Курсовая: Институт губернаторства в России XVIII – начала XX вв - текст курсовой. Скачать бесплатно.
Банк рефератов, курсовых и дипломных работ. Много и бесплатно. # | Правила оформления работ | Добавить в избранное
 
 
   
Меню Меню Меню Меню Меню
   
Napishem.com Napishem.com Napishem.com

Курсовая

Институт губернаторства в России XVIII – начала XX вв

Банк рефератов / Государство и право

Рубрики  Рубрики реферат банка

закрыть
Категория: Курсовая работа
Язык курсовой: Русский
Прислал: Карина
Дата создания: январь 2012
Дата добавления:   
 
Скачать
Microsoft Word, 543 kb, скачать бесплатно
Заказать
Узнать стоимость написания уникальной курсовой работы
Текст
Факты использования курсовой

Узнайте стоимость написания уникальной работы

Оглавление

Введение

Глава 1. Становление и эволюция института губернаторства в России

1.1. Зарождение института губернаторства

1.2. Особенности развития института губернаторства при Екатерине II

1.3. Законодательные основы деятельности института губернаторства в XIX веке

1.4. Институт губернаторства на рубеже XIX-XX вв. и его упразднение

Глава 2. Проблемные вопросы правового положения губернатора в системе власти

2.1. Правовое положение губернатора в иерархии власти

2.2. Эволюция правового статуса губернатора

2.3. Разграничение предметов ведения и полномочий

Заключение

 Список использованных источников

Введение

Одной из отличительных особенностей российской государственности является многократная повторяемость свойств и признаков государственных институтов. Возникший в начале XVIII века институт губернаторства имел много общих черт с существовавшей до этого системой воеводского управления. Институт губернаторства повлиял на эволюцию системы местного управления после 1917 года. Несмотря на совершенно иные политические условия, многие характерные для этого института черты воспроизводились сначала в виде комиссаров Временного правительства, затем - секретарей областных комитетов коммунистической партии, а сегодня - в виде президентов, глав администраций субъектов Российской Федерации и полномочных представителей Президента. Российской Федерации в федеральных округах. Изучение истории института губернаторства будет способствовать решению задач развития российских регионов в XXI веке и определения дальнейших перспектив эволюции государственной власти.

Актуальность настоящего исследования предопределяется необходимостью глубокого и всестороннего изучения института губернаторства с целью использования исторического опыта его функционирования при решении современных законодательных проблем, в том числе и в правовом регулировании институтов местного управления в России.

При этом следует отметить, что несмотря на то, что к институту губернаторства в последние годы обращено внимание большого числа исследователей, проблема взаимодействия губернских и центральных органов власти не становилась объектом специального исследования.

В дореволюционной историографии история института губернаторства в контексте общероссийской истории и деятельности монархов впервые была затронута в фундаментальных трудах и отдельных работах Н.М Карамзина, В.О. Ключевского. Объектом специального исследования проблема возникновения и развития института губернаторства в дореволюционной историографии стала у юристов-государствоведов. Законодательная база институтов губернаторства и изменение правового статуса губернаторов в различные периоды времени рассматривались в трудах А.Е. Градовского.

Практически все исследования института губернаторства дореволюционных историков и правоведов отличались формально-юридическим подходом к рассматриваемой проблеме. Основное внимание уделялось отдельным вопросам эволюции законодательства в сфере института губернаторства, при этом не рассматривались особенности реализации этого законодательства в различных регионах страны. В этой связи важное значение имеют также дореволюционные справочные и энциклопедические издания, в том числе, биографического характера.

Советский период в историографии института губернаторства вплоть до конца 1960-х годов характеризуется фактическим забвением данной тематики. В 1968 году вышло первое издание известной монографии Н.П. Ерошкина «История государственных учреждений в дореволюционной России», в которой кратко зафиксирована существующая в определенный исторический момент вертикаль власти в рамках подчиненности и ответственности местных органов власти центру.

Интерес к истории губернских учреждений, чиновничества дореволюционной России, личностям губернаторов в отечественной историографии резко возрос в 90-е годы XX века, и не снижается он до сих пор. Данную проблему исследовали В.Г. Игнатов, М.Ф. Столяров, А.А. Левандовский и др. Наметившаяся в отечественной исторической науке в последние полтора десятилетия тенденция к более объективному освещению роли личности в истории способствует появлению новых подходов к изучению государственных институтов власти Российской империи, исследованию её политической элиты общегосударственного и местного масштабов.

Объектом данного исследования является функционирование системы местного государственного управления Российской империи в виде института губернаторства.

Предметом изучения в курсовой работе является развитие института губернаторства, точнее, одно из его проявлений — административные преобразования с XVIII по начало XX века. При этом рассматриваются не только реальные законодательные меры правительства, но и те, которые лишь проектировались. Вместе они выражали определенный политический курс, со своими целями, которым были подчинены все замыслы и начинания.

Новизна научного исследования заключается также в анализе вопросов практической реализации законодательной базы институтов губернаторства на уровне региона и расхождений между существовавшей законодательной и нормативно-правовой баз данных институтов и их практической реализации; взаимодействия губернской и центральной власти, а также взаимоотношений губернской власти и органов общественного самоуправления.

Теоретическая и практическая значимость исследования состоят в том, что полученные результаты и выводы, а также обобщенные в курсовой работе материалы дополняют и расширяют исследования по истории институтов губернаторства и генерал-губернаторства.

Целью курсовой работы является комплексное историко-правовое исследование эволюции института губернаторства в Российской империи XVIII - начала XX вв., его места в системе государственного и местного управления. Достижение поставленной цели потребовало решения следующего комплекса конкретных исследовательских задач:

- рассмотреть зарождение института губернаторства;

- выявить особенности развития института губернаторства при Екатерине II;

- исследовать законодательные основы деятельности губернаторства в XIX веке;

- анализировать институт губернаторства XIX – XX веков и его упразднение;

- ознакомиться с правовым положением губернатора в иерархии власти;

- проследить эволюцию правового статуса губернатора;

- разграничить предметы ведения и полномочий.

Цели и задачи исследования, специфика материала определили структуру курсовой работы. Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованных источников.

Глава 1. Становление и эволюция института губернаторства в России

Сейчас принято считать, что прообразом недавно учрежденных полномочных представителей Президента России в федеральных округах является институт генерал-губернаторов, существовавший в императорской России с 1775 по 1917 год. Действительно, создание обоих институтов в решающей степени было ответом верховной власти на кризис традиционной системы управления по линии «центр — регионы». Однако на этом их поверхностное сходство, пожалуй, и заканчивается. Для того же, чтобы проанализировать характерные черты губернаторства XVIII – начала XX веков, следует подробнее рассмотреть основные этапы становления и развития этого института в широком историческом контексте.

1.1. Зарождение института губернаторства

Система местного управления на Руси в допетровскую эпоху была довольно сложной и запутанной. Для осуществления власти на местах центр использовал неодинаковые способы и принципы властвования. Вплоть до Ивана III присоединяемые уделы, вливаясь в состав Великого княжества Московского, сохраняли свою целостность, однако при нем они начинают дробиться и постепенно исчезают.

Административно-территориальное деление и местное управление основывались на следующих критериях: экономическом и демографическом потенциале региона; военном значении территории; историческом наследии (принадлежности региона к определенному княжеству). Для контроля центра над регионами создается институт «кормленщиков» - наместников и волостелей. Они вместе со своим аппаратом жили за счет средств, собираемых с подчиненной им территории, осуществляя там хозяйственно-административную, фискальную и судебную («губную») деятельность .

В ходе губной и земской реформы Ивана IV кормления в некоторых местах были заменены выборным самоуправлением, однако из-за непоследовательности проведения преобразований институт кормления продолжал сохраняться на большей части Московского царства. На пограничных территориях была введена должность воеводы, который выполнял в уезде военные, хозяйственно-административные, фискальные и судебные функции. Основным результатом преобразований Ивана IV в системе местной власти стало создание унифицированного аппарата управления на всей территории государства.

После Смуты, при царе Михаиле Федоровиче, воеводство получает повсеместное распространение. Это было связано как с необходимостью большей централизации государства для выхода из кризиса, так и с попытками выработать более эффективный и оперативный механизм местного управления. Построение централизованного государства в России XVII в. характеризовалось тем, что проводилось не по пути «ведомственного подчинения местных органов центральному управлению, а как соединение в одном лице или учреждении разнородных предметов, соприкасающихся в жизни» .

При Михаиле Федоровиче появляется деление территорий исключительно по военному признаку - создаются так называемые разряды (по своим административным и функциональным характеристикам напоминающие современные военные округа).

Именно границы разрядов позднее легли в основу проведенного Петром I губернского деления.

В XVII в. административно-территориальное деление осуществляется на основании экономического и демографического потенциалов, степени освоенности территорий, а также военной целесообразности. Однако деление еще не было унифицированным: на особом, фактически автономном положении в Московском царстве находилась Малороссия, что было обусловлено солидными внутренними ресурсами этого региона и его достаточно поздним (по сравнению с другими территориями) вхождением в состав Российского государства. Императорский («петербургский») период в истории исследуемой нами проблемы начинается с проведения Петром I губернских реформ 1708 и 1719. Создание губернской системы, пришедшей на смену делению на отличавшиеся по типу управления «чети» и «разряды» XVII в., имело целью прежде всего обеспечение значительно возросших при новом царствовании нужд армии. Поэтому главами новых областных единиц, которые должны были осуществлять одновременно фискальные, хозяйственные и судебные функции, Петр обычно назначал своих адмиралов или генералов . Губернии выделялись на основании экономического потенциала территорий, поскольку каждая из них обязана была нести не только налоговое бремя (довольно тяжелое), но и расходы по содержанию расквартированных в ней полков. Губернатор должен был осуществлять одновременно фискальные, экономические, хозяйственные и судебные функции. В 1719 г. проводится деление губерний на провинции: «Во главе провинций поставлены были воеводы, на которых возложены были дела финансовые, полицейские и народнохозяйственные. По этим делам воеводы сносились с центральными учреждениями помимо губернаторов» .

«Из восьми образованных Петром I в 1708 г. губерний всего две - Ингерманландская (с 1710 г. - Санкт-Петербургская) и Азовская - возглавлялись генерал-губернаторами. Исключительность этих территорий была обусловлена тем, что они находились на особом, с военной точки зрения, положении, находясь вблизи границ враждебных держав: Швеции и Турции» . Однако фактор военной необходимости не стал единственной причиной введения генерал-губернаторского правления в том или ином регионе. Так, при императрице Анне Иоанновне генерал-губернаторство было установлено в Московской губернии - хотя она и находилась далеко от границ государства - ввиду значения Первопрестольной как второй столицы империи. Следовательно, учреждение поста генерал-губернатора было связано не только с пограничным положением или военной уязвимостью той или иной территории, но и с исключительностью ее статуса.

Первоначально функции и объем полномочий губернаторов и генерал-губернаторов почти ничем не отличались. Все «местные начальники» обладали одновременно административной и судебной властью в губернии, на «своей» территории в отличие от прежней (допетровской) системы, когда управление на местах, кроме трех южных военных округов, «разрядов», осуществлялось из Москвы.

1.2. Особенности развития института губернаторства при Екатерине II

Преодоление в ходе петровских преобразований разрыва между центром и управляемыми территориями породило новую проблему - утрату надлежащего контроля над действиями местных властей. Решение этой проблемы призваны были взять на себя прокуроры, подчинявшиеся главе Сената, генерал-прокурору. Их деятельность по гласному надзору за действиями должностных лиц с правом обжаловать их решения в вышестоящих инстанциях была достаточно эффективной. Однако прокуроры - и в этом заключалась их принципиальная слабость - не могли самостоятельно приостанавливать решения губернаторов, даже если они были противоправными. Полномочия прокуроров носили исключительно правоохранительный, но не политический характер. Они следили за законностью деятельности должностных лиц на местах, но не за соответствием их действий конкретным целям и задачам верховной власти. Выполнение последних функций, согласно «Учреждению для управления губерниями Всероссийской империи» 1775 г. Екатерины II, должны были взять на себя генерал-губернаторы. Одним из важнейших результатов петровской губернской реформы можно считать образование целостного унифицированного имперского пространства с единой централизованной и бюрократизированной системой местного управления. Однако бюрократическая система, созданная Петром I и его преемниками, была неспособна быстро реагировать на изменения экономических и политических приоритетов власти. Губернаторы были чересчур замкнуты на местных проблемах, чтобы стать оперативными проводниками верховной воли и отстаивать общегосударственные интересы. Поглощенный текущими делами своей местности, губернатор не мог соотнести ситуацию в ней с положением во всем государстве. Поэтому он был не в состоянии упреждать события, угрожающие внутреннему благополучию и безопасности империи.

Обеспокоенность центральной власти состоянием управления на местах усилилась после восстания Пугачева, предотвратить и подавить которое самостоятельно губернаторы оказались не в силах. Поэтому при Екатерине II была проведена очередная крупная реформа территориального управления. В 1775 г. было издано «Учреждение для управления губерниями Всероссийской империи». Согласно этому документу, провинции были ликвидированы, а большинство губерний - разукрупнены. В основу деления был положен демографический критерий, а именно: определенная плотность населения, необходимая для успешной фискальной политики в регионе. В каждой губернии, по замыслу императрицы, должна быть примерно одинаковая численность населения . В 1781 г. количество губерний увеличилось примерно вдвое, причем наместничества стали включать в себя, как правило, две-три губернии. К концу царствования Екатерины II в России насчитывалось 50 губерний с населением 300-400 тыс. человек в каждой. Это значительно облегчало местной администрации выполнение возложенных на нее задач. Основной фигурой местной администрации стал губернатор (до этого большинство губернаторских функций исполняли воеводы, управлявшие провинциями). Но теперь над ним был поставлен генерал-губернатор, или наместник. Эта должность была учреждена с целью координации системы управления, обеспечения эффективного взаимодействия гражданских и военных властей, а также установления контроля над ними. Таким образом, помимо административного надзора за учреждениями и сословиями, осуществляемого губернаторами и независимыми от них прокурорами, институционально оформлялся еще и политический надзор, призванный направлять деятельность местной администрации в русло, обозначенное центральной государственной властью.

Согласно Учреждению 1775 г., генерал-губернатор «является прежде всего органом надзора за административною (отчасти и судебною) жизнью губернии» . Одним из главных результатов реформы 1775 г. стало создание в губерниях независимой от администрации судебной системы. Однако местная власть и в XVIII в. пыталась тем или иным способом вмешиваться в деятельность судебных органов. Поэтому одна из важнейших функций генерал-губернатора - наблюдение за правильным функционированием административной и судебной систем в губерниях. Таким образом, ст. 81 Учреждения возлагала на него обязанности «попечения об исполнении законов», а не непосредственное административное руководство. Но уже в ходе самой реформы определились и другие задачи генерал-губернаторов. В отличие от прокурора Сената, они обладали всей полнотой власти для того, чтобы самостоятельно отменять распоряжения губернаторов, имели право возбуждать преследования и утверждать приговоры по уголовным делам. Генерал-губернаторы были главнокомандующими на своей территории на то время, когда там отсутствовал монарх, и руководили полицией. Также они имели право вводить на подвластной им территории чрезвычайные меры, обращаться непосредственно к императору с докладом. Конечно, генерал-губернатор на практике исполнял и функции административного управления наместничеством, вторгаясь в сферу деятельности губернаторов. Кроме того, наместник был председателем губернского собрания, и в этом качестве он уже непосредственно входил в административную власть.

Реформа 1775 г. фактически устанавливала режим чрезвычайного правления на всей территории Империи. Режим этот, кстати, очень соответствовал общему характеру правления Екатерины II. Как отмечал Карамзин в «Записке о древней и новой России», императрица предпочитала опираться не на абстрактные правила или некие совершенные учреждения, а на способных, честолюбивых и преданных лично ей помощников, которым предоставлялся большой простор для действий. Так, генерал-губернаторами становились люди, пользовавшиеся безграничным доверием императрицы: например, князь Григорий Потемкин-Таврический или граф Петр Румянцев-Задунайский. Действия генерал-губернаторов, выбранных самой императрицей, не были ограничены законом . По мнению исследователя местной власти в России А.Д.Градовского, «такая система едва ли могла послужить к укреплению государственного единства. Проведенная во всей строгости и последовательности, она скорее могла удалить страну от необходимой государственной централизации и привести к системе разрозненных сатрапий и многим замешательствам» . Градовский полагал, что пороки генерал-губернаторской системы не проявились в царствование Екатерины II исключительно благодаря выбору государыней в качестве наместников действительно способных и талантливых людей. По его мнению, сам по себе этот механизм управления был далеко не совершенен. Во-первых, он не устранял опасности развития центробежных тенденций. История губернских учреждений России не знает примеров открытого неповиновения местных властей императору, тем не менее угрозы децентрализации и даже распада государства в случае временного ослабления центра были вполне реальными. Обладая рычагами управления армией и органами правопорядка, генерал-губернаторы могли чувствовать себя полновластными государями на подчиненной им территории. Во-вторых, этот институт был неустойчив еще и в силу того обстоятельства, что новый император, естественно, должен был опасаться «доставшихся ему в наследство» от предшественника всевластных наместников, которые не были обязаны ему своими прерогативами и, соответственно, были свободны от многих неформальных обязательств. Именно поэтому Павел I, критически оценивавший многие нововведения своей матери, став императором, пересмотрел в т.ч. губернскую реформу 1775 г. и ликвидировал в 1797 г. генерал-губернаторства в большинстве центрально-русских областей . Однако у генерал-губернаторской модели управления было и важное преимущество, не отмеченное историками XIX в. Она позволяла преодолевать вредные следствия узко бюрократического характера петровской государственной системы, ее ригидности по отношению к непрерывно меняющимся приоритетам и потребностям времени при отсутствии в стране иных политических субъектов, кроме верховной власти. Но задуманная с такой целью реформа сразу же начала «пробуксовывать», столкнувшись с мощным сопротивлением чиновничества . В России начала XIX в. произошла своеобразная бюрократическая революция, в ходе которой «проводники государевой воли» оказались вытеснены из обычной системы управления, сохранившись в качестве института лишь в отдельных, исключительных случаях.

1.3. Законодательные основы деятельности института губернаторства в XIX веке

В период царствования Александра I вопрос о генерал-губернаторстве был вновь поднят. В 1816 г. был составлен проект создания 12 наместничеств, каждое из которых включало бы в себя три-пять губерний. В порядке эксперимента в 1819 г. было образовано генерал-губернаторство, охватывавшее пять губерний: Рязанскую, Тульскую, Орловскую, Воронежскую и Тамбовскую. Наместником туда был поставлен генерал-адъютант А.Д.Балашов, впоследствии активный защитник рассматриваемого нами института. Однако в 1826 г. опыт создания этого наместничества был признан неудачным. Одной из причин неудачи стала несогласованность генерал-губернаторской системы с учрежденной в 1802 г. структурой министерств, разделившей всю сферу управления по отраслевому признаку.

По характеристике министра финансов графа Е.Ф.Канкрина, министерский и генерал-губернаторский надзор различались по своему типу как линеарный и островной (или федеративный). Последний распространялся на все отрасли управления на определенной территории, как бы защищая их от непосредственного вмешательства власти в лице министров. В реальности генерал-губернатор обладал более широкими полномочиями, чем министр, чьи предписания, равно как и указы Сената, он мог приостанавливать. Поддержавший проект создания наместничеств М.М.Сперанский формулировал различие между этими двумя позициями в системе власти так: «Генерал-губернатор есть не что иное, как министерство, действующее на месте и принадлежащее к общему всех министерств составу, к Сенату. Таким образом, министерское управление будет иметь два вида: один общий, в коем все дела распределяются по предметам, другой местный, в коем все дела распределяются по округам» .

Закономерно, что воплотившая в себе дух екатерининского царствования с установкой на людей, а не на учреждения генерал-губернаторская система встретила резкое противодействие новой бюрократии, возникшей во многом именно благодаря усилиям Сперанского. Основным противником реанимации генерал-губернаторств в прежнем виде стал министр финансов Д.А.Гурьев. Он предложил ограничить функции наместников, лишив их возможности контролировать действия как высшей, так и нижестоящей администрации, т.е. оставить за ними лишь надзор за местными властями. По проекту Гурьева, генерал-губернатор должен был отвечать, «не попустил ли он в молчании и в невзыскании неправильного распорядка или исполнения» . Гурьевский вариант генерал-губернаторств более всего напоминает нынешний институт представителей Президента в федеральных округах, ибо последние, в отличие от генерал-губернаторов царской России, не могут по своему почину отменять распоряжения местных властей.

При Александре I произошло некоторое изменение институционального статуса генерал-губернаторов: софизм о пресловутом отделении власти управления от власти надзора отошел в прошлое, и генерал-губернаторы стали открыто называться полномочными правителями. Но почти на протяжении всего XIX в. правовой статус генерал-губернаторов оставался неопределенным, что способствовало возникновению конфликтов внутри государственного аппарата.

В начале 1820-х годов законодательно оформить положение генерал-губернаторов попытался Балашов. Некоторую помощь в этом ему стал оказывать возвращенный в столицу в 1821 г. Сперанский. Балашов посчитал, что генерал-губернаторы должны быть промежуточным властным звеном между министрами и губернаторами. Однако введение средней ступени в пирамиду государственного аппарата противоречило извечному стремлению почти всех российских правителей устранять средостение между верховной властью и властью на местах. В предложенном Балашовым варианте генерал-губернаторства становились лишним звеном в бюрократической цепочке, делающим всю систему еще менее проницаемой для контроля. Поэтому в 1837 г. было решено упразднить генерал-губернаторский пост для областей центральной России (кроме Москвы и Санкт-Петербурга) и оставить его как орган чрезвычайной политической власти в тех районах, интеграция которых в Российскую империю по каким-либо причинам была неполной, или в тех, где возникала угроза безопасности государству, а для ее устранения требовались дополнительные средства бюрократического контроля. Для остальных губерний признавался достаточным политический надзор со стороны губернаторов и их нового начальства - министерства внутренних дел. Градовский указывал на противоречие целей и характера их деятельности. Стремясь к унификации, они в то же время воспринимали находящуюся под своим контролем территорию как выведенную из единой системы управления. Обладая более широкими, чем у губернатора, полномочиями, генерал-губернаторы, конечно, подспудно желали сохранить и укрепить свой исключительный статус, поддерживая тем самым режим чрезвычайного положения на неопределенное время. Действительно, институт генерал-губернаторства мог служить сохранению контроля Империи над ее территориями, но не установлению единообразия территорий в рамках централизованного государства.

1.4. Институт губернаторства на рубеже XIX-XX вв. и его упразднение

Во второй половине XIX - начале XX вв. институт генерал-губернаторов довольно эффективно функционировал на всех окраинах Российской империи: на Дальнем Востоке, в Туркестане, на Кавказе, в Северо-Западном крае, в Великом княжестве Финляндском. Александр II проводит очередные преобразования генерал-губернаторской системы. При подготовке крестьянской реформы в 1858 - 1859 гг. он хотел ввести институт генерал-губернаторов на всей территории России, предоставив им максимально широкие полномочия. Проведение крупнейших в истории петербургской России социальных преобразований требовало не только, как принято говорить сегодня, укрепления вертикали власти. Необходимо было наладить механизм государственного надзора над областями страны, который позволил бы своевременно решать нестандартные, нетривиальные задачи и следить за тем, чтобы выполнялись они в строгом соответствии с приоритетами центральной власти.

Однако реализации этих планов помешало сопротивление со стороны министерства внутренних дел, глава которого П.А.Валуев полагал, что генерал-губернаторы вносят только беспорядок в губернское управление и способствуют децентрализации государства. Вся вторая половина XIX в. проходит в контексте борьбы МВД и генерал-губернаторов. Министры внутренних дел П.А.Валуев, Д.А.Толстой, Д.С.Сипягин, несмотря на расхождения друг с другом по многим вопросам, были едины в одном: все губернское управление должно контролироваться именно их ведомством, тогда как генерал-губернаторы с их не до конца определенным статусом препятствуют нормальной работе гражданской администрации.

С середины XIX в. число генерал-губернаторств сокращается. Так, в 1856 г. были упразднены Харьковское и Витебское, в 1866 - Петербургское, в 1874 - Новороссийское и Бессарабское, в 1876 - Прибалтийское, в 1881 г. - Оренбургское и Западно-Сибирское генерал-губернаторства. В то же время создавались и новые: в 1882 г. - Степное (на севере Казахстана), в 1884 - Приамурское. В связи с необходимостью реанимации подорванного революционерами государственного порядка в 1879 г. восстанавливаются следующие генерал-губернаторства: Харьковское (упразднено в 1882 г.), Одесское (упразднено в 1889) и Петербургское, а в 1905 г. вновь образовано Прибалтийское . В 1879 - 1880 гг. МВД совместно с Собственной Его Императорского Величества Канцелярией удалось добиться некоторой победы над не вписывавшимся в строгую бюрократическую иерархию институтом. Основной задачей генерал-губернаторов была признана борьба с врагами самодержавия, а все губернские учреждения оставались в прямом подчинении губернаторов - то есть и МВД.

Генерал-губернаторства просуществовали до февральской революции 1917 г., затем они все (кроме Финляндского, упраздненного в октябре 1917 г.) были ликвидированы новой властью, которая сразу же создала собственный орган политического надзора в лице комиссаров Временного правительства, а после октябрьского переворота - большевистских комиссаров. Впрочем, в скором времени «переродившиеся» партийные органы сами постепенно оказались в плену либо местных, либо отраслевых интересов, превратившись в чисто бюрократическую инстанцию, подменявшую собой административную власть.

Таким образом, институт губернаторства, сменивший в свое время воеводство и кормление, оказался устойчивым явлением и просуществовал с петровской эпохи до начала XX века. Представители государя-императора на местах, губернаторы осуществляли административную и судебную власть. Вследствие частой неспокойной обстановки в стране и крупных социальных потрясений, институт губернаторства модернизируется. Губернатор наделяется полномочиями военачальника, что приводит к разделению статуса «губернатор» и «генерал-губернатор». Отношение к данному институту неоднозначно, поскольку губернаторство в России имело ряд как преимуществ, так и недостатков. Роль и статус губернатора менялись в зависимости от правителя. В разные периоды отечественной истории «проводники государевой воли» и оказывались наделенными неограниченными полномочиями, и вытеснялись из обычной системы управления, сохранившись в качестве института лишь в отдельных, исключительных случаях. Но в целом же, долгое время существования и поддержка центральной власти говорят об эффективном функционировании губернаторства.

Глава 2. Проблемные вопросы правового положения губернатора в системе власти

В российских губернаторствах администрация имела относительно большую самостоятельность. В ее ведении почти всегда сливались военные и гражданские функции, объединялись в одних учреждениях административно-полицейские, финансовые и другие функции. При этом в иерархии власти губернатор занимал особое положение, сложившееся вследствие исторических особенностей развития страны и личных качеств ее политических деятелей.

2.1. Правовое положение губернатора в иерархии власти

Появление губернаторств в России явилось своего рода «отложенным» результатом административных реформ Петра I. Великий преобразователь в целом очень последовательно продолжал дело своих предшественников, стремившихся к созданию унитарного, централизованного государства, и употреблял для этой цели сугубо новаторские средства, широко используя незнакомый для России европейский опыт. Этот подход был реализован и в отношении такого принципиально важного вопроса, как отработка взаимосвязи между Центром и регионами. Здесь так же, как и в великом множестве других вопросов, Петр в корне нарушил давно сложившиеся традиции.

Используя шведский опыт губернского устройства, которое существовало на присоединенных в ходе Северной войны прибалтийских территориях, Петр I в 1708-1710 годах в процессе областной реформы распространил его на всю Россию. К сожалению, реформа не удалась. Что вполне годилось для Швеции, плохо прижилось в России. По сути, Петр I уничтожил старые связи между центром и регионами; достичь же главной цели — создать стабильную и действенную систему органов управления на местах — ему так и не удалось.

Губернская реформа Екатерины, в отличие от петровской, была хорошо продумана и, в основном, вполне результативна. Проведя новое, гораздо более разумное, чем при Петре, административно-территориальное деление (40 губерний, примерно с одинаковой численностью населения каждая), Екатерина развернула строительство системы управления на двух уровнях — в губерниях и уездах, стремясь как можно теснее связать их друг с другом. При этом в основу реформы был положен воспринятый с Запада, причем достаточно органично, принцип разделения властей.

Губернатор, формально являвшийся «хозяином» всей губернии, реально занимался административным управлением, вмешиваясь в другие сферы только в случае крайней необходимости. Осуществлял он свои функции при помощи губернского правления. В уезде непосредственным агентом губернаторской власти являлся капитан-исправник с несколькими помощниками (заседателями). Характерно, что в отличие от всех остальных чиновников, эти избирались из среды местного дворянства, что еще больше сплачивало формальных агентов высшей власти (чиновников) и неформальных (дворян-помещиков). Раскладкой и сбором податей в губернии ведала особая Казенная палата во главе с председателем (обычно он же — вице-губернатор). На уездном уровне этими делами занимался подчиненный Палате уездный казначей. Точно так же, независимо от губернатора, функционировали судебные органы, причем губернский суд был высшей апелляционной инстанцией для уездного. Эта реформа вполне оправдала себя и в екатерининские времена, и в исторической перспективе. С незначительными изменениями подобная система органов местного управления просуществовала вплоть до 1917 г.

Таким образом, Екатерина II на крепостном фундаменте, подготовленном ее предшественниками, весьма умело отстроила первые — нижние — этажи системы управления. Однако высшие — центральные органы управления – нововведения не коснулись. Коллегии находились в столь же полном несоответствии с новыми губернскими органами, как и со старыми. Вместо реорганизации их в связи с переменами, произошедшими на местном уровне, Екатерина пошла по другому пути. Екатерина II создала механизм прямой связи между центром (самой императрицей) и регионами. Главным передаточным звеном в этом механизма стали именно генерал-губернаторы. Губернская и уездная администрация должны были заниматься своей повседневной, предписанной им деятельностью, а генерал-губернаторы от лица самой императрицы должны были за этой деятельностью надзирать.

В Российской империи «генерал-губернатором» называлось должностное лицо, которому вверялось главное заведование одной или несколькими губерниями. Понятие возникло в 1708 г. в связи с Указом Петра I о разделении России на 8 губерний, некоторые руководители которых получили титул генерал-губернаторов . Первоначально генерал-губернатор и губернатор ничем не отличались, титул носил лишь почетный характер. Первый генерал-губернатор г. Москвы был назначен в 1730 г. Впоследствии так назывались руководители наместничеств и генерал-губернаторств.

На рубеже XIX – XX вв. сложилась система, по которой принципиальное отличие генерал-губернатора от губернатора состояло в том, что первый подчинялся напрямую императору, а второй был чиновником МВД. Соответственно, у генерал-губернатора было намного больше полномочий. В конце XIX века в империи имелись следующие генерал-губернаторства: Московское, Киевское, Виленское, Варшавское, Иркутское, Приамурское, Туркестанское, Степное и Западно-Сибирское (1822—1882 годы, упразднено после образования Степного). В Великом княжестве Финляндском был особый генерал-губернатор, действующий по законам Финляндии.

В 1853 году была издана общая инструкция генерал-губернаторам, по которой генерал-губернатор являлся блюстителем неприкосновенности верховных прав самодержавия, пользы государства и точного исполнения законов и распоряжений высшего правительства по всем частям управления во вверенном ему крае . Он преследует всеми зависящими от него средствами излишнюю роскошь, расточительность, беспутство, мотовство. При чрезвычайных бедствиях народных он вникает со всей подробностью в нужды пострадавших для немедленного облегчения их положения. Он наблюдает, чтобы дворяне вели жизнь приличную их происхождению и служили примером прочим сословиям; чтобы юношество получало воспитание в правилах чистой веры, доброй нравственности и в чувствах преданности к престолу и отечеству; чтобы молодые дворяне не находились во вредной праздности; чтобы каждый во всех сословиях снискивал себе пропитание трудом честным и полезным. Он пользуется всяким случаем для указания истинных и прямых способов к развитию и улучшению сельского хозяйства; он не оставляет без внимания фабричную, заводскую и ремесленную промышленность, направляя её к предметам необходимых нужд и потребностей и к выгодам как производителей, так и потребителей. Он прилагает попечение к правильной разработке и пользованию естественными богатствами природы, без напрасного и несвоевременного их истощения. Он должен поощрять все частные общеполезные предприятия торговые и промышленные; вредные во всех отношениях для государства действия монополистов преследуются им со всей строгостью. Все эти правила и другие, им аналогичные, имели, скорее характер наставления, чем обязательного предписания.

Начальник губернии (то есть губернатор) и все прочие места и лица, составляющие губернское управление, исполняют все законные требования, предложения и предписания генерал-губернатора. В местностях, в которых введены в действие судебные уставы императора Александра II, в делах судебных генерал-губернатор участия не принимает; в остальных же местностях по всем делам, подлежащим рассмотрению и решению судебных мест прежнего устройства, он руководствуется правилом, что он не судья, но только блюститель правосудия и установленного порядка. Посему он не вмешивается в обсуждение дела, когда по закону к тому не уполномочен.

Никакая новая мера или особое распоряжение, относящееся до благоустройства, общей пользы и казенного интереса в крае, не предпринимается иначе, как по предварительном истребовании соображений и заключений генерал-губернатора. Распоряжения министров и главноуправляющих по всем вообще предметам губернского управления передаются к исполнению в губернии не иначе, как через генерал-губернатора. Имея право представлять непосредственно на высочайшее усмотрение о всем, что признает нужным и необходимым, генерал-губернатор обязан пользоваться этим правом с должной осмотрительностью, делая представления только о делах особенной важности и в чрезвычайных случаях. Генерал-губернаторы определяются по непосредственному избранию и особому личному к ним доверию его императорского величества.

По высочайше утвержденному положению комитета министров от 25 (13) июля 1876 года (№ 56203), генерал-губернаторы получили право издавать обязательные постановления в видах правильного и успешного исполнения, сообразно с местными условиями, узаконений об общественном благочинии, порядке и безопасности. Они имели право изменять и отменять подобные постановления, изданные подчиненными им губернаторами.

Высочайший указ 5 апреля 1879 года , учреждая несколько должностей временных генерал-губернаторов (в Петербурге, Харькове, Одессе), предоставил как им, так и постоянным генерал-губернаторам обширные чрезвычайные права, точнее определенные законом 14 августа 1881 года. На основании этого закона в местностях, подведомственных генерал-губернаторам, последним с утверждения министра внутренних дел принадлежит право первоначального объявления какой-либо местности в положении усиленной охраны, после чего генерал-губернаторам предоставляется воспрещать всякие народные общественные и даже частные собрания; делать распоряжения о закрытии всяких вообще торговых и промышленных заведений; воспрещать отдельным личностям пребывание в данной местности; передавать на рассмотрение военного суда отдельные дела о преступлениях, общими уголовными законами предусмотренных; требовать рассмотрения при закрытых дверях всех тех судебных дел, публичное рассмотрение которых может послужить поводом к возбуждению умов и нарушению порядка; требовать рассмотрения дел о государственных преступлениях в том же порядке или с особыми, сверх того, ограничениями. Утверждение всех приговоров военного суда принадлежит генерал-губернатору. Все означенные правила сохраняют свою силу и в том случае, когда местности, вверенные генерал-губернатору, будут объявлены особым высочайше утвержденным положением комитета министров на положении чрезвычайной охраны.

По закону 18 июня 1892 года при объявлении какой-либо губернии, области, уезда, округа или отдельных населенных мест, входящих в районы театра военных действий и имеющих особо важное значение для интересов государственных или специально военных, состоящими на военном положении высшее направление действий по охранению государственного порядка и общественного спокойствия переходит к главнокомандующему и командующим армиями. В районе действий армии командующему ею подчиняется местный генерал-губернатор или лицо, которому присваиваются права последнего. В местностях, состоящих на военном положении, права и обязанности по охранению государственного порядка и общественной безопасности возлагаются на местного генерал-губернатора (или главноначальствующего), который имеет право: издавать обязательные постановления по предметам, относящимся к предупреждению нарушения общественного порядка и государственной безопасности; устанавливать за нарушение таковых обязательных постановлений взыскания, не превышающие штрафа до трех тысяч рублей или заключения в тюрьме или крепости до трех месяцев; передавать на рассмотрение военного суда отдельные дела о всяких преступлениях, общими уголовными законами предусмотренных; исключать из общей подсудности целые категории дел об известного рода преступлениях и проступках; окончательно утверждать приговоры военных судов по вышеозначенным делам. Равным образом генерал-губернатор имеет право воспрещать всякие собрания; закрывать всякие вообще торговые и промышленные заведения; закрывать и приостанавливать очередные собрания сословных, городских и земских учреждений; закрывать учебные заведения на срок до одного месяца; приостанавливать периодические издания на все время объявленного военного положения; воспрещать отдельным лицам пребывание в местностях, объявленных на военном положении; высылать из этих мест отдельных лиц во внутренние губернии с учреждением над ними полицейского надзора; налагать секвестр на недвижимые и арест на движимые имущества и доходы с них, когда путем распоряжения такими имуществами или доходами владельцем достигаются преступные цели; устранять от должности на время объявленного военного положения чиновников всех ведомств, не занимающих должностей первых трех классов, а также лиц, служащих по выборам в сословных, городских и земских учреждениях.

До 1892 года ответственность генерал-губернатора точно была определена только для Сибири . 9 марта 1892 года постановлено распространить на генерал-губернаторов правила об ответственности членов Государственного совета и министров, высочайше утвержденные 15 февраля 1889 года.

Таким образом, статус губернатора и генерал-губернатора является уникальным, так как в ведении последнего были включены административные, судебные, экономические и др. функции.

2.2. Эволюция правового статуса губернатора

Институт губернаторства возник в России в период перехода к абсолютной монархии и просуществовал вплоть до 1917 г. Он был создан Петром I как орган местной власти вместо существовавшего ранее института воеводства. Новый институт должен был стать опорой центральной власти на местах в решении сложных задач государственного управления, одной из которых была острая необходимость финансового пополнения казны государства.

Расчеты Петра I на более глубокую эффективность института губернаторства в сравнении с предшествующими органами власти оправдались далеко не полностью. Новый институт создавался на местах без достаточного финансового обеспечения и четкого законодательного оформления полномочий административных органов и должностных лиц, вследствие чего губернии и провинции дублировали друг друга по ряду вопросов.

Институт губернаторства, как и местное управление в целом, достиг своего расцвета в царствование Екатерины И. Императрица сознательно преследовала цель создания стройной и цельной системы местных и уездных учреждений, максимально учитывающих местную специфику. Однако стремление привлечь к деятельности наиболее подготовленных, просвещенных и преданных государственных деятелей того времени наталкивалось на отсутствие представительных учреждений, что, естественно, делало невозможным участие многих слоев населения в местных органах власти.

Государственные реформы второй половины XIX в. были недостаточно эффективными. Российское самодержавие пыталось интегрировать органы местного самоуправления в существующую систему губернского управления, максимально сохранив значение института губернаторства на местах. Более того, на протяжении всего XIX в. принимаемые законы в отношении института губернаторства свидетельствовали о стремлении самодержавия к усилению роли губернаторов и генерал-губернаторов на местах путем значительного расширения их полномочий.

Уровень власти института губернаторства за весь период существования всецело зависел от степени личных взаимоотношений императора с каждым из своих ставленников. Однако часто на столь важные государственные посты назначались лица, не имеющие соответствующего административного опыта и способностей для успешного управления регионами.

Фактором низкой эффективности института губернаторства было также отсутствие преемственности в политике российских императоров по улучшению деятельности губернаторов и генерал-губернаторов на местах.

Российское самодержавие считало институт генерал-губернаторов наиболее приемлемой формой управления присоединенными окраинами. Генерал-губернаторы учитывали местную специфику, экономическое развитие, социально-политическую обстановку в регионе, налаживали взаимодействие между различными органами власти и осуществляли административный контроль за ними, что позволяло органично вводить новые территории в состав российского государства. Однако законодательство России четко не определяло место и роль генерал-губернаторов в системе государственного управления России. При назначении на должность каждому генерал-губернатору давались персональные инструкции.

2.3. Разграничение предметов ведения и полномочий

Александр I сохранил статус губернатора как представителя власти, управляющего губернией именем императора, хозяина губернии, уточнил параметры его властных полномочий, механизм управления губернией посредством губернского правления, а не только одним лицом. Указом «О непреступлении губернатором пределов власти, назначенным им законами» (16 августа 1802г.) предписано губернаторам управлять в точном соответствии с законами, в установленных ими рамках, «не простирать власть свою за пределы законов», т.е. не допускать беззакония, обеспечить исполнение законов всеми учреждениями, которые должны поступать «по точной силе и словам закона». Губернским прокурорам надлежало «непрестанно наблюдать за исполнением законов, не упуская ни единого случая без взыскания с виновных». Губернаторам указано, что они «никаких личных переписок в виде повелений не принимали б и не употребляли бы», по всем делам губернии обращались бы не к лицам, а «прямо в те места, до которого какое дело принадлежит». Подтвержден прежний указ 1780 г. об ответственности за взяточничество, задача Сената — контролировать его исполнение. Губернаторам указано: «Дабы никакие поборы, кроме узаконенных деланы не были, и те, чтобы взыскиваемы были без излишеств, но сколько действительно надлежит»).

Губернаторы выполняли функции с помощью губернского правления, канцелярии, различных комитетов, комиссий, присутствий, составлявших администрацию губернии. Губернское правление имело общее присутствие, превращалось к середине XIX в. в исполнительную губернаторскую инстанцию. Возросла роль его канцелярии, аппарат которой имел четыре функциональных отделения: 1) по обнародованию законов, наблюдению за исполнением распоряжений губернатора и правления; 2) по управлению полицией; 3) по связи администрации с судами; 4) по связи с финансово-хозяйственными органами различных ведомств.

Созданы новые коллегиальные аппараты под председательством губернатора в виде отраслевых присутствий, комиссий, комитетов, куда входили ответственные должностные лица, руководители местных, прокурор. С их помощью осуществлялись хозяйственно-административные ведомственных учреждений, губернские предводитель дворянства и функции, решались социальные проблемы. Действовали рекрутские присутствия (с 1831 г. — комитеты), комиссии народного продовольствия, строительные, дорожные, комитеты статистические, земских и городских повинностей, общественного здравия, холерные, оспенные, попечительные о тюрьмах, раскольниках (с 1838 г.), врачебно-полицейские и др.

Во второй четверти XIX в. губернаторство приобрело характер централизованного, бюрократического института управления. По «Общему наказу гражданским губернаторам» (3 июня 1837 г.) главы губерний объявлены блюстителями неприкосновенности верховных прав самодержавия, полномочными хозяевами губерний, обязанными обеспечить точное, полное исполнение императорских законов, указов Сената, предписаний МВД, оберегать законы, не допускать отступления от них ни в коем случае, организовать четкую и оперативную работу губернских управлений, приказов общественного призрения, комиссий, комитетов, обеспечить единство местного управления.

Установлен бюрократический порядок функционирования губернаторства как института власти и управления, годичных и специальных отчетов его перед вышестоящими структурами, проведения сенатских и иных ревизий, представления отчетных данных, различных сведений по конкретным формам, связи с уездной администрацией.

По «Учреждению губернских правлений» (2 января 1850 г.) они являлись высшим в губернии местом, управляли в пределах вверенной им власти, по законам, именем императорского величества, осуществляли широкий спектр подробно расписанных распорядительных и исполнительных функций, решали все дела жизни губернии через разветвленный аппарат местной царской администрации, особое внимание уделяли взиманию податей, налогов, рекрутским наборам, полиции, местным воинским частям, судебному управлению. Определены состав губернского правления, его присутствия, канцелярии, круг полномочий вице-губернатора.

Губернское правление состояло в ведомстве МВД, будучи подчинено непосредственно правительствующему Сенату, куда представляло дела на благоусмотрение, «встретив сомнение и недоразумение в смысле законов».

Губернаторство охватывало и ведомственные учреждения, созданные на местах министерствами. Сеть их обширна: полицейские и жандармские управления, казенные палаты Минфина, палаты государственных имуществ, удельные конторы и отделения в губерниях с удельными крестьянами, палаты уголовного и гражданского суда, Министерства юстиции, учреждения Министерства народного просвещения в составе учебных округов, охватывавших по нескольку губерний, административно-хозяйственные органы Военного министерства, объединенные в 12 артиллерийских, 8 инженерных, 10 провиантских и 18 комиссарских округов.

Уездное управление представлено по-прежнему нижними земскими судами во главе с капитан-исправниками, в составе заседателей от дворян, государственных крестьян.

Ведомственными органами Министерства финансов являлись созданные уездные казначейства, которые подчинялись губернской казенной палате, ведали приемом, хранением денежных сборов, доходов и выдачей денежных сумм. Кроме того, они выдавали по распоряжению местных властей паспорта, подорожные, продавали все виды гербовой бумаги и др.

В 1837 г. уезды разделены на полицейские станы. Назначаемый губернатором становой пристав осуществлял полицейские функции, опираясь на вотчинную полицию и избранных крестьянскими сходами сотских и десятских.

Диапазон функций местного государственного управления быстро расширялся в связи с усложнением местной жизни, обострением социальных отношений; увеличился значительно административный аппарат.

Своеобразно строилось государственное управление вошедшими в состав Российской империи новыми территориями, другими окраинами, учитывалось специфическое административно-территориальное деление: наместничества, генерал-губернаторства, губернии, края, области, округа, магалы и др.

Введение в 1802 г. министерств породило новую проблему -необходимого соотношения этого звена власти с существующим институтом губернаторства. Особенно остро эта проблема проявлялась во взаимоотношениях института губернаторства с Министерством внутренних дел. МВД так и не добилось полной интеграции института губернаторства в единую централизованную систему. В условиях отсутствия действенного контроля и надзора за институтом губернаторства со стороны царского правительства и четких границ между функциями управления и функциями контроля в законодательстве царской России произошло смешение полномочий губернаторов, генерал-губернаторов и министерств.

Для понимания роли генерал-губернаторов в новых исторических условиях важно отметить, что при очень расплывчатом и неясном определении компетенции «исключительных» генерал-губернаторов («устранять всякий повод к ложным понятиям, улучшать сельское хозяйство.., поощрять все частные и общественные предприятия»), «Инструкция» предоставляла им вполне реальную власть. Действуя вне общей системы управления, генерал-губернатор был практически независим от центра, подчиняясь непосредственно императору; зато администрация вверенных ему губерний, не говоря уже о местном населении, зависела от него полностью. Генерал-губернатор сносился с министерствами как равный с равными; в его обязанности не входило «отчитываться» перед министрами — он должен был лишь «доводить до их сведения». В то же время никакая мера относительно территории, находящейся в ведении того или иного губернатора, не предпринималась иначе, как «по предварительном истребовании соображений и заключений губернатора». Губернская администрация была практически лишена возможности входить в контакт с министерствами через голову генерал-губернатора; зато последний своей властью мог сместить любого из ее представителей за исключением высших (губернатора и вице-губернатора) — в отношении же этих последних он имел право ходатайствовать перед соответствующими министерствами об их смещении, и ходатайства его, как правило, удовлетворялись. Иными словами, на окраинах Российской империи на протяжении двух десятилетий стал отрабатываться механизм чрезвычайного положения, который, когда пришло время, стал определяющим для всей ее территории.

Таким образом, вопрос правового положения губернатора в системе власти остается сложным, поскольку развитие института губернаторства в России развивалось по своему пути и отличалось от европейской системы, положенной за основу. Статус губернатора не имеет четких характеристик и часто смешивается с понятием «генерал-губернатор». Часто полномочия и первого, и второго не разграничивались. Во взаимоотношениях института губернаторства с Министерством внутренних дел также существовал ряд проблем и недомолвок. МВД так и не добилось полной интеграции института губернаторства в единую централизованную систему. В условиях отсутствия действенного контроля и надзора за институтом губернаторства со стороны царского правительства и четких границ между функциями управления и функциями контроля в законодательстве царской России произошло смешение полномочий губернаторов, генерал-губернаторов и министерств. Расширение функций местного управления быстро объясняется усложнением жизни в регионах, обострением социальных отношений.

Заключение

Таким образом, в данной курсовой работе, посвященной институту губернаторства в России был осуществлен комплексный анализ зарождения, становления, совершенствования этого органа, имеющего двойственный характер, как представителя имперского центрального управления и как высшего звена местного управления Российской империи.

Была проанализирована эволюция законодательной и нормативной правовой баз институтов губернаторства и генерал-губернаторства. Исследована проблема практической реализации законодательной и нормативно-правовой базы институтов губернаторства и генерал-губернаторства на примере конкретного региона. Рассмотрены взаимоотношения губернской администрации и органов общественного самоуправления. Определена роль личностного фактора во взаимодействии губернской администрации и центральной власти.

Хронологические рамки исследования включают в себя 1708 —1917 годы. Институт губернаторства возник в ходе административной реформы начала XVIII века, являвшейся составной частью целого комплекса преобразований Петра I. Окончательное оформление институт губернаторства получил в результате губернской реформы Екатерины II. Созданная в последней четверти XVIII века сложная бюрократическая система губернской администрации и основа административно-территориального устройства Российской империи с некоторыми изменениями просуществовала вплоть до 1917 года.

Одним из главных результатов губернской реформы Екатерины II стало и повсеместное введение института генерал-губернаторства. Задумывавшийся в качестве «проводников государевой воли» в условиях меняющихся приоритетов верховной власти, институт генерал-губернаторства к середине XIX века трансформировался в способ управления окраинами Российской империи, а к концу того же столетия - в инструмент для обеспечения общественного спокойствия и подавления революционного движения.

Анализ рассматриваемой темы ограничивается падением монархии в России в 1917 году, и, вместе с этим, упразднением институтов губернаторства и генерал-губернаторства.

Рассматривая аспекты, связанные с деятельностью генерал-губернаторов, мы можем провести параллели с современным положением дел в области государственного строительства. Во многом, правительство как самодержавной, так и президентской России преследовало идентичные цели. Отделение функций надзора от активного управления и ужесточение контроля над всей деятельностью местной администрации — важнейшая задача, стоявшая перед правительством нашей страны, как в дореволюционные годы, так и в начале XXI в. Поэтому изучение функционирования института генерал-губернаторств должно способствовать преодолению ошибок прошлого при строительстве системы государственного управления на современном этапе.

Список использованных источников

I. Документальные источники

1. Воскресенский Н.А. Законодательные акты Петра I. Редакции и проекты законов, заметки, доклады, доношения, челобитья и иностранные источники. M.-JL, Изд-во АН СССР, 1945. С. 19

2. Журналы комитета министров 1801-1810 гг. Т. 1 СПб, 1888, Т.2. 18101812. СПб, 1891. С. 19

3. «Наказ генерал-губернаторам» 1853 г ПСЗ- II. Т. XII. № 10303.8.

4. Положение о губернских и уездных земских учреждениях // Земский вестник. М., 1994. № № 2, 3, 6, 7.

5. Российское законодательство Х-ХХ веков: (Тексты и комментарии): В 9-ти книгах / Под ред. О. И. Чистякова. М., 1984. С. 170

6. Свод законов Российской империи, т. II, ст. 428—434, Учр. Сиб.

7. Указ «О новом разделении государства на губернии» 12 декабря 1796 г.

8. Указ «Учреждение для управления губерниями Всероссийской империи» 7 ноября 1775 г. П.С.З.-1. Т. XX. № 14392.5

II. Монографии

9. Ерошкин Н. Местные государственные учреждения дореформенной России (1801—1860 гг.). М., 1985. С. 36

10. Карамзин Н.М. Записка о древней и новой России. М., 1991. С. 57

III. Учебная литература

11. Градовский А. Д. Начала русского государственного права. Тома I-III. - С. -Петербург, типография М. Стасюлевича, 1875 г. С. 27

12. Игнатов В.Г. История государственного управления России. М: Феникс, 2003. С. 88-90.

13. Ключевский В.О.Русская история. Полный курс лекций. Том II.- М.: АСТ, Харвест. С. 309.

14. Пашин В.П. Отечественное государство и право (учебное пособие). Курск, 2009. С. 100

15. Столяров М.Ф.Федерализм и державность: российский вариант. 2-е изд. перераб. и доп. - М.: Славянский диалог, 2001 г. С. 29

IV. Газетные и журнальные статьи

16. Левандовский А.А. Исторический опыт создания вертикали власти: генерал-губернаторства в России. Научные доклады. № 3. Январь 2001 г.С. 2

17. Трифонов А.Г., Межуев Б.В. Генерал-губернаторства в Российской системе территориального управления//ПОЛИС. 2000. №5. С. 22

1Архитектура и строительство
2Астрономия, авиация, космонавтика
 
3Безопасность жизнедеятельности
4Биология
 
5Военная кафедра, гражданская оборона
 
6География, экономическая география
7Геология и геодезия
8Государственное регулирование и налоги
 
9Естествознание
 
10Журналистика
 
11Законодательство и право
12Адвокатура
13Административное право
14Арбитражное процессуальное право
15Банковское право
16Государство и право
17Гражданское право и процесс
18Жилищное право
19Законодательство зарубежных стран
20Земельное право
21Конституционное право
22Конституционное право зарубежных стран
23Международное право
24Муниципальное право
25Налоговое право
26Римское право
27Семейное право
28Таможенное право
29Трудовое право
30Уголовное право и процесс
31Финансовое право
32Хозяйственное право
33Экологическое право
34Юриспруденция
 
35Иностранные языки
36Информатика, информационные технологии
37Базы данных
38Компьютерные сети
39Программирование
40Искусство и культура
41Краеведение
42Культурология
43Музыка
44История
45Биографии
46Историческая личность
47Литература
 
48Маркетинг и реклама
49Математика
50Медицина и здоровье
51Менеджмент
52Антикризисное управление
53Делопроизводство и документооборот
54Логистика
 
55Педагогика
56Политология
57Правоохранительные органы
58Криминалистика и криминология
59Прочее
60Психология
61Юридическая психология
 
62Радиоэлектроника
63Религия
 
64Сельское хозяйство и землепользование
65Социология
66Страхование
 
67Технологии
68Материаловедение
69Машиностроение
70Металлургия
71Транспорт
72Туризм
 
73Физика
74Физкультура и спорт
75Философия
 
76Химия
 
77Экология, охрана природы
78Экономика и финансы
79Анализ хозяйственной деятельности
80Банковское дело и кредитование
81Биржевое дело
82Бухгалтерский учет и аудит
83История экономических учений
84Международные отношения
85Предпринимательство, бизнес, микроэкономика
86Финансы
87Ценные бумаги и фондовый рынок
88Экономика предприятия
89Экономико-математическое моделирование
90Экономическая теория

 Анекдоты - это почти как рефераты, только короткие и смешные Следующий
Скоро к идиотским вопросам «Как дела?», «Что делаешь?», «Как настроение?» добавится еще один: «Где Новый год будешь праздновать?»
Anekdot.ru

Узнайте стоимость курсовой, диплома, реферата на заказ.

Обратите внимание, курсовая по государству и праву "Институт губернаторства в России XVIII – начала XX вв", также как и все другие рефераты, курсовые, дипломные и другие работы вы можете скачать бесплатно.

Смотрите также:


Банк рефератов - РефератБанк.ру
© РефератБанк, 2002 - 2016
Рейтинг@Mail.ru