Реферат: Этапы психического развития младенца. Развитие моторики, перцепции, памяти, мышления. Предречевое развитие - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Этапы психического развития младенца. Развитие моторики, перцепции, памяти, мышления. Предречевое развитие

Банк рефератов / Психология

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 847 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата
Текст
Факты использования реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

1. Введение

2. Психическое развитие ребенка младенческого возраста

2.1 Кормление грудью

2.2 Врожденные формы психики и поведения

2.3 Двигательная активность ребенка

2.4 Восприятие и память у младенцев

2.5 Речь и мышление младенца

3.Психическое развитие младенца в основных психоаналитических теориях .

3.1.1 Инстинкты и концепция либидо

3.1.2 Воззрения на инстинкт смерти

3.1.3 Бессознательное и ид

3.1.4 Первичный нарциссизм

3.2 .1 Первый год жизни

3.2.2 Формирование эго и супер

 3.2.3 Психосексуальное развитие

3.2.4 Отношения с другими людьми

3.2.5 Психологические механизмы

3.3 Период от одного года до трех лет

Рекомендации

Заключение

Список литературы

1. Введение

В последнее время внимание многих психологов во всем мире привлечено к проблемам раннего детства. И это не случайно, так как обнаруживается, что первые годы жизни являются периодом наиболее интенсивного и нравственного развития, когда закладывается фундамент физического, психического и нравственного здоровья. От того, в каких условиях оно будет протекать, во многом зависит будущее ребенка.

В период младенчества ребенка также очень важно своевременно создавать условия для формирования тех или иных психологических качеств. Каждый период детства имеет свои особые, неповторимые достоинства, присущие только определенному этапу развития.

В отдельные периоды детства возникают повышенные, иногда чрезвычайные возможности развития психики в тех или иных направлениях, а затем такие возможности постепенно или резко ослабевают.

Ребенок максимально нуждается во взрослом. Общение в этот период должно носить эмоционально - положительный характер. Тем самым у ребенка создается эмоционально - положительный тонус, что служит признаком физического и психического здоровья.

Многие исследователи (Р. Спитц, Дж. Боулби) отмечали, что отрыв ребенка от матери в первые годы жизни вызывает значительные нарушения в психическом развитии ребенка, что накладывает неизгладимый отпечаток на всю его жизнь.

А. Джерсилд, описывая эмоциональное развитие детей, отмечал, что способность ребенка любить окружающих тесно связана с тем, сколько любви он получил сам и в какой форме она выражалась. Л. С. Выготский считал, что отношение ребенка к миру - зависимая и производная величина от самых непосредственных и конкретных его отношений к взрослому человеку.

Поэтому так важно заложить основу доверительных отношений между ребенком и взрослым, обеспечив эмоционально и психологически благоприятные условия для гармоничного развития ребенка.

У новорожденного есть полный набор автоматических реакций так называемых безусловных рефлексов (защитный рефлекс, рефлекс ползания, хватательный рефлекс, или рефлекс Робинзона).Существуют также совершенно необходимые для жизни рефлексы: дыхательный рефлекс, рефлекс сосания и некоторые другие.

2. ПСИХИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ РЕБЕНКА МЛАДЕНЧЕСКОГО ВОЗРАСТА

Новорожденный и даже еще не родившийся ребенок обладает психикой. Конечно, это психика в ее первичных, зачаточных формах, мало похожая на психику взрослого человека, прошедшую огромный путь эволюции и сложных изменений. И все же именно из этих зачатков, как писал Л.С. Выготский, развиваются высшие психические функции человека.

Уже с первых дней рождения ребенок является не просто “реагирующим аппаратом”, но существом, обладающим хотя и очень диффузной, но все же своей индивидуальной психической жизнью. У него имеются первичные потребности (в еде, тепле, движении), потребности, связанные с фундаментальным развитием мозга (например, потребность в новых впечатлениях), и, наконец, социальные потребности, появляющиеся и развивающиеся в течение первого года жизни: потребность в другом человеке, в общении с ним, в его внимании и поддержке. Эти потребности в дальнейшем становятся важнейшими для нравственного формирования ребенка.

Признание указанных потребностей требует признания у младенца и соответствующих аффективных переживаний. Неудовлетворение какой-либо из них вызывает у ребенка отрицательные переживания, выражающиеся в беспокойстве, крике, а их удовлетворение - радость, повышение общего жизненного тонуса, усиление познавательной и двигательной активности (например, так называемый комплекс оживления) и так далее.

Следовательно, содержание психической жизни детей первого года жизни характеризуются сначала аффективно окрашенными ощущениями, а затем глобально аффективно переживаемыми впечатлениями. Иначе говоря, в сознании младенца в первую очередь представлены эмоциональные компоненты, связанные с непосредственно воспринимаемыми им воздействиями. Тот факт, что самыми злементарными формами психической жизни (ее истоками) являются эмоции, вполне объясним, так как для ребенка, почти лишенного инстинктивных способов удовлетворения своих потребностей и удовлетворяющего их через взрослого, биологически более важными являются ориентация в состоянии своих потребностей, чем в окружающей действительности, и своевременная сигнализация об этом. Переживание представляет собой средство такой ориентации. Однако на протяжении года сознание младенца развивается: в нем выделяются отдельные психические функции, появляются первые чувственные обобщения, он начинает употреблять элементы слов для обозначения предметов.

В связи с этим потребности младенца все больше и больше начинают воплощаться (“кристаллизироваться”) в предметах окружающей действительности. В результате этого сами предметы приобретают побудительную силу. Поэтому, попадая в поле восприятия ребенка, они актуализируют его потребности, находившиеся до этого в потенциальном состоянии, и тем самым побуждают активность ребенка в направлении, соответствующем данной ситуации. Это и определяет ситуативность детей первого года жизни, поведение которых полностью управляется попадающими в поле их восприятия раздражителями.

Таким образом, и это надо особенно подчеркнуть, у детей первого года жизни нет равнодушного отношения к окружающим предметам. Они воспринимают лишь те, которые имеют для них смысл, отвечают их потребностям.

Беспомощность младенца и отсутствие у него внеситуативных (внутренних, но не органических) побуждений определяют и поведение взрослых по отношению к детям этого возраста. Они навязывают им свою волю, выполняя положенный режим сна, питания, прогулок. У годовалых детей, как правило, не спрашивают, хотят ли они гулять, спать, есть.

 2.1 Кормление грудью

Кормление грудью - это не только питание , которое обеспечивает ему начало жизни без болезней, хорошее развитие его сил и ума, но и воспитание любовного, доверительного отношения к родной матери, к другим людям. А в младенце - девочке это еще и воспитание материнского инстинкта, который не является врожденным. Опыты с обезьянами супругов Харлоу и Суоми показали, что ожидает детей, выросших без мам.

Пытаясь найти у обезьянок макак тот возраст, когда они легче всего поддаются дрессировке, детенышей отлучали от матерей для проведения опытов. Но для маленьких обезьянок каждое такое расставание с матерью становилось трагедией: они не только плохо обучались, но и останавливались в своем психическом развитии. Пришлось начать новый эксперимент, в котором детенышей отбирали от матерей сразу после рождения. Их помещали в отдельные комнаты и в каждой поставили кресло с мохнатой обивкой, похожей на шерсть матери. В спинке кресла была укреплена бутылка с соской, куда наливали молоко. Обучению и опытам ученых мамы детенышей теперь не мешали, и все шло успешно, но когда кресло вдруг уносили из комнаты, то маленькая обезьянка ложилась на пол, туда, где оно стояло, и, казалось, горько плакала, схватившись за голову обеими лапками. Стоило же вернуть кресло на место, как она прыгала на него, крепко впивалась в мохнатую обшивку и долго не покидала его, словно боясь новой разлуки.

Закончив эксперимент, выросших без мам обезьянок выпустили в общее стадо. Шло время, а они в отличие от всех других самок не давали потомства. Их тогда взяли из стада и рассадили в отдельные клетки с самцами. Но они и тут, как и в стаде, не давали потомства, и только искусственное оплодотворение позволило им родить детенышей. Но материнский инстинкт в них так и не пробудился. Одна оторвала руку своему новорожденному, вторая раскусила голову, как кокосовый орех...

Чем раньше ребенок будет отлучен от груди, тем больше он будет предрасположен к неконтактности, бесчувственности, одиночеству.

В 1956 г. французская исследовательница Марсель Жебер изучала в Уганде развитие движений у африканских детей. К своему удивлению она обнаружила, что маленькие африканцы из бедных семей обгоняют европейских детей в физическом и психическом развитии. Чем младше ребенок, тем разрыв в показателях больше.

Оказалось, что африканская мать воспитывает малыша по - иному, чем француженка или американка. С первых дней жизни ребенок сидит на спине у матери, прочно привязанный куском материи. Где бы ни была мать, с кем бы ни говорила, ребенок всюду с нею. Конечно, в разговор он еще не вступает, но наблюдает с интересом. Главное же грудь матери, источник жизни, вот она, рядом, только протяни руку. Ребенок знает, что он никогда не встретит отказа. Спать он ложится тоже с матерью. Другое дело маленький европеец. Мать его хоть и любит, но не очень-то балует. Лежит он в кроватке, смотрит в потолок. Хорошо еще, если кто-то из знакомых заинтересуется малышом. Питание строго по расписанию: поел, жди следующего раза. Проблема фигуры для европейцев имела тоже немаловажное значение, поэтому они старались поскорее перевести ребенка на искусственное кормление.

Итак, общение с близким взрослым, новые впечатления, чувство безопасности все это маленький африканец получает в избытке, европейскому же малышу этого не хватает. Вот он и отстает в развитии. Но самое любопытное то, что к 2 годам развитие африканского ребенка резко замедляется; европейские сверстники догоняют, а затем и перегоняют его, начинает сказываться уровень культуры окружения.

Вывод очевиден: чем больше взрослые общаются с ребенком, тем интенсивнее идет его физическое и психическое развитие.

Каждый период детства имеет свои особые, неповторимые достоинства, присущие только определенному этапу развития. Более того, имеются основания считать, что в отдельные периоды детства возникают повышенные, иногда чрезвычайные возможности развития психики в тех или иных направлениях, в затем такие возможности постепенно или резко ослабевают. Это заслуживает самого пристального внимания.

Многие факторы указывают на значение “возрастной чувствительности” как предпосылки формирования способностей и как компонента самих способностей. Очень показателен, например, период овладения детьми речью, когда каждого нормального ребенка отличают особая чуткость к языку, активность в отношении языковых форм, элементы языкового творчества. Вместе с тем отмечается и другое: особая расположенность к языку, выполнив свою жизненную функцию, сделав возможным быстрое овладение формами языка и мышления, затем идет на убыль. Известно, что если в силу каких-либо исключительных обстоятельств знакомство с языком именно в эти ранние годы задерживается, то развитие речи затем крайне затрудняется. Так обстоит дело не только с речевыми способностями.

Пользуясь словами Э.Эриксона можно сказать, что события первого года жизни формируют у ребенка “основы доверия” в отношении внешнего мира, некоторую внутреннюю убежденность, что он пришел в мир, который его ждал, который ему рад, который для него уютен, тепл, добр и которому поэтому ребенок может быть открыт.

Важно подчеркнуть, что, если не будет сформировано это чувство базового доверия к миру, то место это не останется пусто его займет чувство “базового недоверия” к миру, боязнь этого мира. Существенно и то, что формирование чувства базового доверия нельзя отложить на потом, потому что если определенная задача развития не решена в отведенное для этого время, то впоследствии это бывает сделать значительно труднее, а порой и невозможно.

Средства для решения этой первой задачи развития и легки и трудны одновременно. Собственно, средство только одно: мать все время должна быть рядом с ребенком, должна все время любить его, улыбаться, нежно и весело разговаривать с ним; она всегда должна быть готова накормить, напоить, обогреть малыша, руки ее неизменно должны быть теплыми и ласковыми, готовыми сменить мокрую пеленку, покачать. Мать при этом должна быть внутренне уверена в том, что делает очень важное, может быть, самое важное дело.

В природе существуют первичная и непосредственная связь матери и ребенка. Период сразу после родов — это время особо повышенной чувствительности как для матери, так и для ее младенца. В сознании обоих прокладываются глубокие психологические борозды, которые радикально воздействуют на последующее поведение, в особенности на способность к материнству.У отцов, которые были свидетелями рождения своего ребенка, формируется особенно сильная привязанность к детям, и они так же, как и их жены, испытывают глубокие духовные переживания во время родов.

Исследования доктора М.Клауса и доктора Д.Кенелла при участии Университета педиатрии в Кливленде (США) показали, что женщины, ребенок которых сразу после рождения имел контакт "кожа к коже" с матерью, установили тесный союз с малышом, лучше заботились о младенце, не имели проблем при кормлении грудью (так как сразу после родов предлагали новорожденному молозиво).

Также необходимо понять, что отрыв новорожденного от материнского организма - колоссальный стресс для него. Ребенок не должен лишаться материнской защиты, поэтому в этот период ему необходимо постоянно ощущать биополевую защиту и "подкормку" от матери.Первый час после родов — очень важное время для матери и младенца. Оно может до некоторой степени определить, как ребенок будет относиться к матери, что в свою очередь может повлиять на его отношения с другими людьми и с миром, его окружающим. Этот критический период после родов может сильно повлиять на способность человека любить и вообще испытывать привязанность.

Интересные исследования провела советский психолог С. Ю. Мещерякова. Она помещала годовалых детей в незнакомую комнату. Хотя в комнате имелись новые, привлекательные предметы, некоторым малышам было не до них; они пугались, плакали, искали маму. Испуг был еще сильнее, если в комнату входил экспериментатор в маске. Стоило, однако, войти матери и взять малыша на руки, как страх исчезал, ребенок успокаивался и немедленно приступал к исследованию.

Социальная ситуация общей жизни ребенка с матерью приводит к возникновению нового типа деятельности, непосредственного эмоционального общения ребенка и матери. Как показали исследования Д.Б.Эльконина и М.И.Лисиной, специфическая особенность этого типа деятельности состоит в том, что предмет этой деятельности - другой человек. Является ли общение ведущим типом деятельности в младенческом возрасте?

 Исследования показали, что дефицит общения в этот период сказываются отрицательно, так после второй мировой войны в психологию вошло понятие “госпитализм”, с помощью которого описывали психическое развитие детей, потерявших родителей и оказавшихся в больницах или детских домах. Многие исследователи отмечали, что отрыв ребенка от матери в первые годы жизни вызывают значительные нарушения в психическом развитии ребенка, что накладывает неизгладимый отпечаток на всю его жизнь.

Французский психолог Рене Спитц изучал детей в домах ребенка и в хороших ясельных учреждениях с большим количеством обслуживающего персонала. Дети из домов ребенка сильно отставали в психическом развитии. Несмотря на то, что уход, питание и гигиенические условия в этих учреждениях были хорошими, процент смертности был очень большим. К 2 годам многие из них умерли от госпитализма. Большинство же из уцелевших в 4-летнем возрасте не умели ходить, одеваться, есть ложкой, самостоятельно справлять нужду, говорить, отставали в росте и весе. Ясельные дети развивались нормально. Оказалось, что самый опасный и уязвимый возраст - от 6 до 12 месяцев. В это время ребенка ни в коем случае нельзя лишать общения с матерью. А если уж иначе нельзя, надо заменить мать другим человеком.

Хуже всего то, что ребенка, заболевшего тяжелой формой госпитализма, нельзя вылечить до конца. Рана, нанесенная личности, заживает, но оставляет след на всю жизнь.

Американский психолог Берес исследовал личности 38 взрослых людей, которые в детстве болели госпитализмом. Только семеро из них смогли хорошо приспособиться к жизни и были обычными нормальными людьми; остальные обладали разными психическими дефектами.

Во многих работах указывается, что в условиях госпитализма страдает предречевое и речевое развитие, разлука с матерью сказывается на развитии познавательных функций, на эмоциональном развитии ребенка.

 2.2 Врожденные формы психики и поведения

Без точного знания того, с чем ребенок рождается на свет, без глубокого понимания процессов его естественного развития по биогенетическим законам трудно воссоздать полную и достаточно сложную картину развития ребенка, строить на ее основе обучение и воспитание.

Люди, окружающие младенца, помогают ему с рождения во всем. Они обеспечивают физический уход за организмом ребенка, обучают, воспитывают его, способствуют приобретению человеческих психологических и поведенческих черт, приспособлению к условиям общественного существования

Вместе с тем младенец уже при рождении обладает немалым запасом практически готовых к употреблению, сложных сенсорных и двигательных способностей - инстинктов, позволяющих ему приспосабливаться к миру и быстро прогрессировать в своем развитии. У новорожденного с рождения, например, имеется немало сложных движений, развивающихся в основном по генетически заданной программе в процессе созревания организма, в том числе рефлекторных, возникающих сразу и без специального обучения с первых часов жизни под воздействием соответствующих внутренних и внешних стимулов, закодированных в качестве ключевых в программах развития этих движений.

 При рождении у младенца имеются ощущения всех элементарные формы восприятия, памяти, благодаря которым становится возможным его дальнейшее познавательное и интеллектуальное развитие. Они представляют собой генетически заданные структуры или блоки сенсорных систем, из которых непосредственно или при незначительной прижизненной модификации строятся более сложные познавательные структуры. В число таких базовых элементов восприятия можно включить, например, механизмы зрительного, слухового и мышечного сосредоточения, слежения за объектами, их сличения, локализации в пространстве, сохранения в памяти, обработки следов их воздействий.

Младенец, которому от рождения всего лишь 1-2 дня, уже способен различать химические вещества по вкусу. Обоняние как один из древнейших и важнейших органов, чувств начинает у него функционировать также сразу после рождения. Такими же особенностями обладают элементарное зрение, движения и слух.

В первые два месяца жизни ребенок демонстрирует способность к рефлекторному повороту головы в ответ на прикосновение какого-либо предмета к уголку рта, сильно сжимает ладони при касании их поверхности, совершает общие некоординированные движения руками, ногами и головой. У него имеется также способность зрительного слежения за движущимися объектами, поворота головы в их сторону. В родильных домах дети в первые дни их жизни инстинктивно поворачиваются лицом в сторону окна, из которого льется дневной свет.

Младенец способен различать вещества на вкус. Он определенно предпочитает сладкие жидкости другим и даже способен определить степень сладости. Новорожденный ощущает запахи, реагирует на них поворотом головы, изменениями в частоте сердцебиений и дыхания. Эти двигательные и физиологические реакции аналогичны тем, которые наблюдаются у взрослых людей при повышенном внимании и особом интересе к чему-либо.

Следует также назвать группу врожденных процессов, способствующих самосохранению и развитию детского организма. Они связаны с регуляцией пищеварения, кровообращения, дыхания, температуры тела, обменных процессов и т. п. Несомненно врожденными являются сосательные, защитные, ориентировочные, хватательные, опорно-двигательные и ряд других рефлексов; все они отчетливо проявляются уже на втором месяце жизни ребенка.

Готовность к функционированию с рождения обнаруживают не только основные органы чувств, но и головной мозг.Количество нервных клеток в коре головного мозга у новорожденного почти такое же, как у взрослого человека, однако эти клетки еще незрелые, а связи между ними слабые. Созревание мозга и организма ребенка, их превращение в мозг и организм взрослого происходят в течение нескольких лет после рождения и заканчиваются только с поступлением в школу. Созревание и развитие мозга находится под прямым влиянием множества разнообразных внешних воздействий и впечатлений, которые получает ребенок от окружающей среды. Проведенные исследования обнаружили, что в мозге ребенка, с момента рождения которого прошло не более полутора суток, можно зарегистрировать различные электрические потенциалы, возникающие в ответ на воздействия цветовых раздражителей на орган зрения. К этому времени мозг уже в состоянии формировать условные рефлексы.

Применительно к младенцу важно знать не только врожденные формы психики и поведения, но и процесс естественного развития организма. Особое значение в первые месяцы жизни имеет развитие движений .

 2.3 ДВИГАТЕЛЬНАЯ АКТИВНОСТЬ РЕБЕНКА

Моторика младенца с рождения имеет довольно сложную организацию. Она включает в себя множество механизмов, предназначенных для регуляции позы. У новорожденного нередко проявляется повышенная двигательная активность конечностей, которая имеет положительное значение для формирования в будущем сложных комплексов координированных движений.

Развитие движений ребенка в течение первого года жизни идет очень быстрыми темпами, причем прогресс, достигаемый в этом отношении за двенадцать месяцев, поразителен. Из практически беспомощного существа, располагающего ограниченным набором элементарных общих врожденных движений рук, ног и головы, ребенок превращается в маленького человека, не только легко стоящего на двух ногах, но относительно свободно и самостоятельно передвигающегося в пространстве, способного одновременно с движениями ног выполнять сложные манипулятивные движения руками, освобожденными от локомоции (функции обеспечения передвижения в пространстве) и предназначенными для исследования окружающего мира.

В младенческом возрасте быстро формируются двигательные навыки детей, особенно сложные, сенсорно скоординированные движения рук и ног. Эти движения в дальнейшем играют весьма существенную роль в становлении познавательных и интеллектуальных способностей ребенка. Благодаря движениям рук и ног ребенок получает значительную часть информации о мире, на движениях рук и ног учатся видеть по-человечески глаза. Сложные ручные движения входят в первичные формы мышления и становятся его неотъемлемой частью, обеспечивая совершенствование интеллектуальной деятельности человека.

Все предметы ребенком примерно до семимесячного возраста захватываются почти одинаково. После семи месяцев можно наблюдать, как движения рук, и в частности кисти ребенка, постепенно начинают приноравливаться к особенностям захватываемого предмета, то есть приобретают предметный характер. Вначале такое приспособление наблюдается в момент непосредственного контакта руки с предметом, а после 10 месяцев приспособление руки и кисти осуществляется заранее, еще до касания предмета, только на основе его зрительно воспринимаемого образа.Это свидетельствует о том, что образ предмета начал активно управлять движениями рук и регулировать их, то есть о том, что у ребенка возникла сенсомоторная координация.

Согласованные действия рук и глаз начинают появляться у ребенка довольно рано, задолго до того момента, когда возникает четкая сенсомоторная координация. Ребенок схватывает в первую очередь те предметы, которые попадаются ему на глаза, и это отмечается уже на втором - третьем месяце жизни. На следующем этапе, относящемся к возрасту от 4 до 8 месяцев, система скоординированных зрительно-моторных движений усложняется. В ней выделяется фаза предварительного слежения за объектом до того, как он будет схвачен. Кроме того, ребенок начинает зрительно и двигательно предвосхищать траекторию перемещения предметов в пространстве, то есть прогнозировать их движение.Одним из первых младенец усваивает хватание и удерживание предметов в руке, пытаясь приблизить их ко рту.Возможно, что в этом своеобразном действии проявляется атавизм, связанный с тем, что у многих животных основным органом манипулирования и исследования окружающего мира были челюсти.

Сначала ребенок схватывает случайно оказавшиеся под рукой предметы, которые она встречает на пути своего естественного следования. Затем движения руки становятся более целенаправленными и управляемыми образом зрительно воспринимаемого предмета, находящегося на некотором расстоянии от ребенка. Младенец ловит его, манипулирует им, обращая внимание на свойства этого предмета. Наиболее яркие и привлекательные свойства предметов он начинает воспроизводить при помощи повторных движений. Например, он трясет погремушку для того, чтобы воспроизвести издаваемый ею звук; бросает предмет на пол с целью проследить траекторию его падения; стучит одним предметом о другой, чтобы еще раз услышать характерный звук. В этом возрасте ребенок уже начинает понимать, что воспроизведение движений способно еще раз воссоздать желаемый результат.В этот период происходит начало формирования произвольных движений, и все это относится к первому полугодию жизни.

На втором полугодии дети начинают подражать движениям взрослых, повторять их и тем самым оказываются практически подготовленными к началу научения путем подражания. Ранее сформировавшиеся движения глаз играют ориентировочно-исследовательскую роль в совершенствовании сложных ручных движ. С помощью зрения ребенок изучает окружающую действительность, контролирует свои движения, благодаря чему они становятся более совершенными и точными. Глаз как бы “обучает” руку, а с помощью ручных движений в предметах, которыми манипулирует ребенок, открывается больше новой информации. Зрение и движения рук становятся далее основным источником познания ребенком окружающей действительности.

К концу младенческого возраста у ребенка возникает особая форма движения, служащая средством направления внимания взрослого человека и управления его поведением с целью удовлетворения актуальных потребностей ребенка. Это в первую очередь указательный жест, адресованный взрослому, сопровождающийся соответствующей мимикой и пантомимикой. Ребенок указывает взрослому рукой на то, что его интересует, рассчитывая на помощь взрослого.

2.4 ВОСПРИЯТИЕ И ПАМЯТЬ У МЛАДЕНЦЕВ

Из всех органов чувств главнейшее значение для человека имеет зрение. Оно первым начинает активно развиваться в самом начале жизни. Уже у месячного ребенка можно зафиксировать следящие движения глаз. Сначала такие движения осуществляются в основном в горизонтальной плоскости, потом появляется слежение по вертикали и, наконец, к двухмесячному возрасту отмечаются элементарные криволинейные, например круговые, движения глаз. Зрительное сосредоточение, то есть способность фиксировать взор на предмете, появляется на втором месяце жизни. К концу его ребенок может самостоятельно переводить взгляд с одного предмета на другой.

Младенцы первых двух месяцев жизни большую часть времени бодрствования занимаются рассматриванием окружающих предметов, особенно тогда, когда они накормлены и находятся в спокойном состоянии. Вместе с тем зрение является чувством, наименее развитым при рождении (имеется в виду тот уровень развития, которого зрение может достичь у взрослого человека). Хотя новорожденные в состоянии следить глазами за движущимися объектами, однако вплоть до 2 - 4 - месячного возраста их зрение является относительно слабым.

Достаточно хороший уровень развития движений глаз можно отметить у ребенка примерно к трехмесячному возрасту. Процесс формирования и развития этих движений не полностью предопределен генетически, его скорость и качество зависят от создания соответствующей внешней стимулирующей среды. Глазные движения детей развиваются быстрее и становятся более совершенными при наличии в поле зрения ярких, привлекательных предметов, а также людей, совершающих разнообразные движения, за которыми может наблюдать ребенок.

Примерно со второго месяца жизни у ребенка отмечается способность к различению простейших цветов, а на третьем - четвертом месяцах формы предметов. В две недели у младенца, вероятно, уже сформировался единый образ лица и голоса матери. Опыты, проведенные учеными, показали, что младенец проявляет очевидное беспокойство в том случае, если перед его взором появляется мать и начинает говорить “не своим” голосом или когда чужой, незнакомый человек вдруг “заговаривает” голосом матери (такая экспериментальная ситуация с помощью технических средств искусственно создавалась в ряде экспериментов с детьми младенческого возраста).

Наблюдая за развитием детей первого года жизни, психологи Н. Л. Фигурин и М. П. Денисова обнаружили, что примерно на шестой недели жизни ребенка его поведение при виде взрослого человека резко меняется. Если раньше взгляд малыша лишь ненадолго останавливался на взрослом человеке и быстро “убегал” в сторону, то теперь происходит нечто совсем иное: ребенок долго и внимательно смотрит в глаза взрослому, на лице его появляется улыбка, он начинает гулить. Создается впечатление, что поведение ребенка осмысленно, он весь тянется к взрослому и как бы говорит ему: “Не уходи, побудь со мной подольше”. Ученые назвали эту удивительную реакцию младенца “комплексом оживления”.

На втором месяце жизни младенец особым образом реагирует на людей, выделяя и отличая их от окружающих предметов. Его реакции на человека являются специфическими и почти всегда ярко эмоционально окрашенными. На улыбку матери в возрасте около 2 - 3 месяцев младенец реагирует также улыбкой и общей активизацией движений. Было бы неправильно связывать возникновение у ребенка комплекса оживления со зрительным восприятием хорошо знакомых лиц. Многие слепые от рождения дети также начинают улыбаться примерно в двух-трехмесячном возрасте, услышав только голос своей матери.

Улыбка на лице ребенка возникает и поддерживается не сама собой. Ее появлению и сохранению способствует ласковое обращение матери с ребенком или заменяющего ее взрослого человека. Для этого выражение лица взрослого должно быть добрым, радостным, а его голос приятным и эмоциональным.

Установлено, что интенсивное эмоциональное общение взрослого с ребенком способствует, а редкое и бездушное препятствует развитию комплекса оживления и может привести к общей задержке психического развития ребенка.

Дальнейшие наблюдения и работы исследователей (Д. Б. Эльконина, М. И. Лисиной и других) показали, что комплекс оживления есть не что иное, как выражение потребности ребенка в общении со взрослым, активная попытка малыша привлекать и удерживать взрослого человека, общаться с ним.

Первые элементы комплекса оживления появляются на втором месяце жизни. Это замирание, сосредоточение, улыбка, гуление, причем все они вначале возникают как реакции на обращение взрослого к ребенку. На третьем месяце жизни эти элементы объединяются в систему и появляются одновременно. Каждый из них выступает как специфическая реакция на соответствующие воздействия взрослого и служит цели активизации общения ребенка со взрослым. На заключительном этапе его развития комплекс оживления демонстрируется ребенком всякий раз, когда у ребенка появляется потребность общения со взрослым.

К трех-четырехмесячному возрасту дети своим поведением отчетливо показывают, что они предпочитают видеть, слышать и общаться лишь со знакомыми людьми, как правило, с членами семьи. В возрасте около восьми месяцев ребенок проявляет состояние видимого беспокойства, когда в поле его зрения оказывается лицо незнакомого человека или когда он сам попадает в незнакомую обстановку, даже если в этот момент времени рядом с ним находится родная мать. Боязнь чужих людей и незнакомого окружения довольно быстро прогрессирует, начиная с восьмимесячного возраста и до конца первого года жизни. Вместе с ней растет и стремление ребенка постоянно находиться рядом со знакомым человеком, чаще всего с матерью, и не допускать долгой разлуки с ним. Наивысшего своего уровня эта тенденция возникновения страха перед чужими людьми и боязни незнакомой обстановки достигает примерно к 14 - 18 месяцам жизни, а затем постепенно уменьшается. В ней, видимо, проявляется инстинкт самосохранения в тот особо опасный для ребенка период жизни, когда его движения неуправляемы, а защитные реакции слабы.

Рассмотрим некоторые данные, которые характеризуют развитие восприятия предметов и памяти у детей в младенческом возрасте. Замечено, что такое свойство восприятия, как предметность, то есть отнесенность ощущений и образов к предметам окружающей действительности, возникает к началу раннего возраста, около одного года. Вскоре после рождения ребенок способен различать тембр, громкость и высоту звуков. Способность запоминать и хранить образы в памяти в своих первичных формах также складывается у младенца в течение первого года жизни. До 3 - 4 - месячного возраста ребенок, по - видимому, в состоянии хранить образ воспринятого предмета не более одной секунды. После 3 - 4 месяцев время сохранения образа увеличивается, ребенок приобретает способность узнавать лицо и голос матери в любое время дня. В 8-12 месяцев он выделяет предметы в зрительном поле, причем узнает их не только в целом, но и по отдельным частям. В это время начинается активный поиск предметов, внезапно исчезнувших из поля зрения, что свидетельствует о том, что ребенок сохраняет образ предмета в долговременной памяти, надолго выделяет его из ситуации и соотносит с ней, то есть фиксирует объективные связи ,существующие между предметами.

Специфика ассоциативной памяти, которая уже есть у детей младенческого возраста, состоит в том, что довольно рано они оказываются способными к созданию и сохранению временных связей между сочетаемыми раздражителями. Позднее, примерно к полутора годам, формируется долговременная память, рассчитанная на длительное хранение информации. Ребенок второго года жизни узнает знакомые предметы и людей через несколько недель, а на третьем году жизни даже через несколько месяцев.

Формирование хватательных движений у ребенка, начинающееся примерно с третьего месяца жизни, оказывает существенное влияние на развитие у него восприятия формы и величины предметов. Дальнейший прогресс в восприятии глубины у детей напрямую связан с практикой передвижения ребенка в пространстве и с действиями освобожденной от локомоторных функций руки. Сенсорные процессы, включаясь в обслуживание практических действий по манипулированию предметами, перестраиваются на их основе и сами приобретают характер ориентировочно - исследовательских перцептивных действий. Это происходит на третьем и четвертом месяцах жизни.

Младенцам годовалого или близкого к этому возраста присущ отчетливо выраженный познавательный интерес к окружающему миру и развитая познавательная активность.

Они способны сосредоточивать свое внимание на деталях рассматриваемых изображений, выделяя в них контуры, контрасты, простые формы, переходя от горизонтальных к вертикальным элементам рисунка. Младенцы проявляют повышенный интерес к цветам, у них весьма выражена ориентировочно - исследовательская реакция на все новое и необычное. Младенцы оживляются, воспринимая явления, отличные от тех, с которыми они уже встречались раньше.

Существует гипотеза, предложенная Ж. Пиаже, что у младенцев уже существует прототип схемы в форме элементарной способности упорядоченного отражения действительности в виде общих свойств, присущих ряду сходных, но не идентичных явлений. Об этом говорит тот факт, что многие годовалые дети различают группы предметов, объединенных по общим признакам: мебель, животных, еду, в том числе по изображениям.

Если на первом полугодии жизни ребенок обнаруживает способность узнавать предметы, то в течение второго полугодия жизни он демонстрирует возможность восстановления образа предмета по памяти. Простой и эффективный способ оценить умение ребенка воспроизводить образ заключается в том, чтобы спросить его, где находится известный ему предмет. Ребенок, как правило, начинает активно искать этот предмет поворотами глаз, головы, туловища.

Для того чтобы глубже понять, какого уровня развития достигает младенец в восприятии, необходимо обратиться к понятию когнитивной схемы.

Схема - это главная единица восприятия, которая представляет собой след, оставленный в памяти человека воспринятой картиной и включающий в себя наиболее информативные, существенные для субъекта признаки. Когнитивная схема объекта или ситуации содержит в себе подробную информацию о наиболее важных элементах этого объекта или ситуации, а также о взаимосвязях этих элементов. Способность создавать и сохранять когнитивные схемы есть уже у младенцев. Старшие дети формируют когнитивные схемы незнакомых объектов после того, как посмотрят на них в течение нескольких секунд.

Чем взрослее ребенок, тем лучше он научается выделять информативные признаки воспринимаемого объекта и абстрагироваться от недостаточно информативных. Для того чтобы уловить настроение человека, дети смотрят ему в глаза, прислушиваются к его голосу. Одновременно они обучаются вести целенаправленный поиск нужных информативных элементов.К концу первого года жизни относятся первые признаки наличия мышления у ребенка в форме сенсомоторного интеллекта.Дети этого возраста замечают, усваивают и в своих практических действиях используют элементарные свойства и отношения предметов. Дальнейший прогресс их мышления непосредственно связан с началом развития речи.

2.5 РЕЧЬ И МЫШЛЕНИЕ МЛАДЕНЦА

Хотя развитие речи и мышления начинается в младенческом возрасте, тем не менее в течение первого года жизни формирование этих двух функций идет относительно независимыми путями, по своим собственным законам.

Речь преимущественно развивается как средство общения на базе данной ребенку от рождения способности к пониманию эмоционального состояния другого человека по его мимике, жестам и пантомимике. Первичному развитию наглядно-действенного мышления предшествует становление манипулятивных движений рук, совершенствование работы органов чувств и формирование всех операционных структур, их координации, о которой писал Ж. Пиаже. Он выделяет это как период сенсомоторного интеллекта (0-2 года).

 Младенец переходит от рефлекторного уровня новорожденного, на котором его Я и окружающий мир не дифференцируются, к относительно связной организации сенсомоторных действий, независимой от его непосредственного окружения. Эту организацию представляют акты приспособления к вещам в виде перцептивных и двигательных действий, основанных на реальных вещах. Символических преобразований еще нет, конкретные успехи интеллекта этого периода можно представить следующим образом: появляются циркулярные реакции (повторяющиеся действия разной степени сложности), возникает координация схем при установлении отношений между целями и средствами, путем проб и ошибок изобретаются новые средства, новые средства появляются и благодаря мгновенному озарению (“инсайту”). Кроме того, ребенок приобретает множество частных сведений об объектах и их свойствах в пространстве, времени, причинности. Он, занимаясь подражанием и игрой, узнает и свои свойства (своего Я) и свойства объектов как различные. Внутри общей системы сенсомоторных действий обособляется восприятие как особая система Я-действий, именно в этот период константность восприятия достигает высокого уровня развития.

Значительный вклад в дальнейшее развитие этой формы мышления вносит совершенствование ориентировочно-исследовательской деятельности младенцев.

Успешность усвоения речи и понимания ее значительно возрастает, если наряду с собственно речевым общением ребенок имеет возможность активно манипулировать предметами, называемыми взрослым, самостоятельно изучать, исследовать их.

Активные действия детей с предметами возникают между 7 и 10 месяцами жизни. Примерно около года в деятельности исследовать предметы не только с помощью рук, но также и других предметов, употребляемых им в качестве орудий. Например, взяв в руки палочку, ребенок может прикасаться ею к другим предметам, воздействовать на них (толкать, двигать, переворачивать и тому подобное).

Появление и развитие звуковой стороны речи ребенка можно проследить следующим образом. Уже на втором месяце жизни у самих детей различаются звуки голоса, свидетельствующие об особенностях их внутренних состояний, например звуки удовольствия или неудовольствия. Начиная с третьего месяца жизни появляются смех и проявление радости, которые к концу первого полугодия приобретают довольно устойчивый характер.

С семи месяцев жизни в голосе ребенка выделяется интонация, связанная с обращением, просьбой. С десяти месяцев появляются голосовые признаки настойчивости. Интонационное структурирование речи происходит в течение первого года жизни и является доминирующим направлением в ее развитии. На основе интонационного структурирования возникает возможность невербального общения взрослого и ребенка еще до того, как ребенок практически начинает овладевать человеческой речью. Первые произносимые им звуки речи несут в себе значительные отпечатки эмоциональной экспрессии.

Рассмотрим теперь, как идет развитие познавательной сферы младенца, подготавливающее формирование интеллекта ребенка.

Новорожденные младенцы не включены в практическую деятельность, они только общаются со взрослыми, а в период бодрствования, находясь в одиночестве, изучают при помощи органов чувств свое ближайшее окружение. С помощью рук, отчасти ног, они манипулируют находящимися в пределах их досягаемости предметами, то есть вырабатывают умения и навыки, которые впоследствии оказываются включенными в процесс решения практических сенсомоторных задач.

По мнению Дж. Брунера, ребенок младенческого возраста познает окружающий мир главным образом благодаря привычным действиям, с помощью которых он на этот мир практически воздействует. Со временем, как правило, уже за пределами младенческого возраста, мир оказывается представленным ребенку еще и в образах, сравнительно свободных от действий, а далее и в понятиях.

Вплоть до конца первого года жизни узнавание объектов ребенком зависит не столько от характера самих этих объектов, сколько от того, какие действия они вызвали.В этом возрасте ребенок еще не способен четко дифференцировать образ предмета и реакцию на него.

Во втором полугодии жизни ребенка возникает тесная связь между восприятием и действием.

Первоначально действие ребенка совершается только при помощи рефлекторных движений органов чувств, например принимает форму “устремленного взгляда”, обнаруживающегося в движениях глаз или ориентации головы.

Позднее появляются схватывание рукой, захватывание ртом, удерживание в руке и тому подобное.

Образовавшаяся связь между восприятием и действием подготавливает развитие интеллектуальных операций, первыми элементарными проявлениями которых выступают сенсомоторные действия ребенка, направленные на поиск предметов и преодоление различных препятствий, возникающих на пути его продвижения.

3.Психическое развитие младенца в основных психоаналитических теориях .

Ортодоксальная психоаналитическая теория наделяет новорожденного инстинктами, либидо, начальной дифференциацией сознания на уровни, интригующим резервуаром, называемым “ид”, и, наконец, состоянием, описываемым как первичный нарциссизм. В этой главе рассматриваются традиционные определения перечисленных.

3.1.1 ИНСТИНКТЫ И КОНЦЕПЦИЯ ЛИБИДО

Фенихель и Стерба :Ортодоксальная психоаналитическая теория объясняет психические феномены как результат динамического взаимодействия сил. Конкретно взаимодействие осуществляется между побуждающими силами, или инстинктами, и контрсилами, представленными внешним окружением. Делается различие между внутренними стимулами организма, такими, как голод, жажда, сексуальное влечение, и стимулами из внешнего мира .

Ричард Стерба определяет инстинкт как “психическое отображение постоянно активных стимулов, возникающих в теле и переходящих в психику из соматической сферы”. Инстинкт является пограничным понятием между психическим и соматическим, так как он связан с влиянием на психику, обусловленным соматическими изменениями. Иллюстрацией может служить пищевой инстинкт. Недостаток пищи вызывает химические изменения в организме или органические стимулы. Эти стимулы по-разному проявляются в психике, например, в виде перемены настроения. Инстинкт поэтому описывается как сила, воздействующая на психику в целях произведения психических изменений. Выражение “постоянно активные” основывается на факте, что соматические стимулы постоянно поступают в мозг и не могут быть приостановлены. Внешних стимулов, с другой стороны, можно избежать. Например, если идет дождь, вы и без зонтика не промокнете, спрятавшись в дверной проем; если же вы голодны, проблема разрешима только прямым путем — необходимо поесть.

Фенихель описывает три характеристики инстинкта: 1) цель; 2) объект; 3) причина. Целью инстинкта является удовлетворение, наступающее в процессе устранения состояния возбуждения. При достижении цели потребность удовлетворяется. Объект инстинкта принадлежит к внешнему миру и требует взаимодействия с ним. Пища, например, представляет собой объект пищевого инстинкта.

Стерба добавляет четвертую характеристику: влечение или движущая сила инстинкта. Он определяет влечение как количество энергии, заложенной в инстинкте. Сила инстинкта оценивается степенью и количеством препятствий, которые могут быть преодолены на пути к удовлетворению потребности. В случае голода влечение к пище становится настолько сильным, что отметаются все условности.

Фенихель классифицирует инстинкты на две группы: 1) имеющие отношение к простым физическим потребностям; 2) связанные с сексуальными побуждениями. К первой категории относятся дыхание, голод, жажда, дефекация и мочеиспускание. Процесс удовлетворения такого рода потребностей относительно несложен. Соматические изменения вызывают соответствующие переживания, которые приводят к специфическим действиям для уменьшения напряжения. Общая особенность этих инстинктов состоит в необходимости быстрого удовлетворения, допускающего малое индивидуальное разнообразие. Фенихель поэтому говорит о небольшой важности первой группы инстинктов для психологии.

Другая группа — сексуальные инстинкты — функционирует в более свободной и сложной манере. Если не происходит удовлетворения изначальным путем, сексуальные инстинкты способны изменять цели и объекты, исчезать из сознания и вновь появляться в замаскированном виде. Подобно первой группе инстинктов, они функционируют от рождения, и формы сексуальности у взрослых представляют собой продолжение детской сексуальности.

Это подводит нас к концепции “либидо”, которое определяется как энергия сексуальных инстинктов. Каждый обладает количеством энергии, служащим, в широком смысле, резервуаром для сексуального выражения. Предполагается, что количество либидо фиксировано и наличествует от рождения. В процессе развития либидо привязывается к различным органам тела и претерпевает разнооб-разные трансформации, описанные Фрейдом как “превратности либидо” (направленность вовне и внутрь, фиксация, регрессия, вытеснение, сублимация).

Томпсон и Салливан: Воззрения на проблему либидо существенно варьируют от позиции Юнга до точки зрения неофрейдистов. Для Юнга либидо представляет первичную энергию, лежащую в основе не только сексуальной, но всей психической жизни (“фундамент и регулятор психического существования”). Это фундаментальное влечение, движущая жизненная сила, вбирает питание, рост, сексуальность, интересы и т.д. Неофрейдисты, с другой стороны, полностью отбрасывают инстинкты и либидо. Они допускают значение биологических потребностей и их влияние на процесс развития, но отказываются от признания либидо в качестве движущей силы, преследующей эротические наслаждения. Взамен они пытаются истолковать биологическое развитие ребенка в свете культурных влияний и обусловленных культурой межличностных отношений.

Согласно Томпсон , теория либидо Фрейда оказывается неудовлетворительной в объяснении агрессии, перверсий и нарциссизма. Различие между школами станет яснее, когда мы рассмотрим всю генетическую последовательность формирования личности. Неофрейдисты тем не менее имеют определенное мнение относительно потенциала личности новорожденного. Гарри Салливан , например, следуя за Адлером, утверждает, что человек рождается с “неким побуждением к власти”. При рождении влечение не вполне сформировано, но способно к развитию. Первые фрустрации биологической устремленности к обладанию порождают направленность на преодоление внутреннего чувства бессилия. Салливан иллюстрирует свою мысль рассуждением о ребенке, неспособном достичь впервые увиденную луну. Неудача приводит к фрустрации влечения к власти и компенсаторному поиску способов приобрете-ния могущества.

 Устремление к могуществу, таким образом, считается важнее, чем чувство голода, жажды или сексуальное вожделение, потому что лежит в основе всех этих влечений. Устремление к власти является настолько существенным, что степень его удовлетворения или фрустрации определяет развитие личности. По словам Салливана :“Полноценное развитие личности наряду со стремлением к безопасности в основном базируется на открытии ребенком своего бессилия в достижении определенных желаний имеющимися в его распоряжении средствами. Разочарование первым опытом постнатальной жизни (в отличие от внутриутробной жизни, где все доступно) приводит к началу грандиозного развития действий, мышления, предвидения и т.д., ограждающих от чувств опасности и беспомощности в неблагоприятных условиях”.

 3.1.2 ВОЗЗРЕНИЯ НА ИНСТИНКТ СМЕРТИ

Фрейд первоначально разделил инстинкты на две категории: 1) инстинкты самосохранения или эго-инстинкты; 2) сексуальные инстинкты. Конечным итогом стало разделение на инстинкт жизни — Эрос и инстинкт смерти — Танатос. Инстинкт жизни включал либидо и часть инстинктов эго; инстинкт смерти представлял новую отдельную концепцию, такую же важную, как теория Эроса. Инстинкт смерти активируется сразу при рождении и выражается в тенденции к возвращению органической жизни в предшествующее неорганическое состояние. Процесс жизни подразумевает напряжение, а влечение к смерти преследует цель освобождения от напряжения. Новая концепция помогла Фрейду объяснить самодеструктивные побуждения (например, самоубийство), агрессию по отношению к другим (например, война) и компульсивные наклонности к повторению ранее болезненного опыта. Все психические феномены, таким образом, получали объяснение в понятиях слияния или смешения двух инстинктов.

Фенихель допускает существование деструктивных влечений и их противоположность сексуальным желаниям любви. Однако в отличие от Фрейда он утверждает, что оба вида влечений дифференцируются из одного источника. В обоих случаях имеет место стремление к релаксации путем разрядки напряжения или осуществляется закономерность, названная Фенихелем “принципом постоянства”. Для иллюстрации действия принципа постоянства в случае эротических инстинктов он проводит аналогию с голодным ребенком: ребенок просыпается, чтобы удовлетворить голод, и опять засыпает. Агрессивные влечения, с другой стороны, не имеют своей собственной цели, но скорее представляют собой способ реагирования на фрустрацию. Если устойчивость к фрустрации недостаточна и возникает напряжение, то агрессия способствует избавлению от него. В заключение Фенихель повторяет, что нет необходимости предполагать дихотомию инстинктов. По его мнению, адекватная детальная классификация инстинктов станет возможной только тогда, когда физиология представит лучшую информацию об их происхождении.

Томпсон: Неофрейдисты тоже не признают врожденности инстинкта смерти. Томпсон высказывает несколько возражений фрейдовской теории: 1) самоубийство и агрессия по отношению к другим вызываются в основном жизненными фрустрациями и трудностями в межличностных отношениях; 2) так называемая деструктивность ребенка может быть не преднамеренной а являться, следствием любопытства и простого неведения; 3) согласно теории Фрейда, ребенок, родившийся в благоприятном окружении, все равно несет в себе выраженные деструктивные силы. По мнению Томпсон, деструктивность развивается в неблагоприятном окружении.

 3.1.3 БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ И ИД

Ортодоксальный подход: Дальнейшие соображения о потенциале личности новорожденного изложены в концепции бессознательного. Считается, что расщепление психической сферы на уровни — бессознательный, предсознательный и сознательный — происходит в раннем детстве. Психическая жизнь новорожденного поэтому может быть охарактеризована как недифференцированное состояние, из которого начинают быстро формироваться уровни сознания.

Определение и значение бессознательного. Бессознательное определяется как огромная область психической жизни, которая никогда не осознавалась или прежде была сознательной и подверглась вытеснению. Это динамическая концепция в том смысле, что бессознательные импульсы постоянно самым активным образом стремятся к сознательному выражению. Влияние бессознательного гораздо могущественнее, чем сознаваемого, оно может глубоко изменять идеи, эмоции и даже соматическое состояние, при этом человек не сознает его влияния. Важность данной концепции для теории суммировал Фенихель:“Предположение о существовании бессознательного способствует психоаналитическим исследованиям в поиске научного объяснения и понимания сознания. Без такого предположения феномены сознания в их взаимодействии остаются непонятными; такое предположение делает возможным предсказание и систематическое воздействие, что характеризует успешность любой науки”.

Доводы Фрейда в пользу бессознательного: “...а) В постгипнотическом состоянии выполняются внушения, удерживаемые в бессознательном, б) доказательства, полученные посредством интерпретации сновидений, в) раскрытие причин ошибок памяти, речи, действий, г) факт неожиданного появления в сознании неизвестно откуда взявшихся идей или даже решение проблем без участия сознания, д) небольшой объем содержания сознания по сравнению со скрытым содержанием психики, е) распознание посредством психоаналитической техники значения психических и физических симптомов свидетельствует о скрытой стороне психической жизни, и, вообще, аналитическое исследование раскрывает процессы, имеющие характеристики и особенности, которые кажутся нам чуждыми, не заслуживающими доверия и прямо противоречат известным атрибутам сознания, ж) наконец, доказательство от противного основано на том, что признание бессознательного позволяет создать высоко успешный практический метод для оказания воздействия на процессы сознания”.

Свойства бессознательного. Бессознательное имеет определенные специфические характеристики, которые отличают его от предсознания (уровня, близкого к сознанию, с содержанием, способным стать сознательным) и самого сознания:

1. Желания, основывающиеся на инстинктивных влечениях, находятся в бессознательном и существуют независимо друг от друга. По словам Фрейда, “они свободны от противоречий”. Когда два желания, чьи цели кажутся несовместимыми, одновременно проявляют активность, они не умаляют и не аннулируют друг друга. Происходит их комбинация и формируется компромиссная цель.

2. Процессы в бессознательном существуют вне времени. ни Не изменяются по истечении времени и не имеют временной последовательности. Временные отношения являются Функцией сознания.

 3. Бессознательному не свойственны отрицание, сомнение. Это скорее функции цензуры, которая существует между бессознательным и предсознательным.

4. Бессознательные процессы имеют очень незначительное отношение к реальности. Они регулируются собственной силой и принципом удовольствия, т.е. поиском удовольствия и избеганием боли. Другими словами, бессознательное — аморально.

5. Энергия, связанная с бессознательными идеями, гораздо мобильней, чем энергия предсознания или сознания. Эта свободно плавающая энергия направляется в соответствии с “первичным процессом”. Он не подвержен требованиям реальности, времени, упорядоченности, логики; легкость сгущения, перемещения обусловлены только вероятностью разрядки. “Вторичный процесс”, которым характеризуется предсознание, отличается большей дифференцированностью.

Происхождение бессознательного. Вопрос о происхождении бессознательного остается очень спорным. Фрейд говорит о “первичных фантазиях”, которые обнаруживаются настолько часто, что складываются в типичные формы. Поначалу Фрейду казалось, что их происхождение восходит к опыту раннего детства, но позднее он перешел на “филогенетическую” позицию. Индивид посредством расовой наследственности преодолевает “пределы своей жизни и становится обладателем опыта древности, его собственный опыт носит только рудиментарный характер”. Фрейд добавляет, что бессознательные фантазии “были реальностью в первобытном существовании человечества, и воображение ребенка просто заполняет пропасть между индивидуальной и доисторической истиной” .

Сущность бессознательного. Согласно Фрейду, бессознательное состоит только из идей. Неверно говорить о бессознательных влечениях, эмоциях, чувствах. Инстинкт не может быть объектом сознания — только идея, представляющая инстинкт. Подобным образом дело обстоит с бессознательным, поскольку, если инстинкт не связан с идеей, о нем ничего не известно. Рассуждения о бессознательных или вытесненных инстинктивных влечениях не более чем безвредное несовершенство языка.

Как не бывает бессознательных инстинктивных влечений, так не может быть и бессознательных эмоций. Рассмотрение на практике бессознательных — любви, вины, тревоги — основано на трудно распознаваемом процессе, который не противоречит общему принципу. Случается, что некая эмоция неправильно интерпретируется. Это искажение возникает в результате связи эмоции с иной идеей. Эмоция переживается в процессе выражения вторичной идеи. В данном случае первоначальная идея может быть описана в качестве бессознательной, она и была реально вытесненным представлением.

Фенихель, с другой стороны, считает, что закономерно говорить о бессознательных эмоциях. Состояния напряжения в организме, если не блокируются, вызывают специфический настрой. Он может рассматриваться как бессознательная предрасположенность. Поэтому то, что неведомо индивиду, возможно, представляет собой установки — на гнев, сексуальное возбуждение, тревогу или вину.

Отношение бессознательного к ид. Фрейд впоследствии дополнил свое представление об уровнях психики топографическим разделением личности на ид, эго и супер-эго. С точки зрения последовательности нашего изложения в данном разделе целесообразно рассмотреть только ид.

Точное отношение между бессознательным и ид никогда не было ясно сформулировано. Некоторые авторы используют оба понятия поочередно, в то время как другие, включая Фрейда, считают плодотворным их разграничение. Вероятно, наилучшим является представление об ид как части бессознательного. Другими словами, ид целиком принадлежит к бессознательному, но не исчерпывает его.

Ид может быть описано следующими характеристиками:

1. Ид — источник инстинктивной энергии индивида, резервуар его либидной энергии .

2. Ид служит удовлетворению либидных побуждений, повинуясь принципу удовольствия.

3. Ид — аморально и алогично, не отличается единством намерений.

4. Ид обладает филогенетической памятью.

Юнг предлагает собственную концепцию бессознательного, которая лишь частично совпадает с подходом Фрейда. Прежде всего Юнг разделяет бессознательное на две сферы: личное бессознательное и коллективное бессознательное. Личное бессознательное содержит забытые впечатления, вытесненные тягостные мысли, подпороговые апперцепции и, наконец, материал, еще не “созревший” для осознания.

 Основные отличия от фрейдовской интерпретации следующие: 1) меньшее подчеркивание вытеснения — личное бессознательное для Юнга не столько результат вытеснения, сколько следствие тенденции каждого индивида к одностороннему развитию, какая-то часть возможностей вытесняется, открывая простор реализации других возможностей; 2) бессознательное не обязательно содержит непри-емлемые черты, положительные особенности оказываются в бессознательном в силу одностороннего развития.

Коллективное бессознательное связано с наследованием человеческих первообразов. Оно содержит “материал из самых глубин бессознательного”, из той области бессознательного, которая никогда не станет осознанной. Юнг пишет :“У каждого индивида имеется (помимо его личной памяти) множество “первобытных образов”. Это прообразы представлений человека о мире, носящие непреходящий характер и наследуемые посредством мозговых структур из поколения в поколение”.

Что касается наследования идей, Юнг говорит :“Я никогда не делал утверждений о наследовании идей, но предполагал наследование предпосылок к возникновению идей, их зачатков, а это нечто совершенно другое. Мне еще не доводилось обнаруживать бесспорных доказательств наследования об-разов памяти, но я не исключаю, что, кроме коллективных хранилищ, не содержащих ничего индивидуального, психикой унаследуется опыт с индивидуальным отпечатком”.

Первообразы, или архетипы, становятся известными благодаря интерпретации символики сновидений. Метод ассоциаций раскрывает в значении сновидений не только личное, но и коллективное бессознательное. Архетип — универсальная познавательная категория, общая для целой нации или даже эпохи. Это унаследованная организация психической энергии. Мифы — излюбленные носители расовых архетипов. Примерами являются архетипы матери и отца. Собирательный прообраз матери, оказывающий влияние на любого человека, выражен в паттерне всего защищающего, обогревающего, кормящего. Защищающая мать одновременно ассоциируется с кормящей землей, плодородным полем, теплым очагом, пещерой, окружающей растительностью, дающей молоко коровой, травой. Символ матери обращен к месту рождения, творящему пассивно, такому, как природа, материя, бессознательное, инстинктивная жизнь. Архетип отца, с другой стороны, означает такие вещи, как сила, мощь, авторитет, творческое вдохновение и вообще все движущееся и динамичное. Отцовский образ ассоциируется с реками, ветрами, штормами, битвами, разъяренными животными наподобие быка, порывистыми и меняющимися явлениями мира, он в то же время — причина всех изменений.

Этот особый аспект системы Юнга, касающийся первобытных образов, имеет нечто общее с фрейдовским представлением о филогенетической наследственности, как в размышлениях о первобытной орде. Юнг, однако, приписывает совершенно другую роль функции бессознательного. Он считает, что коллективное бессознательное является хранилищем мудрости времен, скрытым в мозге. В бессознательном не прекращается активность по созданию комбинаций в целях указания будущего индивида. Результат деятельности бессознательного, по мнению Юнга, превосходит в утонченности и масштабе работу сознания. Поэтому Юнг расценивает коллективное бессознательное в качестве “непревзойденного руководителя” человеческих существ... могущественной духовной наследственности в развитии человека, возрождающейся в каждом индивиде”.

Неофрейдисты считают концепцию бессознательных психических процессов величайшим достижением Фрейда. Томпсон, например, старается показать, что отбрасывание понятий либидо и инстинктов никоим образом не препятствует допущению разных уровней осознания как ключевого теоретического построения. Основная критика сосредоточивается на рассмотрении Фрейдом бессознательного в качестве места размещения инстинктов и их психических заменителей; его последующее представление об ид еще уязвимее в этом отношении. Хотя Фрейд заявляет, что ид просто речевая конструкция и не может размещаться в какой-либо части тела, Томпсон, читающая между строк, чувствует актуальность для Фрейда идеи локализации.

Критика более частного характера относится к мнению Фрейда о совместном нахождении в бессознательном вытесненного опыта и сил ид, которые как-то соединяются в целях получения сознательного выражения. Согласно Фрейду, вытесненный материал, например, может заимствовать энергию у ид, чтобы получить выход. Томпсон считает это утверждение очень спекулятивным и не поддающимся научной проверке.

 3.1.4 ПЕРВИЧНЫЙ НАРЦИССИЗМ

Фрейд:Состояние первичного нарциссизма является еще одной особенностью новорожденного. Под нарциссизмом понимают обращенность либидо в большей степени на себя, чем на объекты внешнего мира. Первичный нарциссизм представляет изначальное состояние новорожденного, неспособного проводить различие между собой и внешними объектами. Сексуальные цели этого периода целиком аутоэротичны, т.е. связаны с любовью к себе. Эго еще не отдифференцировалось, и ребенок ощущает себя всемогущим, поскольку его потребности удовлетворяются как само собой разумеющееся. Считается, что он обладает “океаническим чувством”. В последующей жизни перед лицом серьезных стрессов индивид испытывает соблазн возвратиться к первоначальному идиллическому чувству безопасности — иллюстрацией служит кататонический шизофреник. Это возвращение к самовлюбленности вследствие неудовлетворенности социальными связями называется “вторичным нарциссизмом”.

Фрейд в работе под заглавием “О нарциссизме” пытается обосновать концепцию первичного нарциссизма дедуктивным методом из наблюдений за родителями. Он пишет :“При наблюдении отношения любящих родителей к ребенку мы не можем не заметить оживления и воспроизведения их собственного давно оставленного нарциссизма. Их чувства, как известно, характеризуются переоценкой объекта, что достоверно указывает на нарциссическое происхождение. Они приписывают ребенку все совершенства, которые не подтверждает трезвое наблюдение, и пренебрегают его недостатками — с этой тенденцией связано отрицание сексуальности ребенка. Родители отказываются в пользу ребенка от культурных приобретений и воскрешают в его личности свои былые притязания. Ребенку покупаются лучшие, чем у родителей, вещи; он не должен подвергаться необходимым требованиям жизни. Болезнь, смерть, безработица, неизбежное ограничение желаний не должны касаться ребенка, в угоду ему следует изменить законы природы и общества. Он сердцевина вселенной: “Его Величество Ребенок”, как нам самим когда-то мечталось быть. Ребенку предназначено осуществить несбывшиеся мечты и желания родителей — вместо отца стать героем или выйти замуж за принца в качестве запоздалой компенсации устремлений матери. Нар-циссическую позицию ослабляет эго, находящееся под давлением реальности, тогда безопасным способом удовлетворения нарциссических побуждений становится ребенок. Родительская любовь, такая трогательная и по существу ребяческая, ничего более чем возобновление нарциссизма, трансформиро-ванного в любовь к объекту, но безошибочно себя обнаруживающего” .

Гринейкр связывает концепцию “первичного нарциссизма” с введенным ею понятием “первичной тревоги” и самим процессом рождения. Фигурально говоря, она рассматривает первичный нарциссизм в отношении к тревоге как “поверхностное” напряжение, которое может быть больше или меньше в соответствии с потребностями организма. Увеличение тревоги вызывает нарастание нарциссизма; избыток нарциссизма развивается отчасти в качестве попытки организма преодолеть повышение тревоги. Одной из иллюстраций является крик новорожденного, выражающий тревогу и в следующий момент служащий сохранению “могущества” посредством призыва родителей на помощь.

Процесс рождения способствует трансформации расслабленного, относительно дремлющего нарциссического состояния плода в первичный нарциссизм новорожденного. Первичный нарциссизм, по мнению Гринейкр, не исчерпывается океаническим чувством величия. Он также несет в себе начала активного психического влечения, основанного на биологической потребности выживания. В периоды последующих психических стрессов, таких, как травма или депривация, происходит наращивание нарциссизма, описанного как либидный заряд побуждения, которое направлено на атаку или защиту. Гринейкр проводит аналогию с голодной амебой, выкидывающей псевдоподии для захвата пищи. Рудиментарная форма этого влечения имеет место у новорожденного.

Фромм: Неофрейдисты критикуют концепцию нарциссизма за понятие фиксированного количества либидо. Они отмечают, что, согласно Фрейду, чем больше любви направлено на внешний мир, тем меньше остается самому себе, и наоборот. Фромм возражает против этой формулировки, так как она приводит к неприемлемой позиции: нарцисс представляется обогащенной личностью по сравнению с человеком, способным к любви. В действительности, по мнению Фромма, человек, испытывая любовь к окружающим, не истощается, а обогащается. Человек, способный по-настоящему любить себя, любит других. Человек, неспособный любить других, не способен любить себя. Первичный и вторичный нарциссизм всецело отличаются друг от друга. Первичный — говорит о самоуважении; вторичный — служит защитой против осознания утраты самоуважения. Вторичный нарциссизм, проявляющийся в тщеславии, повышенном внимании к своему телу, общем эгоцентризме, является не самовлюбленностью, а ненавистью к себе вследствие чувства безуспешности и отсутствия любви со стороны окружающих .

 3.2 .1 ПЕРВЫЙ ГОД ЖИЗНИ

После рождения начинается быстрое развитие организма в разных направлениях. Считается, что широта и разнообразие развития на первом году жизни играют огромную роль в формировании личности. Эти особенности косвенным образом облегчают организацию излагаемого в книге материала. Сейчас мы можем принять схему, в рамках которой будут представлены периоды развития личности, включая юно-шеский возраст:

Формирование эго и супер-эго

Психосексуальное развитие

Отношения с другими людьми

Психологические механизмы

 3.2.2 ФОРМИРОВАНИЕ ЭГО И СУПЕР-ЭГО

Ортодоксальное определение: архаическое эго

Механизм восприятия у младенца. У новорожденного, как мы знаем, отсутствует эго. Эго младенца дифференцируется только под влиянием внешнего окружения. Он не осознает мира, в лучшем случае просто испытывает удовольствие и боль, а также изменение в степени напряжения. Когда младенец накормлен, находится в тепле и комфорте, он засыпает. В этот период релаксация сопровождается отключением сознания. Появление зачатков функции эго совпадает с началом осознания, что для уменьшения напряжения во внешнем мире должны произойти какие-то события. В результате возникает стремление к объектам (людям, вещам) с целью удовлетворения желаний — состояние, описанное как “потребность в сти-муляции”. Противоречие между стремлением к релаксации и желанием обладания объектами считается недифференцированным предвестником взаимоотношения между любовью и ненавистью .

Способность младенца к различению между собственной личностью и окружением сосредоточивается вокруг попустительства и депривации в удовлетворении его потребностей матерью. До тех пор пока потребности младенца удовлетворяются, он продолжает мыслить исключительно эгоцентри-чески. Начало выделения внешнего мира связано с депривацией. Теоретически, если бы любая потребность удовлетворялась, возможно, никогда не развилось бы представление о внешнем мире. Другая крайность, интенсивная депривация, тоже тормозит развитие эго .

Фенихель: объекты различаются не четко; образы большие и неточные; перцептивные и двигательные функции не разделяются; восприятия многими органами чувств перекрывают друг друга. Превалируют примитивные ощущения типа кинестетических. Образы младенца специфичны не только по форме, но и по содержанию. Одной из причин содержательного отличия является маленький размер младенца и отсутствие опыта ориентации в пространстве. Вторая и более важная причина искажения восприятия заключается в одностороннем рассмотрении мира как источника удовлетворения или угрозы. Поиск удовольствия несовместим с правильной оценкой, которая основывается на размышлении и отсроченных реакциях.

Самоуважение. Первым регулятором самоуважения является снабжение питанием (в широком смысле) из внешнего мира. Процесс осуществляется следующим образом: первая устремленность к объектам представляет по своей природе желание избавиться от тревожащих стимулов; получение удовлетворения восстанавливает первичный нарциссизм или, другими словами, самоуважение. В раннем возрасте ощущение всесилия сопряжено со снятием инстинктивного напряжения.

В последующем, когда ребенок вынужден отказаться от чувства величия, он стремится разделить величие взрослого. На этой стадии инстинктивное удовлетворение дифференцируется от величия, и каждое доказательство любви более могущественного взрослого имеет тот же эффект, что прежде кормление молоком. Маленький ребенок теряет самоуважение при утрате любви и обретает самоуважение при воз-вращении любви. Этот период, следующий за стадией величия первичного нарциссизма, характеризуется “пассивно-рецептивным господством”, так как трудности преодолеваются путем побуждения всесильных внешних объектов доставлять желанное.

Развитие чувства реальности. По мере созревания ребенка его интеллектуальные способности возрастают и выходят за пределы простой заинтересованности в удовлетворении потребностей. Принцип удовольствия замещается принципом реальности. Это обучение, в процессе которого возникают осознание возможных перемен в окружении и способность предсказания будущего. На данном этапе ребенок может представить себе: “Когда я веду себя определенным образом, окружение реагирует соответствующим обра-зом”, — и регулировать поведение приемлемым путем. Принцип реальности поэтому связан со способностью отдавать предпочтение будущему вместо немедленного удовлетворения. На языке психоэнергетических терминов, произошла трансформация либидной энергии в либидную энергию вытесненной цели.

Ференци в 1913 году выделил четыре стадии, предваряющие развитие чувства реальности:

1. “Бессознательное величие” — состояние, предшествующее рождению, когда удовлетворяются все желания ребенка.

2. “Магическое галлюцинаторное величие” — период сразу после рождения, когда ребенок чувствует, что стоит ему чего-то пожелать, и все это появится.

3. “Магическое величие жестов” — несколько позднее ребенок обучается преодолевать разочарование криком и жестами.

4. “Магия мыслей и слов” — наконец, он придает магическое значение мыслям и словам.

Мелани Кляйн :Ортодоксальная психоаналитическая теория характеризует первый год жизни в качестве периода начального формирования эго. Супер-эго в это время полностью отсутствует. Мелани Кляйн , лидер Британской школы психоанализа, допускает функционирование хорошо развитых эго и супер-эго на первом году жизни. Система Кляйн основывается на интерпретации бессознательных фантазий при психоаналитической работе с детьми, страдающими неврозами. Эти бессознательные фантазии, по ее мнению, являются первоначальным содержанием всех психических процессов, они лежат в основе бессоз -нательного и сознательного мышления. Кляйн усматривает доказательства широкого спектра высокодифференцированных отношений к объектам, отчасти либид-ных, отчасти агрессивных, в первые месяцы жизни. Ребенок шести месяцев уже любит, ненавидит, желает, атакует, хочет разрушать и готов разорвать мать на части. В страхе перед своими деструктивными влечениями он приписывает их вне-шним объектам и в фантазиях проглатывает объекты, чтобы их разрушить. Противовесом деструктивным влечениям выступает строгое супер-эго, или сознание. В результате возникают многие осложнения, например, расщепление супер-эго или его неприятие; но у нас нет необходимости останавливаться здесь на этом вопросе. Детали системы Кляйн мы обсудим в последующем: при рассмотрении психосексуального развития, отношений с окружающими и анализе психологических механизмов.

Салливан описывает три модуса, которые вовлечены в формирование это: прототаксический, паратаксический и синтаксический. На первом году жизни действует прототаксический модус. Вначале у младенца отсутствуют эго и самосознание. Он смутно различает предшествующее и последующее состояния, не способен устанавливать взаимосвязь событий. Отсутствует ориентация во времени и пространстве. Все, что младенец знает, — это сиюминутное состояние, он обладает “космическим опытом” в смысле неопределенности и неограниченности существования. Через некоторое время младенец начинает вьщелять “материнский образ”. Это очень неясный образ, постепенно приобретающий отличие как нечто не являющееся собственной частью. Материнский образ, приносящий чувство благополучия, эйфорию, представляет “Хорошую Мать”. Когда образ причиняет младенцу беспокойство, возникает другой “комплекс впечатлений”, становящийся “Плохой Матерью”. Сосок груди — атрибут “Хорошей Матери”, в туманной пелене сосок является ее представителем. Такой сиюминутный опыт прототаксического модуса формирует основу памяти. По словам Салливана :“Память — относительно долговременная запись сиюми-нутных состояний. На менее абстрактном языке, живые существа фиксируют все переживаемые события не в форме “перцепций” или “возбуждений коры”, а как существующие в определенный момент паттерны взаимосвязи организма со значимыми факторами окружения”.

 3.2.3 ПСИХОСЕКСУАЛЬНОЕ РАЗВИТИЕ

Ортодоксальный подход: оральная стадия

Неотъемлемой частью ортодоксального психоаналитического мышления является теория детской сексуальности . Считается, что маленький ребенок “полиморфно перверсен”, т.е. представляет собой инстинктивное создание, управляемое недифференцированной пространно организованной сексуальностью. Детская сексуальность отличается от взрослой в трех отношениях:

 1) гениталии не обладают наибольшей чувствительностью, на первый план выдвинуты другие эрогенные зоны (области, доставляющие удовольствие), например, рот; 2) инфантильная сексуальность не приводит к сексуальному акту, ее цели связаны с активностью, которая у взрослых играет роль в удовольствиях, предшествующих сексуальному акту; 3) инфантильная сексуальность имеет тенденцию быть аутоэротичной.

Прегенитальный период может быть охарактеризован несколькими стадиями развития. Эти фазы не ограничены четко они постепенно переходят одна в другую и перекрываются. Вначале следует оральная фаза, охватывающая первый год жизни и выходящая за его пределы. Сексуальный инстинкт изначально выражен в акте сосания. Материнская грудь считается первым объектом сексуального желания ребенка. Кроме удовлетворения голода, собственно акт сосания доставляет удовольствие. Ребенок узнает это впервые во время кормления, но вскоре открывает, что возбуждение рта и губ приятно и без пищи.

 Иллюстрацией служит сосание большого пальца. Сосание пальца показывает, что удовольствие при сосании груди или кормлении из бутылочки основано не только на удовлетворении голода, но также на стимуляции слизистой рта. Иными словами, младенец перестает сосать палец лишь потому, что палец не обеспечивает его молоком.

Основная цель этого периода состоит, следовательно, в наслаждении аутоэротической стимуляцией рта. В последующем добавляется еще одна цель, заключающаяся в желании инкорпорировать объекты. Те, кто рассматривается как кормилец, в фантазиях младенца объединяются с пищей и заг-латываются (инкорпорируются), чтобы таким образом стать его частью.

 Фенихель приводит в доказательство такого типа алогичной ассоциации религиозные ритуалы, согласно которым происходит магическое превращение человека в материальное подобие съеденной пищи, или верования, что человек приобретает качества съеденного объекта. В соответствии с инкорпоративными целями возникают специфические оральные страхи, такие, как страх быть съеденным. Общеизвестное выражение: “Ты настолько привлекателен, что мне прямо хочется съесть тебя!” — является иллюстрацией значимости инкорпорации.

Думается, оральный период, следуя примеру Абрахама , можно разделить на две фазы. Первая фаза только что описана, она выражается в удовольствии от сосания и в оральной инкорпорации.

Вторая фаза начинается с прорезыванием зубов. Реакцией на фрустрацию в этот период, обычно в сфере кормления,является попытка младенца кусаться. Желание повредить или разрушить объект указанным способом называется “оральным садизмом”, в противоположность раннему оральному эротизму. Осложнения в результате таких влечений мы обсудим при рассмотрении проблемы отношений на первом году жизни с другими людьми.

Мелани Кляйн считает, что психосексуальное развитие разворачивается до первого года жизни, в отличие от ортодоксальных аналитиков, приписывающих его всему периоду раннего детства. С середины первого года жизни оральная фрустрация вместе с нарастанием орального садизма служат причиной возникновения эдиповых влечений. Непосредственным следствием оральной фрустрации является желание инкорпорировать отцовский пенис. Но это желание сопровождается фантазией, что мать уже совершила инкорпорацию и обладает отцовским пенисом. Тогда возникает побуждение различными примитивными способами разрушить тело матери. Позыв к разрушению тела матери вызывает у девочек страх перед разрушением их собственного тела, эквивалентный страху кастрации у мальчиков. Оральная фрустрация пробуждает бессознательное знание о совместном сексуальном наслаждении родителей (первоначально мыслимом в оральных понятиях), и оральная зависть вызывает у ребенка желание протолкнуться в тело матери. Эти фантазируемые нападения в особенности направлены на оральную инкорпорацию пениса отца. Мальчик, например, боится материнского тела, потому что оно содержит пенис отца.

Модификация этих ранних тревог осуществляется благодаря либидо и отношениям к реальным объектам. Даже самый ранний поворот от материнской груди к отцовскому пенису является маленьким продвижением либидо от тревожной ситуации, хотя вначале и не очень успешным. Стадии в развитии либидо реально представляют позиции, завоеванные либидо в борьбе с деструктивными импульсами (например, внимание девочки к пенису отца считается предтечей эдипова комплекса).

Точка зрения Юнга на раннее психосексуальное оазвитие радикально отличается от фрейдовской. Мы уже знаем, что Юнг отвергает понятие либидо как сексуальной силы. Кроме того, он определяет инфантильную сексуальность в гораздо более узком смысле. Юнг разделяет жизнь индивида на три фазы: 1) пресексуальная фаза продолжается до пятилетнего возраста;

2) препубертатная фаза длится от позднего детства до пубертатного возраста;

3) фаза зрелости начинается со времени полового созревания.

 Согласно Юнгу, до конца пресексуальной фазы не проявляется половых признаков. Самая ранняя фаза развития характеризуется почти исключительно питанием и ростом. Либидо постепенно и с трудом переходит от питания к сексуальной функции. Последовательность представляется следующей: первоначально пища принимается посредством сосания, с определенным присущим ему ритмическим движением. Постепенно сосание, помимо функции питания, становится способом получения наслаждения и удовлетворения ритмической активностью самой по себе. Со временем зоны наслаждения изменяются, и ритмический аспект становится составляющим генитальной активности. Либидо, продвигаясь от функции питания в сексуальную область, привносит в нее черты предшествующей функции, чем объясняется тесная связь обеих функций .

Неофрейдисты в отличие от ортодоксальных теоретиков психоанализа отводят сексуальности незначительную роль в раннем развитии и отдают предпочтение культурным влияниям. Они считают, что Фрейд был прав в описании общего хода развития, но его интерпретации должны подвергнуться переоценке. Относительно оральной стадии Томпсон пишет :“Оральная стадия детерминируется, главным образом,биологическим развитием. Новорожденный в основном Реоставлен “ртом”. Наиболее развитая при рождении область головного мозга управляет оральной зоной. Мы согласны, что первоначально младенец контактирует с миром и воспринимает его в оральных понятиях. Мы, однако ставим под вопрос решающую роль эротического наслаждения. Кажется более вероятным, что новорожденный кон-тактирует с миром посредством рта, так как это его наиболее адекватный орган. Таким образом, оральная стадия имеет органическую детерминацию, но не в силу первичности наслаждения.Более того, характер мира, с которым “контактирует рот”, не повсеместно единообразен, существующие различия оказывают на развитие личности большее влияние, чем собственно органический фактор. В разных культурах варьирует срок кормления ребенка грудью и частота кормления. В некоторых культурах кормление продолжается несколько лет в противоположность нашим традициям, направленным на со-кращение срока кормления до минимума. Среди многих народов распространено кормление, когда ребенок закричит, мы же до недавнего времени придерживались строгого расписания, считая такой режим полезным ребенку. Молоуни, проведя обследование жителей Окинавы, делает вывод, что отсутствие регламентации в кормлении грудью приводит в последующем к таким качествам, как гибкость, любвеобиль-ность, малая тревожность. Поэтому, хотя существует органическая основа оральной стадии, ее влияние на личность ребенка преломляется, главным образом, через культурные факторы” .

Эриксон: оральная зона, инкорпорирующий модус. Эриксон разрабатывает ортодоксальную теорию психосексуального развития, он вводит понятия “зон” и “модусов”. Выделяются три зоны:

1) орально-сенсорная, которая включает апертуры лица и верхний отдел пищеварительного тракта;

2) анальная, включающая органы выделения экскрементов;

3) генитальная.

Этим зонам соответствуют четыре модуса: инкорпорирующий (вбирающий), задерживающий, элиминирующий (выделяющий), интрузивный (вторгающийся).

На первой стадии в орально-сенсорной зоне доминирует нкорпорирующий модус. Ребенок не только сосет и глотает соответствующие объекты, но всматривается глазами в что находится в поле зрения, сжимает и разжимает кулак, как будто держится за вещь, и даже, кажется, прикасается к предметам, чтобы вызвать приятные тактильные ошушения. Другие модусы в это время функционируют в качестве вспомогательных: сжатие челюстей и десен (поздний инкорпорирующий модус); плевание (элиминирую-щий модус); сжатие губ (задерживающий модус); у энергичных младенцев имеется тенденция набрасываться на материнский сосок (интрузивный модус). Эти вспомогательные модусы “носят подчиненный характер, если не нарушается совместная регуляция зоны при утрате младенцем внутреннего контроля или неадекватном поведении со стороны матери”. Примером первого случая является пи-лороспазм, когда ребенок отрыгивает пищу вскоре после ее принятия. Здесь орально-элиминирующий модус приобретает важность и может иметь последствием чрезмерно сдержанное отношение к миру. “Оральное закрытие” приобретает окраску генерализованного недоверия к чему бы то ни было: все преходящее недостойно оставаться. Во втором случае примером служит отдергивание матерью соска из страха быть укушенной. Ее поведение может являться причиной преждевременного рефлекса кусания, который в последующих межличностных отношениях переходит в рефлекторную попытку удерживания и взятия из недозволенных источников.

Вторая оральная стадия характеризуется как модус инкорпорации посредством кусания. Развитие зубов сопровождается удовольствием от кусания твердых предметов, откусывания кусочков предметов. Другие виды активности тоже относятся к этой категории: происходит обучение фокусировке глаз и “схватыванию” объектов, особенности изменения положения тела свидетельствуют о появлении способно-сти к локализации звука, руки схватывают более Целенаправленно. Межличностные отношения концентрируются в социальной модальности взятия и удержания вещей, как свободно предлагаемых, так и недозволенных.

 3.2.4 ОТНОШЕНИЯ С ДРУГИМИ ЛЮДЬМИ

 Ортодоксальная точка зрения: мать как первый объект. Третья основная категория в описании развития личности — это “отношения с другими людьми” или, на специальном языке, — “объект-отношения”. Согласно ортодоксальной теории, первым объектом каждого индивида является мать. (Слово “мать” используется в широком смысле, имеется в виду человек, опекающий младенца.) Как уже упоми-налось, новорожденный не различает между собой и другими. У него отсутствует мысль о матери как индивидуальности. Процесс узнавания осуществляется постепенно. Предполагается, что первые идеи возникают о вещах, приносящих удовлетворение, и моментально исчезают. Сюда относятся материнская грудь или бутылочка, мать, области собственного тела ребенка.

Целостное восприятие человека еще отсутствует.

 В последующем младенец научается различать впечатления, прежде всего, вероятно, дифферен-цируя их на вызывающие “доверие” и “чуждые”. Чуждые воспринимаются как опасные; питание, наоборот, ожидается от источников, заслуживающих доверия. Любимыми оказываются вызывающие доверие части тела матери, и мать постепенно начинает узнаваться как целое. Оральное единение с матерью становится целью.

Ребенок научается различению между собой и матерью, у него развивается способность к пониманию исходящей от нее информации. О деталях процесса формирования этой способности известно мало. Должно быть, играют роль реагирование ребенка на прикосновение, телесное давление. Постепенно нарастает способность ребенка к пониманию выражений материнского лица. Вся когнитивная сфера при-частна к либидной связи между матерью и младенцем.

На втором этапе оральной стадии, когда проявляются садистские влечения, утверждается новый тип отношений с окружающими. Он называется “амбивалентным” и выражается в двух противоположных направленностях: дружеской и жестокой, действующими одновременно по отношению к людям. Таким образом, ребенок в период стадии кусания получает наслаждение от единения с матерью, и в то же время из-за фрустрации он готов уничтожить ее. Считается, то это орально-садистское отношение является крайней формой амбивалентности. Последующие любовь и ненависть представляются дериватами предшествующего процесса.

Фрейд видит возможное объяснение происхождения амбивалентности в необходимости защиты младенца от собственных деструктивных импульсов. Экстернализация этих импульсов посредством нападения на объект представляет поэтому предпосылку выживания.

Теория Кляйн: В соответствии со своей позицией по формированию эго и психосексуальному развитию Кляйн постулирует раннее становление взаимоотношений ребенка с окружением. Она утверждает :“Гипотеза о том, что начало кормления младенца и присутствие матери инициирует объект-отношение к ней, — основополагающая концепция этой книги. Вначале орально-ли-бидные и орально-деструктивные влечения направлены на часть объекта, в особенности на материнскую грудь...Есть основания предполагать, что, как только младенец переключает свои интересы от материнской груди к другим объектам, таким, как части ее тела, предметы вокруг него, части его собственного тела и т.д., начинается фундаментальный процесс сублимации и объект-отношений. Любовь, желания (агрессивные и либидные), тревоги переносятся от первого и уникального объекта — матери, к другим объектам; Развиваются новые интересы, замещающие отношение к первинному объекту. Этот первичный объект, однако, является не только внешним, но также представляет интернализован-ную “хорошую” грудь. Обращение эмоций и чувств к внешнему миру связано с проекцией. Во всех указанных процессах функция формирования символов и активность фантазии имеют огромное значение. Когда наступает тревожно-депрессивное состояние, у эго возникает побуждение к проекции, т.е. перенесению желаний, эмоций, вины на новые объекты и интересы. Эти процессы, на мой взгляд, являются основой для сублимации на всю последующую жизнь. Существует, однако предпосылка для успешного развития сублимации (как и для объект-отношений и либидной организации), которая заключается в сохранении любви к первичному объекту во время изменения направленности желаний и тревог. Если преобладают обида и ненависть к первым объектам, подвергаются опасности сублимация и отношение к замещающим объектам” .

Салливан: “Значимый другой” — это понятие, которое Салливан использует для обозначения наиболее влиятельной личности в мире ребенка, обычно матери. В разделе, посвященном формированию эго, мы уже описали процесс возникновения у младенца зачатков материнского образа и постепенную дифференциацию впечатлений на “Хорошую Мать” и “Плохую Мать”. Межличностные отношения мла-денца Салливан трактует с помощью понятия “эмпатия”.

Под эмпатией подразумевается “особая эмоциональная связь” между младенцем и значимыми другими. “Эмоциональная общность” существует задолго до того, как младенец способен понять происходящее. Примером эмпатии служит ситуация кормления, когда испуг матери имеет следствием беспокойство со стороны ребенка. Устанавливается порочный круг: тревога матери уменьшает чувство эйфории у младенца, что в свою очередь заставляет мать еше больше тревожиться.

Думается, этот не вполне ясный способ эмоциональной коммуникации имеет биологическую основу, так как и животных наблюдается подобный феномен. Создается впечатление большой важности данного процесса в понимании аккультурации .

 3.2.5 ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ

Вводные комментарии

Психологические механизмы являются четвертой категорией в описании развития личности. Под психологическими механизмами подразумеваются специфические образования, которыми оперирует индивид Механизмы, функционирующие на первом году жизни, являются предшественниками последующих защитных механизмов. В число первых механизмов входят интроекция, проекция, отрицание, фиксация и регрессия. Для большинства из них имеется определение только в ортодоксальной теории. Кляйн предлагает в отношении некоторых механизмов свою точку зрения, но неофрейдисты не вносят особого вклада. Салливан дает определение динамизма, которое мы можем здесь привести. Под динамизмом он понимает “относительно устойчивые формы организации и канализации энергии, специфическим образом проявляющиеся в межличностных отношениях”.

Интроекция, первичная идентификация, проекция

Ортодоксальное определение. Первое суждение эго относится к съедобности или несъедобности объектов: соответственно следует заглатывание или выплевывание. Интроекция — дериват первого образа действия, проекция — второго. На ранней стадии развития эго все, доставляющее наслаждение, воспринимается как принадлежащее эго (что следует заглотать), в то же время все болезненное воспри-нимается как не принадлежащее эго (что необходимо выплюнуть).

Первоначально поэтому интроекция, или инкорпорация является оральным механизмом, предназначенным для инстинктивного удовлетворения. В последующем, когда ребенок уже не чувствует величия, оральная интроекция могущественного взрослого служит средством возобновления этого чувства. Еще позднее, когда инкорпорация видится как разрушение независимого существования другого человека, механизм функционирует жестоким образом в качестве исполнителя деструктивных влечений.

Здесь целесообразно попытаться разъяснить термины: “интроекция”, “инкорпорация” и “идентификация”. Интроекция и инкорпорация обычно используются как синонимы; в таком же смысле некоторые используют и термин “идентификация”. Однако под идентификацией принято иметь в виду тип отношения к объектам, другими словами, скорее состояние, чем процесс. Таким образом, оральная интроекция считается осуществлением “первичной идентификации”. Интроекцией, или инкорпорацией, достигается состояние идентификации. Первичная идентификация связана с первичным отношением к объектам, в то время как вторичная идентификация является более поздним ее повторением.

Проекция зарождается в качестве способа избавления от боли посредством приписывания неприятных стимулов внешнему миру. Она противоположна интроекции: вместо восприятия эго как имеющего характеристики объекта, окружение воспринимается как имеющее характеристики эго. На ранних фазах развития механизм может функционировать без труда. В последующем, если он играет боль-шую роль, то серьезно нарушается чувство реальности. Архаическую, по существу, природу проекции иллюстрирует ее выдающаяся значимость в анимистических мифологиях .

Определение Кляйн. Роль интроекции и проекции на пером году жизни описывается Кляйн следующим образом: “В дополнение к опыту удовлетворения и фрустрации в езультате воздействия внешних факторов различные эн-допсихические процессы — прежде всего интроекция и проекция — играют роль в двойственном отношении к первичному объекту. Младенец проецирует свои любовные импульсы и приписывает их удовлетворяющей (“хорошей”) груди; он проецирует свои деструктивные импульсы вовне и приписывает их фрустрирующей (“плохой”) груди. Одновременно посредством интроекции “хорошая” грудь и “плохая” грудь упрочиваются во внутреннем мире'. Таким образом, картина объекта, внешнего и внутреннего, искажается в разуме ребенка его фантазиями, которые связаны с проек-цией побуждений на объект. “Хорошая” грудь — внешняя и внутренняя — становится прототипом всех помогающих и удовлетворяющих объектов; “плохая” грудь делается прототипом всех внешних и внутренних преследующих объектов. Различные факторы, способствующие удовлетворению младенца, такие, как устранение голода, удовольствие от сосания, свобода от дискомфорта и напряжения, т.е. от деприваций, и ощущение себя любимым, — все это атрибуты “хорошей” груди. Напротив, все фрустрации и дискомфорт приписываются “плохой” (преследующей) груди”.

Отрицание

Отрицание является очень примитивным механизмом, который считается столь же древним, как и чувство боли. Способность к отрицанию неприятных сторон реальности служит своего рода дополнением к галлюцинаторному исполнению желаний. В известном смысле этот механизм равносилен закрытию глаз на реальное положение дел. Наподобие проекции, отрицание представляет собой нормальную фазу в развитии эго младенца, но яркая его выраженность в более позднем возрасте указывает на прогрессирование пси-хического заболевания. Отрицание и реальность несовместимы, поэтому, когда улучшаются восприятие и память, отрицание затрудняется.

Фиксация и регрессия

Ортодоксальные концепции. Два других механизма, действующих на первом году жизни, — это фиксация и регрессия. Психосексуальное развитие никогда не совершается полностью. Нарушения в развитии могут вызвать задержку на любой стадии, что называется “фиксацией”. В результате таких нарушений сохраняется ряд характеристик ранних стадий, которые в последующем будут проявляться при возникновении трудностей. Возвращение к поведенческим проявлениям ранних стадий носит название “регрессии”. Таким образом, фиксация и регрессия комплементарны. Чем сильнее фиксация, тем более легко при затруднениях происходит регрессия.

Согласно Фенихелю, фиксации способствуют малоизученные конституциональные факторы и особенности переживаемого опыта. К фиксации приводят переживания следующего характера:

1. Наиболее распространенная причина заключается в одновременном удовлетворении инстинктивного влечения и потребности в безопасности — другими словами, когда удовлетворение инстинкта начинает служить средством уменьшения тревоги. Предоставление ребенку бутылочки с молоком когда бы он ни заплакал, даже посреди ночи, предрасполагает, например, к оральной фиксации.

2. Стадия преодолевается с неохотой из-за сверхпопустительства в удовлетворении потребностей.

3. Сильная фрустрация, или депривация, способствует тому, что потребность в удовлетворении принимает затяжную форму.

4 Чередование чрезмерного удовлетворения с интенсивной фрустрацией.

5 Неожиданный переход от чрезмерного удовлетворения к выраженной фрустрации.

В результате фиксации происходит задержка в развитии. Оральная фиксация, возникающая на первом году жизни, связывает большое количество либидо, в результате становится невозможным адекватное преодоление трудностей на других фазах.

Регрессия на первом году жизни является только предтечей последующих форм регрессии, которые представляют собой вариант психологической защиты. В младенчестве регрессия имеет отношение к регулярной трансформации функционирования психики, сопутствующей ежедневному циклу пробуждения и бодрствования .

Представления Кляйн.

 Мелани Кляйн связывает фиксацию и регрессию с инфантильной тревогой. С ее точки зрения, деструктивные влечения ребенка на оральной и анальной фазах сопровождаются тревожной депрессией и страхом преследования, и это служит основной причиной фиксации либидо. Таким образом, фиксация понимается отчасти как защита против тревоги. Регрессия имеет место в результате неспособности либидо справиться с деструктивными влечениями, и фрустрация вызывает тревогу. Интроецированные объекты и супер-эго играют существенную роль в процессе регрессии. Кляйн суммирует сложную функцию тревоги в следующем пассаже:“На либидное развитие, таким образом, на каждом шагу влияет тревога. Тревога приводит к фиксации на прегенитальных стадиях и способствует регрессии к ним. С другой стороны, тревога и вина усиливают либидные желания и стимулируют развитие либидо, так как удовлетворение либидо уменьшает тревогу и компенсирует стремление к возмещению. Тревога и вина поэтому то тормозят, то содействуют развитию либидо. Варианты существуют не только между индивидами, но и у отдельного индивида, в соответствии со своеобразием соотношения внешних и внутренних факторов в данный момент”.

 3.3 ПЕРИОД ОТ ОДНОГО ГОДА ДО ТРЕХ ЛЕТ

Между первым и третьим годом ребенок расстается с инфантильными способами приспособления и активно отстаивает свое особое место в мире. В этом периоде быстро развиваются его способности: речь, мышление, умение контролировать сфинктер и т. п. Параллельно совершенствуются навыки восприятия и двигательная сфера, усложняются межличностные отношения.

 ФОРМИРОВАНИЕ ЭГО И СУПЕР-ЭГО

Фенихель :Развитие активного самоуправления. Ребенок постепенно прогрессирует от периода пассивно-рецептивного господства, при котором он обеспечивается могущественными взрослыми, к собственной активности. На этой стадии активные действия заменяют простое реагирование по типу разрядки, появляется способность откладывать удовлетворение и выдерживать напряжение. Две предпосылки составляют основу активности: 1) управление двигательным аппаратом тела; 2) совершенствование оценочной функции. Главные характеристики моторного развития заключаются в овладении ходьбой, речью и правилами туалета. Способность самостоятельно ходить и контролировать сфинктер считается базисной в независимости ребенка. Речь создает возможность предвосхищать события благодаря словесному планированию. Эти успехи подводят ко второй предпосылке активности — суждению, которое приписывается главной функции эго, известной как “оценка реальности”. Имеется в виду способность предвосхищать будущее в воображении при осуществлении лишь ориентировочных активных действий в реальном мире. Оценка реальности и терпимость к напряжению непосредственно сопряжены в качестве функций эго.

Тревога. Другая проблема, с которой напрямую сталкивается эго- это тревога. Мы уже знаем, что возникновение тревоги возможно до дифференциации эго: в пренатальной жизни, затем в результате родовой травмы, а также непосредственно после рождения. Эта ранняя первичная тревога, наполняющая возбуждением, модифицируется с нарастанием способности эго оценивать реальность. Одновременно с развитием воображения и планированием действий возникает представление об опасности. Оценивающее эго теперь обладает способностью рассматривать ситуацию как потенциально травмирующую или угрожающую. Такое суждение допускает только умеренный, контролируемый уровень тревоги, который меньше, чем мог бы переживаться в опасной ситуации. Тревожное предчувствие призвано предупредить ребенка о неких обстоятельствах, требующих преодоления.

Содержание детской тревоги тоже претерпевает изменения. Основой тревоги считается неспособность самостоятельно удовлетворять физиологические влечения. Первый страх — это страх перед испытанием травматических состояний, на нем зиждется идея, что удовлетворение собственных потреб-ностей может представлять опасность. Примитивный принцип возмездия усугубляет раннюю тревогу.

Руководствуясь анимистическим мышлением, ребенок приписывает другим свои желания. Его фантазии о поглощении окружения могут сопровождаться страхом быть съеденным родителями. Тре-вожные фантазии о собственном разрушении имеют то же происхождение.

Другой источник тревоги заключается в сомнении, что ожидаемое удовлетворение произойдет. Это так называемый “страх утраты любви” — любовь в данном случае означает помощь и заботу. Тревога в указанной сфере особенно интенсивна, поскольку самоуважение регулируется снабжением извне. Эго, любимое другими, считается сильным, тогда как эго, оставленное в опасности, представляется слабым.

Отсроченное управление и “функциональное удовольствие”.

Маленькие дети справляются с тревогой очень характерным разом. Они пытаются преодолеть напряжение активным вторением в играх и мечтах ситуации, вызвавшей напряжение. Это “отсроченное управление” отличается от прежнего пассивного переживания тревоги тем, что ребенок повторением ситуации сам определяет ее время и силу. Позднее он не только инсценирует в играх свое прошлое, но и предвосхищает будущее.

Согласно Фенихелю, функциональное удовольствие обычно имеет место в сочетании с эротическим наслаждением. Он приводит пример, когда взрослый подбрасывает ребенка в воздух и ловит его. С одной стороны, ребенок испытывает эротическое наслаждение посредством возбуждения чувств, связанных с сохранением равновесия, с другой стороны, он получает функциональное удовольствие за счет преодоления страха падения. Мужество приходит постепенно: ребенок обретает доверие к взрослому и убеждается, что не стоит бояться небольшой высоты.

Развитие речи и мышления. Развитие речи представляет решающее продвижение в формировании эго. Научившись связывать слова и мысли, эго гораздо лучше приспосабливается к внешнему миру и собственным влечениям. Возникает магическая вера, что управление вещами обусловлено их называнием. Общеизвестно постоянное требование детей этого возраста, чтобы им называли предметы. Таким образом, стремление к управлению инстинктивными влечениями способствует интеллектуальному развитию . Обретение речи переживается как огромная сила, и она обращает более раннее “могущество мыслей” в “могущество слов”. Ранняя речь ребенка — своего рода амулет, предназначенный для магического овладения миром с помощью слов. Магическая сила слов, согласно теории, сохраняется в клятвах, брани, поэзии.

Мышление описывается как дальнейшее совершенствование умозаключений: сначала между съедобным и несъедобным, позднее между безвредным и опасным. Мышление связано с отсрочиванием действий, которые теперь, хотя и в незначительном масштабе, прогнозируются в психическом плане. Мышление служит аккультурации двух ранних автоматических реакций: 1) влечение к разрядке затормаживается; 2) склонность к галлюцинаторному исполнению желаний редуцируется до воображения будущих событий и впоследствии сводится к их представлению в абстрактных символах. На этой стадии процессы мышления тем не менее не свободны от двух прежних тенденций. Прелогические эмоциональные элементы способствуют дезорганизации, противоречиям, недоразумениям. В этой примитивной фазе воображение слишком конкретно и образно, по мере своего развития мышление все больше опирается на слова. В последующей жизни прелогическое мышление имеет место у людей в состояниях усталости, сонливости, интоксикации, психоза. Предполагается, что и в нормальном состоянии каждая мысль проходит через прелогическую фазу.

Второй характеристикой самого раннего мышления является символизм. Понимание мира первоначально происходит в результате отношения к объектам как источникам удовлетворения или угрозы, поэтому стимулы, провоцирующие одинаковые реакции, рассматриваются в качестве идентичных. Иллюстрацией служит общеизвестное символическое уравнивание “ухода” со “смертью”. Менее ясна связь между “деньгами” и “фекалиями”. И то и другое представляет собственность, сходную у каждого (неинди-видуализированную), и, таким образом, существует опасность утраты собственности. Считается, что символические предствления маленького ребенка отличаются от таковых у взрослого. Змея и пенис, например, понимаются ребенком как одно и то же. С другой стороны, у взрослых происходит процесс искажения, при котором нежелательная идея (пенис) вытесняется и представляется посредством сознавае-мого символа (змеи) .

Подведем итог: развитие речи постепенно трансформирует прелогическое мышление в логическое, организованное и адекватное мышление, которое является решающим шагом к принципу реальности.

Защита против влечений. С развитием эго следование принципу реальности, помимо отсрочивания реакций, проявляется во второй дополнительной функции. Реализация определенных влечений не только отсрочивается, но в большей или меньшей степени постоянно укрощается. Эго научася защищаться от влечений, которые опасны или неадекватны. Обучение происходит в результате ранних травмирующих ситуаций, в которых инстинктивные побуждения не были приняты во внимание матерью, а также вследствие угроз и запретов из внешнего мира, создающих страх перед инстинктивными действиями и их последствиями. Эти защитные функции эго будут разъяснены полнее, когда мы перейдем к рассмотрению защитных механизмов.

Предвестники супер-эго. В раннем детстве начинается формирование супер-эго посредством интернализации родительских запретов. Интроекция запретов происходит из страха наказания и боязни утраты родительской любви. Часть эго становится “внутренней матерью”, подающей сигнал о приближении ситуации, угрожающей утратой любви. Общеизвестна сцена, в которой ребенок на грани запретного смотрит на мать, грозящую пальцем и кричащую: “Нет, нет!” Ференци называет “моралью сфинктера” структуру, предшествующую супер-эго (синонимы — “супер-эго, обучающее туалету”, висцеральная этика и т.п.), потому что обучение туалету часто представляет арену баталий.

Интернализованные запреты сильны угрозой наказания и одновременно слабы в том, что могут легко нарушаться, когда никто не наблюдает. Они также легко проецируются на других людей, вроде полицейского, кто выступает в роли “экстернализованного наставника”. В общем, запреты не носят унифицированного и организованного характера.

Неофрейдистские воззрения: Салливан

Паратаксический модус. На первом году жизни, как мы видели, имеет место прототаксический модус переработки опыта: младенец первоначально “схватывает” материнский образ и лишь постепенно начинает различать “хорошую” и “плохую” мать. Отсутствует ориентация во времени и месте, воспринимаются только неопределенные моментальные состояния. По мере созревания эта недифференцированная целостность опыта разбивается на части, все еще не связанные логическим путем. События “просто происходят” — вместе или нет — в зависимости от обстоятельств. Процесс аналогичен грамматическому термину “паратаксис”, который относится к месту расположения предложений друг после друга без любой связи (“и”, “или”, “так как” и т.п.), показывающей логическое отношение между ними. То, что ребенок испытывает, он имплицитно, без рефлексии, воспринимает как должное.Пошаговый процесс “символической активности” не существует и выводов не делается. Переживания носят характер моментальных, бессвязных, организмических состояний. Сновидения являются иллюстрацией паратакси-ческого мышления, каналами которого в основном служат зрительная и слуховая системы.

Паратаксическое искажение случается в межличностных отношениях, когда ребенок неадекватно реагирует на окружающих. Это искажение описывается как отношение к человеку на основе его идентификации с другими людьми. Реакция переноса у больного, при которой он воспроизводит в отношениях с психотерапевтом поведение с родителями, является примером паратаксического искажения.

Аутистический язык. Согласно Салливану , овладение языком играет существенную роль в развитии личности в процессе аккультурации. Язык в коммуникации постепенно занимает место эмпатии. Раннее использование слов аутично, т.е. слова имеют сугубо личное, частное значение для ребенка. Аутизм в вербальной сфере представляет собой проявление паратаксического модуса. Коммуникация на этом уровне, естественно, трудна, поскольку символическое выражение не подлежит проверке. Воображение мало приспособлено к реальности. Маллахи говорит, однако, что аутентические символы в некоторой мере полезны в процессе вспоминания и предвидения.

Трудности, с которыми ребенок сталкивается в овладении языком, иллюстрируются смешением предметов, картинок и слов. Слово “кошка”, например, относится к животному, бегающему вокруг дома, картинке в книжке, буквосочетанию “к-о-ш-к-а” под картинкой. Комментарии Салливана следующие :

“Я уверен, что любой ребенок замечает особенности неподвижной репродукции в книге, возможно, схожей с одним из мгновенных состояний живого котенка, и усматривает нечто очень странное в этой напечатанной репродукции, так тесно связываемой с тем же словом, которым называют беспокойное, забавное, очень активное животное. Однако из-за бесчисленных, иногда утонченных, иногда грубоватых, взаимоотношений с носителем культуры, родителем, ребенок начинает наконец принимать в качестве соответствующего и полезного обращение к картинке как к “котенку” и живому существу как к “котенку”.

Ребенок, таким образом, обучается некоторому более сложному применению символа, противоречащему действительности, к которой символ относится; другими словами, он обучается различению символа и символизируемого. Это становится возможным еще до определения понятий”.

Тревога и возникновение динамизма самости. Тревога наступает вслед за утратой эйфории, переживаемой младенцем в процессе эмпатии. Эйфория и тревога обратно пропорциональны. Тревога варьирует в зависимости от наград и наказаний, связанных с социализацией. Когда родители одобряют поведение ребенка в соблюдении правил туалета, он чувствует себя в безопасности и удовлетворен нежным обращением — эйфория нарастает. Когда родители порицают неприспособленность ребенка, он чувствует опасность и испытывает тревогу — эйфория уменьшается.

Даже уловки, которые прежде служили средством получения удовлетворения, такие, как крик о кормлении, могут теперь вызывать неудовольствие родителей. Подобные паттерны поведения должны быть заторможены. В результате повышается мышечное напряжение, предполагающее прежде активность. Торможение крика, например, вызывает напряжение гортанных мышц. Мышечное напряжение этого рода представляет существенное условие возникновения тревоги .

Неодобрение родителей, вызывающее тревогу, заставляет ребенка модифицировать поведение. Он обучается запоминать инциденты, провоцирующие тревогу. При улучшении способности к наблюдению усвоение ребенком паттернов одобрения и неодобрения становится более утонченным. Он усваивает необходимые действия для уменьшения тревоги, устранения болезненного дискомфорта и обретения нежности.

Тревога является негативной, ограничивающей силой в том смысле, что она препятствует наблюдательности, уменьшает способность к различению, противодействует эффективному вспоминанию и предвидению. Однако тревога побуждает ребенка выделять свои качества, которые нравятся значимым для него взрослым. Он сосредоточивается на осознании одобряемой и неодобряемой деятельности. Эта концентрация содействует развитию его самости.

Постепенно появляются три персонификации “я” — “хорошее я”, “плохое я” и “не я”. “Хорошее я” вбирает опыт одобрения; “плохое я” относится к состояниям тревоги; “не я” связано с паратаксическим опытом наподобие ужаса, страха, отвращения. “Я”, или самость, состоит из “хорошего я” и “плохого я” — периодическая актуализация первого или второго зависит от раннего жизненного опыта.

Рекомендации

Для гармоничного развития ребенка, формирования здоровой психики родителям следует обратить внимание на создание благоприятных условий еще до рождения ребенка.

Будущая мать должна культивировать в себе положительные эмоции, стараться избегать стрессов, не давать воли отрицательным эмоциям; должна не забывать о том, что музыка, пение, поэзия, искусство, общение с природой успокаивают, даруют радость и чувство внутренней свободы, которые благотворно сказываются на ребенке. Отцу нужно относиться с нежностью и вниманием к своей жене, потому что ее тревоги, переживания и обиды обязательно отразятся на физическом и психическом здоровье их ребенка.

После рождения ребенка мать все время должна быть рядом с ним, должна все время любить его, улыбаться, нежно и весело разговаривать с ним; она всегда должна быть готова накормить, напоить, обогреть малыша, приласкать его. Мать при этом должна быть уверена в том, что делает очень важное дело.

Поскольку основной тип деятельности ребенка в младенческом возрасте - эмоциональное общение, первая потребность, которая формируется у ребенка - это потребность в другом человеке.

На развитие этой потребности надо обратить особое внимание - с ребенком надо говорить, рассказывать ему сказки, не смущаясь тем, что ребенок еще не все понимает из того, что говорит ему взрослый.

Это сформирует у ребенка чувство доверия к миру, будет способствовать поощрению его исследовательской деятельности, что послужит основой для его гармоничного развития.

Заключение

Социальная ситуация психического развития ребенка младенческого возраста, ситуация неразрывного единства ребенка и взрослого, социальная ситуация комфорта крайне важны для нормального физического и психического развития ребенка. Показателем существования такой социальной ситуации служит положительный эмоциональный фон. Основной ведущий тип деятельности ребенка в младенческом возрасте - эмоциональное непосредственное общение, предметом которого для ребенка является взрослый человек. Первая потребность, которая формируется у ребенка - это потребность в другом человеке. Только развиваясь рядом со взрослым человеком, ребенок может сам стать человеком.

“Первое, что мы должны воспитать у наших детей, и что развивается на протяжении всего детства - это потребность детей в человеке - в другом человеке; сначала в матери, отце, затем в товарище, друге и наконец в коллективе, в обществе.” -- Д.Б. Эльконин

Обеспечение матерью психологического комфорта ребенка, всяческая поддержка ребенка, поощрение его создают условия для его ускоренного гармоничного развития. Общение с близким взрослым, его психологическая поддержка лишает малыша страха перед неизведанным миром, обеспечивает чувство безопасности, подкрепляет веру в себя, ребенок спокойно начинает вести исследовательскую деятельность, приобретает опыт человеческих отношений.

Таким образом, обеспечение ребенку психологической поддержки со стороны взрослого, в первую очередь матери, приводит к более гармоничному психическому и физическому развитию ребенка.

Список литературы:

Абрамова Г.С.Возрастная психология М., 1999 .

Басов М.Я. Методика психологического наблюдения над детьми//Избранные психологические произведения, М., 1975.

Бауэр Т. Психическое развитие младенца. –М., 1985, 318 с.

Бертин А. Возможности развития. МНПО “Жизнь” 1992, 29 с.

Брунер Дж. Психология познания, М., 1977.

Валлон А. Психическое развитие ребенка, М., 1968.

Выготский Л.С. Избранные психологические исследования. М.-Л., 1932.

Запорожец А.В. Психологическое развитие ребенка // Избранные психологические труды в 2-х томах. -М., 1986 г.

Лисина М.И.Проблемы онтогенеза общения. –М., 1986.

Лич П. Младенец и ребенок. –М., 1988.

Немов Р.С. Психология. - М., 1995. 492 с.

Обухова Л.Ф. Детская психология: теории, факты, проблемы. -М. ,1996. 351 с.

Пиаже Ж. Избранные психологические труды. М., 1969.

Суботский Е.В. Ребенок открывает мир. –М., 1991. 206 с.

1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Разговор растений
Капуста брокколи: я похожа на дерево.
Грецкий орех: а я похож на мозг в миниатюре.
Гриб: а я похож на зонтик.
Банан: а мне, честно говоря, не нравится этот разговор.
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, реферат по психологии "Этапы психического развития младенца. Развитие моторики, перцепции, памяти, мышления. Предречевое развитие", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru