье, циничный вымысел. Мне стыдно за вас, панове!».

Особое внимание партийные и советские организации уделяли детям-беспризорникам. Так, 1 июля 1933 г. ЦК(б)У принял специальное постановление, в котором «в дополнение к решению ЦК от 4 мая 1933 г. по борьбе с беспризорностью» предусмотрел установить на июнь месяц 90 тыс. детских пайков.

Для этой цели выделил следующие фонды продснабжения:

1. Муки 720 т.,

2. Крупы 135 т.,

3. Сахара 10 т.,

4. Кондизделий 50 т.,

5. Растительного масла 36 т.,

6. Суховощей 24 т.,

7. Консервов 100 тыс. банок,

8. Тюльки 100 т.

Решением продовольственной проблемы, сложившейся на Украине, занималось и правительство СССР. Учитывая тяжелейшую ситуацию в республике, Совнарком СССР 25 февраля 1933 г. принял специальное постановление о выделении из государственных резервов продовольственной помощи Украине в размере 3 млн. пудов. Кроме того, из общесоюзного фонда до конца апреля 1933 г. в республику было направленно 22,9 млн. пудов семенного зерна, 6,3 млн. пудов фуражного и 4,7 млн. пудов продовольственного зерна в качестве займа и 400 тыс. пудов продовольственной помощи.

В чрезвычайной ситуации, возникшей На Украине, весьма позитивную роль сыграл П.Постышев, о котором даже С.Кульчицкий и Г.Сургай в курсе лекций по истории Украины (1992 г.) смогли написать: «…Постышев вывел сельское хозяйство из положения коллапса…, вернул людям надежду на завтрашний день, спас урожай 1933 г…». Отметим, что в начале 30-х годов прошлого столетия продовольственная проблема, возникшая вследствие засухи и диверсионных актов кулака, была чрезвычайно сложной. Как распределить скудные резервы хлеба, не оставить голодными крестьянство, накормить рабочих и инженерно-технический состав, начавших реконструкцию промышленности, строительство заводов, производящих сельскохозяйственную технику (тракторного завода в Харькове, завода зерновых комбайнов в Запорожье, Днепрогэс и др.). Задача состояла в том, чтобы избавить страну от необходимости покупать за границей дорогостоящее промышленное оборудование и сельскохозяйственные машины.

Потребности в продовольствии выросли и в связи с тем, что расширилась сфера науки и просвещения, в стране с размахом свершалась культурная революция. В 1932/33 учебном году в школах республики обучалось 98% детей школьного возраста. Обучение практически (свыше 95% детей национальных меньшинств) осуществлялось на родном языке. В продовольственных ресурсах нуждалась армия и флот. Капиталистическое окружение (нота Чемберлена, военный конфликт на КВЖД, приход в Германии к власти Гитлера) напоминало о себе. А тем временем «гуманный» Запад со спокойствием убийц наблюдал за трагедией, возникшей в нашей стране в 1932 – 1933 гг., и злорадствовал по поводу случившегося. Похоже, что черты жестокости, свойственные западной элите, передались современной политической элите Украины. К такой грустной мысли приходишь, когда узнаешь о том, что лидеры «оранжевых» Ющенко, Кинах и Тарасюк, пытаются задушить экономической блокадой Приднестровскую республику, где, кстати, свыше половины населения составляют украинцы.

Создание колхозов, социалистические преобразования на селе являлись продолжением великого дела Октябрьской революции. В исторической практике коллективизация – явление новое и необычайно сложное, требующее коренной перестройки не только образа жизни, но и мышления миллионов крестьян, их мировоззрения и нравственно-психологических установок. На этом пути было немало ошибок и извращений, которые задержали процесс создания эффективного сельскохозяйственного производства, обостряли политическую и экономическую ситуацию на селе.

И хотя колхозное строительство происходило в стране, где в менталитете крестьянства глубоко жили коллективистские начала (о чем писали Герцен и Чернышевский), однако эти преобразования происходили по инициативе и настоянию сверху и осуществляли их не Боги, а живые люди со своими достоинствами и пороками. Серьезными ошибками союзного руководства и лично И.В.Сталина, обострившими классовую борьбу и социальное противоборство на селе, были: во-первых, преждевременный отход от НЭП: снизивший материальную заинтересованность крестьянства в повышении сельскохозяйственного производства; во-вторых, торопливость в обобществлении крестьянских хозяйств, приведшая к нарушению ленинского принципа добровольности и, в-третьих, отождествление с кулачеством части зажиточных крестьян, которые не эксплуатировали себе подобных. Их материальный достаток создавался собственным трудом и потому конфискация имущества середняка и другие насильственные меры по отношению к нему были ошибочными и вредными. Насилие по отношению к среднему крестьянству противоречило ленинским взглядам. Владимир Ильич настоятельно рекомендовал коммунистам строго отделять крестьянина-труженика от кулака. «В этом разграничении, - говорил он, - вся суть социализма». Субъективистские и волюнтаристские проявления в колхозном строительстве не нашли поддержки у М.И.Калинина и ряда других руководителей партии и государства. Некоторые из них оказались потесненными. На смену им пришли представители (особенно из числа троцкистов), которые не знали жизни села и для которых были чужды нравственно-психологические ценности крестьян. И потому они видели в крестьянах своих антиподов.

В состав Политбюро в конце 20-х годов был введен Каганович. Наркомат земледелия возглавил Яковлев (Эпштейн), Колхозный центр – Каминский, совхозный – Калманович. Власть в Нечерноземном центре досталась Варейкису, в нечерноземных областях (вокруг Москвы) – Бауману, в Среднем Поволжье – Хотавичу, в Западной Сибири – Эйхе. Во главе ОГПУ-НКВД по-прежнему оставался Ягода (Иегуда). Наркомат иностранных дел вместо Чечерина возглавил Литвинов (Валлах), Главное политическое управление РККА вместо Бубнова – Гамарник.

Кадровые выдвиженцы исповедовали идейно-нравственные ценности Троцкого. Их вхождение в партийно-государственные структуры стало главной причиной искривлений линии партии в колхозном строительстве. Свой волюнтаризм они прикрывали левыми, демагогическими фразами. Этим создавались дополнительные трудности в их разоблачении. Своими действиями они нанесли огромный вред колхозному строительству, авторитету партии и Советской власти. К примеру, в Нечерноземном центре Варейкис так взвинтил темпы коллективизации, что за полгода поднял их с 6% до 80%, а Бауман в нечерноземных областях (вокруг Москвы) – с 3% до 70%. К середнякам, которые отказывались вступать в колхозы, начали применять противоправные административные меры. В некоторых регионах процент раскулаченных вырос до 15%, а крестьян, лишенных избирательных прав, - до 15-20%.

Социальное напряжение в обществе, угрожавшее не только делу коллективизации, но и союзу рабочих и крестьян (политической основе Советской власти), ослабила опубликованная 2 марта 1933 г в газете «Правда» статья И.В.Сталина «Головокружение от успехов». В статье осуждались методы насилия и принуждения по отношению к середняку, обращалось внимание на обязательное соблюдений принципа добровольности в колхозном строительстве, в качестве основной формы кооперирования рекомендовалась сельскохозяйственная артель.

(Искривления ленинского принципа кооперирования крестьян всегда находились под прицелом манипуляторов сознания, а в годы горбачевской «катастройки» и «демократических» реформ использовались Яковлевым, Познером, Коротичем, Немцовым, Сванидзе, Кульчицким для оболванивания населения).

Меры по ликвидации искривлений в колхозном строительстве, принятые И.В.Сталиным и ЦК ВКП (б), остановили отток крестьян из колхозов. В мае 1930 г. в колхозах осталось 23,6% всех крестьянских хозяйств, в том числе: в Нижнее-Волынском крае – 37,5%, на Северном Кавказе – 58,1%, На Украине – 38,29%.

Коллективизация, избавившись от перегибов, стала осуществляться на здоровой основе, пошла на подъем. Весной 1933 г. был успешно проведен весенний сев. Повысилась продуктивность сельскохозяйственного производства. В связи с достигнутыми успехами с 1 января 1935 г. была отменена карточная система на хлеб и хлебные продукты. Крестьяне-единоличники все более убеждались в преимуществах колхозного строя и вступали в колхозы. К началу 1935 г. в коллективном секторе уже находилось 87,8% крестьянских хозяйств.

Это были судьбоносные процессы: происходила коренная ломка многовекового жизненного уклада крестьянства, составлявшего основную часть населения страны. В преобразовании села на принципах социализма мы были первопроходцами. Суть этих масштабных, противоречивых и порой трагических преобразований с большой художественной выразительностью отобразил лауреат Нобелевской премии Михаил Шолохов в своем знаменитом романе «Поднятая целина». Можно предположить, что новое прочтение книги с позиций сегодняшнего дня станет ключом к постижению исторической правды о жизненных проблемах крестьянства и путях их решения в первые два десятилетия Советской власти.

Мы теперь вправе утверждать, что на суде истории колхозно-совхозный строй полностью оправдан. И хотя этот строй создавался в экстремальной ситуации (отсталой стране, доставшейся в наследство от буржуазии и помещиков, в условиях подготовки Западом агрессии против СССР), однако он прошел испытание временем и показал свою жизнеспособность.

В тяжелейшие годы борьбы с фашизмом, когда миллионы тружеников села, одев солдатские шинели, ушли на фронт, а в колхозы не поступило ни одного трактора, сельское хозяйство смогло обеспечить фронт и тыл хлебом.

Сегодня, после разрушительного урагана «демократических» (буржуазных) реформ, подавляющее большинство крестьян все сильнее испытывают ностальгию по колхозному строю и советскому образу жизни.

Жизнеутверждающий пример преподносит соотечественникам Белоруссия – маленький островок, оставшийся от Советской Власти. Здесь колхозы не только сохранились, но и стали высокопроизводительными. Белоруссия полностью обеспечивает свое население качественными продуктами питания и поставляет их на внешний рынок. «Белорусское чудо» - это воплощение надежд всего славянского (православного) мира на лучшую долю. Этим обстоятельством и объясняется неприятие американско-натовскими геостратегами и внутренней оппозицией (контрреволюцией) политического режима в Белоруссии и олицетворяющего этот режим Александра Лукашенко. Апологеты национализма с подачи заморских хозяев продолжают обвинять Москву, русских в организации голода на Украине. Отвечая на вызов оппонентов, зададимся вопросом: «был ли мальчик – то», т.е. голодомор?

Поиску истины в этом спорном деле помогает анализ общественно-политической практики советского периода. Совокупный анализ исторических фактов, содержание общественно-политических процессов в СССР свидетельствуют о том, что никакого преднамеренного голодомора не было и не могло быть. Почему так, а не иначе?

Во-первых, организация голодомора в корне противоречит исторической логике и политической стратегии компартии, осуществлявшей социалистические преобразования в стране. Суть стратегических установок коммунистов сводилась к тому, чтобы объединить усилия рабочего класса и беднейшего крестьянства, добиться прочного союза с середняком и объединенными силами обуздать кулачество, выступившее против колхозного строительства.

Искусственное устройство голода, в чем обвиняют коммунистов псевдоисторики, неизбежно бы привело к гибели бедняков и середняков, составлявших главную опору Советской власти и движущую силу в процессе коллективизации. И если верить псевдоисторикам, что жертвами голодомора На Украине стали 7 – 15 млн. человек, то это должна была быть та часть крестьянства, на которой держалась Советская власть. «Голодомор», таким образом, противоречил здравому смыслу. На это указывает известная пословица: зачем рубить сук, на котором сидишь.

Во-вторых, Советский Союз находился в капиталистическом окружении. Опасность агрессии империализма (Германии, Японии и других государств) нарастала. И это хорошо понимало советское руководство. Для того, чтобы эффективно противостоять агрессору, сохранять суверенитет и территориальную целостность государства, требовались многочисленные вооруженные силы, оснащенные новейшим оружием и боевой техникой. Безопасность страны требовала огромных людских резервов, мощного производственного и научного потенциала. «Голодомор» вызвал бы у соотечественников неприятие политики партии и советского государства и существенно бы ослабил экономический и оборонный потенциал страны.

В вопросе, был ли «голодомор», т.е. искусственно созданный голод, или это был просто голод, порожденный кризисами природы (засухой), высшим критерием истины стала Великая Отечественная война. Для отражения фашистской агрессии и защиты советского строя, порожденного Октябрем, поднялись все народы нашей страны, совершили чудеса героизма на фронте и трудовые подвиги в тылу. В составе действующей армии находилось не менее 20% украинцев, которые мужественно и самоотверженно сражались за свое социалистическое отечество. Около 2,5 млн. воинов-украинцев были награждены орденами и медалями, а свыше 2 тыс. – удостоены звания Героя Советского Союза. И.А.Кожедуб этого высокого звания был удостоен трижды.

В годы войны из среды украинского народа выдвинулись выдающиеся полководцы А.И.Еременко, Р.Я.Малиновский, К.С.Москаленко, А.А.Гречко, И.Д.Рыбалко, И.Д.Черняховский, Д.Д.Лелюшенко, П.С.Рыбалко и др.

Советский патриотизм с особой убедительностью проявился у наших людей на оккупированной территории. Если бы был «голодомор», как об этом вещают псевдоисторики, то население вело бы себя пассивно или даже стало бы оказывать поддержку оккупантам. Однако соотечественники, оказавшись на захваченной гитлеровцами территории, относились к ним с ненавистью. Служила нацистам лишь незначительная часть националистически настроенного населения, преимущественно из Галиции. Фашисты сформировали из них карательные батальоны «Роланд» и «Нахтигаль», Шутцманшафт-батальон – 201, дивизию СС «Галичина», УПА и полицейские структуры. Подавляющее большинство населения создавало для оккупантов нетерпимую обстановку. Молодежь уходила в партизанские отряды, которые формировались по принципу добровольности. Только на территории Украины возникло свыше 40 партизанских краев и зон. Партизаны наносили ощутимый урон фашистским захватчикам. И это вынуждены были признать оккупанты. «Партизанская война, - писал Гудериан, - стала настоящим бичом, сильно влияя на моральный дух фронтовых солдат». В массе своей население, оказавшееся на оккупированной территории, видело в Красной Армии и партизанах своих освободителей, желало быстрого изгнания захватчиков и восстановления советских порядков. Вот, к примеру, как доносил в Берлин группенфюрер СС Томас: «С приближением Красной Армии изменяется настроение населения. Большая его часть открыто заявляет о своих большевистских симпатиях, иная – пытается высказать приязненное отношение к ним. Это наблюдается в широких масштабах, как в восточной, так и в западной Украине».

В-третьих, партийное и советское руководство, начиная социалистические преобразования на селе, не могло не учитывать особенностей психологии крестьянства, его практичности, устойчивости поведенческих правил (консерватизма), осторожности и взвешенности в выборе новых форм жизнеустройства. Обстоятельства требовали положительных примеров в начавшемся чрезвычайно сложном и ответственном эксперименте – коллективизации. Только они (положительные примеры) могли убедить крестьян в целесообразности и оправданности вступления в колхозы, иначе: коренную ломку своего жизненного уклада они не дали бы. Поэтому «голодомор», о чем с фанатизмом жрецов твердят апологеты частной собственности, стал бы самой пугающей антирекламой, которая бы обрекла саму идею и дело коллективизации, а вместе с этим и советскую власть, на поражение.

В-четвертых, засуха и, как следствие ее, голод сильнее проявились в восточных, южных и центральных областях Украины, т.е. там, где преимущественно проживают этнические русские или русскоговорящее население. Следовательно, если это – не голод, а «голодомор», как утверждают манипуляторы сознанием, то логично ли было сокращать численность того населения, которое представляло этническую основу прочности СССР и, таким образом, рубить еще один сук, на растущем и крепнущем древе союзного государства.

Псевдоисторики, стремясь утвердить в сознании народа стереотипы о голодоморе, приводят примеры использования органами советской власти в те трагические дни силовых структур якобы для того, чтобы воспрепятствовать скоплению в городах крестьян, пытавшихся спастись от голода.

Несомненно, факты использования милиции и подразделений НКВД были. Однако эти факты не могут служить в качестве аргументов, которые бы доказывали, что советская власть в то время прибегала к антигуманным мерам.

История учит, что скопление в подобные трагические моменты большого количества людей, когда представители власти лишены возможности их накормить, - чревато дополнительными трудностями и тяжкими последствиями. Так, например, произошло в Смутное время в России в период царствования Бориса Годунова. Вследствие неурожая в центральных областях России в 1601 г. возник голод. В поисках пропитания большие массы людей устремились в Москву. Начались волнения. К голоду добавились эпидемии, произошло массовое вымирание населения. Только на трех кладбищах в Москве было похоронено 127 тыс. человек. Всего в то лихолетье в Москве погибло, предположительно, около полумиллиона человек.

Для любознательного читателя выяснение вопроса: был ли на Украине голод или голодомор, много значит мнение академика Петра Толочко (председателя Украинского общества охраны памятников истории и культуры, члена Академии Европы, члена-корреспондента Международной унии славянской археологии), известного своей принципиальностью в защите исторической правды. Отвечая на вопрос корреспондента Михаила Назаренко (газета «Бульвар Гордона») о голодоморе на Украине, Петр Толочко заявил: «Не было точечного геноцида, касающегося именно украинцев. В то время голодало Поволжье, голодал Дон, Северный Кавказ… Голодали все. Был неурожай. Говорят, на Украине умерло больше, чем в других регионах. Охотно допускаю. Но почему это случилось?

Некоторые политики на человеческом несчастье, горе делают себе карьеру. Это аморально.

Зачем эти астрономические цифры? И миллион – много. И пятьсот тысяч – много. И один человек – много!

И кто снова оказывается виноват? Русские, москали, это они решили уничтожить украинцев как нацию. Но задумайтесь вот над чем: почему из Украины выгребли хлеба больше, чем из других регионов? Из Кремля ведь не видно, где мужик прикопал мешок с хлебом. Свои же показывали, свои же вытрушивали. Проявляя чрезмерное усердие, выслуживались, старались, угождали, предавали.

Никуда мы от русских не денемся. Это наш стратегический партнер на все последующие века. Нас кто-то подзуживает, чтобы посеять рознь, и мы, как неразумное дитя, прыгаем от России в сторону. А Европа от России не открещивается, хочет с нею дружить… Россия нас, слава Богу, еще пока терпит. Но вот поехал наш представитель в Россию на переговоры с переводчиком. Мыслимое ли это дело?».

* * *

Миф о голодоморе – приготовление диверсионно-идеологической кухни Гарварда (США). Главным творцом мифа является Зб.Бжезинский, подручными выступали украинские (галицийские) националисты – бывшие прислужники Гитлера, а ныне – дяди Сэма.

В мифе о голодоморе заложено многоцелевое разрушительное предназначение. Заключая в себе антикоммунистическое (антисоциалистическое), русофобско-славянофобское содержание, он в 80-х – 90-х годах активно использовался руховцами для разрушения Советского Союза.

Сегодня этот миф активно используется «оранжевыми» и их сообщниками. Пришло время, когда у народа стала спадать с глаз «розовая» пелена от «демократических» реформ и он все яснее осознает, что «демократические» правители его нагло обманули. Свыше 80 процентов граждан оказались за чертой бедности. Катастрофическое положение сложилось во всех жизненно важных сферах экономики. Тревожит состояние сельского хозяйства. За годы кравчуковско-кучмовско-юшенковских реформ более чем в два раза сократилось поголовье крупного рогатого скота, с 24 млн. голов в 1990 г. до 10,6 млн. в 2000 г.

Заметно ухудшился рацион питания граждан, в котором резко убавилось потребление высококачественных продуктов и особенно мяса. Среднедушевое потребление мяса уменьшилось в 2,5 раза: в 1990 г. – 68 кг., в 2001 г. – менее 30 кг.

Существенное ухудшение рациона питания – свидетельство скрытого голода, вызывающего болезни и преждевременную смерть. Ежегодное сокращение численности населения На Украине превышает 350 тыс. человек. Становиться очевидным, что «демократические» правители методично осуществляют геноцид собственного народа. Так реализуются установки Запада (Римского клуба) о доведении численности населения на Украине до 10 – 15 млн. человек.

Манипуляторы сознанием, действуя по принципу: «держи вора», ловко переадресовывают свою вину на Россию и русских, формируют в лице братского русского народа образ врага.

Таким образом, миф о «голодоморе» остался в обойме информационно-диверсионных средств на новом витке «холодной войны», направленной уже против России, всей славянской (православной) цивилизации, представляющей главное препятствие по перекройке политической карты мира и установления неофашистского миропорядка. Традиционно оруженосцами глобалистов выступают украинские (галицийские) националисты. Заслуживает внимания откровенное заявление Зб.Бжезинского на закрытом заседании американско-украинского совещательного комитета по случаю присвоения ему звания «Почетный гражданин Львова». «Новый мировой порядок» при гегемонии США, - заявил Бжезинский, - создается против России, за счет России и на обломках России.

Украина – это форпост Запада против восстановления Советского Союза».

Творцы нового мирового порядка, используя прислужничество «оранжевого» правительства, торопятся втянуть Украину в НАТО. И если такое свершится, то Украина окончательно лишится остатков своего суверенитета, превратится в полуколонию стран «золотого миллиарда» и плацдарм для борьбы против России. Угроза, нависшая над нами, реальна, но, к сожалению, она еще недостаточно осознается нашими гражданами. Время, в котором мы живем, - судьбоносное. Оно требует от нас ответственного отношения к урокам отечественной истории.

Всегда, когда нарушалось славянское единство, народ был обречен на неудачу. К примеру, поражение в битве с татаро-монголами и золотоордынский гнет, длившийся почти три века, - следствие раздробленности Киевской Руси. В начале XIII в., накануне нашествия Батыя, существовало 50 «самостийных» княжеств, а в XIV в. их количество достигло 250.

Однако есть исторические примеры другого, противоположного свойства, ставшие путеводной звездой для наших народов. К знаковым образцам этого ряда событий относятся Грюнвальдская битва (1410 г.), в которой были разгромлены вдохновляемые Ватиканом немецкие псы-рыцари и вооруженные формирования других европейских стран. Успех наших предков в сражении, названном Битвой народов, на несколько веков отбил охоту у европейских экспансионистов вторгаться в пределы славянских стран. Но наиболее яркой и поучительной для нас стала Великая Отечественная война против гитлеровской Германии (1941-1945 г.г.). Весьма примечательна стратегическая цель фашистов, которую Геббельс сформулировал так: «Россия будет расчленена на составные части, нельзя больше терпеть на Востоке единого гигантского государства». (Как видим, цели идеолога нацистов Геббельса в прошлом и идеолога геостратегов США сегодня тождественны).

Решающим источником срыва экспансионистских планов нацистов и разгрома объединенного блока фашистских государств во главе с гитлеровской Германией стала дружба народов Советского Союза.

Пора извлечь урок из отечественной истории. Ведь только тот народ имеет будущее, который не забывает своей истории, своих друзей и недругов. Память о прошлом, свободная от мифов, внедряемых манипуляторами сознания, избавит нас от опасности повторно наступить на одни и те же исторические грабли.

1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Больше одного раза не родишься, больше двух квадратных метров не накопишь. Главное - что ты оставишь после себя.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по истории "Дефальсификация истории", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru