Реферат: Опиумные отражение событий I-ой «опиумной» войны в петербургской прессе 1840-1842 - текст реферата. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Реферат

Опиумные отражение событий I-ой «опиумной» войны в петербургской прессе 1840-1842

Банк рефератов / История

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Реферат
Язык реферата: Русский
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 278 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникального реферата
Текст
Факты использования реферата

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Оглавление:

1. Введение.

2. Истоки конфликта.

3. Первая «опиумная война» 1840-1842 гг.

3.1 Начало войны.

3.2 Подготовка военных действий.

3.3 Развертывание военных действий.

3.4 Подписание Нанкинского мирного договора.

4. Заключение.

5. Список использованной литературы

1. Введение.

 В своем курсовом сочинении я попытался проанализировать информацию о I-ой опиумной войне, которая предоставлялась читателям петербургскими газетами, современными ей. Часто эта информация была не точной, часто более «свежий» номер противоречил старому. Это, безусловно, имело свои основания. Первое, это то, что информация об одном и том же событии могла поступать из разных источников – из бомбейских, английских, китайских газет, из докладов английских офицеров, из писем миссионеров, из декретов цинского правительства. При этом в них разнились не только оценки происходящего, свойственные различным сторонам конфликта, но и названия населенных пунктов, географические названия и имена собственные. В русском же переводе сохранялись оригинальные транскрипции первоисточников, что привносило известную путаницу в сведения.

 «Новости» из Китая попадали в российские газеты примерно через четыре-пять месяцев после реальных событий, тогда как те же новости из Англии – через три-четыре дня. Таким образом, российский читатель получал одну и ту же информацию, напечатанную в одном и том же периодическом издании, но из разных источников, с разницей в четыре месяца. Например, в «Санкт-Петербургских ведомостях» сведения о подписании нанкинского мирного договора появились не из английских газет, а через китайские источники, соответственно, с полугодичным опозданием. Вообще, каналов получения информации было 3: через индийские, китайские и английские газеты. Китайских газет было также 3: «Столичный вестник», или «официальная Пекинская газета» (как ее называли в русских газетах), и два периодических издания Гуанчжоу – «Canton Press» и «Canton Register». Причем в российских газетах могли печатать сведения как непосредственно из этих газет, так и цитируя их по английской периодике. Информация из бомбейских газет также цитировалась по английской прессе.

 Кроме того, часто такие известия, с полугодичным опозданием, бывали не совсем правильны, а порой и совсем не верны.

 Когда я принялся за изучение материала, меня интересовала та оценка, которую дает российская периодика тем или иным событиям, происходившим в Китае, и соответствие предлагаемой читателям информации действительным историческим фактам. Возможно, оценку можно было уловить при стилистическом разборе информации, но таковой был затруднен из-за известной архаичности речи и письма. С точностью можно утверждать лишь одно: то, что происходило в Китае в то время, было не безынтересно российскому читателю. Газеты, помимо хроники англо-китайских взаимоотношений, старались публиковать и информацию вообще о Китае, китайцах. Не случайно, и книга архимандрита Иакинфа (Бичурина) «Китай, его жители, нравы, обычаи, просвещение» увидела свет именно в 1840-м году, и оповещение о ее издании было опубликовано в «Русском инвалиде» сразу после сводки новостей из Китая.

 Из петербургских изданий нужного периода подходящих существовало три – «Санкт-Петербургские ведомости», «Северная пчела» и «Русский инвалид». Наиболее официальной и политически корректной газетой были «Санкт-Петербургские ведомости». В них содержалось гораздо больше сведений о политических и дипломатических делах, касающихся войны, чем сведений о самой войне. Скажем, в «Санкт-Петербургских ведомостях» всегда можно было прочесть о прениях в Британском парламенте, их предмете и ходе заседаний. Напротив, в «Русском инвалиде», вторым названием которого были «Военные новости», содержалась больше та информация, которая относилась непосредственно к ходу военных действий. Скажем, в политизированных «Санкт-Петербургских ведомостях» бракосочетанию английской королевы было посвящено несколько полос, где обряд описывался с мельчайшими подробностями. В «Русском инвалиде» бракосочетанию английской королевы было уделено лишь несколько строк. В обеих газетах в тех же номерах давались и сведения из Китая, развернуто – в «Русском инвалиде» и сжато – в «Санкт-Петербургских ведомостях». Разная спецификация изданий, безусловно, способствовала получению более целостной картины происходившего в Китае в 1839-1842 годах. Источники получения информации у всех газет были практически одинаковы, и принципиальная разница состояла лишь в способе ее подачи. Из всех трех газет «Северная пчела» придерживалась наиболее умеренной позиции.

 Как уже было сказано, во всех изданиях факты превалировали над их оценкой. Но, все же, в «Русском инвалиде» подчас можно было встретить в хрониках военных действий словосочетание «бедные китайцы», и отношение к китайцам было сочувственное. Проявлялось и несколько негативное отношение к англичанам как к агрессорам.

Конечно, несмотря на «запаздывание» новостей, они были гораздо «свежее» предоставленных современными книгами по истории Китая и учебными пособиями, и в них было гораздо больше мелких деталей и фактов, чем в этих книгах. Поэтому ни в коем случае не будем считать заведомо не верной ту информацию из газет, которая не отражена в современных сочинениях.

 В своей работе я попытался сопоставить реальную информацию с предоставленной в газетах того времени. Для этого я использовал книги «Новая история Китая» под редакцией Тихвинского С.Л., «История Китая» под редакцией Меликсетова А.В., «Войны европейцев с Китаем 1840-1842 гг., 1856-1858 гг., 1859-1860 гг.» Бутакова и Тизенгаузена и «Очерк морских сношений и войн европейцев с Китаем по 1860 год» Мертваго Д.

2. Истоки конфликта.

 Истоки «опиумного» конфликта восходят еще к 1834 году, когда Ост-Индская компания лишилась торговой монополии. Английские купцы, желая пользоваться в Китае правом свободной торговли, старались избавиться от своей зависимости от купцов «Гунхана». В 1833 году английское правительство послало в Китай своего уполномоченного – лорда Нэпира. Но все его попытки к расширению торговых прав, к уничтожению торговой монополии купцов «Гунхана» были безуспешны. В то время как официальная торговля была столь затруднена, постепенно набирала обороты контрабандная торговля, в основном, - опиумом. Известно, что еще Нэпир, как главный инспектор английской торговли, не должен был препятствовать ввозу опиума. Китайское правительство видело, что ввоз опиума проходил не без ведома английских купцов, и неоднократно обращалось к уполномоченным Ост-Индской компании с требованием прекратить эту торговлю. О проблемах, связанных с опиекурением, не раз подавались доклады ко двору императора, часто – и с методами решения проблемы. В частности, «Русский инвалид» от 23 апреля 1840 года публикует большую статью на несколько полос о том, как «некоторые высшие китайские чиновники подавали Императору свои мнения в пользу и против позволения торговли опиумом». В самом начале 1839 года императорским комиссаром в Гуандуне был назначен Линь Цзэсюй. Буквально сразу он приступил к выполнению своего плана. Первым его требованием было, чтобы представитель Ост-Индской компании Дент и инспектор английской торговли Чарльз Эллиот явились в Кантон для дачи объяснений. Линь Цзэсюй потребовал выдачи всего груза опиума и, под большим давлением, капитан Эллиот уступил требованиям Линя, отчасти – из-за желания спасти груз чая, закупленного английскими торговцами. Уже тогда обстановка в Кантоне стала крайне нестабильной.

 «Санкт-Петербургские ведомости», 6 января 1840 года, публикуют письмо протестантского миссионера в Кантоне от 13 мая 1839 года, в котором тот жалуется, что его держат взаперти и что «китайцы боятся учить их (миссионеров – В.Ш.) китайскому языку». За него даже положен был выкуп – 20 тысяч ящиков опиума.

 Линь Цзэсюй составляет специальный доклад на имя английской королевы, о запрете потребления опиума в Китае. «Русский инвалид», 3 января 1840 года, привел полный текст этого доклада. Уже 3 июня началось уничтожение конфискованного опиума. Конфликт еще более проявился, когда 7 июля в драке англичанами был убит китаец, а виновные не предстали перед китайским судом, хотя убийство было совершено на китайской территории. 15 августа Линь Цзэсюй приказал бойкотировать английские товары и прекратить подвоз продовольствия.

 «Санкт-Петербургские ведомости» 10 января 1840 года сообщали: «26 августа, в течение 10 часов, все англичане изгнаны из Макао…предлогом к изгнанию послужила смерть китайца в драке с английскими матросами в Гонконге», и далее: «китайцы прибегли к давно известной своей политике». «Русский инвалид», в тот же день, писал: «Распри между китайцами и англичанами имели последствия, что последние выгнаны из Макао. Все они принуждены были сесть на корабли, с такой поспешностью, что даже не успели взять с собой свои счетные книги и платья». И еще: «Торговля с Кантоном прервана и нет еще никаких видов на возобновление прежних связей».

3. Первая «опиумная» война 1840-1842 гг.

3.1 Начало войны.

 Первые столкновения на море относятся к 4 сентября 1839 года. Тогда произошел бой между английскими кораблями и китайскими джонками, причем первый выстрел прозвучал с английского корабля. «Слух пронесся», - писали «Санкт-Петербургские ведомости» того же 10 января, «что китайцы хотели сжечь английский флот». Более конкретно первое сражение описывает «Русский инвалид»: «Неприязненные действия также уже начались…со стороны китайцев – говорят – пролито много крови; одних убитых полагают до пятидесяти». Но, тем не менее, «думают, что оборот этого сражения значительно ободрит китайцев».

 Общие настроения в сентябре 1839 года отчетливо видны в обеих газетах. «Санкт-Петербургские ведомости» 16 января писали, что «спор не иначе может быть теперь кончен, как с помощью многочисленного флота, тогда как в начале той же самой цели можно было достичь незначительными средствами»; 20 января, что «нападение китайцев кажется… действительно справедливым и умеренным», а нападение англичан на джонки – «делом, слишком поспешным»; наконец, 7 февраля, что «между англичанами и китайцами не может обойтись без открытых неприязненных действий». «Русский инвалид» от 12 января писал, что «хотя здесь (в Англии – В.Ш.) не надеются пользы от войны с Китаем, … но со всем тем, эту войну почитают неизбежной», а от 19 января, что «из всех газет только Courier не защищает китайцев, все другие… приписывают вину англичанам».

 Обе газеты приводят интересный аргумент в защиту китайцев. Они выстраивают вымышленную ситуацию: что бы сделали англичане, если их соотечественника в Англии убил китаец. Таким образом, газеты пытаются наглядно продемонстрировать легитимность требований китайского начальства.

 Как бы то ни было, «теперь уже более не сомневаются, что с некоторого времени по распоряжению правительства делаются разные приготовления к решительной демонстрации против Китая» («Санкт-Петербургские ведомости», 15 февраля) и оно «еще до исхода сего месяца… поступит с жителями Небесной империи так, как они заслуживают за свое высокомерие» (Hampshire Telegraph, цит. по «Русскому инвалиду» от 30 января).

 Новое вооруженное столкновение происходит 3 ноября 1839 года между английским судном «Volage» и 29 китайскими джонками. В «Русском инвалиде» от 15 февраля подробно сообщалось, что предшествовало этой стычке при Чуаньби. Губернатор Линь и капитан Эллиот подписывают конвенцию о забвении убийства китайца, но потом отменяют ее. Поводом послужил переход к китайцам английского судна с экипажем, в результате чего «китайское начальство вдруг снова нарушило заключенный договор» («Санкт-Петербургские ведомости», 14 февраля). В битве при Чуаньби «китайцы, как слышно, мужественно защищались» («Русский инвалид», 17 февраля), что, возможно, и послужило причиной перелома в войне, ведь именно после этого столкновения, по «Русскому инвалиду», капитану Эллиоту поступило приказание о развертывании военных действий. 10 февраля в Китай отправился военный корабль «Бленгейм». На заседании английского парламента 20 февраля, адмиралу Эллиоту, брату Чарльза Эллиота, поручено было отправиться в Сингапур, чтобы оттуда руководить морскими операциями против Китая. Что касается торговли, то предполагалось основать «прочное торговое заведение в Кантоне либо на острове… под прикрытием эскадры» («Санкт-Петербургские ведомости», 15 февраля). «Ведомости» оценивают войну как влекущую много расходов для Англии.

 26 ноября цинский император отдает приказ о прекращении всякой торговли с англичанами. 13 марта 1840 года в «Русском инвалиде» приведен текст этой прокламации с датировкой ее выхода – 24 ноября.

3.2 Подготовка военных действий.

 Обе стороны начали приготовления к войне. Линь Цзэсюй закупает у американцев и португальцев орудия, разрабатывает систему мероприятий по усилению морской обороны восточного побережья Китая. Сооружается большое количество традиционно китайских лодок с горючим материалом, нередко связанных в одну цепь. Они назывались брандерами и использовались для поджога неприятельского флота. Укрепляются и входы рек – вбитыми в дно деревянными сваями, перевязанными цепями; землей, засыпаемой до получения отмелей; затопленными лодками. Все это должно было воспрепятствовать заходу кораблей неприятеля в эти реки. Линь Цзэсюй успешно вербует большое количество добровольцев и вооружает их на деньги богатых гуандунцев и местный бюджет. Сведения от 8 декабря в «Русском инвалиде» за 15 марта получены о том, что китайцы подтягивают свои силы к Макао.

 Крайне мало можно узнать о подготовке к полномасштабным военным действиям зимой 1839 – весной 1840 года из Санкт-Петербургских газет. Более всего они печатают о прениях в Британском парламенте и цитируют английскую прессу. Дело в том, что в Англии всегда существовала ярко выраженная оппозиция правящей партии. Газеты-приверженцы обеих партий, разумеется, давали происходящему абсолютно противоположные оценки. «The Times» - порицает политику Эллиота, «Blackwood’s Magazine» - говорит о том, что «Китай не слеп и видит, что творится вокруг него, а потому давно готовится к войне с Англией». «Morning Chronicle», в отличие от «Times», обвиняет во всем самих китайцев. «The Globe» также пишет, что «во всем виновато китайское правительство, тогда как китайский народ хочет торговли».

 Но все газеты с настороженностью следят за ходом заседаний английского парламента, стараясь сообщать самые свежие подробности. «Санкт-Петербургские ведомости» 14 марта напечатали хронику заседания от 12 марта. Был задан вопрос, «справедлив ли слух о том, что китайский Император объявил войну», и на него отвечают, что «официального известия нет, которое бы прямо подтвердило означенный слух». Также неизвестно было, будет ли война вестись от имени английской королевы, либо за счет Ост-Индской компании. Уже через 5 дней, 19 марта «Санкт-Петербургские ведомости» пишут: «Генерал-губернатор Индии объявил войну китайцам от имени британского правительства».

 На самом деле, лорд Г. Пальмерстон, с одобрения английской королевы, принял решение начать войну против Китая, хотя по конституции для этого у него было недостаточно полномочий. «Русский инвалид» от 1 мая напечатал объявление о том, что флотилия собралась в Сингапуре и к концу месяца предполагала появиться у китайских берегов. И действительно, первый корабль английской эскадры появляется в китайских водах 9 июня 1840 года.

 Что же, согласно Санкт-Петербургским газетам, происходило до этого дня? Хотя официального объявления войны еще не было, постоянно происходили мелкие стычки и росла обоюдная неприязнь. «Русский инвалид» 13 марта печатает полный текст прокламации из Макао от 8 декабря 1839 года, в которой всем китайцам запрещается торговля с английскими кораблями. Тем не менее «полагают, что китайское начальство и впредь будет смотреть на торговые дела сквозь пальцы». 19 марта «Русский инвалид» в новостях от 14 декабря сообщает сенсационную новость – «слухи о том, что комиссар Линь смещен, подтвердились, на его место назначен Ли, дядя императора… Неизвестно, дано ли ему больше полномочий, чем Линю». До этого, 16 марта, «Русский инвалид» задается вопросом, не была ли прокламация Линь Цзэсюя способом предупредить собственное падение? Как бы то ни было, согласно «Русскому инвалиду», Линь Цзэсюя понижают на 2 чина за «не результативность» и отстраняют от должности. Это сообщение никак не подтверждается ни другими газетами, ни современными сведениями. Известно, что Линь Цзэсюй был смещен с занимаемых им постов, но не в декабре 1839 года, а 28 сентября 1840 года, и об этом будет еще сказано. Более того, через несколько номеров императорским комиссаром снова называют Линь Цзэсюя.

 27 марта «Санкт-Петербургские ведомости» публикуют новость о том, что китайцы прервали переговоры «из-за нежелания Англии подчиняться китайскому судопроизводству».

 Наблюдается явный интерес к Китаю и в Российской империи, и в Англии. 28 марта в «Санкт-Петербургских ведомостях» и 23 марта в «Русском инвалиде» печатаются сведения о том, что в Лондоне 21 марта опубликованы сочинения протестантского миссионера Гюцлафа (который впоследствии станет переводчиком при эскадре Эллиота) о сухопутных и морских силах Китая, состоянии его войск. «Русский инвалид» 28 марта сообщает, что в Лондоне вышла карта Китая по сведениям от посольства Маккартнея, и что все народонаселение Китая составило 375 миллионов человек или треть населения земного шара. «Санкт-Петербургские ведомости» 1 марта писали, что «вопрос о китайских делах постоянно обращает на себя всеобщее внимание». 4, 5 и 7 апреля на страницах «Русского инвалида» появляется статья, подробно рассказывающая о «китайской комиссии лорда Нэпира 1834-1835 гг.». 25 апреля «Санкт-Петербургские ведомости» публикуют биографию «императора Тау-Кванга» (имелся в виду император Миньнин, девиз правления «Даогуан»). 28 апреля там же публикуется статья с заглавием «обстоятельства, свидетельствующие в пользу торговли опиумом».

16 января 1840 года Линь Цзэсюй пишет второе послание английской королеве, в котором сообщает, что если Англия хочет торговать с Китаем, то она должна навсегда прекратить торговлю опиумом. 6 апреля «Санкт-Петербургские ведомости» сообщают, что «прекращение торговли и нынешние неприязненные действия следует… приписать недостатку предусмотрительности со стороны советников ее величества на счет отношений Англии к Китаю, и именно тому обстоятельству, что они не снабдили главного британского комиссара в Кантоне надлежащими инструкциями и полномочиями для отвращения зла». 5 января издается указ императора о лишении англичан всех прав. 7 апреля «Русский инвалид» сообщает новости из Макао от 7 января. В них, в частности, говорится о том, что «Ли издал указ о запрете на английские товары» и о запрещении «перекупки их американцами». Также, «китайский комиссар обратил особенное внимание на Макао, опасаясь, по-видимому, чтобы англичане не завладели этим островом». Этому предшествовала письменная просьба Эллиота о предоставлении в Макао жилья семьям торговцев, на что был получен ответ, что «весь разрыв произошел от самого Эллиота, и потому ему и его купцам пребывание в Макао запрещено». Новости из Китая от 4 февраля говорят о том, что к Макао послан отряд для захвата Эллиота, а еще до того Смит и Эллиот «едва не попались в плен к китайцам».

Китай готовится к войне. «Китайцы действительно занимаются приготовлениями к войне, решившись выставить против Англии все свои силы» («Русский инвалид», 9 июня). Судя по новостям от 13 марта, «говорят, что китайское правительство приказало построить в Кантоне 30 больших лодок…, которые должны быть достаточно снабжены людьми и оружием для задержания кораблей с опиумом». Согласно тем же новостям, Главный Военный Совет в Китае предлагает запереть все вообще гавани для всех без исключения иностранцев и не позволять китайцам оставлять их. Затем излагаются средства, которыми можно истребить всех англичан. И еще, в сообщениях от того же числа, видно, что в Китай проникает информация об английской экспедиции, туманные слухи, которые Линь Цзэсюй «объявил… ложными».

В газетах появляется интересная информация о договоренности англичан с китайцами и португальцами. Известие, что китайский отряд двигался в то время к Макао, породило в англичанах опасения, и они заключили соглашение, по которому китайцы должны остановить движение войска, на что англичане покинут гавань. Согласно «Русскому инвалиду» от 15 июня договоренность была выполнена.

Обе газеты дают крайне негативную оценку благосостоянию китайцев. «Пресечение торговли с иностранцами повергло в крайнюю бедность тот класс народа, который занимался разведением чая». Возможно, как следствие, 9 марта «комиссар Линь издал декрет…, что торговля с Макао может, на прежнем основании, открыться снова», потому как «португальцы исполнились раскаяния». Кантонская газета, однако, сообщает, что «англичане ничуть не выгнаны из Макао, и что те, которые выстроили себе дома, живут там и теперь, как жили прежде» («Русский инвалид», 6 июля 1840 г.). Этим самым как бы опровергается информация от 15 июня. Напротив, миссионер Гюцлаф в «Calwer Missionsblatt» сообщает, что все «прежние заведения и труды в Макао прекратились». Все же более вероятным кажется известие о том, что «вот уже несколько недель здесь все довольно спокойно. Англичане остались в Макао и с нетерпением ожидают решения дел. Китайцы также разделяют это тягостное чувство, но притворяются совершенно равнодушными к будущим следствиям» («Русский инвалид», 9 августа).

В это время потребление опиума осталось все так же катастрофически высоким. В «Русском инвалиде» за 7 мая приводится статья о торговле опиумом. Из-за этой торговли снижаются многие показатели, например, падает численность населения. Причем опиум курят не только крестьяне, но и чиновники. По сведениям от 23 мая, примерно три четверти чиновников его употребляют. Для поддержания духа китайцев правительство идет на учреждение специальных «сельских праздников». 7 июля «Русский инвалид» привел известие в доказательство злоупотребления опиума чиновничеством: «Один знатный чиновник, в главном городе провинции Киангси (Цзянси – В.Ш.), обвинен был недавно в курении опиума; сперва он запирался, но пытка вынудила у него признание».

Инструкция Г. Пальмерстона предписывала экспедиции в Китай оккупировать Чжоушаньские острова, а затем направить эскадру в устье Байхэ для передачи цинскому правительству ноты и подписания англо-китайского договора на выгодных для Англии условиях. В случае же отказа эскадре приказывалось блокировать главные морские порты Китая. Политика Пальмерстона в Китае была единогласно принята в палате лордов, тогда как в палате общин бурные дебаты продлились три дня. Как сообщали «Санкт-Петербургские ведомости» 18 апреля, «8 апреля было преступлено к прениям о китайских делах», но «в этот вечер они не имели никакого результата». 9 апреля прения были закончены. Политика министерства была принята незначительным большинством в 10 голосов, и английское общество оказалось расколото на два лагеря.

«Комиссар Линь знает обо всем, что англичане предпринимают против Китая, но он притворяется совершенно спокойным и как бы почитающим нападение англичан невозможным делом…. Меры его ограничиваются изданием приказов о строжайшей охране прибрежных территорий, которым угрожает опасность.… В Макао китайцы спокойны и даже англичане не подвергаются никаким притеснениям» («Русский инвалид», 11 сентября 1840 года). О взглядах Линь Цзэсюя свидетельствует и следующий факт: 25 апреля американские купцы подали Линь Цзэсюю записку о разрешении выгружать товары в Кантоне вместо Вампоа, ввиду того, что англичане могут в скором времени блокировать Вампоа. На это «Линь ответил отрицательно и, против обыкновения, возвратил американским купцам саму их просьбу, желая, вероятно, показать, что документ, в котором говориться хотя бы о возможности насильственных мер против Китая, не достоин лежать в архивах Небесной Империи» («Русский инвалид», 17 сентября).

Непосредственно о подготовке к войне сообщается, что «до сих пор (к 20-му мая – В.Ш.) приготовления китайцев… ограничиваются обучением, в окрестностях Кантона, 4000 рекрутов». «Китайцы, по-видимому, спокойно ожидают угрожающей им войны и не принимают чрезвычайных мер для отражения англичан. Они построили только несколько батарей и вооружили 3000 человек», рассказывает «Morning Chronicle» 23 сентября.

Китайцы, по-видимому, все же понимали, что война не будет легкой. Сообщается интересное известие из Китая: «Главный жрец храма Кванг-ин (Гуаньинь – В.Ш.)показал яйцо, снесенное петухом, что почитается там худым предзнаменованием» («Русский инвалид», 25 сентября).

3.3 Развертывание военных действий.

 «Русский инвалид», 13 ноября, сообщает из Макао, 3 июля, следующее: «Первый корабль британской экспедиции «Аллигатор» прибыл, 9-го прошлого месяца…. В ту самую минуту китайцы пустили 18 брандеров для зажжения британских кораблей. Но флот не понес никакого вреда от сих брандеров, которые имели противный ветер и вскоре лодками эскадры притянуты были к берегу». 15 июня «Аллигатор» и «Мадагаскар» встали на рейд Макао, «оба салютовали городу 19 выстрелами, на которые отвечали с францисканского форта». 20 июня сюда же прибыло более 40 кораблей. 21 июня два военных корабля отправились к северу, «а 25-го корабль «Веллеслей» с прочей эскадрой поплыл в южном направлении, чтобы соединиться с остальными транспортными судами, после чего весь флот обратится к северу, кроме 4-х фрегатов и парохода «Мадагаскар», которые с 28 июня начнут блокировать реку и гавань Кантона». Таким образом, было положено начало выполнению программы Пальмерстона. Заблокировав устье Чжуцзяна (без ведения активных военных действий), эскадра двинулась на север к Чжоушаньским островам. Эти острова в российской прессе назывались «остров Чуфан», «Тшусан», но чаще всего – «Чусан». В Макао «не сомневаются, что через месяц британский флаг водружен будет на острове Чуфане, близ устья большой реки, на котором находится южная китайская столица Нанкин. Блокада реки и гавани Кантона произвела в сем городе сильное впечатление» («Русский инвалид», 14 ноября). «Китайский император дозволил Макао держать нейтралитет». «О настоящих же оборонительных мерах со стороны китайцев слышно, напротив, весьма мало» (там же, 17 ноября).

 «Некоторые утверждают, что английская экспедиция намеревается сделать нападение на Пекин, но пощадить Кантон». Как известно, таких планов не существовало. После захвата Чжоушаньских островов планировалось войти в устье Байхэ, откуда направить цинскому правительству ультиматум.

 В «Русском инвалиде» от 11 декабря приводится подробный рассказ о взятии Чжоушаньских островов. «Остров Тшусан 5 июля был занят». Англичане «потребовали от жителей сдачи помянутого острова, но они отказали, объявив, что будут обороняться всеми возможными средствами». На самом деле, цинские войска, охранявшие острова, увидев входившие в бухту английские корабли, в панике бежали. Англичане с невероятной жестокостью разграбили город. После взятия островов, английская эскадра отправилась дальше на север, в то время как «6 британских военных судов отправились освободить вход в кантонскую гавань, но вернулись ни с чем из-за того, что река была заперта цепями и камнями». По всей видимости, тогда как английские суда блокировали кантонскую гавань снаружи, китайцы заблокировали ее изнутри.

 28 июля англичане покинули Чжоушаньские острова и отправились к устью реки Байхэ, оставив в Динхае, главном городе островов, лишь небольшой гарнизон. 9 августа эскадра вошла в устье Байхэ, а уже 11-го встала на якорь недалеко от Тяньцзиня. «По последним известиям из Тшусана, из устья реки Пейго (Байхэ – В.Ш.) адмирал хотел переслать к китайскому двору британский ультиматум». «Все реки и гавани между Нингпо (Нинбо – В.Ш.) и Янтзекиангом (Янцзыцзяном – В.Ш.) содержатся в блокаде» английских военных кораблей. «О рекогнсценировке, предпринятой из города Тингагина (Тяньцзиня – В.Ш.) во внутренность острова Тшусана», приводятся в «Русском инвалиде» от 18 декабря 2 письма английских офицеров.

 В своем ультиматуме Англия предъявляла следующие требования: возместить стоимость конфискованного в Гуандуне опиума; уплатить задолженность «Гунхана» английским купцам; принести удовлетворение за оскорбление капитана Ч. Эллиота; передать во владение Англии одного или двух островов у побережья по ее выбору; возместить затраты на проведение экспедиции.

 «Говорят, будто китайский император, убедившись теперь, что губернатор Линь его обманул, готов вознаградить англичан за убытки и выдать британскому правительству губернатора, с предоставлением права поступать с ним, как заблагорассудится». «Если верить слухам, то несогласия с Китаем должно почитать конченными». «Судя по всем этим известиям можно, конечно, заключить, что китайское правительство обнаружило некоторую склонность к уступчивости». Все эти обнадеживающие сведения публиковали тогда различные английские газеты (цит. по «Русскому инвалиду», 11 января 1841 года).

 Сообщалось, что в Пекине прошли переговоры Эллиота с китайским правительством, но в «Русском инвалиде» от 12 января напечатали исправление: «не в Пекине, а в Пеко, его окрестностях, не с императором, а с губернатором провинции». Хотя у газеты имеются еще по этому поводу сомнения, очевидно, что имеется в виду губернатор столичной провинции Чжили Ци Шань. В «Bombay Times» напечатано письмо «англичанина из гавани Чусана» и «из этого письма видно, что адмирал Эллиот – как и должно было полагать с самого начала – вступил в переговоры не прямо с императором китайским, но с одним из высших мандаринов». Китайский император готов был принять все требования, кроме двух – возмещения стоимости опиума и передачи Англии китайского острова. Переговоры было решено перенести в Гуандун. Ци Шань мотивировал это тем, что необходимо было расследовать обстоятельства конфликта непосредственно на месте. Это не могло понравиться англичанам, и 30 сентября «The Times» желчно заявляет: «Переговоры в Кантоне, вероятно, будут ведены со всем лицемерием и притворством, свойственным китайской дипломатии, которой главным правилом есть медлительность».

 11 февраля от 4 ноября «Русский инвалид» пишет: «О переговорах… еще ничего определенного не известно…. Говорят, что главные требования лорда Пальмерстона» - это «признание обид, оказанных британским подданным»; «уплата за конфискованный и истребленный опиум»; «свободная торговля с некоторыми китайскими гаванями, кроме Кантона»; «Англия возвращает остров Чусан».

27 сентября издан декрет императора «об отрешении от должности комиссара Линя». В «Русском инвалиде» от 11 февраля текст декрета приводится полностью, и на этот раз не удерживаются от замечания: «Если этот императорский декрет действительно был издан пекинским двором, то из него видно, что отрешение Линя последовало не в наказание за его насильственные поступки с англичанами и опрометчивость в истреблении опиума, но более за то, что он недостаточно сильно против них действовал».

«На время открываемых в Кантоне переговоров заключено между Китаем и Англией перемирие» («Русский инвалид», 12 февраля 1841 года).

Получены «известия из Чусана, по которым китайцы стараются только выиграть время». «В Кантоне особая комиссия занимается составлением основных пунктов мирного договора, и английский флот отправится в Кантон для получения от китайского правительства решительного ответа. Если этот ответ будет неудовлетворителен, то англичане опять начнут войну и, прежде всего, нападут на Кантон» («Русский инвалид», 5 марта). «Новый китайский комиссар в Кантоне, Кишен (Ци Шань – В.Ш.), показал расположение к миру, освободив 10-го числа сего месяца англичанина Стантона», который был захвачен ранее китайцами. Он «изъявил, как слышно, готовность свою выдать англичанам, в виде вознаграждения за убытки, миллион фунтов стерлингов и открыть вновь торговлю» («Русский инвалид», 16 марта).

Статья от 20 марта озаглавлена «Новые операционные планы англичан против Китая». В ней говорится, что «все… убеждены в том, что военные походы против Небесной Империи тогда только кончатся, когда на Янтзекиане и Гоанго (Янцзыцзяне и Хуанхэ – В.Ш.) будут развиваться флаги Великобритании, как на Инде и Гангесе».

«Так как императорский комиссар слишком длил переговоры, открытые в Кантоне, и потому поведение его казалось вероломным, то англичане сделали приготовления, чтобы 9-го января атаковать внешние посты фортов по реке Бокка-Тигрис (имеется в виду река Чжуцзян – В.Ш.)». Все важные оборонительные укрепления были уже заняты англичанами, «как вдруг китайский главнокомандующий сделал капитану Эллиоту сообщение, вследствие которого приостановлены были все дальнейшие неприятельские действия». Переговоры продолжаются, и Ци Шань соглашается на все условия англичан. 20 января Эллиот издает циркуляр о том, что заключен предварительный договор. По нему Гонконг передавался Англии, сборы же и пошлины там шли в китайскую казну. Китайцы должны были выплатить 6 миллионов долларов контрибуции, 1 миллион – сразу, а еще 5 миллионов – ежегодно до 1846 года. Утверждалось прямое официальное сообщение на правах равенства между обеими нациями. Торговля должна была открыться в кантонской гавани через 10 дней после китайского Нового Года и продолжиться в Вампоа, пока не будет отстроен Гонконг.

«Взятие обоих фортов… было весьма кровопролитным делом для бедных китайцев. Сии последние, по признанию самих английских газет, оборонялись, особенно во втором форте, с неожиданной храбростью, из-за отчаянья ли, - потому что они не надеялись найти пощаду у неприятеля, - или опасаясь наказания». «Можно было заметить», что китайцы «со времени войны с Англией сделали в фортификации некоторые успехи, ибо вновь заложенные укрепления были лучше старых. При том, у них очень хороший материал, в котором пушечные ядра делают только скважины, не причиняя обрушений». «Потеря людей со стороны китайцев… при взятии обоих замков и сожжении 19 военных джонок должна простираться, по крайней мере, до 1200 человек». «О раненых китайцах приложено было со стороны английских врачей всевозможное попечение», сообщает 15 апреля «Русский инвалид».

Узнав о нападении на укрепленные острова реки Чжуцзян, император 29 января 1841 года официально объявляет войну Англии. «Переговоры между капитаном Эллиотом и комиссаром Кишином хотя продолжаются на дружеской ноге, но не привели еще ни к какому результату. Хотя капитан Эллиот, циркуляром от 30-го января, и объявил об удовлетворительном успехе переговоров с Кишином, но в то же время не советовал купцам возвращаться в Кантон».

После объявления цинским Китаем войны Англии, англичане вновь блокируют устье Чжуцзяна и снова атакуют укрепленные острова, захватывая их. 8 июня в «Русском инвалиде» печатается депеша Бремера «о вторичном занятии фортов Бокка-Тигриса». «При взятии форта Апунггоя был убит китайский адмирал Кван (адмирал Гуань Тянь-пэй – В.Ш.)». Гуанчжоу (или Кантон) же, «обширный главный город богатой области, вмещающий в себя более миллиона жителей, находится в руках британских войск» («Русский инвалид», 8 мая). Это не совсем точно. Скорее, англичане захватили пригороды Гуанчжоу, вступили на территорию иностранных факторий.

«Китайский обер-комиссар согласился на перемирие и потом на издание приказа, которым дозволяется торговля с Кантоном и обещается всякая защита британским купцам, приезжающим в этот город». Имеется в виду распоряжение Ян Фана о возобновлении торговли с 20 марта 1841 года.

Перемирие было прервано из-за указа кантонского правительства о ценах на головы. Новый кантонский губернатор «назначил 50 тысяч долларов в награду тому, кто представит живыми Эллиота, Моррисона или Бремера, 30 тысяч долларов за голову одного из сих трех чиновников, 5 тысяч долларов за каждого английского офицера, 500 долларов за выдачу живого и 300 – за выдачу мертвого англичанина, и 100 долларов за каждую голову сипая (Остиндского солдата)». Также, в одном из императорских приказов кантонскому комиссару сказано, между прочим, следующее: «Эти варвары сходны правом с овцами и собаками. Оскорбительно для Неба и Земли иметь более дело с англичанами,… поэтому я не могу найти для себя нигде покоя, не могу ни спать, ни есть. Я решительно считаю необходимым отнять у этих беспокойных пришельцев их головы» (по «Русскому инвалиду» от 11 июня). И еще: «Да не найдут впредь эти два слова - «Заключать мир», никогда места в сердце вашем».

На 13 марта 1841 года, «капитан Эллиот требует, как слышно, 12 миллионов долларов, с островами Гонг-Конгом и Ванг-Тонгом». 26 марта английские войска покидают Кантон. «Впрочем, вследствие условия, заключенного 20-го марта между капитаном Эллиотом и местным начальством, торговля в Кантоне опять открыта, и британские купцы снова приняли в свое владение фактории» («Русский инвалид», 5 сентября).

В это время, Ци Шаня арестовывают. Он скрыл факт передачи англичанам Гонконга не только от цинского правительства, но и от гуандунских властей. Когда же англичане, не дожидаясь ратификации договора, оккупировали Гонконг, об этом было сообщено императору. «Императорский уголовный суд в Пекине обнародовал… декрет… относительно поведения отрешенного от должности комиссара Кишина». «Комиссар Кишин отведен в цепях в Пекин, где должны были предать его, среди жестоких мучений, казни…. Семейство Кишина положено истребить, а землю, лежащую около места его рождения, опустошить на несколько миль вокруг.… На его место губернатором обеих провинций Кванг (Гуанси, Гуандун – В.Ш.) назначен Линь» («Русский инвалид», 5 сентября 1841 года). Все эти сведения, изложенные в газете, кажутся абсолютно достоверными. Вообще, личности Ци Шаня уделяется со стороны петербургских журналистов много внимания. Вся информация о нем написана явно в уважительном тоне и носит явно обвинительный характер по отношению к китайскому императору. 9 сентября публикуются фрагменты записки Ци Шаня императору, в которой тот «старался оправдать свое поведение в Кантоне и представить императору недостаточность вспомогательных средств государства». Ци Шань заключает, что «нельзя полагаться на имеющиеся оборонительные средства, и что войска не устоят в сражении». 23 сентября напечатан смертный приговор Ци Шаню.

«Что, однако ж, неприязненное расположение умов к англичанам распространилось повсюду, это доказывается тем, что даже на Чусане, который, как известно, был очищен британцами сразу после заключения в Кантоне первых условий с Кишином, меры к защите принимаются с необыкновенным рвением». Более того, меры, «которые британцы нашли на Чусане, принимаются вдоль всего северо-восточного берега Китая».

Новым командующим экспедиции стал адмирал Паркер. Определена дальнейшая линия поведения англичан в Китае. Согласно новой программе, англичане собираются «обложить строгою блокадой южный и западный берега Китая и вести нешуточную войну, щадя однако ж, сколько возможно, жителей Кантона, которые вообще не питают против англичан никакой особенной вражды. Потом, экспедиция отправится к северу и займет прекрасный остров Амой…. Оттуда она отправится к Чусану, который займет, впрочем, не прежде, как через несколько месяцев, ибо остров этот, как узнали теперь, имеет осенью вредные для здоровья свойства. Нинпо, лежащий на твердой земле, напротив Чусана, займут, напротив, немедленно, потому что он служит для связи с внутренними землями, может поставлять в достаточном количестве съестные припасы и стоит в таком месте, откуда лучше всего можно действовать на Чусан. Здесь и при Амое экспедиция должна пробыть полгода. Потом… британский уполномоченный, в сопровождении большей части британского флота, отправится в Пекин и откроет, вероятно, сношения свои с императором под батареями шестидесяти восьми фунтовых орудий британских кораблей» («Русский инвалид», 5 сентября). Но, прежде всего предполагалось захватить Гуанчжоу. Эллиот просит всех иностранцев оставить город. В ночь 21 мая китайцы огнем береговых батарей и подожженными брандерами внезапно атакуют суда англичан к юго-западу, но безуспешно. С 23 по 27 мая английские войска развертывают наступление на Гуанчжоу, причем, впервые в этой кампании, по суше. 26 мая город был практически захвачен, и китайцы предложили прекратить военные действия и заключить перемирие. Начались переговоры, которые завершились подписанием 27 мая конвенции на следующих условиях: «1. Три императорских комиссара должны, со всеми войсками, не принадлежащими области, в течение 6 дней оставить город и удалиться, по крайней мере, на 60 английских миль 2. В течение 7 дней китайцы должны заплатить 6 миллионов долларов, из которых 1 миллион в тот же день до захода солнца 3. На время британские войска остаются в своей позиции. С обеих сторон не должно быть никаких приготовлений к неприятельским действиям. Если требуемая сумма не будет уплачена, то возрастает до 7 миллионов, в случае неуплаты через 14 дней – до 8 миллионов, а через 20 дней – до 9 миллионов. По совершенной уплате британские войска возвратятся к Бокка-Тигрису; Вангтонг, равно как и прочие укрепления на реке, сданы будут китайцам, и могут быть исправлены, но не снабжены оружием, пока дела между обеими нациями не будут совсем кончены 4. В течение 7 дней должны быть вознаграждены все потери, причиненные в 1839 году разграблением факторий и истреблением испанского брига» («Русский инвалид», 8 октября). Этот договор вошел в историю как «Соглашение о выкупе Гуанчжоу». «5 июня капитан Эллиот издал прокламацию, в которой объявил, что… он уже получил 5 миллионов долларов, а в остальном миллионе взял поручительство».

«Несмотря на эту потерю китайцев, совершенное окончание спора, по-видимому, все еще так же далеко, как и прежде», комментирует «Русский инвалид» «Соглашение о выкупе Гуанчжоу».

Цинское правительство никак не использовало передышку в военных действиях для составления планов дальнейшего ведения войны. Вскоре китайцы нарушают договор, начав вооружение фортов, а потому и англичане тоже начинают подготовку к военным действиям. Хотя ратификации Чуаньбийского договора, вероломно заключенного Ци Шанем, не последовало ни со стороны британской королевы, ни от китайского императора, англичане продолжали оккупацию Гонконга, а 7 июня объявили его свободным портом. Английское правительство, недовольное исходом Чуаньбийского соглашения, денонсировало его и отозвало Ч. Эллиота. Вместо него назначили Г. Поттингера. План дальнейшего ведения кампании состоял в том, чтобы снова оккупировать Чжоушаньские острова и начать наступление в район реки Байхэ, захватив важные стратегические пункты на Янцзы. Как сообщает «Русский инвалид» от того же 8 октября, Поттингеру «поручено требовать 15 миллионов долларов…. Деньги за опиум должны быть уплачены немедленно, остальная же сумма рассрочена на 5 лет, с наложением 5%». Он также «должен настоятельно требовать… дозволения производить торговлю во всех приморских гаванях».

От 15 октября сообщается в газетах интересная подробность, не освещенная в книгах по истории опиумных войн: «Китайские начальства в Кантоне, несмотря на решительное свое поражение, не отважились еще открыть истину пекинскому двору. Все… неудачи приписывают они единственно беззащитному состоянию провинции, и все уступки, сделанные англичанам, представляют военной хитростью, к которой прибегли для того только, чтобы выиграть время для окончания нужных вооружений. Военная контрибуция, заплаченная Кантоном, также показана неверно…. Сказано, что англичанам выдан за опиум только один миллион».

Несмотря на большое число капитулянтов при дворе, таких как И Шань, Илибу, И Цзин и Ци Ин, существовали и сторонники ведения войны. В частности, «Иа, начальник области Фо-Киен, изобилующей чаем (Фуцзянь – В.Ш.)… во всякое заседание императорского совета поощряет к продолжению войны…. Теперь он вооружает для войны все рыбачьи лодки» («Русский инвалид»,16 октября). Напечатана новая прокламация цинского правительства, в которой, кроме цен за головы англичан, говорилось еще: «Кто выдумает средство для сожжения кораблей варваров и успешно произведет его в действие, тот получит по 1 тысяче долларов за каждую мачту; за шхуну же 3 тысячи долларов…. За взятие парохода выдано будет 6 тысяч долларов. Чужеземные купцы, которые будут помогать китайцам в истреблении англичан, будут платить впоследствии только половинную таможенную пошлину. Кто в подробностях знает отношения варваров, кто умеет превзойти их в военных хитростях, кто может составить брандеры и машины для истребления варваров, тот, по желанию своему, или будет определен на службу, или получит в награду 20 тысяч долларов» («Русский инвалид», 24 октября 1841 года).

С прибытием Поттингера началось продвижение вглубь Китая, и в то же время часть эскадры двинулась на Амой. «Кажется, что англичане, прежде всего, нападут на остров Амой у берегов Фо-Киена, потом уже на большой торговый город Нингпо, и, наконец уже на Пекин». «Флот, при взятии Эмоя (Амоя – В.Ш.) и Нинпо, должен будет находиться целых полгода в бездействии, потому что занятие острова Чусана, как первого пункта военных операций, может последовать только по совершенном прекращении заразительных болезней, господствующих там обыкновенно в сентябре и октябре месяцах. В таком случае экспедиция в Желтое море против Пекина должна начаться весною 1842 года. Говорят, что, по мнению адмирала сэра Вильяма Паркера, война должна продолжиться не менее 16-20 месяцев» («Санкт-Петербургские ведомости», 12 ноября).

22 августа английские корабли двинулись на Амой и 25 уже подошли к острову. К 22 августа, от Поттингера требовалось открыть все китайские порты восточного берега для всех европейцев, уничтожить торговую монополию Гонга, назначить постоянного посланника Англии в Пекине и получить вознаграждение за опиум (согласно «Санкт-Петербургским ведомостям» за 24 ноября).

8 января 1842 года газета «Русский инвалид» информировала своих читателей, что «британская экспедиция против Эмоя, - острова, имеющего удобную и безопасную гавань, и лежащего в широкой бухте Фуцзянского округа (провинции Фуцзянь – В.Ш.), откуда получается самая большая часть чая, - увенчана была совершенным успехом. Англичане завладели сим островом, где – как говорят – получили до 500 орудий в добычу. Экспедиция блокирует теперь Большой китайский канал, ведущий в Пекин. Носился также слух, будто бы остров Чусан опять занят англичанами». Действительно, в конце сентября Чжоушаньские укрепления были взяты, а 1 октября вновь оккупирован Динхай. 10 октября пал город Чжэньхай, а 13 октября – Нинбо, который «сдался без всякого сопротивления». Дело в том, что у англичан имелись намерения «прежде занятия Чусана, напасть на Чингай (Чжэньхай – В.Ш.) и Нинпо. Но поскольку погода была бурная, то решили овладеть прежде Чусаном». Когда же Нинбо был взят, «англичане потребовали… 6 миллионов долларов», но так как «местное начальство китайское не дало никакого ответа, то англичане намереваются набрать эту сумму с банкиров и богатых магазинов» (по «Русскому инвалиду»). Согласно другим газетам, выкуп за Нинбо оценивался в 4 миллиона долларов.

25 августа английские войска, подошедшие к Амою, предъявили местным властям ультиматум сдать форты без боя, но, не дождавшись капитуляции, открыли огонь. 27 августа остров был захвачен. Среди китайцев было множество погибших и раненых. Подробнейший отчет о взятии Амоя опубликован был 9 января на страницах «Русского инвалида».

Китайцы начинают отстраивать форты и возводить батареи, вопреки договору с Англией, и «даже казалось непонятным, как они могли столько сделать». «Вследствие этого, англичане разрушили форт Ванг-Тонг и издали прокламацию». «Потом, до 9-го октября, в окрестностях Кантона не случилось ничего важного. Торговля шла обыкновенным порядком, и китайцы не препятствовали англичанам нагружать на корабли товары. Здесь, в Макао, думают, однако ж, что такое состояние дел не будет продолжительно» («Русский инвалид», 9 января 1842 года). Уже по новостям от 15 ноября из Макао видно, что «в Кантоне китайцы нарушили перемирие, возобновив все укрепления вдоль реки и заградив последнюю на большое протяжение…. Китайцы собрали у Кантона 200 джонок и более 200 тысяч человек войска». «Один инженер насчитал на их новых батареях вокруг Кантона более 400 пушек, в том числе несколько очень хороших». «Со многих сторон изъявляют опасения, что китайцы скоро научатся военному искусству, почему и не должно давать им на то время. Они уже научились лить годные пушки». «Китайцы ни о чем не помышляют, как только о возобновлении неприятельских действий» («Санкт-Петербургские ведомости», 7 мая 1842 года).

В это время сановника Ци Шаня снова приближает император. Он «пожаловал ему опять главный орден четвертой степени,… снова приняв его, таким образом, к себе в милость». «Думают, что, в случае войны или мира, Кишин сделается опять главным посредствующим лицом между императорским пекинским двором и англичанами».

Китайское начальство впервые за всю историю войны составило план активной наступательной операции. «Через Макао получают китайцы множество ружей, вероятно из Сингапура, и некоторые из них имеют даже клеймо тауэрское…. С одного французского фрегата, потонувшего в прошлом году у берегов Китая, вытащены все орудия и присвоены китайцами». И тогда как в «пекинской области принимаются сильные меры против ожидаемого там нападения англичан», около Нинбо «также собраны значительные китайские силы, и туда отправлены будут из Гонконга 800 англичан, потому что сэр Ю Гоу нашел нужным для удержания тамошней позиции увеличить свои войска» («Русский инвалид», 10 апреля).

«Мы получили известие, что китайцы собирают во всех частях империи войска, имеют у себя 80 тысяч человек и идут испытать против наших сил, в последний раз, свое оружие» («Русский инвалид», 13 июня). 5 июля «Русский инвалид» сообщает о том, что «18 марта китайцы, в числе 10-12 тысяч человек, напали на город Нинпо». 7 июля «Санкт-Петербургские ведомости» пишут, что «10 марта китайцы пытались овладеть Чинхаем и Нинпо, но были отбиты в обоих местах». «Русский инвалид» от 9 июля также исправляется, что нападение произошло не 18, а 10 марта. «В одно время с нападением на Нинпо последовало столь же безуспешное покушение против Чусана». «После… покушения истребить английский гарнизон в Нинпо, китайцы, в числе 6 тысяч человек, расположились в 11 английских милях к западу от сего города, в намерении отрезать у англичан все подводы». Но англичане предприняли вылазку и наголову разбили китайские войска. «Носится слух, будто бы китайцы собирают новую армию в 30 тысяч человек для нападения на Нинпо».

Когда все китайские операции закончились провалом, с 15 марта 1842 года англичане перешли в контрнаступление. «Теперь вполне чувствуется необходимость принятия самых сильных мер против Китая», замечает «Русский инвалид». 7 мая от 14 февраля «Русский инвалид» сообщил, что «на Кантон не сделано будет нападений, ибо теперь уверены, что разрушение сего города ни на шаг не продвинет вперед примирения с Китаем», а «Санкт-Петербургские ведомости» добавили, что вместо этого «Поттинджер занимается сосредоточением войск против Пекина».

Все это время «потайная торговля опиумом беспрепятственно производится по всем берегам Китая» («Русский инвалид», 9 июля). «Цена на опиум теперь так высока и сбыт его так значителен, что предлагают во многих местах поставить корабли и устроить на них складочные места…. Выгоды, доставляемые этой торговлей, столь огромны, что Ост-Индская компания может покрыть ими, по крайней мере половину издержек китайской экспедиции» («Санкт-Петербургские ведомости», 16 мая).

10 июня в «Русском инвалиде» и 13 июня в «Санкт-Петербургских ведомостях» напечатано известие о том, что в Макао прибыло 4 знатных купца «Гунхана». «Чтобы отдалить начало неприязненных действий на севере, мандарины охотно желали бы, как кажется, употребить, для получения перемирия, посредство третьей державы – Франции. Гонгские купцы знают, однако ж, весьма хорошо, что Поттинджер не примет их и не согласится на их предложения». В соответствующих номерах напечатано и то, что в Макао произошло покушение на французского вице-консула. «Санкт-Петербургские ведомости» заметили, что «присутствие Франции на китайских водах,… по-видимому, не очень нравится англичанам».

Напечатано 4 письма из Китая, в которых говорится о скором нападении Поттингера на Пекин. В случае, «если император согласится на уступчивость, британцы займут 2 или 3 торговых поста и будут постоянно содержать в Китае значительные морские и сухопутные силы для охранения там своих интересов и защиты британских подданных». Предполагалось надавить на императора посредством устрашения. Поэтому, «Благо человечества требует, чтобы этой войне сколь возможно скорее положен был конец и к этой цели может привести только немедленная отправка значительных подкреплений». В «Canton Press» порицают нерешительность и медлительность английского правительства. В Англии все уже хотят скорее закончить войну. «До сих пор мы ничего не сделали, разве только то, что небольшую часть китайской империи обеспокоили и озлобили». «Мы научили китайцев сражаться, но в их неизменной верности императору начали только теперь убеждаться». Все английские газеты без исключения «изъявляют сегодня сожаление о продолжении китайской войны». Писали о безрезультатности всех побед. «Должно желать исполнения быстрой и сильной меры, которая бы внезапно окончила войну» и потому еще, что «столько тысяч китайцев погибают без пользы». Гигантские цифры потерь составляют для китайской империи «только каплю в море, и, подобно многоглавой гидре, она высылает новые армии, как скоро англичане успевают истребить старые».

В «Санкт-Петербургских ведомостях» было напечатано следующее: «Известие, что император укрылся в Татарии… получено от французских миссионерах в Макао, которые обыкновенно имеют верные сведения о всем, что делается в Пекине».

«Берега Бокка-Тигриса, от Вампоа вверх до Кантона, вполне укреплены и вооружены китайцами…. Китайцы построили несколько военных кораблей, к которым приделали они колеса, как у английских пароходов…. Непонятно, почему англичане в Гонконге так спокойно смотрят на эти вооружения и нисколько не препятствуют им» («Русский инвалид», 9 июля).

Зимнее квартирование в Нинбо подходило к концу. «Англичане, вероятно, вскоре очистят этот город и двинутся к Нанкину». «Как скоро прибудут вспомогательные войска, ожидаемые из Англии, то сэр Генри Поттинджер отправится с ними, для продолжения военных действий, на север…. В догадках насчет успеха экспедиции недостатка нет; опасаются, однако ж, что она слишком поздно прибудет к Пекину и не успеет предпринять ничего решительного в это лето».

Далее, благодаря непрерывным победам англичан с 18 мая по 1 августа, эскадра поднялась вверх по Янцзы, угрожая Нанкину.

«Ча-пу (Чжапу – В.Ш.), главное ярмарочное место торговли между Китаем и Японией, досталось, 18 мая, в руки англичан», - сообщает 10 октября «Русский инвалид». «Экспедиция продолжает продвигаться на север…. Сомнительно, чтобы англичане могли добраться до Пекина в нынешнем году. Надежды на прекращение неприятельских действий пока еще нет никакой» («Русский инвалид», 8 ноября). «Китайское правительство приняло, по-видимому, новую систему, состоящую в том, чтоб удерживаться от всяческих переговоров и бросать свои укрепления тотчас же, как скоро англичане на них нападут». Это не совсем верно. Известно, что защитники города Чжапу оказали англичанам неожиданно яростное сопротивление. Так же поступили и жители Чжэньцзяна.

19 июня англичане овладели Шанхаем. «Экспедиция идет очень успешно…. Таким образом, мы можем вскоре ожидать известия о взятии Нанкина».

Вскоре после взятия Чжэньцзяна 21 июля, начались переговоры. Мирный договор обсуждался с 8 августа по 29 августа и был подписан на борту английского военного корабля «Корнуэллс» Ци Ином и Илибу, с одной стороны, и Г. Поттингером – с другой.

3.4 Подписание Нанкинского мирного договора.

 «Произошли события величайшей важности…. Известия из Нанкина доходят до 31 августа. Там заключен по всей форме мирный договор между Англией и Китаем. Недостает только ратификации императора, но никто не сомневается, что она последует незамедлительно». Поскольку текст сообщения о подписании мирного договора идентичен для всех газет, оговорю, что цитироваться будут «Санкт-Петербургские ведомости» от 24 ноября 1842 года. Нанкинский договор «О мире, дружбе, торговле, возмещении убытков и пр.» был первым неравноправным для Китая договором. Он состоял из 13 статей. Вторая статья открывала англичанам 5 «вольных портов для беспрепятственной торговли: Кантон, Эмой, Фу-чан-фу (Фучжоу – В.Ш.), Нинпо и Чинхай (Шанхай – В.Ш.). В каждый будет назначен консул». Третья статья Нанкинского мирного договора отдавала «остров Хонг-Конг Англии в вечное владение, там устроится британская колония, которую будут охранять несколько европейских полков». По четвертой статье Китай должен был уплатить 6 миллионов долларов в счет ущерба, нанесенного уничтожением опиума в 1839 году. Эта статья, как и многие другие, по непонятной причине на страницы петербургских газет не попала. По пятой статье упразднялась система «Гунхан», и Китай должен был выплатить 3 миллиона долларов в счет задолженности китайских купцов. Шестая статья предусматривала выплату контрибуции за расходы Англии на проведение экспедиции, составлявшей 12 миллионов долларов. Еще несколько статей посвящались определению пошлин. «Китайцы хотят заплатить Англии 21 миллион долларов». До получения контрибуции, из которой 6 миллионов требовалось заплатить незамедлительно, «Чусан и Коланг-фу (Гулансюй – В.Ш.)», согласно двенадцатой статье, остаются за англичанами. «Экспедиция в Нанкине и Чинхае уйдет после выплаты первых 6 миллионов».

 Что характерно, вопрос о запрещении опиума был обойден в договоре молчанием. Английские газеты активно обсуждали этот вопрос. «Morning Herald» отмечает, что в договоре с Китаем не было никаких постановлений относительно торговли опиумом. «Globe» отвечает, что «никто таких постановлений и не ждал», потому как «торговля опиумом имела столь же мало связи с войной, как и торговля сахаром и табаком. Опиум служил китайцам только предлогом к насильственным мерам против англичан. Китайцы сами в том сознаются». Конечно, такой взгляд был присущ далеко не всем английским газетам. Многие активно обвиняли Великобританию в экспансионистской политике. В «Standard» напечатана статья «Бесчеловечная война в Китае», где говорится, в основном, о том, что «даже при полном захвате Китая он будет составлять тягостное приобретение для британской короны».

 После окончания войны опиум стал основным предметом британского торговли с Китаем, и его оборот значительно вырос.

4. Заключение.

 В петербургскую периодику 1840-1842 годов практически вся информация поступала через английскую прессу. Причем независимо от того, была ли эта информация непосредственно из Китая, Индии, либо из Англии. Поэтому, большинство подаваемой информации в разных изданиях совпадает.

 В своих сводках петербургская пресса использовала ряд приемов. Один из них заключался в том, что приводился целый ряд цитат из английских газет по данной информации, подобранных таким образом, что они часто полемизировали друг с другом. Таким образом, появлялась возможность взглянуть на факт или событие с нескольких точек зрения. Другой прием заключался в том, чтобы приводить полностью, либо фрагментарно, письма людей, являвшихся очевидцами событий, декларации и прокламации. Чаще всего к этим документам не приводилось никаких комментариев. Так, в «Санкт-Петербургских ведомостях» за 12 мая 1842 года приводятся сразу два письма: одно - о состоянии торговли в Китае, а второе – о возмущении автора письма китайцами, и их обычаем называть иностранцев варварами. От 24 июля – фрагменты четырех писем с оценками возможности нападения Поттингера на Пекин.

 Ввиду того, что поступавшая информация была очень неточной, газеты часто оперировали выражениями типа «носятся слухи», «как кажется», «вероятно» и т.п., тем самым, давая понять ненадежность сведений. Например, в «Русском инвалиде» от 13 февраля 1842 года приводится следующее сообщение: «Пронесся слух, вероятно, неосновательный, будто бы сэр Поттинджер, отправившийся… из Нинпо в Кантон, на пути потерпел кораблекрушение».

 При всем этом, читателю практически не предлагалась голословная информация, и если в одном номере она даже подавалась как вероятная, то в следующем обязательно приводились доказательства либо косвенные свидетельства. Несмотря на многие факторы, газетная информация была, по большей части, правдива. Более того, часто читателю предлагались очень подробные сведения, настолько, что о них не упоминают современные работы, а потому никак нельзя понять, имели ли они под собой какую-либо основу.

 Очевидно, что «китайские дела» были весьма интересны читателю, иначе как объяснить большое количество печатаемого материала, лишь косвенно относящегося к самой теме. Например, в «Русском инвалиде» за 20 марта 1841 года приводится информация о том, как англичане начали проводить «точные мореходные изыскания». Но, продолжает газета, поскольку «показания индийских газет о подобных предприятиях… неясны», то «весьма полезно было бы при каждом новом известии о китайских делах прилагать ученое обозрение». И уже в том же номере напечатана статья «Экспедиция капитана Бетюна по Величайшей китайской реке».

 Практически всегда, при рассказе о захвате новых территорий, приводилась краткая географическая и климатическая справки.

 Важно отметить еще и то, что кроме военных сводок приводились еще и военная информация вообще (искусство стратегии, искусство фортификации), и китайская светская хроника. 5 июля 1840 года, например, «Русский инвалид» сообщает о смерти китайской императрицы. 7 июля – о том, как «один из императорских принцев, не сдав годичный экзамен, опять удален от Двора и послан в Манчжурию». 16 октября 1841 года – о том, что «одна из принцесс императорского дома, незадолго до дня своего бракосочетания, найдена была мертвой в своих комнатах. О самоубийстве нельзя думать, потому что брак был по ее желанию».

 Кроме собственно новостей, часто печаталась интересная информация о Китае. Скажем, 12 февраля 1841 года «Русский инвалид» публикует материал о чиновниках в Китае. Предлагался материал и о китайских обычаях. Печатались и просто интересные факты, например, про то, как официальные китайские газеты любое поражение китайского войска обращали в потрясающую победу их оружия, разумеется, не без вмешательства сверхъестественных сил. Словом, при всех отрицательных сторонах и проблемах соответствия, информация петербургских газет была, для рядового читателя, довольно полной и исчерпывающей.

 В специальных исследованиях Бутакова и Тизенгаузена и Мертваго, которые увидели свет в один год, I-я «опиумная» война рассмотрена подробно, в ее описание включены и многие факты из тех, которые предоставлялись газетами 1840-1842 годов. В то же время, эти исследования проведены с использованием различных документов и свидетельств, поэтому кажутся вполне достоверными и авторитетными. То есть, часть газетной информации находит подтверждение в этих работах. В современных же работах по истории Китая большое количество информации опущено. В специальных работах, где события 1840-1842 годов описываются достаточно подробно, газетные свидетельства о ходе самой войны и обсуждениях ее в британском парламенте могут быть привлечены, разумеется, после тщательного отбора и проверки их достоверности.

 Таким образом, многие из тех сведений, которые еще не нашли отражения в современных работах, кажутся не только интересными и важными, но и вполне достоверными для их использования в научной литературе по истории I-й «опиумной» войны.

Список использованной литературы.

Источники:

1. Русский инвалид или военные новости, С-Пб., январь 1840 г. – декабрь 1842 г.

2. Санкт-Петербургские ведомости, С-Пб., январь 1840 г. – декабрь 1842 г.

3. Северная пчела, С-Пб., январь 1840 г. – декабрь 1842 г.

Литература:

4. Бутаков и Тизенгаузен. Войны европейцев с Китаем. 1840 – 1842 гг., 1856 – 1859 гг., 1859 – 1860 гг., С-Пб., 1884

5. История Китая: учебник. Под ред. А.В. Меликсетова, М., 1998

6. Мертваго Д. Очерк морских сношений и войн европейцев с Китаем по 1860 год, С-Пб., 1884

7. Новая история Китая. Под ред. С.Л. Тихвинского, М., 1972

1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Когда продавец в магазине спрашивает у меня: "Могу ли я вам чем-нибудь помочь?", я люблю отвечать: "Можете, деньгами".
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru